Время охотников

Глава 8 Слишком тихо

– Так ты это. Ты их того-самого, – посоветовал мне Сергеич взять их под контроль.

Вчера я порадовался бы такому подгончику, кто-то целую армию мне привел, сегодня чувствовал: что-то не так, потому рявкнул:

– Вы не поняли? По машинам!

Я рванул к ближайшей амфибии, сжимая «Нагибатор» в правой руке и на ходу активируя «Сокрытие души», до машины было метров сто, фары одной били по глазам, зато освещали боевые порядки бездушных.

Остальные побежали следом. Стоя возле бетонной плиты и наблюдая, как черные силуэты наших несутся к машинам, я активировал эманации босса в «Сокрытии души» и тут же развернулся к надвигающейся орде. Не слишком ли их много для меня? Такое впечатление, что они со всего острова собрались. Или их гонит Костегрыз? Так не было у него вассалов!

Тошноплюи, шаркуны, амбалы, ползуны, парочка щелкунов… еще какие-то неизвестные мне виды – двигались на нас единым фронтом, и это было странно. Очень странно. Зомби так не ходят, если только ими не командую я. Они не выстраиваются в шеренги, не обходят с флангов, не координируют атаку. За месяц с лишним в этом дерьме я насмотрелся на разные типы бездушных – от тупых амбалов до хитрых нюхачей, – но ни один из них не демонстрировал тактического мышления. А эти шли строем, мать их так.

Я растворился в ощущениях, ощутил каждую тварь, коснулся их сознаний, представляя, как от них ко мне протягиваются невидимые нити, дернул за них – они натянулись, но подчиняться мне твари не стали, продолжили движение.

А потом за нити дернули с той стороны. Ощущение было, словно из меня вырывают мозг и часть позвоночника, аж искры из глаз брызнули вместе со слезами, и я сложился, разинув рот. Вцепился в бетон, чтобы не упасть, меня вывернуло… взять орду под контроль не удалось! Мало того, у самого чуть душа не отлетела.

– Денис! – крикнула Вика, видя, что я отстал.

Я резко дернул головой, отчего затошнило еще сильнее и мир поплыл.

Так, вдох-выдох, вдох-выдох! Черт, я не готовился к битве, потому что думал, драться не с кем. Как недальновидно!

– Лукас, заводи! – прохрипел я и поплелся к машинам. – Сваливаем, не могу взять их под контроль! Ими кто-то управляет!

Я должен справиться. Давай, быстрее, шевели конечностями! Постепенно контроль над телом возвращался, но каждый шаг отзывался набатом в голове.

Зрение вернулось быстро, остались легкая тошнота и головная боль, которую усугублял бьющий по глазам свет.

Двигатель первой амфибии взревел, выплюнув облако сизого дыма. Вика подбежала ко мне, обняла за талию и увлекая за собой, но быстро идти не получалось из-за обломков под ногами. Громко выругался Сергеич, растянувшийся на сыпучке в двух шагах от броневика, но вскочил как на пружинах.

Вторая машина началась разворачиваться. Я остановился лишь на миг, чтобы посмотреть назад. Вика тоже глянула за спину и выругалась. Свет фар медленно скользил по рядам зомби, картинка плыла, и я переключился на «Фазовый взгляд», видя лишь тепловые сигнатуры бездушной пехоты. А вот за стройными рядами шагало… нечто.

Я сфокусировался на твари. Крупная тепловая сигнатура – метра два с половиной в высоту – двигалась за строем зомби, как пастух за стадом. Угловатый силуэт с лишними конечностями – определенно не титан. Титан пер, как носорог, эта тварь скользила плавно, почти бесшумно, и от одного ее вида по спине пробежал холодок.

Но еще страшнее стало, когда я изучил его куцый профиль:

Неопознанный объект

Класс: [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ]

Вот спасибо, система. Очень информативно! Я аж о недомогании забыл.

Тварь подняла что-то – в тусклом свете луны блеснул металл или что-то, похожее на металл, – и зомби резко сменили направление, обтекая нас справа. Будто кто-то переключил канал на пульте управления. А мне вспомнился Король Ночи, который так же управлял мертвецами, правда, руки у него было две.

– Твою мать, – пробормотал я себе под нос и заорал: – Заводи мотор, Лукас! Пугачи!

Рядом взвыл двигатель амфибии – Мигель завелся. Краем глаза я увидел, как Тетыща втаскивает Тори в салон, а Рамиз прикрывает их с автоматом наготове.

– Денис, давай! – сквозь рев моторов прорезался голос Сергеича.

Первые зомби добрались до периметра – бегун с оторванной челюстью, за ним амбал, еще один. Я попятился к амфибии, не выпуская из виду крупную тварь. Она стояла неподвижно, наблюдая за нами. Фасеточные глаза – я готов был поклясться, что видел фасеточные глаза, как у насекомого, – отражали свет наших фар.

Пугачи на крыше амфибии включились с характерным гудением, и ближайшие зомби шарахнулись в стороны, будто налетели на невидимую стену. Хоть что-то работает.

Увидев все, что хотел, я преодолел последние десять метров, спотыкаясь об обломки здания, запрыгнул в салон, и дверца люка поднялась.

– Лукас, гони! – крикнул я.

Амфибия рванула с места, и инерция движения опрокинула меня на лавку. Я сжал челюсти, подавляя рвотный спазм, сомкнул веки, мерно и глубоко дыша, а перед глазами неведомая тварь, наполовину скрытая темнотой, превращалась в Короля Ночи.

Обернувшись к поднятому люку, сквозь броню «Фазовым взглядом» я успел заметить застывший силуэт неведомой твари. Казалось, она видит меня сквозь металл. Тварь не преследовала и не командовала атаку – просто стояла и смотрела.

Впрочем, это пугало сильнее любой погони.

Судя по поведению, она не была бездушной, по всему выходило, что это и есть охотник, к приходу которых надо подготовиться?

Одно не билось: почему он пришел раньше срока?

В салоне воняло машинным маслом, потом и страхом – последнее, наверное, было моим личным вкладом в общую атмосферу.

Тори забилась в угол и мелко дрожала, обхватив себя руками. Тетыща сидел рядом с ней – молча, с непроницаемым лицом, с зажатым между ног белым мешком с артефактами. Вика тяжело дышала, Рамиз глухо матерился и вытирал пот со лба, Сергеич…

Сергеич, собственно, первым и нарушил тишину:

– Это что за хрень была, командир? Титан прокачался? Так вроде он здоровее был.

Хороший вопрос, вот только жаль, что ответа у меня нет. Охотник? Так, по идее, они еще не прибыли. Иначе зачем системе жнецов врать? Нет, это был кто-то другой… Но кто?

– Не знаю, – честно признался я. – Но зомбаки так не ходят, а управляла ими какая-то тварь, не босс, да и вообще не зомби.

– Они шли строем, – подтвердил Рамиз.

– А ты че, ими управлять не смог? – спросил Сергеич.

– Нет. Помнишь нашу встречу с первым титаном? – проговорил я. – Когда я был низкоуровневым, и он меня чуть не подчинил? Так вот, эта тварь чуть душу из меня не вынула, еще немного, и отключился бы.

Сидя у меня на коленях и прижав уши, Крош тихо и утробно рычал. Шерсть на его загривке стояла дыбом. Кот чуял что-то, чего не чуял я, и это тоже не добавляло оптимизма. По крайней мере, раньше я такого поведения за ним не наблюдал.

Внутренняя связь щелкнула, и голос Лукаса прорвался из динамика:

– Командир, я такого раньше не видел. За все время в «Щите» – ни разу. Хорхе посылал нас на десятки зачисток, и зомби всегда были… ну, тупыми. А эти будто приказы выполняли. Слышал, ты тоже так умеешь, но… это был не ты?

– Не я, – мрачно подтвердил я.

– Они не как будто выполняли приказы, а действительно выполняли, – сказал Тетыща. – Та тварь позади – она ими управляла. Подняла руку – они повернули. Опустила – остановились.

– Отлично! – нервно хохотнула Вика. – Просто отлично. Мало нам было зомби, титанов и каких-то охотников – теперь еще и дрессировщики завелись. Гребанные братья Запашные!

Подумав, я все же не стал держать информацию при себе и проговорил:

– Это не человек. Гуманоид, но больше похож на насекомое какое-то. Инсектоид.

– Успел прочитать профиль? – спросил Тетыща.

– Да. Но система выдала, что «данные удалены». Кем?

– Система что-то скрывает? – спросил Рамиз.

Я пожал плечами. Или мой уровень недостаточно высок, чтобы опознавать таких тварей, или эта тварь сама выбирает, что показывать остальным. А вообще, связь с записками Хорхе напрашивалась сама собой: «Охотники не охотятся, они собирают». Может, эта тварь – разведчик тех самых охотников? Она же не охотилась на нас. По большому счету, просто наблюдала, направляла зомби в нашу сторону и смотрела, как мы драпаем. Собирала информацию?

– Нас изучают, – озвучил мою мысль Тетыща. – Как мы изучаем врага перед зачисткой. Оцениваем численность, уровни, паттерны поведения. А потом принимаем решение: атаковать или обойти.

– И какое решение приняла эта тварь? – спросила Вика.

Бергман помолчал, прежде чем ответить:

– Обойти. Пока.

От этого «пока» стало совсем погано, потому что такой вердикт выдал рациональный разум Тетыщи.

– Да харэ нагнетать! – возмутился Сергеич. – Типа бездушные все не уроды и нормальные. А этот – такой вот! Особенный. Но просто бездушный.

В этот момент вдруг подала голос Тори:

– У него было четыре руки, – хрипло сказала она. – Я видела.

Все посмотрели на нее. Тори по-прежнему смотрела в пол, но продолжила:

– Когда она подняла ту штуку… устройство. У нее было четыре руки. Две держали, две висели по бокам.

– Да ты гонишь, – фыркнула Вика. – Тебя еще колбасит, и глюки.

– Это правда, – подтвердил я. – Четыре верхние конечности.

Сергеичу, который все еще пребывал в приподнятом настроении от исцеления, хотелось, чтобы его хвалили и превозносили за припрятанные артефакты. Не в первый раз нечистый на руку человек оказался полезным.

Четыре руки, фасеточные глаза, рост под два с половиной метра и управление зомби на расстоянии – определенно не человек и не зомби.

– Коля говорил про нечто подобное, – вспомнил я сообщение Лизы. – Братья весь вечер кричали.

Сергеич почесал струп на шее – там, где пробивались молодые волосы – и философски заметил:

– Ну, значит, не померещилось пацанам. Жаль. Я-то надеялся, что у них просто крыша едет от свежего воздуха и морских купаний. – Он хохотнул, но никто не улыбнулся.

А через двадцать минут тряски по разбитым улицам мы добрались до воды.

Да, можно было половину этого пути двигаться по суше, так вышло быстрее бы, но совершенно не хотелось снова сталкиваться с той тварью – а вдруг она решит напасть? Почему-то казалось, что вода ее остановит.

Лукас притормозил у разрушенного причала, и амфибия медленно сползла в темную воду залива. Переход с суши на воду ощущался как погружение в другой мир – двигатель сменил тональность, под днищем зашуршало, и скорость упала до черепашьей. Зато перестало трясти и, соответственно, тошнить перестало. Три километра в час, если верить Джехомару. С такой скоростью до базы мы доберемся часа за полтора, если повезет.

А если не повезет – не доберемся вообще.

Я активировал «Фазовый взгляд» и посмотрел за борт. Вода в этом режиме выглядела как черный кисель с редкими тепловыми пятнами – рыба, наверное, или что-то, что раньше было рыбой. Ихтиандры, мои подконтрольные морские твари, болтались где-то на периферии сознания, и от них веяло… страхом?

Точно, страхом. Они забились в расщелины на дне и не высовывались, хотя обычно патрулировали акваторию, как голодные акулы.

– Лукас, – позвал я по внутренней связи, – какова вероятность встретить Глубинника?

Динамик помолчал, потом ответил:

– Высокая, командир. Он контролирует всю акваторию от порта до южного побережья. Мы сейчас проходим через самый центр его территории.

Отлично. Просто замечательно.

Глубинник – титан восемьдесят четвертого уровня, вздувшийся утопленник с когтями-серпами. В прошлый раз, когда мы с ним столкнулись, он перехватил контроль над моими ихтиандрами, и те атаковали нас вместе с пиявками. Спаслись только благодаря «Тени» и канализации.

Сейчас канализации под рукой не было. И «Тенью» не воспользуешься, у нее радиус действия маленький. А машины-то две!

– Пугачи на воде работают? – спросил Рамиз.

– Да, но на Глубинника не действуют, – ответил я. – Джехомар предупреждал.

Вика выругалась – коротко, но емко.

Я представил, как амфибия медленно ползла по черной воде, оставляя за собой пенный след. Вторая машина держалась метрах в двадцати позади – я видел это «Фазовым взглядом». Мы занимали место десанта и были запечатаны, полностью отрезаны от мира, как шпроты в консервной банке.

Тишина давила на уши. Только гул двигателя да плеск волн о борта.

– Слишком тихо, – пробормотал Сергеич, озвучив общую мысль.

– Накаркаешь, – огрызнулась Вика.

Тори сидела с закрытыми глазами, обхватив колени руками. То ли спала, то ли притворялась – в любом случае, лучше ее не трогать. Тетыща не сводил с сестры взгляда, но молчал.

Я снова проверил ихтиандров с помощью «Сокрытия души». Страх никуда не делся, но твари потихоньку выбирались из расщелин и осторожно плыли в нашу сторону, держась на почтительном расстоянии. Глубинника поблизости не было – иначе он бы уже перехватил над ними контроль.

Пришла запоздалая мысль, что я не догадался применить «Зов альфы». Если включил бы его, как повели бы себя зомби? Может, вырвались бы из-под чужого контроля? После того, как ме чуть душу не вынули, проверять не хотелось.

Я еще раз просканировал воду «Фазовым взглядом» – ничего крупного, только мелкие тепловые пятна. Рыба, наверное, или что осталось от рыбы после месяца в компании ихтиандров.

– Чисто? – спросила Вика, заметив мой взгляд.

– Пока да, – кивнул я. – Ничего крупного не вижу.

– Странно, – сказал Тетыща. – Титан должен патрулировать свою территорию.

– Может, жрет кого-то на другом конце залива, – предположил Рамиз. – Или спит. Зомби вообще спят?

Никто не знал ответа. Я и сам задавался этим вопросом – бездушные не нуждались в еде и отдыхе в привычном смысле, но титаны порой вели себя как живые существа. Костегрыз патрулировал свою территорию по расписанию, Донки-Конг отсиживался в джунглях, пока его не потревожили. Может, и Глубинник куда-то свалил по своим титаньим делам. Или его что-то спугнуло?

Мысль была неприятной, и я постарался ее отогнать. Хватит с нас четырехруких тварей на сегодня.

Наша амфибия ползла по воде, двигатель монотонно гудел, за бортом плескалась чернота. Крош свернулся у меня на коленях и нервно подергивал хвостом, но больше не рычал – видимо, четырехрукий отстал.

Собравшись с мыслями, я распорядился:

– Бергман, пиши новообращенным соклановцам, чтобы врубали пугачи и ждали гостей – мало ли. Я то же самое продублирую в клановый чат. Да и нужно написать, что артефакты у нас.

– Уже сделал, – отчитался он.

Я оформил мысли в слова и отправил в чат, напомнив, что мы приедем до рассвета – а то еще увидят броневики и откроют стрельбу. Заодно и проверю, выставили ли дежурных без моего надзора, а то вдруг расслабились и все спят? Как показала жизнь, расслабляться нельзя. Только расслабился – сожрали. Омерзительно чувствовать себя загоняемым животным, за которым гонятся и охотники, и псы… Одно непонятно: зачем?

Почему бы жнецам всех нас не перебить к чертям да не забрать души? Зачем нужны мы, чистильщики? Ведь вряд ли жнецы безумны, должен быть в этом какой-то смысл! Как ни крутил в голове происходящее, не находил смысла. Наиболее логичная версия – Жатва для развлечения. Но интуиция подсказывала, что и это предположение далеко от истины.

Скорее всего, правду узнает только тот, кто дойдет до конца. Была у меня мысль, что лучше этого не знать, ведь иногда только незнание дарит надежду, которая дает силы для борьбы.

Только я собрался злиться на соклановцев, как пришел ответ от Дитриха Киндерманна:

«Неизвестные существа? Возможно, разумные? Ничего такого не видели, у нас все спокойно. Ждем вас». Молодцы! Где есть немцы, там будет порядок…

Вика попыталась разрядить обстановку:

– Сергеич, а ты рыбак? Вот сейчас бы удочку закинуть…

– Какая, на хрен, рыбалка, – буркнул тот. – Я городской, максимум – пиво на набережной пил с воблой. И вообще, тут рыба небось мутировала во что-нибудь зубастое.

– Ихтиандры вроде рыбу не трогают, – заметил Рамиз. – Только людей жрут.

– Утешил, блин.

Я следил за обстановкой «Фазовым взглядом» и думал о том, что мы видели. Четырехрукая тварь с фасеточными глазами, командующая ордой зомби; системка, скрывающая информацию о ней, и записки Х. Уя: «Охотники не охотятся, они собирают». Что именно собирают? Зомби? Людей? Информацию? И почему та тварь нас не атаковала, хотя могла?

– Командир, – голос Лукаса вернул меня в реальность, – минут двадцать до точки высадки.

Это хорошо. Значит, столкновения с Глубинником мы избежали, он не забирается так далеко.

До берега добрались без происшествий. Глубинник так и не появился, ихтиандры держались на расстоянии, и даже Крош перестал дергать хвостом и задремал.

Но чувство, что кто-то смотрит в спину, не отпускало меня, даже когда машина вышла за берег. А еще появилось ощущение холодного ветра, дующего в спину.