304430c53c324c60f6b5a9f273d19581

Мерзкое ощущение прошло как раз к снятию второго браслета. Перед снятием ошейника прошло больше времени. Шаман собирался с силами, что дало мне возможность хоть немного прийти в себя. Мурашки ушли, но мышцы отказывались повиноваться, замерев в той позиции, в которую их поставил шаман. Сидя в неудобной позе с задранной головой, я вслушивалась в ритм пения со смесью радости, надежды и страха. Даже в те несколько минут без браслетов ко мне вернулась, пусть и не полностью, ясность мозгам. Я испугалась, что впаду в кому, как в своё время Крис. А ведь он провёл в таких кандалах считанные дни.

Последняя, третья волна мурашей длилась дольше предыдущих. К тому же, как только она закончилось, тело снова свело судорогой. К счастью, новой боли не прибавилось, а горящая и нарывающая спина давно стала привычным фоном.

Концом посоха шаман брезгливо собрал все три разомкнутые металлические кольца в кучку, и ушёл обратно к костру, оставив меня бессильно лежать на боку. Повезло ещё, что упала лицом в сторону стойбища, и могла видеть происходящее.

Несколько сказанных шаманом слов произвели неожиданный эффект. Хозяин побледнел, и с воем бросился в ноги налившегося яростью вождю. Воин, молча и невозмутимо стоявший рядом, злорадно улыбнулся. Де Граф недоумённо переводил взгляд с одного кочевника на другого.

Через минуту вождь пинком отбросил кочевника от себя и требовательно протянул руку. Не вставая и не прерывая причитаний, тот на коленях подполз обратно и вложил ему в руку чёрный хвост, что отрезал де Граф при первой встрече. Вождь зажал хвост в руке, злобно произнёс несколько слов и снова пнул кочевника прочь. Волосы же бросил в костёр, сразу на мгновение вспыхнувший. Несколько фраз-команд, и воин сорвался с места в сторону пастбища верблюдов. Сам вождь, прижав обе руки к плечам, обозначил поклон де Графу, ответившему симметрично.

Воин привёл двух верблюдов. На одного сел сам, на другом расположились мы вдвоём с лордом-защитником. И уже к вечеру стояли на расстоянии пяти полётов стрелы от небольшого посёлка, обнесённого высоким забором. Воин попрощался также с поклоном прижав скрещённые руки к груди и уехал обратно в степь, забрав с собой второго верблюда.

В посёлок нас не пустили. Находящийся при воротах мужчина, поигрывая дубинкой, в грубой форме сообщил, куда нам идти. На попытки объясниться, пригрозил спустить собак, недвусмысленно указав на пару животных на привязи. Размером и видом они походили на среднеазиатских овчарок и как-то нехорошо посматривали в нашу сторону.

Пришлось уйти дальше по дороге, ведущей прочь от границы со степью. Вернее, шёл де Граф, а я дремала у него на руках. Со снятием кандалов ушла апатия и безразличие к происходящему. Но взамен появилась сильная слабость и сонливость.

Переночевали в рощице акаций близ небольшого ручья. Его холодной водой поужинали и ею же позавтракали. В этих местах с неплодородной землёй люди жили скотоводством и между поселением была намного большее расстояние, чем в других провинциях. До вечера прошли ещё два посёлка. В один точно также не пустили, а в другом все встречные, словно сговорившись, советовали идти, куда шли, даже не выслушав. Дети, играющие в пыли, начали забрасывать комьями земли и кусками сухих коровьих лепёшек. Пожилая женщина спешно загнала детей в дом, как бы про себя, но достаточно громко причитая "развелось всяких висельников, куда только власть смотрит?"

Де Граф сидел на обочине дороги, устало привалившись к кривому стволу низкого дерева. Я пристроилась сбоку от него, кутаясь в грязную тряпку, что когда-то была дорогим камзолом. Некоторое время мужчина молча отдыхал.

- Знаете, тено, - неожиданно заговорил он, глядя в пыль перед собой. - Я ведь вам не верил тогда. Вы говорили, что отовсюду гнали, а я думал, что вы на людей наговариваете. Или были недостаточно убедительны, что ли. Благородного всегда узнают хотя бы по родовому перстню, - он некоторое время помолчал, снова собираясь с мыслями. - Я никак не мог понять, зачем вам врать. Разве чтобы вас лишний раз пожалели, но вы никогда не жаловались. Теперь я понял, что это я слишком идеализировал, или же просто не знал простой народ. Да и сейчас не знаю, - добавил он через небольшую паузу.

Мимо не торопясь проехала телега. Мужик на козлах презрительно и с неодобрением взглянул на нас и подстегнул тощую лошадёнку. Женщина, сидевшая на мешках позади, воровато оглянулась на него и, убедившись, что мужик смотрит только на дорогу впереди, бросила к нашим ногам большую краюху хлеба. Де Граф не вставая, лёгким поклоном поблагодарил женщину и поднял подачку. Хлеб уже успел слегка зачерстветь, но на голодный желудок прекрасно пошёл.

На следующий день всё повторилось, только миновали всего одно селение. Либо расстояние между ними увеличилось, либо сказались третьи сутки почти без еды. А ведь и до этого сколько времени жили впроголодь. До заката оставалось ещё часа четыре. Дорога завела в редкий лесок, выросший на излучине речки. И в этом леске привалом стоял явно военный отряд.

Де Граф некоторое время всматривался в солдат, затем решительно свернул к ним.

- Чего надо? Подаянием не занимаемся! - дорогу перегородил молодой человек с брезгливым выражением на лице.

- Пятый курс первого Императорского кадетского училища? - утвердительно спросил де Граф с холодными интонациями имеющего право приказывать и поставил меня на землю. Пришлось вцепиться в его правую руку, чтобы не упасть. Ноги не держали от общей слабости и голода. - Позови командира.

Парень было дёрнулся выполнять приказ, но быстро взял себя в руки.

- Да ты кто такой, чтобы приказывать? Командира ему подавай! Пошли прочь, бродяги!

С этим определением можно согласиться. Вид у нас обоих весьма своеобразный. На де Графе грязные штаны и когда-то белая рубаха без одного рукава. Сапоги, сшитые из мягкой кожи, не вынесли активной эксплуатации по каменистой степи, и протёрлись до дыр. Один из них начинал просить каши. У меня обуви не было совсем. И из одежды только пижамные штаны, выглядывающие из-под грязного камзола, теперь смотревшемся тряпкой. Если его владельцу он доходил до середины бедра, то на мне спускался значительно ниже колена. И под ним - драная пижамная курточка, от которой остался только перед. Одним словом - бомжи. И запах, наверняка, соответствующий.

- Тихо ты, Валдар, - к парню подошёл другой, смутно знакомый. Я обвела взглядом остальных солдат. Многие из них выглядели знакомыми и навевали какие-то ассоциации.

- Пусть дождутся командира, если им надо, - продолжил парень. Какое-то время они сверлили друг друга глазами. Первым отвёл взгляд Валдар.

- Под твою ответственность!

Он демонстративно развернулся и ушёл, показывая всем своим видом, что дальнейшее его не касается.

- Можете подождать командира там, - второй парень махнул в сторону деревьев между дорогой и стоянкой.

- Мамонты, - я, наконец, вспомнила, где видела этих парней. Неудивительно, что не узнала сразу, почти год прошёл, а общались от силы пару суток.

- Что? - переспросил парень и уставился на меня.

- Мамонты, - повторила с широкой улыбкой. Голос слушался плохо, сипел и хрипел, и больше походил на каркающий шёпот, но понять слова позволял. Парень с недоверием вгляделся в моё лицо. В глазах появилось узнавание.

- Владо? - недоверчиво уточнил он и перевёл взгляд на де Графа, более пристально его осматривая и только сейчас заметил родовое кольцо на его руке. - Тогда получается... Ох ты ж... - он с чувством выругался. - Проходите к костру и примите извинения за такой приём.

Когда подошли к костру, стало понятно, что Перил остался лидером той части отряда, что встретили на берегу разлившейся Ледянки. "Мамонты" без вопросов освободили место, хоть с весьма сильным не скрываемым любопытством рассматривали нас. Де Граф тяжело опустился на землю. Внешне было почти незаметно, но я чувствовала, что он смертельно устал и еле держался на ногах. Наверно потому и не стал сразу ставить на место Валдара.

- Командир сейчас в деревне, вернётся через час-полтора, - Перил сразу предложил миску, полную кашей с мясом и отошёл в сторону, объяснить товарищам странность своих действий.

Сытная горячая еда после долгого воздержания сделала своё дело и я, устроившись поудобней, заснула.

Капитан де Бутоль возвращался в отряд с чувством удовлетворения от выполненного дела. Это была последняя деревня, пострадавшая от разросшихся стай степных волков. Когда месяц назад он получил приказ о распределении курсантов на практику, то сначала решил, что это чья-то шутка. Кто в здравом уме всерьёз пошлёт военный отряд на уничтожение волков? Скорее уж ловить беглых каторжников с близ расположенной каменоломни. Но уже через неделю, после первой же встречи со стаей, изменил своё мнение. Обычно эти волки ходили по две-три особи и были по зубам крестьянским волкодавам. Но в этом году они сбились в стаи, и отряд воинов с трудом с ними справлялся. Де Бутоль даже порадовался, что отряд не послали патрулировать южные границы. Там почти никогда ничего не происходило, и курсанты быстро забыли бы про дисциплину за три месяца практики. А тут ещё и сроки ограничены только выполнением задания.

До заката оставалось ещё часа три. Значит, можно проехать чуть дальше, и встать на ночь в более удобном месте. Парни, должно быть, уже поужинали, так что лишней задержки капитан не ожидал. Ещё неделя, и они вернутся домой, а там ждёт отпуск до конца практики у остальных групп.

Де Бутоль свернул в рощицу, спешился и бросил поводья подбежавшему курсанту. Дежурный по лагерю Валдар незамедлительно встал перед капитаном, в приветствии прижав правый кулак к сердцу.

- Господин капитан! Во время вашего отсутствия в лагерь вышло двое бродяг, - доложил парень. - Требовали вас.

- И? - лениво поинтересовался капитан.

- Я хотел их прогнать, но Перил отвёл их к костру.

- Чем мотивировал? - слегка скривившись, спросил де Бутоль. Он знал, что почти все курсанты, особенно старшие, бывшие бродяжки, попрошайки и сироты. К пятому курсу уже выделялось два типа отношений - одни задирали нос и не хотели знаться с бывшими товарищами по несчастью, и вторые, что не забыли прошлое.

- Не знаю, - растерялся Валдар. - Я не спросил.

- Позови Перила.

- Вызывали, господин капитан? - меньше чем через минуту перед де Бутолем стоял светловолосый парень.

- Говорят, ты бродяг привечаешь? - с холодком в голосе спросил капитан.

- Да, господин капитан, - Перил неприязненно посмотрел на Валдара. - Только они не бродяги. Младший - Владо, бастард господина де Графа.

- Лорда-защитника? - удивился де Бутоль. - Уверен?

- Нет, господин капитан, вроде его отца. И да, уверен. Год назад несколько дней провели вместе. И он тоже нас узнал.

- Та-ак, - протянул капитан. - А старший тогда кто?

- Не могу знать, - смутился парень. - Но у него тоже родовой перстень, значит, не из простых.

- Где они сейчас? - капитана явно заинтересовали странные бродяги.

- У костра, господин капитан, - блондин шагнул в сторону, освобождая дорогу, и рукой указывая направление.

Оба бродяги сидели спиной к капитану. Вернее, сидел один, опустив голову на грудь. Второй лежал рядом на земле, используя ногу старшего как подушку.

Подходя, де Бутоль оценивал этих двоих. У старшего короткие неровно обрезанные, видимо, ножом, волосы. Светлая рубаха с оторванным правым рукавом. Штаны, когда-то синие, теперь неопределённого тёмного цвета. И сапоги, которые чинить уже бесполезно. Младший выглядел не лучше. Он почти целиком был закутан в грязный камзол того же цвета, что и штаны старшего. Из-под камзола торчали босые ноги.

Любой человек принял бы их за нищих бродяг. Но де Бутоль видел, что рубаха пошита из батиста тонкой выделки. Камзол и штаны так же из весьма дорогого плотного крепа и хорошего кроя. Для простых бродяг слишком дорогая одежда, пусть и в плачевном состоянии.

Капитан обошёл эту пару и осмотрел спереди. Оба крепко спали, никак не отреагировав на его передвижение. И, если младший, судя по позе, заснул более-менее осознанно, то старшего сон сморил неожиданно - пустая миска едва не упала на землю из расслабленной руки.

Де Бутоль присел перед ним. Сначала рассмотрел кольцо на среднем пальце левой руки. Как и у всех аристократов высшего уровня, печатка не имела рисунка. Он проявлялся по желанию владельца, либо после его смерти, так что принадлежность к роду по печати не определить. Де Бутоль вгляделся в лицо мужчины. Загорелое и похудевшее, оно носило следы недавних лишений. То же было и у младшего, только без загара. У парнишки, наоборот, оно казалось излишне бледным и болезненным.

- Однако, - пробормотал капитан. Он узнал в мужчине лорда-защитника, что регулярно приезжал в училище с проверками, особенно после войны. Осторожно потряс его за плечо, но разбудить не получилось.

- Так, парни! - он отошёл чуть в сторону. - Рассёдлывайте лошадей, остаёмся здесь на ночь.

Сам же достал из своей седельной сумки тёплый плащ и осторожно накинул на плечи мужчине. Ночи в степи холодные, и уже вечером чувствовалась прохлада, а тонкая рубаха от холода совсем не защитит.

Я проснулась, когда лагерь наполнился шумом. Дежурные готовили завтрак, остальные собирали вещи и чистили лошадей. Заметив, что я проснулась, де Граф привычно и уже обыденно отнёс в приречные кусты, а затем помог позавтракать. Самостоятельно это сделать не получалось - небольшие усилия утреннего приведения себя в порядок забрали все силы, и даже ложка еле держалась в руках.

- В первый раз вижу такую заботу, - заметил капитан отряда, подойдя к нам.

- Это мой долг, - нейтрально и, как само-собой разумеющееся, ответил де Граф.

Настроение, и без того отнюдь не радужное, с размаху рухнуло в канаву. Вот что мешало ему промолчать? Разумом-то я прекрасно понимаю, что он сказал чистую правду, и возится со мной только из-за моего статуса и клятвы защищать императора во что бы то ни стало. Но в глубине души всё равно теплился скромный огонёк надежды, что я ему хоть немного, но важна как просто человек. На большее сама запрещала себе думать. Это только в бабских любовных романах успешный взрослый самостоятельный и самодостаточный мужчина влюбляется в соплюшку на туеву хучу лет младше. Хотя, надо признаться, все условия выполнены. Он меня старше на сотню с гаком, глава рода и владелец немаленького домена. И постоянно имеет из-за меня различные проблемы.

Ну, всё! Помечтала и хватит. Мне вообще ближайшие лет -дцать никакие отношения ни с кем не светят, да и потом, если и будет брак, то по политическим мотивам. Пусть здесь титул императора не наследственный, но в супруги кого попало брать нельзя. Как и в любовники. Мужчинам легче, можно регулярно в бордели ходить.

Я быстро протёрла заслезившиеся глаза. Ветер, что ли переменился, и дым на меня пошёл? Пока я занималась самозакапыванием, мужчины перешли к делам и де Граф уже читал какой-то документ, Судя по углубившейся складке между бровями, сжатым губам и играющим желвакам, содержимое было весьма неприятным.

- Спасибо, что дали с этим ознакомиться, - де Граф вернул бумагу капитану.

- Если пожелаете, - ответил тот, сворачивая документ и убирая его в тубус, - то мой отряд вас не встречал. Парни узнали только его, - кивок в мою сторону.

- Благодарю, но это лишнее. Нам всё равно необходимо как можно быстрее вернуться в столицу, а с вами это ещё и безопасней.

- Что ж, это ваше решение. Пару лошадей мы вам найдём, только, к сожалению, без сёдел, - капитан развёл руками.

- Одной хватит. И без седла даже лучше, - де Граф посмотрел на меня. Сидеть стало тяжело, и я только что прилегла на землю. Капитан тоже поглядел в мою сторону.

- Я спрошу у парней, может, найдём ему запасную одежду. На вас, боюсь, ничего подходящего по размеру не подберём. Разве что в деревне поспрашивать.

Де Граф вздохнул.

- И побольше чистой ткани на перевязку.

- Всё так плохо? - сочувственно спросил капитан.

Де Граф молча кивнул и добавил.

- И с каждым днём всё хуже.

Это я и сама чувствовала. С того момента, как шаман снял кандалы, силы просто улетали.

Де Бутоль вошёл в положение, и до столицы отряд домчался чуть меньше, чем за неделю. Ночевали где заставал закат, проезжая мимо городов и деревень. Сначала обращались к деревенским лекарям, но те либо разводили руками, признавая своё бессилие мне помочь, либо предлагали такие методы, что отвергнет любой разумный человек. Целителей же в Империи всегда было мало, и единственный, найденный по дороге, запросил за свои услуги весьма немалую цену, что на месте позволить не могли, а в долг и под расписку работать он отказался.

Последние дни дороги в памяти совсем не отложились. Порезы на спине загноились, несмотря на уход и все предосторожности. Де Граф ежедневно почти до истощения пытался лечить, но с его уровнем целительства помогало слабо, разве что на время снижало боль и жар. И всё равно большую часть времени провела в лихорадочном забытьё.

В замок въехали чуть позже полудня. Я вяло отметила, что стражи намного больше обычного, и, почему-то они не императорских цветов. Спросить, не показалось ли мне, я не успела. Подбежавшие слуги спешно отнесли в лазарет к опытным рукам де Шпица, императорского целителя.

Глава 27.

- Ваше Величество!

Тихий голос и осторожное прикосновение к руке вывели из блаженной дрёмы. Впервые за много дней я спала в чистой мягкой кровати, без сквозняков, запахов животных, костра, пота и давно не стиранной одежды. Боль тоже ушла куда-то далеко на задний план, пусть и не исчезла совсем. Нехотя открыла глаза. Рядом с кроватью на стуле сидел де Граф-старший. С первого взгляда на него стало понятно - что-то случилось. Осунувшееся усталое лицо и чуть ссутуленная спина подтверждали предположение.

- Ваше величество! - повторил он, видя, что я уже не сплю. - Приношу глубочайшие извинения, что посмел потревожить вас в таком состоянии, но я вынужден просить вашего вмешательства.

- Что случилось? - иногда его церемонная вежливость выводила из себя.

- Гвенио... - мужчина помрачнел. - Его обвиняют в измене.

Я в шоке уставилась на него, не веря ушам. Лорда-защитника, второго человека после императора?

- Кто?! На каком основании?

- Совет лордов, - де Граф опустил голову. - Когда вы пропали, они обвинили его в вашем похищении, и, соответственно, измене.

- Но ведь это полнейшая чепуха!

- Лорду де Чествиллю удалось убедить в этом половину совета.

- И что я могу сделать?

- Есть два варианта. Первый, самый простой, вы объявляете Гвенио своей волей невиновным независимо от решения совета. Император имеет такое право.

Я кивнула. Раз в пять лет могу отменить любое решение совета лордов, но не более десяти раз за всё правление.

- Но? - чую, есть в этом подвох, иначе не говорил бы про варианты.

- Но при этот обвинение не снимается. Он так и останется изменником, получившим прощение.

- А второй вариант? - первый не устраивал. Всё равно получалось наказание ни за что.

- Второй, это убедить совет в невиновности.

- И в чём проблема? Вот она я. Неужели вы думаете, мне не поверят?

- Боюсь, могут не поверить, - де Граф поёрзал на стуле, будто стало неудобно сидеть. - Тут такое дело, ваше величество... Они ведь даже отстранили от совета господина де Вена.

- А с ним-то что? - чем дальше, тем всё более шокирующие вести.

- Официально из-за его проблем со зрением. Он сейчас почти ничего не видит. А неофициально ему вменяют пособничество в измене.

Я в отчаянье натянула подушку на голову. В положении лёжа на животе, другие действия вроде откинуться назад, недоступны.

- Всё хорошо, прекрасная маркиза, - чуть ли не простонала и высунула голову из-под этого укрытия. - Это ведь не всё?

- Почти всё, ваше величество. Разве только солдаты де Чествилля... Вы, наверно, не заметили вчера, но они заполонили весь замок.

- Но это же фактически захват власти!

- Да, ваше величество. Им остался последний шаг - осудить и казнить Гвенио, а вас объявить пропавшей без вести.

- Убивать придут? - голос прозвучал расстроенно и обречённо.

- Не думаю. О том, что сын вернулся с вами, никто не знает. Вернее, знаю я и целитель. Все остальные считают, что он привёз брата.

Я тихо рассмеялась. Не думала, что тот обман, разыгранный для соблюдения приличий, окажется для спасения жизни и избежания гражданской войны.

- При этом они ничего не теряют. Даже если вы объявитесь живой, то моего сына всё равно успеют казнить. И у заговорщиков появится возможность приставить к вам своих людей советниками. Или же посадить вас куда-нибудь под замок и править временным советом. Убивать вас невыгодно. О смерти Императора сразу становится известно во всех крупных городах - древняя магия, - пояснил мужчина. - Потребуются новые выборы и новый призыв. Он вряд ли удастся, но рисковать никто не будет.

- Полагаю, у вас есть какой-то план? - вот честно, нет времени раздумывать над нюансами большой подковёрной политики. И опыта на принятие быстрых решений в подобных случаях тоже нет. Подозреваю, глава службы безопасности сам в цейтноте и на грани паники. Как же, проморгать такое!

- Да, ваше величество, - оживился де Граф. В следующие несколько минут он поделился им со мной. Если всё пойдёт, как задумано, то почти нет риска, к тому же выведет часть заговорщиков из тени и из игры. Но сильно смущал один момент.

- Ваш сын знает об этом?

- Нет, - снова поник де Граф. - К нему никого не пускают. Но я уверен, он поймёт необходимость.

Понять-то он поймёт...

- Хорошо, - согласилась после раздумья. Всё равно у де Графа-младшего долг на первом месте. - Давайте обсудим детали.

За час до собрания совета лордов де Граф-старший принёс мне платье. Посылать за ним слуг не рискнули, обязательно появится множество вопросов, зачем оно, а там недалеко до слухов о моём возвращении. Пусть времени на их распространение совсем мало, но если этого можно избежать, то почему бы и нет?

- Ваше величество, извините за нескромный вопрос, вы вообще, платья носите? - мужчина весьма удивился, когда я ему сказала, что он точно не ошибётся в выборе. Мало кто знал, что у меня в гардеробной платья можно по пальцам одной руки пересчитать - парадно-выходное на случай неожиданных гостей, деловое зимнее из плотное шерсти и деловое летнее, что сейчас помогал надевать целитель. На остальные случаи вроде балов и приёмов, шили каждый раз новое и в комнате они не задерживались. Де Граф-старший ожидал за ширмой, слушая непроизвольное шипение. Обезболивающее заклинание решили применить перед самым началом. Длилось оно всего час-полтора, зато не туманило разум, как существующие лекарства.

- По собственному желанию и просто так, а не по необходимости? - уточнила я, поправляя светло-зелёные рукава. - Что-то не припоминаю подобного.

- Готово, - целитель туго, на манер корсета, затянул широкий синий пояс. Он, и кружевные манжеты с высоким воротником, являлись едва ли не единственным украшением строгого платья. Его и выбрала потому, что фасон позволял скрыть следы от кандалов.

Через четверть часа мы, пройдя по узким коридорам для слуг, вышли к залу, где вскоре будем разыгрывать неприятное представление. Охраны у дверей не было, хотя в замке часто встречались солдаты в жёлто-красных цветах де Чествилля. Не заходя внутрь, целитель, наконец, наложил заклинание. В сам зал в день совета лордов могли пройти только Император, главы родов или их представители. Остальные только по приглашению изнутри. Работала какая-то древняя магия, заложенная ещё при основании замка, и с тех пор позабытая, как и большинство других заклинаний.

Сюда я раньше не заходила, и теперь с интересом оглядывалась. Небольшая зала, выдержанная в строгом стиле под старину, явно предназначалась для заседаний малым числом. Если точнее, то одиннадцатью. Именно столько мест для сидений находилось в зале. По пять кресел с высокими спинками вдоль длинных сторон массивного длинного стола, и одиннадцатое в его торце. За каждым на специальной подставке установлен штандарт, соответствующий одному из родов, входящих в совет. За одиноким креслом во главе, предназначенным для императора, если он решит посетить совет лордов, штандарта не было. Вместо этого вся стена позади задрапирована гобеленами.

Де Граф уверенно подошёл к этой стене и юркнул за гобелены. Отступая от стены метра на полтора, они образовали небольшой закуток, где втиснулся маленький столик со стулом.

- Надо же мне знать, что эти лорды задумывают, - пояснил мужчина на мой удивлённый взгляд. Понятно, на совет его не приглашают, разве что как представителя рода в отсутствии главы, а охранная магия пропускает.

Я опустилась на стульчик и заметила ещё одну особенность этого места - гобелены располагались так, что не перекрывали обзор. Сидя в закутке можно было не только слышать, но и видеть почти всё, происходящее в зале.

Убедившись, что мне удобно наблюдать, де Граф ушёл, не желая до времени выдавать наблюдательный пункт. Если очень повезёт, мой выход не потребуется.

Лорды пунктуально появились через десяток минут, и заняли свои места за столом, согласно штандартам. Свободными остались три кресла - императорское, рода де Вена по левую руку от него и де Графа по правую. Я заволновалась. Крис всегда был ответственным человеком, и не мог пропустить совет, тем более такой важный.

Де Граф-старший вошёл в зал, когда все лорды уже расселись и уверенно занял кресло под штандартом с оскалившимся псом - гербом своего рода.

- Господин де Граф, - поморщился де Чествилль, чьё место было примерно посередине стола. - Здесь совет глав родов.

- Именно поэтому я здесь, - холодно ответил мужчина. - Согласно положению о совете, в отсутствии главы может присутствовать представитель. Тем более, что этот совет, - он выделил последние слова, - напрямую касается моего рода.

Де Чествилль недовольно поджал губы.

- Хорошо. Вы в своём праве остаться. Тогда начнём, господа, раз все в сборе.

- Прошу прощения, - заговорил де Граф, перебивая председателя собрания. - Но здесь нет представителей рода де Вен.

- Вы прекрасно знаете, что Крис де Вен отошёл от дел в последнее время по состоянию здоровья, - в голосе де Чествилля проскользнула злость. Если тщательно не вслушиваться и не отслеживать интонации и мимику, можно и не заметить. Хотя до де Графа ему далеко. Тот идеально владеет собой.

- Но он прав, - возразил мужчина под штандартом с горой, скрытой в туче. Род де Ягдоран, этот точно на нашей стороне. - На совете по столь важному вопросу должны присутствовать все роды, иначе решение может быть аннулировано.

Я вспомнила положение о совете. Что-то такое там было. Что глав должно быть не менее половины совета, и что, если хоть один род не представлен, пусть и заместителем, результат голосования может быть оспорен и отменён. В прошлом несколько раз игнорирование этого правила приводило к гражданской войне. А вот для обвинения в измене хватало и неполного состава.

- Пошлите за де Веном, - распорядился председатель, тоже вспомнив положение.

Минут на десять в зале воцарилась тишина. Наконец, в двери вошёл Крис и растерянно встал у порога. Повязка на глазах и трость, которой он ощупывал пространство перед собой, объяснили причину задержки. Он не знал и не видел, куда идти, а слуг, даже проводников, в зал не пускали.

Через несколько неловких секунд с кресла подскочил молодой человек, едва ли достигший восьмидесяти. Лорд де Вален наследовал титул после войны и был самым молодым и неопытным главой рода среди присутствующих. И, хоть явно не высказывался, но поддерживал императора, а не "партию раздора".

- Позвольте помочь, - он, поддерживая Криса под локоть, подвёл его к пустующему месту. Часть лордов при этом стыдливо отводила глаза.

- Всё? - с сарказмом поинтересовался де Чествилль. - Теперь можно, наконец, начинать?

Получил снисходительный кивок, он продолжил.

- Вчера, как всем вам известно, в замок доставили Гвенио де Графа, - на этих словах Крис едва заметно вздрогнул. Кажется, его не только отстранили от дел, но и устроили домашний арест с информационной блокадой. - Это собрание посвящено определению степени его вины. Введите обвиняемого!

Двери зала снова открылись, и внутрь вошёл лорд-защитник. Выглядел он весьма непрезентабельно. В драной грязной одежде, с немытой головой и заметной щетиной на лице. Эти сволочи не только не дали ему привести себя в порядок, так ещё и надели кандалы. К счастью, простые. Но держался он с достоинством, будто не замечая, что выглядит бомжом. Он подошёл к столу и молча встал в шаге от его торца.

- Господин де Штоф, зачитайте обвинение, - распорядился председатель, презрительно скривившись. С места встал пожилой мужчина.

- Гвенио де Граф обвиняется в похищении Императора Анремара и измене, - сверяясь с бумагой, объявил он. - До вынесения советом лордов решения, временно отстраняется от всех должностей и лишается титула.

Закончив, де Штоф сел обратно.

- У вас есть что сказать в оправдание? - спросил де Чествилль.

- Оправдываются виновные, - спокойно ответил де Граф. - Я бы хотел услышать причины подобного обвинения.

- Естественно, - де Чествиль неприязненно поджал губы. Ему было бы предпочтительней, признай лорд-защитник все обвинения безоговорочно, но обвинитель был готов и, не вставая, начал рассказ.

- Итак, в ночь на четырнадцатое число пятого месяца, по вашему приказу из лесного домика был похищен Император Анремара. Исполнитель указал на вас, как заказчика. К сожалению, повторный допрос невозможен - бедняга покончил с собой, поняв, кого похитил.

- Как удобно, - тихо заметил Крис. На него сразу бросили несколько взглядов, от возмущённых до поддерживающих.

- Несколько дней, - председатель продолжил, как ни в чём не бывало, - Императора держали в загородном доме барона де Толето для обеспечения алиби. Семнадцатого числа люди господина де Штофа случайно узнали о похищении, в связи с чем вы, прихватив с собой Императора, пересекли границу с кочевниками и скрылись в степи. Не знаю, по какой причине решили вернуться, видимо, - он насмешливо осмотрел де Графа, - что-то не поделили с новыми союзниками. Таким образом мы имеем похищение и измену - выдачу Императора кочевникам, и попытку скрыться у них.

Далее, наверно, с половину часа, шёл допрос. Причём вопросы сформулированы так, что заранее предполагалась виновность, почти независимо от ответа. И бурная дискуссия ещё на полчаса. Наконец, накал страстей немного спал, или же господа лорды просто устали.

- Если вопросов больше нет, - опять взял слово председатель, - предлагаю голосовать.

- Подождите немного, - едва не перебил его де Граф-старший. - Вам не кажется, что стоит выслушать и другую сторону?

Он сделал условный знак, и я, не торопясь, вышла из-за портьеры. Секунда на узнавание, и мужчины с поклоном вскочили с мест. Я прошла к своему креслу.

- Садитесь, господа.

- Ваше величество? Но как?

- Это сейчас не важно, - я небрежно отмахнулась от вопросов. - Ваша история, без сомнения, интересна, но в ней слишком много пробелов. Позвольте дополнить.

Я повторила рассказ лорда де Чествилля, который он использовал в качестве обвинения чуть менее часа назад. Только немного по-другому расставила акценты и добавила немного от себя, не слишком отходя от правды. Но мой спаситель при этом выставлялся чуть ли не всемирным злом, уступающим разве что Властелину. Во время рассказа я старалась не смотреть ни на Криса, ни, тем более, на де Графа. Но, всё равно ощущала их шок и потрясение. Как бы хорошо они не держали себя в руках, но костяшки пальцев в сжатых кулаках Криса побелели, и тихий звон кандальной цепи тоже говорил, что и де Граф с трудом сдерживается.

Лорды восприняли рассказ более спокойно, но тоже весьма удивлённо. Они ведь ожидали оправдания лорда-защитника, а не окончательно его утопления.

- Ну, вот как-то так, - я, наконец, закончила, чувствуя себя последней сволочью. - Не правда ли, получилось более связно и логично? И не нужно натягивать сову на глобус.

Я выдержала паузу, и, улучив момент, когда председатель собрался что-то сказать, заговорила первой.

- А теперь, прошу выслушать вторую сказочку. Не волнуйтесь, это не займёт много времени.

Я обвела притихший совет взглядом. Большинство смотрела заинтересованно, но напряжённо. Мало ли что скажу после первого, столь шокирующего рассказа. Убедившись, что завладела вниманием всех присутствующих, я начала.

- В некотором царстве, в некотором государстве, жил был царь. И решил он как-то отдохнуть от трудов праведных, и с ближниками своими отправился в лесной домик. И пропал. Вот только что был, а утром раз, и его уж нет. Поискали ближники его пару-тройку дней, да в столицу вернулись, помощь привести, да людей верных к поискам привлечь. Но не стали ни людям, ни боярам сообщать. Мало ли, вдруг окажется, что царь до ветра пошёл, да заблудился. Или в селе соседнем кого симпатичного встретил, а тут его всем миром искать будут. Конфуз, однако, выйдет.

Но не прошло и недели, является ко двору боярин с дружиной. Так мол и так, знаю я, что потеряли руководителя, так что надо, пока его нет, за царством-то приглядеть. Мало ли что. И вообще, не теряли вы его, а то правая рука продал соседнему хану в гарем в счёт оплаты выгодного договора.

Почесали ближники затылки. И ведь правда, договор с ханством подозрительно выгодный, и правая рука так и не вернулся. Его-то и не искали особо. А, может, они вдвоём с царём по бабам пошли, кто их знает.

Лорд де Вален чуть фыркнул от сдерживаемого смеха. Не признать в рассказе нашу ситуацию не смог бы только совсем не умный. Я с возмущением посмотрела на него, но не стала прерываться.

- Ну, или по мужикам, если вам так больше нравится.

Пока отряды скакали туда-сюда в поиске, прибыли остальные бояре. И сразу взяли царство в оборот. Нельзя казне простаивать, денег там хоть и немного, но в дело пустить надо. Крыша у боярского терема прохудилась, жёнка новые цацки просит, не из своих кровных же отдавать? С соседями зельем пакостным торговать тоже надо бы, да царь мешал, за здоровый образ жизни ратовал. Зато теперь можно и договор заключить. Расторгать потом дороже будет. Или вон, землю с царской вотчины себе прирезать, так теперь и разрешить то боярской сходкой можно, царя не спрашивая.

Рассказывая про боярские дела, я переводила взгляд на лордов, кто сам мог быть замешан в подобном. Ещё до похищения собрали неплохое досье на них. И не ошиблась - мужчины невольно заёрзали, узнавая свои грешки.

- А чтобы ближники не мешались, от дел государственных отстранили, - продолжила я. - Но так, чтобы особо не обидеть. Одного на поиски царя послали куда подальше. Вроде и делом занят, и не мешается. Другого заботой окружили. Здоровьем, мол слаб. Тяжко на боярских сходках сидеть, пусть дома на печи лежит, лечится.

Вот только одно здесь у меня в сказочке не сходится. Из боярского терема в столицу аккурат неделя ходу. Как боярин узнал-то о беде, случившейся? Гонцу, даже самому быстрому, надобно двое суток без отдыха мчаться. А тут едва царь пропал, ещё никого не известили, а боярин уже и дружину собрал, да другим отписать успел. Не подскажете, какое средство волшебное для срочных сообщений в царстве нашли-то? Или же боярин заранее знал о пропаже, и птицу быстрокрылую держал для столь радостного известия?

Я пристально глядела на де Чествилля, будто его спрашивая. И тот подался на уловку.

- Вы обвиняете меня в организации вашего похищения? - подобравшись, будто готовясь к драке, спросил он.

- Заметьте, не я это сказала, - с невинной улыбкой снова посмотрела на всех лордов. - Или вы в этой сказке кого-то узнали? Впрочем, не буду больше отнимать время. У вас дела государственные стынут. Не правда ли, сложно с ними управляться. Неожиданно, не так ли?

Несколько долгих секунд мы с лордом де Чествиллем смотрели друг другу в глаза. Он сдался первым, опустил взгляд на бумаги и как-то скомкано предложил начать обсуждение.

Бурные дебаты продолжались весьма долго. Благородные господа, сбитые с толку моим внезапным появлением, и странными речами, метались из стороны в сторону. Появилось множество вопросов и разнообразных предположений. Настало время припомнить давешние уроки дипломатии, благо, что лорды не намного опережали меня в искусстве под ковёрной политики. Поняв, что здесь они каждый сам за себя, и многие их неприглядные делишки каким-то образом оказались известны Императору, они, в дополнение к теме заседания, ещё начали выяснять отношения. Наконец, выдохлись, и приступили к голосованию.

По кругу пустили кувшин и чашу, заполненную камешками чёрного и белого цвета. Каждый лорд брал из чаши желаемый камешек и опускал в кувшин так, чтобы остальные не видели цвет. Де Граф-старший, как представитель, а не глава рода, имел только совещательный голос, и не участвовал в голосовании. Крис, до которого чаша с кувшином дошли последнему, просто сказал

- Положите белый.

Чашу с камнями убрали. Содержимое кувшина высыпали на поднос. Семь белых против двух чёрных. Послышался облегчённый вздох. Де Граф-старший, несмотря на невозмутимое лицо, которое держал всё заседание, всё же волновался за сына. Идя на это собрание, мы ожидали четыре чёрных. При том, что без нашего вмешательства, белых могло и не быть.

- Советом лордов снимаются все выдвинутые обвинения против Гвенио де Графа, - нехотя объявил председатель. - На этом собрание закончено.

- Ваше величество, - лорды, поднимаясь, как бы просили разрешения покинуть зал. Никто из них и не подумал распорядиться снять кандалы с де Графа. Он так и стоял в торце стола, несколько растерянно оглядывая проходящих мимо него людей, в основном стыдливо отводящих глаза.

- Лорд де Чествилль, - я окликнула председателя собрания. - Я попрошу убрать вашу дружину из замка. Моя гвардия вполне справляется с охраной без помощи.

Лорд не ответил, только поклонился, поджав губы.

В зале осталась только наша четвёрка. Крис сидел, похоже, ожидая объяснений. Де Граф-старший снимал с сына кандалы. Они были конвойного типа, то есть снять их мог любой, кроме того, на кого они надеты. Я тоже осталась сидеть в кресле, только опёрлась на стол и уронила голову на скрещённые руки, устало закрыв глаза. Обезболивающее и стимулирующее заклинания давно кончились, и я боялась, что, даже если смогу встать, то, без поддержки, лягу сразу же рядом.

- Ваше величество, разрешите идти? - холодный голос не дал провалиться в сон. Я с трудом подняла голову и уставилась на де Графа-младшего. Смысл и контекст сказанного не сразу стал понятен. Что ж, это было ожидаемо.

- Не смею вас больше задерживать. Отдохните как следует.

- Как скажете, ваше величество, - он строго по протоколу поклонился и вышел. Его отец поспешил следом.

- Крис, - тихо позвала я, когда остались вдвоём. - Помогите, пожалуйста, добраться до лазарета. Сама, боюсь, не дойду. И, обещаю, всё расскажу, только не прямо сейчас.

Как я и боялась, сил не было даже стоять с поддержкой, и я повисла на князе. Ему пришлось буквально тащить мою тушку через весь зал, по пути своротив пару стульев. В коридоре у дверей эстафету принял целитель, нервно ожидающий нашего выхода. Защита зала даже после окончания совета не пропускала его внутрь.

Глава 28.

- У вас десять минут, не больше! - предупредил целитель и вышел из палаты.

Крис несколько неуверенно прошёл вперёд.

- Всё так плохо? - я проследила, как он аккуратно нащупал стул и присел. - Как же так, вы ведь уже шли на поправку?

Мужчина кротко и чуть виновато улыбнулся.

- Когда вы пропали, мы начали поиски, вот и перенапрягся.

- Опять от меня одни проблемы, - простонала я, едва подавив желание спрятать голову под подушку. - И он, наверно, меня ненавидит, - тихо добавила.

- Вы про Гвенио? - Крис всё-таки услышал. - Он то же самое в отношении вас сказал.

- А мне-то зачем? Это он со мной сколько времени возился, а я по нему прошлась грязными сапогами, да ноги вытерла!

О воспоминании о совете на душе стало пакостно. И его "ваше величество" отбросило к первым дням знакомства, только теперь де Граф имел полное моральное право на холодно-презрительные отношения.

- Да, это было очень жестоко. Неужели, такое действительно было необходимо?

- Не знаю. Я и сама об этом думаю. Но господин де Граф уверял, что других вариантов нет. Надо показать всю глупость обвинения, доведя историю до абсурда

- Его отец? Тогда понятно, почему они опять поссорились.

- Опять? - я зацепилась за это слово.

- Это у них обычное дело, - улыбнулся де Вен и небрежно махнул рукой. - Гвенио считает многие методы своего отца неприемлемыми, тот в ответ называет его идеалистом. В последний раз лет двадцать не разговаривали, сейчас вот опять перейдут на исключительно деловые отношения.

Я с трудом повернулась с живота на бок. Лежать на спине ещё минимум неделю нельзя.

- Вам, наверно, не сказали, - враз посерьёзнел Крис. - Не захотели заранее расстраивать. Ваш организм был крайне истощён, когда вы прибыли в замок. Но провели бы пару недель под присмотром целителя, и вернулись бы в норму. Но после того совета...

- Что? - я взволновалась от интонаций сказанного. - Вроде не парализовало, да и проспала всего два дня, - руки-ноги двигаются, а сколько спала, сообщил целитель.

- И это хорошо, - согласился Крис. - Но есть большая вероятность, что несколько лет, возможно, десяток-полтора, вы будете не сильнее котёнка. То есть не сможете поднять ничего тяжелее стакана, ходить медленно и, возможно, только с поддержкой. Но, что хуже всего, если на это состояние придётся период второго роста, оно может закрепиться на очень долгое время.

Да уж, перспективе не позавидуешь. Не удивительно, что де Шпиц сообщил только об общем состоянии, без прогноза. Даже де Вен за меня переживает, погрустнел, теребит складки брюк.

- Так это, наоборот, вам радоваться надо, - заявила бодрым голосом. - Из замка не выйду, далеко не уползу, сколько проблем сразу отпадёт!

- Тено, вы это серьёзно? - насторожился Крис. Кажется, он усомнился в моём умственном состоянии.

- Нет, конечно. Известно, когда это определится окончательно?

- Дней через десять, возможно, разрешу вставать, - в палату вошёл де Шпиц, главный императорский целитель. - И по динамике будем смотреть. Думаю, половины месяца хватит. Господин де Вен, - он обратился к Крису, - десять минут закончились. Её величеству нужно отдохнуть.

Это он правильно. Не знаю, как тот котёнок, силу которого мне пророчат, но разговор уже утомил.

Прошло время. Первые две недели, как отлежалась, едва-едва проползли под знаком дичайшей скуки. Меня оградили от всего, что могло хоть как-то взволновать - возможные проблемы, озвученные Крисом, были связаны не с мускулатурой, а с мозгами. После всего перенесённого, он мог "забыть", как правильно управлять телом, ведь на момент похищения я даже не успела толком оправиться от ранений, полученных в схватке с Властелином, а тут снова здрасьте, да ещё с ирхилдом и с той мазью, которой палач рисовал на спине. В её составе, как определил де Шпиц, большую часть составляли мелко, буквально в пыль истолчённые сорсы. Они глубоко въелись в тело и избавиться от столь нежелательных добавок, не снимая полностью всю кожу и мясо до костей, не представлялось возможным. Только ждать, когда организм сам их исторгнет. А пока они серьёзно мешали заживлению.

К концу месяца целитель, ко всеобщему облегчению, вынес вердикт - проблем нет, восстановление идёт по плану, и можно постепенно увеличивать нагрузки, возвращаясь к тренировкам.

Получив разрешение, ежедневно подолгу гуляла в саду, наворачивая круги по песочным дорожкам. Компанию обычно составлял или Эрик, или Крис. Лорды после моего возвращения в считанные дни убрались из замка, предоставив нам самим разбираться с тем, что они нарулили, пока совет находился к власти. Меня, сначала по рекомендации целителя, затем по инерции, от серьёзных и проблемных дел молча отстранили.

С де Графом общение опять свелось к исключительно деловым вопросам. И то, бумаги на подпись всё чаще передавались через слугу. Как будто снова вернулись времена первых дней пребывания в Анремаре со взаимным избеганием друг друга. Мне было просто стыдно за ту речь, а извиняться за неё уже поздно. Возможность как-то объясниться, тоже не подворачивалась. А сам князь... Мне казалось, что он меня презирает и потому не хочет даже видеть.

Расследование похищения зашло в тупик. В том доме полностью сменилась вся прислуга. А барон, кому принадлежал дом, не появлялся в тех местах уже несколько лет. К тому же совершенно не походил на того, кто представился его именем.

Мы с Крисом не торопясь прогуливались по саду. Активно обсуждали варианты реформ, направленные на уменьшение власти князей и лордов в их доменах. Ситуация, когда на любое действие в их владения, кроме усмирения открытого бунта, надо запрашивать у них разрешение, а они, в свою очередь, безнаказанно могли захватить власть в отсутствие императора, крайне не нравилась. К тому же во время послевоенной чистки дворянства от последователей Властелина, освободилось достаточно земель, но дать их пусть и в ненаследное пользование заслужившим людям, опять-таки требовало согласования.

- Странно, - я смотрела на приближающегося мужчину. - Гвардейцы обычно сюда не заходят.

- Может, случилось что, - Крис тоже повернулся в сторону гвардейца, ориентируясь на звук шагов. Что-то с тем было не так, но что именно, поняла только когда между нами оставалось шагов пять. Глаза у мужчины казались стеклянными и неподвижными, а зрачок расширился так, что радужка почти исчезла.

- Укуренный, что ли? - озвучила первую пришедшую в голову мысль, и проворно отскочила в сторону. Гвардеец, не останавливаясь, выхватил длинный кинжал и бросился в атаку.

- Крис, осторожно, он с ножом!

Гвардеец, по инерции пробежавший на несколько шагов дальше, развернулся на крик и снова пошёл в атаку. Увернуться и на этот раз не составило труда.

- Ты сдурел, что ли? - на третий раз гвардеец смог разрезать рукав. Я ещё в недостаточно хорошей форме, и убегать побоялась.

- Тено, отойдите за меня, - неожиданно серьёзно распорядился Крис, перехватывая трость наподобие меча и сосредоточенно вслушиваясь в окружение. Я не стала протестовать и геройствовать и поспешила выполнить указание. Гвардеец, ожидаемо, рванул за мной. Де Вен, ориентируясь по дыханию и шагам, коротко ударил его тростью в живот и, когда гвардеец рефлекторно с хрипом согнулся, добил по шее. Торопливо, пока нападавший не пришёл в себя, Крис связал ему руки сзади его же поясом.

- Тено, вы в порядке? - закончив, спросил блондин, пытаясь нащупать откатившуюся в сторону трость.

- Да, он только рукав порвал, - я подала ему трость, лежавшую в шаге от того места, где её искал Крис. - Надо позвать охрану, чтобы забрали. И дознавателя, - я посмотрела на лежащего мужчину, даже не делающего попытки подняться или как-то освободиться, и добавила: - целителя тоже надо, он явно не в себе.

Через три часа появились первые результаты расследования. Действовал гвардеец под сильным ментальным воздействием, наложенным явно в спешке, и от того небрежно. Этим и объяснялся странный взгляд и не совсем адекватное поведение. Когда и где он попал под воздействие, гвардеец вспомнить не смог и утверждал, что помнит только как утром выходил из замка в город. Проследить смогли только его путь до третьесортной таверны, но дальше не продвинулись, пусть хозяин и подтвердил, что тот приходил с утра и разговаривал около получаса с подсевшим к нему человеком. Но такие, прячущие лицо и кутавшиеся в плащ люди, в этой таверне никого не удивляли и не привлекали внимания. Сказывалась близость публичных домов.

Следующее покушение произошло всего через несколько дней. После тренировки с Эриком парень неожиданно повалил меня на землю, а рядом с тем местом, где до этого стояла, ударил арбалетный болт. Его наконечник раскрылся, как многолучевая зазубренная звезда. Попади такой в тело, и вытащить невозможно, только вырезать с огромным куском плоти.

Стрелка вскоре нашли. И опять за покушением стояла тень неизвестного мага духа. На этот раз он действовал тоньше и чуть более обдуманно. Не ломал волю приказом, а дополнительно применил вытяжку из каких-то трав, облегчающую и усиливающую внушение.

После этого мне вручили кольчужку с наказом снимать её только на ночь. А ещё лучше только при мытье. И, в идеале, совсем никогда с ней не расставаться. Сплетённая из тысяч очень мелких колечек серебристо-матового металла, она, дополнительно сверху была покрыта тонкой кожей с такими же мелкими серебристыми чешуйками, кажется, снятой с какого-то животного. Это даже не кольчуга, а полноценный гибкий доспех. Закрывала она руки от локтя и спускалась до середины бедра, удивительно плотно и мягко прилегая к телу. Если бы не вес килограмм в пятнадцать, то можно было принять за плотную вязаную футболку.

А ещё, не полагаясь на удачу и невезучесть организатора покушений, ко мне приставили охрану. Двое гвардейцев, случайно выбираемые в начале дня, после проверки на влияние магии духа, всюду меня сопровождали. Только в кабинете и личных покоях я была избавлена от постоянного присмотра.

Стоит ли говорить, что начала развиваться паранойя и махровым цветом расцвёл застарелый комплекс лишнего человека, когда кажется, что только всем мешаешь и доставляешь неудобства.

Нервы ни к чёрту, настроение на нуле, я едва сдерживалась, чтобы ни на кого не наорать или ничего не разломать. Выпустить пар помогали только занятия на полигоне, и то не до конца.

Подписав очередную пачку бумаг, задумалась над одним документом. В стране денег не хватает, а тут тратят немалую сумму на поддержание закрытой серебряной шахты. Что-то здесь не так. Или этой шахтой что-то прикрывают, или про неё забыли, что тоже уже случалось в устроенном предыдущим правителем бардаке.

Сначала, по своему обыкновению, попыталась найти информацию самостоятельно. Сутки сидения в библиотеке и архиве ситуацию не прояснили. Шахта Приозёрная была закрыта почти двести лет назад в связи с выработкой. Не полной, и на то время она ещё находилась на грани рентабельности. Сейчас разрабатывают и более скудные жилы, причём с нуля. А тут всё есть, только рабочих привезти.

Выписав все найденные данные по этой шахте, я, нехотя пошла к де Графу с вопросами. Шахта, к тому же находилась в пределах его домена. Разговор вышел коротким и весьма информативным.

- Почему бы не открыть заново добычу в этой шахте?

- Потому, что нельзя.

- Но почему? Сейчас она ещё лет двадцать будет приносить хороший доход и столько же средний.

- Вы думаете, её просто так закрыли? Значит, были на то причины! Ещё вопросы есть, или можно вернуться к работе?

- Нет, господин де Граф, не смею больше отнимать вашего драгоценного времени!

Я раздражённо смахнула со стола стопку бумаг, и, пока окончательно не сорвалась, поспешила на выход, едва не сбив с ног Криса.

- Тено, что-то случилось?

- Нет, что вы, всё в пределах обычного.

Дверь за мной с шумом захлопнулась, получив от меня ускорение.

...

- Может, тогда ты скажешь, что произошло? - спросил де Вен у хозяина кабинета, проходя внутрь.

- Ничего. Рабочие моменты, - тот встал и начал собирать с пола раскиданные бумаги.

- И что это за моменты такие, что бумаги по кабинету летают? - несмотря на потерю зрения, на слух блондин не жаловался и смог правильно оценить ситуацию.

- Она пришла с предложением возобновить добычу в Приозёрной шахте. Я сказал, что это невозможно и не обсуждается. Остальное ты уже сам застал.

- Приозёрная... - пробормотал Крис, что-то вспоминая. - Это не та, что с гнездом вблизи Драконьих гор?

- Она самая, - де Граф аккуратно сложил собранные документы обратно в стопку, отложив в сторону те, что принесла Император.

- А ты объяснил причину отказа? И почему её закрыли?

- Нет, это ведь и так известно.

- Гвен... - простонал Крис. - Это тебе известно, как князю, в чьём домене шахта. Я знаю потому, что подобным вопросом уже задавался. А она-то откуда может знать? Во всех документах указано, что Приозёрная стала нерентабельной.

- Да какая разница, - отмахнулся де Граф. - Сказано нельзя, значит, нельзя!

- Я тебя не узнаю. У тебя всё в порядке? - его друг несколько встревожился странным поведением.

- Не знаю, Крис. Меня последнее время всё раздражает. А тут ещё собрание министров скоро. И её величество со своими предложениями.

Мужчины ещё немного поговорили и вернулись к отложенным делам.

...

Я раздражённо шла по коридорам замка. Сейчас, как никогда, было сильно желание что-нибудь разрушить. Обычно страдал тренировочный манекен на площадке у гвардейских казарм, но там оказалось занято. Пришлось идти на хозяйственный двор - второе место, где можно выпустить пар, не доставляя проблем другим людям.

- Исчезни, - короткий приказ мужику, неспешно машущему метлой. Не обращая более ни на кого внимания, принялась за дрова. Вот так поколешь с десяток полешек, и легче становится. Но не сегодня. То ли разозлила сильнее обычного эта сволочь стриженная (волосы у лорда-защитника за месяц отрасти не успели, а услугами целителя для ускорения он, почему-то не воспользовался), то ли не поддающиеся сучковатые и виеватые поленья виноваты, но спокойствие не пришло. Наоборот, ещё сильнее захотелось кого-нибудь прибить.

- Достало всё! - я воткнула колун в колоду и пнула замученное, но не сдавшееся полено. Оно откатилось в сторону к своим более податливым собратьям, неравномерно покрывавшим мощёный кухонный дворик.

Ноги понесли по знакомому пути, за последнее время проходимому ежедневно. Охрана молча шла следом. Иной раз мне казалось, что они не только защищают меня от покушений, но и берегут окружающих от меня, когда я в очередном раздрае, что случается всё чаще. И, даже несмотря на немногочисленность прислуги замка, случайно встретить кого-нибудь в коридорах стало почти невозможно.

Императорский целитель де Шпиц весело коротал время в компании двух симпатичных помощниц. Пузатый чайник с яркими цветами на боку и вазочка с пирожными подсказывали, что чаепития для них обычное дело. Все трое с удивлением смотрели на меня. Ну, а что такого? Подумаешь, в пыли, мелких щепках, сама растрёпанная. И, к тому же в неурочный час - за обезболивающим всегда заходила с утра и перед сном. В остальное время просто так к целителю и арканом не затащишь.

- Брысь отсюда! - указующие махнула головой в сторону двери. Девушек как ветром сдуло. Я передвинула стул и села так, чтобы в поле зрения попадали и дверь, и окно, а спину прикрывала стена.

Целитель терпеливо ждал, пока я не начну говорить. Решиться на это оказалось сложнее, чем прийти.

- Мне нужно какое-нибудь успокоительное, пока никто не пострадал, - наконец, сообщила я цель визита, глядя в пол под стулом де Шпица.

- Выпейте пока это, - мужчина споро развёл ложку порошка в горячей воде из чайника. - И расскажите поподробнее.

Лекарство, характерно пахнувшее валерианой, подействовало почти сразу. Оно не только успокоило, но и слегка расслабило, облегчая разговор. Почти четверть часа я рассказывала целителю о проблеме и отвечала на вопросы. Без особых подробностей. Некоторые вещи, как мне кажется, только под очень сильными веществами смогу сказать.

- Этого я и боялся, - вздохнул де Шпиц, когда закончил опрос. - Ваше величество, - начал он объяснять в ответ на требовательный взгляд. - Вы слишком долго пробыли в блокирующих кандалах находясь в плохой физической и психологической форме. Если бы не регулярные вливания силы от лорда-защитника, вы бы умерли ещё в первую неделю. И всё бы могло обойтись, позволь вам спокойно лечиться после снятия оков, но поездка, перенапряжение на совете лордов, покушения... Ещё и постоянная боль. Одним словом, ваша нервная система слишком перегружена. Моя вина, - мужчина извиняясь развёл руками, - не досмотрел и вовремя не заметил. Никогда с подобным не встречался. И вы слишком хорошо держали себя в руках.

- И что теперь? - признавать, что сама виновата в нервном срыве, очень не хотелось, но против фактов никуда не денешься - визит к целителю по поводу расшалившихся нервов долго откладывала.

- Теперь? - переспросил целитель. - Я подберу состав, чтобы не конфликтовал с остальным и не влиял на сознание. Принимать, возможно, будет необходимо несколько лет, пока нервная система не успокоится, а это связано с избавлением от пыли сорсов в вашей спине.

Подходящий состав подбирали почти декаду, и остановились на варианте, где единственным серьёзным побочным эффектом было приглушение эмоциональной реакции. Сами эмоции никуда не делись, но воспринимались намного спокойней. Каменное безразличное выражение, свойственно многим высокородным, теперь не нуждалось в поддержке, наоборот, чтобы что-то на лице отобразилось, требовалось либо целенаправленное усилие, либо особо сильное потрясение.

Однако, на паранойю это состояние сказалось положительно. В том смысле, что она подняла голову, избавившись от "они хорошие, они так не могут!" Выступивший вперёд разум логично и обоснованно доказал, что ещё как могут. И что нужна здесь именно как кукла, через которую можно править. Обидно, но слишком правдиво.

Наступили обычные рабочие будни, мало отличающиеся друг от друга. Меня особо не нагружали, и большую часть времени я была предоставлена сама себе. От скуки, как и прежде, стала разрабатывать проекты развития Империи на годы вперёд. Чем ещё заниматься-то? В город выходить нельзя, только под серьёзной охраной, гитару уже замучила, библиотеку почти всю перечитала.

Как-то, проходя мимо тронного зала, заметила, что дверь слегка приоткрыта. Заинтересовавшись, заглянула. На ступеньках перед троном в позе роденовского мыслителя сидел Первый.

- Приветствую! - оставив охрану снаружи, подошла к трону. - Я думала, ты на перерождение ушёл, - призналась, подсев рядом.

- Я слишком молод, чтобы умирать! - пафосно воскликнул Первый и похвастался - я теперь могу частично материализовываться!

- Поздравляю. Неужели так плохо быть привидением? - присмотревшись, заметила, что на призрак он походить перестал. И рост нормальный, и больше не просвечивает.

- Скучно. Теперь хоть книги могу читать. Страницы ещё плохо перелистываю, а так брать - без проблем.

Первый встал и вытащил из гнезда в подлокотнике шар. Стоило основателю Империи до него дотронуться, как тот засиял ровным ярким светом.

- Но стоит потерять концентрацию, и всё, - подтверждая слова шар упал на пол и покатился прочь, теряя свечение. - А ты как?

- Как обычно. Работаю печатной машинкой. В смысле, печать ставлю на бумажки.

- А я тоже так могу! - совсем по-мальчишески сообщил Первый, заставляя вспомнить, что ему не было и восьмидесяти, когда запечатал Властелина и, соответственно, перешёл в призрачное состояние. Про тысячи лет правления уже приврали историки. - Смотри!

Он выхватил у меня из рук книгу, прихваченную в библиотеке, и поставил на форзац императорскую печать.

- Ну вот, книгу испортил, - пожурила его, ставя свою рядом для сравнения. Разница была незначительная, с точки зрения геральдики, гербовые печати можно считать одинаковыми, если не обратить внимание на цифру - порядковый номер поставившего Императора.

- Не испортил, а отметил собственностью Императорской библиотеки! - важно ответил Первый.

- Ладно, пойду я, дела стынут, - я встала и подняла укатившийся шар. На меня он не отреагировал, так и оставшись холодным камнем.

- Какие, если не секрет?

- Какой тут секрет? - я положила шар на место в углубление подлокотника. - Отречение буду писать.

- Какое отречение? - Первый выглядел шокировано. - Зачем?

- От трона, разумеется. Пока не прибили. Представь, за месяц два покушения! И это только те, про которые знаю. Не волнуйся так, Империя останется в надёжных руках. Тем более, ты уже и печать ставить можешь. А большего от Императора не требуется. Интересно только, какой номер присвоят - сорок третий или оставят первый? Зато Анремар станет единственной страной с привидением на троне!

- Да ну тебя! - расслабился Первый. - И шуточки у тебя.

- В каждой шутке есть доля шутки, - тихо сообщила двери, закрывая за собой. Раз шар не отреагировал на прикосновение, то и прав на трон больше нет. Свечение показывало на благословение Первого на правление, и без него не короновали. Я помню, как он ярко светился при моей коронации. Хорошо, что возлагать на него руки требуется только в редких случаях.

Надо узнать, были ли в истории прецеденты отречения или потери благословения. Отложив все дела, зарылась в библиотеке. Прецедента не нашлось, зато выяснился неприятный для меня факт - призванные императоры правили в среднем около десяти лет и заканчивали жизнь естественным для нежелательного правителя образом. Из дюжины шестеро от явного покушения, один упал с лошади, восьмой отравился грибами вместе с половиной двора. Девятый протянул аж четырнадцать лет, семь из которых пролежал в полном параличе после очередного покушения, и за него правил совет лордов. Двое схлопотали несчастный случай на охоте, и только один честно погиб в бою. Правда, сражался с поднявшим бунт князем, так что тоже, можно сказать, от внутренних разборок.

Просидев с исследованием до ночи, я свела всё в таблицу и рано утром отправилась посоветоваться.

Эрика я нашла на конюшне, он уже поседлал коня и собирался уезжать.

- Доброе утро, Эрик. Опять уезжаешь? - парень надолго в замке не задерживался, всё время находились дела, требующие его присутствия. От обязанностей телохранителя и эскорта его давно освободили, негласно назначив карающей дланью Императора.

- Доброе утро, тено. Вчера пришли сведения о палаче, - так стали называть моего похитителя. - Едем проверять, - Эрик указал на отряд, ждущий у ворот. - Вернусь примерно через месяц, надеюсь, на этот раз с удачей. Вы что-то хотели? - он заметил бумагу у меня в руках.

- Думаю, месяц это подождёт. Береги себя!

Я проводила отряд и вернулась в замок. Эрика я воспринимала как старшего брата, что и от обидчиков защитит, и дома без посторонних шею намылит в случае чего. Даже моя паранойя не нашла в нём желания и причин меня использовать. Потому и пошла первым делом к нему, хотя бы просто поговорить.

Крис сослался на занятость по поводу какого-то дипломатического приёма недостаточно высокого уровня для моего участия. И попросил подойти, если дело не срочное, дня через четыре.

Остался только один, кому вообще хоть как-то доверяю. Но никак не могла решиться, стоит ли идти к нему с этим вопросом. Опять ведь отмахнётся "вам больше делать нечего, всякие глупости придумывать, не мешайте работать". Или что-нибудь вроде этого. Я уже почти набралась смелости войти, но он сам вышел из кабинета.

Я посмотрела на него, затем на свою бумагу с таблицей. Снова подняла взгляд на хмурое лицо, и опустила глаза. Нет, не стоит оно того. Мотнув отрицательно головой, поспешила уйти, пока не спросил, чего мне надо. В конце концов, я и так под постоянной охраной, что ещё можно сделать? Разве запереть в комнате и вообще никуда не выпускать.

Через четыре дня я, всё-таки, пошла к Крису. Если с предполагаемым сроком жизни он вряд ли поможет, то хотя бы подскажет, что делать с тем проклятым шаром-индикатором. Даром, что ли всё детство в монастыре провёл?

У него в кабинете я появлялась очень редко, но всё равно заметила изменения. Исчез лёгкий творческий беспорядок. Со стола пропали документы, зато появился сбоку столик для секретаря или чтеца. На столе парил свежезаваренный чайник, две чашки подле него ещё пустовали. Крис был не один, у окна стоял де Граф и, когда я вошла, он поспешил отвернуться, избегая смотреть в мою сторону.

- Я, кажется, не вовремя, - я повернулась, и собралась уйти, но Крис меня остановил.

- Что вы, тено! - воскликнул он. - В самое время. Мы как раз собирались к вам.

- Ммм? - что такого случилось, что я им вдруг понадобилась?

- Проходите. Чай будете?

- Не откажусь, - последовала приглашению и присела в кресло около стола. Крис уверенно достал из шкафа третью чашку и налил всем чая. У себя в кабинете он неплохо ориентировался, даже не скажешь, что ничего не видит.

- Пришло приглашение из Ютонской Академии. Они согласны принять вас на обучение.

- Ютонская Академия? - название ничего не говорило.

- Лучшее учебное заведение среди известных нам стран, - заговорил де Граф. Он тоже взял свою чашку, но сразу вернулся к окну, и разговаривал тоже с ним, невежливо повернувшись к мне спиной. - Подготавливает будущих правителей, управляющих крупными земельными владениями, руководителей организаций, торговых домов и тому подобное. У выпускников Академии большое преимуществе перед всеми остальными.

- И мне предлагается в нём учиться? - не понимаю, с какого перепугу. Разве что де Граф или де Вен заранее посылали туда запрос. Но можно было бы хотя бы меня спросить? Ну, или заранее поставить в известность.

- Именно так, - ответил де Граф. - Не отказывайтесь, ваше величество, - полу попросил, полу приказал он.

Я хотела было возмутиться, но вместо этого спокойно ответила.

- Как скажете. Когда начало занятий?

Теперь слово взял Крис.

- В первый день после перелома, - то есть после зимнего солнцестояния. Это чуть больше, чем через два месяца. - Но Академия расположена на Ютоне, большом острове-государстве в Штормовом океане. Чтобы успеть, надо выехать как можно скорее, в идеале, завтра.

В голове забегали мысли. То, что так быстро согласилась, конечно, странно. Но это и правда неплохой шанс. Вряд ли там будут продолжаться покушения, слишком далеко. За время обучения можно найти решения моих проблем, узнать, почему шар меня не признаёт, и исправить ситуацию. Если же не получится, то лучше иметь диплом об образовании, чем справку "работал императором, уволен в связи с утратой доверия". Скорые сборы не пугали, есть уже опыт. Вот только...

- Можно и завтра. Но что делать с лекарствами? Я без них пока долго не могу.

- С этим проблем не будет, - так же окну ответил де Граф. - Значит, выезжаете завтра после завтрака, - опять полу приказал он.

- Тогда я пойду собираться, - я встала. - Если какие-либо требования к вещам и документам?

- Всем необходимым обеспечивает Академия, - ответил Крис. - Документы мы подготовим.

- Замечательно, - и, уже в дверях, спросила. - А сколько времени занимает обучение?

- Четыре года.

- Ну что ж, неплохо. Крис, господин де Граф, - я откланялась и ушла к себе.

Письмо Эрику

Привет, Эрик! Извини, что не получилось попрощаться лично. Теперь увидимся очень не скоро. Эти двое с радостными воплями, разве что не пинками для ускорения, послали меня в школу-колонию для богатых лоботрясов. //Я, всё-таки успела навести справки и узнать хоть что-то про Академию. Учили там хорошо, но очень дорого и с жёсткой дисциплиной. // Учитывая её расположение, я ближайшие года четыре не буду мозолить им глаза.

Передай Крису, что расчёты по теме последнего обсуждения лежат в чёрной папке на столе. Там же ещё пара проектов, думаю, он разберётся.

Если не сложно, сообщи лорду- защитнику, что, если это гад //зачёркнуто//, скотина стриженая //зачёркнуто тщательней//, сволочь синеглазая //замалёвано так, что разобрать почти невозможно// он не хочет быть в ближайшее время окольцованным, да ещё после скандала, пусть будет осторожней на светских приёмах. Леди Раула де Сентеро где-то достала настой колсы широколистной, в простонародье - конского возбудителя (да пусть захлебнётся!) //зачёркнуто//. В сочетании с мафтом дурманящим - убийственная вещь. //про этот план соблазнения я случайно подслушала на последнем балу, где больше обозначивала своё присутствие, чем танцевала//.

Post Scriptum: твоя любит имбирное печенье с шоколадной крошкой и терпеть не может модные современные стихи.

Удачи!