Сын помещика – 6

Глава 6

2 сентября 1859 года

Аглая немного нервничала, когда шла к поместью барина. С последнего разговора с Романом Сергеевичем прошло довольно много времени. Стройка все еще продолжалась, о чем она знала не понаслышке — все-таки рабочие из артели частенько приходили по вечерам в их деревню. Кто купить хлебного вина, кто нашел себе здесь за это время полюбовницу из вдов, но таких было всего двое. Поэтому Аглая и думала, что раньше, чем закончится стройка, барин ее не позовет. Да он и сам о том говорил! А тут — стройка еще идет, а ее уже дернули для чего-то. И эта неизвестность пугала Аглаю.

Роман Сергеевич встретил ее лично, когда служанка доложила ему о приходе девушки. Вышел на крыльцо, окинул внимательным взглядом, после чего махнул рукой следовать за ним.

С некоторой робостью, которую она старалась не показывать, Аглая прошла внутрь поместья. А там ей пришлось быстро пересечь большую гостиную и зайти в спальню барина, куда он ее привел. Последнее еще сильнее заставило девушку нервничать. Но она успокаивала себя тем, что никаких слухов о любви молодого господина к насилию она никогда не слышала. Да и ее подруга, Аленка, пусть они в последнее время и виделись не часто, с досадой говорила, что тот совершенно не обращает на нее внимания. Поэтому хоть мандраж у Аглаи и был, но страха — нет.

— Мастерская готова, — первое, что услышала Аглая от барина.

И эти слова тут же вызвали волну облегчения у девушки. А также толику удивления — она-то думала, что еще ждать придется неизвестное количество времени.

— Лесопилка пока строится, поэтому набирать полный штат работников нет смысла, — продолжил тем временем Роман Сергеевич. — Так что для начала я решил, что ты поработаешь там одна. Освоишься, сделаешь первые пробные партии игрушек. Вот список, — протянул он девушке листок бумаги. — Можешь начать с любого пункта. Читать-то умеешь? — вдруг спохватился он.

— Да, господин, я посещала приходскую школу, — с внутренней гордостью кивнула девушка.

— Отлично, — удовлетворенно кивнул барин. — Раз с этим разобрались, у меня есть к тебе вопрос… уже более деликатный.

Аглая снова напряглась. Что еще от нее потребуют?

— Что вы хотите узнать, господин?

— Алена, — всего одно слово, но оно словно камень упало в тишине комнаты.

— Что… — Аглая невольно сглотнула. — Что именно вы хотите услышать?

— Она как-то мне говорила, что тоже не прочь работать в мастерской. Однако сейчас пока помогает нашей кухарке и хорошо справляется. Вот только… сможет ли она стать хорошей слугой? — взгляд молодого барина пронзил девушку, пробирая до мурашек. — Сможет ли она хранить секреты, которые узнает? Будет ли верной? Можно ли ее перекупить? А главное — насколько она амбициозна? Способна ли безропотно выполнять приказы, или может взбрыкнуть, если что-то ей будет не по нраву? Подумай хорошенько, прежде чем ответить. Ведь если ты скажешь, что она способна быть хорошей служанкой, а потом ее поступки приведут к проблемам в нашем роду — тебе тоже придется отвечать. За свою рекомендацию.

— Н-но, — растерялась Аглая. — Причем тут я? Мы конечно подруги, но откуда мне знать, будет ли она хорошей слугой?

— Я только что сказал тебе, какие качества требуются от слуг, — жестко прервал девушку господин. — Подумай, соответствует ли Алена этим качествам, или у тебя есть сомнения в этом?

После этих слов Аглая поняла, что без ответа господин ее не отпустит. И ей стало страшно. С одной стороны — подруга, которая отчаянно хотела стать личной служанкой Романа Сергеевича. А с другой — господин, что не слишком-то спешил заводить новую служанку. Да и женихом успел стать. Аглая понимала, что если сейчас скажет, что Алена способна быть служанкой, то господин ей поверит. Откуда такое доверие, девушка терялась в догадках, но женская интуиция ее еще не подводила. Вот только… Аленка ведь не отступится. И она способна что-нибудь учинить эдакое, чтобы добиться своего. Даже если это пойдет вразрез интересам господ. И тогда… Роман Сергеевич не простит. Уже ее, Аглаю, не простит. Перед ней встал выбор — либо рассказать все честно и тогда лишить подругу даже тени шанса получить желаемое, или же рискнуть и помочь ей. Но тогда над ней всегда будет висеть невидимый меч, который упадет на шею, стоит Алене провиниться.

— Я… — начала Аглая, и почувствовала, что ее голос внезапно охрип. — Я знаю Алену, — выдохнула она. — Если она захочет, то будет самой верной и преданной служанкой. Вот только…

— Не захочет? — подстегнул девушку вопрос господина.

— Она желает быть не служанкой, а полюбовницей.

Все. Она все-таки сказала это. Аглае было горько «предавать» подругу, но своя рубашка все-таки оказалась ближе к телу.

— Так я и думал, — мрачно и неожиданно для Аглаи, кивнул господин.

По спине девушки в который раз за разговор пробежали мурашки. А если бы она сказала иначе? Поверил бы Роман Сергеевич? Или продолжил дальнейший расспрос?

— Возьми листки, — кивнул тем временем барин, — и с ними отправляйся в мастерскую. Осмотри там все. Подумай, с чего и как начать. И с завтрашнего дня ты станешь первой работницей. Соответствующую бумагу я выправлю у отца. Свободна.

Поместье Аглая покидала на негнущихся ногах. Только что ее жизнь сделала крутой поворот. И не только ее.

Когда Аглая ушла, я выдохнул и опустился на кровать. Тяжело было морально давить на девушку. Не привык я к этому. Но мне нужно было, чтобы та прониклась всей важностью разговора. Если бы Аглая сказала, что Аленка хочет просто быть кухаркой и помощницей у Марфы, а иных намерений не имеет, тогда бы я уже уточнил, что она думает про возможную свадьбу девушки с Тихоном. Но до этого не дошло. Теперь это уже не имеет смысла. Захотят сами пожениться — препятствовать не буду. Но вот сводить их и уговаривать теперь уже нужды нет.

Однако вопрос с Аленкой все еще не закрыт. В поместье я ее теперь не оставлю, это факт. Но стоит ли отправлять ее в мастерскую? Пожалуй, надо узнать у нее самой. Может, без доступа ко мне она сама не захочет туда идти, и вопрос будет закрыт. А если все же согласится идти за подругой, то надо расставить с девушкой все точки над «и». Чтобы у нее не осталось никаких иллюзий.

И для начала мне нужно снова сходить к маме. Вопросы со слугами и быт дома в первую очередь на ней. Можно это делать и через отца, как я уже поступал с Пелагеей, вот только тогда мама точно обидится. Как я сейчас понимаю, ее резко негативное отношение к девушке было обусловлено еще и тем, что мы с папой грубо вмешались в зону ее ответственности. Неудивительно, что она искала любые изъяны у Пелагеи. А вот с Аленкой такого нет, потому что уже она сама принимала решение.

Сама мама по словам Евдокии была в родительской спальне. И сейчас как раз общалась с Аленой. Черт! А ведь я хотел ей уже дать «отбой» по плану с Тихоном и женитьбой. Я тут же помчался к ней и после короткого стука, распахнул дверь еще до того, как получил разрешение войти. Чтобы услышать короткий ответ Аленки:

— … Я согласна!

Поместье Винокуровых, спальня Ольги Алексеевны и Сергея Александровича, за пять минут до прихода Романа

— Звали, барыня? — заглянула к Ольге Алексеевна Аленка.

Девушка была очень удивлена, когда Евдокия передала ей приказ госпожи явиться к ней. Удивлена и испугана. Это было… необычно. А все необычное пугает.

— Да, проходи, — властно махнула рукой помещица.

Аленка зашла в спальню, закрыв за собой дверь, и с интересом осмотрелась. Бывать здесь ей еще не доводилось.

Первое, что привлекало взгляд — большая кровать. Раньше девушка таких огромных и не видела даже. Потом ее внимание привлек столик со стоящим на нем зеркалом. Именно за ним сидела сейчас Ольга Алексеевна. У кровати стояла ширма, сейчас слегка приоткрытая. Но стоит ткань на ней задернуть, как станет не видно, спит ли кто и вообще есть ли там люди. Эта же ширма отделяла кровать от двери в следующую комнату, где как знала Аленка, спала дочь Винокуровых.

— Нравится ли тебе работать у нас? — голос помещицы прервал жадное разглядывание Аленки самой сокровенной комнаты в доме.

— Да, госпожа, — тут же кивнула девушка, выбросив все посторонние мысли и сосредоточившись на разговоре.

Не просто так ее позвали! Может быть, сейчас решается ее судьба, и отвлекаться в этот момент непозволительная роскошь.

— Хотела бы со временем заменить Марфу? — продолжала помещица.

«Вот оно! — поняла Аленка. — Я все же смогла доказать, что достойна! Иначе бы не спрашивали. Заменить Марфу? Еще чего! Делать мне больше нечего, как у плиты печки стоять. Но чтобы закрепиться в доме, конечно же согласна!»

— Да, госпожа, — энергично кивнула Аленка.

— Это большая ответственность, — продолжила женщина. — Уверена, что справишься?

— Да, я вас не подведу! — выдохнула Аленка.

— А дети? — неожиданно спросила помещица.

— К-какие дети? — ошарашенно переспросила девушка, сбитая с толку.

— Разве тебе не хочется в будущем иметь детей?

— Ну… — Аленка не знала, какой ответ будет правильным и потому мешкала. Сказать, что «нет»? Но какая справная баба от такого откажется? И она сама бы тоже хотела иметь ребеночка. Но не сейчас, и не от кого попало. Однако у Марфы детей не было. Да ни у кого из слуг в этом доме их не было! Так значит, надо говорить, что «не хотела»?

— Вижу, что хочешь, — не дождавшись ее ответа, сама пришла к выводу Ольга Алексеевна.

Аленка уже думала возразить, как помещица продолжила:

— И я не против такого твоего желания. Но для того тебе муж нужен. Согласна?

— Я… — мысли Аленки заметались. Получается, ее решили выдать замуж? Но за кого? Или продолжают проверять? Но что-то ответить точно надо. И раз уж в прошлый раз она чуть было сама все не испортила, если бы заявила, что не хочет детей, то стоит со всем соглашаться. — Я согласна! — уже гораздо более уверенно и энергично кивнула девушка.

Даже если ее попробуют выдать замуж, то она еще посмотрит — кто это будет. Главное — в поместье рядом с Романом Сергеевичем задержаться. А уж там она разберется.

И именно в этот момент в комнату вдруг ворвался, по-иному и не скажешь, молодой барин.

— Согласна на что? — спросил я, а у самого нехорошее предчувствие появилось.

— Роман, — выгнула бровь мама. — Я не слышала, чтобы ты стучался.

— Я стучался, — покачал я головой. — И мне интересно, на что же вы, матушка, подписали помощницу Марфы?

— На свадьбу, — просто пожала та плечами. — Ты же сам предлагал, чтобы Алену выдать замуж за Тихона.

В этот момент я заметил, как глаза девушки блеснули, а на губах расплылась торжествующая улыбка.

— Было дело, — кивнул я. — Но ситуация поменялась. У нас мастерская начинает работу. Нужны работники. Я составлял список мастериц, но большинство из них из других деревень. Пока лесопилка не заработает — выдергивать их не вижу смысла. Зато те мастерицы, что из нашей деревни, уже могут начать там работу. Пока отладят процесс, как раз и лесопилка вернется в строй. Я уже говорил с Аглаей, которую хочу туда поставить старшей. А Аленка, как я знаю, у мастерицы учится. И та о ней хорошо отзывается. Вот и подумал, что лучше ее в помощь к Аглае дать. Готовить многие девки умеют, а руками что-то собирать — тут уже талант нужен.

— Барин, мне и в помощницах Марфы очень нравится! — тут же испуганно воскликнула Аленка. — Позвольте мне здесь остаться! И если я замуж за Тихона выйду, то тут с любимым буду. А в мастерскую отправите — то мы и видеться не будем!

— Это когда он для тебя «любимым» стал? — усмехнулся я.

— Так я его давно знаю, — не растерялась девушка. — Потому в помощницы и просилась — поближе к нему быть!

— Выйди, — жестко приказал я Аленке, глядя прямо в глаза.

Та замешкалась, бросила умоляющий взгляд на мою маму, но не встретив там поддержки, поплелась вон из комнаты. Когда дверь за ней закрылась, мама спокойным тоном задала напрашивающийся вопрос:

— Может, объяснишь, что случилось? Почему ты так резко поменял свое мнение?

Говорить ей или нет? Я немного замешкался, обдумывая эту мысль, после чего выдохнул.

— Помнишь, ты переживала, что Пелагея меня совратить хочет?

Мама тут же поджала недовольно губы, начав догадываться, к чему я клоню.

— Так вот. Пелагея тогда палец о палец для этого не ударила. А эта Аленка месяц назад мне впрямую предлагала ее моей сералькой сделать. Я ей тогда отказал и она вроде как отступилась… Но что-то мне говорит, что она просто сменила тактику. И это не только мое мнение. Та Аглая, о которой я говорил… Она не только мастерица, но и подруга этой девки. Я в лоб ее спросил — готова ли она поручиться, что ее подруга образумилась и выкинула все те бредни месячной давности. И она не решилась взять на себя такую ответственность.

— Вот оно как… — процедила мама, а глаза ее вспыхнули от ярости. — Приживалкой решила стать⁈

— Наказывать ее не за что, — тут же поспешил я успокоить мамин гнев. — Но и держать подле себя, как ты понимаешь, после такого я ее не рискну. И ты видела, как она начала цепляться за возможность задержаться у нас? Тихона «любимым» назвала. А я утром с ним разговаривал, спрашивал по твоему совету, что он думает о свадьбе. Тот очень удивился, и он абсолютно не знает, как к нему относится эта девка.

— Я тебя услышала, — медленно кивнула мама. — Сегодня же ноги ее не будет в нашем доме.

— Но помощница Марфе нужна, — решил я переключить мысли мамы в другое русло, чтобы она на Аленке не зациклилась. — Подбери девушку из деревни. Такую, которую можно за Тихона выдать. Можно у него спросить — кто ему там нравится. Уверен, умеющих готовить девок в деревне хватает. А крепкая семья слуг — это залог их верности.

— Можешь не учить меня прописным истинам, — фыркнула мама, немного отходя от первоначальной вспышки ярости. — Ладно. Говоришь, хочешь эту Аленку в мастерскую перевести?

— Да. Там она будет далеко от нашего дома. А если плохо будет работать…

— Продадим, — перебила меня она, — и дело с концом.

Меня покоробили слова мамы, но спорить я не видел смысла. Извинившись за такое неожиданное вторжение, я покинул ее комнату. Чтобы на выходе столкнуться с подслушивавшей нас девушкой. Та отпрыгнула от двери. В глазах промелькнул страх, а на глаза девушки навернулись слезы.

— Роман Сергеевич… за что вы так со мной? — всхлипнула она.

— Подслушивала, — проигнорировав ее попытку надавить на жалость, констатировал я. — И какая ты после этого служанка? Ну, раз все слышала — иди, собирай вещи, если что-то успела принести, и уходи. Завтра с Аглаей в мастерскую иди. Либо сейчас скажи — будешь там работать или нет?

Судорожно еще раз всхлипнув и взяв себя в руки, уже более твердым голосом та ответила:

— Буду, барин.

Больше ничего не говоря, дождавшись, когда я махну рукой, что отпускаю ее, она развернулась и ушла. Вот вроде бы я и правильно все сделал, а все же кошки на душе скребутся. Если бы я успел раньше с Аглаей поговорить, да маму предупредить о смене планов, то можно было более деликатно все устроить. Но чего уж теперь. Главное — больше эта девица не сможет мне жизнь портить. А попробует… ну, она слышала, что с ней будет.

— Ты мне больше не подруга! — с такими словами на подворье дома, где жила Аглая, залетела Аленка.

— Ты чего кричишь? — осадила ее Олеся Матвеевна — мать Аглаи.

— А то! — зло прошипела девушка. — Дочку вы дрянную воспитали! Положиться на нее и секреты доверить нельзя! Язык без костей и только о себе и думает!

— А ну пошла прочь! — взревела женщина, замахиваясь на Аленку половником, что как раз держала в руке. — Будешь на мою Глашу напраслину наговаривать — так я тебе все космы повыдергаю!

— Больно нужна мне ваша Глаша, — фыркнула Аленка. — Знать ее не хочу больше!

И гордо развернувшись, она так же быстро, как зашла, покинула подворье. А если бы была помедленнее, то точно успела «познакомиться» с половником тети Олеси.

При первых криках знакомого голоса из окна выглянула Аглая. И пусть состояние своей подруги она понимала, но ее слова все равно больно ударили по сердцу. А ведь она надеялась, что та не догадается, из-за кого ее план пошел прахом. Но очевидно господин не счел нужным скрывать от Аленки эти сведения. Больно. И обидно. Но уже ничего не вернешь назад.

Тихон никому не говорил, но ему нравилось работать у нового барина. Пусть денег он здесь ни с кого не сшибает, зато и опасностей нет. И страха перед молодым господином — тоже. Роман Сергеевич сильно отличался от князя Белова. Не посылал на задания, за которые можно на каторге оказаться, если попадешься. Не угрожал по поводу и без. Даже не стеснялся на кулачках сойтись, пусть и ради забавы, которую он тренировкой называл. Кормили в поместье Винокуровых тоже хорошо. А главное — он чувствовал, что новый барин о нем заботится. Вон, когда он к нему невесту привез — не забыл про него. Не дал замерзнуть прямо там, на склизком и холодном берегу Волги, Митрофана отправил. И сейчас — жениться предложил. И не на страхолюдине какой, а на справной девке. Да еще и не заставляет силком, а интересуется его, Тихона, мнением! Где это видано, чтобы барин у слуг их мнение спрашивал? Дивно.

Лишь за одно переживал парень — что его родня до сих пор под Беловыми осталась. Успокаивало лишь то, что сам князь преставился, и за него супружница осталась. А той уж до семьи Тихона никакого дела нет, можно не переживать, что начнет их гнобить. Но хотелось бы хоть весточку послать, узнать — как они там. Мать, сестрицы. Но ничего, Тихон был уверен, при первой оказии, ежели они рядом с его домом проезжать будут, барин дозволит родню навестить.

В свободное от поручений барина время Тихон не сидел сложа руки. Корней уверенно взял его под свою опеку, привлекая к делам, коих было не мало. Тут и уход за скотиной барской, что на заднем дворе обитала. Не рядом с домом, а чуть в отдалении. Воды опять же натаскивать надо было каждый день. А скоро зима будет, так и дрова заготовить следовало. Бревна-то были, но их требовалось распилить, а потом переколоть. Тоже дело не быстрое. Поэтому нельзя сказать, что Тихон шлялся без дела в те моменты, когда был не нужен господину.

Вот и сейчас он колол дрова, обдумывая утренний разговор с Романом Сергеевичем. Мысль о женитьбе вызывала у парня небольшую дрожь, и в то же время — некое предвкушение. Аленка — девка красивая. Вот только слухи о ней ходят самые разные, и многие — далеко не лестные. Но барин сам развеял часть из них. И если Тихон что и понял — так это простую истину, что Роман Сергеевич не врет. Ну… он ни разу не видел, чтобы тот кому-то врал. То же еще одно диво — честный барин.

Завершив колку дров, парень протяжно выдохнул и решил сходить до кухни. Там можно и чайку попросить налить, да и на Аленку посмотреть. Только в этот раз он уже собирался девушкой не просто любоваться, а оценить — насколько она хороша, как будущая жена. Вот только придя на кухню, Марфа его чуть ли не с порога огорошила:

— Нет у меня больше помощницы, — угрюмо вздыхала баба.

— А чего с Аленкой случилось? — сердце у парня ушло в пятки. Он только стал привыкать к мысли, что та его женой станет. Присмотреться уже с этим чувством к ней хотел, а тут…

— Выгнал ее Роман Сергеевич, — хмуро сказала Марфа.

— За что⁈ — брови Тихона полезли наверх.

— То мне неведомо, — пожала плечами баба. — Та лишь заскочила ко мне, сказала о том, да и убежала до хаты.

Покидал кухню Тихон в полном недоумении. Это чего творится-то? То утром барин его про женитьбу спрашивает, а тут — выгоняет девицу, что сам же ему и сватал. Как это понимать-то⁈

В полной растерянности парень вышел на задний двор и сел под окном комнаты господина. Не специально, просто так получилось.

«А вдруг, слухи все же правдивы были? — молнией пронеслось в голове у Тихона. — Но Аленка наотрез отказалась выходить замуж, и тогда барин разгневался на нее?» От волнения Тихон вскочил и только тут понял, под чьим окном он сидел. Медленно, боясь, что его заметят, он заглянул в окно…

— Уфф, — выдох облегчения вырвался у парня.

В комнате господин был один — сидел за столом и что-то писал. Совсем не та картина, которую подспудно ожидал увидеть Тихон.

— Нет, надо спросить у Романа Сергеевича, что творится-то? А то так и до кондрашки себя довести можно.