Наступление Тьмы. Книга 3. В пасти мертвецов

Глава 9 Башни. Ни ментов, ни законов

— Здорова, Скиф! — Кивнул мне часовой, парень с бородой, примерно тридцати лет, в военной форме.

Где-то мы с ним уже пересекались. Сразу бросилось в глаза предплечье, перевязанное в двух местах покрасневшими бинтами прямо поверх рукава.

В руках — дротик черховеца без привязки, дубинка на поясе, сбоку у стены приткнулся грубо сбитый из досок щит.

*** Человек. «Лерой». Уровень 3.

— Всех положил? — Спросил он, кивая в сторону леса. — Отсюда только видно, как туман движется, а потом кругом трупы лежат.

— Ага, — замедленно кивнул в ответ.

— Красава! Ты не ранен?

— Нет, это не моя кровь. Где лазарет?

— Вон в ту дверь, три зала и слева двери увидишь. Воды хочешь?

На мой усталый кивок он без промедления отвинтил крышку своей фляги и протянул её мне. Я прополоскал рот, выплюнул воду и, наконец, сделал несколько жадных глотков.

— Спасибо.

— Не за что! Тебе спасибо, Скиф! Если хочешь помыться, там рядом с лазаретом туалеты, ну и в самом лазарете.

Мы стукнулись кулаками и я побрёл дальше. Навалилась дикая усталость аж ноги подгибались. Заставил себя встряхнуться, нет тут безопасных мест, нельзя расслабляться.

В центральном зале людей не было, все куда-то рассосались. Возле указанной двери стоял ещё один часовой — сухой, высокомерный старик с длинной седой бородой, тоже вооружён дротиком. Отодвинув назад голову, он презрительно взирал на моё приближение.

Старика первый раз вижу. Без военной формы, явно недавно присоединился к группе, иначе бы приодели. В обычной городской одежде, джинсах, байковой тёплой рубашке, уличных ботинках. Борода зачётная, но торчит весьма раздражающе, чуть не в лицо.

*** Человек. «Палыч». Уровень 1.

— Стой. Куда намылился? — проскрипел старикан, взяв дротик наизготовку.

— Туда очевидно, — старик не располагал к себе от слова совсем.

— Не положено, — костяное лезвие дротика уже направлено мне в грудь.

— Ты из какой сказки вылез, папаша? Доложи кому положено, что Скиф пришёл.

— Не груби тут, совсем шелупонь распустилась! Каску нацепил — везде можно, думаешь? Чужих пускать не велено! Докладывать не положено! Правила есть правила! — Старпёр явно наслаждался своей властью, упёршись, словно дуб.

Дверной проём был загромождён двумя массивными шкафами, оставлявшими лишь узкий проход. Из-за них, привлечённые нарастающим накалом разговора, уже выглядывали две любопытные физиономии бабушки и девочки-подростка.

— Меня ждут в лазарете мои люди, — повторил я, сдерживая раздражение, — передай Коршуну, если он вернулся, или Сэмпаю, что Скиф пришёл.

— Не положено! Или со слухом плохо?

Число любопытствующих увеличилось — появились лица ещё двух молодых ребят.

— Дед, это наш парень, он герой, защищал нас всех! — вступились ребятишки в мою защиту.

— Цыц, пацаны! — Шикнул старик. — Не положено! Здесь не проходной двор!

— Ребят можешь послать за разрешением, — предпринял последнюю попытку.

— Не положено.

Глянул в чат команды, никто не пишет. Санту усыпили, Вику дёрнуть? Нет, пусть работает, сам разберусь. Может просто снести старпёра?

— Эй, Лерой! — заорал я через весь зал парню с бородой, — Меня тут старый хрыч не пускает!

— Да ёба, Палыч, пропускай! Это Скиф! Он с нами!

Палыч, насупив брови, явно недовольный, убрал от меня дротик и чуть отступил, освобождая проход. Теперь пялился на меня исподлобья, агрессивно так.

Я ему что, в суп в другой жизни плюнул?

Мне, чтобы пройти со своей снарягой, надо повернуться боком, чтобы протиснуться.

Ну-ну. Агрессии и у меня хватает, только я сдерживаюсь. И сдерживаюсь из последних сил. Может вызвать Репта? Нет, это слишком.

Надвинулся на него и вызвал длинное копьё. Выставил руку так, чтобы копьё появилось напротив его дротика. Старик заворожено уставился на толстую, узловатую на местах суставов, кость черховеца с огромным треугольным острым набалдашником напротив его лица. Спесь и агрессивность как ветром сдуло.

Одна грань с мелкими крючками для вырывания плоти жертв как раз смотрела на него. Кость вся исцарапана от большого количества ударов.

Зрители тоже рты раззявили.

Вырубленная из туши земляной твари ударная кость производила впечатление и подавляла хищным предназначением — наносить увечья и разрывать раны. Тонкий дротик был подлиннее, но на его фоне казался детской игрушкой, метательной палочкой.

— Смотри, папаша. Хочешь стать стражником месяца, будь готов к таким возражениям. Мне кажется, ты не готов.

Палыч поджал губы, попятился. Теперь пройду свободно. Убрал копьё.

Вот это кадр, подумал мимоходом, торопясь найти своих. Ведь мог окликнуть людей поблизости, попросить позвать командиров, чтобы не отходить с поста, те же мальчишки бы быстро сгоняли. Нет, упёрся рогом и всё тут. Злость требовала выхода, но хорошо, что разошлись по-цивилизованному. Да и показал недоумку реальное положение вещей. Чем меньше дури в башке, тем больше шансов ему выжить. И выжить людям, которых он охранять поставлен.

Правильно, что сдержался, не хочу выглядеть неадекватом. Не моя весовая категория. Старость надо уважать. Да и не хочется опускаться до уровня быдла.

Подростки мне заулыбались, подставили ладони, я им дал пять. У одного заметил метательный дротик. Ловкач, достал где-то. Причём, дротик был без привязки к черховецу. Неужели Сэмпай так много насобирал трофеев, что даже зелёным пацанам раздаёт?

Проходя по залам обратил внимание, что вижу мало военных. Почти все гражданские. Отдыхали, суетились, обустраиваясь на новом месте, но таких, кто не опустил руки, к сожалению, меньшинство.

Здесь царила мрачная атмосфера. Общее настроение сильно подавленное. Многие лежат. Некоторые плачут, кто-то сидит, уставясь в одну точку. Мужик с бессилием матерится.

Женщина лежит, свернувшись калачиком, тоненько воет. Рядом на полу лежит разложенная военная форма, она гладит её рукой. Видимо, потеряла близкого человека или своего защитника на крыше галереи. Да и не только у неё одной потеря, человек погибло десятка полтора, не меньше.

Иллюзия безопасности была разрушена после атак летучих волков, прорыва зомби, гибели соседней группы, потери обжитого лагеря и бегства.

На первые места вышли эмоции тревоги, страха, неуверенности в своём будущем. Да ещё и бойцы все куда-то свалили.

Встретил и замеченного прошлой ночью священника, который намаз делал. А может и не намаз. К седобородому мулле присоединилось ещё трое последователей и они проводили необычную процедуру.

Молитвой или намазом это назвать уже сложно.

В отдалённой от дверей части зала, священник, двое мужчин и женщина неопределённого возраста стояли на коленях в кружке. Я даже при помощи цепочки Острого зрения не слишком хорошо видел их лица — с непонятными целями все четверо чем-то чёрным наподобие графитовой смазки смазали кожу и волосы.

Держались вместе за руки, а второй свободной рукой, вытянутой вперёд, плавно водили перед собой. Лица смотрели вверх.

Мракобесие какое-то. Сходят с ума на свой лад.

Меня остановила одна красавица лет 25, в достаточно потрёпанной униформе известного салона мобильной связи. С ней рядом было ещё две женщины постарше, но довольно миловидные.

— Извините, вы не знаете новостей по… по ребятам, которые ушли первыми к Черкесу?

— К сожалению, нет. Я не оттуда.

— Простите, — поникла она. Женщины рядом тоже выглядели подавленными.

Всё-таки женский пол более гибкий, как быстро они нашли здесь себе защитников. Но и это более-менее сформировавшееся будущее оказалось под угрозой. Перспективы для слабых в этом мире не завидные.

У них, как и у всех встречных, были первые уровни. Сэмпай молодец, прокачал получается всех минимально. Плюсы хорошо организованной группы.

Конечно, первые уровни не помогут выжить, если мужиков не останется.

Так, третий зал, туалеты вижу, но лучше схожу помоюсь в лазарете, сначала хочу увидеть своих.

В следующем зале слева большие двустворчатые двери и там стоял ещё один охранник, нахмуренный чисто выбритый дед с седыми волосами. Рослый, ростом с меня, армейская выправка. Оружия у него не было, но одет в военную форму. Сэмпаю не хватает кадров, ставит везде пенсионеров. Тоже первый уровень.

Похоже дед не пускал в лазарет жаждущих пациентов, здесь выстроилась очередь человек на 10. Две женщины из очереди вопили друг на друга, их вяло пытались разнять, но до хватания за космы оставались секунды. Башни дамам посносило капитально. Одна с матами отталкивала, вторая вопила в ответ, что у неё срочно.

Конечно, все попаданцы на нервах, достаточно мелкого повода, чтобы выйти из себя, но это уже перебор.

Это ведь всё на Вике висит, к кому ещё они могут прорываться? Мне это не нравится. Выбитое из Вики обещание перед уходом провести последний сеанс лечения принесло только кучу проблем.

Попытался обогнуть, но самая крикливая моментально переключилась и накинулась с криком уже на меня, обрызгав слюной лицо. Не хватало, чтобы ногтями ещё вцепилась, придурошная.

Молча схватил её и перекинул через бедро в сторону, придержав внизу голову рукой. Когда пол и потолок меняются резко местами жизненные приоритеты пересматриваются, проверено.

Вопли сразу стихли со стуком клацнувших зубов. Можно было не придерживать — паркет под ногами, голову не разобьёт. Хотя вообще на это наплевать, проделал всё на автомате и прошёл дальше, дав выход на секунды клокочущему внутри меня бешенству.

Дед меня явно знал, а может впечатлился броском и просто отступил в сторону. Это правильно.

Мне срочно нужна выпивка, пока никого не убил.

Лазарет, тупиковый зал, заставлен кроватями. Все тумбочки и прочий экспонат сдвинули временно в углы, освобождая место. Там же сидят и бродят ходячие пациенты.

Кроватей больше, чем на старом месте, около пятнадцати, все заняты, лежат по одному, по двое. Многим места не нашлось, их разместили прямо на полу.

Вику в красном видно издалека на койке вместе с Сантой.

Стоя у двери, вдруг задумался, почему Сэмпай не дал часовому дротик? Не хватило? Но при этом молодой пацан у баррикады, только окончивший школу, бегает с таким. Непонятно. А дед смотрелся по-боевому, видно, что есть ещё порох в пороховницах.

Наморщив лоб, я пытался вспомнить, как его зовут. Ведь только что прочитал и псевдоним и уровень 20 секунд назад. Не могу вспомнить и всё тут! С памятью явные проблемы.

Оба спали. Вика рядом со здоровенным пожарником смотрелась маленькой девочкой. Ручки тоненькие, кожа сильно обтягивала резкие скулы, волосы словно обесцветились. Совсем вымоталась. Но всё равно очень красивая, невольно залюбовался.

Парню подложили под спину подушки, чтобы он находился в полулежащем положении. Бинтами замотано горло.

Когда я наклонился, чтобы рассмотреть, что под повязкой, тот сразу проснулся. Увидел меня, Вику рядом и расслабился.

— Как ты? — тихо спросил.

Санта осторожно помахал рукой, стараясь не разбудить девушку. Типа так-сяк, но терпимо.

— Не можешь говорить?

Санта подтвердил рукой. Ему так накрутили бинтов, что ни кивнуть ни повернуться. Только бровями мог двигать.

— Ему запретили говорить, — сказали сбоку знакомым голосом. — Горло сильно порезали.

Киркот. Знакомец подошёл прихрамывая. Правая рука висела на самодельном бандаже плечевого сустава. Я хоть и был злой, но улыбнулся, рад, что он выжил во всех заварушках. И уровень поднял.

Сразу вспомнил момент, как он отважно сунулся вперёд меня навстречу Главному и четырём охранникам. Совсем не впечатляющий телосложением на фоне его мордоворотов и взъерошенный как воробей.

*** Человек. «Киркот». Уровень 2.

— Привет. Ты в курсе, что произошло?

Парень из колл-центра кивнул.

— А то! Я, можно сказать, участник событий.

Он мотнул головой, приглашая отойти в сторону, чтобы не будить Вику, и начал рассказывать:

— Наших почти всех отправили вызволять первый отряд и помогать Черкесу. Оставшиеся — кто баррикады строил, окна укреплял. Тут и заявилась компания каких-то мутных типов из дальних залов. Пропустили их через посты. Они сказали, что просто идут на первый этаж.

— А что нельзя спуститься по лестницам боковым?

— Ну, теоретически можно, но кто их остановит? Логично, что их пропустили на постах, ты ж видел, кто там стоит? Пенсы одни, старики и бабы. С зомби понятно что делать, а тут человеки обычные просят пройти.

— Стой, совсем нет никого? ГБР нет? Сигналки же у вас?

— Есть эта быстрая группа, но ушла с Сэмпаем на чердак, там волки эти крылатые. На зачистку. До сих пор их нет.

— Сэмпай выздоровел?

— Да вроде нет, но его разве удержишь, Вика ругалась, конечно… Говорила, что лечение может пойти насмарку. Угрожала сменить ему ориентацию, хы. Всё равно ушёл… А по сигналкам… ставим, обновляем, но чтобы сигналка сработала, надо ущерб часовому нанести, например, тыкнуть в ладонь ножом. Пенсионеры видимо на такое не решились, хотя всё это уже тысячу раз объясняли.

Я выругался. Свежо в памяти, как после нападения Главного на Киркота, тут же прибежал Сэмпай с десятком бойцов. И Палыч мог не ерепениться, а вызвать офицера.

Хотя это способ больше для вызова ГБР. Я всё ещё зол на него, вот и ищу к чему придраться.

— В общем, их пропустили. Ну и встретили Вику в коридоре. А она сам видел какая, да ещё в этом халатике красном! И тут понеслась история. Я как раз готовил зал под лазарет, меня оставили в запасе — коленку отшиб, болит на каждом шаге.

— И что?

— Слышу крики, визги, суетня какая-то! Выглядываю, а тут драка! Санта на полу, у него из шеи струя крови бьёт, он руками её зажимает, а гандон в кепке у его глаза ножом играется! Вику сразу трое прижали к стене, рот зажимают, лапают, трусы стаскивают, мрази!

От его слов меня передёрнуло. Обещал девочке защиту называется…

— Ну я кепку с ходу бортанул в бок, запястье с ножом зажал, но меня этот щербатый мигом скрутил и руку вывихнул, сучара! Потом подоспели наши, кто был неподалеку. Криками, орами, Вику отбили. Я считаю повезло. С нашей стороны народа много было, но безоружные почти все и бабы в основном, а эти пятеро — с ножами, дубинками. В итоге они ушли на первый этаж.

— Отморозки, — процедил я.

— Да уж. Люди как звери, делают что хотят, ничего не боятся. Ни ментов, ни законов тут.

— Это дело поправимо, — сказал я, глядя на Санту. Пожарник понимающе кивнул. Он в деле. Осталось только их найти.

— А этот пенс на входе тогда там стоял?

— Кузьмич? Нет, это он как раз сигналки ставит, встал вот на охрану после этого. Нету боевиков, ушли все наверх, такие дела.

Перевёл взгляд на руку Киркота.

— Значит и тут ты отличился?

— В смысле?

— Вначале от Главного прикрывал, теперь Санту спас. Тенденция, однако. А дома ты бабушек через дорогу переводишь?

Киркот усмехнулся, но грусть мелькнула в его взгляде.

— Ага, только валяют все меня как тузик грелку. И гипнотизёр этот и гопник мелкий в кепке. Один на один и тот завалил в секунду! Раз-раз, не просёк даже как. Быстрый.

— Ну не такой уж и мелкий, если Санту порезал. Санта парень здоровый. Вон на койке ноги не помещаются.

— Может быть, — протянул Киркот и, кажется, немного приободрился.

— Хочешь стать сильнее? — спросил я. — Надо качаться.

— Да кто спорит! — усмехнулся он. — Уже одиннадцать зомбаков приголубил насмерть и второй уровень получил! Надо бы плюсануть силу и ловкость, да нельзя, нам запретили! Без понятия где спать придётся, может в парк будем прорываться.

— Что с коленом? Вика не поправила?

— Да на крыше грохнулся плохо. Вика сказала — защемление мениска, поправить можно, но ещё пару сеансов надо. Она и так подлечила, а то согнуть не мог, дикая боль была.

— Почему не зафиксировали?

— В смысле?

— В таких случаях ортез надевают, надо коленный сустав фиксировать при ходьбе, бери любую тряпку подлиннее и замотай туго под штаны. Не так чтобы кровоток совсем остановился, но туго. Это прогреет сустав и не даст ему делать опасные движения. Ходить легче будет.

— Мне Вика такого не говорила.

— Она не хирург, а педиатр… или терапевт? Забыл, блин. Может просто не знает.

— А ты знаешь? Ты хирург?

— Нет, но тоже травмировался, в теме, так сказать. Экстрим всякий люблю. — Я поморщился и поправился. — Ну, теперь уже не люблю. Экстрима мне и так хватает. Ладно, погодь.

Написал в чат. Санта высказался положительно. Это говорить он не мог, а писать в чате команды запросто.

— Киркот, к тебе предложение. Ты наверняка в курсе, что Санта и Вика в моей команде?

— Конечно, знаю, — кивнул он.

Ещё бы он не был в курсе. Болтун ко всем подкатывает почесать языком.

— Так вот. Ты мне уже дважды помог, так что, если хочешь, можешь пойти с нами. Я помогу тебе прокачаться до пятого уровня, а дальше уже сам по себе. Это первый вариант.