304430c53c324c60f6b5a9f273d19581

- Не лучшее место для вашей работы, - осматриваясь произнесла совсем не то, что планировала.

- И почему же? - хозяин кабинета почтительно встал при моём появлении и не торопился сесть обратно. Ах да, этикет не позволяет дважды - дама стоит и ещё в присутствии императора. Пришлось сесть на стул, чтобы мужчина тоже сел и не давил своим ростом. Так как он - хозяин кабинета, то сидеть, когда я сижу, уже имел право и без дополнительного разрешения. Вот из-за таких мелочей меня де Вен нещадно гонял. Правда, он давал теорию, сейчас началось практическое применение этих знаний на практике.

- Ну, как же. Пока информатор до вас дойдёт, его весь город на серпантине рассмотрит. Вам бы где-нибудь в средних районах контору поставить. А как раньше было?

- Раньше тайной канцелярии принадлежало здание, где сейчас торговая биржа.

- Это такой большой каменный сарай за первым кольцом? - я поворошила свои скудные познания о городе. Мужчина согласно кивнул.

- Когда вернутся, надо будет об этом поговорить. Вы же знаете, решение о возрождении вашей службы было принято весьма в краткие сроки, не успели приготовиться.

- Я знаю, Ваше величество. Гвенио мне рассказал. Но ведь вы пришли не за этим?

- Да, конечно. Вы, случайно, не знаете изготовителя музыкальных инструментов, кто бы взялся сделать по образцу?

- Случайно знаю. Вы хотите воссоздать вашу гитару, я правильно называю?

- Да, она здесь существует в единственном экземпляре. Не хотелось бы потерять, если что случится.

Через четверть часа я вышла из кабинета, сжимая в руке листок с адресом мастера, ощущением, что разгрузила фургон с углём и зароком больше тренироваться в вежливой придворной речи. Крис, конечно, поднатаскал, но практики не хватало. А в общении с двумя советниками и одним телохранителем, основными моими собеседниками, так не изгалялись.

Ещё через полчаса из ворот замка выехало трое верховых. Начальник стражи только спросил район, куда собираюсь, и выделил двух охранников. Заложить карету и ехать, как белый человек, даже не пришло в голову. Всё равно хожу в мужской одежде, в платье точно бы взяла карету.

Двухэтажное здание возле самой стены первого кольца отличалось от соседей разве что более свежей краской и слегка зауженным палисадником, создающим своеобразное парковочное место. На двери висела начищенная табличка "музыкальная мастерская". Я прошла в дверь. Охрана осталась снаружи, а я и не настаивала на сопровождении. Мелодично прозвенели колокольчики над дверью, сообщая о приходе клиента.

Внутри пахло свежим деревом и лаком. Пространство большой светлой комнаты скрадывали многочисленные инструменты разной степени готовности. Я даже не сразу заметила юношу, полирующего мягкой тряпочкой деревянную планку. Он, не отрываясь от работы, молча и с интересом смотрел на меня. Я тоже окинула его оценивающим взглядом. Не мастер, это точно. На подмастерье тоже не очень похож. Скорее всего, ученик.

- Любезный, мне нужен мастер Сольени, - молчание затягивалось. Стоят и ждать, пока на меня обратят внимание и соизволят подойти, значит, поставить себя минимум на ту же ступеньку. А я обещала быть паинькой и вести себя соответственно. Ладно, до императора и даже до князя с лордами мне ещё далеко, но, среднее дворянство изобразить точно смогу.

- Мастер Сольени это я, - по винтовой лестнице в углу спустился мужчина менее всего по виду подходящий для мастерской музыкальных инструментов. Более естественно он бы смотрелся где-нибудь к кузнице или даже на плацу, командуя новобранцами.

- С кем имею честь? - мастер ненавязчиво оглядел меня, задержав взгляд на мече. Вне дома благородные без него не появляются. А я как взяла мужскую модель поведения, так ей и следовала. Женщинам это не возбранялось, и не осуждалось, просто не было принято. У нас ведь тоже массовое перенятие мужских черт и занятий не от хорошей жизни началось.

- Влада де Самон, - выверенный поклон. Не хватает опыта, ещё чувствуется скованность. - Мне вас порекомендовали, как хорошего мастера по изготовлению музыкальных инструментов.

- Я польщён. Вас не затруднит назвать имя?

- Отчего же? Вольтевернон де Граф.

Мастер опять посмотрел на мой меч.

- О, я слышал, он вернулся на службу.

- Ваша осведомлённость меня поражает! - а ещё больше болтливость. Когда же этот обязательный обмен любезностями закончится, и перейдём к делу? - Назначение произошло после Ночи цветов.

- Да, это было внезапно, но ожидаемо, - мастер Сольени сделал паузу перед сменой темы. - Так чем я могу быть вам полезен?

- Вот, - я развернула принесённую гитару и протянула её мастеру, но не успела сказать, что я хочу. Сольени будто позабыл все политесы и, взяв инструмент, ни на что более не обращая внимания, крутил в руках, изучая.

- Интересная форма, но исполнение... из чего это сделано? - спросил в никуда.

- Из плохо высушенной клеёной фанеры, бревна из поленницы и залито столярным лаком. Мне так кажется, - я никогда не считала, что ширпотребные гитары изготавливаются из чего приличного. Звук издают, и ладно.

- Кошмар! Такое издевательство над инструментом. Но я не понимаю, что вы от меня хотите. Такой дешёвкой я не занимаюсь, - мастер вернул мне гитару. - К тому же ЭТО годится разве на растопку.

А ещё на замену веслу, но вслух говорить не стала.

- Я хочу, чтобы вы изготовили приличный инструмент, взяв за основу или образец, эту гитару.

- Гитару? Значит, так оно называется, - мастер снова взял инструмент, теперь присматриваясь к деталям изготовления. - Может быть интересно. Если взять кендор, или лучше лоренскую ель? Хм... вы можете показать, как этот инструмент обычно используется?

Я сыграла простенькую мелодию перебором, перешла на щипковый способ и закончила песенным боем. Мастер с интересом наблюдал, слегка морщась от диссонанса расстроенных струн.

- Понятно. Значит, кендор. Изготовление займёт около полугода. Образец, если нужен, можно будет забрать через декаду. Или вам его доставить?

- Спасибо за предложение, но я сама заберу, - будет повод лишний раз выбраться из замка. Надоело сиднем сидеть.

- Хорошо. Стоить будет двадцать золотых.

Я мысленно присвистнула. Цены я знаю слабо, но за двадцать золотых можно купить пару-тройку неплохих верховых лошадей, пусть и не самых породистых. Впрочем, заказ нестандартный, мастер не бедствует, имя имеет. Будем считать цену адекватной. Сольени с интересом смотрел на гамму чувств, пробежавшую по моему лицу. Ну, не умею я ещё держать морду кирпичом.

- Договорились. Здесь десять золотых аванса, - я положила на стол тяжёлый мешочек с монетами. Больше не брала, не ожидала таких расценок. И то, думала, что обойдусь двумя-тремя. - Остальное через декаду.

Обменявшись ещё несколькими ничего не значащими фразами, положенными по этикету, мы, наконец, расстались. Мастер Сольени явно довольный заказом и оплатой, а я - гадая, не слишком ли переплатила и, может, стоило поторговаться?

Не торопясь вернулись в замок, проехав по краю торговой площадки. От множества других рынков её отличало только отсутствие подвод. Вся торговля велась с заранее выстроенных прилавков и небольших ларечков. Но и тут сновали разносчики еды и беспризорники примеривались, что бы стянуть у торговцев или покупателей. Ничего необычного.

Через декаду выездка повторилась, только теперь гитару забрала, а не оставила. У одной из усадеб у подножия холма наблюдалось какое-то оживление. Кареты со знакомыми и не очень гербами на дверцах въезжали в широко распахнутые ворота.

- Интересно, что там происходит? - я спросила у одного из своих провожатых солдат, остановившись у обочины.

- Сию минуту, Ваше величество!

Он подъехал к воротам и поговорил с лакеями при них.

- Князь де Радозель даёт бал, - доложил по возвращению.

- А причина?

- Просто бал, регулярный, ежеквартальный.

Дожили, - размышляла я, пока поднимались к замку по серпантину. Тут балы устраивают, как оказалось, регулярно, а Император ни сном, ни духом. С другой стороны, сдались они мне? Может, потому никто о них и не сообщал? Эрика вряд ли приглашают, не то происхождение. Де Граф в балах видит только потерю времени. Крис как-то обмолвился, что они ему уже давно надоели. И оба их избегают ещё и по причине нежелания жениться. Там же сразу холостых перспективных женихов в осаду возьмут. А мне не сообщают, наверно, из-за возраста. Ночь цветов провели по обязательной традиции. Интересно, со скольки лет выводят в свет молодых леди? И как часто они могут посещать балы и приёмы? Возможно, получится решить одну проблему, донимающую всю прошедшую декаду.

Этикет, который мне преподавали, указывал, какой ногой ходить, кто, кому, когда и насколько глубоко должен кланяться или делать реверанс, какой вилкой есть краба и в какой руке держать котлету. Даже упомянули как правильно вызывать на дуэль. Но возрастное ограничение на балах не затрагивали.

- Добрый день! - я зашла в кабинет главы тайной канцелярии. - У меня куча вопросов, есть свободные полчаса?

- Для вас, Ваше величество, время всегда есть, - ответил мужчина, спокойно убирая документы в папку. Правильно, секретность никто не отменял, а императору и не нужно всё знать.

- Я вас слушаю.

- В каком возрасте девушек представляют свету, какие мероприятия они вправе или обязаны посещать, с кем, сколько раз, как всё происходит и тому подобное! - я села на неудобный стул для посетителей и выдала часть заготовленных вопросов. Остальные будут по мере получения ответов. Но де Граф-старший не был бы главой шпионажа, если бы сразу ответил. Он с интересом посмотрел на меня и сложил руки домиком.

- Вам так понравилась Ночь цветов, и вы хотите повторить?

- Ночь цветов не очень, но саму ночь можно, - намекнула на желание сыграть в башни. - Только без ваших чудесных настоек. И всё же?

- Когда девушкам исполняется сорок, - размеренно, будто читая лекцию, заговорил мужчина, - родители или опекуны устраивают в её честь бал. Если они не могут, то этим занимаются другие родственники, на крайний случай, знакомые. После чего девушке начинают присылать приглашения на другие балы и приёмы. Ограничений по посещениям нет. Сопровождать должен кто-нибудь из старших родственников. Отец, мать, тётушка... Без приглашения молодым леди появляться неприлично даже на открытые приёмы. Но вам, как к императору, это не относится.

- А Люси получает приглашения? - ей, насколько помню, чуть больше сорока. Но что-то не слышала от неё про балы.

Де Граф задумался.

- Вы знаете, она, кажется, так и не была представлена. Её семья жила в приграничье, и только собирались приехать поближе к столице, чтобы дать бал, когда произошла та трагедия. Стало не до того, а потом они переехала в наше поместье. Уверен, Гвенио даже не подумал вывести её в свет!

"Уверена, он подумывал самому сбежать подальше", - подумала я, но озвучивать не стала.

- Бедная девочка, наверно, стеснялась спросить, - продолжил мужчина. Я возмущённо засопела. Как доводить до белого каленья двух первых лиц государства, так не стесняется. Правда, я не уверена, признала ли она в юном кавалере Владе императора, или до сих пор считает меня парнем. В платье-то я с ней ни разу не общалась.

- Почему вы вдруг заинтересовались судьбой Люсьенды? - поинтересовался де Граф.

- Скажу прямо - ради себя. Если бы удалось отправить её на какой-нибудь приём, то пару дней можно ходить, не оборачиваясь. У меня не так много опыта по избеганию её общества, как у кен де Графа.

Мужчина понимающе улыбнулся.

- Я могу достать приглашение.

- Но она же не была представлена свету?

- Она была на императорском балу. Конечно, не лучший дебют, но вполне достойный. Заодно и сам вспомню молодость, - он хитро подмигнул. Понятно, что не танцевальные па будет вспоминать.

Глава 16.

Утро следующего дня началось, как обычно, на рассвете. Привычная разминка, лёгкая пробежка, и я стою перед свежепостроенным тренировочным комплексом. Неправильной формы плац почти не использовал площадку в неудобном углу, и она не зарастала травой только из-за регулярной прополки. Поэтому начальник стражи спокойно выделил этот кусок, махнув рукой "делайте, что хотите". Хотела я немного, и плотники со строителями справились за несколько дней, соорудив комплекс по рисункам и описанию. Змейка, бревно, стенка и рукоход образовали маленькую компактную полосу препятствий. немного в стороне расположились турник и брусья.

Змейку и бревно преодолела быстро и легко. Высокую стенку покорила с третьего раза и с разбега. Строители сделали всё правильно, как заказывала, но только под свой рост, и до нижней перекладины рукохода пришлось карабкаться по столбу-опоре, ведь указанием было сделать так, чтобы зацепиться можно только в прыжке. Для двухметровых амбалов получилось нормально, мне же, мягко сказано, высоковато.

Пока воевала со стенкой и покоряла рукоход, не заметила появления зрителей. Соскочив с последней перекладины и сделав сальто перед приземлением, я неожиданно услышала вопрос.

- Ваше величество, а эти два зачем? - начальник стражи указал на турник с брусьями. К ним я ещё не подходила, решив оставить напоследок. Удивительно, в обществе с более, чем пяти тысячелетней историей, если считать только от основания Империи, развивали силу отжиманиями и поднятием тяжестей. Подобие турника видела только у гимнастов. Армейцы же тренировались по старинке.

Показала несколько упражнений на новых снарядах. О полноценной тренировке можно пока забыть. Стража будет глазеть и комментировать. И так стоят, скалятся. Все в лёгкой одежде. Точно, у них же с рассветом подъём и зарядка.

- Занятно, - капитан оценил новшество, - разрешите это использовать?

- Разумеется! - он что, думает, что это только для меня сделано? Да я не жадная. - Оно на вашей территории, тренируйтесь, когда хотите.

- Спасибо, Ваше величество. Сандрес, вперёд! - скомандовал он почти без паузы. На мою полосу препятствий вышел один из солдат. С первыми справился легко, хоть и замешкался на змейке. А на рукоходе заметно сдал. Всё-таки их мышцы не натренированы на нагрузки подобного вида. Мечом махать - пожалуйста, хоть сутки напролёт, а на руках ходить с подтягиванием уже проблема. Вслед за Сандерсом пошёл ещё один солдат, и ещё один. Чую, пока капитан всех не прогонит, снаряды не освободятся, и ажиотаж на пару дней обеспечен. Ладно, найду другое время для тренировок.

До завтрака ещё часа два, работать рано и лень, учиться лень, гулять по парку скучно. Что же делать? Решение пришло сразу, как открыла шкаф переодеться. У меня же потайной ход не хоженый! Вдруг, там нарыли ещё коридоров со времени нашего посещения? Стенка шкафа с трудом, но отодвинулась. Давно, очень давно её не открывали, каменные петли забились пылью, надо будет все выходы проверить и почистить.

Лампа освещала ход намного лучше свечи. Стала хорошо видна густая пыль на гладком полу и неровная кладка стен. У площадки-расширения хода до сих пор осталась горка расплавленного воска. Здесь мы дожидались ночи. Из любопытства заглянула в отверстия для подсматривания. Почти все оказались заштукатурены, в оставшихся увидела только часть комнаты около двери. Проверила, как открывается ход. Тоже с натугой и скрежетом. В шкафу, куда выходила потайная дверца, ровно и аккуратно висели камзолы, снизу - начищенные сапоги. Стало слегка завидно. У меня так висели только платья, которые я не надеваю. Всё остальное в художественном беспорядке, могло и по три рубаки на одних плечиках поверх брюк. Если бы не слуги, регулярно наводившие порядок в гардеробе, подбор комплектного костюма занимал бы продолжительное время.

Ещё один выход открывался в тронный зал как раз в стене сразу за троном. Прикрытый драпировками и маскирующийся под стенную панель, он мог бы быть удобным способом быстро и незаметно покинуть зал при покушении. Больше никаких новых ходов в пределах замка я не нашла. Остался только длинный спуск к реке, о котором говорил Первый.

Плавно изгибаясь, потайной ход широкой и крутой спиралью пролегал в недрах холма. Здесь каменная кладка замка сменилась обычным тоннелем, прорубленным в скале. Холм оказался не земляным, а цельным скальным массивом. Сколько же труда положено на создание хода!

Из-за равномерности и одинаковости тоннеля я едва не пропустила развилку. Левый проход через десятка два шагов стал более земляным, а ещё через несколько метров резко оборвался дырой в полу. Осторожно заглянув вниз, я увидела стремительно несущуюся воду. Выход должен был быть совсем близко, солнечные блики прыгали по волнам. Видимо, за много лет вода подмыла берег, и он сполз в реку, обрушив часть хода. Теперь этот выход стал для последнего отчаянного шанса - неизвестно, какая здесь глубина, и не разобьёт ли о камни бурная река. Забраться снизу крайне маловероятно. До воды метров пять, не меньше, и не думаю, что лаз легко увидеть в тёмном потолке грота.

Осторожно вернулась в основной тоннель и пошла по правому ответвлению. Первый говорил, что выход есть только к реке, значит, вырыли уже позже. Интересно, куда он ведёт? Ход стал пологим и прямым. Судя по реке, находился уже в самом подножии холма, примерно на одном уровне с городом. И направление, вроде, соответствует. Вот смеху-то будет, если выведет в спальню какого-нибудь княжеского особняка, облепивших холм.

Реальность оказалась намного прозаичней и непредсказуемой. Ход закончился в старом склепе в глубине заброшенного парка, разбитого на месте древнего кладбища. Когда-то оно располагалось за городской стеной, но со временем город разросся и поглотил его. Кладбище преобразовали в парк, оставив, впрочем, каменные домики склепов. И этот парк, пусть и неухоженный, крепко держал оборону против надвигающихся домов при вечном недостатке пространства.

Я, хоть и почти не знала столицу, но смогла сориентироваться. Очень удобное место для незаметных вылазок, почти середина второго кольца. Не верхний город, где праздно шатающихся немного и стража бдит. И не нижний, за третьим кольцом стен, переходящий в трущобы. А самая широкая часть, занятая средним классом. Здесь можно встретить всех, и нищего, и лорда, и это ни у кого не вызовет подозрений.

Вернулась я как раз к завтраку, потратив около полутора часов на исследования. Если идти быстрым шагом и не отвлекаться, то вниз идти примерно четверть часа, назад чуть больше. Значит. на прогулки по городу остаётся не так много времени. Днём я могу выделить максимум часа два так, чтобы отсутствие не стало заметным. Особенно когда вернётся отряд из приграничной долины. Эх, мне бы хоть на первый раз времени побольше! Найти интересные места и потом к ним ходить.

Подходящий момент выдался через несколько дней. Де Граф старший весьма быстро достал приглашения на бал и вместе с Лизой уехал после обеда. Ожидать их стоило ближе к полуночи, так что в моём распоряжении остался весь день.

Рассовав по карманам медную и серебряную мелочь и спрятав более солидную сумму в поясе, я вышла в город. Первым местом в списке значился какой-нибудь магазин одежды или портной, если готовым платьем тут не торгуют. Поношенным - сколько угодно, но секонд-хенд меня не прельщал.

Маленькая тесная лавка, куда зашла из-за вывески с ножницами и нитками на ней, оказалась чем-то средним между ателье и магазином. Всего за пару-тройку часов мне пообещали подогнать по размеру уже готовые заготовки.

Немного побродив по улицам, я вышла к рынку. Шопинг не числился в планах, так что предалась зырингу. Посмотреть было на что, особенно в рядах с сувенирами и безделушками. Неподалёку крутились карманники и беспризорники. За время, проведённое с бродячей труппой, я научилась их опознавать среди толпы. Они же не только лишали нас части заработка, так ещё и могли навлечь гнев стражи и публики, если те, вдруг, решат, что артисты с ними заодно.

Один из них, совсем мелкий, ещё ниже меня, неумело вытащил мешочек из моего кармана. Не удержалась, приобрела горстку разноцветных стекляшек и ссыпала их в местное подобие кошелька, чтобы не растерялись. И вот, на тебе, позарились.

Мальчишка, сделав своё воровское дело, сразу бросился наутёк, не удостоверившись, что его работу заметили. Учиться тебе, пацан, и учиться. Ведь так привлёк внимание, так бы может, и не стала преследовать ради пары медяков. Но убегают - надо догнать!

Пацан бегал быстро. Но я быстрее и ловчее. Люди едва успевали отшатнуться, и вслед неслась ругань от тех, кому отдавили ноги или толкнули. Были и подбадривающие крики, но кому предназначались, непонятно. То, что благородный подросток ловит воришку, окружающие понимали, но не мешали и не помогали. Неслись мы молча.

Погоня закончилась в удивительно тихом для близкого к рынку переулке. Наверно, тупиковом. Я схватила пацана и вывернула ему руку. И что дальше делать? Как-то при погоне об этом не задумывалась.

- Отпусти мелкого, - требовательный голос со стороны входа в проулок заставил обернуться.

Четверо. Двое примерно моего возраста, один чуть младше и один почти взрослый. Стоит в уверенной, расслабленной позе. Чует преимущество в силе. Драться бессмысленно, даже будь у меня с собой меч. А вот сбежать - запросто. Низкие балкончики с натянутыми между домами через улочку верёвками - несложная дорога для акробата.

- А то что? - чуть отхожу в сторону, не отпуская мальчишку. С этой позиции легче будет прыгать на балкон.

- Тогда бить не будем только заберём деньги, - сообщил старший, не меняя позы. Младшие несколько нервно переминаются и переглядываются. Не готовы они драться. Ситуация хоть и напоминала ту, в которой когда-то оказались вместе с Люси, но, тем не менее, отличалась в лучшую сторону. Не выглядит эта компания закоренелыми хулиганами. Встреть их на улице, посчитала бы курьерами или, вообще, командой Шерлока Холмса. А это идея!

- Встречное предложение. Заработать хотите? - я приветливо улыбнулась.

- Да мы и так как бы сейчас заработает, - вроде беспечно ответил старший, о позу слегка сменил. Заинтересовался.

- Получите четыре серебрушки и проблемы. Я ведь пожалуюсь, - а если всё-таки побьют, то и жаловаться не придётся. - А так предлагаю хоть и небольшой, но стабильный заработок.

- И какой же? - всё, парень готов.

- Пойдём какое-нибудь спокойное место, там поговорим.

Парень задумался. Оглядел своё воинство и немного неуверенно предложил.

- Можно в Чашку и Кружку. Там вроде нормально, вполне прилично.

- Веди, - я отпустила мальчишку, неподвижно стоявшего с завёрнутой рукой всё время переговоров. Освободившись, он подскочил к старшему и спрятался за ним от меня. Тот отвесил пацану подзатыльник и пошёл вперёд, указывая дорогу.

Чашка и Кружка, уютная таверна среднего класса, встретила запахами свежего хлеба и чего-то мясного. Мои сопровождающие блаженно принюхались и грустно вздохнули. Понятно, есть хочется, а денег нет. Вот и вышли на неотработанный промысел в виде кражи и попытки рэкета.

Мы прошли к большому столику у стены и расположились так, что становилось понятно - компании две: я и остальные. Впрочем, это легко можно определить и по внешнему виду. Моя одежда, хоть и максимально простая, сильно отличалась от таковой у моих собеседников. Вместо подавальщицы, оставшейся у стойки, к нам сразу подошёл сам хозяин. Согласна, сильно подозрительно выглядим, малолетка и какие-то бродяжки, и непонятно, есть ли у нас деньги.

- Дежурное блюдо всем и кувшин квасу сразу, - я положила серебряную монетку на стол и пододвинула её хозяину таверны. Это сразу примирило его с необычными посетителями, и через минуту квас принесла уже подавальщица.

- Теперь о работе, - я отпила квас из большой кружки, принесённой вместе с кувшином. Хлебный, с приятной кислинкой, если постоит денёк в тепле, то и захмелеть с него можно. - Это не криминал. То есть, воровать, проникать в дома или ещё что противозаконного не требуется. Также ничего вас ограничивающего.

- Что-то слишком сладко, - старший усмехнулся и тоже отпил квасу.

- Соглашусь. Мне этого просто не надо. Я хочу получать информацию.

- Стучать, что ли? - парень скривился. - Нет, на такое подписываться не будем.

- Стучат дятлы. Меня не интересует, кто кого ограбил, убил или ещё что. Для этого специальные службы имеются. Мне же хочется знать, что происходит в мире вообще.

- А мы-то тут причём? - удивление искреннее. И правда, откуда беспризорники могут такое знать?

- На вас особого внимания не обращают. Просто ходите по рынкам, слушайте слухи, сплетни. Где какой торговец пожалуется на разбойников на дороге, где крестьяне про урожай судачат или про поборы ругаются. В общем, всё вот такое, - я сама толком не знаю, что именно интересует. Если подумать, то всё подряд.

- И зачем вам это? - правильный вопрос. Редко кого из благородных подобное интересует просто так.

- Мне управлять довольно большим и разноплановым хозяйством.

Подавальщица принесла заказанную еду, что-то вроде овощного рагу с вкраплениями мяса. Пришлось сделать паузу, пока она не отошла.

- Но, хм... управляющие дают только официальные сведения, а их зачастую недостаточно для полного понимания.

- И вы думаете, все эти сплетни и разговоры помогут? - в голосе парня послышалась насмешка. Остальные в разговоре не участвовали, а теперь и вовсе усиленно работали ложками, предоставив все переговоры старшему.

- Попытка не пытка. Не помогут, буду искать другие способы, - я пожала плечами. - В любом случае, вы ничего не теряете.

Компания с сомнением переглянулась. Ясно, хотят обсудить предложение А ведь ещё не было и упоминания об оплате!

- Я отойду ненадолго. Не теряйте, - надо дать им немного времени, кажется, остальные не против, пусть сами уговаривают старшего.

Когда я вернулась через несколько минут, все тарелки уже опустели, а парень с деловым видом сообщил о согласии.

- Хорошо. У меня нет возможности часто выходить в город, тем более, в одиночку. Где-то раз в семь-десять дней. Платить буду серебрушку, плюс сверху, если новости интересные. Достоверность и важность оставляю на ваше усмотрение.

Глаза старшего блеснули. Конечно, почти четыре серебра в месяц практически ни за что! Мы обсудили некоторые детали о том, как мне дать знать, что я пришла за информацией, и где встречаться, и разошлись, довольные друг другом.

Только уже в замке пришла запоздалая мысль, что одно дело - просто ходить по городу, и совсем другое - иметь денежные отношения с сомнительной компанией. Тем более с тайными вылазками без подстраховки. Но эту мысль также легкомысленно загнала подальше. Ремису, как представился парень, невыгодно меня кидать. Да и не выглядит он со своими подопечными опасно. Оставшееся до возвращения карательного отряда время прошло быстро и плодотворно. Мои "осведомители" исправно снабжали слухами, сплетнями и новостями. Большая часть была для меня малополезна, но интересна в плане познания современного мира. Ребята оказались вполне нормальными и даже не успели плотно связаться с криминальным миром до того, как я их встретила. На третью или четвёртую встречу они поведали свою историю, которую, с небольшими вариациями, могли бы рассказать многие.

Ремис с младшим братом и сестрой жили во втором кольце с матерью. Отец не вернулся с очередной войны лет десять назад. Жили бедно, мать работала швеёй, Ремис бегал по мелким поручениям. Но этой зимой в тканях купцы привезли какую-то хворь, и дети остались одни. Заработка старшего не хватало, стали продавать вещи, а месяц назад хозяин дома их выставил на улицу за неуплату. Когда я их встретила, они уже некоторое время жили в заброшенном доме, где и познакомились с ещё двумя членами "банды". Та попытка ограбления была одной из первых и на моё предложение согласились бы и на меньшую сумму. Встречалась я с ними раз в неделю, так отработав передвижение, что время отсутствия редко превышало час.

Де Граф-старший ещё раз свозил Люсьенду на бал, и девушка готовилась к третьему. Я в свободное время разрабатывала планы различных реформ и введения социальных объектов, таких, как государственные школы, больницы, приюты и тому подобное. В общем, если не считать тайные вылазки в город, вела себя как примерный монарх, заботящийся о народе.

Глава 17.

- Едут! Едут! - крики дозорного вывели меня из задумчивости. Погода с утра пакостная, почти постоянный мелкий дождь вроде и незаметен, а промокаешь. Гулять или выходить в город по такому дождю не тянуло. Работать лень. Де Граф опять увёз Люси на бал, так бы в башни, может, сыграли. У Саши урок языка, пару часов будет занят. А то могли бы развлечься. Рыбу в пруду половить, в салки по замку побегать или гитарно-клавесинный концерт погорланить.

- Кто едет? - я свесилась через перила галереи. Внизу уже суетились слуги и расслабившиеся от отсутствия непосредственного начальства солдаты.

- Господа возвращаются!

Как я по ним всем соскучилась! Год не видела, потом всего два дня мельком и в спешке, и опять расставание на два месяца. И всё это время подсознательно волновалась, как они там? Не на прогулку ведь уехали, воевать.

Усталый отряд въехал в ворота замка. Дорожная пыль, смешавшись с дождём, покрывала людей и лошадей грязью. Ямашинально пересчитала солдат. Не все. Почти десятка не хватает, но те, кого ждала я, уже спешивались у крыльца. Целые. Устало-довольные. Но сквозь довольство проступала уверенность, что этот выезд далеко не последний, и дальше будет всё намного серьёзней.

После ужина Эрик, избегая подробностей, рассказал, что произошло в долине. Там, в описанном Сашей лагере, обосновались адепты Хаоса. Хорошо так, основательно, много лет хозяйничали. Теперь их лагерь не существует, а место призыва качественно уничтожено и перепахано. Для создания нового потребуется минимум год, ведь они использовали магию маор, основанную на свойствах определённого минерала. Слишком долго и сложно выкладывать новую печать призыва. Хоть основная верхушка смогла ускользнуть, сам Орден потерпел значительное поражение, и не скоро восстановится. Оставшиеся в живых на предварительном допросе показали, что целью призывов являлась я. Вернее, та часть души, что принадлежала Первому и перерождалась. О цели можно и не спрашивать, у адептов Хаоса она одна. Освобождение Повелителя и старый-добрый захват мира.

Больше Эрик не рассказал, но и этого вполне достаточно для понимания, что грядут серьёзные проблемы. Не только мне лично. Всему миру. Ну, или для начала Анремару. Ведь этот самый Повелитель в прошлый раз хорошо порезвился на всём континенте, не особо делая различий между народами. Но жизнь продолжается, и у нас она тоже вошла в привычную колею.

- Пятнадцать... четырнадцать...

Де Граф зашёл в мой кабинет, на несколько мгновений замер у порога, оценивая увиденное, и прошёл на своё обычное место у шкафа.

- Тринадцать... Добрый день, вам что-то срочное?

- Подписать бумаги. Но это подождёт, продолжайте.

- Двенадцать... - я отжималась от пола, отсчитывая оставшиеся разы. Крис де Вен сидел на диване, положив ноги мне между лопаток для усложнения.

- Пятнадцать, - невозмутимо поправил он, не отрываясь от чтения записей моих планов на реформы и соц. защиту.

- Почему пятнадцать?! Было уже двенадцать! - я возмущённо воскликнула, лёжа на полу, воспользовавшись моментом отдохнуть.

- Не надо халтурить.

- Ссс... садист! Пятнадцать... - я продолжила отжиматься.

- Гвенио, ты послушай: "возчикам следует придерживаться правой стороны обочины, дабы освободить центр дороги для более быстрых карет и верховых. Разъезд осуществляется левыми сторонами во избежание столкновений". Как тебе?

Добрался до ПДД в средневековой адаптации. Реально, надоели эти ездуны, как хотят, так и прут. Дня не проходит, чтобы кого-нибудь не зашибли или не столкнулись.

- Занятно. Что это?

Крис перелистнул на несколько страниц назад, к названию.

- Проект организации дорожного и уличного движения в городах и крупных поселениях.

- Два... Один... Всё, бобик сдох! - я закончила, наконец, отжиматься и, буквально, рухнула на пол на еле шевелящихся руках.

- Что-то вы расслабились, раньше в два-три раза больше делали, - заметил Крис.

- Раньше на меня ноги не ставили! - возмущённо прошипела, не торопясь вставать.

- Моё упущение.

- Господа, уже ужин накрывают! - в кабинет с приятным известием вошёл Эрик. Принцип подавать обед по времени, а не когда господа вспомнят и прикажут, укоренился, но обычно о том, что пора подходить к столовой, сообщали слуги. Эрик оглядел композицию и с умеренным любопытством поинтересовался - И что здесь произошло?

- Бобик сдох, - без эмоционально ответил де Граф. Я сдавленно хрюкнула, еле удержав смех. Скинула ноги Криса со спины и села на полу.

- Эрик, будь другом, прибей этого садиста, - бесцеремонно указала на блондина, перелистнувшего очередную страницу проекта ПДД. - Я в тебя верю, ты сможешь!

Крис с Эриком переглянулись. В глазах у де Вена я увидела заинтересованное раздумье, у Эрика - сомнение.

- А я тебе в больницу мандарины носить буду, - как можно невинней продолжила. - Ты ведь любишь мандарины?

- Можно, я подумаю над вашим предложением? - Эрик помог подняться. Вроде только отжималась, а устали ещё и ноги.

- Можно. Так что там с ужином?

Хоть почти все жили в замке по своему собственному расписанию, иной раз перекусывая около полуночи и пропуская завтрак, но всё равно старались собираться вместе на основные приёмы пищи. Обычно вчетвером. Пока дошли до обеденного зала, пока слуги разложили еду, руки слегка отдохнули. И решили, что на сегодня план по движению выполнили. Нет, они поднимались, правда, невысоко, как-то двигались и жутко дрожали. Наплевав на этикет, переложила вилку в правую руку, а левой помогала куском хлеба. Есть-то хочется!

- Кажется, перестарался, - прокомментировал Крис, глядя, как я воюю с куском мяса. За этим процессом с интересом и каким-то умилением наблюдали и остальные.

- Нашли развлечение, - тихо, себе под нос пробурчала, снова подцепляя упавший на тарелку кусок.

- Может, сегодня? - Эрик вопросительно поглядел на Криса.

- Почему бы и нет? Через час на плацу.

В назначенное время на плацу собралось довольно много народу. Не обращая на зевак внимания, оба мужчины приготовились к поединку. Эрик небрежно набросил свою куртку на перекладину заборчика рядом с аккуратно повешенными плащом и жилеткой де Вена. Ножны оба так же сняли. Обычно распущенную гриву Крис заплёл в толстую косу.

Бой начался. Они не стали прощупывать друг друга, как часто делают малознакомые противники. Поначалу не быстрый темп по мере разогрева всё увеличивался. Я уже не всегда успевала заметить движения, а если успевала, то не сразу осознавала. Бой больше походил на танец двух юрких хищников. Белоснежный соболь против рыжей куницы. Как заворожённая я с наслаждением следила за этим танцем.

- Как вам? - голос де Графа справа заставил слегка отвлечься.

- Это потрясающе! - восторженно и негромко, чтобы не мешать танцорам, ответила я, не отводя глаз от боя.

- Недаром Эрика считают лучшим мечником Анремара. Жаль, они редко в полную силу сражаются.

Неравномерный звон металл на плацу прекратился. Поединщики кружили вокруг друг друга, выжидая момента вновь напасть. На светлых рубахах у обоих проступили серые разводы.

- Если Эрик лучший воин, то Крис?.. - с моей точки зрения, ни один ещё не получил преимущества. Оба казались равными по умению.

- Де Вен не воин, - другой де Граф вступил в разговор с другой стороны. - Он великолепный поединщик, но в бою совершенно не отслеживает окружение.

- Что не мешает ему быть непревзойдённым учителем, - заметил де Граф-младший. - Эрик уже много лет пытается его победить. Превзойти, так сказать, учителя.

- Он что, у Криса учился?

Двое на плацу опять сошлись. Теперь я обратила внимание на похожий стиль боя. Либо учились у одного мастера, либо и вправду, ученик с учителем. Вот только, не зная, сказать, кто из них кто, я бы не смогла.

- Да, он один из его последних учеников. Жаль, де Вен перестал обучать. Говорит, что нет достойных, - де Граф-старший вздохнул. - Хотя он прав. Не все его выдерживают.

- Э?.. - я не поняла! А какого он тогда со мной возится? Развлекается со скуки, что ли?

- Учит он жёстко, но эффективно, - добавил мой советник. - Бобик не один раз сдохнет.

Я не стала на это отвечать. Смешно им. А вот возьму, и назло всем буду тренироваться всерьёз! Наизнанку вывернусь. И пусть мне светит максимум уровень весьма среднего воина, и то ладно. Всё равно война и махание мечом не женское дело.

Бой, тем временем, закончился. Только что сверкал металл в лучах заходящего солнца, как, вдруг, поединщики застыли неподвижными статуями. Клинок де Вена упирался кончиком в ярёмную впадину Эрика. Вот, что значит, профессионал - ещё чуть-чуть и точно гостинцы в лазарет носить бы пришлось.

Зевак сразу как ветром сдуло, стоило только мужчинам поблагодарить друг друга за бой. Довольно улыбаясь, они подошли к нам забрать вещи. Я молча протянула Эрику предусмотрительно прихваченную мандаринку.

- Понравилось? - Крис перекинул через руку свой неизменный плащ-мантию.

- Очень! - можно и не отвечать, уверена, на лице всё написано.

- Тогда жду завтра в шесть утра здесь.

В голове пронеслись моменты прежних с ним тренировок, помноженные по сложности на три, недавние отжимания и некоторые моменты только что увиденного боя.

- А можно, я схожу, повешаюсь? - голос прозвучал на удивление жалобно.

- Уже запугали? - Крис обиженно посмотрел на обоих де Графов, и опять повернулся ко мне. - Можно. Но завтра жду на тренировку.

Стоит ли говорить, что опасения сбылись? Крис, будто успокоенный близостью целителей, гонял в хвост и гриву. Если бы не предыдущая практика, даже не знаю, что со мной было бы. И без того на завтраке порадовала своих мужчин уже не видом запойного алкоголика с трясущимися руками, а качественного паралитика. Всё. Пока не приду в форму, есть буду у себя или на кухне. По собачьи, прямо из тарелки.

Немного отдохнув, перешла в свой кабинет. Дела-то никто не отменял, пусть и малые, но раз уж взялась, надо идти до конца. Принцип у меня такой проблемный. Потому и крайне редко и неохотно что-либо обещаю. Ведь тогда сдохну, но сделаю.

На углу стола лежало несколько бумаг, точно не из моей стопки дел. Вчера де Граф принёс на подпись, да позабыл в процессе любования издевательств над моей тушкой. Надо бы вернуть. Я их подписала и пошла в кабинет к лорду-защитнику. "Надо всё-таки завести секретаря. Или курьера, чтобы не бегать туда-сюда", - в очередной раз подумала, стуча в массивную дверь.

Де Граф сидел за столом и читал знакомую тетрадку из моих проектов. Я отдала документы и собралась уходить, когда он окликнул.

- Тено, вы это сами придумали? - мужчина поднял тетрадку, чтобы было понятно, о чём речь.

- Нет, это адаптация из моего мира, что смогла вспомнить, - честно призналась и добавила. - Правда, бесполезная.

- Почему же?

- Всё это требует серьёзных денежных вложений и последующих вливаний. А у нас в казне скоро мышь повесится.

Истинная правда. Недавно пролистала сводки по налогам и расходам. Денег хватало ровно на поддержание штанов. Что-то серьёзное Империя сейчас не выдержит. Даже совестно стало о затратах на гитару. Хоть и мелочь в масштабах бюджета страны, но мелочь полезная. И слуг-то в замке, оказывается, не было не потому, что "и так справляются", а из-за режима строжайшей экономии. Коронных крестьян к этому делу особо не приставишь, разве что разными поломойками, но и их тоже надо кормить и одевать. И не просто одевать, а, чтобы не посрамили Императора, служа в обносках.

Я-то сначала думала, что это нормально, что первый советник выполняет ещё и обязанности дворецкого, то есть управляет замковым хозяйством и прислугой кроме непосредственно советов по руководству страной, но и тут вылезли уши пустой казны. Но ведь Сорок Первый как-то умудрялся находить средства на пиры и развлечения!

- Раз вы об этом заговорили... - с какой-то странной интонацией протянул де Граф. У меня появилось нехорошее предчувствие.

- Мой отец сейчас проверяет кандидатов на пост казначея. Но до назначения на должность вам хотелось бы иметь более полное представление о финансовом положении, не так ли?

Интуиция завопила "беги, беги, пока ничего не предложил!", но я осталась на месте.

- Вы правы. Существующие отчёты только указывают на сильную недостачу, но не её причины.

- У вас хорошие способности к счёту и анализу, вы не откажетесь провести инспекцию?

Всё. Предложение озвучено, бежать поздно. Да и не хочется. Мне в этом неправильном средневековье не хватает информационной нагрузки, оттого и от работы не особо отлыниваю, и чуть ли не половину библиотеки уже прочитала. Хотя она здесь достаточно большая. Согласие де Граф получил сразу же, но надо поколебаться, пусть поуговаривает.

- Я же не экономист, финансы не моя сфера деятельности.

- Я помню, вы нашли растрату в своей компании, - напомнил князь.

- Сравнили! Или фирма на пятнадцать человек, включая курьера и уборщицу, или целая империя! Тут полгода сидеть. И мне нужны будут отчёты за несколько лет. Причём не только финансовые.

- Это можно расценивать, как согласие?

Вот, зараза. Я думала ещё немного поломаться, но дипломатия не мой конёк. Сразу выдала себя с головой. Но, кажется, не я одна была уверена в положительном ответе. Весьма толстаяпапка будто ждала этого момента в ящике стола. Я её приняла, и, изучая содержимое на ходу, направилась к себе. Не дойдя пару шагов, развернулась, и вернулась к де Графу выяснить один момент. Снова ушла. Вернулась через минуту, даже не успела сесть за свой стол. Не став рисковать в третий раз, формально спросила разрешения и оккупировала диван.

На следующий день бумаги с дивана непостижимым образом переползли на пол. На третий день они расползлись по всему кабинету, а де Граф также незаметно присоединился к изучению документов на пушистом ковре. Сначала ответил на один вопрос, потом на второй, затем нашёл и подал нужную бумагу, потом, заинтересовавшись промежуточным результатом, присел рядом да так и остался. Вдвоём дело пошло быстрее.

Наконец, через несколько дней свели результаты в один список.

- И что с этим делать? - несмотря на то, что сама всё пересчитала не один раз, масштабы воровства ужасали настолько, что просто не верилось.

- Выставить всех вон! И казнить, чтобы неповадно было.

- Может, всех не надо? Пока новых наберём, такой бардак начнётся, что это, - я потрясла листком со списком, - покажется детскими шалостями.

Глава 18.

Я стояла у окна и смотрела, как ветер пытается сорвать простыню с крыши высокого дома. Но тот, кто её там оставил, крепко привязал полотно. Кому это понадобилось? Сушить после стирки так неудобно, и крыша грязная. Разве, сигнал кому подать.

Точно! Сигнал! За четыре месяца совсем забыла, что именно так условились с Ремисом сообщать мне, что у пацанов появилась важная и срочная информация. Время до завтрака ещё есть. Как раз около часа, должно хватить.

Со словами "вам это надо самому увидеть" Стефан, младший брат Ремиса по прозвищу Мелкий, повёл в нижний город. От центральной улицы отошли совсем недалеко, но город изменился. Здесь было грязно, тесно, темно. Дома жались друг к другу, иной раз между ними оставалась лишь узкий, на одного человека проход, и, нередко, прохода совсем не оставляли и два дома имели общую стену. В таких случаях выйти на условно параллельную улицу можно только обойдя половину квартала. Вторые этажи нависали над первыми, забирая солнечный свет у улиц и, казалось, что жильцы, если постараются, смогут пожать друг другу руки через открытые окна.

Мелкий привёл в одноэтажную халупу, не снесённую по какому-то недоразумению. Внутри, во второй комнате, на кровати, застеленной давно не стиранным бельём, сидя спал мальчик лет десяти. По нему сразу было видно - он не принадлежит этому месту. Слишком ухоженный, в добротной и богатой одежде. Даже не простой горожанин, минимум из купечества, а то и из младшего дворянства.

- Мы его ночью подобрали, - тихо сказал Ремис, встретивший нас в доме.

- Так отвели бы к страже. Видно же, что домашний мальчик.

- Он упирался и кричал, что домой не вернётся. И, посмотрите, - Ремис осторожно, стараясь не разбудить, завернул широкую манжету сюртучка. На тонкой ручке явственно проступали синяки, повторяющие расположение пальцев, будто кто-то слишком крепко схватил мальчика. Такие синяки просто так не остаются.

- На другой руке тоже есть, - подтвердил догадку Ремис.

- Он что-нибудь сказал? - я осматривала ребёнка, пытаясь понять, откуда он. Будить не хотела.

- Нет. Даже имени не узнали. У него на сюртуке герб, - подсказал парень.

На вышитом гербе упитанный кабанчик бодро бежал по короткой травке, а сверху в него метила стрела из натянутого лука. Окантовка показала, что это герб даже не младшего, а среднего дворянства. Так, всех маркизов и эрлов я не знаю, их на порядок больше герцогов и они не входили в обязательное изучение гербов и фамилий. Но можно посмотреть в геральдической книге.

И что мне с ним делать? Домой он не хочет. Почему - понятно. Я тоже не хочу его возвращать, пока не выяснится, кто синяки поставил, и ограничился ли ими. Идти с ним в замок через весь город чревато. Наверняка уже ищут

- Так, - я приняла решение. - Я вернусь часа через два с сопровождением. Как-нибудь привлеките внимание, чтобы прийти сюда за вами выглядело естественно. Нам же не нужна огласка?

В замке уже привычно и обыденно подошла к начальнику стражи с просьбой об эскорте. Из замка я выезжала примерно раз в неделю, иногда походить по лавкам, иногда просто верхом поноситься по пригородным лугам. Поэтому капитан ничуть не удивился, однако вместо привычной пары свободной от дежурства, к воротам вышел Эрик.

- Вы не будете против, если я составлю вам компанию?

Мысли панически заметались. Одно дело дурить головы солдатам, пусть и элитного гвардейского отряда, и совсем другое - делать то же самое с близким другом.

- Конечно же нет! - справившись с волнением, ответила с радостной улыбкой. - В конце концов, это ведь ты официальный телохранитель и сопровождающий?

Сознательно пустила шпильку в сторону парня. За всё время, что провела в этом мире, свои прямые обязанности Эрик исполнил считанное количество раз. И эти разы можно посчитать на пальцах одной руки, и ещё свободные останутся. Всё остальное время я была либо с Крисом, либо с де Графом, а то и вовсе, сама по себе.

Лошади бодро цокали копытами по серпантину дороги. После первого поворота Эрик нарушил молчание.

- Тено, а куда едем?

Собираясь с духом, я поправила рукоять меча, расстегнула и снова застегнула пуговичку на рукаве.

- Эрик, пообещай, пожалуйста, что без необходимости не будешь рассказывать, - как я не старалась, жалобные интонации всё равно проявились.

- О чём именно? - парень подобрался и посерьёзнел.

- Сам поймёшь. Я так не могу объяснить.

- Это что-то серьёзное? Вы во что-то впутались?

- Нет, - я улыбнулась, чувствуя искреннее беспокойство. - Просто не думаю, что... они одобрят, - кто "они" не стала уточнять. И так понятно.

- Хорошо, обещаю, - после недолгого раздумья согласился Эрик. - Но я бы и так не стал бы рассказывать, - продолжил он с обидой в голосе.

- Я знаю. Но мне так спокойней.

Мы молча въехали в город и добрались до рынка, где назначена "внезапная" встреча. Как здесь принято, на саму рыночную площадь не въезжали, пришлось спешиться и вести коней в поводу. Эрик двигался слегка позади. В первой половине буднего дня людей вокруг было немного, но и они могли затруднить работу телохранителя. А мы ещё и выделялись среди них более дорогой одеждой и общим видом. Хотя, максимум, что здесь грозит, так быть ограбленным.

У овощного ларька я встретилась взглядом с Мелким и слегка прикрыла глаза, как бы сообщая, что он может начинать. Интересно, что они придумали?

Мелкий пакостно улыбнулся во весь рот. Через несколько мгновений в Эрика полетели подгнившие помидоры. К чести хулиганов, кидали они метко и в основном по тем местам, откуда легко оттереть, например, в ножны меча или кожаную перевязь. А что сок разбрызгался и по другим частям, так никто не говорил, что будет легко. В довершении этого, чтобы благородные наверняка прониклись, Мелкий продемонстрировал неприличный жест и, не особо торопясь, потрусил прочь. Его подельники скрылись из виду, словно их никогда и не было.

- За ним! - я указала Эрику на Мелкого и схватила повод второй лошади. Пешком в людском потоке преследовать легче. Эрик понятливо кивнул тоже на бегу. Надеюсь, догадается не ловить всерьёз.

Выбравшись из оживлённой нежданым развлечением толпы, я села верхом и, ведя в поводу вторую лошадь, не сильно быстро направилась в переулок, куда Мелкий увёл за собой Эрика. На удивление мои босяки приготовили целый спектакль. Пацан позволил себя схватить почти у самого дома и теперь слёзно просил прощения и предлагал оттереть помидорные следы.

- Ну отпустите, благородный господин, я же не со зла, - он ныл, изворачиваясь в крепко держащей руке. - Давайте, мамка отмоет, мы вот туточки как раз живём. Простите пожааалуйста!

Эрик молча ждал, пока я приближусь. Я спешилась и вручила поводья лошадей выскочившему из дома мальчишке. Всё время забываю, как его зовут.

- Пошли, - указала на дом. Мелкий перестал блажить и послушно шёл следом. Ещё бы не шёл, Эрик ведь соизволил отпустить только оказавшись внутри. Сразу прошла в нужную комнату. Телохранитель, чуть напряжённо, на полшага позади.

- Вон, посмотри, - кивнула на спящего мальчика. Теперь он нормально лежал, обнимая тощую подушку. Сюртук висел рядом на спинке стула. Эрик без слов принялся его осматривать.

- До сих пор спит? - тихо спросила у почтительно вставшего Ремиса.

- Пришлось дать успокоительный настой, - виновато признался парень. - Сильно плакать стал.

- Маркиз де Байзон? И как он тут оказался? - Эрик сразу по гербу определил принадлежность роду.

- Сбежал. Ребята подобрали, - я махнула рукой в сторону двери, прогоняя оттуда любопытствующие мордашки.

- Сбежал... - Эрик осмотрел синяки на руках, больше не прикрытые рукавами сюртука. Тонкая ткань легко задралась чуть выше локтей.

- И что вы собирались с ним сделать?

- Привезти в замок, - на этих словах Ремис, стоящий неподалёку как-то странно на меня посмотрел. - Там выяснить, кто его так. А дальше по ситуации.

- Эх, ребёнок, - Эрик потрепал меня по голове, взъерошив волосы. Переобщался с некоторыми! Но он него такое слышать совсем не обидно, скорее, наоборот. Словно старший брат к младшему, когда тот нашкодил и прибежал просить прикрыть от гнева мамки.

- Его ведь должны искать, нашли бы.

- Да, и вернули домой. Эрик, от хорошей жизни не бегают. Не в его возрасте. К тому же такие синяки просто так не появляются.

- Не ищут его, - вставил слово Ремис. - Стража точно нет. Только частные.

- Вот видишь, ещё и огласки не хотят.

Мальчишка всё-таки проснулся. Испуганно сел, сжавшись в комочек, и уставился на нас большими карими глазами.

- Как вас зовут, молодой человек? - как можно доброжелательно и вежливо спросил Эрик.

- Я не вернусь домой!

- Как скажете, - согласился Эрик, - но, всё же, как вас зовут?

- Марлон, - буркнул мальчишка.

- Позвольте представить вам, Владо де Самон, - Эрик церемониально указал на меня, используя мужской вариант моего имени. Я поклонилась согласно этикета как старший младшему по статусу. - Любезно предлагает вам погостить несколько дней в имении.

- Но... я... - мальчик не знал, что ответить. В его возрасте всё решают за него, а тут ожидался его ответ.

Я как-бы невзначай заметила.

- Там щенок тагорского волкодава скучает...

Всё, малыш попал. Крупные, невероятно пушисто-мохнатые, они даже во взрослом возрасте вызывают желание обнять и тискать.

- Хорошо. Я принимаю предложение погостить, - вежливо и этикетно-протоколько ответил Марлон. Это прозвучало настолько естественно, что я позавидовала. Мне до такой лёгкости ещё тренироваться и тренироваться. - Позвольте узнать ваше имя?

- Эрик Торнгейм к вашим услугам, - Эрик тоже исполнил поклон, только уже как равный. Ну да, хоть и не знатный, по статусу повыше многих будет. А с пацаном сейчас нужно поаккуратней, не порвать появившееся хрупкое доверие.

Услыша имя, Ремис с шоком в глазах уставился на меня. Кажется, моё инкогнито окончательно раскрыто. Жаль. Надеюсь, никому не разболтает. Не хочу искать других сборщиков слухов.

Эрик помог Марлону надеть сюртук, и мы вдвоём вышли из дома. Я ненадолго задержалась положить толстый мешочек с монетами, в основном медными, на стол. Треть золотого - приличная сумма.

- Ваше величество? - неуверенно, как бы уточняя, спросил Ремис.

- Не советую распространяться, - настойчиво посоветовала, глядя ему в глаза. - И про сегодня лучше забыть. Всем.

Ремис согласно кивнул, явно готовый сорваться в поясной поклон.

- Через несколько дней приду за новой порцией слухов. Не расслабляйтесь, - через плечо бросила уже в дверях.

Эрик ожидал в седле, посадив мальчика впереди себя. Я одним плавным движением оседлала своего жеребца.

- Потом всё расскажу, - пообещала в ответ на невысказанный вопрос.

- Марлон де Байзон, девять лет, младший сын и наследник маркиза де Байзон, - докладывал де Граф старший известные ему сведения о нашем госте. Мальчика уже осмотрел целитель и ждал своей очереди на доклад. - Старший, двадцать восемь лет, является признанным бастардом. Мать Марлона умерла вскоре после родов и маркиз женился на матери старшего сына. На данный момент он сам уже месяц находится на службе в дальнем гарнизоне. Срочный вызов уже послали. Прибытие ожидается через пять-шесть дней.

Слово взял целитель.

- На теле мальчика многочисленные повреждения и гематомы. Есть плохо сросшийся перелом запястья, медицинскую помощь оказывали непрофессионально или её совсем не было. Повреждения характерные для ударов как руками, так и другими предметами вроде ремня или палки. Судя по состоянию, избиения продолжались длительное время, но в последние пару декад активность увеличилась.

- Глава семьи уехал, вот и разошлись, - прокомментировал Крис. Целитель ещё что-то говорил, но я не слушала, зло ощипывая письменное перо. Произошедшее с Марлоном вытащило из глубин памяти не самые приятные воспоминания. Целитель закончил, положил письменный экземпляр доклада на стол и удалилась. В кабинете повисла тяжёлая тишина.

- И что, он никому не жаловался? - недоумённо спросил Эрик, ни к кому конкретно не обращаясь.

- А кому? - от пера остался один остов, и теперь я терзала его. - К тому же это не так легко, как кажется. Особенно, если это кто из близких.

В кабинете опять стало тихо. Примерно через минуту Крис осторожно спросил:

- И что вы сделали?

Прошло ещё с десяток секунд.

- Ушла. Как только школу закончила, - останки пера упали поверх неаккуратной кучки мусора. Я решительно смахнула всё в корзину под столом. - Так что с Марлоном делать?

Мужчины переглянулись. Слово взял де Граф-младший.

- Его отцу послали вестника. Пока мальчик может пожить здесь. Мачехе ещё не сообщали.

- Может, и не стоит, - добавил Крис. - Наиболее вероятно, это её рук дело. И её сына.

- Ревнуют к младшему? - уточнила я.

- Скорее, к наследству, - блондин покачал головой. - До его рождения всё получал старший, но с появлением законного наследника, бастард, хоть и признанный, остаётся ни с чем.

Меньше, чем через неделю приехал отец Марлона. Не заезжая домой, как был в дорожной пыли и на усталой лошади, так и появился во дворе замка. Ещё через несколько дней я узнала, что его жена со старшим сыном спешно покинула столицу, уехав в глухую деревню в их наделе. Разводы в Анремаре среди знати почти не практиковались.

Глава 19.

Маленький щуплый человечек, заметно нервничая, заканчивал доклад. Пылинки, сверкая в лучах солнца, ложились на пустые стулья. В кабинете министров, рассчитанном человек на двадцать, находилось всего пятеро. Я во главе стола, де Граф, как лорд-защитник по правую руку, де Вен, как первый советник по левую. Эрик застыл статуей за моей спиной. Докладчик, недавно назначенный казначей, стоял с другой стороны стола. За короткое время он выполнил огромную работу, сведя в один список все расходы с точностью до серебрушки. И они несколько превышали доходы, грозя в скором времени оставить казну без средств. От того и нервничал казначей - предыдущий император не жаловал приносящих плохие вести.

- Спасибо, - прозвучало как положено, нейтрально-вежливо. - Оставьте этот список, и, если возможно, подготовьте такой же по доходам. Какие-нибудь вопросы есть? - я посмотрела на своих советников. Молчат. - Тогда можете быть свободны.

Казначей удалился. Эрик ожил и поднёс оставленные бумаги. Надо разбираться, какие расходы завышены и реальны ли. Первым делом нашла заинтересовавшую ещё в докладе строчку. Тогда не стала прерывать и спрашивать, но сейчас здесь все свои.

- Содержание дворца, солидная сумма. А вот тут содержание замка, сумма близкая. Это же не одно и то же?

- Дворец? - переспросил Крис. - Наверно, это Лесной каприз. Сорок Первый лет шестьдесят или семьдесят назад построил его для балов и приёмов. Замок, как вы сами понимаете, не очень удобен для регулярного подобного использования.

Де Граф перебрал стопку бумаги и взял один лист, с подробностями по дворцу.

- Судя по расходам, там до сих пор полный штат и ежемесячные балы.

- Но ведь Сорок Первый последний год им не пользовался, - Крис недоумённо взял у князя документ. - А мы тем более.

- А давайте, мы туда съездим и сами посмотрим, что там. Этот дворец далеко? - сидеть в замке надоело, к тому же интересно посмотреть на настоящий дворец.

- До Каприза часа три в карете, - заметил блондин. - Если сейчас выехать, вернёмся поздно вечером. Или там можно будет переночевать.

Верхом доскакали меньше, чем за два часа. Уже на подъезде стало понятно, что кто-то серьёзно греет руки на содержании Лесного каприза. Широкая утоптанная дорога местами подёрнулась нетронутой травой. Кусты по краям неровно разрослись, не давая свернуть в лес. Дорога сделала крутой зигзаг, внезапно выведший почти к самым воротам.

Я натянула поводья и восхищённо застыла. Архитектор сумел вписать дворец в лесной массив так, что здание не выглядело чужеродным. Стены украшены изящными колоннами, придающими им воздушности. Раскиданные в тщательно продуманном беспорядке ажурные башенки на крыше делали дворец продолжением лесного массива. представляясь стволами гигантских деревьев. Восторг не смогли уменьшить ни запущенные кусты, ни покрывшийся зелёными пятнами кованый забор, ни нестриженный газон.

Сразу за воротами дорога вымощена тщательно подогнанными каменными плитками, но и сквозь узкие щели кое-где проглядывала настырная травка и сбивался в кучки мелкий мусор, нанесённый шаловливым ветром. Мы подъехали к крыльцу, у которого неторопливо работал метлой пожилой человек. При виде нас он сначала напрягся, но, разглядев цвета и самих визитёров, почтительно поклонился в пояс.

- Ты здесь смотритель? - холодно спросил де Граф сверху-вниз. Никто из нас спешиваться не торопился.

- Да, господин. И сторож, и смотритель, и садовник. Всё я, - почтительно ответил старик, разгибаясь.

- Кто ещё есть?

- Жена моя, да два внука помогают.

- Занятно, - де Граф оглядел оставшийся за спиной проезд и соскочил с коня. - Мы здесь осмотримся. Можно не сопровождать.

- Да, господин, как скажете, господин, - засуетился старик, принимая поводья. Откуда-то сбоку подбежал молодой человек, видимо, упомянутый внук и принял остальных лошадей.

Внутри дворца царили тишина и пыль. Такую махину просто нереально содержать в чистоте вчетвером. Хотя, в замке тоже не видела толп слуг, но пыль и грязь не встречались. Огромные окна пропускали достаточно света, чтобы в немногочисленных коридорах обходиться без светильников. Мы шли по анфиладе залов под негромкие комментарии Криса, хорошо знакомого с планировкой дворца.

- Большой бальный зал.

Огромные люстры под потолком. Когда-то натёртый до зеркального блеска паркет, небольшие банкетки у стен, накрытые чехлами.

- Малый банкетный.

Большая, красивая столовая с изящными столиками и такими же стульями. При желании можно расставить их в любой конфигурации.

- Зелёная гостиная и музыкальный кабинет.

Со вкусом обставленная зала радовала глаз оттенками зелёного, от нежно изумрудного до тёмного цвета еловой хвои. Диванчики, банкетки, стулья - всё на любой вкус и нежность седалища. Несколько столиков для разных игр. Гостиная плавно переходила в музыкальный кабинет, мало отличающийся от такового в замке.

- Голубиная галерея.

Необычное название привлекло внимание и заставило тщательней присмотреться к обстановке. Вроде нет ничего такого, что могло привести к птичьему названию, и цвета пастельных тонов никак не ассоциировались с этими сизыми летающими крысами. Картины в простенках между окнами изображали юношей и девушек в фривольных и двусмысленных позах, но находились в рамках приличия. Противоположная стена почти полностью задрапирована плотными портьерами.

- За каждой из них, - Крис отодвинул одну из портьер, - небольшая ниша. Во время балов и приёмов почти во всех можно было встретить парочку. Как голуби на крыше, всю галерею занимали, - с явным неодобрением пояснил блондин. - Иные и на подоконниках пристраивались.

Я заглянула внутрь. Небольшая, но с на вид удобным широким диванчиком, крошечным столиком и лампой-бра на стене. Всё для удобства преданию разврату. Подоконники тоже широкие и закрывались длинными шторами.

- Предыдущий император со свитой не отличался чистотой нравов, - осуждающе прокомментировал де Граф. Я согласно кивнула, вспомнив статую, обнаруженную в спальне в самый первый день и инцидент с представителем свиты Сорок первого в первый месяц моего пребывания в Анремаре.

Галерея закончилась большим холлом с лестницей на второй этаж, выходом во двор с парком и несколькими дверьми.

- Розовая гостиная, - Крис указал на дверь рядом с галереей. - Из неё проход в малый банкетный. Дуэльный зал, - мужчина распахнул большие двустворчатые двери, ведущие в круглое помещение. Пол широкими ступенями понижался к центру, образуя своеобразную арену, огороженную низким барьером и засыпанную мелким песком.

- Редкий бал или приём обходился без пары дуэлей. Насмерть сражались редко, но крови здесь пролилось очень много.

- Ну да, - я не удержалась от комментария, пробурчав его себе под нос, - прошёл раз по голубиной галерее и получи с десяток поводов на защиту чести и достоинства.

Не торопясь мы обошли весь первый этаж, полукругом обхватывающий внутренний двор с сейчас неработающим фонтаном и выходом в сад. Левое крыло почти полностью отражало правое, только вместо дуэльного зала находился тронный. Хоть мой предшественник и не любил работать, но принимать делегации приходилось.

На втором этаже располагались личные покои и гостевые комнаты. Туда решили не ходить и возвращались к выходу. Что хотели, уже узнали. Дворец содержался в относительном порядке, но никак не на ту сумму, что выделялась из бюджета. И, если так продолжится, скоро начнёт ветшать без качественного присмотра. Эрик шёл впереди, Крис чуть задержался у очередной картины.

- Ну, а что, прибраться, сделать косметический ремонт, убрать откровенную пошлость и можно использовать по назначения, - я сообщала де Графу своё мнение по поводу дворца. - Что такой красоте зря пропадать? Три-четыре бала в год не разорят, на содержание сейчас больше тратится. А так и аристократия на виду, и тайной канцелярии легче - можно пригласить нужных людей, а не подгадывать, где и как с ними встретиться.

- А средства на ремонт откуда возьмёте? - брюнет не разделял моего оптимизма.

- Вот кто отвечает за содержание, тот пусть и платит! Три года деньги просто так в карман складывал, так пусть отрабатывает!

Де Граф что-то ответил, но я его не слышала. Эрик открыл дверь из гостиной, где мы были, и оттуда выбежал паук. Огромный, только тело с хорошую суповую тарелку, он деловито двинулся в нашу сторону. Меня будто парализовало. Забыв как дышать, я в ужасе смотрела на приближающегося членистоногого. До меня ему оставалось метра четыре, и сворачивать монстр явно не собирался. Совершенно неожиданно для себя я взвизгнула и отскочила под защиту широкой спины де Графа. Паук остановился и раскрыл свои челюсти.

Очнулась я на диванчике. Первое, что увидела - взволнованное лицо Криса. Осторожно села, огляделась. Всё та же гостиная. В изголовье дивана стоит де Граф, Эрик в паре шагов за Крисом. Придвинулся ближе, видя, что я пришла в себя. А на руках, подобно кошке, возлежал тот самый паук, свесив ноги. Мир снова сузился до его одного. Все звуки приглушились, вопросы неразборчиво доносились сквозь вату. Эрик же, не понимая, что происходит, ещё и поглаживал шестиногий ужас по выпуклой спинке. Мне показалось, что паук самой большой парой глаз смотрит прямо на меня. Сердце бешено заколотилось. Пак моргнул.

С визгом и в панике я отскочила назад и вцепилась в лорда-защитника, снова скрываясь за его спиной. Но теперь не стала выглядывать, наоборот, зажмурила глаза, чтобы не видеть этот кошмар.

- Что случилось? - без наблюдения источника ужаса, смысл вопросов начал доходить до разума.

- Кажется, я боюсь пауков, - я ещё сильнее вжалась в мужскую спину. - Уберите его, пожалуйста.

- Вы про мышелова? Но они же безобидные, - в голосе Криса прозвучало удивление. Но по звуку шагов я поняла, что Эрик всё-таки вынес паука из гостиной и прикрыл дверь, чтобы тот не вернулся. Только тогда я отпустила де Графа и смущённо отошла от него.

- Извините.

- С такой реакцией на мышелова, могут быть проблемы, - заметил князь, поправляя смятый камзол и потирая руку в месте, куда я со всей дури вцепилась.

- Это весьма модное и полезное животное, - пояснил Крис. - Едва ли не в каждом втором доме их держат домашними любимцами.

- А в замке? - Пусть я их там ни разу не видела, но живо представила, что могла встретить подобного монстра.

- Там мышей нет, а питомцем... вроде держать некому, - с сомнением произнёс блондин.

- Всё равно проблема остаётся. На балы некоторые дамы могут приезжать с любимцами. И визиты наносить придётся с осторожностью, - возразил брюнет.

Они обсуждали меня, будто я не стою рядом и их не слышу. Опять из-за меня у других дополнительные заботы.

На следующий день я подошла после завтрака к Эрику с предложением съездить в город. После того, как он узнал о моих "осведомителях", нужда в потайном ходе отпала, парень сам с удовольствием и с интересом слушал городские сплетни.

На этот раз, ещё не доезжая до обычного места встречи, я, немного смущаясь, попросила.

- Эрик, сходи, пожалуйста в салон, где этих мышеловов продают. Возьми какого-нибудь поспокойнее.

- Вы что-то задумали?

- Да, надо приучать себя к ним. Не дело на стены прыгать от их присутствия.

- Вы уверены?

- Да, это лечится. Первую неделю в общаге девчонки на каждого таракана визг поднимали, потом привыкли. Или визжать надоело.

Домой мы возвращались с двумя клетками. В одной, побольше, и прикрытой тканью, Эрик вёз паука. Сказал, что все были спокойные, поэтому выбрал посимпатичней. Не знаю, как у этих монстров симпатичность определяется, и знать не хочу. Вторую клетку везла я. В ней за мелкой ячейкой сетки копошился корм для мышелова - с десяток белых и рыжих мышек. Милые создания, не то, что некоторые.

В коридоре замка, как всегда некстати, столкнулась с Люси. После того, как она начала посещать балы и общаться с большим количеством людей, с ней даже стало возможно поговорить без желания немедленно прибить или сбежать. Но, всё равно, долго её выдержать получалось с огромным трудом.

Первой "жертвой" её активности стал идущий чуть впереди Эрик. Без малейшего сомнения Люси подскочила к нему и заглянула под ткань, покрывающую клетку.

- Ой, какая прелесть! - от восхищения девушка даже захлопала в ладоши. Если у всех эти пауки вызывают подобную реакцию, то я со своими прыжками - белая ворона. На одной клетке Люси не остановилась. Решив, что я тоже несу мышелова, она наклонилась и уставилась на мышей. От визга у меня едва не заложило уши. Девушка не осталась на месте, а быстро убежала, как только перевела дыхание.

- Что происходит? - на шум выскочил де Граф.

- Мыши, - подняла клетку, показывая перепуганное содержимое.

- И зачем они?

- Его кормить, - указующий жест на Эрика. Вернее, на клетку с пауком, но вышло двусмысленно.

Де Граф перевёл взгляд на парня, затем на клетку с мышами. Опять на парня. Посмотрел на меня взглядом "совсем с ума посходили" и, развернувшись, ушёл, ничего не сказав. Ну вот, опять выставила себя альтернативно одарённой.

Ненавижу балы. Сначала половину дня тебя к нему готовят - одевают как куклу, сооружают пышную причёску, под которой голова постоянно чешется и из-за которой боишься лишний раз наклониться. Потом ехать полтора-два часа до Лесного Каприза, где этот бал проводится. За отсутствием рессор поездка очень неприятна, и на мощёной мостовой трясёт неимоверно, не спасают даже многочисленные подушечки. И на самом балу тоже ничего хорошего. Ходи, улыбайся, да чтобы всем поровну, никого не выделяя и не обделяя. За разговорами внимательно следи, не давая повода думать, что что-то пообещала. Хорошо ещё, что можно не оставаться до конца, вот и воспользовалась этим, слиняв часа на три раньше.

Карета неторопливо ехала по спящему городу. Ночь уже почти закончилась, и город постепенно просыпался, не дожидаясь рассвета. На улицах уже встречались не только старательные дворники, но и булочники, спешившие испечь хлеб к первым покупателям. Пару раз проезжали мимо патрулей стражи, нас тоже обгоняли спешащие по службе курьеры.

А вот этот спортсмен, бегущий намного впереди кареты, выглядит чужеродно в утреннем царстве. В одной лёгкой рубахе и подштанниках чуть ниже колен, зато с мечом в руке, пусть и не наголо, а в ножнах и обёрнутый портупеей, он привлекал к себе внимание. Из переулка, откуда выбежал молодой человек (а, судя по фигуре, человек не просто молодой, но ещё и тренированный), донёсся крик "стой, сволочь, уж я тебе покажу!.." Что крикун хотел показать, осталось неизвестным, он сбил дыхание и не смог закончить предложение.

Бегун представлял из себя классическую иллюстрацию к "возвращается муж из командировки, а любовник - в окно". Во мне взыграла женская солидарность. Это ж кем надо быть, чтобы заметить любовника только под утро? Или сам только-только домой заявился? А преследователь не унимался, всё же крики "стой" постепенно приближались, а спортсмен бежал как раз в том направлении, куда минуту назад свернула стража, не думаю, что он обрадуется встрече.

Я приказала кучеру ускориться и догнать парня. Когда карета с ним поравнялась, приглашающе открыла дверцу. Бегун быстро сориентировался и заскочил внутрь.

- Благодарю, леди, вы спасли меня, - поблагодарил он, едва переведя дыхание. А форма у него и правда неплохая, столько бежал, а почти не запыхался.

- Не за что. Только вот думаю, рано радуешься. Я как раз думаю, сдать тебя Крису, чтобы прочитал лекцию об аморальном поведении или сам проникнешься? - уже в карете я узнала бегуна. Эрик, мой телохранитель, только завтра должен был официально вернуться из поездки.

- Не надо де Вена, пожалуйста, - парень сделал жалостливую физиономию, еле узнав меня в платье, с причёской и ещё накрашенной.

- Тогда пообещай, что подобное не повторится. А если бы он тебя догнал?

- Ну, вызвал бы на дуэль, - Эрик потеребил и без того растрёпанную шевелюру. - Хотя нет, этот не вызвал бы, не то сословие.

На улице, тем временем, всё затихло. Рогоносец совсем затих, видимо, отчаявшись догнать беглеца. Либо выскочил на широкую улицу, но никого не увидел и плюнул на дальнейшее преследование. Стража, тоже слышавшая крики, уже гремела сапогами в том направлении, но останавливать карету с императорскими гербами на дверцах поостереглась.

Осеннее солнце заливало кабинет приятным золотистым светом. Я сидела за столом и изучала сводки и донесения с северных и северо-западных провинций и недовольно хмурилась. Слишком всё тихо и гладко. После рейда сектанты будто никогда не существовали - о них с тех пор не доносилось ни слуха. Северный сосед тоже подозрительно притих. Значительно сократилось количество приграничных конфликтов, а торговцы стали замечать усиление гарнизонов и военных лагерей. Пока в пределах разумного объяснения, но и мы стали потихоньку подтягивать войска к границе. Слово "война" ещё не прозвучало, но что-то такое уже витало в воздухе. Полгода, год максимум, и оно станет реальностью.

Паук лежал на подоконнике и грелся. За лето я привыкла к его виду и даже выпускала гулять по кабинету, хотя для возвращения его в клетку приходилось просить о помощи.

- Тено, - в кабинет вошёл Крис с листом бумаги в руках. - Вы не забыли, что завтра бал дебютантов?

- Забудешь тут, когда каждый день напоминают, - я притворно проворчала. Идею ежегодного бала для вывода в свет молодёжи из отдалённых мест и небогатых родов, не имеющих возможности сделать это самостоятельно, горячо поддержали. Приглашения разослали ещё в начале лета и всё это время Лесной Каприз усиленно готовился к многолюдному балу.

- Я набросал вам приветственную речь на открытие, - советник протянул бумагу. Я пробежала по ней глазами. Витиевато, слегка пафосно, но подходящее к моменту. В этикете, игре слов и подобным многословным речам меня поднатаскали, так что проблем запомнить и произнести не будет. Пока я изучала текст, паук заинтересовался гостем и перебрался с подоконника на стол. Если не присматриваться, то можно представить, то это кошка. Пушистая шестиногая кошка с четырьмя глазами-пуговками. И, всё равно, шаг от стола, куда залез паук, я сделала.

- Вижу, вы смогли справиться со своим страхом, - заметил Крис.

- Да, я уже не прыгаю от него на стены, - с улыбкой ответила, кладя бумагу с речью на стол, стараясь не приближаться без нужды к мышелову.

- Погладить не хотите?

- Страшно, - честно призналась, и покосилась на мохнатую чёрную с белыми полосками спинку.

- Не бойтесь, я буду рядом.

Крис подошёл сзади и встал на одно колено, сравнявшись со мной ростом. Левой рукой обнял за талию, прижимая к себе, правой взял мою руку.

- Закройте глаза и представьте что-нибудь приятное, - тихо произнёс под ухом, поднимая мою руку. Я напряглась, но послушалась совета. С закрытыми глазами, в надёжных объятиях стало спокойно и совсем не страшно. Рука, ведомая Крисом, коснулась мягкойшерсти. Я непроизвольно вздрогнула и попыталась отстраниться.

- Всё хорошо. я рядом, - мужчина мягко не дал отдёрнуть руку, удержав её на животном. Преодолевая слабое сопротивление, он провёл ей по шерсти.

- Он тёплый, - с удивлением произнесла я, уже самостоятельно гладя паука.

- На солнце нагрелся. Попробуйте открыть глаза.

Я осторожно посмотрела на животное под моей рукой, но ожидаемого укола страха и брезгливости не почувствовала.

- Спасибо, Крис, вы - чудо!

- Что вы, тено, вы всё сделали сами, - мужчина поднялся. - Я лишь помог сделать последний шаг.

То, что пауко-лечение провели вовремя, стало понятно уже на следующий день. На бал, как и предполагали, пришло несколько дам с ручными питомцами. Как раньше у нас ходили с левретками и болонками, так и тут с пауками. И, когда двое из них решили выяснить отношения, и проигравший счёл меня более подходящим объектом для побега, я не устроила представление с прыжками и визгом. Терпеливо, хоть и напряжённо, дождалась, пока мохнатое членистоногое снимут со спины.

В целом, бал удался. Приятно было видеть счастливые лица девушек из провинций, которым при обычных обстоятельствах светило знакомство только с ближними соседями. Для их родителей и сопровождающих тоже получился своеобразный праздник. Многие не покидали свои имения годами - не было повода. А тут я заметила в голубиной галерее, переоборудованной из любовных гнёздышек в полу деловые кабинетики, обсуждение как торгово-экономических тем, так и предварительных брачных соглашений.

Под утро гости разъехались. Мне подали экипаж в такое время, когда уже светло, но природа ещё не проснулась. За три часа до замка я планировала вздремнуть и доспать уже в своей постели. Оставаться в Лесном капризе никто не хотел. За ворота выехали малым составом - всего три гвардейца сопровождения и Эрик. Де Граф со своим отрядом задержался по каким-то срочным делам, пообещав догнать через час. Де Вен же на бал не поехал и ждал нас в замке.

Я мирно дремала в карете. Неплохие рессоры (кузнец весьма быстро понял, что я от него хочу и на королевское транспортное средство установили первый экспериментальный образец) и мягкие подушки сглаживали неровности дороги. Неожиданную остановку я проспала, сонно открыв глаза только на какой-то шум, не сразу поняв, что он мне не снится. Некоторое время пыталась разобраться, что там происходит, и вспомнить, что полагается делать при нападении. Судя по крикам и звону мечей, произошло именно это. Вспомнить мне не дали. Дверца распахнулась, какой-то небритый мужик появился в проёме, схватил за руку и вытащил наружу.

Положение выглядело удручающе. Впереди поперёк дороги лежало дерево. Кучер свесился с козел со стрелой в шее. Двое гвардейцев уже лежали на земле. Один со стрелой в груди, другой с мечом в руке и ужасной раной на голове. Оставшийся вместе с Эриком отбивался от нападавших. Сколько их было, я не знаю. По ощущениям - много. Увидев, что меня вытащили из кареты, Эрик сменил позицию, подскочив к мужику и, пронзив того мечом, крикнул мне.

- Бегите назад по дороге! Я их задержу!

Два раза повторять не пришлось. Без оружия и в бальном платье я не боец. И Эрик, каким бы ни был гениальным мечником, против толпы долго не выстоит. Одна надежда - сбежать и встретить отряд де Графа. Должен же он нас уже догнать?

Далеко я не убежала. Пышное платье сильно затрудняло движение даже с подхваченными до самого пояса юбками. Скрыться в лесу мешали густые кусты на обочине. Через них дольше продираться, чем выгадаю время. Догнали меня уже верхом. Я узнала лошадь из замковой конюшни. Разбойники взяли одну из тех, что была под гвардейцем. После короткого и безуспешного сопротивления меня, как мешок картошки, перебросили через седло и галопом припустили назад.

- Всё, она у меня! Отходим! - схвативший меня мужик прокричал товарищам, когда скакали мимо места побоища. Сражение уже прекратилось и разбойники занимались мародёрством, обыскивая тела и потроша карету. Я с ужасом заметила знакомую зелёную куртку Эрика посреди дороги. Парень лежал ничком в грязной красной луже, сжимая рукоять меча. В спине белели оперением две стрелы.

Не останавливаясь и не проверяя выполнение приказа, мужик всё тем же галопом погнал лошадь дальше. Я больно ударилась животом и боком о седло, когда она перепрыгнула перегораживающее дорогу дерево. И в остальное время эти части тела страдали при каждом скачке животного. Минуты или две скачки, и мы остановились возле крестьянской телеги. Мужик грубо стащил меня с лошади и толкнул вперёд. Крестьянин уже опустил борт, открывая узкую щель двойного дна.

С грязной руганью меня в четыре руки засунули в эту щель. Сопротивляться двум бугаям было бессмысленно, но пышные юбки долго не поддавались, но и они уступили грубой силе. Похитивший меня мужик расположился рядом. Борт поднялся, закрывая второе дно. В шею упёрлось холодное лезвие.

- Лежи тихо! Пикнешь - прирежу!

От мужика несло потом, пивным перегаром и гнилыми зубами. Я завозилась, пытаясь отстраниться от источника вони. Нож сразу же прижался плотнее.

- Я что сказал?

Пришлось замереть и смириться, стараясь дышать ртом и, вообще, через раз. Телега пришла в движение. Колёса нещадно скрипели, скрывая возможные звуки из второго дна. Все камни и неровности на дороги сразу отзывались в теле. Через какое-то время телега остановилась. Нож незамедлительно вернулся к шее, требуя не чудить.

- Кто-нибудь догонял? Кого-нибудь встречал?

Требовательный голос де Графа глухо донёсся через поклажу телеги и доски дна.

- Нет, господин, никого не было, - крестьянин отвечал подобострастно, но уверенно. Так, что даже я ему поверила.

- Вот, везу овощи в город продать, господин, - продолжал лебезить он.

- Проверь, - короткий приказ. На телеге закопошились, перебирая мешки. Крестьянин не соврал, и ничего подозрительней репы или что там у него, не вёз. Ещё бы! К похищению основательно подготовились, чтобы проколоться на такой ерунде. Ещё несколько неразборчивых команд, и стук копыт удалился. Мужик рядом со мной облегчённо выдохнул и ослабил давление на нож.

В тесном тёмном и душном пространстве я быстро потеряла счёт времени. И, когда телега прибыла на место назначения, даже примерно не предполагала. как далеко находимся от места нападения. Похитители не стали возиться с вытаскиванием платья из узкого ящика второго дна и просто сняли несколько досок сверху. Не дав времени оглядеться, не церемонясь, затолкали в одноэтажный бревенчатый домик. Внутри на грубых полатях сидело пятеро. Кто-то обрабатывал свежие раны, кто-то, уже перевязанный, точил и правил оружие. Мужик, что ехал со мной в телеге, обвёл их хмурым взглядом.

- Это всё?

- Да, командир, - ответил один из серьёзно раненых. - Остальные там остались. Этот пёс больше десятка положил!

- Значит, наша доля стала больше, - нервно хохотнул другой, сидящий на полатях напротив.

- Отставить! - рявкнул командир и повернулся к юркому парнишке. Кажется, он тут единственный, если не считать самого похитителя, кто не получил ранений. - Шило! Бегом к заказчику, скажи, что товар у нас. А вы, - он снова обвёл взглядом остальных, - чтобы без шуточек. И головой отвечаете!

Командир толкнул меня вглубь домика, на дальнюю свободную лежанку, покрытую шкурами. Я забралась на неё и, забившись в угол, обхватила колени руками. Командир ещё раз одарил всех суровым взглядом, обещающим кару любому, кто ослушается, и вышел.

- И вот ради этого столько хороших людей полегло? - один из разбойников неприязненно посмотрел на меня. И, пусть он говорил про своих товарищей, мне на ум пришли погибшие гвардейцы, ни в чём не повинный кучер и Эрик. Он, давая мне шанс уйти, только зря погиб. Хотелось реветь в голос, но я настойчиво и привычно загоняла эмоции внутрь. незачем посторонним знать и видеть, что у меня на душе. Так легче всем. Вернее, спокойнее.

- Все знали, на что шли, когда соглашались на эту работу, - меланхолично ответил другой, с силой проводя правилом по клинку. Раздался противный скрежет.

- Хватит этот огрызок терзать! - не выдержал резкого звука его сосед. - Брось его, потом нормальный меч купишь. Сможешь позволить.

- Вот, когда заплатят, тогда и куплю, - всё также меланхолично ответил разбойник, продолжая терзать чужие уши. - А пока оружие всегда должно быть готово.

А с оружием и обмундированием у них проблемы. Хоть вооружены все, но качество явно не лучшее. Неудивительно, что потеряли столько людей, сражаясь, по факту всего с двумя - два гвардейца погибли в самом начале, ничего не успев сделать. Одеты разбойники тоже кто во что горазд, основной защитой используя стёганые куртки. У некоторых кроме неё и штанов больше ничего не было.

- Если вам нужны деньги, - я воспользовалась подходящим моментом и паузой в разговоре, - то предлагаю втрое больше.

- А что не сразу вдесятеро? - насмешливо спросили из другого угла.

- Не думаю, что вам предложили больше трёхсот на всех.

- На тысячу, значит, намекаешь. А есть ли у тебя столько? Или ждать попросишь, пока цацки не продашь?

- Найдётся и без продажи, - я уверенно ответила. Примерно столько сейчас находится в казне. Империя, называется. Свободных денег едва хватит на пару-тройку месяцев оплаты отряду наёмников. У эрлов месячный доход и то больше!

- Слышь, Лютый, - подал голос один из раненых, что лежал на полатях. - Мож, правда, того. Ну, отпустить? Лишняя сотня не помешает.

- А ну, молчать! - рявкнул Лютый. - Вы наёмники или сброд подзаборный? Взялись за дело - выполняйте! Кто ещё с вами свяжется, если вас перекупить можно?

- А ты, - он повернулся и направил меч на меня, - заткнись. Ещё одно слово про деньги, кляп в рот засуну!

Ворча на несправедливость, похитители демонстративно вернулись к прерванным на время разговора занятиям. Я молча сидела в своём углу и, видимо, задремала, так как когда снова осознанно посмотрела на разбойников, они уже азартно играли в кости. Во времени я окончательно потерялась.

В избушку уверенно зашёл высокий маор в сопровождении двух вооружённых людей. С первого взгляда видно, что эти люди - более опытные бойцы, чем мои похитители.

Вслед за ними вошёл командир наёмников и указал рукой на меня, будто до этого девушку в бальном платье среди грязных мужиков можно было не заметить. Маор кивнул, по-хозяйски прошёл мимо почтительно замерших наёмников и, не церемонясь, взял меня за подбородок. Второй рукой поднёс к лицу яркую лампу и долго всматривался куда-то сквозь меня расфокусированным взглядом. Я в это время рассматривала его лицо, всё равно держал крепко, и ни на что другое смотреть не могла. Узкие раскосые глаза казались почти чёрными. Плоское лицо с носом-пуговкой пересекал шрам. Не совсем свежий, но и не старый. Причёска, как таковая отсутствовала, волосы просто подстрижены до средней длины, закрывая уши и распадаясь по пробору.

- Она, - налюбовавшись, маор разжал руку, и я с облегчением снова села, потирая места, куда впивались его пальцы. Мужчина бросил мне свёрток, оказавшийся серо-коричневым платьем. По ткани и фасону оно больше походило на платье горожанки где-нибудь на границе между средним и бедным классом. По размеру почти как на меня, только для более фигуристой девушки. Для поездок оно намного лучше неудобного бального платья, и меньше привлекает внимания.

- Переодевайся, - приказным тоном бросил маор. Я с удивлением подняла на него глаза. Прямо здесь, что ли? Устраивать стриптиз перед почти десятком мужчин? А они ведь уже откровенно пялились в надежде на бесплатное развлечение.

- Ну? - маор нетерпеливо подгонял. - Или мне помочь? - он демонстративно поиграл кинжалом. Ну уж нет, лучше сама. Я встала на лежанке и повернулась к нему спиной.

- Расстегните.

Многочисленные пуговички на платье располагались на спине, и самостоятельно их расстёгивать было неудобно, если не невозможно. И, вообще, я император или кто? Мне положены слуги для одевания!

Маор не стал возиться с расстёгиванием, он просто срезал пуговицы. Я скинула с плеч бретели. Тяжёлые юбки, державшиеся в основном на них, скользнули вниз пышной тряпичной кучей. Тщательно скрывая смущение, я перешагнула через неё. Маечка и панталоны до середины бедра хоть и скрывали мои "прелести", всё равно было неприятно стоять в нижнем белье перед толпой мужиков. Хоть там и смотреть-то нечего, фигура пацанская, но пялились они с воодушевлением.

Коричневое платье застёгивалось спереди, так что помощь не понадобилась. Повинуясь короткому приказу, я вышла из домика, следуя за маором. Снаружи ждало ещё два его воина и возница на чёрном угловатом экипаже. В таких обычно перевозят преступников, видела их как-то на дворе уже бывшей торговой биржи. Маор грубо втолкнул меня внутрь этого гроба на колёсах.

- Эй! А как же оплата? - возмутился командир наёмников, вышедший следом.

- А, точно, - поморщился маор. - Расплатись, - он бросил своему сопровождающему воину. Тот резко выхватил свой меч и воткнул в живот наёмнику. Это послужило сигналом остальным. Один подпёр дверь домика, остальные заняли позиции у окон. Маор-начальник протянул в сторону избушки руку и что-то прошептал. Камень на перстне ярко вспыхнул, из него выскочила тонкая нитка и солома на крыше домика загорелась. Что произошло дальше, я не видела. Маор захлопнул дверцу экипажа, отрезав меня от мира. Но по доносящимся звукам я поняла, что для наёмников всё закончилось.

И снова тряска в неудобном транспортном средстве. Жёсткие деревянные сидения и голые стены никоим образом и рядом не стояли с понятием комфорта. К тому же в экипаже не было ни окон, ни лавок, так что оставалось только сидеть на полу, ругаясь на особо большие ямы и колдобины. Экипаж остановился уже в сумерках. Сильно хотелось есть и пить. Со времени окончания бала прошли почти сутки и за это время никто не подумал дать мне поесть. Дым от костра, смешанный с запахом чего-то мясного, только разжигал аппетит.

Но в планах похитителей не было цели уморить меня голодом. Дверца открылась и маор поставил на пол экипажа миску с варевом и большую кружку.

- Чтобы всё съела! Иначе насильно в глотку засуну. Хозяину ты нужна живой, - с этими словами он закрыл дверцу. Он что, в самом деле думает, что я объявлю голодовку? Похоже, моё смирное поведение, отсутствие истерик и требований, расценили как проявление гордости в стиле "назло кондуктору пойду пешком". Но мы не настолько гордые, так что миска опустела быстро, кружка с горячим чаем ещё быстрее. Очень скоро организм настойчиво потребовал обратного вывода поглощённых ресурсов. Маор что-то не возвращался проверить, поела ли я, а терпеть становилось всё сложнее. Не выдержав, я застучала кулаками по дверце.

- Что тебе? - дверца распахнулась, явив уже знакомое лицо со шрамом.

- В уборную хочу! - глядя снизу-вверх, слегка капризным голосом потребовала я.

Маор растерялся. Разумеется, уход за пленником, или, в данном случае, похищенным, обычно подразумевает покормить, напоить, проследить, чтобы не сбежал или не навредил себе. Про такие банальные вещи, как туалет и гигиена часто забывают. Вот и этот тип, похоже, впервые промышлял похищением благородных девиц. Он как-то растерянно посмотрел в сторону уже тёмного леса, перевёл взгляд на меня. В узких глазах появилось сомнение.

- Э... Пошли, - наконец, он принял решение. - Только без глупостей!

Я согласно закивала, как китайский болванчик. Естественно, какие могут быть глупости, когда едва не танцуешь от нетерпения. Под своим конвоем маор отвёл меня за кусты, окружающие поляну, где встали на ночь. Далеко в лес углубляться не стал, отошли всего на десяток шагов.

- Давай, делай, - мужчина явно чувствовал себя некомфортно в роли такого сопровождающего.

- Отвернитесь! - желание желанием, но хотя бы видимость приличия соблюдать надо. Удивительно, но мужчина послушался и уставился в сторону лагеря.

- Что ты там возишься? - нетерпеливо спросил он через несколько минут, не оборачиваясь.

- Лопухи ищу! - почти честно ответила. Идея дерзкого побега пришла в голову внезапно. Оставаться в руках тех, кто так спокойно и жестоко расправился снаёмниками, мне очень не хотелось. Уж лучше заблужусь в лесу. Я медленно отходила вглубь тёмного леса. Ночь уже вступила в права и разглядеть в нём коричневое платье возможно только совсем вблизи. Надо удалиться от лагеря как можно дальше.

Но маор что-то почувствовал и всё-таки обернулся, когда я ещё была в предел видимости. Нехорошая луна, пусть и не полная, предательски высветила попытку побега.

- А ну, стой! Эй, вы! Ловите её!

Я подхватила подол платья, задрав его почти до пояса, и припустила прочь с максимально возможной для ночного леса скоростью. Не хватало ещё вывихнуть или сломать ноги. Звуки погони постепенно отдалялись и затихали, пока не исчезли совсем. Я прошла ещё какое-то время и устроилась на ночь в корнях большого дерева, не рискуя идти дальше вслепую. Не хочу сделать петлю и выйти в лагерь к похитителям на радость последним.

Проснулась рано утром от того, что замёрзла. Некоторое время продолжала лежать, свернувшись в клубок, и вслушиваясь в утренний лес. Где-то чирикали пичужки, деревья шумели кронами, пискнула белка, но посторонних звуков не было. Вряд ли похитители так просто отступятся, надо двигаться дальше, желательно к жилью. Идти по светлому утреннему лесу намного легче, чем по ночному, корни и трава не бросаются под ноги. Скоро я вышла на ручей. А где ручей, там река. А на реках всегда кто-нибудь живёт. С этой мыслью побрела вдоль бережка. Ручей петлял, прокладывал путь то через буреломы, то разливаясь в непролазную грязь, но к обеду послушно вывел к речке. А она, всего за пару часов, привела к городку. Он не обзавёлся пригородами и к стенам с внешней стороны не лепились бедняцкие лачуги.

Скучающие стражники на воротах лениво собирали с въезжающих в город дань и препятствовали проникновению нежелательных элементов. Мой вид однозначно подходил под описание таких элементов. Туфли сначала развалились от ходьбы по пересечённой местности, а затем вообще потерялись где-то в грязи ручья. Подол платья я укоротила острым камнем чуть ниже колен - на грани приличия. Длинный подол только мешал идти. Полученной тряпкой обмотала босые ноги. На голове творился кошмар. Я совсем забыла про шиньоны в причёске и вспомнила о необходимости их снять или хотя бы попробовать расчесать только когда стражник с хмыканьем уставился на получившееся воронье гнездо.

- Иди отсюда, - мне перегородили пикой дорогу. - Попрошаек своих хватает.

- Господа, - я не обратила внимания на слова стражника и повернулась к его коллеге. Выглядел тот постарше и посолидней. - Мне нужна ваша помощь.

- До обеда не подаю! - опять хохотнул первый. Смерив его презрительным взглядом, продолжила говорить.

- Седьмого числа на мой экипаж напали. Мне удалось сбежать, но только сейчас вышла к жилью.

- И как же тебя зовут? - скептически спросил старший, жесток показав второму замолчать.

- Влада де Самон. Сорок второй император Анремара.

Молодой стражник, не сдерживаясь, захохотал.

- Так мы тебе и поверили. Хоть бы про служанку баронессы соврала, что ли. Всё ж больше похоже на правду будет.

- Тихо ты, - осёк его старший. - Всё бы тебе зубоскалить. Девочка, а ты знаешь, что бывает за то, что называешься чужим именем?

- Согласно последней редакции закона Тридцать восьмым императором, в случае незаконного присваивания чужого имени в корыстных целях, следует наказание от десяти плетей до пятидесяти лет каторжных работ в зависимости от тяжести преступления.

Этот закон я хорошо знала. Один из первых, который изучила полностью. Причём не из праздного любопытства, а в связи с обвинением в его нарушении. Стражник смерил меня взглядом, что-то прикидывая.

- Ну что же, раз знаешь, чем грозит, пройдём тогда, оформим запрос на подтверждение личности.

А я и не против такого расклада. Подумаешь, несколько дней проведу под замком, пока не придёт ответ на запрос. В общую камеру не должны посадить, вроде, люди адекватные. Неприятно, но всё же лучше, чем ночевать под кустом и голодать.

Меня провели в сторожку при воротах. Живот предательски заурчал при виде бутербродов на столе. Стражник понятливо улыбнулся.

- Перекуси пока, - он пододвинул мне бутерброды. - Я схожу за бумагами, надо же всё правильно оформить.

Ходил он минут двадцать. Но вернулся не один, а с тем гадом маором со шрамом.

- Вот, как вы и говорили, - стражник указал на меня. - Выдаёт себя за императора, и описание соответствует.

- Ну что, девка, не успела сбежать, опять за старое? - с мерзкой ухмылкой маор стал подходить ко мне. Когда он только успел приехать в город, да ещё со стражей договориться? Ну уж нет, никуда я с ним не поеду! Не раздумывая, я вскочила, вспрыгнула на подоконник распахнутого окна и сиганула на улицу. Благо, этаж всего первый. Вслед неслись проклятья, требования остановиться и крики ловить и хватать.

От этой погони я ушла быстро, поплутав по узким улочкам и спрятавшись под каким-то крыльцом. Пересидела шумиху и, на всякий случай, не вылазила из укрытия ещё некоторое время. Ситуация складывалась совсем гадостная. Официальным путём заявить о себе не получилось, а теперь, как я понимаю, совсем проблематично. Меня и слушать не будут, сразу выдадут этому маору. Денег нет. Где нахожусь - неизвестно. Ещё есть хочется и спать. Предыдущие ночи были не то, что совсем бессонными, но отдыха не принесли.

Ладно, будем решать проблемы по уровню важности. Найти поесть, узнать, где я и как добраться до столицы. Насчёт поесть вариантов немного. Либо попрошайничать, либо наведаться на рынок. Выбор склонялся в сторону рынка. Воровство какой-никакой, но труд.

Осторожно, держась тени и избегая стражников, добралась до рыночной площади. Вечерело. Многие уже свернули торговлю, между рядами ходили редкие запоздалые покупатели. Заметят сразу, но сбежать легче. Уже присмотрела прилавок, где торговец не особо следил за товаром. Но в начале ряда появился знакомый стражник с ворот. Я, не думая, юркнула под ближайший пустой прилавок. Торговец специями по соседству неодобрительно покачал головой, увидев мои действия, но ничего не сказал. На его товар не зарюсь, и ладно. А от кого прячусь - не его дело.

Стражник шёл медленно, не торопясь осматривал оставшийся товар. Через два прилавка от меня он остановился и начал придирчиво перебирать фрукты. Мне в щель между досками хорошо было всё видно и слышно.

- Ай, да что ты такой злой сегодня? - поинтересовался торговец после очередного забракованного яблока. - На службе чего случилось?

- А, махнул рукой стражник, - даже не спрашивай. Ты здесь, наверно, ещё не слышал, на площади объявляли. В городе девка появилась, обчищает богатые дома. Везли на каторгу, да сбежала. Ежели в стражу сдать, золотой обещают!

- Ого! Сильно она кого-то обидела. А ты тут каким боком?

- Ты не поверишь! Она же через меня прошла! - стражник сжал яблоко в руке так, что оно брызнуло в стороны. - Наплела, что мол, в лесу ограбили, помогите несчастной. И ведь, по манерам на благородную смахивает. ну, я конвоира, от кого она ушла, привёл. Так она, зараза, из сторожки сбежала! А ты спрашиваешь ещё, что случилось.

- Да... дела... а как она выглядит-то? Вдруг, встречу. Золотой на дороге не валяется.

- Ну, как... девка лет двадцать пять-тридцать. Платье по колено всего, коричневое такое, простое. Волосья тёмные, длинные. Босая ещё. А, ну мне до плеча едва ли, - стражник ладонью указал примерный рост.

- Не, не видел, - покачал головой торговец.

- Уважаемый, а не эту ли девку ищете? - неожиданно спросил торговец специями, тоже слышавший разговор. Я про него, если честно, позабыла, а теперь мужчина держал меня за руку, вытаскивая из-под прилавка.

- Она! Держи крепче! - радостно закричал стражник, узнав меня. Я извернулась и со всей силы ударила державшего меня мужчину коленом в пах. От боли он отпустил руку и согнулся пополам. Опять началась погоня по улочкам города. Но на этот раз преследователи держались ближе. Оторваться получилось совсем немного и, как назло. не попадалось мест, где можно спрятаться.

В конце улочки, по которой бежала, появился патруль стражи. Сзади шумела погоня. Пока стража не отреагировала, я свернула в первый попавшийся проулок, закончившийся тупиком. Прятаться бесполезно, люди видели, куда я свернула, и обыщут здесь все уголки. Оставался только один выход. Занятия акробатикой и почти ежедневные тренировки помогли быстро и тихо забраться на крышу по ставням, балкончикам и прочим выступающим из стен элементам.

Едва я успела скрыться за кирпичной трубой, как погоня, тяжело дыша, появилась в тупике. Наверно, с полчаса они переворачивали каждый камень, не желая признать, что награда в целый золотой от них ушла. Осторожно, стараясь не шуметь и не привлекать внимания, я по крышам перебралась на другую улочку.

- Народная забава, - нервно хихикнула я, смотря вниз. - Поймай императора. Переходящий приз, ёлки.

И ведь теперь даже не узнать, в какой стороне столица! И из города нормально не выйти. Стража на воротах будет тщательно смотреть на всех девиц, особенно одиночных и бомжеватых. Хотя... они же девчонку ищут! Взгляд наткнулся на сушащееся бельё. Одёжка не по размеру, но всё же мужская. Волосы укоротить плёвое дело, достаточно убрать все шиньоны.

Через десяток минут на улице города стоял босоногий мальчишка в серой одежде с закатанными едва ли не по колено штанами и такими же рукавами. Штаны, чтобы не сваливались, перевязаны широкой полоской коричневой ткани. Типичный бродяжка, одетый с чужого плеча во что нашлось. Только слишком чистый.

Я оглянулась, решая, куда пойти. По перекрёстку, разгоняя народ в стороны, проехал небольшой отряд в императорских цветах. Возглавлял его длинный чёрный хвост де Графа. Я торопливо побежала за ними, не обращая внимания на возмущённые крики прохожих, с которыми иногда сталкивалась. На той улице отряда уже не было, но через несколько кварталов слуги заводили во двор лошадей. Трёхэтажное здание оказалось гостиницей достаточно высокого ранга. Вряд ли лорд-защитник остановился бы в третьесортном клоповнике.

Я не успела даже подняться на крыльцо, как дорогу перегородил швейцар в красной ливрее.

- Пошёл прочь, попрошайка, - презрительно приказал он, глядя сверху вниз не только в физическом смысле.

- Мне нужно поговорить с кен де Графом. Он только что сюда зашёл, - спокойно и уверенно я проинформировала швейцара.

- Мы не беспокоим постояльцев просьбами всяких бродяжек. Пошёл прочь!

- Тогда с кем-нибудь из его сопровождающих!

- Тебе не ясно сказано? - швейцар начал раздражаться. - Пошёл прочь! Стражу позову.

Он поднял руку, намереваясь то ли схватить, то ли ударить. Я не стала выяснять, что именно, и предпочла отойти сама. Через несколько шагов обернулась. Швейцар всё ещё стоял на крыльце и следил за мной. Да уж, облом конкретный. И ведь не остаться перед входом, карауля, пока кто из отряда выйдет. Этот служака точно или сам по шее надаёт, или страже сдаст.

Я прислонилась к фонарному столбу и задумалась. Внутрь меня не пустят. Сообщение не передадут. Служебным входом вряд ли удастся проникнуть незамеченной, а там, в лучшем случае, побьют и вышвырнут. В худшем - сдадут страже. А мне туда, ой, как не хочется. Поднять ор "кен де Граф, выходи!" не мой вариант. Я, даже если будут убивать, отбиваться стану молча. Просто не смогу заставить себя закричать. Чёртово воспитание, скромность и привитая с детства боязнь привлечь на себя внимание. Остаётся бдеть всю ночь и ещё часть утра, в ожидании, пока отряд двинется дальше.

На улице маячить, это как дразнить собак. Любой патруль заинтересуется, что же я делаю среди ночи в приличном квартале. А вот воспользоваться крышей дома напротив гостиницы вполне возможно. Вверх люди смотрят редко, а задние дворы, которыми ходят слуги, будто предназначены для тренировок в домолазаньи.

Я ушла с улицы к облегчению швейцара. Он периодически выходил на крыльцо, проверяя, убралась ли я или всё ещё подпираю столб.

Вскоре удобно устроилась в стыке крыш двух домов. Снизу меня увидеть мешал карниз, из окон гостиницы напротив - надвигающаяся ночная темнота. Уже начались сумерки и я, от нечего делать, рассматривала гостиницу. Вот, швейцар опять вышел на крыльцо. Что ему на месте не сидится? В угловом окне второго этажа выясняла отношения молодая пара. Через несколько окон пожилой человек ловил последний свет, что-то читая. Похож на средней руки купца, привычно экономит свечи, хотя гостиница могла позволить лампы. Номер рядом прибирала служанка.

На третьем этаже горело всего одно окно. Мне был виден только столик у стены, на котором стоял поднос с едой. Тарелка фруктов, кажется что-то мясное с гарниром, булочки и кувшин. Живот возмутился от этого провокационного зрелища. За последние три дня он получил лишь одну миску каши, бутерброд охранника и вдоволь воды. Набулькалась сначала из ручья, потом из городского колодца, пытаясь обмануть голод.

К столику сел де Граф, вяло поковырял в тарелке, пощипал булочку и раздражённо оттолкнул поднос. Налил стакан из кувшина, одним глотком выпил и устало уронил голову на руки. Так он просидел несколько минут, затем встал и ушёл вглубь комнаты, где я уже ничего не видела. Свет погас.

Я ещё попялилась в то окно, но ничего больше не происходило. Медленно моргая перевела взгляд на соседние, затем вниз, на вход. До усталого мозга дошло, что отсюда я хоть и увижу, как отряд покинет гостиницу, но вовремя спуститься вряд ли успею. И то, если тупо не засну и не просплю всё на свете. В голову пришла очередная "гениальная" идея.

Окно рядом с комнатой де Графа осталось открытым, а возле удобно проходила водосточная труба. Можно забраться через него, выйти в коридор и зайти к лорду-защитнику. Даже если портье остановит, то на шум князь же должен выйти?

Дождавшись, пока совсем не стемнело, и по улице пройдёт ночной патруль, я приступила к выполнению плана. Тусклый уличный фонарь освещал только небольшой участок перед входом, оставляя нужное мне крыло здания в темноте. Водосточная труба на поверку оказалась достаточно удобной для лазанья. Страшно стало только в самом конце, когда труба чуть отошла от стены, намекая, что её крепления не рассчитаны на стенолазов и форточников.

Осторожно, стараясь не шуметь, я забралась на подоконник и спрыгнула на пол комнаты. Только разогнулась, как в шею упёрся клинок.

- Не двигаться, - произнесли из темноты.

- И вам доброй ночи, - я узнала голос де Графа.

Несколько секунд тишины. Неожиданно зажглась настольная лампа, заставив прищуриться от яркого света.

- Вы? - прозвучало ещё через секунду. Мужчина встал на колено, выпустил меч. Тот с лёгким стуком упал на ковёр. Я смотрела в лицо де Графа. Он осунулся, под глазами залегли тёмные тени, синие глаза неверяще смотрели на меня.

- Вы... как?

Де Граф протянул руку и осторожно убрал упавшую на моё лицо длинную прядь. Я не выдержала. Напряжение, скопившееся в последнее время, особенно за прошедший в городе день, взяло верх. Я обхватила мужчину за шею и, прижавшись к нему, банально расплакалась.

- Тогда, на дороге... напали, - сбивчиво, глотая слова и не прекращая плакать, я стала рассказывать о случившемся. - Эрик сказал бежать, а я не смогла далеко... А он... Эрик..., - слова закончились. Перед глазами стояло тело в луже крови.

- Всё хорошо, - де Граф неуверенно поглаживал меня по голове и спине. Действовало успокаивающе. - Эрик жив. В тяжёлом состоянии, потерял много крови, но жив.

У меня будто камень свалился с сердца, но плакать не перестала. Слишком ещё много что требовало выхода.

- Я потом всё же сбежала, - уже более связно смогла рассказывать. Но шею так и не отпустила. - Добрались сюда, думала, к страже, а там он... Гад этот как-то здесь оказался... Ждал... А потом вас увидела.

- Кто, он? - тихо спросил де Граф. Я уже перестала плакать и всё же отстранилась от мужчины.

- Начальник этих, похитителей. Ой! - только сейчас заметила, что де Граф одет в одни подштанники и торопливо отвернулась. Да, я его в таком виде уже наблюдала, но, всё равно, неприлично.

По звукам за спиной поняла, что мужчина начал одеваться.

- Можете его описать? - деловито спросил он.

- Маор. Стрижка под горшок. Высокий, примерно такой, - я подняла руку над головой. - На лице шрам. С левой стороны через бровь до подбородка. Должен быть ещё в городе, меня ловить.

Усилием воли всё-таки смогла переключиться в деловой режим, снова подавив эмоции. Слегка расслабилась и хватит.

- Я понял, - ответил лорд-защитник. - Я скоро вернусь, не исчезайте никуда, пожалуйста.

Я осталась в номере одна и, запоздало сообразила, что гостиница всё же достаточно высокого ранга, чтобы иметь номера из нескольких комнат. Может, здесь есть и на большее их количество, но этот состоял из гостиной и спальни, куда я влезла. А в гостиной должен ещё стоять почти нетронутый ужин. Не думаю, что хозяин будет возражать.

К возвращению де Графа я разделалась с отбивной, половиной гарнира и допивала третью кружку из кувшина. Судя по запаху, там был яблочный сок. На вкус тот же сок, только слегка газированный. На сытый желудок стало сильно клонить в сон, но я старательно прогоняла его, решив дождаться хозяина номера.

Когда он вернулся, я клевала носом стол, обеими руками держась за кружку. Де Граф подошёл, заглянул в кувшин, оценивая, сколько там осталось и, устало и как-то обречённо вздохнул.

- Ещё и напились...

Он забрал кружку и отставил её в сторону. Я полусонно и не совсем понимающе посмотрела на него. И правда, умудрилась напиться этим соком - комната слегка кружилась, в голове какая-то лёгкость, но хотеть спать не мешало.

Мужчина легко поднял меня на руки и понёс в спальню. Мне стало стыдно. Опять ему приходится возиться со мной, когда я в непотребном виде. Почему, как позориться, так при нём?

- Бракованный вам император достался, - язык сам озвучивал мысли, минуя мозг. - От меня одни проблемы и неприятности. Прибили бы спокойно и выбрали нового, нормального. Зачем я вам такая дурная.

- Завтра об этом поговорил, - терпеливо ответил мужчина и уложил в постель. - Спите, вам надо отдохнуть, - он накрыл меня одеялом.

- Вам тоже надо выспаться, - сонно и не открывая глаз, ответила я. - Ложитесь, обещаю, приставать не буду.

Не дожидаясь реакции, повернулась на бок и уснула.

Проснулась поздним утром. До полудня оставалось около трёх часов. Обычно к этому времени успевала провести тренировку с Эриком или Крисом, позавтракать и начать работать. Уроки в основном уже закончились, мелочи узнавала по мере необходимости. Де Граф спал в кресле, уронив руку с подлокотника и неудобно уткнувшись головой в стену. Сидел, караулил меня, и заснул. Хотел бы лечь спать, так в гостиной есть диван. И здесь я виновата. Во сне суровая складка между бровей разгладилась, и он выглядел как спокойный, безмерно уставший человек. Сколько же он не отдыхал? Я осторожно подложила ему под голову подушку и накрыла одеялом. Ночью прошёл дождь, и спальня выстыла с незакрытым окном.

Часа через полтора в дверь постучали. Я открыла. За порогом стоял один из гвардейцев, удивлённо переводя взгляд вниз. Ну да, ожидал увидеть высокое во всех смыслах начальство, а тут я, бомж недоделанный.

- А... господин де Граф?.. - гвардеец несколько растерянно посмотрел на двери, потом снова на меня.

- Спит. Если дело срочное, можно разбудить, - я отошла в сторону сделав приглашающий пройти жест.

- Слава стихиям! - неожиданно обрадовался гвардеец. - Трое суток без сна. Не будет вам сложно передать ему...

- Что передать? - хриплый со сна голос де Графа оборвал фразу на полуслове. Мужчина стоял в дверях спальни и рукой пытался пригладить выбившиеся волосы.

- На Лесных воротах задержали человека, подходящего под описание! - вытянулся по стойке смирно гвардеец. - Пытался покинуть город.

- Где он сейчас? - де Граф подобрался, как хищник, почуявший добычу.

- Там же, под охраной. Причину задержания ему не сообщали, - отрапортовал гвардеец.

- Седлайте коней, - приказал лорд-защитник. Гвардеец коротко поклонился, принимая приказ, и быстро ушёл. Де Граф скрылся в спальне и всего через несколько минут вышел уже в своём обычном собранном виде.

- Пойдёмте. надеюсь, вы его опознаете.

Проходя мимо портье, он немного задержался.

- Любезный, мы скоро вернёмся. Постарайтесь найти более приличную одежду на это, - он указал на меня. Портье удивлённо кивнул и также удивлённо смотрел нам вслед, пока спускались по лестнице.

- Я не "это" - возмущённо прошипела уже сидя в седле перед де Графом. Обижаться и выяснять отношения при посторонних - дурной тон.