Ведьма против демона в академии драконов (СИ)

Глава 5

Платье – не лучшая одежда для полетов. Хуже – разве что ночная рубашка, хотя именно в ней чаще всего и изображали ведьму, летящую на традиционную встречу дружного женского коллектива, во все остальные дни разбежавшегося по самым дальним уголкам мира. В ночь встреч в Кроудгорде предпочитали не выходить из домов. Еще лучше – до рассвета схорониться в подполе и не откликаться на призывные вопли с улицы. Разумеется, если ты не дипломированная ведьма, жаждущая зарекомендовать себя и заработать репутацию. Или не младший ребенок в компании, которого старшие подбили на сумасбродство. Впрочем, в последнем случае от твоего решения ничего не зависело: хочешь или нет, но компания старших обязательно проберется к тебе в дом и выставит за порог, пользуясь отсутствием одаренных взрослых. Если же взрослые будут… Даже через пару лет тебе будут припоминать трусость и отсутствие желания умереть молодым. По крайне мере, мне припоминали. Первые три года обучения. Пока последний из упоминающих преждевременно не… связал свою жизнь с особой выдающейся во всех отношениях, особенно физических. После женитьбы на Кресенде, Тиру стало не до моей персоны.

На губах промелькнула злорадная ухмылка. Правильная месть не должна заканчиваться чьей-то смертью. Правильная месть уносила радость, забирала смысл существования, отравляла каждую минуту жизни, но… оставляла возможность жертве измениться, осознав свои ошибки. Или стать почетным поставщиком слез и проклятий. Тоже весьма ценного ресурса в нелегком ведьминском труде.

– Мяу! – Тут недовольно выгнул шею, вцепившись всеми когтями мне в ноги. Вот уж кто летать не любил. Особенно тогда, когда полет является срочным и о корзинке для фамильяра нерадивая хозяйка забыла.

– Прости, – шепнула я, придерживая кота одной рукой. Второй я цеплялась за древко, направляя его параллельно путеводному лучу.

Сколько занял полет – я не знала. Но небо успело окраситься первыми алыми мазками, когда ведший меня луч неожиданно раздвоился, расходясь в противоположные стороны. Метла замерла, подчиняясь моей воле, а я вцепилась в древко так, что ногти поцарапали лак.

– Мяу! – Хвост Тута больно ударил меня по лицу, а после фамильяр стукнул лапой по моей руке. – Мяу! – Проигнорировать требовательное мяуканье я не могла. Посмотрела вниз и… выдохнула: Тут указывал на один из лучей.

– Уверен?

– Мяу! – Кот пригнулся, вновь вцепившись в мои прикрытые платьем ноги. Я кивнула и направила метлу туда, куда хотел фамильяр, про себя размышляя, почему луч раскололся. Я знала лишь одну причину для подобного, и спокойствия это знание не приносило. Напротив – порождало новые вопросы. Они роились в голове, заставляли сомневаться, сбавлять в нерешительности скорость… Что если мама не стала возвращаться по своей воле? Вдруг у нее появился тот, кого она просто не могла бросить?..

«…как меня», – промелькнула нехорошая мысль, и я сжала зубы, гоня ее от себя.

Поиск на крови действительно мог сбоить. В том случае, если в зоне действия чар находился другой кровный родственник, плоть от плоти искомого. И для меня это значило лишь одно: у мамы был здесь ребенок. Ребенок, которого она не могла или не хотела бросать. Последняя мысль отозвалась болью в груди. – Это неважно, – с трудом разжав зубы, сказала я самой себе, но вышло неубедительно. Сомнения, поселившиеся в душе, мешали мыслить здраво, и я нет-нет да и возвращалась к мысли: «Она осталась здесь из-за него? Из-за своего нового ребенка? Или его отца?».

Последнее и вовсе воспринималось предательством. В какой-то момент мне захотелось повернуть назад, вернуться в свой маленький мирок, где не было причин сомневаться: мама любит меня больше всех на свете. Теперь – они были, и остававшийся за спиной второй луч был лучшим тому подтверждением.

Когда путеводная нить начала опускаться к земле, на пару минут я зависла над лесом в нерешительности. Я боялась увидеть там, под кронами деревьев, небольшой уютный домик, как тот в котором мы жили в моем детстве, боялась увидеть тех, кто стал мне заменой. Отчего-то мысли о том, что маму похитили, стали уходить на второй план. Теперь это не было для меня самым страшным. Я больше не боялась встретиться лицом к лицу с жаждущим моей смерти демоном. Напротив – я боялась его там не встретить. Получить новый повод усомниться в собственной ценности для самого важного для меня человека, почувствовать себя ненужным, выброшенным из жизни, брошенным на задворках посторонним.

Браслет, надетый на меня драконом, неожиданно потеплел. Он словно решил поспорить с одолевавшими меня мыслями. И я неожиданно для себя улыбнулась. Криво, не без горечи, но хоть так отвлекаясь от тягостных раздумий.

«Я не хочу вами рисковать… Я найду тебя везде, где бы ты ни была…» – в памяти сами собой всплывали слова дракона и его менявшийся в эти моменты голос. Не ехидный, не насмешливый, как обычно, а мягкий, уверенный, словно дававший нерушимую клятву всегда быть со мной, не бросать.

Я обернулась. Не знаю, что я хотела увидеть, но вокруг не было даже птицы, не говоря уже о драконе. Я грустно улыбнулась.

– Такова жизнь. – Пальцы зарылись в шерсть Тута, и кот недовольно мотнул головой, будто намекая: не время для ласки. И я с ним согласилась. Направила метлу вниз, следуя за истончившимся лучом, и, окружив себя отводящим взгляды щитом, влетела в лес.

Соскочила с метлы, едва ноги почувствовали под собой опору. Перехватила Тута, аккуратно ссаживая его на землю, и прислушалась.

Лес молчал. Ни отголоска обычной жизни не слышалось на десятки шагов вокруг. Ни ветерка, ни колыхания ветвей, ни хлопанья крыльев или падения начавшей желтеть листвы. Ничего, что делало бы этот лес живым. И запахи… Я принюхалась, пытаясь разобрать хоть что-то, но мир вокруг будто не имел запаха. Не пах, не говорил, не жил…

Я прищурилась, глядя на лес вокруг иным, доступным лишь одаренным взглядом, и подхватила Тута под грудь, торопливо сажая его на себя.

Нет, на первый взгляд, все было хорошо. Но я была ведьмой, а значит и моя связь с миром была куда крепче, чем у обычных магов. И даже присутствие аур не могло сбить меня с толку. Этот лес был мертв, отрезан от остального мира, разве что он сам еще не успел этого понять. Энергия циркулировала внутри каждого организма, не находя выхода и точно так же не имея возможности взять извне хоть крупицу силы, а значит стоит снять чары, пропитавшие все вокруг, и лес высохнет в одно мгновение.

Я поежилась и, перехватив Тута поудобнее, поспешила за путеводной нитью, пока она не исчезла окончательно. Под ноги я старалась не смотреть, но взгляд то и дело соскальзывал вниз и цеплялся за лежавших в оцепенении птиц. Бедолаги просто влетели в отгороженный от мира участок и уже не смогли выбраться – собственных сил не хватило. Насколько хватит моих резервов, успевших едва ли восполниться на треть после ритуала, я не хотела думать. Но думать об этом приходилось, и я шла быстро, практически срываясь на бег. Тут, определенно заметивший в насколько нехорошее место мы попали, даже не пытался протестовать. С ним на руках, с метлой под мышкой, я выбралась к покосившемуся домику.

Мох стелился по его крыше, стены заросли вьюнком, но в отличие от леса вокруг, на расстоянии двух шагов мир вокруг дома был живым, не скованным стазисом.

Я прикрыла глаза, проверяя резервы, и оборвала питавшую щит ниточку, за пару минут расширившуюся до полноценной трубы. За время своего недолгого пути я стала вдвое слабее.

Первым на свободную от чар землю ступил Тут. И тут же прыжками, вырываясь из высокой травы, насколько хватало сил, добрался до порога, кивнул, разрешая мне приблизиться, и всем телом навалился на дверь, будто надеясь скрыться за ней от хищного шелеста растений.

Безрезультатно. Дверь не поддалась его слабым попыткам, а прыгать на ручку двери фамильяр отчего-то не стал. Вероятно, почувствовал след охранных чар.

Я пробежала по траве так быстро, как могла, и, стоя на узком крылечке, с удивлением рассматривала свежие царапины на голенях. Совпадение или нет, но идти назад тем же путем перестало казаться хорошей перспективой.

Я толкнула дверь, последовав примеру Тута. Ничего. Охранные чары, требовавшие прикосновения к ручке, не собирались так просто обманываться моим маневром. И мне бы пришлось им уступить, если бы мой взгляд случайно не зацепился за длинное узкое окошко, скрытое от посторонних взглядом краем крыши. Других окон у дома не имелось, и это заставило меня виновато понуриться: едва ли мама могла оказаться в таком месте по своей воле. Напротив, это место больше напоминало тюрьму, одиночную камеру для брошенного среди леса постояльца.

Мурашки пробежали по коже от мысли, сколько времени здесь могла провести мама. И мне бы рвануть на себя дверь, чтобы поскорее ее увидеть, убедиться, что она жива… Но я стояла и молчала, прислушиваясь к шелесту за спиной и изучая каждую пядь заросшего двора. Трава была везде, разве что крыльцо и узкая полоска щебня вокруг самой постройки остались вне остролистого травяного ковра.

Кончик хвоста стукнул по моей ноге, напоминая, что время наше весьма ограничено. И я кивнула. Избегая лишний раз наступать на траву, по узкой полоске щебенки, окружавшей постройку, добралась до окна. Замерла под ним, понимая, что моего роста недостаточно. Вот только прыгать, пытаясь зацепиться за крышу или выступ под окном, не стала. Метла выручила и с этим.

Тут, запрыгнул на руки сам, не желая оставаться в одиночестве на земле. И нам даже удалось оторваться на локоть в высоту, когда метла скрипнула и рухнула вниз. Благо – на такой высоте разбиться нам с котом не грозило.

Сломанный артефакт упал на землю, исчезая из виду. Хищно зашелестели травинки, а я поняла, что руки лучше держать подальше от буйной зелени. Если, конечно, не хочется раньше времени примерить совместные творения целителей и артефакторов.

– Не получилось, – шепотом констатировала я и с грустью подумала, что сейчас, как никогда, мне бы под боком пригодился мужчина. Не важно кто – главное не меньше метра роста, чтобы мог меня немного подсадить, и ловкий – чтобы увернуться от хищной травушки.

Браслет на руке нагрелся, и я затаила дыхание.

– Мне доставляет неописуемое удовольствие мысль, что вы так скоро вспомнили обо мне, – раздался за моей спиной голос дракона, а после на мои плечи легли ладони. – Не оборачивайтесь, не хочу, чтобы вы пострадали, – заметил Картиан, а после полыхнуло с такой силой, что, верно, ни от хищной травы, ни от моей метелки ничего не осталось. – Выберем другую, – пообещал дракон и отступил на шаг. – Это здесь?

– Луч привел сюда, – понимая, что таиться уже не имеет смысла, ответила вслух.

– И вы собирались, – он быстро оглядел стену, – лезть в окно?

– До вашего появления я так и хотела поступить.

– Но я появился и испортил вам тайное проникновение, – сочувственно закончил невысказанную мысль дракон. – Идемте, стоять за вашей спиной, позволяя рисковать собой, я не стану.

И он, чуть наклонившись и перехватив прыгнувшего к нему кота, направился к двери. И я готова была поспорить, что охранные чары, тревожить которые я не хотела, его с готовностью пропустили. Скрипнула дверь, дракон переступил порог дома, а я стояла, глядя на это и не находя слов. Если бы он хотя бы попытался взломать защиту – я бы поняла, но он не пытался – просто вошел, будто ничего особенного в этом и не было.

– Киртана? – позвали меня из дома, но я отступила еще на шаг. Как назло, память подсказала, что без метлы из проклятого леса за спиной я едва ли выберусь. – Кирти?

Фигура мужчины показалась в дверном проеме. Он бросил быстрый взгляд на мое окаменевшее лицо, на дверь, распахнутую настежь и примирительно поднял руки. – Я обязательно тебе все расскажу, но позже, – ласково начал он, немигающим взглядом следя за мной.

– Перед тем как оставить меня тут навечно? – вырвалось у меня.

– Если бы я хотел тебя здесь оставить – просто не пришел бы за тобой, – пожал плечами дракон и серьезно добавил: – Есть тайны, раскрывать которые я могу лишь с позволения лиера. Это – одна из них, – он кивнул на дверь. – Идем со мной, и я обещаю, все мои тайны станут и твоими.

– Вы понимаете, что сейчас говорите? – У меня во рту все пересохло.

– Разумеется. Я отвечаю за каждое свое слово. И – это самый простой способ решить возникшее между нами непонимание. Твое согласие – и после представления лиеру все мои тайны станут твоими.

– Нет. – Я упрямо качнула головой: слишком высокой была цена за тайну. Такой, что согласись я с предложением дракона, едва ли смогу покинуть Марголин и… дракона. Разводы, насколько я знала, здесь не приветствовались. Если вообще существовали.

– Тогда вам, моя недоверчивая ведьма, придется смириться и довериться мне. – Мне протянули руку ладонью вверх. – Вам придется взять меня за руку, – спокойно, будто мой отказ нисколько не изменил его отношения ко мне, заметил мужчина и пояснил: – Охранные чары демонов для меня не помеха, а для вас…

Договаривать ему не пришлось. Сейчас, когда дверь была открыта и чары перестали спать, я могла в красках представить свое недалекое будущее. По всему выходило, что рискнувшему войти предстояло стать удобрением для хищной травы – на большее оставшийся от путника пепел был бы неспособен.

– Всего лишь переведу вас через порог.

– Всего лишь?.. – Возможно, я зря волновалась, но мне казалось, дракон что-то недоговаривает.

– Всего лишь, – подтвердил Картиан, и мне пришлось пойти на уступку.

Зря. Стоило мне вложить свою ладонь в его, как дракон легко подхватил меня на руки и внес в дом.

В следующий миг меня вновь поставили на ноги и предусмотрительно отступили в сторону, оказываясь на безопасном расстоянии от моего праведного гнева. Что не помешало мне шумно выдохнуть и… замереть, боясь нечаянно наступить на одну из линий пентаграммы, что испещряли пол. И никаких следов ни моей мамы, ни любого иного человека в этом помещении не было.

– Должен признать – я вас недооценил, – усмехнулся дракон, осторожно переступая через линии, не задевая их. Так он медленно, но неотвратимо приближался ко мне.

По спине пробежал неприятный холодок. Мне не хотелось думать, что коллега герцога Анвентара может быть замешан в заговоре против собственного короля, но… Кто этих драконов разберет. Особенно тех, кого демоническая охранная магия пропускает безо всяких проблем.

– В чем же? – хрипло уточнила я, пытаясь незаметно стянуть с руки браслет, подаренный драконом.

– Вы куда сильнее, чем я ожидал, и легче усваиваете мою силу, чем можно было рассчитывать.

– Делаю что? – Мне показалось, что я ослышалась. Точнее, мне бы очень хотелось, чтобы так оно и было, потому что думать, что один импульсивный поступок установил между нами с драконом такую крепкую связь, что я могла рассчитывать на его силы… И как насмешка над моими желаниями в памяти вспыли недавние события на крыше, когда я действительно воспользовалась чужим резервом. Легко, непринужденно, как если бы он принадлежал мне, а не неохотно одалживался новым участником ритуала.

– Усваиваете мою силу, – повторил дракон и вновь протянул мне руку. – Ваш отказ ничего не изменит. Если хотите увидеть свою мать, вам придется взять меня за руку и согласиться пойти со мной, куда бы я вас ни отвел. Иначе, – он кивнул себе под ноги, – портал вас не пропустит.

– А вас?

– А я отправляюсь гулять по улицам Арантея в гордом, но тоскливом одиночестве. – Он притворно тяжело вздохнул и взглядом указал на свою руку. – Идемте со мной, Киртана. И я не позволю вам пожалеть о своем решении. Даю слово.