Темная целительница для светлого мага (СИ)

Глава 28

Пришла в себя я у деревенского колодца. Причём у другого.

Даже не знаю, как добралась до него, просто в какой-то момент обнаружила, что стою, вцепившись руками во влажный от утренней сырости деревянный сруб, и невидящим взглядом смотрю куда-то в черноту провала. Проходящая мимо женщина в ярком красном переднике встревоженно покосилась на меня. Я подумала, что наверняка вид у меня такой, как будто я прикидываю, не утопиться ли в нём, а чистая вода — штука нужная, поэтому успокаивающе ей кивнула. Женщина быстро отвернулась и заторопилась прочь.

Да уж…

Я вновь уставилась в тёмный колодец. Чем-то он сейчас был мне симпатичен. Наверное, тем, что практически таких же размеров и привлекательности дыра сейчас зияла у меня внутри.

Я крепче сжала пальцы, рискуя занозить руки, и попыталась собрать себя в кучу и осмыслить всё, что произошло. И как вообще так получилось, что…

Да уж…

Ладно, начать можно с малого. Подрагивающими руками я, как могла, расчесала волосы и выбрала из них всякий лесной мусор. Умылась. Как следует привела одежду в порядок, морщась, когда ткань рубашки натягивалась на саднящей спине. К тому моменту, как я закончила, я почувствовала себя лучше, а вокруг начало ходить ещё больше местных жителей, так что занялась внешним видом я определённо не зря.

Итак, что мы имеем. Судя по всему, Кайрос хотя бы мне поверил. Ну, то есть не мне, а в мою историю.

Я вновь пошевелила лопатками, надеясь, что физическая боль хоть немного поможет унять ту, что эликсирами и магией так просто было не вылечить.

Теперь мне хотя бы можно не опасаться за свою жизнь. И хотелось бы надеяться, что из отряда он меня не выгонит, не до того сейчас. Поэтому дальше, как и планировали — еду в Менаен и помогаю, чем могу. Потом по обстоятельствам. Что же до личного…

В груди словно что-то вновь болезненно провернулось, и я потёрла висок в попытке собраться с мыслями. Ощущая непривычную пустоту на лице.

И что мне теперь с ним делать? Объяснить всё? Я уже объяснила. Извиниться за обман? Ну я почти что-то такое и сказала… Ой, да нет, серьёзно? «Прости, что так боялась, что ты меня убьёшь, что мне даже в голову не могло прийти взять и во всём тебе признаться?». Да, я причинила ему боль. Очень и очень сильную. Но в чём здесь была моя вина? Он бы на моём месте поступил иначе? Что-то сомневаюсь!

Я расправила плечи и, найдя на горизонте нужный дом, зашагала к нему. Смутно подозревая, что так-то оно так, и я возможно во всём права, но вряд ли моя правота поспособствует примирению. Если оно вообще возможно для нас.

Около постоялого двора уже кипела жизнь. И внутри тоже. Все постепенно просыпались и спускались в общий зал по скрипучей лестнице, помощники хозяина сбивались с ног, обслуживая непривычно много людей, а с кухни уже тянуло чем-то вкусным. Я быстро проскользнула на чердак, опустив голову и чувствуя себя без маски так, как будто была голой. За эти годы неоднократно бывало, что она надоедала мне до зубовного скрежета, но я и подумать не могла, что, если я её лишусь, мне будет настолько неуютно. Закрыв за собой дверь комнаты, я с облегчением выдохнула.

— О, ты уже встала? — сидящая на кровати Филика сонно потянулась и вернулась к шнуровке высоких сапог. — Я даже вечером тебя не видела.

— Ага, сходила умыться.

Да уж, сходила так сходила. Я достала из сумки гребень и уже нормально расчесала волосы, собрав их кожаным шнурком. Предыдущий остался где-то на злополучной поляне.

Девушка потянула носом запах выпечки, доносящийся из окна, затем повернулась ко мне.

— Турат сказал, общий сбор и выезжаем, никакого горячего завтрака, паёк в дороге сжуём. Если поторопимся, то ехать ещё несколько… ой, Арина, а где твоя маска?

— Порвалась, — сдержанно выдала я почти правдивую версию. — Без неё теперь придётся.

— Жалко, — Филика приняла мой трагичный вид за скорбь от потери и смотрела теперь с сочувствием. — Если хочешь, можно у хозяина попросить какую-нибудь ткань и из неё…

Я лишь махнула рукой.

— Ничего страшного, это скорее традиция, чем такая уж необходимость. Переживу.

Во всяком случае должна.

Мы быстро собрались и спустились во двор. Где мне пришлось серьёзно взять себя в руки.

Кайрос внимательно слушал хозяина постоялого двора, а стоящий рядом Турат по его рассказу наскоро делал пометки на карте.

— Тогда лучше свернём за Волчьим оврагом, — сообщил магистр собравшимся вокруг них. — По времени потеряем немного, зато ночевать посреди леса не придётся. И позже нужно будет направить сюда охотников с магами, зачистить местность.

Он вдруг прервался и глубоко вдохнул и выдохнул, прикрыв глаза. А я заметила, что сегодня светлый выглядит бледнее обычного.

— Всё в порядке, просто устал, — Кайрос отмахнулся от встревоженного вопроса Турата. — Я уже восстановился магией. Чем быстрее мы со всем этим разберёмся, тем быстрее сможем все наконец отдохнуть.

Я отвернулась и направилась к конюшне, быстрой ходьбой пытаясь прогнать сочувствие, собравшееся отвоевать пространство у обиды и злости. Оборона города, дорога, бессонная ночь, теперь ещё и это потрясение. Я и сама чувствовала, что без эликсиров Алрота долго не продержалась бы, но мне хотя бы не приходилось ещё и за всё и всех отвечать.

Леса и поля вновь начали бежать мимо нас. Но на этот раз я, наоборот, старалась держаться как можно дальше от Кайроса и даже лишний раз не смотреть на него. Несколько раз мне казалось, что я чувствую на себе его взгляд, но я тут же отворачивалась в другую сторону. А светлый, в свою очередь, старался не оказываться рядом со мной.

Вторая ночёвка прошла спокойно, в крошечной деревеньке, под защитой охранных оберегов. Никаких таверн или постоялых дворов здесь не было и довольствоваться пришлось амбарами и свободными лавками в домах жителей, но к этому моменту все уже так устали, что даже Арриен не выглядел недовольным. Я так и вовсе только закрыла глаза, завернувшись в брошенный на сено плащ, как в следующий миг меня уже трясли за плечо, а в продухи под крышей пробивались лучи рассветного солнца.

Постепенно воздух становился всё более влажным, а ручьи и озёра начали попадаться все чаще. Расчищенная дорога зачавкала под лошадиными копытами, но проводник, из местных, взявшийся показать дорогу покороче, сообщил, что сейчас ещё сухо, вот за Менаеном, где болота окончательно взяли своё, там — да. И пешему пройти сложно.

Я посмотрела на бахрому мха, украшавшую ветки деревьев, и от души пожелала, чтобы оказалось, что в городе все просто заработались и забыли про связь с внешним миром, а мы быстренько со всем разберёмся и вернёмся обратно в сухие места. Одна надежда — что чёрные твари там где-нибудь заблудятся и утопнут в трясине.

Очередная деревня, в которой был запланирован ночлег, подкралась внезапно, ещё даже до конца не стемнело, но ехать дальше мы не стали.

— Лошади отдохнут, — буркнул Турат, когда Маргрея уточнила примерно то же. — И нам не помешает, в городе завтра до сумерек будем. Неизвестно, что там, нужно, чтобы все собрались с силами.

Проследив за его взглядом, я увидела, как он проводил глазами Кайроса, выходящего из конюшни. Против обыкновения магистр ускользнул от своей привычки быть в центре внимания, и сегодня его помощник принял эту роль на себя.

Я вздохнула, вновь отворачиваясь. Действительно, отдых нам всем сейчас не помешает.

Кайрос

Влажный пряный воздух пах сеном и приятно горчил на языке. Светлый маг глубоко вздохнул и почти сразу закашлялся, тяжело оперевшись на лошадиный бок.

Тут же выпрямился, благо свидетелей мгновения слабости поблизости не было. Быть главным означало не только то, что все делают, что ты им скажешь, но ещё и оставаться источником уверенности для остальных. Особенно на случай, если кто-нибудь не очень-то захочет следовать твоим приказам.

Он не может позволить себе уязвимости.

Однако всё равно ухитрился с размаху в них влезть!

Кайрос почувствовал, как напряглась челюсть при виде тёмной, стоящей снаружи, и постарался не смотреть на неё, сосредоточиться на других людях. Вроде всё было в порядке, Турат, чья тревога сегодня уже начала прорываться в виде осторожных попыток расспросов, временно взял на себя руководство. Хорошо, когда есть на кого положиться, хоть ненадолго.

А сейчас просто нужно постараться восстановить силы.

Село было зажиточным, даже по меркам других земель. Таверна, впрочем, всех вместить всё равно не смогла, но городской староста при виде столь высоких гостей, быстренько вытряхнул всех домашних ночевать к соседям, предоставив отряду свой дом на эту ночь. А лорду-магистру даже свою спальню. В любой другой день Кайрос бы пресёк этот порыв, но сейчас оно было очень кстати. Хоть немного побыть в одиночестве было почти жизненно необходимо.

А вот то, что спальня эта находилась на втором этаже, было плохо. Магистр перебросился парой фраз о завтрашней дороге с Маргреей, игнорируя то, что тёмная изучающе прищурилась, разговаривая с ним. Но больше она ничего не добавила.

Кайрос поднялся по лестнице, стараясь не сильно наваливаться на перила и держать спину ровной. В глубине души мелькнула мысль, что надо было просто послушать совет умного человека и остаться в замке, потому что вся эта поездка обернулась одним большим клубком проблем.

С другой стороны — что бы это изменило? Даже Арина… он просто узнал бы позже. А может и вовсе не узнал бы, просто, закончив работу здесь и дождавшись снятия барьера, она в один прекрасный день исчезла бы без объяснений.

Он старался не думать о ней, но в том, что она тоже что-то чувствует к нему, почти не сомневался. Достаточно было вспомнить её лицо, уже без маски, когда он сказал… А, не важно уже, что сказал. Если завтра их всех не сожрут, тогда можно будет подумать, что делать с собой, с ней, и со всей этой историей, которая была настолько дикой, что до сих пор не укладывалась ни в голове, ни в сердце.

Которое так и норовило сейчас выпрыгнуть из груди, но, как всегда, от мыслей о тёмной или от тяжёлого подъёма по ступенькам, было неясно. Кайрос нашёл описанную дверь из красного дерева и наконец-то смог отгородиться ей от остального мира.

Как и зачем он вообще сблизился с ней, что дошло до такого? Насколько проще для них обоих было бы, если б она просто выполнила контракт и уехала.

Мысль была логичная, но в ответ на неё внутри поднялось такое сопротивление, что заныло в груди. Может это и было ошибкой, но, дай ему выбор, он был почти уверен, что совершил бы её ещё раз, уже осознанно.

А за ошибки приходится платить. Даже за самые, казалось бы, незначительные.

Кайрос убедился, что запер дверь и, подавив порыв, сразу же не раздеваясь, лечь спать, принялся расстёгивать камзол. Аккуратно положил его на стул и принялся за рубашку.

Несмотря на спешку, комнату едва не вылизали, настолько в ней было чисто. Кровать пахла свежим бельём и лавандой, и даже стоящее в углу большое зеркало, редкую в таких деревнях диковину, натёрли до сияния деревянной рамы.

Магистр снял с себя рубашку и, пару мгновений передохнув, подошёл к нему. Затем повернулся, так, чтобы лучше рассмотреть правый бок, где до сих пор читались едва заметные шрамы от когтей твари, задевшей его в городе. И то, насколько со вчерашнего дня удлинились тянущиеся от них чёрные полосы.