- Правильно ли я понимаю, - отхлебнув какао из белой чашки, после того, как мы располагаемся на огромной и мягкой белой шкуре у камина, начинает Костя, - что ты не поверила её рассказу о том, что она хотела родить мне, чтобы стать особенной в моей жизни.
- Да, - сидя по-турецки и удерживая тёплую чашку двумя руками, отвечаю я. - Правильно.
Ароматный шоколадный напиток, дрожащее пламя в камине и тишина создают эффект уюта и умиротворения. Но я чувствую, что мы с Костей в результате его рассказа и моей реакции на него, отдалились друг от друга.
- Вот и я не поверил, - вдруг говорит он.
Внимательно смотрю на него.
- Но всё же согласился.
- Да.
- Почему?
Он снова отпивает какао из чашки.
- Давай так. Ты смотришь со своей позиции. Я со своей. Они у нас очень разные. Твоя жизнь, только не обижайся, похожа на жизнь многих людей.
- Я не обижаюсь, - качаю головой я. - Это так и есть.
Он смотрит на меня. В глазах - тоска.
- А моя - нет.
- Ты очень невесело это произнёс, - отвечаю я. - Даже странно. Думаю, что многие хотели бы жить так, как живёшь ты.
- Если речь о комфорте, защищённости, возможностях и свободе - да. Я живу хорошо. Но если говорить о чувстве одиночества, то поверь мне - я не образец для подражания.
- Это чувствуется, - глядя на огонь, пляшущий на тихо потрескивающих поленьях, говорю я.
- Это чувствуется тебе. Потому что я тебе многое рассказал.
- Да, соглашусь.
Мы немного молчим. Он снова поворачивается ко мне.
- Тебе не нравится какао?
- О, нет, что ты! - спохватываюсь я и отпиваю из чашки. - Очень вкусно. Я просто задумалась.
Он тихо вздыхает. Его вздох еле слышен, но у меня от него мурашки по коже. А ещё желание обнять это сильного, иногда колючего и такого забронированного мужчину. Просто обнять. По дружески, с теплом и поддержкой. Без какого-либо намёка на секс. Но конечно я этого не делаю.
- Ты думаешь, я не хотел семью? - повернувшись ко мне, спрашивает он.
- Я не знаю... - честно говорю я.
- Хотел. Вот с той самой женщиной, которую потом прилюдно вытрахал на нудистском пляже.
- Не самый лучший выбор женщины, - вырывается у меня.
- Слушай, - в его голосе появляется некоторое напряжение. - Это очень легко - осуждать других. Не считаешь? Разве ты сейчас не ведёшь себя, как своя сестра для твоих родителей? Такая вся правильная. Ты, наверное, всё и всегда делаешь верно. Да?
- Ты всё-таки обиделся...
- Нет, - твёрдо отвечает он. - Я не обиделся. Я просто думаю, что ты плохо представляешь себе, как созданная тобой реальность влияет на то, какой реальность будет потом.
- Почему же, - не соглашаюсь я. - Понимаю.
- Я - человек бизнеса. Человек договорённостей и мира больших денег. В моей жизни давно нет никаких привязанностей.
- Мне кажется, - задумчиво и грустно говорю я, - ты относишься к моей сестре серьёзнее, чем хочешь это показать. А возможно, и чем можешь признаться самому себе.
- Нет, - он усмехается и качает головой. - Тебе кажется, - его голос становится очень жёстким, в нём слышится звон стали. - С некоторых пор я в душу никого не пускаю. И не воспринимай мой рассказ, как откровенность подвыпившего мужика, который решил излить душу. Я просто расставил точки над "i". И это потребовало объяснений. С другой стороны, обычно я обхожусь без подобных рассказов. Просто ты - особенный случай в особенных обстоятельствах.
Меня задевают его слова.
- Я не случай...
- Случай. Я тебя не планировал. А её, как видишь, вполне. Вопрос лишь в том, какой ты случай. Несчастный или... счастливый.
Что-то в его голосе заставляет меня насторожиться.
- Что ты имеешь в виду?
Несколько секунд он молчит. Будто подбирает нужные слова.
- Я имею в виду, Катя, что я не заказывал нотаций и попыток поиграть в психолога, находящегося в удобной позиции. Мы все так умеем, когда речь идёт не о нас, а о других.
- Ты пожалел, что доверился мне? - осторожно спрашиваю я.
- Да. Пожалел. Я не обиделся, повторюсь. Но ты права - пожалел. Знаешь почему?
- Почему?
- Потому что обычно, когда я когда-то уезжаю с женщиной, я её просто трахаю. И тогда она остаётся довольной и хочет ещё. А для меня лично - она остаётся просто той, которую интересуют только секс и деньги. И я о ней забываю. Но я тебя я не планировал. И посчитал, что нужно рассказать тебе это всё.
- Я благодарна тебе за то, что ты это всё рассказал.
- Да, - усмехается он, - только я перестал быть для тебя образом успешного беспроблемного красавца. Мускулистого, смазливого парня с обложки женского романа. Который всегда не настоящий человек. И о котором так легко мечтать. Потому что он куколка из детских игр и фальшивый образ из девических фантазий. Что-то вроде изображения солиста бойз-бенда на пллакате. Ненастоящий. Но такой удобный, не так ли? - он горько усмехается. - Это не претензии. Просто я всё это уже хавал. Так что, давай останемся друг другу благодарны за доверие, но закончим.
Он допивает какао и встаёт.
- Ванная, душ, спальня - всё здесь на этаже. Камин можно не тушить, он потухнет сам. К тому же здесь система безопасности от пожара. Так что можешь не волноваться. Отдыхай, наслаждайся комфортом и отсыпайся. Думаю, что ты очень устала с дороги. Если захочешь, завтра порыбачим и покатаемся на катере. Ну, или чем-нибудь другим займёмся, чтобы твои два дня на моём острове прошли классно. А насчёт твоей сестры - да пошла она в жопу. Извини за резкость, я просто не люблю, когда меня кидают. Думаю, тебе бы тоже не понравилось.
Тоже встаю.
- Кость...
- Да? - он внимательно смотрит на меня.
- Прости, я не хотела тебя... задеть.
- Ты не задела. Я сам себя задеваю. Ты вообще ни в чём не виновата. Даже не парься. И я правда постараюсь сделать так, чтобы завтрашний день и послезавтрашнее утро - тебе приятно запомнились. Мне надо поспать.
- А где ты будешь спать?
- Внизу.
- А почему не... здесь?
- Потому что ты - особенная. И мне трудно относиться к тебе, как к девчонке на вечер. Да и в принципе я обычно приезжаю сюда один. Иногда нужно привести мысли в порядок. Наедине с собой. А здесь для этого все условия. Но я отчего-то подумал, что будет классной идеей взять тебя сюда. Вот давай и сделаем так, чтобы мы оба не обломались и это действительно оказалось классной идеей.
- Пока не так?
Он делает шаг ко мне, берёт пальцами за подбородок и смотрит в глаза:
- Ты намного лучше своей сестры. И я не про правильность. Я о другом. Доброй ночи, Катя.
Он отпускает мой подбородок и, развернувшись, уходит на лестницу.