Статус: Еще Искатель

Глава 9

Кузница встретила меня жаром и запахом раскалённого металла, смешанным с чем-то кислым. Похоже, гном использовал новую закалочную смесь. Возможно, даже свои легендарные настойки…

Брячедум стоял у верстака согнувшись над заготовкой. В правой руке он держал тонкое шило с алмазным наконечником, левая придерживала кинжал, зажатый в тисках. Рядом на деревянной подставке лежал второй, уже покрытый частой вязью символов, от которых исходило слабое голубое свечение.

Я остановился у порога и прислонился к косяку. Лучше не мешать.

Гном работал с предельной концентрацией. Каждое движение точное, дыхание размеренное. Остриё шила скользило по металлу, деревянная киянка лёгкими ударами оставляла едва заметный узор на прочном металле.

Медленно и осторожно Брячедум продвигался, покрывая металл рунами, что вспыхивали тусклым голубым светом, когда он вливал в них ману, и тут же гасли. Потом снова вспыхивали. Ярче и глубже, словно набрали силу.

— Третий час бьётся над последним сегментом, — раздался голос справа.

Я повернул голову. В тени у стены, сложив руки на груди, стоял Вулкар. Бог-кузнец говорил через своего аватара, который выглядел так, будто провёл здесь весь день. Высокий, мощный. С руками, которые гнут сталь как бумагу. Глаза горят золотым пламенем, и довольная улыбка на лице.

— Добрый вечер. Не заметил вас… — тихо поздоровался я, чтобы не отвлекать гнома.

— Твой друг, как и положено для его народа, очень упрям. Я уже был готов признать его работу достойной, но он всё равно хочет дожать, уплотнить частоту рун, хотя это из него все соки высасывает. Он свою душу в артефакт вкладывает. И это… похвально.

— Он из тех, кто не бросает начатое.

— Это хорошая черта для мастера, — коротко кивнул Вулкар.

Мы замолчали, а вскоре и Брячедум закончил наносить последнюю руну. Он отложил шило, выпрямился, размял спину, потом взял кинжал в обе руки и закрыл глаза.

Я почувствовал, как воздух в кузнице изменился. Стал плотнее, тяжелее. Мана потекла к гному отовсюду: из магических светильников, из раскалённого горна и даже из металлических заготовок, разложенных на стеллажах. Брячедум вливал её в кинжал, и руны на клинке загорались одна за другой. Сперва тускло, потом всё ярче, пока синее свечение не залило всю кузню.

Гном открыл глаза и резко опустил кинжал в стоящий рядом сосуд с мутной жидкостью. Она зашипела, забулькала. Пошёл пар.

Руны погасли. А когда Брячедум вытащил клинок, свет вернулся, но уже спокойный, ровный. Он словно застыл внутри металла, и потому постепенно потерял яркость.

— Готово… — хрипло произнёс гном и отложил кинжал на верстак.

Потом взял второй — тот, что был покрыт рунами раньше, — и принялся за шлифовку. Мелкозернистый камень скользил по кромке. Ни спешки, ни лишних движений. Час такой работы — не меньше.

Я перевёл взгляд на Вулкара. Тот всё так же стоял у стены, с любопытством смотря за каждым движением Брячедума.

— Легендарка? — спросил я негромко.

— Само собой… Если такой, как он, вкладывает душу, использует такие материалы, шанс создать что-то слабее легендарного артефакта стремится к нулю. Лишь крупная ошибка или неудача при потере концентрации могут помешать.

— По задумке вы должны сделать что-то более сильное… То есть вы выковали мистериум?

— Не я, а мой ученик. Без моей помощи. Используя знания и секреты мастерства, что я вложил в его голову.

— Понятно… — с грустью отметил я. — Брячедуму, чтобы победить, нужно было бы свой мистериум создать…

— Не нужно. Нельзя простому смертному, пусть даже гению, королю и кому бы то ни было ещё, сделать подобный артефакт.

— А тем, кто получает шанс стать вашим учеником, открываются секреты?

— Секреты всегда есть, — усмехнулся бог-кузнец. — Вопрос в том, готов ли ученик их принять. Некоторым не суждено понять и принять эти истины, как бы ты ни старался их объяснить. Брячедум… Похоже, он не относится к этим невезучим существам.

Брячедум закончил шлифовку, протёр оба кинжала замшей и разложил их на верстаке. Потом повернулся к нам, вытирая руки тряпкой.

— Всё. Сделал, что смог.

Вулкар отлепился от стены и подошёл к верстаку. Взял один кинжал, поднёс к глазам. Долго рассматривал, поворачивал, изучал гравировку. Руны отреагировали на прикосновение бога, вспыхнули ярче, словно приветствовали хозяина.

— Руны нанесены верно, — произнёс он. — Пространственная вязь чистая, без разрывов. Но силы в них мало. Словно ты скопировал рисунок, но не вложил в него суть магии пространства. Ты не пространственный маг, так зачем выбрал такую схему?

— Да, я не пространственный маг. И я не бог, — огрызнулся Брячедум. — Я сделал, что мог. В память о своём доме и предках. Эти руны были вшиты в тридцатиметровые каменные мечи, что украшали подгорные залы, связывая города моей прародины.

— И это достойно уважения. — Вулкар положил кинжал на место. — А теперь смотри.

Он щёлкнул пальцами, и в воздухе перед ним материализовался топор. Оружие, в котором сочетались мощь молота и острота секиры. Древко чёрное, оплетённое серебряной проволокой. Лезвие из металла, который переливался всеми оттенками красного и золотого, словно внутри горел Вечный огонь. Обух украшен крупными пульсирующими рунами. От артефакта исходила такая сила, что у меня перехватило дыхание.

Мистериум. Я бы понял это даже без разговора с Вулкаром и системного уведомления. Такое не куют смертные. В него будто бог вложил частичку своей мощи.

— Это работа моего подопечного, — пояснил Вулкар, поворачивая топор в руках. — Мистериум.

Брячедум смотрел на оружие молча. В его глазах смешались восхищение и горечь.

— Я проиграл, — глухо произнёс он. — Ни один смертный не сможет создать мистериум. Это предел…

— Не совсем. — Вулкар убрал топор обратно в хранилище. — Есть секрет. И мой подопечный его знает. Я научил его тому, что скрыто от смертных мастеров. Если бы ты владел этим знанием, твои парные кинжалы тоже смогли бы достичь запредельного уровня.

— И ты предлагаешь его мне?

— Я предлагаю тебе стать моим учеником, — спокойно ответил Вулкар. — Не рабом, не подмастерьем. Учеником. Но тебе придётся признать, что есть вещи, которые ты не умеешь, и научиться им. Признать меня мастером. И хранить мою тайну даже под угрозой смерти, дав клятву вечной верности. Я стану твоим наставником и твоим покровителем. А ты станешь тем, чьё клеймо на артефактах будет говорить всем о величии учеников Вулкара.

— Я должен буду изменить клеймо предков на твоё? — разочарованно вытаращился на него гном.

— А как ты хотел? Это твоя плата. Ты можешь учиться у бесконечного количества мастеров, но признать среди них главным можешь лишь одного.

Гном долго молчал. А я стоял у порога, стараясь не дышать. Не моё это дело — лезть в разговор, от которого зависит судьба моего друга.

— Я подумаю, — наконец произнёс Брячедум. — Дай мне время.

— Время у тебя есть, — кивнул Вулкар и направился к выходу.

Он остановился рядом со мной и бросил короткий взгляд:

— Был рад с тобой пообщаться, Клинок. Всех благ и долгой мимолётной жизни.

Бог-кузнец вышел. Вскоре шаги пропали.

Брячедум опустился на табурет и уставился на свои кинжалы. Потом провёл рукой по клинку, и сталь запела.

— Ты как? — спросил я, подходя ближе.

— Нормально, — буркнул он. — Знал, что проиграю. Но всё равно обидно…

— Он предложил тебе стать учеником. Не каждый день боги приглашают смертных в ученики.

— Я гном. — Брячедум поднял голову, и в его глазах сверкнул знакомый огонь. — Король гномов. Я не привык кланяться.

— А он и не просит кланяться. Он просит учиться.

Гном вздохнул и почесал бороду.

— Ладно… Подумаю. А ты забирай, — кивнул Бряч на кинжалы. — Для тебя или для Маши делал. Под ваш стиль боя. Телепортация даже на сто метров — полезная штука.

— Чего⁈ У меня уже руки трясутся от предвкушения… И спасибо.

Я протянул руку и взял один кинжал. Металл был всё ещё тёплым, руны тускнели, застывая магией в металле.

Я открыл статус, посмотрел характеристики…

Мифриловые парные кинжалы телепортации «Шаг сквозь тень»

Ранг: Легендарный

Прочность: 500/500

Урон: 35–55

Особенности:

«Пространственный рывок» — метнув один кинжал, владелец может мгновенно переместиться к нему. Радиус перемещения — до ста метров. Стоимость: 30 единиц маны

«Парная связь» — оба кинжала работают одинаково, перемещаться между ними можно до тех пор, пока у вас не закончится мана

«Мифриловый шедевр» — эти парные кинжалы обладают повышенной прочностью и мифриловой проводимостью маны, позволяющей вшивать в их суть самые сложные заклинания

«Наследие подгорных мастеров» — артефакт, созданный королём гномов Брячедумом, обладает повышенной устойчивостью к магическому урону и медленнее разрушается от магических воздействий

Я убрал кинжал обратно на верстак, взял второй. Характеристики те же. Полезный инструмент в умелых руках. Телепортация, пусть и на небольшое расстояние, позволит переломить исход битвы. Запрыгнуть за спину врага, уйти из-под удара, добраться до союзника, который в опасности. А если метнуть оба в разные стороны — выбор направления в момент прыжка. Алиса ещё может подбирать артефакты в «Длань Владыки». Да тут столько вариантов…

— Спасибо, Бряч.

— Пожалуйста… Эх, если бы не ограничение по времени, я бы ещё несколько таких же сделал. Был бы не парный артефакт, а набор кинжалов телепортации. И да, я их из легендарного мифрила сделал. Надеюсь, он подольше будет твоему Эфиру сопротивляться…

— Я их буду в пространственном кармане держать, чтобы не портились, — уверил я его.

Гном поднялся, потянулся, хрустнув спиной.

— Всё, пошли. Завтра этикет-шметикет. А я бы недельку отдохнул после такого поражения… Пойду, пожую что-нибудь. За целый день ни капли в рот, ни… Чё ржёшь?

— Да так, вспомнил анекдот. Кстати, этикет-шметикет сегодня уже был. Ты пропустил.

— Да? И как оно? — с любопытством спросил гном.

— Отвратно… Тебе особенно тяжело будет, — уверенно заявил я.

— Чего это? Я любой этикет, на раз-два изучу! Я же король! У меня это в крови!

— Потому что у орков этикет неправильный. Он нацелен в основном на то, чтобы бросить вызов, устроить дуэль или его избежать. И нас учат не тому, как себя правильно вести, а тому, как себя вести не надо.

Мы вышли из кузницы вместе. Ночной Аматир встречал прохладой и редкими огнями фонарей. Где-то вдалеке пробили городские часы — одиннадцать ударов.

— Как там люди? Устроились? — спросил Брячедум, когда мы поднимались по лестнице в Драко Палацо.

— Да. Дистур взял их под крыло. Завтра оформят контракты. Уже учат язык с Графом.

— Хорошо, — кивнул гном. — А то настойки мне жалко. Я с ними поделился, пока вы там бегали. А они меры не знают! Хлестали и хлестали. Как моряки запойные…

— Ну, ты недалёк от истины. Некоторые из них ими и являются.

— Тьфу… Надо было эльфийское вино им отдать. Но Имирэн, в отличие от меня, жлоб.

Мы поднялись на шестой этаж. В гостиной горел один магический светильник, остальные погасли. Было уже довольно поздно, многие спали: большая часть ребят поддерживала строгий график сна и тренировок. Ратмир всё ещё лелеял мечту сделать из своего отряда суперсолдат с предельно развитыми характеристиками. И да, для Земли они точно были бы элитным спецподразделением. Но мы не на Земле, и здесь таких, как они, пруд пруди. А потому лишь кровью и потом можно добыть новые особенности и возможности.

Не спала Маша. С книгой в руках она встретила нас неподалёку от кухни. Красавица предложила поужинать, и гном с радостью поплёлся опустошать холодильник. Я тоже перекусил и, видя, что гном даже не приступил и всё ещё выворачивает холодильник, готовясь к плотному ужину, пожелал ему спокойной ночи и пошёл спать. Маша последовала за мной.

Мы зашли в комнату, и она тихо закрыла дверь.

— Ну что, как там Брячедум?

— Закончил. Создал Парныекинжалы телепортации. Легендарка. Вулкар признал мастерство, но сказал, что мистериум не получится, если не знать секретов. Предложил гному стать учеником.

— И что тот?

— Сказал: подумает. Не отказался сразу, что уже о многом говорит.

Маша улыбнулась и села на кровать.

— Ты сегодня молодец: с людьми правильно решил, с Дистуром договорился, гнома поддержал. Жаль, что Лея ушла. Она бы тоже оценила твои старания.

— Ничего. У нас ещё будет возможность обменяться новостями и рассказать, какие мы молодцы, — ответил я с улыбкой.

Приятно получать похвалу, тем более от человека, которого ты на сто процентов считаешь своей родственной душой.

С Леей прощаться было тяжело, но, судя по всему, только мне. Отряд знал, что она скоро уйдёт. И совсем не удивился её исчезновению. Когда я объявил им об этом, они поддержали меня, но горевать не стали.

Лея умная, мудрая девушка: побыла тенью в нашем отряде, посмотрела на то, как и с кем я живу, и ушла, не заводя больших привязанностей и друзей. Ей с той жизнью и целью это делать опасно. И очень болезненно…

Дверь приоткрылась, и в комнату просунулась голова Алисы. Уши торчком, губки пухленькие, блестят… Опять что-то на кухне ела втихаря…

— А я, значит, не нужна? — спросила она с вызовом.

— Ты очень нужна, — ответила Маша спокойно. — Вопрос в том, кто сегодня здесь остаётся ночевать.

— Я, — безапелляционно заявила Алиса.

— Это мы сейчас и узнаем. — Маша поднялась, подошла к Алисе с вызовом во взгляде. — Давай сыграем. Камень, ножницы, бумага. Если не боишься проиграть мне. Ведь сегодня нас рассудит судьба.

Алиса фыркнула:

— Я богиня. Судьба боится меня, а не я её. Сейчас я тебя в два счёта разделаю! Только правила напомни…

Они встали друг напротив друга. Мария повторила правила: ножницы бьют бумагу, бумага бьёт камень, а камень, в свою очередь, ножницы. И началась битва…

— Раз, два, три, — синхронно произнесли девушки и выбросили вперёд руки.

Обе показали камень. Ничья.

— Ещё. Раз, два, три…

Алиса показала бумагу, Маша — ножницы.

— Я выиграла! — обрадовалась Маша.

Алиса аж подпрыгнула на месте от такой наглости.

— До трёх побед! — потребовала она, и девушки продолжили спор.

Прошло меньше минуты, и требовательный голос Алисы потребовал битвы до пяти побед… А потом до семи, девяти…

Дальше я уже не слышал, так как уснул…

Следующий день начался рано. Алиса слева сидит, ноготочки разглядывает. Маша справа. Ну, шведская семейная идиллия…

— О! Раз уж ты проснулся, сходи на рынок, купи чего-нибудь, — наказала Лисонька. — У нас запасы заканчиваются…

Спорить бесполезно. Я это знаю как никто другой. Поэтому привёл себя в порядок и отправился тратить семейный капитал…

Вернувшись, я застал Графа за завтраком. Он был оживлён даже больше обычного.

— Приходили портные. Всех померили. Правда, Брячедума так и не разбудили… Прямо так, голым и храпящим, замеряли, — доложил он, доедая бутерброд. — Всё, я на занятия. Люди схватывают, на удивление, быстро. Дистур ещё и своих помощников отправил учиться вместе с ними. А мне хорошо, мне за каждого платят!

— Рад за тебя. Давно не видел тебя таким счастливым, с горящим пламенем в глазах.

Граф отмахнулся, но улыбка с лица не сползла.

После завтрака я отправился на поиски еды… Что именно брать — не знал, поэтому… стал лучшим другом торговцев: скупил в общей сложности ларька два. Дал адрес, куда это всё доставить. Пообещали не обмануть и всё сделать в лучшем виде.

Есть, конечно, в моих действиях доля риска… Такие ушлые торговцы, как они, обвешивают бабушек-ящерок каждый день, а я… вообще иноземец. Но морда моя больно знаменитая. Как бы им за обман героя Дракории потом яйца узелком не завязали… Если они у них, конечно, есть. Не обращал внимания и не проводил исследований на эту тему.

Закончил с припасами и рванул в сторону воздушного причала. Император дал мне право свободного прохода, и я решил не откладывать знакомство с левиатоком. На площадке для воздушных кораблей меня встретил тот же немолодой драконид-инструктор, что и в прошлый раз.

— А, это вы? — коротко поклонился он. — Пришли узнать подробности воздухоплавания?

— Да, будем осваивать азы управления, — ответил я с улыбкой.

Следующие два часа я провёл в тесной рубке левиатока, запоминая расположение рычагов, нагнетателей и магических контуров. Оказалось, что управление воздушным кораблём сложнее, чем обычным… По крайней мере потому, что здесь больше вещей может взорваться, если потянуть не то, не туда, да ещё и не вовремя.

К середине дня я более-менее освоил базовые манёвры. Даже разобрали, пусть и не отрываясь от земли, взлёт, посадку, повороты, стабилизацию при боковом ветре. До уверенного пилотирования ещё далеко, но начало положено. Хотя бы запомнил основные принципы управления.

Вернувшись в резиденцию, я наткнулся на Васю. Судя по сумкам, он либо покидает нас, либо переносит свои наработки в мастерскую.

— Как дела? — спросил я.

— Отлично! — похлопал он по ящику. — Три стабильных состава подсмотрел в местных книгах алхимии, что станут основой для производства. Всё на местных компонентах, всё предсказуемо. Нужно будет лишь найти у нас в Домене альтернативные компоненты.

— Испытал уже? Взрываются? — Мне стало любопытно.

— В мастерской — да. Там есть защитная камера. Шандарахнуло от души! Конечно, не те бомбы, что вам выдали на рейд к демонам, но тоже солидная мощь и приятная стабильность!

— Красавчик! — похвалил я его и помог отнести материалы к лифту.

Одно жалко… Наставники не спешили приходить с утра и словно следили за мной. Только расслабился, наблюдая, как парни Ратмира сортируют купленные на пару дней продукты, так сразу и припёрлись эти учителя этикета. Я-то надеялся, что они уже уйдут к этому времени… Не повезло.

В целом, сегодня занятия шли легче. Я уже запомнил основные жесты и позы, слава «Глубокому анализу» и неплохой памяти. Оставалось только довести их до автоматизма. Учитель хвалил меня за успехи, но тут же добавлял, что в реальной ситуации орки могут вести себя непредсказуемо.

— Главное — не паниковать, — вещал он, расхаживая перед нами. — Если вы допустили ошибку, не пытайтесь её скрыть. Орки чувствуют ложь. Лучше сразу признать, что вы не знаете местных обычаев, и попросить наставления.

— И они наставят нас на путь истинный дубиной по башке, верно?

— И такой вариант возможен… Но обычно ошибившийся отделывается парой ударов.

— Утешили.

После этикета я заскочил на арену, где Мэд проводил свой очередной бой. Народу собралось много: слухи о странном оборотне, который дерётся без оружия и становится сильнее по ходу кровопролитного боя, ещё и регенерирующий так, что даже огры позавидуют, уже разлетелись по городу.

Я пробился к краю арены как раз к очередной битве. Было видно, что Мэд работает на износ, сражаясь с несколькими противниками за день, с любым желающим. И он ещё старался никого не покалечить, был довольно мягок в этих битвах, потому многие желали испытать себя против диковатого зверочеловека.

Противником Мэда был здоровенный драконид с двуручным топором. Оборотень уклонялся от ударов с лёгкостью, которой я от него не ожидал. Он двигался плавно и не тратя лишних сил. Когда ящер замахнулся для решающего удара, Мэд нырнул под руку, схватил противника за запястье и резко дёрнул. Ящер потерял равновесие и рухнул на спину. Клинок Мэда упёрся ему в горло.

— Сдаюсь, — прохрипел драконид.

Хорошо, что он не стал вести себя как болван, пользуясь запретом на убийство драконидов, и не рвался в бой раз за разом. Сразу понял, что не противник Мэду, и успокоился.

Толпа взревела. Мэд поднялся, отряхнул колени и поклонился зрителям. Увидев меня, он кивнул и спрыгнул с арены.

— Неплохо выглядишь, — сказал я.

— Чувствую себя лучше. — Он вытер лицо полотенцем, которое протянул ему служитель арены. — Три боя — три победы за сегодня.

— А что Элея?

— Успокоилась. Мы поговорили с ней вчера. Она поняла, что не нужно сравнивать себя с Алисой. У каждой свой путь.

Мы ещё немного поболтали, после чего к Мэду подошли и спросили, желает ли он провести ещё один раунд за сто талантов. Мэд усмехнулся и заявил, что он только размялся, так что никаких проблем нет.

Мы с ним обменялись рукопожатиями, и я отправился дальше. У него свой путь, и он идёт по нему, проливая кровь, сдерживая ярость и игнорируя боль. Очень хорошо знаком мне этот путь… Посмотрим, куда он приведёт юного патриарха клана оборотней.

К вечеру я задался вопросом, где Герда, и Граф направил меня, дав адрес. Я хотел понять, чем она вообще занимается, так как именно нашей импозантной красавице-валькирии пришлось тяжелее всех после того, как мы покинули Домен. Если у Мэда и Элеи были так, лёгкая хандра с нотками грусти, то вот состояние Герды явно куда серьёзнее. И я искренне переживал, опасаясь различных последствий. К счастью, это оказалось излишним. Девушка быстро привязалась к Александру, но, потеряв его, начала искать себя и своё место в мире, не оглядываясь на прошлое. Ведь оно для неё умерло…

Я остановился у двери в мастерскую скульпторов. Удивился и зашёл внутрь. Может, Граф не тот адрес дал?..

Зашёл, а там тишина… Абсолютная… Лишь где-то вдалеке здания слышно размеренное дзыньканье инструментов.

Прошёл мимо множества статуй самого разного качества и детализации работы. Подошёл к залу, где явно кто-то работал. Заглянул внутрь и опешил, как будто мне дубиной по голове стукнули.

Герда позировала скульптору. Это было странное зрелище… Наша валькирия замерла в динамичной позе с поднятым топором, держа за гриву кого-то, напоминающего льва, а пожилой драконид с резцом в руке высекал её фигуру из мрамора. Единственное, что было странным, — это экипировка Герды… Вернее, её отсутствие.

— А-а-а-а-а! — вскрикнула девушка, рефлекторно швырнул в меня топор и шустро прикрыла свою наготу. — Алекс! Дурак! Хоть бы пикнул! Я бы прикрылась…

Я убрал вызванный из «Длани» щит и посмотрел на треснувший от такого вульгарного обращения топор…

— Он явно не легендарный… — прокомментировал я.

— Это бутафория обычная! Отвернись уже! — Заматывалась в ткани резко покрасневшая девушка.

— Да ладно тебе… Я же свой. Ты знаешь, ты для меня как сестра… — произнёс я, на всякий случай отворачиваясь.

— То, что ты спишь с большей частью девушек нашего отряда, не даёт тебе права пялиться на тех, с кем ты не спишь. И вообще, имей совесть! Я тут работаю, вношу свой вклад в искусство! Статую, между прочим, глава местной гильдии авантюристов заказал!

— Я поворачиваюсь?

— Нет! Лучше иди! Скульптора напугал, драконид аж посерел. Сейчас ещё коньки отбросит… Или ты по делу?

— Ну, я так… Узнать, как дела, — произнёс я, пытаясь забыть кадр, увиденный минутой ранее.

Не получалось… И в этой естественности были даже какой-то шарм и эстетичность. Мощное, но женственное тело, красивое, волевое лицо, ярость и сила… Даже прослеживается гармоничность.

— А почему, кстати, нагишом?

— Не знаю я! Да и мне плевать: за это платят в два раза больше, — ни капли не стесняясь, заявила она.

— То есть меня ты стесняешься, а того, что вся Дракория будет пялиться, — нет? — удивился я её логике.

— Так это камень… Так, всё, отстань. Говори прямо: ты крови выпить хочешь? — не поверила она мне.

— Кстати, да, пора… — прикинул я таймер.

— Тогда пей и иди…

Я развернулся, посмотрел на неё…

— Ну, Афина Паллада, честное слово… Древнегреческая богиня…

— Ты ко мне подкатывать решил? Не боишься, что Алиса откусит тебе кой-чего? — нахмурилась она, не зная, как реагировать.

— Да я за соратницу радуюсь, хвалю тебя… Ладно, давай руку, и я пошёл.

Стоило мне взять немного крови с руки Герды, как только-только пришедший в себя от внезапного крика драконид окончательно потерял связь с реальностью и рухнул на пол мастерской без сознания. Я попытался было ему помочь, но шестым чувством ощутил летящую в меня босую пятку Герды и увернулся.

— Без тебя разберусь! Зелье есть. Иди уже…

Ну, Эфир пополнен, так что действительно пора и честь знать. Пока Алиса не заметила всю эту странную ситуацию…

«А я всё прекрасно видела с самого начала. Дома с тобой поговорим…» — угрожающим тоном произнесла она.

Ну, влип… Ладно, отработаю.

Стоило выйти на улицу и задуматься, чем бы ещё таким заняться, как ответ пришёл сам по себе в виде уведомления от создательницы этого мира…

[Получено задание для Клинка Системы.

Категория задания: Спасение.

Время исполнения: Срочно.]

— Хм. А вот это уже интересно… — произнёс я. — Ну-ка, давай, матушка Система, поподробнее…