Глава 2

Утро следующего дня ничем не отличалось от предыдущего. Тот же потолок, тот же промозглый холод, тот же скудный завтрак. Никаких изменений.

Сделав зарядку, словно на насест уселся на воткнутое в землю бревнышко, на самом краю пропасти, вокруг которого из мелкого речного песочка отсыпал небольшой иллюзорный прудик, с волнами, заросшими травой кочками, камнями, окружёнными мелкой рябью. Чтобы песок не выдуло ветром, пришлось сооружать защитную ограду из камней. Мой личный сад звёзд. По ночам отсюда открывается просто невероятно чудесный вид на звёздное небо. Такое яркое и близкое, что казалось, вытяни руку и сможешь его коснуться.

Медитируя под завывания ветра, расслабился, растворяя свою ауру в окружающей среде, становясь частью горы. Может большой силой похвастаться не мог и в лучшие годы, но вот с восприятием всё обстоит совсем иначе. Моя сильнейшая способность, никогда не подводившая. Именно поэтому группу поднимающихся по тропинке практиков смог почувствовать даже на таком большом расстоянии. Более того, смог приблизительно оценить их силу.

Удивлённо распахнув глаза, озадаченно погладил бороду. Судя по всему, на гору поднималась группа практиков четвёртых–пятых ступеней. Их духовные очаги для меня светились подобно фонарям в ночи.

– Какое сильное дыхание очагов ци. И какие знакомые ауры, – задумчиво перебирал в памяти, где мог с ними пересекаться ранее. – Где же я их видел? Вот задница Ичи! – чуть не свалился с бревна от внезапного озарения. – Это же члены совета старейшин. Да ещё и в полном составе.

Моё удивление было не передать словами. Мысли лихорадочно заметались в голове, подыскивая причину столь представительного визита. Просто так, старейшины в полном составе никуда не ходили. Они и собирались–то все вместе крайне редко. Тем более, судя по источникам, кроме них на тропе больше никого не было, что сильнее сбивало с толку.

– Должна быть причина. Ну не на пикник же они сюда лезут. Да нет, чушь, – подумав ещё раз над этой версией, решительно отверг. – Значит, визит по официальному поводу. Вынести какое-то решение, требующее полный состав старейшин? – задал вопрос самому себе. – Да ещё и лично передо мной? Святые сиськи Айши. Что за бред! – разнервничался от неопределенности.

Награждать меня не за что, а вот наказывать, пришлось спешно вспоминать все грешки, совершённые за последние год–два. Из самых заметных, поскольку ради мелочи столь ленивые задницы даже не почесались бы. На ум пришла пара подходящих вариантов, но сомнительно. Там я очень хорошо заметал следы. Не должно было остаться никаких улик. Неужто всё же где-то прокололся. Ладно, допустим, у них появился веский повод что-то мне предъявить. Чем это может закончиться. Вряд ли пожурят для вида, погрозив пальчиком. Для этого необязательно лезть сюда таким составом. Взять с меня нечего. Значит, штрафом не отделаюсь. На тяжёлый физический труд во благо деревни не направят. Не в моём возрасте. Тогда для чего собрались все вместе.

Зашел на новый круг размышлений, раздражаясь от того, что не понимал причины. Если только заранее предполагая, что буду крайне против их решения и дело дойдёт до драки. В этом случае да, такая делегация более чем оправданна. Значит, будет драка, другого варианта просто не вижу. Точнее в тот момент о другом просто не подумал, свернув на излюбленную тему.

Соскочив с бревна, ненадолго замер, не зная, что предпринять. Бежать? Воевать? Уходить в отрицание, утверждая, ничего не видел, ничего не слышал, если что и найдёте, подбросили? Или же прикинуться смертельно больным, умирающим человеком? Изобразить обострение болезни? Отравление уткой? Варианты сменялись один за другим, становясь все более бредовыми. Ну же думай быстрее. Так ведь и прибить под горячую руку могут.

– Стоп! – едва не заорал от внезапно пришедшей мысли, спотыкаясь на ровном месте. – Тьфу ты. Стой, тебе говорю. Чуть проклятая нога не подвела.

Ход размышлений переключился на совершенно другое направление.

–Чего это я должен оправдываться? – возмутился от подобной глупости. – Хотят драки? Да ради Айши! Давно пора. Это ведь мой шанс уйти громко хлопнув дверью, заявив о себе. В бою с превосходящими силами, как и положено доблестному воину. Не в постели же, – скривился от отвращения, – писая под себя как младенец, в маразме и соплях.

При мысли о доброй драке, на лице тут же расплылась предвкушающая довольная улыбка, стирающая предыдущую гримасу. Я столько времени угробил, подбирая варианты как лучше уйти за грань, а тут готовое решение принесли на блюдечке с золотой каёмочкой. На душе сразу стало так светло и спокойно, что аж дух перехватывало. Как давно не испытывал этого волнительного ощущения. Соскучился. Плечи неосознанно распрямились, осанка выпрямилась, стойка стала твёрже. В глазах предательски заслезилось от нахлынувших чувств.

Расслабленно направился к хорошо знакомой тренировочной площадке, скрытой под кронами лесных гигантов. Решил, там всё и произойдёт. На земле, обильно политой моим потом и кровью. Там, где начинались мои первые шаги на пути познания великого искусства, будут сделаны последние. Пока неторопливо шёл, успел подвязать рукава лентой, затянуть пояс, ослабить воротник. Умылся из частично вросшей в землю огромной бочки, собирающей дождевую воду. Встав в центре площадки, прикрыл глаза, настраиваясь на нужный лад. На душе воцарилось необычайное умиротворение, даря гармонию, чувство единения с окружающим миром.

По деревьям пробежалась волна ветерка, вызывая шелест листвы, хотя трава под ними даже не шелохнулась. Притих стрекот надоедливых насекомых. В воздухе запахло приближающейся грозой.

Сколько так простоял, без единого движения не знаю, да и не интересовали эти мелочи. До тех пор, пока на краю площадки не возникли пять силуэтов, появившихся из–за деревьев. Три старика и две старухи, настолько пожилые, что их можно было принять за древних призраков. С мрачными, серьёзными лицами они вышли из леса, тихо переговариваясь между собой.

– А я говорила, нечего было им доверять, – обвиняющие заявила старейшина идущему рядом собеседнику.

– Кто же знал. Он казался вполне…

– Фанг как думаешь, если использовать…, – параллельно вела беседу другая пара старичков.

Старейшины шли неспешно, мало обращая внимание на окружающую обстановку. До поры, до времени.

В голове уже сами собой складывались тактические схемы. Первым атаковать Миншенга, обходя по правую руку. Три шага туда, два сюда, поворот, отступление на шаг назад. Вон там, выбросом ци, сбиваю концентрацию Фангу, одновременно смещаясь влево, за спину Фэн. Она самая неповоротливая. Вдруг успеет гад ползучий кинуть что–нибудь в ответ. Оттуда перемещаюсь вон туда, держась от ведьмы с подветренной стороны. Её распыляемые яды довольно коварны и проблематичны. Схемы сменялись одна за другой. В пространстве передо мной словно чертились шесть разноцветных линий движений, рисуя узор ещё не произошедшей битвы. Подсвечивались уязвимые места противников, которых опасно недооценивать. На миг, как будто со стороны увидел всё, что сейчас произойдёт, или уже произошло, или только происходит в это мгновение. Ощущение границ времени и пространства размылось. Чувствую, это будет славная битва. Долгожданная.

Старики внезапно остановились, словно врезались в незримую стену. Вон, у Миншенга даже одна нога в воздухе зависла, а Фэн замерла с открытым ртом, оборвав себя на середине предложения. Чуйка у этих старичков развита не хуже, чем у меня. Границу, мысленно определённую как крайнюю линию, после которой всё и начнётся вне зависимости от обстоятельств, ни один из них так и не пересёк. Что же, тогда шаг навстречу сделаю я. Не гордый. Три… два… один…

Пятёрка старейшин насторожённо обернулась, вглядываясь в лесную чащу, со стороны которой только что вышла.

– Что там? – тихонько спросила невысокая Чинао, вторая женщина старейшина, забавно вытягивая шею.

– Понятия не имею, – озадаченно признался Миншенг. – Ничего не вижу. Фанг?

– Никого. Ну если не учитывать пару белок поблизости. Хотя нет, вон ещё синицу вижу, – ответил самый педантичный старейшина.

– Тогда с кем собирается драться этот лысый псих? – успокаиваясь, недовольно заворчала Фэн.

Старейшины озадаченно переглянулись между собой в поисках ответов. Спустя пару секунд, слегка расслабившись, вновь повернулись в мою сторону с вопросительными взглядами. Всё это время терпеливо ждал, когда же прекратят ломать комедию, не желая атаковать в спину. Хотя их действия несколько сбивали с толку, ломая многие планы.

– Слышь, лысое чудовище, ты с кем тут воевать собрался? – сварливо поинтересовалась Фэн, разглядывая меня словно диковинное насекомое.

– Вообще-то с вами, – решил не играть в молчаливого злодея.

Что–то не по себе стало от их разительно изменившихся взглядов. Такое ощущение, что меня мысленно препарировали, пытаясь понять, что творится у меня в черепушке. Старейшины переглянулись ещё раз, молчаливо общаясь. Научились телепатии? Что за безмолвные переговоры. Раздражает.

– Можно узнать, зачем? – осторожно уточнил Фанг, чей взгляд стал до боли напоминать Фэн, столь же жалостливый и сочувствующий.

Не понял, это что ещё за реакция. Подобной подлости от них точно не ожидал.

– Вы же пришли меня убивать, – озвучил уже не столь очевидный вывод.

Четыре старейшины с крайним подозрением уставились на Фэн, смутившуюся от такого повышенного внимания к своей персоне. Теперь уже она стала центром всеобщего пристального изучения. Включая меня. С оттенком недоверия, и отчасти восхищения со стороны Чинао.

– Чего? – спросила Фэн дрогнувшим голосом, инстинктивно отступая на шаг назад, пряча руки за спину.

– Ты чего ему в чаёк подсыпала, подруга? – вкрадчиво поинтересовалась Чинао, высказывая общее мнение.

Впервые за долгие годы Фэн настолько сильно растерялась, что не в силах была закрыть рот, широко распахнувшийся от изумления.

– А–а–а–а?! Да вы… да я… ааааа, – резко очнувшись, разразилась длинной серией отборных оскорблений вперемежку с ругательствами. – Охренели что ли, козлиные морды?! – выдохлась под конец. – Чего я-то сразу? Может он сам мха какого обожрался да с катушек съехал! Или ягодок. Совсем тут одичал. Признавайся, лысое чудовище, ты чего сожрал?

На меня от обиды чуть с кулаками не кинулась.

– То есть драки не будет? – угрюмо спросил, пытаясь скрыть растерянность, с оттенками разочарования.

– Нет, ну если тебе так сильно хочется, – закашлявшись, скрывая улыбку, протянул Ми Миншенг, – тогда можно. Но только недолго. У нас дело серьёзное.

Фанг принялся подозрительно разглядывать ветки деревьев, стараясь не смотреть в мою сторону. Чинао, сразу же отрицательно покачала головой, показывая, что в эти глупости она не играет. Фэн, азартно поплевала на ладони, демонстрируя готовность, но так, скорее для вида, чтобы задать мне трёпку. Шину, последний старейшина, ни слова не говоря, направился в сторону дома, обозначая свою позицию.

– Ладно уж. Пойдёмте, поговорим, – разочарованно принял очевидное.

Всё настроение драться пропало. Вот честно, такое ощущение, что меня обманули. Пообещали подарок, но не вручили. Отделались очередным обещанием подарить в следующий раз, при случае, если ничего не поменяется. Где моя идеально распланированная героическая битва?! Сволочи. Сплюнул от досады.

В дом прошёл, не оборачиваясь за спину, чтобы не видеть ехидной ухмылки Фэн. Чинно рассевшись на старых выцветших циновках, раскиданных вокруг единственного в доме стола, на низеньких ножках, старейшины с намёком сначала посмотрели на него, а после на меня. На столе было девственно чисто.

Пришлось признаваться, чувствуя одновременно стыд и вину, что мне нечем их угощать. Чай закончился, вино тоже, а из трав, которые можно заварить, остались только вручённые вчера Фэн лекарства. Ну не чашку же воды им предложить. Это оскорбление для дорогих гостей. Тем более у меня всего две чашки, да и то разного размера из разных наборов. Под уничижительным взглядом ведьмы, почувствовал себя ещё более жалким неудачником. Именно это читалось в её глазах.

– Ну нет у меня ничего! Нет! – не выдержав, взорвался от гнева. – Могу железный чайник с кипятком поставить. Ещё твои травки остались. Заваривать? – ядовито поинтересовался у этих негодяев.

– Не будем, – хором заявили старейшины, вспоминая случившееся ранее на тренировочной площадке.

Мало ли что тогда сказала Фэн. Она лицо заинтересованное. Признавать свои ошибки любит не больше остальных. Так что именно эти травки точно пить не будут. Судя по выражению лица старой Фэн, она прекрасно поняла, о чём они подумали. Вон как злобно сверкнула глазами в их сторону. Зная старую ведьму, обязательно припомнит этот наезд на её профессиональную гордость. Лучше бы им в ближайшее время не заглядывать в аптеку за лекарствами.

Не обращая внимания на возмущённую ведьму, Фанг осуждающе покачал головой, отреагировав на мою вспышку гнева. Чувствую позже, ещё услышу поучительную лекцию на тему приёма гостей. Ещё одна головная боль.

– Почему, раньше не сказал, – недовольно проворчала Фэн, настраиваясь устроить мне очередную головомойку.

– Фэн, уймись, – посоветовала Чинао, с интересом осматриваясь по сторонам.

Тоже мне, музей нашла. Хотя для неё может всё так и обстоит. Для казначея рода Юй, подобная обстановка точно в новинку. Сама то живет не бедствуя, на широкую ногу. Того и гляди, сорвётся, устроив себе экскурсию.

– Уже к обеду у тебя всё будет, – пообещала Фэн, сделав ударение на слове всё.

– Ну, тогда я тоже в стороне не останусь, – торжественно пообещал Миншенг, смотря на меня с укором.

Мол почему раньше не сказал, что нужна помощь. Ещё другом называется.

– Помню, у меня в сарае завалялся один чудесный чайный сервиз. Он идеально впишется в этот интерьер. Как раз под старину сделан. Где–то в эпоху императора Сёхо. Отмыть только осталось. Всё никак не мог придумать, куда же пристроить этот хлам, – задумчиво потирая подбородок, тихо добавил Фанг, не пожелав отрываться от коллектива.

Поймав косой взгляд Фэн, метнувший молнию, бессердечная Чинао тяжело вздохнула, с неохотой поддержав инициативу.

– Думаю, смогу выделить пару дюжин лисичек (медные монеты с квадратным отверстием в центре), на поддержку нуждающимся…

– Ты сейчас сама станешь остро нуждающейся, – не выдержал больше издевательств, злобно перебил казначея, вгоняющего меня в краску ещё сильнее.

– Не волнуйся, казна не обеднеет, – с ласковой змеиной улыбкой пообещала ничуть не обидевшаяся Чинао.

– Но и не забудет, – дополнил её излюбленную фразу. – Лучше уж к подпольным ростовщикам обращусь. У них оскал подружелюбнее.

– Ты меня прямо в самое сердце ударил, – наигранно взгрустнула Чинао.

– Нельзя ударить то, чего в природе не существует, – возразил этой змее в человеческом обличье.

– Не ссоритесь. Прошу, – попытался примирить нас добрячек Фанг, – ведите себя как взрослые люди.

– Этим и заняты, – огрызнулся, не в силах успокоиться. – Миншенг, хватит с таким загадочным взглядом пялиться на мою кровать.

– Это кровать?! – искренне поразился Миншенг, широко распахнув глаза. – Цао, брат давай я…

– Сволочи, – вскочил на ноги, пылая от праведного гнева и унижения. – Идите за мной, старые убл***. Сейчас из вас всё дерьмо выбивать буду!

– Сядь! – рявкнула Фэн. –А ну, все заткнулись! Заткнулись я сказала! – угрожающе проревела в ответ на попытку Фанга что–то ответить в своё оправдание. – Кто сейчас рот откроет, весь следующий год задницу закрыть не сможет, с горшка не слезет, клянусь своей мантией гранд мастера алхимии. Тебя это тоже касается, лысый, – зыркнула злобным взглядом в мою сторону.

Все немедленно замолчали и успокоились, опасаясь взбесившейся Фэн. В принципе, сегодняшняя встреча проходит вполне в духе наших обычных «дружеских» посиделок. Ничего нового. У кого собирались, тот и страдал. Сегодня выпала моя очередь. Кстати, вроде бы ведьма раньше заявляла, что она только мастер алхимии. Откуда уже гранд мастер? Опять что–то путает старая. Либо нас, либо себя.

Немного успокоившись, Фэн принялась озвучивать цель визита старейшин. Остальные старички в это время изображали из себя мебель, которой здесь так не хватало.

– Поскольку все старейшины уже в курсе проблемы, осталось просветить только тебя, – прокашлялась Фэн, собираясь с мыслями. – Знаешь сколько сейчас детишек из рода Юй обучается в клане Шень? – начала издалека.

– Понятия не имею. Не слежу за этой темой, – легко признался в незнании.

– Трое на позиции внешних учеников, что–то вроде поди, подай, принеси, пошёл вон, не мешайся. Двое, перешли во внутренние ученики. Наша гордость. Остальные либо уже стали слишком взрослыми, найдя подходящую работу, либо вернулись в долину. Во внутренних учениках сейчас ходит моя внучка Кухань и Наншуа, внук старейшины Миншенга.

Миншенг кивнул, подтверждая слова Фэн. При упоминании любимой внучки, голос вредной старухи заметно потеплел. В нём послышалась гордость и забота о Кухань.

– Несмотря на расстояние мы стараемся поддерживать с ними общение посредством писем. Через амулет связи, хранящийся у главы рода, о многом не поговоришь. Бюрократ проклятый, – обругала его старуха.

Коснувшись этой темы, тон Фэн снова изменился, став сухим и злым. Заметил, что лица остальных старейшин тоже помрачнели. Они перестали изображать беззаботных гостей пришедших просто позубоскалить над старым другом.

– Раньше в письмах детишки писали, что у них всё хорошо. Рассказывали последние новости. Делились впечатлениями. Словом, ничего серьёзного. Вот только в последнее время письма стали приходить более, – Фэн запнулась, подыскивая подходящее слово, – размытыми. Полными общих, ничего не значащих фраз. К тому же писать стали намного реже, чем раньше. Стиль письма неуловимо изменился. Появились обороты речи, нехарактерные нашим внукам. Такое ощущение, что не они их писали. Либо же делали это под диктовку со стороны. Добиться прояснения этого момента от детишек не удалось. Пришлось выходить на старых приятелей из Солнечного камня. Поднимать связи. Проводить скрытое расследование. Ведь как чувствовала, что с ними происходит что-то нехорошее, а что, понять не могла. На днях пришёл ответ.

Фэн ненадолго прервалась, переводя дух. Остальные старейшины продолжили угрюмо молчать. Посмотрев на их лица, легко догадался, новости пришли не самые радужные. Только немного непонятно, почему с этим пришли именно ко мне, а не к главе деревни, но сохраню терпение. Скоро всё узнаю.

– Как оказалось, – хрипловатым, ледяным голосом продолжила старая Фэн, – наши детишки столкнулись с трудностями, с которыми им никто не захотел помочь. Над ними издеваются старшие ученики. Унижают, оскорбляют, заставляют выполнять самую неблагодарную, черновую работу. Используют как подушки для битья. Этими убл*** оказались дети из главной семьи Шень, поэтому им никто не смеет возразить. Окружающие просто закрывают глаза на их «шалости». К сожалению, узнать кто именно из старших детей Шень замешан, и кто их покрывает, так и не удалось. Прямых доказательств нет. Эти убл*** достаточно хитры, не оставляют явных улик. Кухань и Нанша запуганы достаточно сильно, чтобы открыто признаться в издевательствах, обвинив своих мучителей. Они даже нам побоялись раскрыться, опасаясь за нашу безопасность, – признала Фэн с горечью.

– Что на это ответил уважаемый Юй Чинь, глава деревни?

Не поверю, если скажут, что сперва не пошли разбираться к главе деревни, попытавшись найти управу на семейство Шень официальным путём. Хотя, что он мог им сказать, примерно представляю. Осталось только убедиться.

– Хорошего, ничего. Через амулет связи связался с главой клана, попросив прояснить ситуацию. На следующий день нам сообщили что это ложные обвинения. С нашими детьми всё в порядке. Их никто не обижает. Они пользуются теми же благами что и остальные ученики. Также нам было рекомендовано не пытаться больше опорочить имя семьи Шень, во избежание проблем. И тем более не распространять грязных слухов за их спиной. Чуть позже с нами связался старейшина Шень из главной семьи. Он проинформировал о том, что с этого года налог для нашей деревни возрастает почти вдвое. Кроме того, до них дошли слухи о распоясавшихся у нас горных бандитах, с которыми мы не можем самостоятельно справиться. Вроде как даже скрываем эту информацию, чтобы не показать свою некомпетентность в вопросах безопасности собственных границ. Чтобы разобраться в ситуации, к нам высылают боевую группу клана. Потребовали оказать ей всё необходимое содействие. Естественно, заодно оплатив все расходы. Ведь это делается ради нашего блага.

Чинао язвительно фыркнула, демонстрируя своё отношение к этой откровенной лжи.

– Глава Юй Чинь вежливо уточнил на какой срок к нам присылают этих клановых головорезов. Хочешь угадать что ему ответили?

– Чего гадать. Пока те лично не убедятся, что в наших горах нет никаких бандитов. Горы у нас лесистые, обширные, так что поиски могут затянуться на неопределённый срок, – не раздумывая, выдвинул самую напрашивающуюся версию.

– Угадал. Почти слово в слово. Понимаешь зачем их сюда присылают на самом деле?

– Проконтролировать чтобы у нас не появилось соблазна продолжать копаться в их грязном белье и уж тем более озвучивать свои мысли вслух. Заодно, чтобы не возникло желания подыскать другого покровителя.

– Мы тоже так подумали, – печально согласилась Фэн. – Можно, конечно, устроить так, что присланная группа потеряется в наших горах. Ну скажем, нарвалась на тех самых бандитов, которых никто никогда не видел. Мало ли, залётные какие объявились. Пришли, ушли, кто за ними будет следить. Вот только в следующий раз сюда уже придёт не боевая группа, а карательный отряд. Сколько бы мы не надували щёк, но против клана нам не выстоять.

– Официальным путём проблему не решить, – подтвердил Миншенг её выводы. – Не сомневаюсь, что на ушко направленной сюда группе шепнут определённые указания от тех, кто покрывает зарвавшихся золотых наследничков Шень. Попросив отдельно пообщаться с семьями Кухань и Наншо. Приглядеть, чтобы больше не бегали жаловаться к их главе. Вряд ли подобное дерьмо происходит с одобрения руководства клана. Их репутация всегда должна оставаться незапятнанной. Это ведь даже не вопрос уважения, сколько выживания. Скорее всего в деле замешены отдельные члены клана из среднего звена, покрывающие своих любимчиков. Выслуживающиеся перед ними.

Миншенг замолчал, давая время осознать всю глубину проблемы.

– Раз вы всё здесь, значит есть ещё и не официальный путь, – выдвинул напрашивающийся вывод.

Старейшины загадочно переглянулись между собой, молчаливо подтверждая некие договорённости, в которые меня пока не посвятили. Убедившись, что возражений ни у кого не возникло, Фэн с неохотой признала.

– Есть. Можно послать в Солнечный камень своего человека, который щёлкнет по носу наглых убл***, намекнув, что с нашими детишками связываться себе дороже. Поднимать шум клан точно не захочет, чтобы не демонстрировать на весь город своё грязное бельё. Да и нам ни к чему рвать с ними все отношения. Что ни говори, но долине выгоден этот союз.

– Желательно, чтобы присланный человек был из нашей деревни, – бесцеремонно влезла Чинао. – Во внутренние дела клана никто из посторонних вмешиваться не посмеет. Без очень серьёзного повода. Да и внутренние дела, это всего лишь внутренние дела. Реакция руководства на подобные разборки не столь остра. Что спустят своему, чужаку ни за что не простят. Ещё лучше, если возмутителем спокойствия окажется ровесник виновников. В дела младшего поколения старшие точно не захотят вмешаться, опасаясь потери лица. Всё какая–никакая страховка. Напротив, детские разборки могут посчитать ещё одним видом тренировки для своих ненаглядных чад. Могут позволить их слегка прижать, чтобы не безобразничали. Пусть руководство клана и не признаёт своей вины за недосмотр и попустительство, но оно точно будет его учитывать при вынесении решений. Шансы на успех выйти сухими из воды достаточно высоки.

– Она права, – согласилась Фэн.

– Допустим, – к беседе подключился и я. – Осталось только найти такого шустрого паренька или девчонку, которые сумеют всё это провернуть. Они ведь должны быть достаточно сильны, чтобы в открытую столкнуться с наследничками Шень, которых готовили лучшие учителя, за которыми стоят все ресурсы клана. Причём не только надрать их задницы, но и сделать это достаточно аккуратно, не переступая черту, которая превратит детские разборки во взрослую войну между родами. Попутно сумев отбиться от многочисленных миньонов, стайками вьющихся вокруг наследников. Гениев из других родов. Шень ведь не в пустыне живут. У каждого из их наследников наверняка имеется свита прихлебателей. Мститель должен быть достаточно силён, нагл, хитер и изворотлив, чтобы всё это провернуть. Ещё он должен быть убеждённым самоубийцей, поскольку вероятнее всего, его прирежут ещё на начальных стадиях вашего, без сомнения идеального плана. Вмешательство наёмников со стороны ведь никто не отменял. Ну или в конце операции возмездия, поскольку память у этих избранных говнюков хорошая, уж можете мне поверить. Либо его тихонько где-нибудь прикопают любящие родители обиженных чад, а они точно посчитают себя обиженными. Итак, в какой стране предлагаете искать нашего самоубийцу, поскольку в деревне Небесных елей таких точно нет.

– Есть, – очень тихо ответила Фэн.

Я даже засомневался, правильно ли расслышал. Демонстративно поковырялся в ухе, прочищая его.

– Чего–чего? – наклонился к ней поближе, приставляя к уху ладонь.

– Я сказала в нашей деревни найдётся такой отмороженный на всю голову псих, который всех этих убл*** заставит ссаться кровью по ночам от страха, – проорала спятившая ведьма мне прямо в ухо.

– Ну тогда покажите мне его. Очень хочется познакомиться с этим достойным уважения человеком, – отшатнулся назад от психованной старухи, морщась от звона в ухе.

Пятеро старых негодяев без промедления указали пальцами на меня. Как сговорились. Удивили, честно говоря. Сперва даже опешил от подобной дурости. Может это они, а не я неправильной травки по утру попили. Тогда почему старая ведьма мне её не отсыпала. Тоже такой хочу. Вон как от неё голову сносит.

– Вы хотите сказать, – медленно произнёс, с трудом сдерживая рвущийся наружу смех, – что ваших внучек обижает старая развалина вроде меня? Я правильно расслышал? Мой ровесник?

Не выдержав, упал на спину, громко хохоча, от избытка чувств хлопая себя по ляжкам. Да они издеваются.

– Может, сначала до конца выслушаешь, прежде чем будешь блеять как спятивший козёл? – недовольно выругалась Фэн.

– А что, это ещё не конец? Сейчас, дай успокою дыхание. Чувствую оно мне ещё понадобится для продолжения вашей увлекательной истории.

Немного отдышавшись, уселся на прежнее место.

– Чтобы мы раньше не говорили, – со вздохом пояснила Фэн, – но именно ты из всех присутствующих обладаешь самым пугающим потенциалом в боевых искусствах. Ты поцелованный бездной, проклятый старый монстр, Цао, – совершенно серьёзно признала Фэн. – Да среди нас найдутся люди сильнее тебя, умнее, старше, богаче, успешнее, но не найдётся никого более талантливого и пугающего, чем ты, лысый сукин сын. Вспомни. Ведь у тебя с рождения было слабое тело. Всего две крохотные звёздочки. Духовное дыхание едва ощущалось. Никаких признаков таланта. Поэтому в тебя никто не верил. У тебя не было ни денег, ни наставника. Зато жажды приключений и желания нагнуть весь мир, больше, чем у всех жителей деревни, вместе взятых. Ты ушёл из деревни босоногим оборванцем с худым узелком повешенным на обычную палку. Не знаю точно, во скольких войнах поучаствовал, сколько раз сошёлся в дуэлях с могущественными практиками, скольких сожрал чудовищ, пожарив на костре словно обычных куриц, во скольких гробницах позабытых богов пошарили твои загребущие ручонки, но обратно вернулся, не потеряв ни одной конечности. На своих ногах. Судя по оговоркам, донёсшимся во время бреда, когда свалился с лихорадкой, ты собственноручно похоронил сотни, если не тысячи практиков, намного сильнее тебя, умнее, богаче, успешнее, талантливее. Именно ты, а не они сейчас загибаешься от старости в своей постели в нашей глуши. Позабытый и никому не нужный, несмотря на то, скольким успел перейти дорожку. Вот в чём измеряется истинна сила, а не в том, сколько хоу способен выдохнуть драконьим дыханием. В возможности пережить всех своих врагов!

Голос Фэн зазвучал пугающей тождественностью. Никто из присутствующих не опротестовал её слов, что уже говорило о многом. Даже как–то неудобно стало слушать такие откровения.

– Цао, неужели ты не подумал о том, почему только на твою гору мы спокойно отправляем мелких детишек с разными поручениями, без пригляда взрослых? Да потому что на горе может обитать только один тигр, только один царь зверей. Пусть он уже и старый, еле ходящий пыльный коврик. Ты же попросту сожрал всех обитающих поблизости яо зверей. Они тебя уже стороной обходят даже на соседних горах. Не желают селиться поблизости. И это безмозглые кровожадные чудовища, не ведающие страха. А твоя яки? Даже представить себе боюсь, что нужно пережить, чтобы развить его до такого уровня. Оно же с лёгкостью пробивает нашу сопротивляемость, защитные техники, да ещё и артефакты в придачу. И это, говоря о нас, людях не самых слабых, подготовленных и со своими секретами. Я даже как–то пыталась подобрать от него защиту, перебирая различные методы, пока не поняла, что сдохну раньше, от разрыва сердца. Ты гребаное, трахнутое бездной чудовище, лысый! – эмоционально всплеснула руками Фэн, не в силах сдержаться. – Ну скажи мне, кто ещё на третьей ступени развития очага ци может выполнять жутко заковыристые техники, затратные настолько, что без очага минимум пятой ступени их просто не реально вытянуть? Это же техники совершенно иного ранга! Ты ведь так и не прорвался даже на четвёртую ступень. Уж это то я знаю точно. Так, откуда дровишки для очага? Чего удивляешься? Тоже мне великий секрет. Про мелочи вроде разработки техник ци под собственный стиль боевых искусств, даже не заикаюсь. Выучить чужое, может любой баран, а вот придумать своё, дано не каждому. Чего рот раскрыл да глаза выпучил как выброшенная на берег рыба? Что, тоже большой секрет? Вот ведь день откровений. Рот закрой, муха залетит.

Судя по лицам остальных, подобные новости стали сюрпризом ещё для двоих старичков. Вот ведь ошарашила так ошарашила. Причём всех. Одних наличием самой информации, других способом её подачи. Вот что теперь с ними делать?

– И многие об этом знают? – мрачно спросил прикидывая, где буду хоронить такую прорву народа.

– Не поверишь, но нет. Единицы, да и то по большей части только догадываются, – возмутилась старая Фэн. – Слепые идиоты. Не заметить у себя под боком светящиеся в темноте голодные глаза чудовища, от которого за километр несёт кровью, могут только идиоты. Так что думай что хочешь, но в Солнечный камень идёшь ты. Они нам ещё доплатят, лишь бы забрали обратно, – ехидно поделилась своими мечтами.

– А может не стоит? – засомневалась Чинао. – Если всё так как ты описала, он же там поубивает кучу народа. Что потом? Какие претензии к дуракам, все к нам придут разбираться. Это дорого обойдётся деревне.

– Поверь, он хоть и упёртый козёл с принципами, но не дурной. Идиоты с его профессией долго не живут. Попробуй припомни, к нам хоть кто–нибудь приходил за все эти годы разбираться по поводу его прошлого? Он же ни от кого не прятался.

Чинао была вынуждена признать, что подобного не помнит.

– Уж если он и решится на убийство, то поубивает всех. Поголовно. Некому будет приходить с жалобами, – совершенно убеждённо заявила старая Фэн.

Фэн страшная. Захотелось отсесть от неё подальше. Да она же на всю голову больная. Не настолько я чудовищен, каким описывает. Уж точно не бессмертный маньяк с неконтролируемой жаждой крови. Помню целую толпу народа намного сильнее меня, от которых и сбегал, и прятался, и немало огребал в своё время. Нет никакого непобедимого чудовища. Может это её девичьи мечты? Описывает такого меня, каким хочет видеть. Дурная баба.

– Ты меня не пугай, – попросил успокоиться разошедшуюся старуху. – Моё время давно прошло. В своё время покуролесил по миру, было дело, но всё в прошлом. Куда я в таком виде пойду?

– Вот для этого мы здесь и собрались, – хищно улыбнувшись во все оставшиеся зубы, Фэн обвела рукой старейшин.

– Не понял, вы чего это удумали, злодеи? – с ещё большим подозрением огляделся по сторонам, запоминая кто где сидит, чтобы успеть сбежать в случае чего.

– В таком виде как сейчас, конечно, с поставленной задачей ты не справишься, – согласилась безумная Фэн. – Всё же элита клана Шень это не отбросы с городских трущоб. Даже в лучшие твои годы не уверенна, что получилось бы бросить им вызов. Это я не про детишек речь веду, само собой. Поэтому мы немного уровняем шансы. Я всё же хочу отправить туда идеальное орудие устрашения, а не очередного болвана с большими кулаками. Какого–то, кто заставит их уважать род Юй. Слушай внимательно и не перебивай. Фанг, тебе слово.

– Если коротко, то у меня где-то в глубинах архива завалялась одна очень интересная книжечка с картинками. Из кожи неких разумных существ, опознать которых мне, увы, так и не удалось. Трактат о жертвоприношениях. Немного необычный труд. Из запретных, утерянных знаний одной из тёмных сект нелюдей, когда-то давно вырезанных на юге континента. В ней есть один очень интересный, – повторил это слово, – ритуал, под названием ритуал переселения душ, разработанный для практиков тёмных путей. Суть его в том, что можно сменить одну физическую оболочку на другую. Правда, есть ряд ограничений. Сосуд, пригодный для помещения в него собственной души должен быть пуст. Во избежание конфликтов и отторжения.

Проследив направление его мысли, нахмурился.

– То есть он должен быть мёртв, – скорее утверждал, чем спрашивал.

– Да, – подтвердил Фанг, чувствуя себя немного неуютно при затрагивании этой неприятной лично для него темы. – В качестве сосудов лучше использовать мёртвые тела. Трактат написал могущественный практик не самой светлой секты небесных искусств, – напомнил в оправдание.

– Вы что, из меня хотите сделать живого мертвеца? – не поверил услышанному. – Тогда можете сразу проваливать, – разочарованно вздохнул, теряя к беседе интерес.

На это я никогда не соглашусь.

– Нет, ритуал позволяет именно воскреснуть в другом теле, перенять его, а не использовать в качестве чужой оболочки, – внёс ясность Фанг.

Уже лучше. Обдумав открывающиеся перспективы, не мог не заподозрить подвох. Так не бывает, чтобы всё было слишком хорошо и привлекательно.

– Если всё так, как описываешь, то почему передо мной сидит пять стариков, а не пять молоденьких юношей и девушек? В чём секрет?

Фанг не стал ничего скрывать.

– Ритуал требует наличия определённых предметов и ингредиентов. О некоторых из них мы никогда не слышали и не встречали упоминаний даже в книгах. Немного поискав, смогли подобрать наиболее подходящие аналоги из своих запасов, но…

Фанг замолчал. Пришлось договаривать за него.

– Но к чему это приведёт вы точно не знаете. Точнее, не уверенны, иначе бы не было этого разговора. Скорее всего, опасаетесь побочных действий. Так?

– Верно, – сокрушённо согласился Фанг, всё ещё избегая смотреть мне в глаза.

– Вы уже определили какие именно? Или может произойти всё что угодно?

– Нет, все необходимые расчёты были проведены и перепроверены не единожды. Мы точно уверены в том, что получится в результате.

– И? – пришлось надавить голосом, поскольку Фанг колебался, не желая углубляться в эту тему.

– Сосуд получится нестабильным, – решительно объявила Фэн, поскольку Фанг медлил. – Через некоторое время он разрушится, полностью самоуничтожаясь. Поскольку ингредиентов только на одну попытку, то теорию проверить на практике не представлялось возможным, однако, можешь мне поверить на слово как специалисту.

– Сколько? – задал самый интересующий в данный момент вопрос.

– Полгода, – столь же коротко ответила Фэн, посмотрев прямо в глаза, ничего не скрывая.

– Сколько мне осталось?

Фэн поняла вопрос правильно. Уверен, о состоянии моего здоровья она знает куда больше меня самого.

– Три года. В лучшем случае, – не раздумья выдала диагноз сухим, канцелярским тоном. – Последний год будет самым тяжёлым. Воспалятся суставы. Усугубятся проблемы с дыханием. Начнётся затухание очага Ци. Самостоятельно ходить уже не сможешь.

Старейшины тактично молчали, давая время хорошенько всё обдумать. Соглашаться на эту авантюру, или нет. Хотя чего тут думать. Поглаживая бороду, пытался сдержать рвущуюся наружу мечтательную улыбку. Да они издеваются. Или полгода прожить как герой, вернув вторую молодость, или три года гнить в постели как овощ. Какого чёрта так долго тянули, старые упыри. Ух, прибил бы. Сколько времени зря потеряли. Только напрасно застращали. Бросить вызов нескольким высокопоставленным выскочкам? Сравнить чьё мастерство запугивания круче? Дайте вдвойне! От прущего наружу желания приняться за дело прямо сейчас, казалось, взорвусь как вулкан. Судя по облегчённому выдоху наряжено ожидавших моего решения старейшин, озвучивать ничего не придётся. Сами все видят.

– Куда ложиться? – деловито осведомился, прикидывая, где у меня достаточно места.

– Не так быстро, – охладила пыл старая Фэн. – Нам всё ещё требуется время на подготовку.

– Проблема с телом? Уже кто–то есть на примете? – забеспокоился о возможных помехах.

Насколько помню из нашей молодёжи в последнее время никто не умирал. Жаль. Нужно будет срочно исправить этот недостаток. Или старейшины сами планируют решить этот вопрос. А то мне бы только с горы спуститься. Бац! По голове прилетело ребром ладони от Фэн, жёсткой как деревяшка.

– А ну, уйми свою яки! – рыкнула старая Фэн. – У тебя совесть есть? Хотя, о чём я. Извини, глупость сказала. Слушай меня. Ближайшие дни сидишь дома и не высовываешься. Никаких кровожадных мыслей. Если узнаю, что в деревни пропадёт хоть один ребёнок, например, в лес за ягодами уйдёт и не вернётся, в гости, или ещё куда, ты у меня в курицу для супа переродишься.

– Понял-понял, – смиренно поднял руки демонстрируя, что заранее со всем согласен. – Ну как ты могла обо мне так плохо подумать, – с укором покачал головой, показывая своё разочарование. – Яре-яре.

Бац! По макушке снова прилетело, заставив вжать голову в шею.

– Лысый, не зли меня. Я тебя насквозь вижу, – предупредила ничуть не разжалобившаяся ведьма.

Вот что она себе позволяет вытворять в присутствии посторонних? Это же за гранью всех приличий. Да даже жена не позволяет себе подобного в отношении мужа при посторонних. Где её только воспитывали. Однако, ещё раз посмотрев в глаза безумной ведьмы, благоразумно промолчал, изобразив самый жалкий, безобидный вид, на который только способен. Фэн страшная.

– Вопрос с телом уже решён, – пояснил Миншенг, сдерживая улыбку. – Ритуал разрабатывался для очень могущественных практиков, поэтому там высокие требования не только к душе, но и к сосуду. К тому же нам нужно, чтобы ты изначально превосходил своих сверстников по уровню силы. У тебя не будет много времени на раскачку нового тела. И чтобы никто из них не заподозрил подмены. Включая учеников из нашей долины. В качестве сосуда мы решили использовать тело того юного паренька, которого недавно нашли у подножья ледника. На вид ему лет пятнадцать. Не слишком юный, но и не слишком взрослый. Хорошо развит. В самый раз подойдёт.

– Но он же чужак. Не местный, – припомнил слова вчерашнего охотника.

– Ещё лучше. Его историю, личность и характер никто из местных не знает, следовательно, не догадается о подмене. Мы тщательно проверили тело. Оно идеально подходит для ритуала. Достаточно прочное и развитое. Любое другое разрушится ещё быстрее. Примерно за месяц, а то и меньше. Других вариантов нет.

Ну нет, так нет. Главное, что руки с ногами на месте, остальное несущественно. Происхождение несчастного паренька сейчас меня волновало меньше всего.

– А как вы собираетесь меня легализовывать?

– Проще простого, – усмехнулась Фэн. – Твой приятель тот ещё блудливый кобель. Он столько наплодил детишек за пределами долины, что уже и сам не помнит с кем спал и когда. Появлению ещё одного «внучка» никто не удивится. У нас для его прибившихся в долину потомков уже скоро новый квартал придётся отстраивать. Или бордель, – ещё более мрачно заметила Фэн, бросив в сторону виновника уничтожающий взгляд. – И как жёны ему ещё яйца не оторвали за все эти похождения, ума не приложу.

– Как-то так, – беззаботно пожал плечами Миншенг, ничуть не смущаясь.

– По легенде ты будешь Тонг Цао из племени медоедов, долины медвежьей скалы, что располагается глубоко в горном массиве тысячи демонов. Имя решили не менять, чтобы случайно не оговорился в городе. Если мы провинциальная дыра по сравнению с Солнечным камнем, то медвежья скала ещё большая глухая дыра по сравнению с нами. Отшельники и дикари, живущие всё ещё чуть ли не в каменном веке. Но бабы у них красивые, этого не отнять. До диких племён из горного массива никому нет дела. Так что узнать, откуда ты на самом деле родом, невозможно. Никаких карт того района не существует, как и тамошней центральной власти. Слушай дальше. У тебя недавно умерли все близкие родственники в племени, и ты отправился на поиски дальней родни со стороны матери. След привёл сюда. Узнал о Миншенге, том ещё ходоке по юбкам, который когда–то посещал ваше племя. Встретился с ним недалеко от долины ста ручьёв, Миншенг как раз планирует туда поездку.

Миншенг кивком подтвердил, что да, планирует. Если надо, то и не только туда. Фэн продолжила обрисовывать грубый набросок моей новой истории. Детали можно потом продумать и согласовать.

– Встретив Миншенга, разговорился, выяснил что он твой дед, ну или прадед. Надо будет ещё прикинуть, что лучше. После разговора, решил войти в его семью. Миншенг приведёт тебя в долину как раз ко времени начала турнира, где всем и представит, публично признав родство. Сразу же записываем тебя на турнир, где быстренько занимаешь позицию чемпиона. Мастеру Баю плевать, какого цвета твои глаза, как звали твою мать и на прочие условности. Ему важно забрать чемпиона, кем бы он ни был. Будет Юй, хорошо, будет Джанг, хорошо, будет Тонг, один хрен. Проворачиваем всё быстро, не давая никому из нашей деревни времени пообщаться с тобой поближе. Мало ли, у кого вдруг прорежется дар разоблачений.

– Досадно, какого ты низкого мнения о моём умении морочить окружающим голову, – обиделся такому недоверию.

– Промелькнул на заднем фоне и хватит, – продолжила Фэн, пропустив мои слова мимо ушей. – Нужные слухи потом сами распустим. К осени в деревни о тебе будут знать все, включая собак и кур, причём в больших подробностях чем ты сам. Впишешься как родной. Твоя же задача, вместе с мастером Баем отправиться в клан Шень, где нужно будет себя проявить в кратчайшие сроки. Полгода должно хватить с запасом. Всё понятно?

– В общих чертах да. Наншань и Кухань ставить в известность о нашем плане?

– По обстоятельствам, – поморщилась Фэн, не в состоянии просчитать этот шаг заранее. – Смотря что там происходит на самом деле. Лучше не ставь. Молодёжь может случайно натворить глупостей. Возьми всё в свои руки. Но если понадобится для дела, привлекай смело. Письмо с инструкциями для них я передам. Будут слушаться как родную маму и папу.

– Ясно. На что могу рассчитывать? Поддержка? Деньги? Тайники? – воодушевлённо перечислял.

– На самого себя, – обрезала мои хотелки сварливая старуха. – Твой любимый вариант. Отправишься в путешествие с палкой и куском хлеба. Расслабься. Глазки как выпучил. Для уравновешивания шансов мы подготовим сосуд по высшему классу. На случай разных неожиданностей. Надеюсь, раньше времени не рванёт от заложенной в него мощи. Каждый из нас пожертвует самым ценным сокровищем. Это и будет нашим вкладом в общее дело, а также оплатой твоих услуг. Посмертной. К тому же тело, что мы подготовили не так просто, как можешь подумать. Гарантирую, результат удивит даже тебя, – старая Фэн загадочно улыбнулась. –В остальном, Миншенг позаботится о легенде твоей новой личности.

Мой старый друг кивнул, немного прикрыв глаза. Насколько знаю этого милого, любвеобильного дедушку, чьё прошлое покрыто мраком, как и любого из присутствующих, подозреваю что на днях группа охотников, нашедшая тело чужака, пропадёт без вести в здешних лесах. К счастью, его доставили Фэн завёрнутым в одеяло. Лица трупа никто не видел. Не удивлюсь, если уже сегодня похожее по комплекции тело, целиком завёрнутое всё в то же одеяло, торжественно сожгут на главной площади, а прах прилюдно развеют по ветру. Дедушка Миншенг очень любит своего внука Наншань, не меньше, чем старая Фэн. Ну а то, что он больше улыбается и шутит, чем сварливая ведьма, так у каждого свои тараканы в голове.

– Чинао, распечатает кубышку, закопанную на чёрный день, – продолжила Фэн, указывая на казначея. – И уверенна, – заранее предупредила, прожигая взглядом насторожившуюся подругу, – Что это будет кубышка из-под старой засохшей сливы у туалета на её заднем дворе, а не какая-нибудь другая.

Чинао пораженно моргнула несколько раз, не понимая, откуда Фэн узнала про ТОТ самый горшочек.

– Иначе как врач заинтересуюсь, как человек может жить без сердца. Возможно даже потребуется сделать вскрытие.

– Не дави, ведьма, – отбросив маску беззаботной дурочки прорычала Чинао, выпуская немного яки. –Мы все по уши лезем в это дерьмо. Сейчас делаем вздох, готовясь нырнуть. За этот ритуал жрецы Айши нас выпотрошат, если узнают, радостно повизгивая от счастья. Так что свою часть договора я выполню полностью. Не стоит в меня тыкать пальцем, а то я тоже могу поинтересоваться на какие-такие исследования ты тратишь деньги, полученные за контрабанду алой росянницы? Прямиком на совете деревни. Насколько помню, за это сжигают не только преступника, но и его семью, а всё имущество конфискуют.

– Я тебя услышала, свинка копилка, – угрожающе прошипела Фэн, померившись с казначеем взглядами, в которых мелькали молнии.

Ну вот, обменялись любезностями, перейдя на прозвища. Как бы до драки дело не дошло.

– Я предоставлю материалы и схему ритуала, – вклинился Фанг, своим спокойствием разряжая обстановку. – Фэн, позаботится об усилении сосуда. Шину, как священник, прикроет ритуал от взора любых потусторонних, божественных и иных сущностей. Поставит печать барьера. Сотрёт все астральные следы. Материальные мы уничтожим сами. Через полгода, когда твоё новое тело самоуничтожиться, желательно в безлюдном месте, – последовал намекающий взгляд, –никаких улик не останется вовсе. Об этом ритуале никто не должен узнать. Никто, – повторил серьёзный Фанг, понизив голос. – Он внесён в список особо запретных с самым высшим уровнем секретности. Не спрашивайте, откуда я это знаю.

– Когда планируете провести ритуал?

– Послезавтра. За день до начала турнира. Он будет проходить в деревне Южных врат, что тоже благоприятствует нашему плану. Итак, последний шанс высказаться. Есть у кого–нибудь возражения? Сомнения? Вопросы?

Фэн обвела внимательным взглядом каждого из собравшихся, заглядывая в наши глаза. Полученным результатом осталась довольна. Выдержав паузу, торжественно объявила о начале подготовки к ритуалу. На этом тайное собрание старейшин заговорщиков завершилось. Правда, разошлись не сразу, продолжив играть на нервах друг друга. Глядя на этих седовласых детей, и дня не могущих прожить без ссоры друг с другом, не понимаю, как мы, такие разные, уживаемся в одной деревни на протяжении многих лет, так до сих пор и не поубивав друг друга. Загадка, не иначе.

Загрузка...