Глава 6

Сам момент перехода из Шанары в Занадан Лита не уловила — вот, кажется, только что они ехали по мощёному плоским булыжником Восточному тракту Шанары, и тут же копыта их коней звонко цокают по плотно пригнанным прямоугольным каменным плитам широкой оживлённой дороги, каменной лентой вьющейся по заросшим фруктовыми садами пригородам Тиары. Места знакомые — за годы учёбы в магической академии Лита излазила окрестности столицы вдоль и поперёк. Именно с Тиарой и её окрестностями у Литы ассоциировалось чувство безопасности и защищённости. Что, впрочем, неудивительно — прожив долгое время в страхе за собственную жизнь, вдруг очутиться в месте, в котором тебя не только не ненавидят и не стремятся тут же, увидев, убить, но даже уважают и при встрече низко, с почтением кланяются, где можно просто погулять в своё удовольствие, осматривая окрестные достопримечательности. Такое отношение к магам в Занадане не случайно — за те десятилетия, в течение которых маги свободно жили среди простых людей и не боялись за свою жизнь, они прочно вросли в местное общество, оказавшись весьма востребованными. Пригодились разнообразные умения магов — от умения влиять на погоду, вызывая дожди посреди засушливого лета, до умения врачевать казалось бы безнадёжные болезни. И пусть услуги опытных квалифицированных магов стоили дорого и были доступны не всем, в герцогстве существовала и государственная магическая служба, в которую на государственное довольствие принимались самые опытные и умелые маги. Услуги государевых чародеев оказывались бесплатно — достаточно было утверждения в герцогской канцелярии заявки на работы. Чаще всего это, конечно же, была помощь крестьянам — основной доход герцогству приносили именно они. Ценились также маги-строители — именно им было под силу обрабатывать и скреплять между собой многотонные гранитные и базальтовые глыбы, незаменимые при строительстве банков и крепостей. Большинство каменных покрытий дорог в герцогстве было изготовлено также с магической помощью. Бесплатной была и столичная больница для бедных и неимущих. Правда, брали на лечение туда не всех, да и лечили далеко не все болезни — работающие там маги за тяжёлые случаи не брались, предлагая тяжелобольным найти деньги и пройти лечение у частных целителей, объясняя, что время и силы, потраченные на подобное лечение, позволят государственным лекарям исцелить сотни других, менее тяжёлых больных. Простая государственная арифметика — сто исцелённых, возвращённых к работе на земле крестьян могли заплатить больше налогов, чем один.

Радуясь возвращению домой, но не забывая о конечной цели их путешествия, Лита вела за собой Одина и Абишу, направляя своего коня к появившейся за очередным изгибом дороги городской стене с прорубленными в ней воротами, в которые упиралась серая лента дороги. Перед воротами, которые в это время дня были гостеприимно распахнуты, выстроилась небольшая очередь из пытающихся войти в город. Лита молча встала в хвост очереди, её спутники так же молча пристроились за ней, рассудив, что местной жительнице виднее, какие тут порядки.

Двигалась очередь достаточно быстро — после короткого досмотра и уплаты положенной небольшой пошлины люди, кто пеший, а кто конный или с повозкой, гружёной товаром, проходили мимо стражи в город. Постепенно очередь дошла и до троицы — Лита, спрыгнув с коня, отдала одному из стражников мелкую монету и сказала, что она является студенткой магической академии и возвращается в город из кратковременного отпуска вместе со своими двумя спутниками. Стражник, по-видимому удовлетворившись ответом, кивнул и посторонился, открывая въезд в город и даже не посмотрев в сторону молчаливых спутников девушки. Лита, запрыгнув на лошадь, собралась продолжить движение, как вдруг из стоящей рядом караулки к ней бросился человек, одетый в мантию преподавателя магической академии — похоже, охране всё же что-то не понравилось в облике или поведении путников, и она подали в караулку тайный знак. Подбежав, он остановился перед ней и, откинув с головы капюшон, пристально вгляделся в лицо девушки, после чего выдал вердикт:

— Хм, ложная тревога, бойцы, это моя студентка. Кстати, лэри Литаная, а что вы делаете вне пределов городской черты? Разве вы не знакомы с указом герцога Илия, предписывающим всем магам, призванным на военную службу, пройти трёхмесячную военную переподготовку в стенах нашей академии? Занятия начались почти месяц назад, а вы почему-то на них отсутствовали. Вы решили не выполнять приказ герцога?

— Нет, лэр Райс, — девушка тоже узнала своего преподавателя по боевой магии, — по причине предоставленного мне после последней боевой операции отпуска меня больше месяца не было в Занадане, и про упомянутый вами приказ я ничего не слышала. Можете считать, что этот приказ до меня довести не удосужились, так что его невыполнение целиком на совести академии. Но, раз вы так любезно мне его сейчас довели, то не вижу причины его не исполнять. Уже с завтрашнего утра я обязательно явлюсь в академию, чтобы пройти эту переподготовку, раз она, оказывается, является для меня обязательной. А сейчас, если вы не возражаете, я со своими спутниками хотела бы проследовать дальше — мы давно в дороге, устали и хотели бы отдохнуть.

— Разумеется, лэри. Но вы забыли мне представить ваших спутников.

— Не забыла, лэр. Просто их имён ни у них, ни у меня никто не спросил. Сообщаю — перед вами лэри Абиша и лэр Один.

— Знакомые имена… Скажите, где я мог их слышать?

— Не имею ни малейшего понятия, лэр, в каких местах вы могли их услышать, поэтому на этот вопрос ответить не смогу. У вас есть ещё вопросы ко мне, или мы можем ехать дальше? Извините, но я сильно тороплюсь.

— К вам, лэри Литаная, у меня вопросов нет. Но появились вопросы к вашим спутникам. Лэри Абиша, не смогли бы вы мне ответить, кто вы и откуда? Я никогда не видел вас, но я редко вижу женщину, вооружённую сразу двумя мечами, да и имя ваше, кстати, достаточно редкое, мне почему-то знакомо…

Но на вопрос мага, опередив Абишу, ответил Один:

— Лэри Абишу вы заочно хорошо знаете — она является адептом двуручной школы меча, мастером этой школы и действующим чемпионом всех последних королевских воинских турниров Шанары. Я удовлетворил ваше любопытство?

— То есть лэри Абиша — подданная Шанары?

— С некоторых пор — уже нет. Лэри Абиша — моя личная подданная. Она присягнула мне на верность душой и телом и находится в моём полном распоряжении. За все её дела и поступки отвечаю я, поэтому и вопросы прошу задавать мне.

— А о себе что можете рассказать, лэр Один? По поводу лэри Абиши у меня вопросов больше нет.

— Имя моё — Один, как вы уже слышали. Я не подданный Шанары, равно как и не подданный Занадана. Я вообще ничей подданный — я сам по себе. Нахожусь здесь, потому что пообещал оказать помощь лэри Лите в излечении её молодого человека — кстати, ту самую помощь, которую вы со своими коллегами оказать ей то ли не смогли, то ли не захотели. Так что я тоже, как и лэри Лита, не вижу необходимости тут перед вами распинаться и пытаться что-то объяснить. Мне нужно проехать в место, которое мне укажет лэри Лита, и я туда проеду. Теперь хотелось бы услышать — вы собираетесь нас пропускать или попытаетесь задержать?

— Если вы поклянётесь не нарушать законы герцогства Занадан и соблюдать общественный порядок — можете проезжать, но вам необходимо будет непременно отметиться в ближайшем полицейском участке — регистрация приезжих иностранцев является обязательным условием их нахождения в герцогстве. Я вообще не понимаю, как вас пропустили на границе без регистрации…

— А кто вам сказал, что мы пересекали границу? С территории Шанары к этому городку мы прибыли порталом. Но раз в этой стране положена регистрация…

Один о чём-то на пару мгновений задумался, потом достал кошелёк, порывшись, вытащил из него мелкую серебряную монетку и, бросив её на землю перед магом, сказал:

— Наши имена вы знаете, лэр Райс, так что можете сходить в полицейский участок вместо нас и зарегистрировать нас как положено в вашем герцогстве. Вот плата за ваши труды. Если мы вам зачем-то ещё понадобимся — лэри Лита знает, где нас искать. Нарушать ваших законов я не планирую, но если меня к этому принудят, попытавшись нанести вред мне или моим спутникам — с лёгкостью наплюю на любые законы. Клятв, разумеется, я никаких давать не буду. А сейчас разрешите вас покинуть — мы спешим.

С этими словами Один тронул пятками свою лошадь и медленно проследовал мимо замершего мага. Вслед за мужчиной своих лошадей направили и дамы. Лита, проезжая мимо Райса, тихо сообщила ему:

— Мы направляемся в общежитие академии, к Азиру.

Маг, назвавшийся Райсом, кивнул свой студентке, показывая, что услышал её, задумчиво проводил троицу взглядом, и, дождавшись, пока они скроются за поворотом, медленно нагнулся, поднял монету, осмотрел её, после чего спрятал в карман со словами:

— И имя я где-то слышал, и монета не Шанарская…


* * *

Занадан, кабинет декана кафедры боевой магии…

— Орив, ты защиту на кабинет повесил?

— Обижаешь, Тонг, я сделал это сразу же, как только ты зашёл.

— Нас никто не сможет подслушать?

— Пробить мою защиту? Что, в Занадане нашёлся ещё один архимаг-боевик?

— А, ну да, ну да… Куда мне, теоретику, против боевого архимага, да и ещё адепта всех четырёх стихий?

— Ну ладно, Тонг, комплименты розданы, прогиб засчитан, давай, сообщай, какие новости от экспедиции?

— Им благополучно удалось добраться до северного горного хребта и встретиться с первой экспедицией. Передвижение экспедиции осталось незамеченным, или слежка была так искусно замаскирована, что обнаружить её не удалось. С учётом того, что в составе второй экспедиции был опытный архимаг-погодник, адепт стихий воздуха и воды, наиболее вероятен первый вариант. Соединившись, обе экспедиции выдвинулись к выбранной для проживания небольшой незаселённой долине на берегу северного моря. Долина со всех сторон окружена крутыми, практически непроходимыми горами, по дну долины протекает небольшая речка, имеется выход к морю, так что рыбой колония будет обеспечена на весь год. Пробраться в долину не магу практически невозможно — экспедиция при переходе использовала магические подвесные мосты. Так что первый этап нашего плана можно считать успешно реализованным. Теперь ответь мне — что будем говорить герцогу по поводу обоих экспедиций?

— Это уже не твоя забота, Тонг. Пусть анклав на севере обживается и готовится принять новых колонистов — строит дома или роет пещеры, заготавливает впрок продовольствие. Если придётся спешно бежать — нам нужно будет думать, где приютить без малого двадцать тысяч человек. Да и библиотеку хотелось бы эвакуировать, а в горах под открытым небом книги быстро придут в негодность.

— Ты слишком широко замахнулся, Орив.

— Жизнь такая, Тонг, у меня нет другого выхода. Сай — предатель, он думает, что нужен Симусу и тот его пощадит, приняв во внимание их родство. Сай сильно заблуждается — Симус называл бабку Сая шлюхой и обещал, что лично передушит её ублюдков. Так что ждать осталось совсем недолго — нам отпущено времени лишь до смерти Илия и последующей коронации Симуса, а это три-четыре года, не более. Сведения точные — герцога лично осматривал Натан. Наш целитель сделал всё, что мог, но и он не всесилен.

— И ты думаешь, что за этот небольшой срок колония успеет твёрдо встать на ноги и подготовить новый дом для двадцати тысяч магов?

— Должна успеть. В крайнем случае, я учитывал и такой вариант, что никто из нас не сможет спастись и колония продолжит своё существование самостоятельно.

— Я догадывался об этом… Ведь именно поэтому среди участников обоих экспедиций так много молодых незамужних девушек?

— Уж не поэтому ли ты так рвался в основной состав экспедиции?

— У меня уже есть жена, Орив. Но ход твоих мыслей мне нравится.

— Старый ты развратник… Ладно уж, иди, а то ко мне уже несколько минут кто-то усиленно стучится в дверь — надо же узнать, что там случилось…

Декан кафедры теоретической магии покинул кабинет Орива через вторую, потайную, дверь, и в кабинет почти сразу же влетел, запыхавшись, один из его преподавателей со словами:

— Лэр Орив, вынужден вас потревожить, но с минуты на минуту к академии подъедет лэри Литаная в сопровождении весьма интересных спутников. Я настоятельно рекомендовал бы вам поприсутствовать при встрече — оба спутника девушки весьма любопытны, а я, извиняюсь, вынужден бежать — мне хотелось бы пригласить на встречу ещё и лэра Натана — похоже, Литаная всё-таки нашла для Азира достойного целителя…


* * *

Путники тем временем медленно ехали по занаданской столице. Лита вела их по самым, с её точки зрения, красивым улицам — побывав а Гане и даже немного там пожив, она хотела доказать своим спутникам, что Тиара совсем не хуже, а в чём-то даже лучше столицы Шанары. Вот только в чём — она ещё сама не определилась, и пока сравнение было явно не в пользу Тиары — и улицы в ней были поуже, и дома пониже и менее роскошные. А таких домов, как гостиница, в которой Лита жила во время своего пребывания в Гане, в Тиаре не было вообще. Стоило признаться — герцогство Занадан было более бедным, чем западный сосед, и это отражалось на всём облике столицы. Лита могла бы сказать, что роскошь Ганы была построена на поте и крови простых жителей Шанары, и что в Занадане простые жители живут значительно лучше и никто из них не выжимает последние соки, вот только на внешнем облике домов, мимо которых они проезжали, это никак не отражалось. Аристократы Занадана грабили простой народ меньше, чем их коллеги из Шанары, соответственно, и богатств у них тоже было меньше.

Тем временем улицы, по которым они проезжали, становились всё шире, а народу на них всё больше, причём больше становилось не только пешеходов, но и всадников, да и количество различных карет и повозок также увеличилось — было видно, что путники приближались к центру города. Ещё несколько поворотов, и они выехали на большую, идеально круглую площадь, окаймлённую со всех сторон роскошными, богато украшенными домами, с фонтаном в самом центре, окружённом цветниками и ухоженными деревьями — Лита решила показать своим спутникам центральную площадь столицы. Абиша, похоже, впечатлилась — вон как по сторонам глазами стреляет, интересуется. Да и по выражению её лица видно, что на языке у неё уже крутится множество вопросов, и то, что они ещё не посыпались из неё, как из рога изобилия, свидетельствует лишь о её выдержке. Один же, в отличие от Абиши, к богатству центральной площади столицы отнёсся предельно равнодушно, как будто подобное зрелище для него было обыденным. Возможно, так оно и есть…

Впрочем, ещё раз взглянув на своего спутника, Лита отметила, что есть всё же вещи, способные пробить броню его бесстрастности — потерявший равнодушие взгляд Одина был устремлён к центру площади, как будто происходящее на ней событие сильно его заинтересовало. Проследив, куда был направлен его взгляд, девушка едва не издала вздох разочарования — молодой человек заинтересовался не красивыми цветниками, окружающими фонтан, не тугими струями воды, бившими из бронзовых труб, размещённых по краям наполненной водой чаши, искрящимися и переливающимися под ярким летним солнцем, не аккуратной небольшой рощицей из нескольких десятков деревьев, отгораживающей цветники с фонтаном от окружающих площадь домов, а маленькой, лет двенадцати-тринадцати девочкой, скорее даже девушкой-подростком, безуспешно пытающейся залезть на одно из деревьев. Дерево было уже достаточно старое и очень высокое, и самые нижние ветви его находились столь высоко, что девочка, даже подпрыгнув, не смогла бы до них достать. Следует признать — не смог бы до них достать и взрослый человек, если, конечно же, он не умел летать. Но девочка не оставляла попыток взобраться, карабкаясь по покрытому узловатыми рубцами коры стволу и, едва не добравшись до нижних веток, в очередной раз срывалась и падала на землю, в кровь обдирая ладони и коленки. Короткое нарядное платьице девочки уже было измазано пятнами грязи, древесного сока и крови, длинные золотисто-льняные локоны были измазаны, запутаны и полны древесных листьев и щепок, на лице застыло угрюмо-сосредоточенное выражение решимости идти до конца, и, закусив от напряжения губу, девочка начала очередную попытку восхождения.

Один, видимо, уже заранее догадавшись, чем закончится очередная попытка девочки, направил свою лошадь к дереву, выбранному странным подростком в качестве тренажёра по лазанью, и, дождавшись, пока девочка залезет достаточно высоко, подъехал к дереву вплотную, встав возле ствола строго под карабкавшейся вверх тощей нескладной фигуркой, замерев в неподвижности.

Долго ждать мужчине не пришлось — очередная попытка девочки залезть на дерево традиционно окончилась неудачей, её нога соскользнула с выступа древесной коры и, коротко вскрикнув, девочка сорвалась и, безуспешно пытаясь остановить падение, цепляясь руками с ободранными в кровь пальцами за ствол, упала строго в подставленные руки Одина.

Перехватив поудобнее замершее с зажмуренными глазами маленькое детское тельце, Один, ухмыльнувшись, спросил:

— И что забыло столь очаровательное юное создание на этом дереве? Не просветите меня, уважаемая лэри?

Девочка, по-видимому, осознав, что очередное падение у неё вышло не столь травматичным, как предыдущие, осторожно открыла свои огромные, обрамлённые длинными пушистыми ресницами зелёные глаза, оценивая точку своего приземления, и, определив, что находиться в чьих-то сильных руках всяко приятнее, чем на голой земле, звонким голосом сообщила:

— Там, на дереве, находится мой котёнок. Он ещё молодой и глупый. Убежал от меня, погнавшись за птичкой. На дерево залез, а слезть боится. Теперь он сидит там на самом верху, и ему страшно. Вы слышите?

Как будто в ответ на слова девочки откуда-то из кроны дерева, с самого её верха, донеслось жалобное мяуканье. Один, улыбнувшись, спросил:

— А позвать его ты не пробовала?

— Пробовала! Он говорит, что боится — ветка под ним очень тонкая и всё время качается!

Лита недоверчиво хмыкнула — чего только не придумают маленькие дети, даже с котами пытаются разговаривать… Впрочем, Один скептицизма Литы не разделял, видимо, восприняв рассказ подростка предельно серьёзно. Устремив взгляд вверх, как будто действительно разглядев в ворохе листвы маленького кота, он сказал:

— Действительно, кот ещё молодой и глупый, а ветка тонкая. Не рассчитал своих сил, залез слишком высоко, а котам спускаться вниз значительно тяжелее, чем подниматься вверх.

Девочка, уже догадавшись, что нашла благодарного слушателя, осмелела и попросила:

— Лэр, а вы не поможете мне снять моего котёнка с дерева? Сам он сделать этого не сможет, а если упадёт — то разобьётся. А если я потеряю котёнка, то другого мне дядя не подарит. Да и не нужен мне другой, я этого люблю!

— Хорошо, малышка, я попытаюсь. Кстати, зови меня Одином. Сейчас я поговорю с твоим котиком, и вместе мы попытаемся слезть с этого дерева. А пока я разговариваю с ним, ты не расскажешь мне, как тебя зовут и откуда ты здесь взялась совершенно одна?

— Меня зовут лэри Таня, лэр Один, и я вовсе не одна, а вместе со своим котиком. Он у меня проказник и часто убегает из дома. Просто раньше он не убегал дальше нашего сада, а сегодня мне удалось сбежать от нянек и пробраться на городскую площадь. Теперь о происшествии наверняка доложат моему дяде, и он меня накажет, а котика… Котика может и забрать — ведь я же не была послушной девочкой…

В это время из густой кроны дерева донёсся истошный кошачий мяв, листья зашелестели, и прямо в руки Одина свалился маленький пушистый комочек. Свалившись, он замер в подставленных ладонях мужчины, лишь его короткий пушистый хвост лихорадочно хлестал по сторонам — кошак перепугался, и сейчас никак не мог успокоиться. Погладив кота по бархатной тёмно-серой спинке с полосатыми разводами, почесав его сначала за ушком, а потом по пузику, отчего кот успокоился, разомлел и заурчал, Один протянул животное девочке. Девочка, назвавшаяся Таней, забрала питомца, не забыв поблагодарить мужчину, после чего, когда Один уже развернул своего коня, собираясь продолжить движение, тихо, почти неслышно, добавила:

— Мы ещё увидимся, лэр Один. Сейчас ты уезжаешь, но скоро посетишь мой дом, и тогда я найду для тебя правильные слова. Или сделаю это несколько позже… У меня будет время — ведь это не единственная наша встреча. Встретившись раз, мы уже не расстанемся никогда. До скорой встречи, любимый…


* * *

Лита привела своих спутников прямо к воротам академии, что находилась на окружённой высоким каменным забором территории почти в самом центре Тиары. К удивлению девушки, в воротах академии, помимо привратника, стоял встреченный ею на въезде в столицу лэр Райс, успевший не только добраться до академии раньше путников, но и предупредить кое-кого о предстоящем скором визите. Рядом с преподавателем стоял его начальник, лэр Орив — декан кафедры боевой магии, и, что было совсем уж непонятно — декан кафедры целителей, лэр Натан. Троица преподавателей, без сомнения, поджидала именно её, что и озвучил лэр Орив, обратившись к Лите:

— Лэри Литаная, мы уже осведомлены о вашем прибытии в Тиару. Не представите ли нам ваших спутников?

— Наверняка в этом уже нет необходимости, лэр Орив. Лэр Райс ведь всё уже вам рассказал, раз я наблюдаю вас вместе с ним? Но раз вы так настаиваете — повторю ещё раз. Лэр Один — мой спутник, он обещал вылечить Азира. Лэри Абиша — спутница лэра Одина. Я удовлетворила ваше любопытство? Если вопросов больше нет — я хотела бы проехать в академию, в общежитии меня дожидается жених. Извините, но времени на разговоры у меня нет, лечение не ждёт.

— У меня нет вопросов к вам, лэри Литаная, — вежливо поклонился Натан, — но хотелось бы обратиться к вашему спутнику…

И, вежливо и с достоинством поклонившись уже Одину, декан кафедры целителей обратился к нему:

— Лэр Один, если вы не будете возражать, как специалисту-медику мне хотелось бы присутствовать при лечении. Признаться, этот опыт был бы для меня бесценным — даже с помощью моих коллег-целителей мне так и не удалось вылечить пациента. Мой коллега, лэр Орив, тоже желает составить вам компанию.

— Не возражаю, лэр Натан, — Один отвесил преподавателю такой же изысканный поклон, — разумеется, вы можете присутствовать при лечении, и я даже специально для вас прокомментирую все свои действия. Мы, думаю, в некотором смысле коллеги — я тоже имею определённое отношение к медицине и с радостью поделюсь с вами частью своих знаний. По крайней мере, той частью, которую вы будете способны понять.

Поблагодарив, Натан пристроился в хвосте возобновивших движение путников, уверенно направившихся вглубь территории академии, к видневшейся вдали над густыми кронами деревьев крыше студенческого общежития. К нему присоединились и Райс с Оривом, так что ко входу в общежитие добралось уже шестеро посетителей.

Короткий подъём на четвёртый этаж, где располагалась закреплённая за Литанаей комната, и, после недолгой прогулки по коридору, вся группа ввалилась в небольшое помещение, в самом центре которого стояла широкая кровать с неподвижно лежащим на ней молодым человеком. Сиделка, молодая девушка из числа обучающихся на факультете целителей студентов, увидев вошедших преподавателей, встала и, коротко поклонившись, отошла в сторону. Литаная, сбросив с себя походный плащ, бросилась к любимому, открывшему при её появлении глаза.

Молодой человек был жив, и это было хорошей новостью — девушка успела привести к пациенту помощь вовремя, до того момента, как истечёт тот небольшой срок, что был отпущен больному магами-целителями. Однако внешний вид пациента говорил о том, что этот срок явно близится к завершению — тело молодого человека сильно исхудало, кожа отливала желтизной, щёки ввалились, даже белки некогда живых и весёлых глаз поблекли и пожелтели. Мужчина попытался протянуть к невесте руку, увешанную лечебными амулетами, но не смог, уронил её на постель и в изнеможении закрыл глаза. Лита, присевшая на постель, перехватила эту руку ладонями и прижала к своей груди, всхлипнув.

Один, пока молодые обменивались взглядами, обошёл кровать с другой стороны и, присев на неё, взял в свои ладони другую руку Азира, после чего, подержав её несколько мгновений, вынес свой вердикт:

— В общем и целом картина ясна. Пациент скорее мёртв, чем жив, но мозг поражён незначительно, поэтому излечение считаю возможным, — и, обратившись уже к Натану, спросил:

— Лэр Натан, не смогли бы вы изложить мне информацию по общему состоянию пациента и принятым вами мерам по его лечению?

— Мне несложно, лэр Один. Пациент был ранен отравленными стрелами. К моменту появления в стенах нашей академии у пациента была полностью поражена печень и начался некроз тканей. Восстановить печень мы не смогли, поэтому заблокировали амулетом процесс разложения клеток печени и передали функцию очищения крови специально созданному амулету. Оба этих амулета вы сейчас видите на правой руке пациента. Хирургически удалять остатки омертвевших тканей печени мы посчитали нецелесообразным. Та же ситуация и с почками — их функцию выполняет отдельный амулет, закреплённый на левой руке пациента, а процесс некроза почек приостановлен ещё одним амулетом. Удалять почки мы также посчитали нецелесообразным — по той же самой причине, что и печень. Сердце пациента, как вы, наверное, можете наблюдать, поддерживает и стимулирует отдельный амулет, закрепленный на шее пациента. Лёгкие пациента работают самостоятельно. Пока работают… Вот, вроде бы, и всё… Да, питание пациента энергетическое, с помощью отдельного амулета — желудок тоже поражён ядом и не принимает обычной пищи. Кровотечение из многочисленных язв в желудке также заблокировано амулетом — самостоятельно зарубцевать их организм пациента уже не способен.

Декан кафедры целителей замолчал, с вызовом глядя на назвавшегося Одином молодого человека. За свою долгую жизнь Натан изучил множество научных трудов по медицине, провёл немало исследований и по праву считал себя одним из самых опытных медиков Натаны, если не вообще самым опытным, и теперь ждал, что же может предложить для лечения молодой выскочка. Один же, как будто не чувствуя вызова, ответил:

— Спасибо, лэр Натан, ваши комментарии необычайно ёмкие и лаконичные. Больше пояснений не требуется — пока вы говорили, я разобрался с работой ваших амулетов, и, заодно, провёл полную диагностику состояния тела пациента. В общем и целом ваш рассказ соответствует действительности. У пациента действительно серьёзное обширное поражение внутренних органов, несовместимое с дальнейшим процессом жизнедеятельности. Теперь разберёмся в методах лечения. Принципы лечения и алгоритмы, в них реализованные, поразили меня своей самобытностью и оригинальностью. Я определил и уровень доступных технологий, и их потенциальные возможности. Ставлю жирный плюс. Всё остальное — такой же жирный минус. Давайте теперь рассмотрим всё по порядку…

Один сделал неуловимое движение рукой, и рядом с постелью больного появилось полупрозрачное объёмное изображение фигуры человека, светящееся и переливающееся, с отчётливо видимым скелетом и внутренними органами, пронизанное густой сетью алых кровеносных сосудов. Сотворив что-то наподобие длинной светящейся указки, Один, как преподаватель на лекции перед студентами, указал этой указкой на печень, тёмным серо-багровым пятном выделяющуюся на светящейся голограмме, и продолжил:

— Действительно, некроз полностью охватил всю печень, сделав невозможной её регенерацию, поэтому мёртвую печень необходимо было сразу же удалить, а не блокировать процесс разложения омертвевших тканей амулетом. Вот так… — Один ещё раз ткнул указкой в схему, и печень на ней исчезла. Место печени в объёмной голограмме заняла чёрная пустота. Речь лектора продолжилась:

— Функции печени у вас заменяет специальный амулет. Прежде чем продолжить, давайте последовательно определимся с принципами предстоящего лечения. Я считаю основным органом человеческого организма мозг, без него человек как мыслящее существо функционировать не может. Все остальные внутренние органы, да и конечности человека, служат одной единственной цели — поддержанию полноценного функционирования мозга. Каков их внешний вид и из чего они сделаны — суть не так важно. Важно, чтобы они выполняли свои функции. Я обоснованно считаю, что любой внутренний орган человека, как кирпичик в кладке стены здания, можно заменить, причём материал этого кирпичика, по большому счёту, для стены неважен. Предлагаю называть искусственно сделанный аналог этого органа протезом. В некотором роде протезом можно считать применённый вами амулет. Однако аналог подразумевает под собой то, что этот предмет полностью повторяет функции оригинала. Основная же функция печени — очищение крови от токсинов и продуктов жизнедеятельности организма. При попадании яда, естественно, печень была поражена в первую очередь. Печень также синтезирует ряд химических соединений, будем называть их ферментами, участвующих как в процессе переваривания пищи, так и в общей жизнедеятельности организма. К тому же печень участвует в генерации организмом крови, являющейся основной транспортной магистралью между всеми тканями организма и без которой существование этого организма невозможно. Создав матрицу из необходимых для организма функций, которые выполняет печень, и задав их количественные и качественные характеристики, увязанные с процессом функционирования остальных внутренних органов, мы сможем описать математическую модель протеза печени. Если эта модель покажется вам слишком сложной, — во время этой импровизированной лекции рядом с голографическим изображением тела человека в воздухе постоянно появлялись и исчезали светящиеся столбцы цифр, формулы и графики, — можно задать некоторые усреднённые величины, обеспечивающие минимально необходимый уровень функционирования организма. По результатам наших расчётов мы получаем протез, — рядом с голограммой возникла ярко-красная структура, плотная, объёмная, на вид абсолютно материальная и по внешнему виду напоминающая печень, — который сделан из биологически инертного материала, не отторгается иммунной системой человека, выполняет все основные функции печени и питается или от собственной энергетической системы человека, или от аккумулятора, который можно периодически подпитывать. Принцип запитки абсолютно идентичен наполнению энергией ваших амулетов. Если мы сейчас поместим этот протез на место удалённой печени, — Один ткнул указкой на висящий в воздухе предмет, который, медленно проплыв в воздухе, занял пульсирующее чернотой место в висящей в воздухе голограмме человеческого тела, — то пациент, получивший этот протез, почти не почувствует замены — его организм станет функционировать так же, как и до поражения ядом. Протез будет прогонять через себя, очищать и насыщать необходимыми ферментами кровь организма так же, как это делает настоящая печень. Исключение — экстремальные ситуации, когда печень начинает работать с повышенной нагрузкой. Но и этот момент можно отразить в математической модели, правда, тогда она станет на порядок более сложной. Проанализировав структуру ваших амулетов, я пришёл к выводу, что подобный протез вы могли бы изготовить и самостоятельно — уровень развития ваших технологий вполне это позволяет. В вашем случае для лечения нужно было сразу же удалить старую печень и создать новую, искусственную печень — протез, действующий по принципу вашего амулета, поместив его на место удалённых тканей печени.

Натан, недоверчиво посмотрев на висящую перед ним голограмму, переспросил:

— То есть лечение должно было состоять в том, чтобы просто вставить этот протез на место старой печени пациента?

— Нет, не просто, лэр Натан, — Один немного поморщился, — и вы, как медик, должны это понимать. К живой печени человека подходит множество кровеносных сосудов. Протез необходимо не только вырастить таким, чтобы он соответствовал этим сосудам, но и правильно его состыковать. Это достаточно сложная и кропотливая работа, но доступна она даже неодарённому, то есть, не обладающему, согласно вашей классификации, магическими способностями человеку. Можно, в крайнем случае, просто остро заточенным предметом наподобие небольшого ножа удалить старую печень, поместить на её место протез, сшить кровеносные сосуды и зашить место разреза, через которое делалась операция. Естественно, предусмотрев при этом меры по предотвращению заражения. Работа на уровне хорошего портного. Я, кстати, уже изучил в Гане всю доступную литературу по хирургии, и скажу честно — не знаю, почему раздел хирургии у вас находится на уровне удаления бородавок и ампутации травмированных конечностей, но освоить азы хирургических операций с вашим уровнем знаний не составит большого труда. Ссылки на подобные способы лечения ещё должны сохраниться в ваших архивах. Но давайте я не буду останавливаться на подобных мелочах и продолжу лекцию дальше…

Получив порцию извинений, Один продолжил:

— Вы могли бы вылечить этого пациента, если бы своевременно создали и установили соответствующий протез, тем более что, повторюсь, ваши технологии это позволяют. Однако лично я считаю использование протезов вчерашним веком в области медицины. Да, они позволяют спасти жизнь человека и даже вернуть его к нормальной жизни, но, как всякое инородное искусственное тело, не могут заменить натурального органа полностью. Частично эту проблему могут решить донорские органы и клонирование, но трансплантация у вас не развита, а до клонирования вы ещё не доросли. Поэтому я поступлю следующим образом…

Один поднёс ладонь к груди лежащего на кровати молодого человека и ненадолго замер, как будто к чему-то прислушиваясь. Натан, внимательно следивший за действиями Одина, восторженно воскликнул:

— Это поразительно!

— Вот, господин главный целитель уже догадался, что я сейчас сделал, — улыбнулся Один.

— Вы вырастили пациенту новую печень взамен старой!

— Приблизительно так, лэр Натан. Я удалил поражённые некрозом ткани, взял из неповреждённой стволовой клетки спинного мозга генетическую информацию, касающуюся печени пациента, и синтезировал на её основе новую ткань. Так как новые ткани печени являются, по сути своей, родными клетками печени пациента, организм в целом не воспринял мои действия как инородное вмешательство. Пациент получил точно такую же печень, которая и была у него до ранения.

— Скажите, лэр Один, а я смогу повторить ваш опыт?

— Теоретически — да. Практически — вам не хватит фундаментальных теоретических знаний… Сейчас я запустил процесс ускоренной регенерации клеток, напрямую запитывая делящиеся клетки необходимыми белками, микроэлементами и энергией. К тому же процесс деления под вашим контролем будет проходить в десятки тысяч раз медленнее — понятия о контролируемых темпоральных флюктуациях вы не имеете. Впрочем, есть и другой способ…

Один немного подумал, повернул ладонью вверх левую руку, и на ней будто бы из воздуха появилось две маленькие стеклянные прозрачные пробирки, наполненные жидкостями. Одна жидкость была полностью прозрачной, а вторая — мутной, как бульон, и слегка желтоватой. Один протянул ладонь с пробирками, как бы предлагая Натану взять их, что тот сразу же и проделал.

— Ну и что вы думаете по поводу содержащихся в пробирках жидкостей? — Один как будто экзаменовал студента на экзамене. Натан, посмотрев пробирки на свет, подержав их попеременно то в одной руке, то в другой, ответил:

— В пробирке с прозрачной жидкостью явно какой-то моносахарид. Точнее сказать не могу — необходимы исследования. Жидкость во второй пробирке больше всего похожа на мясной бульон, но какой-то странный — я никак не могу определить, из чего он сделан.

— В целом вы правы, коллега. В первой пробирке — водный десятипроцентный раствор глюкозы. Это энергия — простым вливанием в кровь можно достаточно долго поддерживать жизнедеятельность организма. Во второй пробирке — сбалансированный набор белков и микроэлементов, необходимых организму для строительства новых клеток. Это, так сказать, биологический строительный материал, раствор, из которого, как строитель кирпичи, организм отливает новые клетки. Исследуйте его химический состав и научитесь воспроизводить — введение его непосредственно в кровь стимулирует регенерацию повреждённых тканей. Примерно такой же состав строго дозировано я перемещал в каждую клетку одновременно со стимуляцией процесса её деления. В будущем вы сможете вырастить новую печень для пациента в питательном растворе, воспользовавшись хотя бы одной живой клеткой донора, после чего пересадить вновь полученный орган на место старого. Пересадку, повторюсь, сможет сделать даже неодарённый — изучайте соответствующий раздел хирургии, не все же знания по медицине вы утеряли за прошедшие тысячелетия.

— Спасибо за урок, мастер.

— Не за что, коллега. Но давайте продолжим. Печень у пациента мы восстановили, очередь за почками…

— Простите, мастер, а то, что пациент неподвижен — это нормально?

— Правильное замечание, лэр Натан. Пациента пришлось усыпить, попутно блокировав часть нервных окончаний — проводимое мною лечение является сильной встряской для нервной системы пациента и, несмотря на то, что с технической точки зрения абсолютно безопасно, ощущается пациентом весьма болезненно. Но продолжим… Следующими в очередь на восстановление у нас почки. Со старыми почками мы поступим так же, как и с печенью — некроз зашёл слишком далеко, живых клеток там не осталось. Всё, сказанное ранее по поводу печени, актуально и здесь. В том числе и то, что вы сами в состоянии были разработать, изготовить и установить протез… Удаляем отмершие ткани и выращиваем новые почки, опять используя генетический материал из здоровых стволовых клеток спинного мозга. Да, уточню — любая клетка человеческого организма несёт полную информацию о строении всего организма в целом, поэтому, воспользовавшись одной-единственной клеткой, и даже не самой клеткой, а генетическим материалом, так называемым геномом, содержащимся в ядре клетки, мы можем вырастить новое тело, которое будет являться полным аналогом донора. Однако, предвидя ваши вопросы, сразу скажу — на практике для выращивания нового биологического образца подходят не все клетки. Проблема в том, что в процессе жизнедеятельности организма под воздействием внешних факторов в нём происходит огромное количество всевозможных мутаций, то есть отклонений от первоначально заложенной в организм генетической программы. Поэтому, если вы ещё не научились считывать и хранить матрицы исходного генома, то для воспроизводства надо брать клетки, наименее подверженные мутациям. А это так называемые стволовые клетки, которые сохраняются в спинном мозге нашего организма практически до глубокой старости. Кстати, тут и ответ на вопрос повышенного долголетия ваших магов — способность к накоплению и генерации энергии, которую вы называете магическим резервом, напрямую влияет на количество и активность стволовых клеток, а те, в свою очередь, самостоятельно вместе с кровью разносятся по организму и участвуют в процессе восстановления здоровья и первоначального вида внутренних органов человека — эдакому самопроизвольному частичному омоложению. Чем больше магический резерв, тем больше генерация здоровых стволовых клеток, тем здоровее организм и тем дольше он проживёт. Эти процессы происходят в организме самопроизвольно, на уровне фоновых процессов жизнедеятельности — вы же не контролируете своё дыхание или сердцебиение. А если у вас получится взять процесс синтеза организмом стволовых клеток под сознательный контроль собственного мозга, это будет первым шагом к обретению вами неограниченного долголетия. В перспективе — бессмертия…

Читая эту импровизированную лекцию, Один не прекращал своих манипуляций с телом пациента, вырастив ему новые почки. Осмотрев лицо пациента, с которого постепенно сошла желтизна и появился первый, пока ещё почти незаметный румянец, Один продолжил:

— Второй этап лечения закончен. Новые почки работают нормально, и, если мы в ближайшее время не подложим под пациента судно, то будем иметь наглядное тому подтверждение. Не буду вам говорить, лэр Натан, — Один изящно поклонился декану кафедры целителей, — что почки в организме человека выполняют практически ту же функцию, что и печень, то есть чистят организм от ядов и продуктов жизнедеятельности. Но если печень чистит кровь, с помощью ферментов расщепляя яды, то почки чистят плазму, просто выводя всю гадость из организма с мочой. Почки выполняют и ещё ряд крайне важных для организма функций — следят за составом крови, своевременно удаляя оттуда лишнюю жидкость, вырабатывают и выделяют в кровь ряд ферментов… И вот с точки зрения реализации необходимых для процесса жизнедеятельности функций ваши амулеты никуда не годятся. О функционировании человеческого организма вы знаете непозволительно мало, несмотря на то, что когда-то эти знания вашим коллегам были доступны.

— К сожалению, мы потеряли очень многое из наследия древних, лэр Один. Я бы жизнь отдал, только бы прикоснуться хотя бы к части утерянных тайн. Всю свою жизнь я по крупицам собираю попавшую в мои руки мудрость ранее живущих целителей, но я не всесилен. В свою очередь был бы крайне вам признателен, если бы вы передали мне хотя бы часть имеющихся у вас знаний.

— Ваша просьба услышана. Чем вы согласны пожертвовать за эти знания? Как вы понимаете, в мире нет ничего бесплатного, за всё надо платить.

— Я готов заплатить за эти знания собственной жизнью, при условии, что полученными знаниями смогут воспользоваться мои ученики.

— Подобная самоотверженность похвальна. Я сообщу своё решение позднее, а сейчас продолжим лечение.

— Я вижу, что вы его и не прекращали, мастер.

— И вы заметили, что я сейчас сделал?

— Не всё, лэр Один, некоторые ваши манипуляции для меня непонятны, но я могу догадаться, что вы только что проделали операцию по восстановлению селезёнки и желудка, а сейчас работаете с сердечной мышцей.

— Вы правильно заметили. Названные вами органы пострадали от яда значительно меньше, поэтому я просто удалил поражённые ткани и запустил контролируемый процесс регенерации. Так как при этом повышенная нагрузка легла также на наши обновлённые печень и почки, я контролирую их функции, подкармливаю и поддерживаю. Ну и немного вмешиваюсь в их работу. Правда, самую малость — только чтобы не повредить молодые ткани повышенной нагрузкой.

Натан, слушая пояснения Одина, обратил внимание на начинающиеся сгущаться в комнате тени — процесс лечения шёл уже несколько часов, и за окном начинало смеркаться, — и зажёг над головой пациента магический светильник, заливший комнату ярким желтоватым светом. Один, слегка кивнув головой, продолжил лекцию:

— Мне для работы свет не нужен, но всё равно спасибо — возможно, для кого-то из здесь присутствующих действительно слишком темно. Сейчас мы восстановили почти все внутренние органы пациента, убедились, что дополнительные костыли в виде артефактов ему уже не нужны, и запускаем программу общей диагностики организма. Это достаточно сложный медицинский конструкт, работающий по типовому алгоритму, разработанному одним из ведущих медицинских центров государства, в котором я когда-то имел честь обучаться. И эта программа, — вы, кстати, скорее всего, наблюдаете сейчас её работу как проходящие по организму пациента энергетические волны разной амплитуды и частоты, — говорит, что если пациента вывести из состояния сна прямо сейчас, то угрозы для его жизни уже не будет, и завершить лечение пациент сможет и самостоятельно. Однако пусть и небольшие, но многочисленные повреждения сердечно-сосудистой системы, плохо зарубцевавшиеся механические повреждения тканей в лёгких, несколько других не представляющих угрозы здоровью пациента травм желательно устранить прямо сейчас, пока пациент спит, поэтому предлагаю не прерывать лечение, а продолжить его ещё как минимум восемь-десять часов. Столь долгий срок проведения оставшихся процедур обусловлен тем, что окончательное выздоровление пациента пройдёт полностью в автоматическом режиме, под контролем энергетической структуры, эмулирующей мозг реального человека, но запрограммированной на излечение конкретной особи, и, соответственно, в силу этих причин функционально несколько ограниченной. У меня, признаться, нет ни времени, ни желания создавать полноценную искусственную личность только для того, чтобы на несколько часов ускорить выздоровление обычного человека. Коллеги могут меня понять — налицо было бы явное несоответствие затраченных усилий конечному результату.

— Простите, лэр Один, правильно ли я вас понял, что для контроля за окончательным излечением пациента вы сейчас создали из ничего искусственный разум? Мыслящее существо?

— В общем и целом вы поняли меня правильно, коллега. Только существом созданный мною конструкт называть несколько неверно — подобные формулировки принято относить к биологическим образцам. Правильнее называть созданную мною конструкцию объектом, или модулем.

— Но это же… Это по силам только богам!

— Могу вас разочаровать, коллега. Богам подобное обычно недоступно, если, конечно же, при их создании не было задано дополнительных параметров. Зато люди, если их интеллект достаточно развит, вполне в состоянии создать искусственный разум, причём разум, не только выполняющий возложенные на него функции значительно лучше человека, но и при общении с которым создаётся полная уверенность, что общаешься с человеком. На самом деле это не так уж и сложно, необходимо лишь иметь глубокие познания в людской психологии и на уровне профессионального программиста работать с одной из программ по генерации искусственного интеллекта. Ну и соответствующую техническую базу, конечно. Механическое, электронное или биологическое устройство с быстродействием как минимум миллиард операций в секунду и памятью хотя бы в тысячу терабайт. Впрочем, эти термины вам, скорее всего, незнакомы…

— Вы будете удивлены, но именно эти термины я встречал в одной из книг древних. Правда, я так в ней ничего и не понял — там речь шла то ли о философии, то ли о богах… Эти терабайты и какие-то флопсы упоминались при рождении неведомых легендарных личностей, а может быть — и богов. Некоторые фразы из этой книги даже взяли себе на вооружение церковники…

— Чудны дела твои, господи… Вот уж действительно стоило опустить развитую цивилизацию до уровня средневековья, чтобы получить подобные результаты. Если вас не затруднит — дайте мне потом взглянуть на эту вашу книгу. Хотя я сильно подозреваю, о чём она и даже догадываюсь, откуда она взялась и кто её автор.

— Не просветите меня, лэр Один? По-видимому, вы знакомы с этой книгой.

— Когда увижу, скажу подробнее. Но, скорее всего, вам в руки попался один из имперских учебников по созданию и программированию искинов.

— А что такое искин?

— Машина. Искусственный интеллект. Искусственный разум, чтобы вам было понятнее.

— И что, такое возможно?

— В мире возможно всё, лэр Орив. А если некто вам скажет, что что-то в этом мире невозможно — значит, тот человек просто недостаточно сильно этого хотел. По крайней мере, примите как должное, что есть… скажем так, государства, где подобные процедуры являются достаточно рутинными операциями и выполняются обычными людьми, пусть и получившими очень хорошее даже по меркам того государства образование. Впрочем, за нашими разговорами подошёл к концу очередной этап лечения, начался следующий, протекающий, как я уже говорил, полностью в автоматическом режиме, поэтому сейчас наше присутствие у кровати пациента совсем необязательно. Предлагаю оставить в комнате лэри Литанаю — её сейчас всё равно даже за ноги от постели молодого человека не оттянешь, — а вот остальные здесь явно лишние. Кому интересно — подходите к пациенту утром, будем производить пробуждение нашей спящей красавицы…

— Господин Один, мы очень благодарны вам за излечение нашего ученика и готовы обсудить ваше вознаграждение. Мы также по первому вашему требованию предоставим вам место, где вы можете отдохнуть и переночевать — жилья в Тиаре, как я понимаю, у вас нет. Но отдельно хотел бы попросить вас уделить для меня немного времени и поговорить в моём кабинете — мы ни в коем случае вас ни к чему не принуждаем, но, возможно, ваши ответы окажут нам большую помощь.

— Я понимаю, лэр Орив, что вам от меня что-то нужно. Но я согласен на разговор с вами и, так уж и быть, уделю вам немного своего времени. Ваши коллеги будут на нём присутствовать?

— Если вы не возражаете, на этом разговоре будут присутствовать ещё несколько моих хороших знакомых — деканов различных факультетов нашей академии. Все они, уверяю, достойные люди и с почтением выслушают вас.

— Хорошо, лэр Орив. Зовите своих друзей и ведите меня туда, где мы можем спокойно поговорить…


Некоторое время спустя, в закрытом кабинете декана кафедры боевой магии…

— Лэр Один, пока мы с вами общались, я вспомнил, где мог слышать ваше имя. Чтобы у моих коллег сразу же сложилось правильное мнение о вас и ваших возможностях, очень прошу ответить на один вопрос — вы и некая мифическая личность, которой поклоняются наёмники и, которая, как говорится в одной из детских сказок, подарила великому Яну божественные призрачные мечи, имеете какую-то связь друг с другом?

— Я догадываюсь, о какой личности вы сейчас упомянули, лэр Райс. У меня, как вы тоже, возможно, догадываетесь, много имён, и все они истинные, однако некоторое время назад я действительно путешествовал по этому материку под именем Один, и действительно сделал пару энергетических мечей одному помешанному на боевых единоборствах и различном колюще-режущем оружии фанату — очень уж мне понравилась его одержимость в части овладения воинским искусством. Имя его на самом деле было Николай, но все друзья обычно звали его Колян. Парень оказался не лишён талантов, и его имя в определённых кругах стало хорошо известным, но, похоже, за тысячелетия людские легенды несколько подсократили это имя, оставив только последний слог. Так что вероятность того, что мы сейчас говорим об одной и той же личности, весьма высока.

— То есть вы тот самый Один, которого ещё тысячи лет назад считали богом…

— Мне всё равно, кем меня считают люди. Это просто игра слов. Но я уже неоднократно говорил, и могу повторить ещё раз — я не бог. В этом мире вообще нет богов.

— О вас не было слышно несколько тысячелетий, лэр Один. Скажите, какая причина привела вас на нашу землю?

— Интересный и правильно заданный вопрос… Он подразумевает, что моё обычное место жительства — явно не на этой земле. Что ж, возможно, вы действительно имеете право знать — я родился, вырос и сейчас живу вовсе не в этом мире, да и этого мира, когда я родился, ещё не существовало. Сюда несколько недель назад меня вызвала лэри Литаная, активировав портал и послав от него мне зов. Кто-то рассказал ей красивую сказку, что можно, пролив на алтарь бога свою кровь, воззвать к нему, и он в этом случае выполнит её просьбу. В мире случаются ещё и не такие совпадения — воспользовавшись абсолютно неверными данными, пользуясь только слухами и недостоверной информацией, девушка всё же добилась нужного результата — она связалась со мной и я, появившись на зов, исполнил её пожелание, вылечив её жениха. Сказка закончилась хорошо.

— Так вот куда она исчезла… А о каком алтаре бога вы проговорились?

— Очередная байка этого мира. Здесь нет богов, а алтарём бога Имира оказался пространственный портал в дачном домике моего сына, Тимиро. Когда я его создавал, то предусмотрел возможность использования этого портала его потомками — я понимал, что рано или поздно дети Тимиро вырастут и захотят им воспользоваться. Что, как видите, и произошло.

— То есть бог Имир — это ваш сын Тимиро… А о каких потомках вы говорите? Лэри Литаная, оказывается, является вашим потомком, раз она смогла воспользоваться потралом?

— Все вы, обладающие даром, являетесь моими потомками… Этот мир я создавал для двух своих детей — Яринаты и Тимиро, решивших пожениться. Их брак вызвал неоднозначную реакцию в том мире, где я живу — всё же они пусть и сводные, но брат с сестрой, а подобные браки у нас законодательно запрещены. Видя ваши любопытные глаза, уточню — матерью Яринаты была моя жена Омико, а матерью Тимиро — Иллура. Я уже читал ваши мифы и знаю, что в них есть имена Яри, Наты, Лури и Имира. Насколько они соответствуют действительности — решайте сами.

— А их отца, создателя нашего мира, зовут Дирой…

— Тимиро и Яринате я отец, а Иллуре — муж. Одно из моих имён — то, которым меня когда-то называли в империи, звучит как Дэрий. Вы, одарённые — дальние потомки Тимиро и Яринаты, во всех вас есть частица крови моих детей. И моей крови.

— Создатель… Легенды не врут — я вживую вижу даже не бога, а самого Демиурга — создателя нашего мира…

— Вот только на колени не падайте и поклоны не бейте. Я этого не люблю, да и подобные проявления чинопочитания бессмысленны по своей сути. Можете звать меня Создателем, можете, что более правильно — Демиургом. Вот только богом меня не называйте — я давно уже им не являюсь. Назвать меня богом — всё равно, что назвать знахарем присутствующего здесь декана кафедры целителей. Тем более что вам, моим потомкам, не пристало пачкать колени и разбивать лбы даже перед демиургами.

— То есть мы обладаем магией потому, что являемся вашими далёкими потомками, и в нас течёт кровь самого Демиурга?

— Этот мир, как вы только что услышали, я создавал для своих детей, Яринаты и Тимиро. Они на тот момент уже обладали некоторыми паранормальными способностями, которые вы называете магическими. Да и вы заметили, что все маги пусть немного, но отличаются от обычных людей. Всё дело в том, что я генетически ещё до рождения Тима и Наты уже сильно отличался от обычных людей, и некоторые изменения в моём геноме закрепились и стали наследственными, передаваясь от родителей к детям. Когда я творил этот мир, я постарался сделать так, чтобы эти способности у моих детей в этом мире проявлялись чётче, а осваивать их было легче. Можно сказать, что эта вселенная с самого начала задумывалась и творилась именно под моих детей. Являясь потомками Тимиро и Яринаты, вы вместе с наследственностью получили и возможность влиять на этот мир, используя его ресурсы для своих нужд. Можно, продолжив мои слова, сказать, что этот мир создан специально под вас, он сам идёт вам навстречу, откликаясь на ваши даже неосознанные мысли и желания. И именно поэтому многие из моих потомков, даже смешав свою кровь с простыми людьми, пришедшими сюда вместе с моими детьми, от рождения обладают тем, что вы называете магией. В действительности то, что вы называете магией, является врождённой способностью собственной энергетикой или, если вам так проще понять — усилием мысли влиять на саму суть мироздания.

— Тогда этот мир — наш мир, мир магов и мир для магов…

— В первую очередь — это мой мир. Я — его создатель и распорядитель. В этом мире только я обладаю реальной властью. Хозяин здесь — я, и только я., а люди в этом мире — лишь непрошенные гости. Вы, именующие себя магами, находитесь в несколько привилегированном относительно других людей положении — вас с некоторой натяжкой можно считать моими наследниками, то есть признать за вами некоторые права. Что делать с остальными людьми, населяющими этот мир, я пока ещё не решил.

— Создатель, а вы намереваетесь сделать что-то со всеми людьми? Или я неправильно вас поняла?

— Тайша, кажется? Так вот, лэри Тайша, мне абсолютно всё равно, что случится с населяющими этот мир людьми, как вам будет всё равно, что случится с тараканами в доме, который вы планируете разобрать и перевезти на новое место. Всё дело в том, что этот мир я долго и кропотливо создавал в течение нескольких лет, ежедневно вливая в него океаны энергии и потратив в конечном итоге на его создание прорву энергии из своего личного энергетического резерва. Этот мир сейчас — как гигантский аккумулятор моей энергии, которую я могу использовать в своих дальнейших экспериментах. Я в первую очередь — учёный, исследователь, и сейчас я провожу несколько очень интересных экспериментов, уточняющих определённые этапы развития мироздания — есть там ещё ряд непонятных для меня моментов. Эксперимент проводится сразу в нескольких десятках сотворённых мною вселенных, и запасной аккумулятор энергии мне бы сейчас совсем не помешал. В том случае, если мне не будет хватать энергии для моих исследований, я смогу выпить этот мир и направить полученную энергию туда, где она мне нужнее всего.

— Простите, Создатель, но как же тогда быть с этим миром? Он же погибнет?

— Ну и что?

— То есть как «ну и что»?

— Лэр Лесс, скажите, а как вы проводите занятия со своими студентами? Используете ли пособия, наглядные материалы и реактивы повторно или выкидываете их после первого раза?

— Но это же совершенно другое!

— Разве? Всё зависит исключительно от точки зрения. Я создал эту вселенную, для меня она — предмет, вещь, наглядное пособие, ценный ингредиент… Да назовите как хотите — суть от этого не изменится. Я могу сделать не одну подобную вселенную, которые для меня лишь инструмент для моих опытов и экспериментов, но новую вселенную и быстрее, и легче изготовить из старой, отработанной, надобность в которой для меня отпала. Я уже говорил вам, что энергетическая составляющая этого мира для меня не что иное, как обычный строительный материал — это моя энергия, плоть от моей плоти, а всё население этого мира есть не более чем плесень на стенках лабораторной пробирки, даже если эта плесень — разумна. Вы моете грязную пробирку перед её повторным использованием. Я очищаю отработанный мир, в котором отпала надобность, перед его повторным использованием. Повторюсь — этот мир у меня не единственный, для проведения экспериментов я создал десятки миров, и большинство из них уже не по одному разу стирались и создавались заново, с другими фундаментальными константами. Я — Демиург, а демиурги по своей натуре творцы и экспериментаторы.

— Но если у вас уже имеется множество личных миров, то, быть может, оставите один мир для нас? Всё же вы сами признали, что мы являемся вашими потомками и в некотором роде наследниками, а о потомках у людей принято заботиться. Пусть вы и не человек, но меня ваша настоящая позиция, честно говоря, пугает. Вы так спокойно говорите об уничтожении целого мира, который я уже привыкла считать своим домом…

— Спокойно? Лэри Зулла, первоначально, когда я, зарывшись в церковные и государственные архивы в столице ваших соседей, восстановил хронологию событий и определил истинную причину убийства своих детей, я был в ярости. Говорят, что даже боги бессильны перед людской подлостью и коварством. Мои дети были так добры, что взяли с собой в этот мир простых людей, несчастных и гонимых в том мире, откуда они пришли. Но, размножившись, как тараканы, эти люди, заполонив мой мир, решили создать здесь своё государство и посадить там правителями самих себя. Мои дети, разумеется, в эти планы не вписывались, поэтому были уничтожены. В старых архивах шанарской столичной библиотеки сохранились остатки старых хроник, а в них — ссылки на возможное предательство. В нескольких источниках упоминается яд. Не знаю, как кому-то удалось отравить моих детей — яд для них не должен был явиться причиной смерти, — но факт остаётся фактом — примерно в девятьсот семидесятом году от сотворения мира следы Яринаты и Тимиро исчезли из этого мира, а к власти пришли потомки людских колонистов. Неуязвимых в природе не существует — убить можно любого, хоть бога, хоть демиурга, надо только найти у них уязвимую точку. По видимому, для Яринаты и Тимиро такая точка была найдена, что лишь ещё раз говорит о людской подлости и коварстве. С тех самых пор начались и гонения на детей Яринаты. Я так и не понял, сколько всего их было — по одним хроникам, детей у Яринаты было пятеро, по другим — шестеро. Дети в конце концов были убиты все, чему нашлись документальные подтверждения, но процесс их поиска затянулся, растянувшись на десятилетия. За это время успели появиться внуки, не говоря уж о том, что мужчины в вашем мире отличаются повышенной неразборчивостью в половых связях, что привело к появлению незаконнорожденных потомков Яринаты и Тимиро, о которых вообще никто не знал. Дальнейшее вам более-менее должно быть известно из официальных источников, которые, если оттуда выкинуть пафосные лозунги о необходимости очищения Натаны от поразившей её магической скверны, относительно правдоподобно описывают историю поиска и уничтожения моих потомков. Сейчас, насколько я в курсе, магов в Занадане насчитывается не более нескольких сотен, а в остальных государствах Натаны их практически вообще не осталось. Так что я с чистой совестью могу поглотить этот мир и использовать его энергию для своих дальнейших опытов. Убийц моих детей мне совсем не жаль. Оставить этот мир для магов, как вы просите? А вы сможете забрать и удержать в руках власть, или опять отдадите её алчным людишкам? Вы, несколько сотен лабораторных крыс, научных и кабинетных работников, среди которых случайно затесалась пара десятков тех, кто действительно может носить громкое звание боевого мага, вы сможете если не уничтожить, так хотя бы привести к покорности десятки миллионов простых людей? У кого из вас хватит сил, а самое главное — смелости, чтобы уничтожить целые страны? В ваших головах богатейший арсенал оружия для убийства — от климатических бедствий до нашествия насекомых-вредителей или синтеза отравляющих веществ в местах массовых скоплений людей.

— Но… Но это же геноцид!

— Да что вы говорите! А то, что творится сейчас по отношению к вам — это как называется? Если пользоваться статистикой и считать количество пришедших в этот мир простых людей, которых, если кто-то не знает, было всего шестнадцать, по отношению к двоим магически одарённым, причём учитывать перекрёстные браки, в которых также сохраняется высокая вероятность передачи генетической предрасположенности к магии, то сейчас в мире магом должен был быть как минимум каждый третий человек! Вдумайтесь в эти цифры! Вас менее двадцати тысяч на десятки, сотни миллионов простых людей, а должно быть в тысячи раз больше. Из тысяч потенциальных магов выжил один. И это не геноцид?

— Но нельзя же уподобляться тем, кого мы сами заклеймили как убийц, кого ненавидим и презираем! Должен же найтись другой, менее кровавый выход!

— Вы можете его мне предложить?

— Создатель, мы не только можем предложить выход из создавшейся ситуации, мы уже его разработали и в тайне от власть имущих достаточно успешно его реализуем.

— А вот это уже интересно. Лэр Орив, сказав «а», придётся говорить и «б». Излагайте ваш план и, если я сочту его разумным, то, возможно помогу вам и даже подумаю о том, чтобы оставить этот мир вам.

— А если план вам не понравится — вы с лёгкостью убьёте своих потомков?

— Зачем же так грубо, лэри Зулла… Пусть я, с вашей точки зрения, несколько нечеловечен в своих мыслях и поступках, но я всё же не зверь, и убивать собственных потомков не собираюсь. Всех магов, кого удастся спасти, я при сворачивании этой вселенной перемещу в другое место, где вы сможете спокойно жить дальше.

— А если мы хотим остаться жить здесь?

— Тогда вы должны доказать мне, что достойны этого мира, и убедить меня не трогать эту вселенную. Подарки не делаются просто так, вы должны их заслужить.

— Я докажу вам, Создатель. Нам тоже не нравятся гонения, которым подвергаются маги по всей Натане, поэтому мы приняли покровительство герцога Илия, который прекратил в своём герцогстве уничтожение магов, и организовали здесь магическое сообщество. Собрали по всему миру оставшихся магов — тех, кого ещё не успели убить, заботимся о них и обучаем, по крупицам собирая и передавая всем имеющим магический дар знания наших предков. Вы, кстати, можете сами убедиться в этом, поприсутствовав на занятиях студентов нашей академии. Но мы также отлично понимаем, что милости власть имущих не вечны — преемник ныне правящего герцога вовсе не так лоялен к магам, как его старший брат. Связанные клятвой, чтобы не возбуждать подозрений, мы собрали полсотни лучших наших представителей из числа молодёжи и нескольких наиболее опытных взрослых магов, снабдили их необходимой литературой и спрятали от властей в северных горах, прикрывшись легендой о мифическом артефакте. От этой группы колонистов требуется только одно — выжить в потайном месте и в течение ближайших тридцати-пятидесяти лет увеличить свою численность как минимум до нескольких сотен. Поэтому и состав экспедиции своеобразный — женщин, вернее, молодых незамужних девушек, в ней ровно в три раза больше, чем мужчин, причём это самые лучшие наши представители — у них самый большой магический резерв, они прекрасно сложены физически, красивы, у них есть все шансы прожить значительно более долгую, чем у простых людей, жизнь, и родить сильное, здоровое, магически одарённое потомство. В старинных книгах это называется селекцией.

— И они все согласились на подобный шаг? Провести всю жизнь в горах, работая в качестве инкубаторов для будущей расы магов?

— Они все знают, что, оставшись здесь, с большой долей вероятности просто погибнут, не прожив и нескольких лет — старый герцог больше не протянет, я это говорю как медик, — дополнил своего коллегу Натан.

— Хорошо, продолжайте. Пока ваш план видится мне вполне здравым.

— Сейчас магов во всём мире насчитывается около семнадцати тысяч. Возможно, где-то живут отдельные маги, чьи умения столь велики, что им удалось укрыться от поисковых команд, но, по моим прикидкам, таких людей не слишком много — сотня, другая… Не больше. Основная численность магов сосредоточена в герцогстве Занадан. По моим расчётам, в течение ста лет колония молодых магов увеличит свою численность как минимум до тысячи человек. Первые двадцать-тридцать лет она будет расти в арифметической прогрессии — вначале женщины будут рожать примерно один раз в три-четыре года, не чаще, ведь условия жизни в северных горах далеки от идеала. Затем их быт наладится, и количество рождённых детей постепенно увеличится. Перелом начнётся примерно через тридцать лет, когда начнут вступать в браки повзрослевшие дети колонистов. Через шестьдесят лет — начнут вступать в браки их внуки. Численность магов начнёт увеличиваться в геометрической прогрессии. Все колонисты будут проходить обязательную военную подготовку и усиленно изучать магические дисциплины — для этого в состав экспедиции включено несколько опытных преподавателей. Если мои расчеты верны — через сотню лет колонии можно будет выходить из изоляции и являть себя миру, они станут достаточно сильны, чтобы сначала захватить власть в одной из стран — предположительно это будет Шанара, а затем, закрепившись, постепенно вернуть себе весь мир. Простых людей мы уничтожать, естественно, не станем, но на территорию центрального государства пускать их не будем — это будет страна магов и страна для магов.

— План достаточно неплох и, самое главное, действительно существует высокая степень вероятности, что этот план реализуем. Поэтому я помогу вам.

— Благодарю, Создатель…

— Благодарности будут после, когда вы реализуете свой план. Со своей стороны я могу предложить вам улучшить условия проживания вашего анклава. Значительно улучшить. Одновременно создаваемый вами анклав будет обезопашен от враждебных действий магоненавистников.

— Вы хотите помочь нам в возведении вокруг лагеря крепостных стен? Работы в этом направлении уже начались, но дело это непростое, долгое и отнимает у колонистов очень много сил и времени.

— Нет, лэр Орив, моё предложение значительно лучше. Я предлагаю вашему анклаву переехать на Лияру.

— Переехать на другой материк? Создатель, но об этом материке у нас сохранились только легенды. Мы ничего о нём не знаем. Не знаем даже, можно ли на нём жить. Вдруг все колонисты не смогут там выжить и погибнут? Да и как они смогут выжить без помощи с нашей стороны?

— Во-первых, Лияра — вполне комфортный для проживания материк. Основная часть Лияры покрыта густыми лесами. Климат там преимущественно субтропический, растительность и животный мир богаты и разнообразны, поэтому колонистам не придётся заботиться о тёплой одежде и пропитании. Правда, на Лияре в своё время я проводил несколько экспериментов по созданию устойчивых биогеоценозов, поэтому животный мир там значительно более разнообразен, чем на Натане, к тому же в тропических лесах Лияры, особенно в нескольких невысоких горных массивах, очень хорошо прижились и даже неплохо размножились рурхи. На Натане рурхов почти нет — весь их ареал обитания простирается не далее срединной части западной горной гряды, но на Лияре для людей, не обладающих магическими способностями, рурхи могут создать определённую проблему.

— А кто такие рурхи, Создатель?

— Рурхи — разумные хищники, завезённые мною на Нату из другого мира. Как, впрочем, и остальные растения и животные — создавая этот мир, я ещё не умел конструировать столь сложные биологические объекты, воспользовавшись плодами других творцов из моего собственного мира. Больше всего рурхи похожи на кошек, правда, кошки эти размером с хорошего буйвола. Рурхи — природные телепаты, поэтому представляют собой достаточно грозную боевую единицу. В природе для них естественных врагов нет, да и человек, не обладающий специальными навыками, тоже вряд ли выйдет в схватке с рурхом победителем. Однако с рурхами вполне можно договориться, если с самого начала считать их друзьями и не лезть на их охотничьи территории. Думаю, что магам это вполне по силам. Вы даже можете с ними подружиться, как это когда-то сделал я.

— В наших хрониках упоминаются описания похожих на рурхов демонов, которые как раз и обитают в лесах западной горной гряды.

— Совершенно верно, именно рурхи там и обитают. И именно поэтому леса там необжитые — рурхи не любят конкурентов, в том числе и в лице человека.

— Действительно, на Лияре наших колонистов никто не достанет — но не из-за обитающих там демонов, а исключительно потому, что никто ещё до этого материка так и не смог добраться. Натану окружает расположенный в нескольких сутках плавания силовой барьер, который никому ещё не удалось пересечь. Барьер просто отбрасывает от себя корабли. Дальше островов Зеу нам хода нет.

— И это говорит мне опытный, умудрённый жизнью маг! Барьер я ставил для того, чтобы люди, не достигшие определённого уровня развития, не смогли покинуть Натану и не путались у меня под ногами, сбивая мне ход экспериментов на Лияре. Для вас этот барьер не помеха — каждый второй из здесь присутствующих магов потенциально в состоянии открыть в барьере проход, принцип контроля силовых полей барьера мало чем отличается от так называемых плетений щита, которыми вы свободно манипулируете.

— Но тогда возникает проблема связи с ушедшим на другой материк отрядом!

— Не вижу проблемы — связь с другим материком можно установить несколькими способами. Как я понимаю, телепатию, или мыслесвязь, вы особенно и не развивали? А зря — это умение иногда бывает крайне полезным. Для связи можно было бы воспользоваться радиоволнами — электромагнитное излучение определённого диапазона вполне в состоянии достигнуть другого материка даже при незначительной излучаемой мощности. Правда, и эти знания вами, насколько я в курсе, благополучно утеряны. Но подумайте — а так ли вам нужна эта связь? Анклав, коль уж решит окончательно переселиться на другой материк, всё равно будет функционировать полностью автономно. В крайнем случае, наладите регулярную связь с анклавом по морю — плавать на кораблях вы ведь умеете. Правда, некоторым из вас для этого придётся освоить мореходное дело. В управлении кораблём на самом деле нет ничего особо сложного, и эту науку успешно осваивали люди, стоящие на несколько ступеней ниже вас в своём развитии. Так что не боги горшки обжигают — научитесь, если уж сильно припечёт.

— В ваших словах сокрыта мудрость, Создатель. Мы поступим так, как вы нам советуете. Но вы же не оставите нас один на один против целого мира в то время, когда нам как никогда нужна помощь? Мы не будем просить многого, постаравшись обойтись своими силами. Но иногда в жизни возникают такие моменты, когда ты оказываешься бессилен перед лицом обстоятельств и остаётся только уповать на помощь Создателя.

— Мне это не нравится — я считаю, что человек сам творец своей судьбы, и признание того, что обстоятельства иногда оказываются сильнее его, есть исключительно признак его слабости. Однако я пойду вам навстречу и буду иногда помогать — всё же вы мои потомки, и сейчас действительно оказались настолько слабы, что иногда, как маленьких детей, вас приходится вести за ручку, чтобы не упали и не поранились. В исключительных случаях, когда вы не увидите другого выхода, можете обратиться ко мне напрямую, как это сделала лэри Литаная, и я приду.

— И вы нас услышите?

— Если ваш зов будет достаточно громким — услышу.

— То есть как громким? Мы должны очень громко закричать?

— Ну не будьте таким наивным, лэр Тонг, вы же опытный маг-теоретик и отлично понимаете, что распространяемые в воздушной среде звуковые колебания не имеют возможности достигнуть даже другого города, не говоря уже о другом материке или другой вселенной. Зов должен быть мысленным, или, если кому так более понятно — ментальным. Вы должны оперировать ментальной энергией для связи со мной. Если не в состоянии обеспечить вызов необходимой мощности — используйте накопители.

Такие, как портал, который обнаружила лэри Литания?

— Совершенно верно. Можете использовать тот самый портал. При активации генетическим материалом любого одарённого он будет работать как обычный передатчик, причём для активации вовсе не нужно заливать его кровью, достаточно просто приложить к портальной плите свою ладонь. Да хоть сядьте на неё — достаточно хоть небольшого участка, на котором ваше тело будет непосредственно касаться сенсоров.

— Создатель, обнаруженный лэри Литанаей портал находится на чужой территории, доступа к нему мы не имеем. Не будет ли дерзостью с нашей стороны, если вы создадите на территории академии аналогичный портал?

— Ну, аналогичный портал вам, положим, не нужен — для связи со мной достаточно обычного ментального ретранслятора, который по своим функциональным характеристикам значительно проще портала. Такой ретранслятор я могу вам подарить, сделать его несложно. А для зарядки ретранслятора достаточно усилий любого мага — принцип ничем не отличается от зарядки ваших бытовых накопителей. Покажите место, куда его установить, и я его туда поставлю.

— Создатель, у меня есть идея получше…

— Не сомневаюсь, лэр Орив, вы и здесь наверняка попытаетесь урвать что-то для академии. Я не прав?

— В целом, конечно же, вы правы, Создатель. Я хочу возвести на территории академии церковь, где все маги смогут поклоняться своему Создателю, демиургу Дирою. Мы построим церковь Дироя, и центральным местом в ней, алтарём, как раз и будет подаренный вами ретранслятор. Таким образом, молясь вам, наши маги будут заряжать и ретранслятор.

— Весьма неожиданное решение, лэр Орив. Скажите, а что вы знаете об энергии веры?

— А что, есть и такая энергия?

— Есть. Правда, не скажу, к сожалению или к счастью. Энергия веры несколько отличается от той энергии, которую вы излучаете, когда плетёте свои заклинания. Ваша вера уже изначально модулирует излучаемые вами электромагнитные поля, насыщая их определённой информацией, преимущественно не материального, а личного характера. То есть, если вы создаёте обычное магическое плетение, то вы изначально модулируете спектр излучаемых вами колебаний на получение какого-то материального результата. Я пока понятно объясняю?

— Да, создатель, нам пока всё понятно.

— Хорошо, продолжу. Но если вы заметите, что я стал объяснять вам слишком сложно — предупредите меня, всё же я давно не объяснял подобные сложные процессы преобразования материи и энергии столь примитивно, буквально на пальцах. Могу в любой момент сорваться и перейти на более естественный для меня стиль. Итак, если, как я уже сказал, вы хотите получить материальное воплощение вашего заклинания, вы его получаете — летящий во врага сгусток плазмы, вскипевшую или замёрзшую воду, пролившуюся дождём на землю тучу или спёкшуюся в каменный монолит землю. Но если вы молитесь — вы изначально отдаёте свою энергию божеству, к которому вы обращаетесь. То есть если вы молитесь мне — то энергия идёт не в алтарь, а напрямую ко мне. Не вся — часть рассеивается в окружающем пространстве, нередко впитываясь в рядом стоящие предметы и постройки, а также, если вы при этом смотрите на алтарь — и в этот алтарь. Но эта часть незначительная по сравнению с той энергией, что достигает меня.

— И что же делать? Заряжать алтарь напрямую?

— Лучше всего это делать именно так. Но, если вы хотите скрыть процесс зарядки, замаскировать его под молитву, то я могу усложнить энергетическую конструкцию ретранслятора, заключив в него резонансный улавливающий контур. Таким образом, часть предназначаемой мне энергии будет задерживаться, улавливаясь ретранслятором, и подзаряжать его.

— И какую часть этой энергии он сможет перехватить?

— Незначительную. Не более половины, но скорее всего, рассчитывать придётся примерно на треть энергии. К тому же, как только энергетические резервуары ретранслятора насытятся, контур прекратит отбор энергии. Если этого не сделать, то перегруженные цепи ретранслятора могут выйти из строя, а это чревато разрушением конструкции.

— Треть потока — это значительно больше, чем мы могли бы надеяться, создатель. Трое молящихся вам адептов сделают то же, что и один специально обученный маг, заряжающий накопитель. Нас это полностью устроит. Скажите, а молиться вам могут только маги?

— Молиться мне может кто угодно — при заряженных накопителях ретранслятора я смогу услышать слова и мысли практически любого молящегося. Но у обычных людей энергетические каналы не развиты, находятся в зачаточном состоянии и энергии излучают пренебрежимо мало — по сравнению с инициированными магами, разумеется.

— И такой же ретранслятор вы предоставите нашему анклаву на Лияре?

— Да.

— И поможете нам довести корабль с колонистами до Лияры?

— Я сделаю лучше — открою прямой портал на Лияру, и колонистам не придётся долгие месяцы плыть по океану.

— Спасибо, создатель. Место для будущей церкви и алтаря в ней мы определим после того, как переправим на Лияру колонистов. Сейчас же, если вас не затруднит, помогите нам разобраться ещё в нескольких интересующих нас вопросах…

Загрузка...