Стиратель границ. Том 2

Глава 19 Пивовар, бородач и дед

— Нам надо было рассыпаться сразу же! — сетовал Конральд, уверенный в том, что люди вообще зря сунулись в чистое поле. В этом я его поддерживал. Но не мог с той же уверенностью заявить, что у нас был иной вариант:

— Его выбор, — процедил я. — А сейчас нам надо заманить их. Пусть командуют отступление!

Наемник осторожно сунулся во тьму, выглянув за деревню буквально краем глаза:

— Не думаю, что там кому-то можно командовать… — протянул он.

У меня внутри все похолодело. Придется мне теперь жить с несколькими новыми смертями на совести. Совсем нехорошо. Совсем безрадостно — теперь чистой победы не получится.

Ничего не спрашивая у Конральда, я обратился к тем, кто остался снаружи:

— Пока не будет сигнала — из домов носа не показывать!

— А какой сигнал-то? — спросил тихо кто-то из местных.

— Проору что-нибудь, — пробурчал наемник.

Полностью подтверждая название деревни, люди начали ныкаться. Кто-то ушел к себе домой, некоторые ушли в поля ближе к форту. Там явно было безопаснее. Пару человек мы забрали с собой в дом Арина, но самое главное — остались бойцы в таверне. Им тоже передали новые указания, пользуясь кратким мигом передышки.

Перемещались тихо, незаметно. Кто ползком, а то и вовсе уходили вдаль, чтобы вернуться к своим же домам максимально незаметно. Время как будто бы позволяло.

Мы хотели заманить врага вглубь деревни — и у нас это должно было получиться. Потому что в противном случае люди, которые ушли на вылазку, погибли зря.

— Хватит себя корить, — шепнула Фелида.

— А кого тогда? — отчаянно выдал я. — Кого?

— Того, кто увел… — начала она, но я лишь расстроенно махнул рукой.

В Ничках горел дом, один сгорел почти полностью, так теперь еще и до человеческих жертв дошли.

— Это уже ни в какие ворота! — в сердцах я ударил кулаком в стену, когда мы вошли в дом Арина, убедившись, что никто не бежит через деревню и помощи никому оказать мы уже не сможем.

— Что случилось? — бледный, как смерть, пивовар, встретил нас в сопровождении горбатого лекаря. — Я слышал крики и… почему-то дымом пахнет. Но… что происходит? Бавлер?

— На деревню напали, — ответил я. — Обороняемся, как можем.

— Бавлер! — Арин оживился, хотя только что едва мог шевелить руками. — Людей спасли?

— Отправили прочь всех, кто мог бежать или кого могли нести, — отчитался я. — Многие остались защищаться, только враг идет через поля в полной темноте, его невозможно атаковать. Поэтому решили заманить его в деревню.

— А если они сожгут вообще все, что здесь есть? — ахнул Арин.

— Не сожгут, — покачал головой Конральд. — У них другие цели. Или это обычные бандиты, которые пришли за выкупом.

Словно для того, чтобы посмеяться над ним, снаружи раздался голос:

— Эй! Кто тут остался! А ну, выходи! Все выходите, а не то спалим все дотла!

— За выкупом, говоришь! — прошипел Арин. — Как же вы так умудрились! С фортом, с солдатами! Бавлер! — почти крикнул он мне, — за зиму я хочу защиту такую, чтобы подобного не повторялось!

— Если останемся в живых, — процедил сквозь зубы лекарь. Арин замахнулся на него в ярости, но, побледнев еще больше, прислонился к стене:

— Я очень хочу верить, что ты знаешь, что делаешь, — проговорил пивовар. — Потому что в противном случае…

— У тебя не будет противного случая, — ответил я и кивнул Конральду, направив того к окну: — Посмотри, что снаружи творится.

Наемнику потребовалось несколько секунд, чтобы вернуться к дурными вестями:

— Пленных привели.

— Каких пленных? — удивился я.

— Кого на вылазке не подстрелили. Знаешь, чего ради так делают?

— Будут резать на глазах у прочих… — почти простонал Арин. — Бавлер… — теряя силы с каждым словом, проговорил он. — Я сейчас далеко не в лучшем виде… Не могу ни на что повлиять. У тебя же есть план?

— Есть, — твердо ответил я, даже не дожидаясь, пока пивовар закончит говорить. — Есть план!

А сам задумался над тем, насколько этот план хорош. В идеале, если бы не было пленных, стоило дождаться помощи и, зажав врага с разных сторон, устроить им хорошую трепку. Только теперь, с пленными, такого бы нам не удалось сделать.

— Смотри внимательнее, — обратился я к Конральду. — Сколько их? Чем вооружены. Все подмечай.

Пришлось подождать еще немного, даже подойти к другим окнам, чтобы самостоятельно убедиться — враг вошел в деревню без сопротивления, по хорошо освещенным улицам, не опасаясь ничего. Даже форта Анарея и солдат, что укрылись в нем, они тоже не опасались.

Шли по двое, по трое, вразброд ближе к концу колонны. Одетые в кожу, но без отличительных знаков. Если бы не бороды, я бы принял их за своих же солдат. Но у меня единственное, что могли позволить себе люди — это недлинную щетину или окладистую бородку.

Только сейчас я подумал, сколько всяческого мелкого инструмента для быта люди, перебравшиеся в Рассвет, принесли с собой. И как эта самая мелочь сейчас может помочь. Это заметил не только я.

— Бородачи, — довольно хмыкнул Конральд. — Пожалуй, с ними проблем не будет.

— Их надо отвлечь. Затянуть на некоторое время в разговор, чтобы дать время остальным подойти и подготовиться.

— Если вы вдруг не видите, — раздался крик снаружи, будто орал не человек, а целый отряд. — У нас есть пленные. И если вы не выполните наши условия, пленных будем убивать по одному! — говоривший взял небольшую паузу, а я напрягся, приготовившись услышать что-то невероятное.

Пауза затянулась, нервы стали похожи на струны, на лбу выступили крупные капли пота. Стала подрагивать нога, нервно, быстро. Еще чуть-чуть — и она будет стучать в пол пяткой.

Потом я подумал, что кому-то надо выйти, чтобы дать сигнал к нападению. Но как давать сигнал, если есть пленники? Слишком много нюансов, слишком сложно. Я понял, что из этой ситуации запросто выбраться не удастся. Но если придется жертвовать людьми или собой, то я бы предпочел выбрать наименее проблематичный вариант. Какой именно — я еще и сам не знал. Но рука уже потянулась к двери.

— Ты куда? — опешила Фелида.

— Наружу, — невнятно проговорил я, одновременно с этим обдумывая, с чем и зачем мне вообще стоит выходить из дома Арина.

— Не вздумай!

— Это единственный выход, — я пожал плечами, не до конца понимая, как именно буду реализовывать свой порыв. — Разве что я пока не очень уверен… — и не закончил говорить, лишь крепче схватившись за самострел.

— Кто тут главный? Выходи! — продолжили орать на улице. — Не то начнем резать! У тебя минута!

— Я выйду, а вы там сами поймете, когда действовать, — закончил я. Времени обсуждать что-либо катастрофически не оставалось.

— Может, они ищут Арина! — попыталась еще раз остановить меня сестра.

— Зато получат кого покрупнее, — я отчаянно попытался придумать, как мне обеспечить безопасный выход и вместе с тем протянуть еще хотя бы с полчаса. Заболтать бандитов едва ли получится.

На помощь пришел Конральд. Он распахнул окно и проорал:

— Вы что, не знаете, кто тут главный?? Не знаете, куда пришли?

— Все мы знаем, дед, — крикнул, довольно фривольно, один из бородачей. — Знаем, что в Нички пришли, к этому предателю Арину!

Меня пронзила безумная мысль, что я все испортил. Если они пришли наказать Арина, то я сделал лишь хуже, заперев толпу людей в домах по всей деревне. Пусть у этих не было больше зажигательных стрел, но зато, попав в деревню, они смогу спалить ее дотла при помощи пары факелов.

А теперь еще и людей свободно зарежут, не встречая на своем пути никакого сопротивления. Я вздрогнул, потеряв на миг нить суждений.

— Дед! — рявкнул Конральд, захлопнув окно. — Я его…

— Я выйду, — решился я и соврал: — У меня есть план.

Затем отстранил руку Фелиды, взглядом остановил Конральда. Арин все еще подпирал стенку, но кивнул, стоило мне на него посмотреть. Его доверие дорогого стоило и тем хуже я себя чувствовал, понимая, что шанс его потерять куда выше, чем успешно разрешить проблему.

Никто не задержал меня, не остановил, когда я вышел на улицу. Самострел я опустил к земле, чтобы удобнее было поставить его за изгородью.

— Эй ты! — крикнул я, не покидая территории дома Арина. — Ты! Кто главный в этой толпе!

— А ты кто будешь? Ты не Арин! Я знаю его, он толстый и голос у него другой!

— Я тот, кто сделает тебе предложение, — продолжил голосить я, стараясь перекрыть шум толпы. — Чтобы ты ушел по-хорошему!

— Твое предложение мне неинтересно. Что ты можешь предложить?

— Ящик золота, — чуть тише сказал я, практически ощущая тишину, которая моментально опустилась на улицу.

— Брешешь… — последовал недоверчивый ответ. — Здесь столько нет и никогда не будет!

— Запасов достаточно, чтобы отвалить тебе. Лишь бы ты оставил в покое деревню, — крикнул я, по-прежнему укрываясь за забором.

То, что злодей до сих пор не направил кого-то, чтобы меня схватить, утешало. Его уверенность не так сильна, как он хотел показать. Это означало, что у нас все еще есть шансы завершить все с минимальными потерями.

— Брешешь! — повторил тот. — Выходи. У нас тут есть люди, которые могут тебя уговорить!

Мне вдруг стало жутко даже высовываться из-за забора, так что самострел я перехватил покрепче, по-прежнему оставаясь в тени.

— Я просить не стану. Мне нужен главный! Ты — не он, — порешал бандит. — Раз так…

— Стой! Иду! — крикнул я, но самострела так и не опустил. Если уж выходить, так выходить солидно, чтобы все эти бородачи прочувствовали.

Скрипнула калитка. Оружие я направил стрелой вниз, чтобы ни у кого не возникло желания пальнуть в меня раньше времени.

— Кто ты такой?! — подал голос один из бородачей, который внешне от большинства ничем не отличался. — Мы тебя не знаем!

— Зато знаете Арина? — спросил я, медленно приближаясь к ним. Медленно настолько, чтобы и движение было заметно, и время тянулось. Зачем я это делал — сам не знал.

— Знаем! Нам велено его привести. Отдай нам Арина — и мы оставим деревню в покое!

— Знаешь Арина, — я притормозил, так и оставив самострел на весу. — Но не знаешь меня. Чем провинился пивовар? — и тут же поправил себя: — Давай так! Ты мне скажешь, за что его заберут, а я позабочусь, чтобы твоя проблема решилась. Наша проблема, — еще раз поправился я, чувствуя, как начинают потеть ладони.

— Проблема сейчас у тебя будет, парень! — главарь вышел из толпы так, чтобы я его видел. Точнее, чтобы он видел меня. — Ты кто вообще такой?

— Я — Бавлер, — решив, что не стоит говорить заумных фраз, ответил я.

— Ого-лого! — выдал он странноватый возглас, а потом напряженное лицо расслабилось. — Мы пришли за мелкой рыбешкой, а поймали целого придонника!

Я вздрогнул. Придонник… Очевидно — сом? Глупо было спрашивать.

— Да хоть медведь-людоед, — дерзко ответил я, понимая, что мой план проваливается прямо у меня на глазах. — Так, может, ты отпустишь этих людей, заберешь меня? Или тебе велено казнить?

— Не-е-ет, — протянул бородатый. — Убивать… только тех, кто сопротивляется. Вот у тебя я вижу самострел…

Он даже руки поднять не успел, а мимо моего плеча уже пролетел болт, издав короткий глухой свист. Стук за спиной обозначил попадание в забор, а я даже вздрогнуть не успел.

— Итить, промазал, — услышал я от другого бородача, который начал перезаряжать самострел.

— А ты смелый парень! — главарь с силой заставил помощника опустить оружие. — Не дрогнул. Так, может быть, мы с тобой на ножах схлестнемся? Уверен, ты не откажешься? — и с кровожадным блеском в глазах он начал медленно приближаться ко мне, положив ладонь за оголовок меча.

— Так ты про меня слышал, кажется, — я сделал полшага назад, не думая поднимать самострел, хотя цель была близкой и слишком доступной.

— Слышал, — протянул тот. — Кто же не слышал про Бавлера. Знаешь, как тебя называют у нас?

— У вас? Где у вас? — подхватил я, ощущая, что могу потянуть еще немного времени.

— Так я тебе и сказал, — с металлическим звоном он вытащил меч из ножен. — Похоже, пришла пора твоя, Бавлер, — мое имя он протянул с каким-то презрением.

— Скажешь, куда ты денешься, — я обратил внимание, что он отошел достаточно далеко от своих людей. — К оружию! — заорал я, что было сил. — К оружию!

Можно было крикнуть что угодно, но отчего-то именно этот боевой клич сейчас пришел мне в голову. Сбоку от меня хлопнуло окно. Бородатый кинулся ко мне, но отчего-то споткнулся и упал, подняв облако пыли.

— Ха! — выдал Конральд, буквально выпрыгивая из окна дома Арина. Второй болт он вкладывал на ходу. — Попал!

— У-а-а-аа! — раздался громоподобный вопль тех, кто спрятался в таверне.

Я засмотрелся, но тычок в бок заставил меня упасть:

— Дурила, лежи, пристрелят же! — громким шепотом бросил мне Конральд, а потом вскочил, чтобы отшвырнуть ногой меч бородача в сторону.

Со всех сторон начали щелкать тетивы самострелов. Стук болтов, бьющих по дереву, сперва звучал близко, но потом вся толпа взялась палить по таверне, совершенно позабыв и про нас с Конральдом, и про своего главаря.

Умудрились даже заложников, которых было человек десять, отпустить. Правда, как те не пострадали под перекрестным огнем, я так и не понял — то ли везение, то ли своих было видно издалека.

В любом случае, перестрелка почти сотни человек оказалась сокрушительной для бандитов, которых мы заманили в город. Но не только для них.

Пока во все стороны летели стрелы, я приподнялся, перевернулся и собрался схватить подстреленного главаря — Конральд, выпустив стрелу еще раз, явно намеревался сделать то же самое.

— Ах ты ж… — выругался наемник, когда его опрокинула вражеский болт, пущенный в плечо. Да так, что вошел он в тело примерно на половину своей длины и теперь торчал выше головы.

Схватить самострел было куда быстрее, чем бросаться с мечом на очередного бородача, который сейчас перезаряжал собственное оружие. Я почти рухнул в сторону самострела, схватил его, упер в плечо и прицелился. Сведя фокус с острия на лицо противника, я не без удовольствия заметил, как оно изменилось с сосредоточенного на испуганное.

Отдача распрямляющихся плеч ударила в меня, из-за неловкой позы почти уложив обратно на землю. Но подстрелить того, кто умудрился попасть в Конральда, мне удалось. Бородач упал на пыльную улицу, подняв сероватые клубы вокруг себя.

— Хватай! — просипел наемник, но я уже и сам рванул к главарю, с силой дернул его на себя, так и не поднявшись с земли, а потом потащил к нам.

— Пусти… — хрипел тот сдавленно — воротник пережимал ему шею, но по-другому я не мог его держать. — Пу… сти…

— Бавлер, быстрее, — Конральд, насколько ему позволяло ранение, взялся мне помогать. Главаря надо было быстрее убрать с улицы. Мы оба видели в этом возможность хоть как-то стабилизировать ситуацию.

Но без нашей помощи стабилизироваться она не желала. Второй этаж на таверне был слишком мал. И высота, помноженная на опыт стрелков, не дала нужного преимущества.

Враг рассыпался по улице. Да, они отпустили заложников и это был небольшой плюс нам, но только небольшой. Он не шел ни в какое сравнение с тем, что рассеянный отряд в сорок человек — или даже чуть больше — грамотно поливал стрелами и болтами тех, кто сидел в таверне.

Поливал так, что через минуту обстрел сверху почти прекратился. А мы за это время с Конральдом едва успели дотащить сопротивлявшегося главаря до забора дома Арина. Наемник дал ему пару раз по зубам, чтобы тот не вздумал приказы раздавать.

— Сжечь! — крикнули в толпе бандитов и после нескольких характерных звуков вспыхнули факелы.

Найденный в доме Арина самострел я старательно тащил за собой до самого забора. Выронил я его только когда надо было приложить побольше сил, чтобы втащить главаря внутрь. Теперь каждая стрела была нужна.

— Где твой? — спросил я наемника, взявшись перезаряжать самострел. Конральд, цветом едва отличимый от пыли на дороге, махнул рукой. — Понятно, — выдохнул я и, пользуясь тем, что меня не видят, подстрелил крайнего из толпы.

Одного выстрела явно было мало. Причем мало настолько, что, когда в небо взлетел почти десяток факелов, единственное, что я чувствовал — сожаление. Что не могу помочь тем, кто остался внутри таверны.

— Впере-е-е-ед! — послышалось из-за дальнего ряда домов.

— Уа-а-а-а! — громом разнеслось вдоль улицы со стороны реки.

Толпы хлынули в самое сердце Ничков со стороны полей, обтекая дома. Большая группа ворвалась от Нируды. Сидевшие в таверне выскочили наружу. Зажимаемые с трех сторон бородачи сопротивлялись недолго.

Несколько стрел, пущенных на ходу, убрали треть их боевой силы. Этот факт вместе с окружением и потерей главаря заставили сдаться тех, кто стоял в первом ряду.

Наблюдать за этим со стороны было даже забавно: еще не успевшие увидеть своего поражения расталкивали первые ряды локтями, но замирали при виде толпы, крутили головами в поисках выхода и складывали оружие под ноги нашим бойцам.

— Конральд! — крикнул я, но наемник не ответил. Я обернулся и увидел, что он лежит на главаре, не шевелясь, тогда как тот извивается ужом, пытаясь выбраться из-под тела. — На помощь!

Пара человек поспешила ко мне. Главаря скрутили окончательно, Конральда привели в чувство и отвели в дом Арина, который на некоторое время стал местной больницей. Сам пивовар вышел из дома, поразив меня своей болезненной бледностью.

— Ты давно не бегал, — попробовал пошутить я, глядя, как местные пытаются потушить занимающуюся таверну.

— Давно на нас никто не нападал, — сердито посмотрел он на меня, потом вздрогнул, вдыхая поглубже. — Но я знал, на что шел.

Пошатываясь, а после опираясь на забор, он выбрался на улицу, оставив меня в одиночестве.