Сын помещика – 6

Глава 7

2–3 сентября 1859 года

После разговора с Аленкой я ушел в свою комнату. Послевкусие от беседы было неприятным. Надо было как-то отвлечься, переключить свое внимание. Чуть подумав, я решил провести полный «учет» инициированных мной проектов и на какой стадии готовности они находятся. Для чего достал тетрадь, нашел чистые листы и принялся составлять список с кратким описанием.

Первое — лесопилка. Еще в самом начале своего попадания я предложил отцу ее модернизировать. С тех пор прошло чуть больше двух месяцев, а кажется — будто лет. Но по факту, с учетом того, что ее пришлось с нуля возводить, проект не просто движется — летит вперед семимильными шагами. Возвести новое здание, к тому же из кирпича, производственного типа — это не шалаш построить. Даже в будущем такие проекты за день не решались. Правда конкретно на постройку в будущем уходило не так много времени, больше тратясь на всякие согласования и логистику. Да и здания в будущем значительно превосходят по размерам нынешние. Но все же, я считаю, что «модернизация» лесопилки идет очень быстро. И это плюс. Пока в списке ставлю галочку — не завершено, но скоро она поменяется.

Дальше — мастерская игрушек. Тут и вовсе все готово к работе. Опять же на ее постройку ушел где-то месяц. Тут повезло, что сразу с нуля ее ставить начали, да не было никаких чересчур сложных механизмов, как у лесопилки, вот и получилось, что она уже готова. Пометив с внутренней гордостью о завершении проекта, теперь там только рабочий процесс наладить осталось, я перешел к следующему пункту.

Унитаз. Ха! Почему-то думая про это, как про проект, испытываю испанский стыд. С чего бы? Но все же — тут можно поставить сразу две галочки — о готовности самой чаши с бачком и галочку «в процессе» — о патентовании такого полезного изобретения. И что-то давно от Дмитрия Борисовича ни слуху, ни духу нет. Как уехал в столицу, так и тишина. Я конечно понимаю — расстояния большие, да транспорт нынче не чета будущему, но хоть телеграмму отбить мог. Ладно, буду в Дубовке — поговорю с Маргаритой Игоревной, может у нее есть связь со своим кузеном.

«Что там у меня еще было из проектов? — задумчиво посмотрел я в окно. — Ах да, вроде как мельницу с Леонидом Валерьевичем думали ставить. Ну, тут жирный прочерк. Как думали, так и передумали».

Это я пока даже записывать не стал. Лето к концу подошло, а строить по осени, когда дожди сейчас часто будут лить, нет никакого смысла. Оставим на будущий год, если ничего не поменяется.

— Ткань из конопли, — выводя новый пункт, проговорил я его вслух. — Так, саму траву собрали, сейчас она сушится. Надо будет в конце месяца снова по деревням проехаться, да узнать — на какой стадии идет ее обработка. Проект тоже не быстрый, мгновенно результат не даст, но потенциально перспективный. Собственное производство тканей — это дешевая одежда для наших крестьян. А когда крепостное право отменят, им не будет смысла с наших земель никуда уходить в город тот же, ведь и здесь у них работа будет. Ладно, ставим галочку — в процессе.

Тут в дверь раздался осторожный стук, отвлекая меня от работы.

— Входите!

После моего окрика, дверь открылась, и на пороге появился Тихон. Парень мялся, чувствуя себя не в своей тарелке.

— Что-то случилось? Ты проходи, не стой там.

Зайдя в мою комнату, парень еще помялся, а затем выдохнул, словно бросается в омут с головой, и выпалил:

— Господин, а чего вы Алену выгнали?

Я мысленно подосадовал на себя, что не подумал — как Тихон на это отреагирует. Хорошо, что он сразу ко мне пришел, а не начал тайком что-то выяснять.

— Присаживайся, — махнул я ему рукой на свою кровать.

А то смотреть снизу вверх на него со своего стула было неудобно. Тихон осторожно приземлился на кровать и даже слегка на ней поерзал. По его лицу было видно — мягкость он оценил, и она ему понравилась. Но это было лишь мимолетное чувство, после чего он вновь посмотрел на меня, ожидая ответа на свой вопрос.

— Алену я выгнал по одной простой причине — она не служанкой хотела у нас работать, а стать моей любовницей. Потому и не пресекала те слухи, что про нее по деревне ходят. А я не был уверен в ее целях до сегодняшнего дня.

— И с чего вы так резко передумали? — нахмурился парень.

— У нее подруга есть. Я ее работницей в мастерскую игрушек беру. Как раз сегодня с ней и говорил. И спросил про Алену, чего она хочет. Та и рассказала.

— Да может эта ее подруга сама к вам в постель хотела бы пролезть? — воскликнул Тихон.

— Видишь ли, — вздохнул я. — Слухи об Алене не на пустом месте взялись. Она еще месяц назад меня прямо просила ее в любовницы взять. Я ей тогда жестко отказал, вот она и сменила свое поведение. А недавно меня подначивала, чтобы я ее снасильничал. И вроде как она бы была ни при чем. Если бы я пошел у нее на поводу, то она смогла бы меня шантажировать — или я ее в любовницы беру, или она все моей невесте рассказывает. Сначала я думал, это лишь мои домыслы, но после разговора с ее подругой убедился, что она не оставила своих надежд. Теперь понимаешь, почему я ее выгнал?

Тихон молчал, мрачно уставившись взглядом в пол.

— Это все, что ты хотел узнать?

— А? — встряхнулся парень. — Да, господин. Простите, что я тут… ну это, помешал вам. Вот, — неловко поднялся он и ушел.

Да уж. Сам парня обнадежил, и сам же такую новость на него вывалил. Но чего уж теперь.

— Ладно, — попытался я отстраниться от этого разговора, вернувшись к тетради. — Что там дальше у меня в планах было, и что я успел сделать?..

Усадьба Зубовых

Служанка принесла Софье Александровне свежую почту. Разбирая ее, женщина наткнулась на письмо от брата. Тут же остальные послания были забыты. Не так уж часто Сергей ей писал, предпочитая или отправить вестового, или же сам приехать. Что случилось такого срочного, что он решил нарушить эту традицию?

— Хмм… — задумчиво протянула Зубова, ознакомившись с посланием. — А Роман снова удивляет своими идеями. И ведь правда — все же на поверхности! Почему я сама о таком не додумалась?

Провести состязание по готовке тортов. Такое скорее должно было прийти в голову ее «сопернице» за умы и внимание света — Валерии Павловне. Это же у нее ресторан. Но раз не додумалась, то Софья не собиралась отдавать ей эту идею. И даже наоборот — решила немного «расширить» предложение брата, которое придумал Роман. Это будет не просто состязание нескольких дворян. Нет! Она привлечет внимание к этому своеобразному «турниру» весь свет их города. Через свой театр вкинет новость об идее и предложение об участии. Сейчас она сама сможет диктовать условия состязания. Стать хозяйкой этого вечера! А возможно — сделать такие состязания даже регулярными, если свет их примет благосклонно.

— Надо подумать о символических наградах, — тут же загорелась идеей женщина. — Подумать, кого пригласить в качестве оценщиков. Критерии оценки, — тут она покосилась на письмо. Сергей тоже думал об этом и даже прислал описание, как он видит эти критерии. — Выбрать место, — продолжала размышлять Зубова, — где будут готовиться торты. Не повезешь же их с собой через весь уезд? Нет, это состязание точно должно проходить здесь, в нашем городе! Да, это очень интересно.

Брат писал, что Роман собирается седьмого числа ехать в Царицын. Надо написать в ответ, чтобы племянник заехал к ней. Обсудить с ним все детали. Юноша не раз уже радовал Софью своим умом и непривычным мыслями. Вот как сейчас. Может, в процессе обсуждения он еще какие-то идеи подкинет. А там…

— Да, можно будет в следующем месяце провести это состязание, — кивнула своим мыслям Софья Александровна.

Настроение у женщины поднялось вверх. Это будут приятные хлопоты, что только оживят их общество.

Поместье княгини Беловой

Дарья Дмитриевна сидела в кресле и довольно улыбалась. Единственное, что слегка омрачало ее настроение — были мысли о потерянном времени, когда дела поместья вел ее муж, не допуская женщину в свои дела. Сейчас же… Сейчас все будет по-другому.

Начать вот с этого письма от соседа — Винокурова. Когда служанка принесла его, княгиня подумала, что Сергей Александрович хочет снова встретиться по поводу ее долга и обсудить новые условия. Все же ее жест на дне рождения Людмилы Винокуровой не прошел даром. И отчасти она была права. Сосед и правда упомянул в своем письме желание повторной встречи по поводу долга. Но вскользь, лишь обозначив это намерение. Основной же темой стала инициатива провести состязание по выпечке торта. Куда ее приглашали, как одну из участниц. Было ли это возможно при ее муже? Дарья Дмитриевна сильно сомневалась в этом. Да и до ее визита к соседям подобное тоже было под большим вопросом. Но не сейчас. Винокуровы теперь вынуждены действовать совсем иначе, чем еще неделю назад.

Конечно пропускать и отказываться от предложения она не планировала. Тем более что Сергей Александрович сам предлагал прислать к нему кухарку Беловых для обучения выпечке, если у той нет необходимых навыков. Время и место состязания пока не утверждено. Предварительно лишь указаны сроки — конец месяца. Время у нее есть.

— Устинья! — крикнула она верную служанку.

— Да, барыня, — тут же появилась та.

— Неси перо и бумагу, буду ответ Винокурову писать, — повелительно махнула ей Дарья Дмитриевна.

Служанка так же быстро, как и пришла, покинула комнату. А сама княгиня стала продумывать ответ. Напроситься на личный визит? Чтобы сразу и о долге поговорить, и кухарку с собой прихватить? Или стоит сначала кухарку отправить, а о визите позже договориться?

— Нет, лучше не затягивать, — решила женщина. — А то время идет, и новых условий по выплате мы еще не обсудили. Как бы не решил Сергей Александрович, что они меня устраивают, и он все получит в срок.

Царицын

— Сударыня, ваши девочки — просто чудо, — поцеловал воздух над ручкой Екатерины Савельевны дородный господин, купец по роду деятельности и примерный семьянин для окружающих. О его небольшой слабости к хрупким девочкам, только достигшим совершеннолетия, знали лишь здесь — в салоне мадам Совиной.

— Всегда рада вашим визитам, — улыбнулась в ответ сутенерша. — Что вам больше всего понравилось сегодня?

— Эта новая ночнушка — тонкая на ощупь и открытая по бокам, — с похотливым взглядом и вновь подступающим возбуждением в голосе ответил мужчина. — Тот, кто ее придумал, настоящий ценитель прекрасного.

— Я передам ваши слова, — вновь улыбнувшись, сказала Екатерина Савельевна.

— Если ваши красавицы будут в следующий раз облачены в нечто столь же… изящное и откровенное, то я бы и сам через вас желал передать свою благодарность. Сто рублей ассигнациями…

— Не нужно оскорблять мастера, — перебила купца Совина. — Его работа стоит тысячи, не меньше.

Слова сутенерши, произнесенные с милой улыбкой, заставили перекоситься лицо у немного скупого мужчины.

— Ну-у… наряд конечно красивый, но не настолько, — тут же, словно на торге, стал «сбивать цену» купец.

— Александр Иванович, — с укоризненным взглядом покачала головой женщина. — Мы не на базаре. Вы сказали, что хотите отблагодарить мастера, но сто рублей… это не благодарность, а оскорбление его таланту. Если для вас это затруднительно, уж лучше и вовсе ничего не передавайте, а я сделаю вид, что не слышала этих ваших слов.

— Кхм, — поперхнулся мужчина. — Ладно. Тысяча, так тысяча. Будет новый наряд, не уступающий этому, и даю слово — не поскуплюсь и одарю вашего мастера. Лично!

— А вот лично не стоит, — опять прервала купца Совина. — Как вы объясните ему, откуда узнали про наряд?

— Эм… да, вы правы, что-то я совсем голову от ваших девочек потерял, — неловко заулыбался купец.

Попрощавшись, он поспешил на выход, чтобы еще чего на эмоциях не наговорить. Уж не в первый раз после каждого своего посещения он вот так раскидывается словами, а Екатерина Савельевна ловит его на оброненных фразах, обращая их в звонкую монету, что идет ей в карман. Ну и девочкам перепадает, куда же без этого.

— Надо с Романом встретиться, — прошептала женщина, когда купец покинул ее заведение.

И дело было не только в только что ушедшем мужчине. Да, новые наряды было бы неплохо получить от столь перспективного юноши. Но ведь уже набрались новые желающие получить собственный портрет от него! Пока лишь трое, но они не будут ведь ждать вечно. Поэтому встреча с молодым человеком Совиной была необходима. И к ее счастью теперь она могла обойтись без привлечения домовников. Просто нужно посетить сестер Скородубовых, и оставить сообщение для Винокурова через них. Уж свою невесту он игнорировать по прибытию в Царицын точно не будет. А Анастасия — девушка честная и обязательная. Просьбу выполнит, особенно зная, что это пользу ее жениху принесет. И сходить к ним надо как можно скорее. Если слухи, что дошли до женщины, правдивы, то Роман объявится в городе уже буквально на днях. Ему придется посетить дом Бориса Романовича, куда вход для Совиной закрыт. Пока что закрыт, к огромному сожалению женщины. И до того момента Скородубовы должны быть уже в курсе о ее желании повидаться с парнем.

После разговора с Тихоном далеко не сразу у меня получилось вновь сосредоточиться и вспомнить все проекты, которые я начинал. Но все же постепенно мысли о Тихоне и Аленке удалось выбросить из головы и перевести свое внимание на свои планы. Итак, крестьяне. Кроме задачи по сбору конопли на ткань, я убедил отца прикупить технику для обработки полей. Это уже начало давать свои результаты. Так, сбор урожая шел рекордными, по сравнению с прошлыми годами, темпами. А это значило, что весь урожай не только будет убран в срок до начала дождей, но его также удастся правильно сохранить. Время на подготовку амбаров и вдумчивое распределение по ним всего урожая есть. Не придется пихать абы как, лишь бы успеть из-под начавшихся дождей убрать. Ставим себе здесь плюсик. А заодно пометку — продумать организацию работ с техникой на следующий год.

По основным и «крупным» проектам пожалуй все. Теперь переходим к более «мелким». И первым в списке тут же выходят мои картины. То, что дало мне первоначальные деньги и даже принесло новый транспорт. Да, направление выгодное, но уж больно не стабильное. То мне пришлось за раз аж восемь портретов рисовать, а то уже сколько времени вообще почти и не прикасался к холсту, если не считать своего собственного желания.

— Может, начать в каком-то одном направлении рисовать? — почесал я затылок. — А потом выставку какую организовать, где те картины и распродать можно будет? Тетя с выставкой точно поможет. И развлечение для дворян будет, как вижу, они на такое падки.

Сделал себе пометку — начать рисовать новые картины, когда выдается свободная минутка. Это и успокаивает, и если моей целью будет собственная выставка, метаний выбора — чтобы такое нарисовать — не будет.

— Следующее — массаж, — вывел я новую строчку в тетради.

Помнится, я обучал Пелагею, как правильно массировать мне спину. И ее даже мама хвалила, так хорошо у девушки получалось. Так почему бы не подумать об открытии полноценного салона? Найти в Дубовке здание какое, обучить несколько крестьянок, да и открыть новое дело? Можно даже не здание целиком, а квартиру какую снять, да обставить соответствующе. В будущем массажные салоны были в почете. И никаких интимных услуг там! Это еще больше поднимет их статус. Да, делаем пометку — продумать это направление.

— Одежда, — выдохнул я, с сомнением посмотрев на последний пункт.

Вот здесь я не уверен, что мне стоит в это лезть. Пока что из того, что я могу представить общественности — это мой собственный костюм-тройка. А все «платья» и нижнее белье, что я для той же Совиной рисовал, если и сделают меня знаменитым, то с неким легким «душком». Сомнительная слава модельера для проституток мне не нужна.

— Мда, — протянул я, — пожалуй, и без последнего пункта уже не мало наметок на будущее получилось.

Да уж, два месяца, может чуть больше, я в этом мире, а уже столько успел «наворотить». Для местного темпа жизни я мчусь вперед, как ракета. И это не ирония и не сарказм. Реально, для окружающих я даже чересчур активен. А ведь кроме проектов, я успел и в дуэли поучаствовать, и с целым князем пободаться, и невесту завел. Если бы кто мне об этом сказал тогда, когда Аким меня вез домой, тем июньским днем в мое попадание, я бы мог и не поверить. Уж слишком неторопливым был темп и у лошади, и в поместье у моих родных, когда мы доехали. И лишь моя активность подстегнула их действовать чуть быстрее. Однако и сейчас отец постоянно меня «осаживает», напоминая, что надо «подумать», «не спешить» и так далее.

Отложив бумагу в сторону, я шумно выдохнул. Это небольшое подведение итогов позволило мне окончательно успокоиться и упорядочить собственные мысли. Стало понятно, что я не стою на месте, а очень даже быстро прогрессирую. Просто помимо дел «промышленных» и связанных с заработком произошло много иных событий. Вот из ближайших — поездка в Царицын. Если погода вновь испортится, плюну на комфорт и попрошу отца отпустить Митрофана со мной. Лучше я медленно потрясусь в тарантасе, зато это безопасно, чем рисковать на открытой воде буду.

День в целом закончился спокойно. Так как никаких новых планов пока не было, я решил следовать тому, что только что написал. В частности — начал создавать собственную «картинную галерею» для последующей выставки. И ее ключевым моментом, что отличало бы мое творчество от десятков иных художников, я решил сделать тему «мир будущего». Кому как не мне знать, как изменится мир через сто и почти двести лет?

И в первой картине я изобразил улицу города с едущими по ней автомобилями. Чтобы слишком не шокировать нынешних моих «хронососедей», машины на картине больше напоминали кареты, только без лошадей и с кучерами, дергающими за рычаги. Привычный руль я пока решил не изображать. А рычаги ныне известны. Вон в лесопилке Алексей Юрьевич для «включения» в рабочий процесс и вывода из него пильной рамы именно рычаг приспособил.

На следующее утро я решил прогуляться до мастерской. На небо набежали тучки, но дождя не было, что радовало. Мне же было интересно, с чего начнет свою работу Аглая. Ну и обещал я ей, что приду и на месте все покажу, да отвечу на вопросы, какие у нее возникнут.

Чтобы добраться до мастерской, я оседлал Ворона. Конь немного взбрыкнул, когда я вскочил на него, проявляя и свой норов, и свою обиду, что забыл про него. Но стоило нам выбраться на дорогу, как он тут же с радостью ушел в галоп. Пришлось даже его немного осаживать, чтобы перейти на рысь — а то я отвыкнуть успел от быстрой скачки. Отобью себе всю «пятую точку», как потом за столом сидеть?

Уже приближаясь к мастерской, я заметил дымок из трубы. Аглая была на месте и приступила к работе. Даже интересно стало, с чего она решила начать? И какую игрушку из списка выбрала для первой работы.

Доскакав до мастерской, я притормозил, огляделся — куда привязать коня, и вдруг услышал шум из здания. Какие-то крики, похожие на ругань, и мне даже показалось, будто что-то разбилось! Тут же не теряя времени, я спрыгнул с Ворона, да подвел его к крыльцу. Там наспех привязал за уздечку коня к перилам и ворвался в мастерскую. Пока все это делал, шум в здании и не думал униматься, лишь нарастая. Я даже распознал голоса ругающихся — Аглая и Аленка. Блин, чего они там не поделили-то?

Стоило двери распахнуться, как мне предстала картина стоящих друг напротив друга девушек. С одной стороны Аглая держала в руке нож, предназначенный для тонкой обработки деталей игрушек. Другой стороны, как кошка готовая к прыжку, щерилась Аленка. В руках у нее была скалка — видимо из кухонного набора. Место для готовки мы успели укомплектовать посудой. Между этими двумя фуриями находился рабочий стол для лепки и, если бы не он, девушки уже вцепились бы друг в друга.

— А ну прекратить! — рявкнул я.

Только сейчас обе девицы заметили мое появление, и в их глазах былая агрессия стала пропадать, уступая место испугу.

— Ну-ка, объяснитесь, что здесь происходит⁈