Время охотников

Глава 9 Качаем нашего героя!

Броневик заглушил мотор, опустился люк, выпуская нас в предрассветную серость. Машина как выехала из воды, так и стояла на песке, и открылся вид на безбрежный океан, розоватый, под цвет неба. Дохнуло соленой свежестью и… рыбой, донеслись голоса, женские и мужские вперемешку. Неподалеку смолк мотор второй машины, и мы начали выходить на влажный песок.

Первое, что бросилось в глаза – скелет огромной рыбины, только кости и остались. Судя по острому носу, это была рыба-меч. Я обогнул броневик и увидел наших, спешащих навстречу. Впереди бежал босой Рома, улыбаясь от уха до уха. Но, увидев филиппинцев, он встал как вкопанный и попятился, упершись спиной в Настю.

Лиза молча подошла ко мне, обняла и положила голову на плечо.

– Мой воин вернулся из похода. Живой!

Отстранившись, она провела ладонями по моим волосам, и снова ее твердый подбородок уперся в ключицу. Вика сверлила меня взглядом, но ничего не говорила.

Вразвалочку подошел Макс, раскинул руки и воскликнул:

– Мотать твой лысый череп, кого я вижу!

Пожав руку Рамизу, он обнялся с неузнаваемым Сергеичем, они похлопали друг друга по спине.

– Ваще ты молодой! – радостно выпалил Макс. – Ни за что не узнал бы!

С Сергеича облезли струпья, и он был розовым, как младенчик. Пока все приветствовали друг друга, филиппинцы столпились в стороне и ждали своего часа. Да, все видели системки друг друга, и новенькие вроде как познакомились с нашими, но хотелось представить каждого и сказать пару добрых слов.

– Это я-то молодой? – Сергеич устремился к Киндерманнам, осмотрел их с ног до головы. – Это вот кто молодой! Арийцы, блин!

Я заметил Павла с Колей – мальчик упирался, не хотел идти, видимо, пугался вооруженных чужаков в военной форме.

– Рыба! – прокричал Рома, указывая на скелет. – Рыба приплыла!

Вспомнилось их предсказание про большую рыбу, и я передернул плечами. Следующим выбежал невысокий плечистый детина – Эдрик, подбежал радостный, принялся трясти мою руку. От счастья он аж светился. За ним показалась Элеонора, дождалась Эстер, и они подошли вдвоем. К ним присоединился доктор Рихтер – вот все и в сборе, столько надо им рассказать! Они все знают из нашей переписки, но дело ведь в подробностях!

В первую очередь я воздал должное Сергеичу:

– Качаем нашего героя! Благодаря Сергеичу у нас почти есть портальное устройство! Осталось один артефакт купить в магазине чистильщика, и оно появится!

– Мы сможем попасть на материк? – прошептала Элеонора, ее тихий голос я едва расслышал в шелесте прибоя.

– Сможем, – кивнул я, а сам додумал: «Если отремонтируем вертушку и поставим маяк в нужную точку», – но говорить не стал, чтобы настроение и дальше оставалось праздничным.

Элеонора захлопала, все подхватили, филиппинцы, недоуменно переглядываясь, тоже. Сергеич прошелся по песку, присогнув колени и выпятив грудь, пропел, приплясывая:

– Ой, на! Ой, на-на, где ты, третия волна⁈ Мы прокачаны, умелы, нам не страшно ни хрена! Эй-ха! – И ударил себя по ляжкам.

– Я не понял, ты че, на ходу сочиняешь? – Макс выпучил глаза и выставил вперед огромные кроличьи зубы. – Ты, типа, поэт, да?

Сергеич оскалился и продолжил:

– Как пришел к нам тошноплюй, его Макс схватил за…й. Мама, мамочка моя – а там нету ни…я!

Элеонора поморщилась, Вика заржала, Лиза посмотрела с улыбкой, как на резвящегося ребенка.

– А чего это я его схватил? – обиженно спросил Макс.

– Не знаю, ты схватил, тебе видней.

Я хлопнул в ладоши.

– Друзья! Я тоже рад видеть всех и каждого, но давайте я представлю новых членов нашего клана…

Растрепанная Тори не дала мне договорить, сделала шаг вперед и упала на колени:

– Простите. Не прогоняйте. Я была тварью, но все поняла. Отработаю. Клянусь.

К ней подошла Элеонора, прищурилась, разглядывая. Узнала, поморщилась и сделала шаг назад, раздувая ноздри.

Тори вскинула голову и взмолилась:

– Не прогоняйте! Отработаю.

– Отработаешь, – кивнула Эстел. – Умереть ты всегда успеешь, так что оставайся.

– А че там за тварь была с насекомьими глазами? – вставил свои пять копеек Макс. – Новый босс?

И тут начался такой гвалт, что я прикрикнул:

– Тише! Все по порядку. Для начала давайте решим, будем говорить здесь или пойдем в столовую.

– В столовую! – взмолился Маурисио, завороженно глядя на нашу футуристическую базу. – Никогда такого не видел, вот же круто-то как!

Я нашел взглядом Настю, державшую за руку Рому, она ответила на мой немой вопрос:

– Дети начали заходить внутрь. Не знаю, пойдут ли теперь, когда столько незнакомых людей.

– Идите первыми, мы за вами.

Я указал на рыбий скелет и спросил:

– А это здесь откуда?

Все заговорили, перебивая друг друга, снова поднялся шум-гам. Я вскинул руку и посмотрел на Дитриха, которому надоело молчать, но он не мог вставить слово.

– Говори, Дитрих.

– Ее приливом прибило к берегу, она была ранена, но жива. Кто-то выпустил ей кишки, но не стал есть. Ну и вот мы решили пустить ее на белковую пасту… – Сообразив, что новенькие могут не понять, он пояснил: – У нас есть устройство, которое делает тюбики-консервы из белка…

Его перебил Сергеич:

– Прикиньте, кланлид этого сраного «Щита» был людоедом! У него тоже такая штука была, только он туда людей запихивал. А как она выглядит, туда целиком надо засовывать или по кускам?

– По кускам, – сказал Тетыща. – Она небольшая. Но можно рыбу и крабов не разделывать, она сама отделяет нужное от бесполезного.

– Отвратительно! – поморщилась Лиза, имея в виду людоедов.

Тори уселась прямо на песок, скрестив ноги. Копченовы вошли на базу, и я шагнул вперед:

– Лукас, Мигель, пригоните машины к базе метров на десять-двадцать. Идем в столовую.

Маурисио подбежал ко мне:

– А как это вы построили? С помощью чего? Не руками же?

– Это самовозводимый модуль, инопланетная технология, – сказал я громко, чтобы другие слышали. – Наш герой Сергеич украл у одного нехорошего человека контейнер, мы его вскрыли и… и вот! – Я раскинул руки.

– Хорхе за такое душу бы отдал… – протянул Лукас.

– Хе! И стал бы бездушным, – сострил Сергеич.

Мы подошли к базе и, поскольку все состояли в клане (вассальный тоже считался), дверь отъехала в сторону, пропуская нас в холл с индивидуальными шкафами.

– Как в детсаду, только большом, – прокомментировал Маурисио.

Пока мы шли, Лиза объяснила новеньким:

– База рассчитана на сорок человек, тут сорок шкафов для личных вещей. Просто подходишь к своему и открываешь. Чужой попросту не откроется.

– Как открываешь? – полюбопытствовал Мау, попытался открыть шкаф Рамиза – естественно, не получилось.

– Он просто узнает тебя, баран, – усмехнулся Рамиз.

Я пообещал:

– Когда поговорим, я проведу экскурсию по базе, и каждый выберет себе комнату… ну как комнату, это скорее бокс, как в капсульных отелях.

– Спасибо! – выдохнул Маурисио.

Сразу за прихожей находилась столовая. Слева – столы и стулья, справа – кухня, куда и сунулся Маурисио, потянулся к тюбикам, лежащим на столе.

– Это из рыбы-меча, которую не доели зомби?

– Да, – кивнула Лиза.

– Можно? – Маурисио взял один.

Я посмотрел в другую сторону, где за столом уже сидели Копченовы. Увидев толпу, дети испугались, спрыгнули со стульев и окаменели.

– Нет! – рявкнул я, понимая, что, если позволю ему вольность, начнутся разброд и шатание. – Скоро завтрак. Вот и поедим. Кто сегодня дежурный по кухне? Или обойдемся сублиматом?

– Я и Эдрик, – подала голос Эстер. – Так что в беседе не участвую. Хотя было бы любопытно послушать про новый вид зомби.

– Я сяду так, что ты все услышишь, – пообещал я и подошел к ближайшему столику, уселся.

Все тоже начали рассаживаться, мимо прошла Настя, ведя напуганных детей на улицу.

– Придется мне все-таки уйти, – грустно сказала она. – Павел потом расскажет, что к чему.

Дети как полноправные члены клана удивили филиппинцев, привыкших считать их бесполезными. Новые соклановцы ждали, пока наши рассядутся, и станет ясно, какой столик свободный. Пока они собрались в одном месте, я ухватил за руку проходящего мимо Эдрика.

– Постой-ка, дружище.

Парень послушно остановился, я обратился к филиппинцам:

– Видите его профиль? Парню четырнадцать лет. Еще, если присмотритесь, увидите, что есть люди, которым по восемьдесят, но выглядят они молодо. Старики молодеют, дети взрослеют, организм откатывается до возраста, когда был пик формы. Это двадцать один-двадцать пять лет.

– У нас в клане все изначально молодые, – признался Лукас. – Но я что-то такое подозревал, глядя, как молодеет Хорхе.

– Мы никогда не состаримся, – улыбнулась Вика, задумалась и выдала: – Но с таким раскладом я вряд ли доживу до старости.

– Занимайте места, и начнем, – распорядился я и нашел взглядом Павла. – Теперь подробно расскажи о том, что говорили дети. – А вспомнив о новеньких, я громко объяснил: – У нас есть дети-аутисты, у них открылся дар предвидения, но изъясняются они непонятно. Однако все, что они обещали, сбылось.

– «Они уже рядом. Много-много звезд, но не звезды. Они голодные», – ответил Павел. – Это дословно. При этом дети смотрели в небо, а потом переполошились и убежали в дом. Видимо, сочли, что там безопаснее.

– Это все? – уточнил я.

– Мы все фиксируем, – сказал он. – Только эти слова несли странный смысл. Конечно же, мы с Настей попытались их расспросить – без толку. Все пытались, кому они доверяют, и Лиза…

– Они не хотят об этом говорить, потому что пугаются, – подтвердила Лиза, сидящая слева от меня. Напротив сидели Тетыща и Вика. Тори Бергман тащить с собой не стал, он будто бы забыл о ней. У каждого стола было по четыре стула, даже скорее табурета, они росли из пола, и перемещать их было нельзя. Но Сергеичу так хотелось за наш столик, что он предпочел стоять.

Пахло пирожками или чем-то подобным, причем так, что сводило живот.

– Теперь я представлю моих друзей и боевых товарищей.

Минут двадцать я говорил. Рассказ о Вечном занял больше всего времени. Подключился Сергеич, поведал, как подцепил от Флектора проклятье гниющей плоти, отодрал с пуза последний струп и продемонстрировал его. Лиза поморщилась и ткнулась носом мне в плечо.

Она все время трогала меня, будто обозначая, что это ее территория. Вика бесилась, потому добавила:

– Ты не представляешь, как он вонял! Реально как недельный трупак. Казалось, в нем и опарыши копошатся.

– Вика, прекрати, – осадил ее я. – Я понимаю, вас связывают какие-то тайные узы, но за столом-то зачем?

Маурисио я тоже представил, а также механика-водителя Лукаса, инженера-ремонтника Мигеля и повара Марко. Последнего встретили аплодисментами, а Эстер, хлопочущая на кухне, обрадовалась:

– Это значит, что он удивит нас обедом?

– Легко! Только расскажите, что у вас где.

Потом я рассказал о столкновении с неведомой четырехрукой тварью и закончил, предвидя, какие будут вопросы:

– Это не бездушный босс, что-то другое, чертовски опасное.

– Охотник? – спросил Макс.

– Неизвестно.

Посыпались предположения, начались споры, которые я пресек:

– Все равно не узнаете, только взорвете себе мозг. Ясно одно: тварь опасна и, скорее всего, она нам не дружественна. У нас есть шесть дней, чтобы подготовиться к битве неизвестно с кем, и нужно распорядиться временем с умом. И подготовить пути отступления. Даже если в магазине чистильщика появится недостающий артефакт, в месте, куда мы хотим переместиться, нужно поставить маяк, это основная сложность.

Тетыща пояснил:

– То есть нам придется сперва добраться, скажем, на соседний остров, и только потом получится туда телепортироваться.

Я подхватил:

– Уже говорил, что на одном островке есть вертолетик с погнутыми лопастями. Его нужно отремонтировать. Механик у нас есть, пилот тоже. Дитрих, справишься?

Немец кивнул.

– Не только справлюсь, но и научу им управлять, чтобы это умение не ушло вместе со мной, если я погибну.

Механик Мигель Рейес развел руками:

– Нужно видеть машину, чтобы понять, насколько серьезны повреждения и справлюсь ли я. Я ж не волшебник.

– Я надеюсь, что справлюсь, у меня есть профильные способности, – обнадежил я команду.

В это время пришло сообщение от Джехомара в личку:

«Разбились на группы. Выдвигаемся на прокачку. О результате доложу».

«Удачи! Жду», – ответил я и, зевнув, переключился на насущные проблемы.

– Надо выдвигаться за вертушкой, – предложил Макс.

– Сперва надо поспать несколько часов, – осадил его Тетыща. – Мало ли с чем придется столкнуться. В сонном состоянии результативность будет низкой.

Вика громко зевнула, и зевки пошли гулять по базе, будто бы перепрыгивая от одного к другому.

– Обещанная экскурсия, и до обеда – сон, – распорядился я и добавил: – Еще важный момент. Условия изменились. Чтобы выжить, нам понадобятся люди, хорошо прокачанные и умеющие воевать. Так что придется потесниться. Скоро клан пополнится на сотню человек.

– Но они не влезут! – воскликнула Элеонора.

– Сюда приедут самые талантливые. Прочие останутся на базе «Щита». Я понимаю, что вам будет сложно привыкнуть к новым людям, но иного выхода нет. Можно считать, что я ввожу военное положение, когда решения командования не обсуждаются.

Вспомнилась четырехрукая тварь, а также то, что я затупил от усталости и не попробовал оторвать от твари бездушных «Зовом альфы». Спать нужно больше, это точно.

– Идем на экскурсию, – сказал я, поднимаясь.

– А поесть? – почти взмолился Сергеич. – Жрать страсть как хочется.

– Потом – спать, – отрезал я, понимая, что мозг воспринимает информацию уже частично.

– Готово! – торжественно объявила Эстер и повернулась к нам: – Подходите, вот раздаточный столик. Вилки и ножи берете сами, грязную посуду приносите сюда же. На этом столе – еда.

Она принялась раскладывать в тарелки нечто, похожее на жареные яйца. На столике лежали тюбики с пастой, лепешки, булки, блины, нечто желтое.

Эдрик, который дежурил вместе с ней, начал раскладывать это желтое по креманкам. Первым к еде ломанулся Сергеич, взял тарелку, наложил блинов – и обычных, и скрученных, с начинкой.

Эдрик принялся разносить по столам тарелки с фруктами и этим желтым. Когда неопознанная субстанция оказалась на столе, я узнал в ней манговое варенье. На кухне началось столпотворение. Сергеич вернулся с тарелкой, где я узнал… о, господи! Яичницу-глазунью! Аж прослезиться захотелось.

Лиза пояснила:

– Позавчера Эля и Эдрик отправились на охоту и притащили кур!

Проходящий мимо Эдрик решил нас просветить:

– Тут, билят, почти все кур держали…

– Эдрик! – рявкнул Макс и пожаловался мне: – Лепит это свое «билят» к месту и не к месту, блин! Заманал!

Усмехнувшись, я кивнул Эдрику:

– Продолжай.

– Ну и, билят, когда люди умерли, куры разбежались. Но они все равно живут в курятниках. Вот мы вечерком пару семеек и переселили. Курятник построили из бамбука тут рядом. Хочешь, покажу, капре?

Тем временем вернулись Вика и Лиза с двумя тарелками – и обе протянули лишнюю мне. Женщины! Им нужно о ком-то заботиться, а меня они поставили в неловкое положение. Ситуацию спас Тетыща, забрал Викину тарелку:

– Спасибо, это так приятно.

Та раскрыла-закрыла рот и села на свое место. Бергман подмигнул мне, приподняв уголок рта. Лиза устроилась рядом со мной и пояснила:

– Блины, что свернуты трубочкой – с мясом, конвертики – с творогом.

– А это все откуда? – удивился я.

– Творог – из аппарата, сделан из прокисшего молока, которое мы нашли. Мясо – Эдрик забил кабанчика. Когда проредили ряды зомби, они стали приходить из лесу.

Сергеич проговорил с набитым ртом:

– Можно поймать свиноматок и разводить! А то перебьем к хренам всех кабанов, без ничего останемся.

Вика подхватила идею, тоже с набитым ртом:

– Ага! Курятник есть, свиноферма будет. Еще надо овощи выращивать, картофан, например, рис…

Ее голос звучал фоном. Отломив лепешку, я макнул ею в яичницу, съел кусок. М-м-м! Вкус прошлой беззаботной жизни! Как будто закрываешь глаза – и ты дома, в безопасности, фоном работает телевизор, в соседней комнате поет Ваня…

Яичница быстро закончилась, и я приступил к блинам, думая, как долго Эстер пришлось делать такую гору блинов! Интересно, в филиппинской кухне они есть, или это наши научили? Особенно порадовали блины с вареньем из манго.

Когда насытился, аж голова закружилась, так клонило в сон. На колени прыгнул облизывающийся Крош, потянулся, выпустив коготки. Когтеукалывание слегка привело в чувства, я погладил питомца.

Поднявшись, объявил:

– Теперь экскурсия!

Лиза сжала мою руку:

– Ден, по-моему, правильнее поручить это Киндерманнам, они отлично справятся.

Я поймал себя на мысли, что мне, как мальчишке, хочется похвастаться своей игрушкой – базой. Но усталость была сильнее, и, чтобы не перекрикивать толпу и не звать немцев, я написал в личку Дитриху, попросил провести новеньких по базе.

Он прочел сообщение сразу же и объявил это. Все начали собираться, понесли пустые тарелки на кухню, не забывая благодарить поваров.

В спальный блок мы пошли все вместе. Я упал в свою капсулу и сразу вырубился. Снились мне бабочки, цветочки, розовые пони и что-то в этом роде, аж просыпаться по будильнику не хотелось.

Спал я три с половиной часа – всего ничего, но уже пришел отчет от Джехомара:

«Три группы общим количеством 48 человек возвращаются на базу. Осуществлена прокачка, уровни подняты с 0-го до 6-9-го. Потерь нет. Приступаем к прокачке второй группы».

Люблю хорошие новости! Не ошибся я в вояках! Как здорово, что мы успели вовремя и не дали их растерзать толпе. Толковым мужиком оказался этот Джехомар, чувствую, сработаемся с ним. Вот теперь есть надежда создать боевой клан!

В ответ я похвалил Джехомара и напомнил о неведомой опасности и – чтобы был осторожным.

Дело за малым – укрепить нашу базу и приготовить пути отступления. Если допустить, что охотники – более развитые существа с технологиями, близкими к тем, которыми владеют жнецы, шансов у нас немного.

Не исключено, что придется бежать, потому нам нужен вертолет. Осталось придумать, как доставить его на базу. Или не стоит? Или нужно Мигеля доставить к вертолету?

Нет мне покоя…