Владелец элитного клуба

Глава 12. "Полёт, и немножко больше знаний о Косте"

В аэропорту нас ждёт частный джет. Не могу сказать, что, учитывая статус Константина, очень удивлена, однако неимоверно волнуюсь. Никогда на таких самолётах не летала.

- Не робей, - с улыбкой произносит Константин, когда я замираю перед трапом, вверху которого у двери стоит стюардесса.

Вздохнув, поднимаюсь на борт первой. Костя следует прямо за мной.

Салон самолёта просто поражает воображение шиком, стилем и какой-то аурой комфорта, которая заполняет здесь всё. Шикарные откидные кресла голубого цвета, подушки на них, приятные бело-серые стены, мягкий ковёр, столик с фруктами, плазменная панель на стене, да даже ароматизированный цветами запах - всё производит впечатление скромного обаяния успешной буржуазии.

Стараюсь не озираться по сторонам. Мы садимся в два кресла по соседству, и по просьбе Константина нам приносят воды и соков. Я заказываю апельсиновый, он - ананасовый.

Кошусь на него. Учитывая то, что я читала про ананасовый сок и мужскую сперму, меня несколько смущает такой его заказ. А, впрочем, это может просто я такая испорченная. В любом случае, он ведёт себя естественно и непринуждённо и вскоре я переключаюсь на беседу с ним.

А самолёт тем временем принимается ехать, разворачивается, набирает скорость и - взлетает.

- Мы ведь в Турцию? - на всякий случай уточняю я.

Он мягко смеётся:

- В Турцию. Именно в тот город, который назвала Пелагея. Тут - никаких сюрпризов.

- А что, есть что-то, где мне следует ждать сюрприза? - настораживаюсь я.

- Возможно, - уклончиво отвечает он. - Но я не хочу его портить.

Хм. Надо же какой загадочный...

- Скажи мне, Катя, - чуть повернувшись ко мне, говорит он, - а как так получилось, что ты - одна?

- В каком смысле? - прищуриваюсь я.

- Я про личную жизнь. Просто, согласись, это странно. Ты однозначно красивая и неглупая, довольно бойкая, за словом в карман не лезешь, сексуальная, одеваешься со вкусом и что самое важное здесь - чувственная и страстная. Так как же так получилось, что ты - одна?

- Вы о чём сейчас, о сексе или о...

- О сексе, о сексе, - ухмыляется он. - И мы на "ты". Ещё раз назовёшь меня на "вы" - оштрафую.

Его слова меня озадачивают.

- Это как? - не понимаю я.

- Это поцелуй взасос. С языком. Страстный такой. Ты, наверное, от них отвыкла, а между тем - огромная польза здоровью.

Он снова меня невероятно смущает. И снова - прежде всего взглядом и этими мурлыкающими, чуть вкрадчивыми интонациями. Звучит, надо отдать должное, очень сексуально.

- Вы своих сотрудников тоже так штрафуете? - пытаюсь вырулить я.

Он смеётся.

- Неплохо, неплохо. Нет, сотрудников я так не штрафую. У них другие штрафы. А вот сотрудниц - бывает.

- Да вы какой-то плейбой... - бормочу я.

- Не, - улыбается он. - Не плейбой. Просто люблю женщин. И знаешь что?

- Что?

Он подманивает меня пальцем. Осторожно приближаюсь к нему.

- Ты оштрафована, - нежно говорит он.

И прежде, чем я успеваю хоть как-то отреагировать, он кладёт ладонь на мою щёку, приподнимает пальцами подбородок и страстно целует в губы.

А я настолько теряюсь, что... что отвечаю ему...

Я настолько увлекаюсь этим чувственным поцелуем, что когда мы наконец отрываемся друг от друга, у меня в прямом смысле кружится голова... Будто на аттракционе покаталась... Что-что, а целуется он просто потрясно. Бегающий по кругу язык, нежные покусывания губами, оттягивание ими моих губ по очереди, облизывания, глубокое проникновение танцующего языка, имитирующее секс... всё это в какие-то мгновения заставляет меня вновь сильно возбудиться...

Похоже, он специально делает это. Возбуждает меня, наслаждаясь моей реакцией. По тому, несмотря на то, что он старательно прячет улыбку, изучащие меня глаза его лучатся смехом.

- Оригинальные у тебя штрафы... - сглотнув, наконец произношу я.

А у самой даже пальцы дрожат от всё ещё не отпустившего возбуждения. И внизу живота будто температура локально поднялась градуса на два... Свожу ноги вместе, снова сажусь ровнее. Кресло очень удобное, но откинуться в нём я сейчас просто не могу. Впечатление, что если расслаблюсь больше, потеку... Если уже не...

- Имей в виду, при рецидивах, штрафы усиливаются, - глядя мне в глаза, произносит он. - Одними поцелуями мы не обойдёмся.

- Даже так? А могу я узнать, градацию этих штрафов?

- Намереваешься плохо себя вести? - - глаза его откровенно смеются, и яркие, чуть полные губы вновь тронула насмешка.

- Возможно... - ухожу от ответа я.

- Надо сказать, ты неплохо целуешься. Как и танцуешь, кстати.

Ну, с танцами он мне, наверняка, польстил. А насчёт поцелуя я вообще оценить не могу... Слишком была увлечена.

- Думаю, - отвечаю я, - что здесь многое зависит от ведущего партнёра.

Он ухмыляется.

- Настало время поговорить о сексе откровеннее, не находишь?

- Тебе нравятся такие разговоры?

- Это отличный способ скоротать время в дороге, когда у тебя есть прекрасная и сексуальная собеседница, секс с которой ты пока только предвкушаешь.

Его очень мужской и откровенно бархатный голос сводит с ума. Н-да... теперь слова Миланы в клубе видятся мне куда более понятными... Неудивительно, что девчонки приезжали туда охотиться за этим мужчиной...

- Хорошо, - говорю я. - Теперь, пожалуй, я настроена больше.

- Отлично, - улыбается он.

- Только имей в виду, - говорю я, - что я не слишком опытна в подобных разговорах.

- Что, предыдущие любовники были молчаливыми?

Впечатление, что он дразнит меня каждой фразой. Не даёт расслабиться, держит в тонусе.

- В основном классно сопели, - негромко отвечаю я. - Но в общем-то их было немного. У меня, в смысле.

- И сколько же?

Задумываюсь. Вспоминаю.

- Мммм... А интересуют вообще все?

- Те, с которыми ты как минимум целовалась.

- У меня не очень большой опыт, - признаюсь я. - Их было четверо.

- Вот как? - искренне удивляется он. - Интересно. И почему же в твоём возрасте у тебя столь небольшой опыт?

- Ну, вообще-то я считала себя довольно скромной в этом отношении... Я раньше как-то по таким клубам не ходила.

- Давай так, - чуть хмурясь, переводит тему он. - Расскажи мне о последних своих отношениях.

- О-о, - морщу нос я, - это не лучшая тема для разговора.

- Это почему?

- У меня не самые приятные воспоминания о расставании... Да и вообще - я предпочла бы про эти отношения забыть.

- Меня интересует только секс сейчас, - уточняя, настаивает он. - Каким он в этих отношениях был?

- Обычным, - пожимаю плечами я. - Самым, что ни на есть.

Он берёт со столика бокал апельсинового сока и делает пару глотков. Ставит обратно. Кивает на мой бокал. Мотаю головой. Предпочитаю продлить вкус его поцелуя....

- А что ты вкладываешь в это слово? - интересуется Костя.

Задумываюсь. И реально понимаю, что я даже не знаю, как это объяснить. Он ведь наверняка меня даже не поймёт. Мало того, что он - не женщина, так я ещё очень сомневаюсь в том, что у него этот самый "обычный секс" вообще когда-либо был. Он в принципе ведёт себя так, будто вот так вот болтать на такие откровенные темы с женщиной, которую он едва знает - это нормально. С другой стороны, наше знакомство шапочным назвать уже трудно. Тем более, после поцелуя, который он так ловко обыграл.

- Скуку, - подобрав наиболее точно слово, говорю я. - Обычный секс - скучен. В нём нет будоражащих эмоций, нет трепета, нет восторга, что ли... Нет учащённого биения сердца. Нет предвкушения и чувства его значимости - тоже нет. Есть просто... Не знаю, как сказать... Просто...

Он молча ждёт. Взгляд очень внимательный. И я благодарна ему за то, что он не пытается мне подсказать. А просто ждёт моего ответа.

Вздыхаю.

- Просто... просто понимание того, что это такая физиологическая потребность. Которую надо удовлетворить. Но не срочно. И можно, в общем-то, не удовлетворять. А "как-нибудь потом". Скучный секс от скуки, просто потому, что им можно заняться, и физиологически это, наверное, нужно.

- Без оргазмов?

- Когда-как, - снова пожимаю плечами я. - Оргазмы тут вообще вторичны. Просто когда нет и такого секса, становится тошно. Но в какой-то момент становится тошно и от того, что он такой. И как-то так автоматически теряется ценность отношений. Многое воспринимается острее, чем воспринималось бы. Многое начинает раздражать в человеке. И чувствуется, что это взаимно. И искусственно интерес к сексу с этим человеком как-то не вызывается. Все эти свечи, романтическая музыка, отдых друг от друга - всё это помогает очень плохо. Нет предвкушения. Нет страсти. Нет ничего такого, отчего этот секс можно было для себя лично считать действительно важным.

Как легко он меня вызвал на откровенность... Осознавая это, понимаю, что я не могу остановиться. Что я будто пытаюсь выговориться здесь. Что мне вдруг стало очень важно всё это ему рассказать. Наверное, потому что с ним нет чувства скованности и потому, что он хороший и внимательный слушатель. Чувствуется, что он заинтересован во мне и, в частности, в том, что я говорю сейчас.

- Но ведь так стало не сразу, верно? - совершенно серьёзно, без прежних усмешек, спрашивает он.

- Да, - соглашаюсь я. - Просто как-то в связи с продолжительностью отношений секс становится всё более пресным. Как думаешь, это нормально?

Он качает головой:

- Нет. Но почему так происходит, я понимаю.

- Расскажешь?

- Да это просто, - говорит он. - Когда привыкаешь к определённой высоте чувств, то она уже не кажется высотой. И чем меньше высота, тем быстрее становится скучно. Но причина здесь - чаще всего в женщине. Основная причина. Их вообще много.

- В женщине? - округляю глаза я.

- Да. Тебе это обидно?

Хмурюсь.

- Я думаю, что это несправедливо.

- Напрасно. В этом нет никакого наезда. Просто некоторых женщин трахать хочется, а некоторых нет.

- Но сначала-то хотелось... - возражаю я.

- Сначала - это не важно. Мужчина так устроен, что в принципе готов заняться сексом чуть ли не с любой. Главное, чтобы не была для него отталкивающей. Важно, что она новая. А когда новизна пропадает, то женщина очень быстро начинает чувствовать потерю сексуального интереса к ней.

- Но тогда получается, что любая надоест.

- А вот тут ты, как и многие женщины, и ошибаешься. Не любая.

Пытаюсь понять, он всерьёз это или нет. Судя по тому, как он это сказал и по тому, как на меня сейчас смотрит - он всерьёз.

- И каких же женщин мужчины всё время хотят? - спрашиваю я.

- Разных, - коротко отвечает он.

- Мммм... - озадачиваюсь я. - Не поняла я... В смысле, разных?

- В прямом. Мужчины так устроены. Эволюция нас такими сделала. Нам нужно много разных женщин.

- И... - совершенно теряюсь я. - И.. как это связано с моим вопросом?

- Напрямую и связано. Если женщина способна быть разной - мужчина её хочет очень долго. По сути, лучшие любовницы - это актрисы. Причём, я говорю об актрисах от природы. А если уж совсем откровенно, то от природы - все женщины, в той или иной степени, актрисы.

Глубоко задумываюсь.

- Хм... - наконец, решаюсь высказаться я. - То есть, по-твоему, я просто была плохой актрисой с ним?

Он поднимает указательный палец.

- Мы сейчас говорим о сексе. Это, чтобы ты в другие темы не уходила. Если он довольно быстро перестал тебя хотеть, причин может быть множество. Но основная, скорее всего, именно эта. Ты девочка искренняя, я это вижу. Чувственная, страстная. Но вряд ли ты был такой с ним. И, скорее всего, ты была одинаковой.

Мысленно улетаю в воспоминания, которые ранее предпочитала от себя гнать. Но сейчас я смотрю на то, что было, будто со стороны. Да, пожалуй, он действительно прав. Собственно говоря, я и не стремилась особенно его как-то соблазнять. Не надо ему было, ну и не надо. Обижало меня это немножко, но в целом я как-то очень быстро стала к этому индифферентно относиться.

- А ты научишь меня?

- Чему?

- Быть разной.

Он усмехается.

- Да, могу. Но от тебя потребуется кое-что.

- И что же?

- Не бояться.

- Чего? - хмурюсь я.

- Самой себя. Страх сковывает. И секс тут не исключение. Внутренние барьеры очень мешают. А они обычно основаны на страхе. Осуждения обществом, прежде всего. Которое переносится на объект желания. В общем, если просто и коротко - не думай, что я буду тебя осуждать за то, чего ты реально хочешь в сексе. Втроём, с толпой, оральный, анальный, эксгибиционизм - плевать. Сексуальные желания - это мир фантазий. Для того, чтобы хотеть секса, их не обязательно нужно реализовывать. Но быть с собой и с сексуальным партнёром честной - необходимо. Более того, когда ты разная - тебе легче возбуждаться. Есть место для простора.

Честно, эти слова оказывают на меня сильное впечатление. Так вот он ты, оказывается, какой... таинственный красавчик-миллионер... Куда более сложный, чем это может показаться на первый взгляд.

- Хорошо, - киваю я. - Я постараюсь не бояться.

Он качает головой. В глазах - снова искорки смеха. И морщинки в уголках. Едва заметные и очень смешливые.

- Это не так просто, как кажется. Особенно, таким, как ты.

- Таким, как я? - переспрашиваю я. - А что со мной не так?

Он усмехается.

- С тобой всё так. Просто ты очень скованная, несмотря на кажущуюся раскрепощённость. Это, кстати, очень чувствовалось в танце. Хотя танцуешь ты, повторюсь, хорошо.

- Я просто стеснялась... - оправдываюсь я.

- А я об этом стеснении и говорю. Ты и сейчас стесняешься. А дальше - ещё больше будешь.

- Почему?

- Потому что мы с тобой будет много трахаться.

Уши вновь пылают.

- А я - хочу, - с вызовом говорю я. - Хочу с тобой трахаться.

Он молча и насмешливо смотрит на меня.

- Ну что ж, это хорошо, - говорит он. - Потому что это взаимно, Катя. Ну что, тогда вставай.

Едва не задыхаюсь, услышав это. Реально дыхание перехватывает.

- В смысле? - ошарашенно спрашиваю я. - Куда вставать?

- Вставать - вверх, - усмехается он.

Он поднимается с кресла и протягивает мне руку.

- А пойдём мы с тобой в другой салон. Туда, где нас совершенно точно не побеспокоят. Скажи, ты когда-нибудь занималась сексом в самолёте?