Виноваты стулья

Глава 8 Бывший

Меня, разумеется, пропустили в кабинет Ильи Александровича — а попробовали бы не пустить! Хоть и не жена я ему, а мое имя тут знали. А если бы и не знали, то что с того? Пришла приличная женщина по личному вопросу. Не проститутка, не пьяница, не нищенка — за что меня гнать?

Разумеется, Донкан мне рад не был, и все его эмоции прекрасно читались на породистом лице. Напрасно Аннет обзывала Илью плебеем, ничего мужицкого в нем не было. Узкое лицо, светлые глаза, густые брови. Подбородок мужественный, нос и вовсе орлиный. А таинственная бледность и не слишком здоровый блеск глаз явственно свидетельствовали: господин Донкан вновь мучается бессонницей. Такое и в моем мире нередко бывало.

Илья сидел за большим конторским столом лицом к дверям. Перед ним лежали исписанные бумаги и какие-то книги.

— Я вас не ждал, Анна Васильевна. Зачем явились?

Даже не поздоровался! Тогда и я не буду.

— Нам нужно серьезно поговорить.

— Я не желаю с вами вести никаких разговоров.

— А я желаю! Кристина слишком молода для замужества.

Он скривился и ребром ладони отодвинул бумаги. Тяжело поднялся, подошел к двери и проверил, плотно ли она закрыта. Я разглядывала Илью с восторженным любопытством. Надо же, а он в очках! И вовсе не лысый! Мой-то муж давно сделал лазерную операцию по восстановлению зрения, а лысеть начал после института. Оказывается, избыток знаний и вправду влияют на волосяной покров! Шутка, конечно, наверняка сказался уровень стресса и экология. Или это я ему плешь проела?

— Прекратите так глупо улыбаться, Анна Васильевна, — буркнул Илья Александрович, отворачиваясь. — Я не собираюсь с вами спорить. Кристина выходит замуж весной. Точка.

— Илья, ты бы спросил у девочки, чего она сама хочет.

— Извольте вести себя прилично. Мы с вами не в спальне.

— О чем это ты? — растерялась я. — При чем здесь спальня?

«Называй его по имени-отчеству и на „вы“, — хихикнула Аннет. — Так положено.»

— Вы пили, Анна? Ведете себя сегодня… странно.

— О, вы просто меня плохо знаете… — усмехнулась я, — Илья Александрович. Должно быть, никогда и не знали по-настоящему.

— Все женщины одинаковые, — закатил глаза Илья. — Чего вы хотите от меня? Денег? Предоставьте смету. Я оплачу те расходы, что посчитаю нужным. И не дам ни копейки сверху.

— А вы жмот, Илья Александрович!

— Я просто рационален. У меня слишком много расходов.

— То есть новые панталоны вы мне не купите?

Он моргнул, невольно скользнув по моей фигуре взглядом.

— Нет, не куплю.

— Как жаль, что вы уже опоздали. Я еще утром потратила ваши деньги в лавке белошвейки.

— Как жаль, что мне придется проверить ваши счета и вычесть лишнюю сумму из содержания на следующий месяц, — язвительно парировал Донкан.

Как же я любила когда-то наши перепалки! Наша ругань так легко переходила в флирт! Почему бы не повторить?

— Будете проверять только счета, Илья Александрович? Или проведете инспекцию покупок? Может быть, вы желаете лично убедиться, что панталоны стоят той суммы, которая за них уплачена?

— Анна, вы ведете себя совершенно неподобающим образом.

«Он всегда такой зануда? — спросила я Аннет. — Или только в конторе?»

«Я никогда не приезжала сюда раньше, — вздохнула она. — Так что не могу знать точно.»

— Думаете? Кто устанавливает для меня правила? Уж точно не вы.

Меня охватила шальная злость на этого человека. Я знала все его недостатки, все слабости — так, как не знала Аннет. В моей голове вообще не было разницы, которая проекция Ильи передо мной. И что самое забавное — в животе что-то сладко сжималось, когда он так на меня смотрел. Я его… желаю? Какой приятный сюрприз! После развода у меня напрочь исчезло либидо, я даже книжки 18+ читать бросила. Скучно и не вставляет. А у тела Аннет, похоже, такой проблемы не было. И сейчас оно подсовывало мне жирную свинью.

А может, эту свинью я сейчас вручу Илье Александровичу. А то стоит тут, понимаешь, такой представительный и строгий. В рубашке, пиджаке и шейном платке.

— Мне не хотелось бы выставлять вас силой из кабинета. Успокойтесь. Ваша взяла, Анна, давайте поговорим как взрослые люди.

Какой же он все-таки скучный!

— Вы испортили всю игру, — вздохнула я. — Я так хотела продемонстрировать вам нижнее белье…

— Анна!

— Молчу-молчу. Так вот, Кристина замуж не хочет.

— Ее никто не спрашивает. Вас, впрочем, тоже.

— Вы желаете сделать свою дочь несчастной? — зло прищурилась я. — Точно так же, как ваш дед сделал несчастным вас?

— С чего вы взяли, что я был несчастен? Катерина была мне хорошей женой. Подарила замечательного сына. Я весьма благодарен своему деду… за все.

Это было больно. И я, и Аннета задохнулись от обиды. У кого из нас двоих вырвалось жалобное:

— А как же я? Вы клялись мне в любви!

Илья отвернулся, на его лице мелькнула тень досады.

— Анна! К чему сейчас ворошить прошлое? Теперь вы — пустое место в моей жизни.

«Пустое место»? Очумел? Ты ведь понимаешь, что я это запомню? Надолго. Навсегда! Но сейчас я не буду продолжать скандал. Не ради себя, ради Кристины. Мне нельзя с ним ссориться окончательно.

Слишком хорошо я знала этот вид, этот взгляд. Он в гневе. И совершенно не факт, что именно на меня. Но начну давить на него — и останусь крайней. Илья ужасно упрям и очень зол на язык. Наговорит всякого, а потом будет жалеть. И ладно если я крайней останусь. А если дочери?

И я отступила. Стиснула зубы, опустила глаза, смяла пальцами подол платья.

— У вас проблемы на заводе, Илья Александрович?

— Откуда… какое вам до этого дела, Анна Васильевна?

— Самое прямое. Если у вас не будет денег, и я с голоду помру, и мои дети.

Он тяжело вздохнул и вернулся за стол. Уткнулся в бумаги.

— Я на грани разорения, Анна. Поэтому и желаю хотя бы Кристину обезопасить от нищеты. Пока никто не знает.

Я шагнула вперед. Теперь мне стало его даже жаль. Тот Илья, которого я знала, больше всего на свете боялся бедности. У него всегда были накопления, запасные планы, тайные союзники. И была я, которая готова была поддержать и утешить. Я бы и сейчас могла предложить помощь. В конце концов, можно продать нашу усадьбу и переехать к моей матери в небольшую квартирку в Вышецке. Я могла бы устроиться на работу. Накопления… у Аннет они есть. И еще драгоценности.

Но этот человек не был мне мужем. Он только что заявил, что я — пустое место для него. Так для чего мне ему помогать? Все равно не оценит.

«Надо помочь», — шепнула Аннета.

Я же лишь покачала головой:

— А вы точно желаете откупиться жизнью и молодостью своей дочери?

— Подите к черту, Анна.

— Илья…

— К черту, я сказал! — взорвался он.

Покачав головой, я вышла из кабинета. Видимо, дела и вправду плохи.