Владелец элитного клуба

Глава 23. "Возвращение"

По прилёту в Москву всё происходит очень предсказуемо. Костя, почти весь перелёт пребывающий то в задумчивости, то в деловой переписке, совсем отдаляется от меня, и в итоге отвозит меня обратно к клубу так, будто он нанятый молчаливый шофёр. С одним отличием.

- Приехали. Классные были два дня. Кать...

- Да?

- Номер карты продиктуй мне свой.

В интонациях - деловой холод. И ничего более. На острове он был совсем другим. Нежным, тёплым, страстным. А теперь... остался красивым и... снова стал недоступным.

- Какой карты? - не понимаю я.

- Банковской.

- Зачем?

- Лям тебе скину.

Впечатление, будто он мне оплеуху отвесил. Вот прям реально - будто пощёчину дал неожиданно.

Хватаюсь за ручку двери. Не поддаётся.

- Открой, пожалуйста.

Тянет руку к приборной панели. Лёгкий щелчок. Открываю дверь и выхожу. На улице солнце вовсю. И ветер прохладный. И птицы щебечут. Но не так, как на острове. Тут вообще... всё иначе. Вообще всё.

Мысленно я себе всю дорогу твердила только одно. "Не навязывайся. Не навязывайся. Не навязывайся".

Я не его круга девушка, понятно же. Да и вообще. Было хорошо. Но было. Теперь в памяти моей прекрасное воспоминание. Одно из лучших в жизни. И всё. На большее рассчитывать глупо. Я просто одна из. Бывает. Хочется плакать, но при нём я не стану. Унижаться ещё не хватала. Дома отрыдаюсь. Отрыдаюсь и успокоюсь. Впервой, что ли? На втором курсе я так ревела из-за парня, по которому сохла. Красавчик курса. выбрал в итоге не меня. Мою подругу. Дружба с ней в тот день и закончилась. Причём, по её инициативе, не по моей. Как выяснилось позже, она его ко мне ревновала. Было почему. Я его вообще женихом своим считала. Он ведь мне про свадьбу пел. Про детей. Про дом наш. Дурочка была совсем. Не знала тогда, что мужчинам не всегда можно верить. Даже когда глаза пипец какие честные.

Костя обходит машину, подходит ко мне. Запахивает, застёгивает пиджак.

- Кать...

- Открой, пожалуйста, багажник.

- Кать, позволь мне тебе денег на карту скинуть. Я же знаю, что для тебя этот лям - большие бабки.

Поворачиваюсь к нему. Внутри всё кипит.

- Кость, не унижай меня, а? Не надо так. Я тебе ничего плохого не делала.

Он угрюмо смотрит на меня, несколько раз играет желваками, затем возвращается к двери своей дорогой чёрной машины, открывает её и, наклонившись, что-то там нажимает на приборной панели. Выпрямляется, захлопывает дверь, проходит к капоту и, приоткрыв его, с лёгкостью вынимает мою дорожную сумку. Ставит на асфальт парковочного места.

Подхожу и берусь за ручку.

- Спасибо, - не глядя на него, говорю я. - Было классно.

Боковым зрением вижу, что он кивает, а затем наблюдаю, как он скрывается за машиной, садится за руль и с лёгким стуком закрывает за собой дверь. Заводится и вскоре, прошуршав покрышками по асфальту, уезжает, оставляя меня там, во дворе клуба. Того самого, в который я позавчера приехала так волнуясь. Чувство такое, будто это не я была. Точнее я, но какая-то другая.

Чудесные были два дня, но по итогу у меня осталась лишь тоска. Скребущая душу тоска. Мерзкая такая, холодная. Несмотря на тёплый солнечный день.