Вечно голодный студент 6

Глава вторая Товарищи

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 7 октября 2027 года*

— Всё, я готов! — сказал Щека, когда Анна Робертовна закончила вешать на него датчики. — Начинаю.

Он активировал усиление своей третьей способности и закрыл глаза.

Я же, чтобы убить время, включил ролик о наших похождениях.

У меня же есть только мой личный опыт, одна точка зрения, возможно, не очень объективная, но то, что мы бились в составе группы, открывает отличную возможность посмотреть на всё со стороны.

Ролик начался с камеры, кажется, Черепа — мы шли в этот момент по лесу и Фазан травил анекдоты.

— Император Николай II, накануне Февральской революции, решил одеться, как простолюдин, чтобы сходить на рынок и узнать, как живёт народ… — начал Фазан. — Ну и приходит на рынок и видит ларёк с табличкой «Хлеба нет». Подходит к нему и спрашивает у продавца: «А почему хлеба нет?» Тот отвечает: «А потому что у нас царь — долбоёб!» Царь сдержал гнев и ушёл. На следующий день он вернулся на рынок, к тому же ларьку, но уже при полном параде, в царском облачении. И спрашивает у продавца: «А почему хлеба нет?» Продавец отвечает: «А я ещё вчера тебе, долбоёбу, говорил!» Пха-ха-ха!

— Гы-гы-гы! — заржал Череп. — Жжёшь, Фазан, бля!

— А ну тихо, блин… — раздался приказ от меня. — Бубен, что у нас на горизонте?..

Затем начался калейдоскоп кадров, демонстрирующий отчаянное рубилово у «Парижа». Меня было видно всего несколько раз, а основной упор был сделан на Щеку и Бубна, которые зрелищно палили из «Корда».

Зато последняя треть ролика посвящена мне, а вернее, тому, как я двигаюсь к гостинице, перестреливаясь с вражескими боевиками.

Но финал, это, конечно же, битва против вертолёта — тут были показаны мы с Вином, выживающие под дронами-камикадзе, а затем кульминационный выстрел Щеки по Ми-35М.

Камера зафиксировала попадание противотанковой гранаты в хвостовую часть вертолёта и громыхнувший взрыв, а затем и падение вертолёта в лес, с быстро разгоревшимся пожаром.

Собственно, на этом всё и кончилось, а то, как мы чесали обратно, осталось за кадром.

Когда ролик закончился, я услышал тихие хрипы, доносящиеся со стороны Щеки. Поднимаюсь с кушетки и подхожу к нему.

Щека хрипит всё громче и громче, с влажным присвистом.

«Жуть», — подумалось мне.

— Проверьте трубки ИВЛ, не спите… — сонно пробормотал Чиров. — Медсестра, блядь… Медсестра… Хрипы…

Смотрю на него озадаченно, но вижу, что он бормочет это, пребывая в бессознательном состоянии.

— Чего это он? — спросил я у Анны Робертовны.

— Наверное, снится Ковид, — пожав плечами, ответила она. — Хорошие времена были…

— Ну, теперь нам есть, с чем сравнивать, — улыбнувшись, сказал я на это.

Щека, тем временем, начал хрипеть ещё громче и ещё влажнее.

— Это норм вообще? — уточнил я.

— В прошлый раз всё проходило точно так же, — равнодушным тоном ответила Анна Робертовна. — Показатели в норме.

Наверное, это связано с тем, что третья его способность касается лёгких — усиление усвоения кислорода и всё такое.

Не самая лучшая способность, конечно, но выбор был невелик, а выбирать пришлось, так как усиливать уже было нечего — тогда он уже получил оба апекса.

Возвращаюсь на кушетку и открываю комментарии под только что просмотренным роликом.

«Спасибо за службу, ребята» — написал какой-то Bender.

«Щека, выходи за меня!» — прочитал я коммент от Фазана.

«А руки и ноги Брому рубить было обязательно? И обязательно было это показывать в ролике?» — задала вопрос недовольная Лапша.

«Ну», — нашёлся под её комментом ответ от Гадюки.

Подсирала, блин…

Всего под роликом накопилось пятьсот с лишним комментариев и это притом, что его выложили меньше часа назад.

В целом, отношение комментаторов больше положительное — людям понравилось бесплатное зрелище, особую перчинку которому придаёт то, что это было в реальности, ещё и очень недавно.

«Брома надо казнить!» — выразил мысль какой-то лидер мнений под ником Katani89.

Как обычно, у всех есть мнение, как надо делать, а как делать не надо — такие мнения, наверняка, появились одновременно с Интернетом…

Закрываю приложение и убираю телефон в карман.

Щека прекратил хрипеть и дышать.

— Это точно норм? — обеспокоенно спросил я.

— Да, это нормально, в его случае, — уверенно ответила медсестра. — В прошлый раз было почти так же.

— Искусственное дыхание… — пробормотал Чиров. — Непрямой массаж…

— Может, вы что-то будете делать с тем, что он алкаш? — поинтересовался я.

— Проф обещал, что разберётся, — ответила Анна Робертовна.

— Ы-ы-ых! — вдохнул Щека и резко сел на кровати. — Кха-кха-кха!

Он выкашлял какую-то коричневую жижу себе на руки.

— Ёб твою мать… — изрёк он, с поражённым видом рассмотрев эту херню.

— С возвращением, — с постным выражением лица приветствовала его Анна Робертовна. — Ложись обратно.

— Я отключился, блядь… — пожаловался Щека. — И чуть не сдох, как мне кажется…

— Да, ты терял сознание, — подтвердила медсестра. — Но показатели были в норме — никакой угрозы жизни. Вот салфетка.

— Хорошо, что эта хуйня закончилась… — с облегчением прошептал Щека. — Эх, блядь, надо было передохнуть — что-то слишком как-то…

— Было больно? — спросил я.

— Не, не было, — покачав головой, ответил Щека. — Но хуёво было — психологически. Удушение блядское…

— Приводи себя в порядок и пиши описание, — сказал я ему.

— Да, ща, — ответил он. — Это не охуенный протоапекс, но уже приличный — я ожидал худшего.

Мне стало очень интересно, чем его облагодетельствовал интерфейс.

Пришлось подождать, пока Щека одевается, а затем пишет текст в чат.

— «Протоапексная Альвеолярная Оксигенация»

Описание: протоапексная мутация радикально перестраивает альвеолярную ткань и капиллярную сеть лёгких, многократно увеличивая эффективную поверхность газообмена, проницаемость альвеолярно-капиллярной мембраны и кислородную ёмкость крови. Организм теперь способен извлекать экстремально большое количество кислорода из каждого вдоха даже при сильно пониженном его содержании в воздухе.

Эффект:

Базовый режим: при активации увеличивает, на 3 часа 31 минуту, эффективность экстракции кислорода из вдыхаемого воздуха, на 185 % по сравнению с нормой.

Режим «Метаболический форсаж»: во время действия режима дополнительно даёт +6 единиц к характеристике «Выносливость» за счёт сверхэффективного использования кислорода и ускоренного аэробного метаболизма.

Режим «Когнитивный форсаж»: значительно ускоряет обмен веществ в головном мозге, повышая скорость мышления, концентрацию внимания, скорость обработки информации и реакцию. В этом режиме носитель ощущает повышенную ясность сознания и ускоренное принятие решений.

Расход: 1240 килокалорий за активацию базового режима. При активации режима «Метаболический форсаж» или «Когнитивный форсаж»: дополнительно +95 килокалорий в минуту.

Примечание: после деактивации возможна компенсаторная гипервентиляция на 53–97 секунд и лёгкое головокружение. Длительное использование любого форсированного режима может вызвать кислородное опьянение: эйфорию, нарушение координации, головную боль и временное снижение когнитивных функций. Повторное использование в короткий промежуток времени сильно увеличивает расход энергии и риск кислородного опьянения.

+6 к «Выносливости» на ограниченное время, за такие деньги — это как-то не очень круто.

А вот «Когнитивный форсаж», повышающий продуктивность мозга — это уже совсем другое.

— Поздравляю, бро, — поздравил я Щеку. — Это круто, блин!

— Я ожидал большего, — не согласился он со мной. — Заебись, что теперь можно меньше дышать, но это же протоапекс — должно было быть очень круто, а получилось что-то вроде «ну, окей»…

— Воспринимай эту способность, как катализатор для остальных способностей, — посоветовал я ему. — И благодари бога, что эта способность выпала тебе не первой.

— Ну, выпади мне она первой, мы с тобой бы сейчас не разговаривали, — усмехнувшись, сказал на это Щека. — Возможно, меня давно бы уже переварили и высрали крысы, которых потом переварили и высрали какие-то другие звери. То есть, лежал бы я сейчас трижды переваренным калом, где-то в подвале ЖК в своём районе…

— И всё же, тебе повезло с первой способностью, — напомнил я.

— Да, охуеть как повезло, — согласился он со мной. — Так, теперь надо стату актуализировать…

Собственно, в его статистике можно найти наглядное подтверждение его боевой мощи — основной упор на «Ловкость», но она, сама по себе, не показывает того, за счёт чего он является одним из страшнейших КДшников этого мира.

Зато он почти так же вынослив, как и я, поэтому может бегать очень долго, пусть и не так долго.

Открываю свою статистику.

Получается, что по «Силе» и «Выносливости» я Щеку делаю, но он сильно делает меня по «Ловкости».

Если умозрительно представить наше противостояние, то исход его будет зависеть исключительно от окружающих условий и типов вооружения в наших руках.

Но Щека, тем не менее, за счёт превосходства в левелах и очень мощной основной способности, сильнее.

— Пойдём, может, пожрём? — предложил Щека. — Я потратился пиздец…

— Ты кое-что забыл, — сказала Анна Робертовна.

Щека посмотрел на неё страдальческим взглядом.

— А завтра можно? — спросил он с надеждой.

— Нет, нельзя, — ответила она. — Залезай в рентген.

— Ох… — тяжело вздохнул Щека.

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 8 октября 2027 года*

— Ты слыхала, как тамбовцы прозвали нашего Студика? — спросил Щека у Фуры.

— Нет, не слышала, — ответила та. — И как?

— Вампир, — произнёс Щека. — Граф Дракула, блядь! Правитель Валахии, Влад Цепеш!

— Прямо Дракулой? — нахмурившись, уточнила Фура.

— Не, они слишком тупые для такого, — сказал Щека. — Просто Вампиром зовут. Ну, за то, что у него глаза красные и кожа бледная.

— Банальность, — поделилась мнением Фура. — А тебя как-нибудь прозвали?

— Не знаю, — пожав плечами, ответил Щека. — Мне о Студике Череп рассказал — он услышал слова Брома. Ну, Студик? Испытываешь чувство гордости?

— За что? — спросил я.

— Ну, за то, что враги дали тебе крутое прозвище, — пояснил Щека.

— Неа, — честно ответил я. — Мне похуй.

— Так получается ещё круче, — усмехнувшись, сказала Фура.

Мне абсолютно всё равно, что обо мне думают тамбовцы и все остальные — они в моей жизни не значат вообще ничего.

А вот на что мне абсолютно не всё равно — это сегодняшний обед.

Передо мной стоит большая тарелка с примерно двумя килограммами тушёной с овощами черепашатины — пёрфект. Это уже вторая смена, поэтому я с нетерпением жду, пока желудок хотя бы частично утрамбует предыдущую порцию.

Всё это щедро посыпано перцем и солью, а также сдобрено высококлассным шафраном — особой специей, которая и до зоошизы стоила бешеных бабок.

Сегодня у нас продолжение серии поощрительных обедов — Проф велел Клавдии Вячеславовне сделать все приёмы пищи, до конца этой недели, незабываемыми.

Прислушиваюсь к ощущениям и понимаю, что уже можно есть.

Быстрыми и отточенными движениями ложкой набиваю желудок высококалорийным мясом, на фоне которого десятки килограмм овощей покажутся лёгкой закуской.

С нашими тратами, мяса нужно очень много, поэтому охотничьи рейды учащаются — на них ходят КДшники попроще.

Например, основной объём мяса приносят Аферист, Нолик и Игла, то есть, люди Пиджака — таким образом последний хочет выглядеть очень полезным в глазах Профа.

Пока мы валандаемся с тамбовцами и выполняем важнейшие миссии в истории Фронтира, в Волгоград переезжает всё больше и больше ростовцев, которые настойчиво требуют называть себя ростовчанами.

С одной стороны, это очень удобно, когда в довольно-таки скучные охотничьи рейды ходит кто-то другой, но с другой стороны, я держу в голове слова Гали и меня напрягает то, как много у нас в городе чужаков.

Очень вряд ли, что они смогут что-то поделать с нашим костяком КДшников, потому что мы с каждым днём становимся всё сильнее и сильнее, а они вынуждены тратить время на охоту.

Политика Профа очевидна и все её понимают: основной костяк качается и становится в принципе непобедимым, тогда как новоприбывшие, по сути, финансируют Фронтир за счёт своих сил и времени.

На что, в таких условиях, надеются Пиджак и остальные князьки — я не знаю.

Но то, что я знаю и понимаю всё отчётливее с каждым днём — это то, что на Профа вся эта история влияет хреново.

Формально, не изменилось ничего, всё по-прежнему, цели те же, но вот отношение Профа изменилось. И изменилось оно куда-то в не очень хорошую сторону, что первой заметила покойная Галя.

В любом случае, я не знаю, что делать.

Мне не нравится происходящее, во многом потому, что последний разговор с Галей заронил мне в душу зёрна сомнений.

Но мне не очень понятно, а надо ли что-то делать?

Что будет в самом худшем случае? А будет ли худший случай?

— Мясной пирог, специально для вас испекла… — сказала Клавдия Вячеславовна, поставив на стол огромный пирог.

— Ох, спасибо большое! — воздал я ей хвалу.

— Спасибо, Клавдия Вячеславовна! — поблагодарил её Щека. — Если бы не вы, этот мир, для меня, потерял бы половину тонов!

— Ха-ха… — посмеялась наш главный повар. — Ешьте.

Беру столовый нож и рассекаю пирог на три равные части.

— Круто… — прошептал Щека, получив свою порцию.

Но мы успели поглотить только несколько кусков, как зашипела рация.

— Студик, Щека — ко мне, — велел Проф.

— Ох, блядь! — недовольно выкрикнул Щека. — Нет, нихуя! Я доем этот пирог!

Я быстрыми укусами схрумкал свою порцию и вытер рот салфеткой.

За сегодня надо съесть ещё килограмм пять-шесть мяса, а то я в сильных минусах с прошлого рейда… Время есть — обязательно объемся.

«Если Проф сейчас не скажет, что надо бежать на Северный полюс, чтобы дать пизды угрожающему нашему образу жизни белому медведю…» — сделал я мысленную оговорку.

— Я тут ещё побуду, — сказала Фура.

Идём с Щекой в кабинет Профа, где уже присутствует приснопамятный Пиджак, а также Ронин, Майор и Зулус.

— Студик, Щека, — произнёс Проф, сидящий за своим письменным столом с зелёной суконной обивкой столешницы. — Вам нужно срочно экипироваться, вооружаться и идти в аэропорт.

— Опять летим куда-то? — нахмурившись, спросил Щека.

— Нет, — покачав головой, ответил Проф. — В течение часа прибудут люди из Хабаровска.

— Ого, а я уже забыл о них, — сказал Щека. — Думал, что уже не прилетят!

— Вам нужно будет достойно встретить их и обеспечить охранение автобусов, — произнёс Ронин.

— Я пойду с вами, — добавил Проф. — Если окажется, что это подстава, придётся повоевать. Но я не думаю, что они летели в такую даль, чтобы устроить вооружённый захват города.

Пожимаю плечами.

— Надо — сходим, — сказал я.

— Тогда не мешкайте — жду вас через десять минут во дворе, — приказал Проф.

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, Международный аэропорт Волгоград, 8 октября 2027 года*

Стою на краю взлётно-посадочной полосы и наблюдаю за зашедшим на посадку Боингом 747.

Состояние его — мама роди меня обратно…

Они шпаклевали пробоины в его обшивке, сама обшивка в каком-то говне, в лобовом стекле трещины, тщательно заклеенные огромным количеством промышленного скотча или чем-то вроде того.

— Что за самолёт? — спросила Лапша у Фазана.

— Боинг 747−8, — ответил тот. — Машина хорошая и надёжная, но эту, явно, кто-то жестоко трахал…

Пассажирский самолёт, тем временем, коснулся взлётно-посадочной полосы колёсами шасси, а мы проводили его взглядами.

На всякий случай, во избежание непонятных ситуаций, за нашими спинами стоят две БМП-2, с полными экипажами и готовые к бою. Если что-то вдруг, у нас будет крайне серьёзное преимущество.

Самолёт, кстати говоря, прилетел только спустя полтора часа — у них что-то с приборами или я чего-то не знаю насчёт авиации.

Фазан и Череп стоят у машины с трапом.

Эти двое выделяются на фоне остальных благодаря костюмам в стиле «Железный человек» — Фазану не понравилось испытывать такое количество попаданий по броне, поэтому он за одну ночь сварил себе каркас пассивного экзоскелета.

Никаких сервоприводов, естественно, в этом экзоскелете нет, а кантовать его предполагается исключительно мускульной силой носителя.

Пусть этот экзоскелет и крайне неудобен, зато даёт одно неоспоримое преимущество перед классической бронёй: на рамах Фазан предусмотрел пазы для установки очень толстых бронепластин.

Он похвастался сегодня утром, во время тестирования брони, что в лобовой проекции у экзоскелета защищённость больше, чем на некоторых западных танках — что-то около 65 миллиметров закалённой стали.

И всё же, мобильность этой херни под большим сомнением — несмотря на то, что сил и выносливости, чтобы ходить и даже бегать в этом у Фазана хватает, но очевидно, что это ненадолго.

Взвешивание показало, что эта конструкция, пусть и передающая в землю около 20–30 % своего веса, весит 342 килограмма.

Тем не менее, это шаг в каком-то направлении — возможно, не в тупик, а к чему-то большему.

Мне кажется, что если пошаманить, в хорошем смысле, над нитями из углеволокна, то можно, в конце концов, сообразить энергоёмкие батареи, передающие энергию почти без потерь. Но это будет так нескоро, что аж даже насрать…

Самолёт остановился в конце полосы и к нему сразу же поехал тягач.

Дожидаемся, пока Боинг вывезут с полосы, на специально отведённую стоянку, а затем идём вслед за тронувшейся с места машиной с трапом.

«Надеюсь, сегодня не придётся воевать», — подумал я, с интересом глядя на открывшуюся пассажирскую дверь.

Первым из самолёта вышел мужик в боевой экипировке и шлеме «Алтын». Сразу как-то проникся к нему симпатией — видно, что человек шарит в важности защиты головы и лица.

Щека, например, осуждает меня за то, что я таскаю на себе «Алтын», так как он считает, что обзор гораздо важнее.

Может и так, но если тебе в фейс влетит пуля, обзор будет неважен. У меня уже было далеко не один раз, что вместо сквозной дырки в лице я получал лишь царапину или вмятину в забрале.

— Приветствую! — помахал нам рукой этот мужик. — Меня зовут Осоедом! Это я разговаривал с Профом! Кто из вас Проф?

— Приветствую, Осоед! — сказал вышедший вперёд Проф. — Это я!

— О, здорово! — ответил Осоед и спустился по трапу. — Мы ошиблись по времени — аппаратура барахлит!

Проф подошёл к трапу, дождался, пока Осоед спустится, после чего пожал ему руку и начал тихо переговариваться с ним.

Осоед поднял забрало «Алтына» и я сумел рассмотреть его лицо.

Ну, если судить по общему состоянию физиономии, то ему никак не меньше тридцати, но это может сказываться минимум недельная щетина, а также сетка глубоких шрамов.

Черты лица у него славянские, глаза карие, а волосы чёрные — стоковая комплектация, короче говоря.

В целом, у меня впечатление, что Осоед — это образцовый нормис, которые, в относительно недалёком прошлом, населяли большую часть нашей планеты.

— О чём болтают? — тихо спросил Щека у Фуры.

— Любезностями обмениваются, — ответила та. — Осоед разливается в благодарностях. Ещё сказал, что привёз с собой 437 человек из обычных, а также 14 КДшников. Спрашивает о договорённостях — в силе ли они? Проф подтверждает.

— Блин, круто тебе… — сказал я с чувством зависти.

— Не завидуй, — попросила Фура. — Иногда я слышу то, чего бы мне совсем не хотелось слышать… Так, всё, они начинают выгрузку пассажиров. Проф шепнул, чтобы мы были наготове.

Осоед вернулся в салон самолёта, а Проф отошёл от трапа на несколько шагов.

Минут пять ничего не происходило, а затем из самолёта начали выходить гражданские — мужчины, женщины и дети.

Проф дал знак и заранее подготовленные автобусы тронулись с места и выстроились перед самолётом в колонну.

— А где их КДшники? — спросил напряжённый Череп.

— Очкуют, — ответила Фура.

— В смысле? — не понял Череп.

— У них проходят напряжённые переговоры, — пояснила она. — Осоед уверяет неких Бумеранга и Кариеса в том, что Проф нормальный и это не засада. Но эти двое паранойят и сильно опасаются, что мы их всех порешим, как только они выйдут.

— А остальные? — спросил я.

— А остальные слушают их разговор, — ответила Фура. — Всё, договорились. Осоед убедил их, что обратного пути уже нет — они не взлетят и никуда не денутся. Сказал, что Боржоми пить уже слишком поздно…

— Ха-ха-ха! — засмеялся Щека.

Наконец, после того, как все гражданские, вместе с вещами, выгрузились и расселись по автобусам, начали выходить КДшники.

— Какая-то тупая ситуация, блин… — произнёс я. — Мы ждём говна от них — они ждут его от нас…

— И не говори, — согласился со мной Череп.

— Такие уж нынче времена, нахуй… — философским тоном сказал Щека.

Осоед построил своих ребят у трапа.

По внешнему виду их можно сказать, что они сели в самолёт прямо из боя — экипировка в плохо оттёртой засохшей крови, местами рваная, с пулевыми отверстиями и подкопчённая.

Проф не стал упускать момента и сразу же толкнул речь перед прибывшими КДшниками.

— Товарищи! — заговорил он. — С радостью приветствую вас в Волгограде! Мы с нетерпением ждали вашего прибытия и надеемся на плодотворное сотрудничество и взаимопонимание! Вы прибыли не в идеальное место, со своими проблемами, но мы все рассчитываем, что вы станете нашими друзьями и соратниками, и мы вместе преодолеем все невзгоды, которые обрушивает на нас этот мир! Добро пожаловать во Фронтир!