Вечно голодный студент 6

Глава восьмая Свод правил

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 6 ноября 2027 года*

В тактическом штабе собрались все будущие участники рейда в Баку, а также Проф, Зулус, Майор и Ронин.

Никаких Пиджаков, Бород, Меченых и Рев тут, конечно же нет, как и обещал Проф.

Это уже второе заседание — на первом мы изучали спутниковые карты, на которые наложили ключевые места, в которых может быть интересно.

Дроны-разведчики в Баку не летают — дистанция не та, ну и одного пролёта сверхдальнего дрона было достаточно, чтобы понять, что город на месте и имеет более или менее приличный вид.

— Сегодня нам нужно обсудить, куда и зачем вы должны будете наведаться, — поделился планом на заседание Проф. — Ронин.

— Итак, — встав с места и подойдя к интерактивной карте, заговорил Ронин. — Нас, в первую очередь, интересуют хранилища топлива — в порту точно есть танкеры и хранилища, в которых содержатся значимые объёмы различного топлива. Вашей главной задачей в порту будет оценка состояния хранилищ и танкеров. Для этого с вами отправятся гражданские специалисты, разбирающиеся в тематике.

— Ага, понятно, — кивнув, произнёс я. — Значит, нужно будет охранять их, пока они возятся с вентилями и рычагами?

— Да, — подтвердил Ронин. — Следующая цель — гражданские суда, которые находятся в порту. Вот этот участок порта, как вы помните с прошлого заседания — в первую очередь, искать нужно будет здесь. К несчастью, из-за некомпетентности оператора дрона, у нас в распоряжении некачественный фотоснимок именно этого квадрата, но в смазанных силуэтах различаются танкеры и сухогрузы. Вполне может быть, что нам удастся реквизировать несколько судов с ценными грузами, если они не потребуют от нас чрезмерно сложных и длительных работ.

То, что Фронтир хочет обладать большим грузовым флотом — это стало очевидно с самого начала, потому что надо было видеть глаза Профа, когда наш «Волго-Дон» пошёл в свой первый рейс.

— Следующая по порядку, но не по важности цель — Гарадагский район, — продолжил Ронин. — Здесь, по разным данным, находятся военные склады и базы, на которых можно затрофеить очень много оружия, боеприпасов и, возможно, исправной бронетехники. Больше всего нас интересует колёсная бронетехника, которую вы сможете эвакуировать в товарных количествах. Танки имеют пониженный приоритет, но только сами по себе, а не боеприпасы в них. Боеприпасы берите все, какие только сможете найти.

Он сделал шаг в сторону и ткнул указкой в локацию, помеченную как «Аэропорт Забрат».

— Вот здесь вам нужно будет посмотреть, что есть из вертолётов, — сказал он. — Также, в связи с тем, что Азербайджан тесно сотрудничал с Турцией, нас интересуют военные беспилотники — вам нужно будет наведаться в Аэропорт имени Гейдара Алиева и прошерстить его на предмет турецких БПЛА и вооружения к ним. По современным меркам, они теперь считаются актуальными и востребованными.

— Значит, точного понимания, где и что лежит, у нас нет? — уточнил я.

— Ты верно всё понял, — подтвердил Ронин. — Это слишком далеко, чтобы мы могли регулярно отправлять туда дроны-разведчики. Из-за этого вы должны будете смотреть глазами и искать всё самостоятельно.

— Какую степень заполнения трюмов мы должны посчитать приемлемой и возвращаться? — спросил Фазан.

— Под завязку, — ответил Ронин.

— То есть, предлагаете нам торчать там месяц-два? — спросил я. — Забить два сухогруза до крышечки — это дофига дел, вообще-то…

В наше распоряжение передаются оба «Волго-Дона» — второй, наконец-то, ввели в эксплуатацию и снабдили командой.

В Ростове обнаружилось приличное количество моряков разных специализаций, ходивших по Чёрному морю — по Волге и Каспию никто из них никогда не ходил, но есть подробные карты и местные моряки.

Водная часть рейда должна стать наименьшей из наших проблем…

— У вас есть время, — произнёс Проф. — Дедлайна практически нет — можете находиться там вплоть до полугода. Главное, чтобы вернулись с трофеями.

— Посмотрим, как всё сложится, — пожав плечами, сказал я.

Я уже выучил карту Баку, с улицами и ориентирами, поэтому на месте не потеряюсь, но в городе может быть много других проблем, помимо ориентации на местности.

— А теперь переходим к тому, что мы точно знаем… — вновь заговорил Ронин. — Первое — войсковая часть №…

Через четыре содержательных и долгих часа мы, наконец-то, покинули тактический штаб. После этого я, в составе «бакинцев», то есть, Черепа, Вина, Фазана, Бубна и Майонеза, направился в столовую, чтобы поесть и усвоить полученную информацию.

— У меня мозг болит… — пожаловался Вин, сев напротив меня.

— Это значит, что он развивается, — ответил на это Череп.

В четыре укуса уничтожаю цельную варёную морковь, после чего берусь за ложку и начинаю есть борщ с мясом. Мяса в тарелке плавает чуть ли не половина от всего объёма, поэтому можно сказать, что это мясо с борщом.

— А ещё это значит, что там есть, чему развиваться, — произнёс Фазан. — Хотя я сомневаюсь, что у тебя в башке есть хоть что-то, кроме сплошной кости, Вин…

— Почему вы меня подъёбываете? — с обидой спросил Вин.

— Нравится твоя реакция — потому и подъёбываем, — ответил Фазан. — Не ведись на подъёбы — не заметишь, как они прекратятся. Достойно отвечать на них даже не предлагаю — вряд ли у тебя в сплошном слое костной ткани найдутся достойные ответы, ха-ха-ха!

— Ладно, хватит бубнить, — потребовал я. — Мешаете пищеварению.

Никто не стал возражать, поэтому я вернулся к сосредоточенному поглощению борща. Но не успела тарелка опустеть, как подошла Клавдия Вячеславовна и налила в неё полный половник.

— Спасибо! — искренне поблагодарил я её.

— Какие-нибудь мысли есть, ну, насчёт Баку? — спросил Бубен.

— Думаешь, кто-то из нас там бывал? — уточнил Череп.

— Я бывал, — ответил на это Фазан. — Летал туда пару раз. Хороший город… был. Как сейчас — хуй его знает.

— В аэропорту видел что-нибудь военное? — спросил я.

— Мне как-то не до того тогда было, — покачав головой, ответил Фазан, кроша в борщ отрываемые от булки куски мякиша. — Да и с каких щей я должен был специально выведывать, что и где у них находится?

— Резонно, — сказал я.

Знай я заранее, что вот так будет, наверное…

А что бы я сделал?

Да нихрена бы я не сделал: начни я кричать, что животные взбунтуются, меня бы быстро упекли в дурку, чтобы не баламутил народ.

Наверное, мог бы приготовиться как-то?

Наверное, мог бы: сделал бы запасы долгохранимого продовольствия, медикаментов, может, накопил бы денег и получил лицензию на гладкоствол, но это бы ничего не изменило. Еда бы закончилась, медикаменты бы не понадобились, а гладкоствол бы не помог…

В отдалённой перспективе не помогают никакие приготовления, но зато они помогают дожить до этой самой отдалённой перспективы — либо приготовления, либо чистый рандом, как в моём случае.

— А почему мы не берём с собой Щеку? — спросил Бубен. — Он бы нам сильно помог…

— Щека считается избыточным для таких задач, — ответил я. — Поэтому у него и Фуры будет какое-то другое задание.

— Да и мы же не дебилы какие-то не приспособленные⁈ — спросил Вин. — Справимся и сами! Правда же, Студик?

Но я его деланный оптимизм не разделяю. Баку — это неизвестность, а я привык опасаться неизвестного. Баку — это тёмное пятно на карте, а в тёмных местах почти никогда не водится ничего хорошего.

— У кого какие предчувствия? — не унимался Вин. — У меня предчувствие очень жирного лута!

— А у меня предчувствие, что ты дохуя пиздишь, Вин, — сказал на это Бубен. — Студик, может, зароем эту тему? А то не к добру обсуждать такое перед рейдом.

— Да, меняем тему, — согласился я с ним. — Я, конечно, не суеверный, но бережёного…

— Студик, — раздался у меня за спиной голос Лапши.

Поворачиваю к ней голову.

— Чего тебе? — без особого дружелюбия спрашиваю я.

— Нам нужно поговорить, — сказала она.

— Если ты так считаешь — давай, — пожав плечами, ответил я. — Но только после того, как я доем.

— Жду тебя в лобби, — кивнув, сказала она и покинула ресторан.

Смотрю ей в спину, но взгляд упорно норовит опуститься на её задницу, а в штанах начинается робкое шевеление.

«Так и с ума сойти можно…» — подумал я.

— Что у вас там, кстати? — поинтересовался Фазан.

— Скоро узнаю, блин… — ответил я. — Пока — ничего.

— Да, эта ваша хуйня уже затянулась, — произнёс Череп. — Переживаю за ваши отношения больше, чем за свои, нахуй…

— Ага, — согласился с ним Бубен. — Турецкий сериал развели тут — не разговаривают, друг на друга не смотрят, хотя не так давно еблись так, что аж из соседнего номера было слышно!

— Я не хочу это обсуждать, мужики, — попросил я. — Давайте сменим тему? Например, на то, какого хуя по ТВ начали показывать порнопародии?

— Ха-ха, ты набрёл на жемчужину телевидения Фронтира! — засмеявшись, сказал Фазан. — В одном из рейдов ребята нашли комп какого-то ценителя — он накопил десяток терабайт отборнейшей порнухи! Нарк говорит, что сбор коллекции был начат с 2008 года — всё каталогизировано по годам и жанрам, то есть, коллекционер был серьёзным.

— Да, серьёзный дяденька, — покивав, изрёк Череп.

— Ну и Нарк, с одобрения Профа, создал канал, по которому 24/7 крутят порнуху, — сказал Фазан в заключение. — Ты, значит, попал на часы порнопародий. Что за фильм хоть был?

— «Пираты», блин… — ответил я. — 2005 года.

— Ох, хороший был год! — с ностальгией произнёс Бубен.

— Только не начинайте свою старпёрскую хуйню, окей? — попросил я.

— Слишком поздно, Студик, — покачав головой, сказал Фазан. — 2005-й год, да… Что делал в том году, Бубен?

— Ну, на первом курсе шараги учился, — ответил тот. — Да там и вспомнить нечего — бухал, кое-как учился, встречался с одной шмарой. А, вот — трипак от неё поймал и лечился потом.

— Весёлый ты человек, — произнёс я.

— А у тебя что было в тот год, Череп? — спросил Фазан.

— Да примерно то же — подбухивал, подрабатывал… — ответил тот. — Как все вокруг, в общем говоря.

— А что в это время делал ты, Студик? — спросил Череп.

— Срал в подгузники и орал, — ответил я ему. — Иногда по полу ползал ещё, наверное.

— А сейчас и не скажешь по тебе, что ты малолетний, — произнёс он.

— Это сейчас неважно, кому и сколько лет, — сказал я на это. — У нас равное количество опыта жизни в новых условиях. Считайте, что мы все родились почти одновременно.

Совсем давний жизненный опыт со счетов сбрасывать не стоит, но и переоценивать его не нужно.

К тому же, есть вид опыта, который вообще не потерял в актуальности — боевой.

Зулус, например, является одним из ценнейших граждан Фронтира потому, что у него есть очень богатый боевой опыт, который он, к тому же, успешно адаптировал под новые реалии.

— Всё, я пошёл, — сказал я, доев вторую порцию мяса с борщом.

— Удачи, Студик, — пожелал мне Фазан.

Спускаюсь в лобби и вижу, что Лапша сидит на кресле возле фейкового камина и попивает колу из пластиковой бутылки. Сажусь на кресло рядом с ней и смотрю на «камин», подсветка которого выключена за ненадобностью.

— Ну? — спросил я, глядя в «раскалённые дрова».

— Ты скоро уходишь, — произнесла Лапша.

— Да, — ответил я.

— Почему мы расстались? — спросила она.

— А, тебе нужно напомнить, да? — с усмешкой уточнил я. — Я хуй его знает, почему, но у меня есть одна версия. Озвучить её или не надо?

— Озвучь, если хочешь, — ответила она.

— Ты получила эту ебанутую способность, возомнила себе, будто теперь способна читать мысли, хотя это нихуя не так, а потом начала подозревать, будто мне есть дело до каких-то других женщин, кроме тебя, — проговорил я свою версию.

— Всё было не так, — не согласилась со мной Лапша. — Ты вёл себя подозрительно, и я посчитала, что есть основания…

— Я⁈ — спросил я.

— Это даже другие замечают, — сказала на это Лапша. — Основания были и…

— Подожди-ка… — приостановил я её, с подозрением нахмурившись. — Какие именно другие что-то замечали?

— Это сейчас не важно, — мотнув головой, ответила Лапша.

— Нет, блин, важно! — не согласился я с ней. — Кто?

— Я не хочу, чтобы ты создал ей проблемы, — сказала на это Лапша. — И ты их не создашь.

— Гадюка, да? — предположил я.

По взгляду Лапши мне стало ясно, что я прав. Может, у меня тоже есть способность, позволяющая «читать мысли»?

— Да, Гадюка, — убеждённо заключил я. — Это же твоя лучшая подружайка, да? А она тебе не говорила, что пыталась подкатить ко мне во время рейда, но я послал её на хуй, примерно, трижды?

— Ложь, — заявила Лапша.

— Включай свою охуительную способность, — потребовал я. — Включила? Ага. Тогда смотри внимательно на моё лицо: твоя лучшая подружайка, Гадюка, минимум три раза пыталась подкатить ко мне во время рейда, но я послал её на хуй. Как считала? Отчётливо?

Лапша продолжила смотреть на меня с каменным выражением лица.

— Схавала, да? — с чувством превосходства спросил я. — Моя совесть чиста.

— Это не может быть правдой, — сказала Лапша.

— Ну, тут ты уже сама решай — мне похуй, — равнодушно ответил я. — А вообще, я думал, что мы обсудим с тобой решение давно назревшей проблемы…

— Какой проблемы? — отстранённо спросила Лапша, думающая о чём-то другом.

— Мне нужно, чтобы ты отсосала мне, а потом я тебя трахнул, не менее шести-восьми раз — и это должно произойти обязательно до рейда, — сообщил я ей. — В ином случае, мне придётся трахать всех встреченных тюленей, которые, явно, не заслуживают такого — они же нам ничего не сделали… Так что…

— Ладно, идём ко мне, — встав с кресла, сказала Лапша.

— Вот давно бы так! — обрадованно воскликнул я.

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 8 ноября 2027 года*

— Ох… — выдохнул я, проснувшись.

Чешу недюжинными усилиями нарощенное пузо, концентрирующее в себе часть накопленных мною килокалорий.

Весь пол вокруг кровати изобилует использованными презервативами и рваными сашетами — Лапша нуждалась во мне ничуть не меньше, чем я в ней, поэтому последние двое суток прошли насыщенно.

Лапша официально переехала в мой люкс, поэтому вокруг полно её многочисленных шмоток, хотя логичнее было бы мне переехать в её номер, потому что так было бы значительно меньше вещей для переноса. Но она захотела люкс, поэтому собрала свои вещи и теперь она живёт здесь.

Слезаю со своей огромной кровати и беру мусорную урну, в которую начинаю закидывать последствия бурных ночей.

Закончив с предварительной уборкой, которая нужна только для того, чтобы не было совсем стыдно перед уборщиками, иду к мини-бару и вытаскиваю из него бутылку коньяка. Я, конечно, не любитель, но тут такое событие — у меня ведь, всё-таки, очень резко наладилась жизнь…

Наливаю коньяк в 250-миллилитровый стакан, то есть, опорожняю бутылку наполовину, беру из тарелки посыпанную сахаром дольку лимона, и вливаю в себя алкоголь, после чего закусываю его лимоном.

Мною замечена одна поразительная вещь — только алкоголь даёт мне, очень ненадолго, чувство насыщения. Это открытие я сделал, буквально, вчера вечером, когда накидался вместе с Лапшой четырьмя литрами местной бормотухи.

Проглатываю лимон вместе с кожурой и прислушиваюсь к ощущениям.

— Блядь, а как я раньше этого не замечал? — спросил я себя.

Наверное, я так свыкся с этим чувством лёгкого голода, что даже перестал замечать, когда оно исчезает.

«Но даже если так, хронически бухать я не буду», — пообещал я себе. — «К тому же, это ненадолго — потом всё возвращается и от этого ещё больнее».

Смотрю на опустошённую наполовину бутылку. Да, чего добру пропадать?

Наливаю остаток в стакан и насыпаю на дольку лимона побольше сахара.

Тут начинает гудеть телефон.

— Эх… — с сожалением издал я и пошёл к мобиле, лежащей на полу у кровати. — Да, слушаю.

— Студик, срочно в лобби! — скомандовал Проф. — Останови Лапшу!

— А что происходит⁈ — спросил я.

— Нет времени! — ответил Проф. — Беги в лобби, как можно быстрее!

Он завершил вызов, оставив меня в недоумении.

Спохватившись, начинаю метаться по комнате в поисках одежды.

Нахожу только штаны, лежащие на груде вещей Лапши. Надеваю их, вставляю ноги в тапки и бегу к двери.

Если там что-то очень срочное, то надо не на лифте, а по лестнице…

За несколько минут спускаюсь на первый этаж и забегаю в лобби.

А тут собрались почти все — столпотворение происходит вокруг Лапши и Гадюки, стоящих друг напротив друга.

— Лапша… — воззвал Проф.

— Заткнись, — отмахнувшись, велела она ему. — Эту проблему не решить словами. Гадюка, шалава, выходи на парковку — не хочу заляпать тобой лобби.

— Лапша, ты всё не так поняла… — попыталась оправдаться Гадюка.

— Прямо сейчас ты лжёшь мне, — уверенно заявила Лапша. — Из-за тебя, шлюха, я поссорилась не только с Костей, но и с Щекой и Фурой! Ты заплатишь за это!

— Что за хуйня тут происходит? — спросил я, выйдя вперёд.

— Не лезь в это, — сказала мне Лапша.

— Что ты исполняешь тут? — подойдя ближе, спросил я.

— Я сказала, чтобы ты не лез, — повторила она.

Затем она развернулась к Гадюке и выстрелила в неё паутиной.

Но Гадюка успела среагировать: уклонилась и плюнула в неё кислотой, которую Лапша сбила порцией паутины.

— Ай, блядь!!! — заорал Щека, на которого брызнуло расплескавшейся кислотой. — Сука!!! За что⁈

— Уведите его в медблок! — приказал Проф. — Лапша, Гадюка — прекратите!!!

— Никакого медблока!!! — запротестовал Щека. — Ёбка же! Тут ёбка! Я хочу досмотреть!!!

Зрители начали разбегаться, чтобы не попасть под раздачу, а противостояние, тем временем, продолжилось.

Я укрылся за ближайшим диваном и начал взвешивать все «за» и «против» по поводу применения электричества. Можно ведь случайно и убить…

Но всё развивалось стремительно.

Видя, что Гадюка слишком манёвренна, Лапша выпустила много нитей, сузив ей пространство для манёвра, а затем, когда Гадюке стало некуда бежать, выстрелила прямо в неё.

Судя по характерному блеску этой порции паутины, она начинена токсином.

Паутина оплела лицо, руки и шею Гадюки, та попыталась плюнуть кислотой, но затем рухнула и забилась в конвульсиях.

Всё.

— Пиздец… — выразил общее мнение Вин.

— Что ты наделала⁈ — яростно спросила Палка.

— Хочешь присоединиться к ней? — развернувшись, спросила Лапша.

— Всем успокоиться! — выкрикнул Проф. — Расходимся! Вин, Череп — утащите Щеку в медблок!

— Да, несите меня! — воскликнул Щека. — Всё, ёбка кончилась!

Ему обожгло грудь и живот — кожа пошла пузырями, которые уже лопнули и залили пол кровью. Выглядит жутко, но Щеке будто бы пофиг.

— Её нужно судить и казнить! — призвала Палка.

— А ты в этом уверена? — спросила Лапша.

— Давайте не будем кипятиться! — сказал Проф. — Палка — выйди отсюда!

— Если ты спустишь всё на тормозах, Проф, я ухожу из Фронтира!!! — крикнула Палка.

«Что за пиздец?..» — спросил я себя.

— Фазан, Бубен — унесите тело Гадюки в морг! — распорядился Проф. — Лапша — сядь!

— Я сделала то, что должна, — сказала та.

— Я сказал тебе — сядь! — приказал Проф.

Лапша прошла к дивану и села.

Фазан и Бубен обернули тело Гадюки в ковёр и осторожно понесли её в сторону морга.

— Что случилось? — спокойным тоном спросил Проф.

— Гадюка действовала на наш коллектив разлагающе, — так же спокойно ответила Лапша. — Она внесла разлад в наши со Студиком отношения и пыталась отбить его у меня.

— Ты что, сука, о щеночке каком-то говоришь⁈ — спросил я её. — Ты ебанулась⁈

— Студик, не лезь, — попросил Проф. — И ты, Лапша, вместо того, чтобы обсудить это с нами, решила убить её?

— Я пришла обсудить с ней происходящее, — покачав головой, ответила Лапша. — Но она начала выводить меня на агрессию. Сказала, что я не заслуживаю места, которое занимаю, Студика, твоего расположения, а потом я разозлилась и…

— Межличностный конфликт, — констатировал Проф. — Можно ведь было поговорить со мной? Я бы всё уладил.

— Уже поздно, — сказала Лапша. — Что теперь?

— Я ещё не знаю, — признался Проф. — Это очень серьёзная проблема…

— Лапша, ты ебанулась, — произнёс я. — Нахрена ты всё это устроила? Мы ведь всё уже уладили!

— Нет, мы ничего не уладили, — не согласилась она со мной. — Я уладила.

— Что ж, придётся спустить это на тормозах, — пришёл Проф к выводу. — На этот раз, Лапша. Тебе это можно только потому, что ты слишком важна для Фронтира. Но ещё один подобный эпизод — ты будешь изгнана. Как принято?

— Да, я тебя поняла… — тихо ответила Лапша.

— Не расслышал, — нахмурившись, сказал Проф.

— Да, я тебя поняла, — ответила Лапша громче.

— С сегодняшнего дня я начну разрабатывать список правил, приравненных к закону, — сообщил нам Проф. — Он будет обязателен для всех. Все, нарушившие правила, будут изгнаны или казнены. Я разочарован в тебе, Лапша.

Он развернулся и ушёл к лифту.

— Что я наделала… — прошептала Лапша.

Сажусь рядом с ней и приобнимаю.

— Я новый уровень получила… — вновь прошептала она и заплакала.

— Пиздец… — изрёк я и обнял её покрепче.