Становление Патриарха

Глава 15

Банный комплекс в резиденции графа был, как и всё поместье, выше всяческих похвал и не то что не уступал удобствам мира прошлого, но и значительно превосходил «в среднем». Хотя, с учётом его финансов, полагаю, небольшой бассейн с горячей водой, «гидромассажем», солями-притираниями, сушкой тёплым ветром и прочими магическими удобствами на «в среднем» никак не тянул, а в загородных домах различных олигархов я в прошлом не бывал, так что и сравнения не совсем уместны. Однако нельзя отрицать, что он был шикарен. Пожалуй, для полного счастья мне не хватало только девочек — мы уже как-то привыкли к совместным омовениям, но в гостях у графа такое было бы, пожалуй, перебором. Хотя слуги, что должны «помочь в омовении», в «прейскурант услуг» поместья тоже входили, впрочем, от их помощи я отказался.

После тщательной помывки с элементами отмокания и блаженствования мы собрались в чём-то вроде «общей гостиной» гостевого крыла. В смысле, это была общая гостиная-зал-столовая, но принадлежала она отделению для гостей, а не общему или тем более хозяйскому крылу. Оттуда уже можно было разойтись по личным покоям, которые, как мы успели проверить, включали в себя не просто комнату, а полноценную «квартиру» едва ли не с отдельным помещением для слуг в каждой. В общем, роскошно и объёмно, благо размеры усадьбы более чем позволяли разгуляться в этом плане.

К моменту нашего возвращения слуги уже организовали и ужин, и «горючее» к этому самому ужину, и — персонально для самой маленькой и «доброй» в нашей компании — целую россыпь специальных подставок и вазочек с пироженками, кусочками тортов и прочими красивыми печенюшками, к коим прилагались горячий шоколад и сладкий ликёр. А всё потому, что мы, «коварные злодеи», всегда держим слово, данное милым девушкам!.. А ещё это были подкуп и шантаж, да, ведь на эту ночь у меня были большие планы.

Как бы то ни было, нам оставалось только расположиться за столом и предаться чревоугодию, совмещённому со смакованием напитков, ну и беседой, само собой. И вот с ней были некоторые нюансы. В том смысле, что началось всё ожидаемо, с обсуждения той задницы, из которой мы вылезли, а вот потом как-то слово за слово Энди вновь села на своего любимого конька:

— …нет, ну посудите сами! С учётом цвета глаз и стойкости Фобоса, тут явно должна быть выдающаяся демоническая родословная. Однако он не камбион… вернее, формально он может быть камбионом, но, с учётом отсутствия внешних признаков, за исключением глаз, демоническая кровь должна была подавляться чем-то не менее мощным, добавим стойкость к кислоте и получим Наследие Чёрного Дракона! Это с одной стороны. С другой же — явные признаки дампира, так что Фобос — это потомок вампира и полукровки от дракона и демона или дьявола!

— Э-э-э… — осоловевшая от обилия сладостей (все из которых обязательно надо осилить, иначе с ними же что-нибудь случится!) и успевшая основательно вкусить своего ликёра фея выглянула изнутри одной из вазочек и осмотрела нас мутным взглядом. — Это очень большая концентрация Злого Коварства… — на меня эдак задумчиво надули щёчки, опираясь подбородком на бортик, будто оценивая. — Да-а-а! Фобос у нас коварный злоде-е-ей… — сообщили миру и съехали куда-то вглубь посуды. — Хорошо-о-о-о… — донеслось уже из убежища.

— Этому столику больше не наливать, — констатировал я, наблюдая за захмелевшей Тмистис.

— Ох, ну почему же вы не воспринимаете мои слова всерьёз? Я же права! Хотя бы подискутируйте со мной! Предложите свои версии или опровергните мои аргументы! — принялась демонстративно обижаться и канючить тоже уже далеко не трезвая солнечная эльфийка.

— Не ворчи, Энди, идея интересная, — заверила волшебницу сытая, довольная и уже чуточку сонная Лин, поигрывая вином в своём бокале. — Правда, я не представляю, как все эти события могли сойтись…

— Хм-м-м… — протянул я. Вообще, это было даже несколько забавно, но, откровенно говоря, «штука уже приелась», к тому же… я этих женщин уже не первый день знаю, на двух женат, а с третьей пережил бой с драконом и поход в пространственно-временную аномалию и обратно, — пожалуй, мне всё-таки стоит признаться…

— В чём? — не поняла Эндаэль.

— О! Ты что-то вспомнил? — оживилась Айвел.

— На самом деле, я и не забывал, — видя ошарашенно-вытягивающиеся моськи, я невольно усмехнулся.

— Н-но… ты же ведь совсем не ориентировался во многих очевидных вещах! — возразила лучница.

— В очевидных для вашего мира… — уточнил я.

— Так ты из другой Небесной Сферы⁈ — воскликнула Эндаэль. — Невероятно!

— Что ещё за Небесные Сферы? И дай угадаю: ты об этом где-то читала… — плутовка закатила глаза и отхлебнула ещё вина.

— Да… Небесные Сферы… Если упрощать и обобщать, это другие Материальные Планы, которые отделены от нашего огромными расстояниями и различными барьерами и преградами. В них, как и в случае с другими Планами, могут действовать свои законы и правила, но в целом всё примерно как у нас. Более того, по легендам, эльфы в этот мир изначально пришли как раз из иной Небесной Сферы. Переселение проходило даже в несколько этапов!

— Но… почему ты тогда говорил, что потерял память? — нахмурилась Линвэль, ловя мой взгляд.

— Потому что это звучало менее опасно, чем «я явился из иного мира, заключив Пакт с Высшей Сущностью и тем самым изменив сущность собственную», — от девушек чуть доносилось некоторое не то чтобы раздражение, но что-то вроде досады. Мой аргумент был логичен и им понятен, но узнавать, что их муж всё это время им врал, если называть вещи своими именами, было не очень приятно. — К тому же формально я всё-таки потерял память, пусть и не свою.

— Это к…

— Оттуда у тебя вампирические способности и колдовская сила? — перебила уточняющий вопрос волшебница, что заморачивалась меньше всего, а вот любопытства у неё было больше.

— Ты не выглядишь особо удивлённой! — обвинительно покосилась на подругу полуэльфийка.

— Путешествие между Сферами — сложный процесс, но не невозможный. Согласно легендам, когда наш народ только пришёл в этот мир, путешествие обратно в ту реальность, откуда он прибыл, было почти столь же обыденно, как сейчас — доехать от одного королевства до другого, — пояснила Эндаэль. — А вот что за Покровитель у тебя, что может такое даровать… — тут был очень интересный и сложный клубок чувств: интерес, опаска, капелька жадности, ещё что-то. Кажется, волшебница была бы и не прочь «приобщиться», но при этом явно беспокоится, что подобного рода сущность может запросить за своё покровительство?

— Это… довольно сложно. Она не бог, как ты могла бы подумать, и не демон. Речь идёт о сущности более высокого порядка, чей разум так же отличается от нашего, как наш — от разума какой-нибудь мошки, то есть даже восприятие мира у нас несоизмеримо.

— И что же это за сущность такая?

— Тьма. Вот эта, — указываю на тень в углу. — То, что вы считаете просто отсутствием света, реально является разумной сущностью, пронизывающей бесчисленное количество миров и существовавшей до зарождения любых вселенных. До жизни простых смертных ей есть примерно столько же дела, сколько человеку — до жизни отдельных муравьёв в ближайшем лесу, но в определённых условиях её внимание привлечь можно. Однако это долгий рассказ, который сейчас совершенно не к месту, просто держи в уме, что у меня получилось.

— И… какова цена? — серьёзно спросила Лин.

— Я отдал всё, что есть, всего себя. И получил много лучшее взамен, — я улыбнулся. — Если ты хотела спросить, не являюсь ли я рабом неизвестной сущности, что наделяет вампиризмом и ещё не пойми чем, то мой ответ — «нет».

— Не понимаю, — нахмурилась Эндаэль. — Любой Пакт должен нести выгоду обеим сторонам, по твоим же словам, у тебя нет никаких обязательств, при этом тебе даровали весьма многое.

— Вопрос в… хм, «сходстве устремлений», я полагаю. На какой-то миг, в процессе переноса в этот мир, я стал её частью, прикоснулся к восприятию, сросся и переплавился. Это был осознанный выбор, я хотел этого, я понимал, что изменюсь, и был к этому готов. Для меня это был шаг ввысь, качественное усовершенствование, исполнение мечты. И ради этого я был полностью готов и на полноценное вечное рабство пойти. Но суть в том, что истинно великим сущностям не нужны рабы, только чтобы были, да и слуги просто так неинтересны. Им нужны те, кто будет соответствовать особым критериям — обладать определённым типом личности и мировоззрением. Я знаю, что мне могут «подбросить работы». Но также я знаю, что эта работа будет такой, какую я сам захотел бы выполнить. Я был близок к этому в прошлой жизни, а после того, как переродился, сама моя личность стала такова, что я сам, в ясном уме и твёрдой памяти, буду жить и действовать в полном соответствии с тем, как этого бы хотела Тьма. То есть я могу быть недостаточно компетентен в каких-то вопросах, но именно в эмоционально-личностном плане полностью отражаю её волю. Можно ли назвать это рабством? Да, но только в той же степени, в какой человек, нашедший своё призвание, является его рабом.

— Н-даа… — протянула Лин, вновь прикладываясь к вину. — Так кто ты получаешься по… эм, видовой принадлежности?

— До переноса я был человеком, а потом… Мою душу вселило в тело молодого мага, которого один истинный вампир укусил, чтобы превратить в своё отродье. Я в какой-то мере наблюдал весь процесс, видел, как укус того вампира запустил перестройку тела и как в эту перестройку вмешалась Тьма, одни изменения ширя и углубляя, другие полностью блокируя, а третьи начиная совершенно самостоятельно. То, что я сильно отличался от обычных вампиров, стало очевидно сразу: я видел в темноте с сохранением всех красок, в то время как они воспринимают всё только чёрно-белым; я не испытывал щенячьей любви к обратившему, воспринимая его тем, кем он являлся — самодовольным, напыщенным идиотом; я чувствовал вкус обычной пищи, хотя для них она безвкусна; я изначально мог сопротивляться солнечному свету, хотя ожоги и получал; я не испытывал проблем с текущей водой; не был привязан к «могиле» и легко мог отходить от неё неограниченно далеко, не испытывая увядания; наконец, я был просто сильнее и быстрее даже лидера общины, который был истинным вампиром. Ах да, ещё я изначально мог чувствовать некроэнергию и жизненную силу, а после того, как впервые глотнул человеческой крови, смог использовать телекинез. В остальном я такой же бледный, клыкастый и точно не родственник драконам.

— … Патриарх! — потрясённо выдохнула волшебница.

— М-м-м? — вскидываю бровь.

— Основатель новой Линии Крови! Чистокровный не по рождению, а по Становлению. Это даже… эпичнее, чем то, что я думала до этого!

— Эпичнее? — теперь очередь вскидывать бровь пришла к Айви.

— Эпичнее, — в один глоток осушив свой кубок, кивнула чародейка. — Одно дело — просто «полукровка», который удачно вобрал таланты родителей, но основатель новой Линии Крови… это… это… Даже не знаю, это как Первожрец и Избранник Бога, только в рамках вида!

— Ага… — хором протянули мои жёны.

— Кхм… ну и что скажете на такие новости? — осторожно поинтересовался я.

— Лично меня… — задумчиво начала Линвэль, — немного злит, что ты водил нас за нос всё это время… Хотя я понимаю, что скажи ты всё честно с самого начала, мы с Айви всё-таки убежали бы из того горного хутора с визгом, — совершенно серьёзно дополнила она. — Да и через год, скорее всего, такое признание сделало бы нашу жизнь только сложнее… Возможно, мы бы до сих пор и до кровати не дошли…

— Ой ли? — скептически фыркнула на неё Айвел.

— Нет, а что⁈ — сделала на неё «пронзительные глаза» Лин. — Сама вспомни, как было страшно думать, что он просто вампир! А теперь представь, что мы бы трусили сделать первый шаг! Да эта гадюка Лиззет его вообще могла увести!

— Кошмар… — Айвел резко наполнила свой кубок почти до краёв и столь же быстро осушила. — Ненавижу предрассудки!

— Ага, — улыбнулась лучница. — Так что… — взгляд на меня, — твои резоны я понимаю и этот обман прощаю!

— Угу, — поддакнула Айви, полностью разделяя подход подруги. — К тому же главную свою природу ты никогда не скрывал, и мы тебя не первый год знаем, а ещё… — девушка пожала плечами, — мы за тебя замуж вышли вообще-то! — ультимативно заявили мне, как бы поясняя отношение, что не допускает иной трактовки.

— Хрм-м-мф… коварный… — Тмистис тоже «морально нас поддерживала» и была с нами… но сейчас она была в отрубе и только довольно посапывала.

— Ну а ты что скажешь? — обратился я к волшебнице.

— Это… ух! У меня столько вопросов! Твой родной мир, какой он? Какие там боги? Почему ты решил переместиться в наш, а не возродился прямо там? И как ты выглядел? Ну, когда был человеком… — от неё исходили волны азарта, любопытства и воодушевления, а вот страха или опаски не было, что не могло меня не радовать.

— Ну, выглядел я постарше, чем сейчас, но вообще, как ни странно, мой нынешний облик очень напоминает мой родной лет в шестнадцать, хотя и изрядно улучшенный. Так что видите вы именно меня, а не несчастного парня, что погиб во время нападения вампиров. Разве что глаза у меня раньше были серыми, — дополняю, пожав плечами. — А мир… Честно говоря, он был не очень приятен: магии почти нет, об эльфах остались лишь легенды и сказки, зато полно войн, подлости и лицемерия… Давайте не будем об этом говорить, а то весь праздник испортим, а ведь нам надо отметить окончание этой эпопеи, — раскрыв свою тайну и не получив никаких претензий и панических криков, я пришёл в особенно хорошее настроение, которое совсем не хотел портить воспоминаниями о прошлом.

— Давайте! — согласились все, поднимая бокалы.

— Но я не понимаю! — сделав несколько глотков, тут же дала заднюю Эндаэль.

— Чего ты не понимаешь? — повернулась к ней Линвэль.

— Как ты мо… То есть я хочу сказать, что если в твоём мире уже не было эльфов и ты первый раз увидел их только здесь, то… — златокудрая красавица сконфуженно замялась. — Ну… в том смысле, что… как так получилось, что у тебя… это… — златоокая волшебница зарделась, смущённо стреляя глазками в сторону девушек, — всё с ними получилось? — кивок на Айви с Лин.

— В каком смысле? — я чувствовал её эмоции и даже что-то вроде обрывков мыслеобразов, что витали у неё в мыслях и были заряжены эмоционально настолько сильно, что буквально сами впрыгивали в зону моего телепатического восприятия, но сути вопроса не улавливал.

Я понимал, что она возбуждена, сильно мандражирует, стесняется и всё остальное, что сопровождает подростка, когда тот впервые в жизни пытается подвести объект своего сексуального интереса к взаимности. Девочка уже изрядно приняла на грудь, чтобы отпустить тормоза, и действительно хотела. Как приобщиться к «запретному», так и конкретно меня. О чём тут говорить, если у неё в мыслях то и дело очень конкретно всплывали образы моего обнажённого тела? Того самого, что было рассмотрено во всех подробностях, когда девчата стаскивали с меня покорёженный доспех в логове дракона. Проблема была в том, что данный спектр эмоций и мыслеобразов не сильно отличался от тех, какие я мог уловить со стороны Айвел и Линвэль, разве что у тех мандраж отсутствовал, да и стесняться они давно отвыкли. Но суть конкретного вопроса-то оно не поясняло! Только возможное продолжение вечера…

— Это же нонсенс! — возбуждённо повысила голос Эндаэль. — Научно доказано, что все расы испытывают глубоко завязанное на неприятии предубеждение против тех, кто на них не похож. Это наблюдается даже в рамках одного народа! Лунные и солнечные эльфы могут веками жить по соседству друг с другом, но смешанные браки даже в наше время представляют из себя более редкое явление, нежели поиск пары в своей этнической группе, — кивнув на Линвэль, сделала ещё один глоток вина девушка. — У людей всё точно так же, даже более обострённо, и отдельные племена могут иметь настолько сильное предубеждение против чужаков, что запятнавшего себя связью с инородцем соплеменника могут убить. Конечно, верно это, по большей части, для варварских племён, но всё же! Для возможности формирования межрасовых браков народы должны на протяжении многих поколений жить вместе, привыкая к облику и обычаям друг друга. Этому учит нас исторический опыт! Ты же утверждаешь, что никогда раньше не видел эльфов, но не только пошёл со столь явными инородцами на контакт, но и поженился! С точки зрения научного знания и исторического опыта, это невозможно!

— Пф! Скажи это моей маме, которую соблазнил заезжий хафлинг, когда сама она из родной деревни в родном лесу за всю жизнь ни разу не выбиралась, — фыркнула Айвел, испытывая что-то вроде ощущения задетой гордости по типу «если у тебя ноги от ушей и грудь в три раза больше, это ещё не значит, что я не могу подцепить мужика!».

— Эм… — стушевалась мисс Наэлграта. — Твой случай действительно довольно редкий, но, полагаю, разумно предположить, что всё дело как раз в том, что соблазнял хафлинг. Я хочу сказать, что этот народец постоянно живёт среди иных рас, таким образом, поведение твоего отца полностью укладывается в научно выявленные правила работы социума. К тому же даже изолированные эльфийские анклавы в действительности контактируют с иными народами, и все жители в них прекрасно знают и, скорее всего, время от времени видят представителей иных рас. Но Фобос же — совсем другой случай! Если я всё правильно поняла, вы в его жизни стали вообще первыми представителями нашей расы!

— Хм-м… — теперь возражать рыжая смуглянка не стала, вместо этого вместе с подругами вопросительно глянула на меня.

— Кхм… — под скрестившимися на мне взглядами тоже делаю глоток из кубка. Пусть алкоголь на меня и не влиял, но всё же в такой ситуации требовалось. — Ну… возможно, я был большим поклонником эльфов ещё в первой жизни и мечтал о встрече, заранее считая эльфийских дев самыми прекрасными в мире. Встреча с Айвел и Линвэль просто оправдала мои ожидания.

— Да? — удивлённый «морг» золотистыми ресницами.

— Да, — пробегаюсь взглядом по лицам своей миниатюрной плутовки и лучницы с просто шикарной попкой, — как сейчас помню, насколько меня потрясло от вида, какие они красавицы, и как я потом весь оставшийся вечер прятал лицо в миске с едой, чтобы не выдать своё смущение.

— Неужели⁈ — подскочила Лин. — Правда⁈

— Ага…

— Ох, а я была уверена, что первой в тебя втюрилась Айвел! — плюхнулась она назад, заходясь лёгким смехом.

— Поверить не могу! — пылая от смущения ушками, спрятала лицо в ладонях рыжая плутовка. — Так это было смущение… А я тебя весь вечер подозревала — думала, ты странно себя ведёшь! У-у-у-ухи-хи-хи-хи!

Разговор явно принимал всё более фривольные обороты и в эмоциях девушек сквозило всё больше возбуждения с желанием пошалить, так что я совсем не удивился, когда Энди резко приняла на грудь ещё полкубка, после чего принялась допытываться:

— А я? Меня ты красивой считаешь?

— Да, ты очень красива, — честно ответил я, отслеживая настроение своих жён.

Намерение чародейки и без эмпатии уже давненько, буквально с момента, как она замялась в формировании реакции на вторую часть задуманного мероприятия, было понятно и очевидно даже самому тупому гоблину, мои же девочки были заметно смышлёнее. И вот тут возникал вопрос: перейдут ли их шутливые разборки ранее в нечто серьёзно-ревнивое сейчас? Ведь это «мимолётная интрижка с психованной стервой» Кембридж, с которой мы вряд ли когда-либо ещё встретимся, не воспринималась ими как что-то предосудительное, но что делать, когда речь идёт о части нашей группы? Не осложнит ли это отношения? Одна горячая ночь не стоит кучи разборок и прочих «выяснений отношений» в боевом отряде.

— То есть я тебе нравлюсь? — продолжила тем временем допытываться захмелевшая девушка.

— Нравишься, — не стал я отпираться, ловя на себе понимающие ухмылки Айви и Лин. Девочки явно были не против «расширенной программы» как минимум на сегодня. Дальше же… посмотрим.

— Только как друг? — всё больше распалялась солнечная эльфийка.

— Как девушка — тоже.

— Но когда мы только познакомились, ты назвал мою манеру общения грубой и отталкивающей, а потом сравнил с орком! — ну вот, мы дошли до момента, где я уже виноват! А ведь я её ещё даже не целовал! Ох уж эти воспитанные девушки из хороших семей…

— Всё было не совсем так…

— А как?

— Ну, начнём с того, что ты была очень соблазнительно связана и строила мне глазки, чтобы я тебя освободил от кляпа и верёвок, — иду на повышение.

— О!.. Ну… — послушно смутилась красотка. — Это не имеет отношения к вопросу! — быстро оправилась она, вновь переходя в наступление.

— Но ведь я уже ответил: ты очень красива и мне нравишься.

— Докажи! — излучая очень сладкую и играющую на нервах смесь из мандража, страха, стыда, желания и Бездна пойми чего ещё, потребовала Эндаэль, потянувшись ко мне.

— О, хе-хе, — всё-таки не удержалась Линвэль, — смотри, Айви, кажется, кто-то хочет превратить наше трио в квартет! — явно забывшая о подругах волшебница, услышав голос лучницы, чуть на месте не подпрыгнула. И явно протрезвела, если не полностью, то точно существенно.

— Ой…

— Пф, как будто это не было очевидно и раньше, — с выражением умудрённого жизнью взрослого, что взирает на мелкие неурядицы малыша, пожала плечами плутовка. Вот только, вопреки интонации, тут же спрятала моську в кружке за очередным глотком. Да и смущением от неё «пахло» достаточно сильным.

— Йа-а-а… — запаниковала золотая эльфийка.

— Ну а что? Фобос — парень симпатичный, всё понятно… — продолжала веселиться Линвэль. — К тому же сильный, героический, благородный… А что он умеет делать в постели? М-м-м! Такого ещё пойди найди! Да и помним мы, как ты на него пялилась, когда он без сознания голышом лежал!

— Это… просто… я… я ничего… — окончательно запаниковала мисс Наэлграта.

— Не плакай-не плакай! — лунная эльфийка подскочила к ней со спины и, положив голову ей на плечо, игриво скользнула ладошками по бокам вперёд и вверх. — Смотри, какое у тебя есть «ничего»! Очень-очень ничего, увесистое такое, Фобосу понравится! — и принялась поигрывать с грудью волшебницы, приподнимая и стискивая ту. Несмотря на то, что на Энди была рубашка, причём плотная, а под ней и нижнее бельё, зрелище получилось очень… интригующим, да, интригующим. Как и интимный шёпот одной красотки в ушко другой, совмещённый с игривым покусыванием означенного ушка: — Я не шучу — он у нас обожает такие вещи, и ты ему давно нравишься…

— И вот после этого «коварный злодей» здесь я… — считаю должным напомнить о своём существовании, заодно вставая с места и двигаясь к прекрасным эльфийкам.

— Разумеется, — «нанесла предательский удар в спину» Айвел, — иначе ты бы сейчас не наслаждался таким видом, — «обличительная речь» не помешала ей аккуратно перенести уснувшую фею подальше от места, что, очевидно, в ближайшее время станет оплотом разврата.

Так что, пока полуэльфийка размещала пьяную фейку, я подобрался ближе к златокудрой красавице и, поймав её испуганный и до крайности смущённый взгляд, нагнулся и поцеловал чародейку.

Первые секунды Энди продолжала паниковать, не зная, что и как делать, но «провокации» от Лин вместе с лёгким прикусыванием её сладких губ уже в моём исполнении делали своё дело, и девушка постепенно переплавляла испуг и смущение в возбуждение. Ну и пыталась ответить на мой поцелуй, да ещё и при этом обнять, что очень быстро привело к покиданию стула.

Вскоре по телу вставшей солнечной эльфийки шарили не только руки Лин, но и мои, время от времени переплетаясь с пальчиками последней. Тот факт, что знания о поцелуях у Эндаэль если и есть, то только теоретические, стал очевиден сразу, и моя «эльфийская комбинация» явно вводила её в предобморочное состояние, но та неловкость, которую она изливала в эмоциях, с лихвой компенсировала отсутствие умений у её язычка и погружала меня в глубины незамутнённого удовольствия… Всё более пикантного по мере того, как я нащупывал и ослаблял завязочки её облачения, приближаясь к возможности огладить запретные области уже без всяких преград.

Тем временем Айви уложила фамильяра подруги и теперь жаждала присоединиться к начинающемуся веселью, что вылилось в появление уже на моём теле шаловливых ладошек, чьи ловкие пальчики активно принялись избавлять меня от ремня и расшнуровывать уже мою рубашку.

— Ух… я… я не верю… — учащённо дыша, пробормотала Энди, когда я отпустил её губки на свободу, чтобы та как раз могла вздохнуть.

— Тогда я должен тебя убедить, да? — шепчу в её ушко и, опустившись ниже, начинаю покрывать изящную шейку поцелуями, попутно стягивая с девушки одежду.

— У… у-ух… — когда мои губы коснулись бархатистой кожи, она вздрогнула, вот только вместо испуга оттого, что некий вампир протягивает клыки к её шейке, я ощутил сладкую дрожь предвкушения, а уровень возбуждения волшебницы резко подскочил.

Внимательно вслушиваясь в чувства нашей невинной жертвы, я чутко подстраивался под все её реакции, уверенно двигаясь в самом верном и беспроигрышном направлении с точки зрения доставления девушке удовольствия. В какой-то момент Айвел умудрилась меня полностью раздеть, прижавшись сзади и вовсю стимулируя моё мужское естество нежными ладошками. Сам я сместился на место Лин за спиной Эндаэль, медленно выписывая губами и языком узоры на её спинке, в то время как подушечки моих пальцев невесомо порхали по коже солнечной эльфийки, то подразнивая вершинки её аккуратных холмиков, то лаская плоский животик, а то и забираясь в самое сокровенное местечко, с каждый разом всё глубже и настойчивее исследуя его секреты. Линвэль же, сбросив одежду, нашла себя в коварных провокациях по отношению ко всем остальным, то пристраиваясь к Айвел, чтобы помочь растереть изнывающие от желание нижние губки, то переключаясь на меня в помощь низкорослой подруге, а то и присаживаясь перед Энди, чтобы провокационно начать чмокать ту в опасной близости от самого нежного участка, но не переходя грань и каждый раз в самый последний момент переключаясь то на коленочку золотой эльфийки, то на пупок, а то и к острому ушку поднимаясь, не забыв пощекотать ноготками мягкую аппетитную попку волшебницы.

Бедная книжная девочка попискивала, шептала что-то панически-бессвязное, тяжело дышала и закусывала губки, всё больше и больше погружаясь в омут неконтролируемой похоти, толком даже не осознав, что я говорю, когда я предложил перебраться в кровать.

И хотя Айви с Лин контролировали себя куда лучше и идею восприняли с большим энтузиазмом, «перебирание» заняло довольно много времени — нельзя ведь так просто взять и перебраться, когда тебе просто жизненно необходимо огладить попку прекрасной лучницы, вновь поцеловать губки не менее прекрасной чародейки или взвесить в руке небольшие, но очень гармоничные холмики плутовки, совершенно не уступающей в прекрасности своим подругам? Так что это был долгий и трудный путь. Очень трудный. Но награда того стоила. Распалённая волшебница была уложена на перину, а Айвел и Линвэль подперли подругу с боков, будто бы не давая сбежать, но на деле только ещё сильнее распаляя меня воистину горячим зрелищем. А уж как запылала щёчками Энди, когда эти хулиганки развели её ножки, каждая придерживая со своей стороны и каждая же «протянув руку помощи» к источающей предвкушающий нектар щёлочке…

— Ничего не бойся, — шепнул я ей, нависнув сверху. И, коротко поцеловав розовые губки, спустился лицом ниже, погружаясь между двух прелестных близняшек, что действительно были и крупнее, и увесистее, чем у Лин.

— Мх-х-х… — ответить чародейка не могла, погружённая в волну удовольствия, лишь изящные ножки скользили по простыне по мере того, как хулиганили своими пальчиками мои девочки, чьи губки, к слову, быстро присоединились к моему изучению верхних богатств мисс Наэлграты.

Немного поиграв таким образом с сиятельной леди, я вновь вернулся к поцелуям уже немного припухших губ красавицы. Та принялась отвечать уже более сноровисто, демонстрируя, что уроки хорошо усвоены, а то, как она подавалась бёдрами мне навстречу, говорило о том, что Энди желает «учиться» дальше. Потому во время очередного поцелуя я отвёл ладошки Айви и Лин и, нащупав вход в горячее и влажное лоно, вошёл.

— Оах-хм-м-м… — волшебница вскрикнула и пошире раздвинула ножки, прижимая и стискивая меня как при помощи рук, так и… иначе.

Тонкий аромат крови подтвердил и так очевидную невинность «книжной девочки», так что на некоторое время я остановился, просто оглаживая и целуя мою партнёршу, давая ей привыкнуть к ощущениям. Ну а потом притянул телекинезом из наших вещей, что уже были доставлены в гостевые комнаты из снимаемого ранее дома, маленький флакон целебного зелья и, дав ей глотнуть, начал постепенно двигаться.

Меж тем, убедившись, что у нас всё хорошо, мои официальные жёны переглянулись и, явно решив дать мне больше «манёвра» для того, чтобы как следует познакомиться с телом третьей участницы нашего праздника жизни, перебрались на одну сторону кровати, где и занялись друг другом, с интересом постреливая глазками на Эндаэль. Вскоре к почти невинным ласкам и почти насквозь дружеским поцелуям с их стороны добавились более фривольные игры, а потом Айвел и вовсе оказалась спиной на простынях, судорожно вжимая голову подруги себе между ножек…

С учётом того, что устроились красавицы совсем недалеко от нас, я не мог не протянуть лунной эльфийке «руку помощи», помогая ласкать манящую грудь Айвел, не прекращая, впрочем, ритмичных движений тазом и блуждания второй рукой по телу Эндаэль.

— Погладь нашу малышку, — шепнул я волшебнице после очередного поцелуя, продолжая неторопливо, но размеренно двигаться в ней.

Окинув меня полным неги и наслаждения взором, Энди повернула голову влево и послушно протянула руку, чтобы начать оглаживать ближайшую ножку плутовки, что как раз очень удобно для этого согнулась в колене.

Заметив это, Айвел только сильнее распалилась и в следующую секунду, притянув Лин вверх, жарко её поцеловала, сама принимая сидячее положение, а потом… указала глазами на Энди. После такого недвусмысленного указания парочка заговорщиц расцепилась и вскоре вновь легла по бокам от тихонько постанывающей чародейки, чтобы… начать лизать, целовать и посасывать её грудь, периодически прерываясь, чтобы поцеловаться меж собой.

Такого разврата бедная волшебница выдержать уже не могла и закрыла лицо ладошками… ещё сильнее сжавшись внизу и принявшись стонать чуть громче. Что же, раз верх золотой эльфийки оказался полностью занят, я сосредоточился на её низе, ускорив темп и принявшись поглаживать низ плоского животика девушки и «начало» её щёлочки, куда вторгался мой член.

Потребовалось всего ничего таких «упражнений» — и, издав особо сладкий стон, Энди расслабилась, лишившись сил даже закрывать личико. Чем, опять же, воспользовались развратные авантюристки, поспешив познакомиться с её губами и оценить сноровку язычка. А вот мне до пика была ещё далеко — всё-таки выносливость моя превышала таковую у молоденькой девственницы, так что я тоже поспешил воспользоваться ситуацией и, схватив за бёдра Лин, чуть подтянул её к себе попкой вверх, и резко вошёл.

— М-м-м, — одобрительно промычала лучница, сразу же начав мне подмахивать.

В отличие от Энди, Лин сжимала не так сильно, но менее приятными даруемые ей ощущения не становились, правда, получалось, что теперь я обделял Айвел, что было в высшей мере неправильно, а потому я поманил малышку-плутовку к себе. Её невысокие рост и вес сейчас играли нам на руку, ведь я мог просто усадить её на Линвэль, придерживая за упругие ягодицы лишь одной рукой, и продолжить практику поцелуев как верхних, так и нижних губ ловкой полуэльфийки.

На этот раз волна удовольствия с головой накрыла нас всех, и я таки наполнил животик лучницы, что с блаженным мурком завалилась ничком вперёд и обняла всё ещё тяжело дышащую волшебницу. Бедная Айви же даже не успела спрыгнуть, а я уже подхватил её попку двумя руками и сразу же насадил смуглянку на себя. Девушка чуть испуганно, от удивления, вскрикнула, но, быстро поняв, что происходит, задорно улыбнулась и, обняв меня за плечи, начала двигаться в такт моим толчкам. Мне оставалось только поймать её губки и углубиться в практику поцелуев, попутно наслаждаясь ощущением, как небольшая, но оттого ничуть не менее замечательная грудь малышки трётся о меня. Так что новый финиш был вполне ожидаем и наступил спустя десяток минут «скачки».

— Ху-ху-ху… — довольно рассмеялась плутовка, оказавшись уложена на простыни.

— Ох… — чуть приподнялась на локтях Энди, — это было… хорошо. Очень хорошо. Очень стыдно, но… очень хорошо.

— Было? — вскинула бровь Лин. — Дорогая, ночь только началась, а мы только-только вошли во вкус.

— А? — непонимающе хлопнула глазами златокудрая волшебница. — Чт… ох… а-ах… — далее понимание явно обрелось. Сложно не обрести, когда я закинул стройную ножку себе на плечо и, развернув девушку на бок, вновь вошёл в узенькую щёлочку окончательно моей уже не просто подруги, но женщины.

— Привыкай, — хмыкнула Айвел. — Фобос действительно очень любит девушек с острыми ушками, так что теперь тебя ждёт много… очень много сладких моментов.

— А потом он изучит все-все твои слабые места, и ты уже не сможешь без этого жить! — поддакнула Линвэль, с понимающей улыбкой глядя на уже постанывающую от удовольствия солнечную эльфийку.

И, видит Тьма, девочки были правы! Ночь только началась, и я намеревался насладиться ею и податливым телом красавицы-чародейки в моих руках на полную.

Утро… Утро никогда не меняется! Ну, с тех пор, как в нашей компании появилась Тмистис. Прекрасная фея, строго сложив ручки на груди, освидетельствовала итоговую картину на кровати, особо уделив внимание Эндаэль, оказавшейся зажатой между мной и Линвэль, назвала меня коварным, отругала, что все тряпочки разбросали отсюда до обеденного зала (Стыдно!), выкатила претензию, что за сладостями не присмотрели (Недотёпы!), а ещё у неё горячий шоколад остыл и теперь невкусный, а значит, что? Правильно! Фобос должен загладить свою вину и купить ещё! Только так! Сим победим! В смысле, смоем грехи… до следующей ночи, естественно.

Заверив малютку в своём покаянии и полной готовности к рециди… кхм… заглаживанию своей вины, я был прощён и оставлен нежиться в компании спящих красавиц.

Так, собственно, оно и пошло. Ночи, полные сладких стонов и развращения воспитанной книжной девочки, а дни… ну, там тоже хватало приучения Эндаэль к моим объятьям и похотливым безобразиям, но и помимо этого хватало приятного отдыха, вкусной пищи и житейских радостей.

На улицах ещё лежал снег, тучи то и дело приносили мокрую крупу, что днём скапливалась лужами, а ночью подмерзала белыми ледяными пластинками, под которыми прятались кармашки воздуха и талая вода. Люди чувствовали приближение весны и активно суетились, но пока по стране разъезжались разве что аристократы, спеша прибыть на свои земли до начала посевной, а вот авантюристы пока куковали по постоялым дворам, ожидая, когда «в поле» можно будет ночевать без риска подхватить ангину. Мы тоже нашли себе дневные заботы, прежде всего заказав на каретном дворе новый фургон, что был бы и покомфортнее, и повместительнее, всё-таки нас теперь было четверо, не считая феи, а ведь прошлый и для троих-то был тесноват. Кроме того, моя светобоязнь значительно ослабла, и непроницаемый передвижной «гроб» уже был совсем не нужен. Помимо этого, мы теперь были при деньгах и действительно могли позволить себе самое лучшее, тем более впереди ожидалась довольно длительная поездка. Впрочем, главным событием всё же стало получение «пересобранного» снаряжения.

Улучшенные специалистом вещи окончательно превратились в произведения искусства. Мой доспех, помимо восстановления адамантитово-мифрильных пластин, получил «подкладку» и поддоспешник из драконьей чешуи и хитро обработанной кожи. Но не это было главным в броне — похожие физические улучшения прошли все комплекты. Основная сложность была в расширении и усилении магических свойств и поддержании всей архитектуры чар комплекта. Плюс проработка взаимодействия этих чар с «активной магией», что может творить пользователь. В последнем специалисты Ордена были если и не непревзойдёнными мастерами, то где-то около. Но даже им уложить всё в единый, гармоничный и стабильный каскад было сложно, а потому сейчас Рикард Найлз, глава волшебников-ремесленников сей почтенной организации, откровенно хвастался своей работой. И, что ни говори, повод для гордости он имел даже не железный, а адамантитовый.

— Задали вы нам задачку, господин Фобос, — покачал головой уже пожилой маг, — даже не припомню, чтобы ранее доводилось работать с такой сложной вещью. Это был очень интересный опыт.

— Так что же именно у вас получилось? — попросил я чародея переходить непосредственно к делу.

— Начнём с простого: мы восстановили комплексы двеомеров, облегчающих повседневное ношение брони: контроль температуры, очищение от пота, защита от натираний и так далее. «Беззвучный шаг» и «Облегчение Веса» тоже вошли в список, с учётом материалов, их мощность получилась вполне достаточной, чтобы без проблем пройти по болотистой местности или прогуляться по снежной целине, не тревожа верхний слой. А вот хождение по воде, увы, уже за пределами этих чар, но, как я слышал, вы способны развивать очень приличную скорость. Возможно, с подобным ускорением у вас получится и пробежаться по реке или озеру.

— Любопытно, — по идее, в теории я мог бы попробовать сделать это и так — когда я вхожу в полное ускорение, скорость для остального мира у меня получалась если и не сверхзвуковая, то где-то близко. Поверхностного натяжения воды для выдерживания моего веса при таком должно хватать, но… у меня никогда не было повода пробовать.

— Самое любопытное будет дальше! — пообещал волшебник. — Благодаря драконьей коже мы смогли как бы «растянуть» её свойства на весь доспех и его носителя, потому теперь вы будете совершенно невосприимчивы к различного рода кислотам и прочим едким веществам, вроде щёлочей. Броня, разумеется, также от подобного защищена. Кроме того, когда мы говорим о драконах, то всегда подразумеваем стойкость, так что и от огня, мороза, молнии и даже излучения и негативной энергии у вас будет защита! Далеко не абсолютная, конечно, и попадать под выдох взрослого Красного Дракона я бы вам не советовал, но вот средний элементаль этой стихии сможет разве что некоторый дискомфорт доставить.

— Сильно, — с учётом материалов, класс доспеха по защищённости и так ниже, чем к «сверхтяжёлому», отнести было нельзя. А такие зачарования и вовсе делали его «переносным бункером», расковырять который — та ещё задачка даже для весьма могущественных противников.

— Да. К тому же, как вы и заказывали, мы покрыли несколько чешуек платиной для создания фокусировщика. Идея интересная, пусть, к сожалению, подходит далеко не для всего. Но самое главное — у нас получилось создать систему, которая полностью совместима с Плетением! Собственно, в этом как раз и заключается ценность подобного рода брони именно для боевых магов. Кстати, не желаете вступить в наши ряды? Я знаю, что вам уже предлагали, но всё же…

— Возможно, позже мы и примем это предложение, но после всего случившегося хотели бы немного отдохнуть, — вежливо отодвинул я предложение на «когда-нибудь потом», больше сосредоточенный на обдумывании услышанного.

И это услышанное мне нравилось. Вопрос бронированности — довольно животрепещущий для любого, кто связал свою жизнь с ремеслом, где эта самая жизнь может быть оборвана клинками или когтями. Да, волшебникам требуется «крутить фиги» для работы с Плетением, а потому сковывающие движения вещи не сильно приветствуются. Особенно это касалось рук.

Казалось бы, в чём проблема, если ты можешь зачаровать ткань, чтобы она была прочнее стали? Вот тут и начиналась основная сложность. Просто «зачаровать» что-либо было… действительно возможно, вот только так же просто это, в случае проблем, с тебя слетит. И не важно, от воздействия магии или повреждения носителя. Требовалось укреплять, защищать, и… в результате «просто» получалось уже совсем непросто.

А теперь добавим к этому тот факт, что активные чары порой входят в конфликт с чарами пассивными или друг с другом. «Стандартные» комплексы на доспехах выверялись десятками, сотнями лет, чтобы избавиться от таких проблем, но вот если ты хочешь что-то лучше стандарта, то тут уже придётся расстараться. Причём, если подумать, такая проблема с совместимостью была не только у магических вещей, но и у заклинаний как таковых, и там тоже нужно было знать специфику. И она была куда как глубже и «специфичнее», чем очевидная несовместимость чар «Огненного Оружия» и «Ледяного Покрова».

Но что-то я ухожу совсем уж в дебри. В общем, наше снаряжение было шикарным, удобным, надёжным и вызвало бы слюноотделение у любого разумного, кто хоть немного понимает в деле войны. И мне было страшно представить, сколько оно теоретически могло стоить, если просто «заказывать с нуля» — без предоставления основы и материалов… Только клинки выходили тысяч в пятнадцать-двадцать. Каждый. Доспех, суммарно, переваливал за сотню. То есть, грубо говоря, мы уже таскали на себе по хорошему такому замку. И осознание данного факта… ну, оно заставляло что-то в голове странно чесаться и хрустеть. Грабить дроу и убивать драконов оказалось охрененно выгодным делом!

Ещё раз покатав последнюю мысль в голове, я невольно усмехнулся.

Ну да, грабить одних из самых злобных, опасных и безжалостных ублюдков мира, что среди гуманоидов, что среди монстров, разумеется, является выгодным делом. Вот только провернуть его могут единицы. И как раз факт того, что мы теперь к этим единицам относимся… Да, пожалуй, вот именно когда я надевал броню из драконьей кожи с адамантитовыми вставками, он как раз до меня и дошёл. И это было… странно. Судя по эмоциям моих девушек, они… Нет, о подобном не задумывались, но в восторге пребывали диком. Особенно Эндаэль, которая лучше всех понимала стоимость подаренных ей вещей. Ну и славно — купаться в таком потоке чувств было очень приятно, а уж мысли, что возникали при виде красивой девушки, изливающей на меня такой поток благодарности и восхищения… Думаю, я смогу ей подсказать, как лучше всего выразить эти восхищение и благодарность, хе-хе.