Становление Патриарха

Глава 10

В общем, с некоторым скрипом Эндаэль всё-таки присоединилась к нашей группе, «на испытательном сроке» и всё такое, но присоединилась. Не сказать что наша троица была от этого в восторге, однако «слать лесом» (в прямом смысле слова) несколько наивную, но хорошую и добрую девочку, что нам реально помогала в прошлом… нет, в принципе, я мог, если бы это был вопрос жизни и смерти, а так… приняв постулат, что это она к нам попросилась, а не наоборот, и, коли что не так, где выход, знает, я ему и следовал. К тому же что ни говори, а ещё одна красотка, что составляет тебе компанию, пусть даже и не в кровати, это лучше, чем отсутствие подобной красотки, да.

В итоге этим вечером засиделись мы хорошо за полночь, «вспоминая былое» и травя «приключенческие байки», ну а сама Эндаэль, как чуть-чуть отошла от откровений про пристрастия пьяных фей, позволила нам прослушать увлекательный монолог на тему «книжная девочка, пусть и очень разумная и талантливая, решила по-настоящему попутешествовать». Ну и столкнулась с рядом вещей, о которых до этого знала очень умозрительно. Вроде того, что день в седле — это не очень приятно для попы, тем более если седло мужское. И лошади потеют, и их нужно обихаживать, а лошадиный пот пахнет далеко не фиалками. И туалет в кустиках — это норма жизни, а не исключение. В общем, несколько изнеженная и привыкшая к совсем иному уровню жизни барышня на деле столкнулась с «суровым бытом авантюристов», ну а также наёмников, мелких-средних торговцев и просто путешественников, что не могут себе позволить таскать с собой «походный дом». К чести девушки, она не ныла, не собиралась поворачивать назад, а просто… как бы это сказать… делилась наболевшим, вот!

К счастью, у неё уже была снята своя комната, так что ночь не принесла никому неловкости и дискомфорта. Ну-у… кроме одного скромного вампира, которого законные супруги решили немного попытать, требуя ответа за те слова о его возможном плохом поведении относительно новой девушки. И хотя все прекрасно понимали, что я это всё говорил, чтобы отвязаться от оной девушки, никого это не волновало, ибо проштрафился — и точка. А теперь расскажи-ка всё-всё-всё, что задумал! Ах, ничего не задумал? Не верим! Колись!

Короче, случился на улице Тмистис праздник, вот уж кто отрывался в роли главного обвинителя и строгого суда.

Но веселье весельем, а ночь сменилась рассветом, и круговорот дел вновь закрутил нашу компанию. Ремонт фургона, дополнительная закупка припасов на нового члена группы и её лошадку, ожидание ремонта моста, ну и прочие мелочи, которые образуются сами собой в любом серьёзном деле.

Дальнейшее путешествие поначалу действительно проходило в атмосфере некоторой неловкости и дискомфорта, сбивая привычный распорядок вещей. Вроде бы и по мелочи: там чуть больше приготовить, здесь с дополнительной лошадью повозиться… Заявлять что-то вроде «твоя коняка, ты и парься» было мало того, что очень некрасиво, раз уж принял в отряд и назвал товарищем, так и просто глупо. Смысл доставать-убирать щётку каждому, когда той же щёткой пройтись не по одной, а сразу по двум лошадям и быстрее, и удобнее? А освобождённый от подобной работы товарищ в это время может чем другим полезным заняться — сам палатку разбить, например, вместо того чтобы претендовать на ночлег в дилижансе.

Да и с «ночлегом» всё тоже было… интересно. Не то чтобы я был так сластолюбив, как выставляла это фейка, однако, вынужден признать, немного поприставать к своим девочкам, как говорится, любил-умел-практиковал. И Айви с Лин были совсем не против, тем более я всегда знал, где и как им будет наиболее приятно, начиная с самих ласк с поцелуями, заканчивая подобранным для этого моментом, когда они эмоционально наиболее настроены. Но тут… Пусть златокудрая чародейка и заявила, что всё понимает и будет, условно, «старательно отворачиваться», однако наша «молодая ячейка общества» ещё не дошла до той бездны извращений, где нас бы заводил тот факт, что за нами наблюдают во время развлечений. Момент же, где мы развлекаемся в фургоне, а Эндаэль нас слышит и прекрасно осознаёт, чем мы там занимаемся, сама при этом печально сидя у костра в лагере или в своей палатке, «думая о вечном» (или не о вечном, или не думая)… Он имел свои сложности в плане эмоционального комфорта. Не буду лицемерить и заявлять, что «мысленная картина» такой ситуации вызывала у меня негатив, но всё-таки это было некоторым перебором. Так что волей-неволей интенсивность, скажем так, отношений мы сбавили, мысленно пообещав себе всё наверстать, когда остановимся в нормальной гостинице. Не обходилось, впрочем, и без курьёзов. И нет, речь шла не о выходках феечки. Не только о выходках феечки!

— Ты… Это что? — чародейка натурально «залипла» на то, как я мою посуду.

— Эм, уборка? — я вскинул бровь.

— Ты не начитывал и не активировал заклинания! — начала она. — И при всём твоём таланте, вряд ли ты дошёл до беззвучного и недвижного колдовства.

— Ну да, это не то чтобы колдовство, просто телекинез. Я же говорил — я вампир, я могу даже по потолку ходить.

— Значит, ты ещё и псионик… — полностью проигнорировав новое признание, вздохнула она. — Ну да, ожидаемо, довольно распространённая Линия Крови…

— Хм?

— У всех вампиров есть предрасположенность ко влиянию на разум, причём настолько сильная, что даже не самые опытные истинные вампиры могут подавить волю обычного человека буквально взглядом, а также спокойно контролируют животных, в основном волков, крыс и летучих мышей, но тут, скорее всего, вопрос удобства и схожего ареала обитания… и психики. По идее, с медведем у вампира тоже может всё получиться.

— И-и-и-и? — поддержал я беседу.

— И ничего, — развела руками девушка. — Кровопийцы не спешат делиться всеми своими секретами и с сородичами, что уж говорить о тех, кто не входит в их число? Я только знаю, что есть Линия Крови, которая специализируется именно на своём псионическом аспекте. По слухам, некоторые особо выдающиеся представители достигают в этом таких успехов, что их сравнивают с иллитидами.

— А ты довольно много знаешь о всяких монстрах, — не мог я не обратить внимания. А ещё я очень хотел увести тему диалога куда-нибудь в сторону, потому как отвечать на вопросы уровня «а можешь ли ты кого брать под контроль или промывать мозги?» мне точно не хотелось. Более того, мне не хотелось, чтобы они даже поднимались.

— Ну, монстрология была одним из моих любимых предметов во время учёбы, а бестиарии очень интересны! — сообщила книжная девочка о своём любимом хобби.

— Вот как… А что ещё по вампирам ты знаешь? Уже не в первый раз упоминаешь эти Линии Крови, что это вообще такое и какие они бывают?

— Ну-у, — она смутилась, — на самом деле, я знаю не так уж и много, а из того, что знаю, не уверена, какая часть является правдой, а какая — просто слухами.

— И всё же это много больше, чем знаем мы, а узнать бы хотелось, — я продолжал «мыть посуду» и поддерживать беседу, да и остальные наши спутницы явно заинтересовались.

— Ладно, — сдалась волшебница, — только ещё раз предупреждаю: за правдивость рассказа я не ручаюсь. В общем, существует несколько… эм, разновидностей вампиров, какие-то источники утверждают, что их шесть, какие-то — что тринадцать. В чём там суть, я точно не знаю, но каждая Линия Крови обозначает своего рода специализацию вампира в чём-то. Я читала, что есть рода, которые могут как-то превращаться, становясь по-настоящему страшными противниками в ближнем бою, кто-то может одним выступлением очаровать городскую площадь, кто-то может делать какие-то… особенно опасные манипуляции с кровью, кто-то гуляет в тенях так, как никаким «Теневым Танцорам» и не снилось, кто-то на удивление хорошо взаимодействует с тёмными планарами, ну и всякие комбинации этого есть… вроде бы.

— Н-да… звучит… масштабно, — постарался я выдать наиболее обтекаемую реакцию.

— Только звучит, — поспешила меня успокоить собеседница. — Это всё-таки описания из бестиария, там приводятся наиболее выдающиеся особи, чтобы ученик знал, с чем может столкнуться в самом худшем случае. Как правило, мало какой вампир занимается именно саморазвитием — их искорёженная перерождением психика не потворствует этому, к тому же с возрастом они становятся сильнее и… ну, полагаю, думают, что нет смысла напрягаться, если оно и так само придёт.

— О да, — я вспомнил «лорда» Алехандроса, — «не напрягаться» — это ты хорошо отметила.

В общем, тему увести получилось, ну а выпученные глаза и приоткрытый ротик волшебницы, осознающей, что её компаньон с помощью телекинеза моет посуду, будут ещё долго согревать моё сердце холодными зимними вечерами.

И кстати о зиме. К концу недели дожди начали сменяться ледяной крупой, и на подходе к городу Проскур, подле которого предстояло пересечь вторую крупную реку на нашем пути, мы откровенно боялись, что и там случится какая-то беда с мостом. К счастью, тут обошлось, и реку Тун мы миновали нормально, но вот когда проходили горы Рога Бури, перевалы уже вовсю заметало снежными буранами. Проскочить удалось до того, как движение по тракту окончательно встало до следующей весны, но эти два дня в горах всё равно выдались наиболее тяжёлыми за всё путешествие, даже с учётом поломок.

Признаться, при взгляде на нашу «книжную девочку» и её манеру поведения у меня были сомнения как в её навыках, так и в стойкости характера. Если быть честным, я ожидал, что в такую погоду нашего темпа она не выдержит. Что же, иногда ошибаться весьма приятно. Пусть чародейка и не являлась рейнджером, да и походные условия удовольствия ей не доставляли, однако по пересечённой местности она передвигалась всё-таки сносно и вполне справлялась как с разбиванием палатки, так и с тасканием собственных вещей (спасибо зачарованному рюкзаку), «нарядами на кухню», обустройством лагеря и так далее.

Впрочем, с «кухни» тиранствующая Айвел (под полное одобрение фейки, да и вообще всех остальных) всю нашу честную компанию всегда выпихивала, доверяя только приготовить завтрак одному заботливому мужчине, что нуждался во сне куда меньше своих девочек, а потому мог радовать их ароматным завтраком в постель. Во всех остальных случаях нам дозволялось максимум нарезать овощей/мяса перед обедом/ужином да помыть посуду после них.

Однако так или иначе, а к столице Кормира мы двигались уже по заснеженным просторам, отчаянно завидуя тем немногим встречным, кто успел сменить колёсный транспорт на сани. Ну и кутаясь в прошлогодние меховые плащи, добытые из нутра фургона, ибо мокрый снег то и дело сменялся промозглым ветром, а неподвижное сидение на облучке или в седле в такую погоду — это то ещё удовольствие.

Долгожданное прибытие в Сузейл стало и праздником, и страшным геморроем, потому как все дико хотели в тёплую кроватку и поспать, а надо было искать жильё, когда все гостиницы битком. Деньги-то у нас были, с некоторых пор даже вида «общий семейный бюджет», а не «у каждого свой кошелёк», но в снегопад, после тяжёлой полуторамесячной дороги, когда хочется просто упасть и ничего не делать, вместо отдыха получить от ворот поворот в трёх подряд гостиницах — это кошмар. Преодолеть-то мы его, понятное дело, преодолели, но такого опыта никому не пожелаю.

— Итак, у нас появился… кхм, полагаю, что дом, — констатировала чародейка, с некоторой долей скепсиса разглядывая небольшой двухэтажный «особнячок». Вернее, ещё не совсем особнячок, но уже и не «почти избушку», где мы останавливались в прошлый раз. Собственно, это как раз и было решением нашей проблемы с местом зимовки — для обычной команды авантюристов такие хоромы были дороговаты и откровенно излишни, а для крупного отряда наёмников — маловаты, там уже снималось целое подворье, как правило, за городской стеной. Стража «почему-то» не сильно радовалась идее расположения сотни профессиональных «продавцов меча» (обычно ещё и с поддержкой пары-тройки связанных с мистикой товарищей) в пределах вверенных им владений и уже внутри защитного контура. Кхм, в общем, домик мы нашли, однако теперь…

— Ну чего вы стоите тут⁈ Надо внутрь! — поторопила нас Тмистис, что пряталась в зимнем «меховом» капюшоне Линвэль, да так, что наружу только личико и смотрело.

— Между прочим, кто-то хвастался, что ей не бывает холодно. Как нехорошо обманывать друзей, — оценив этот вид и эмоции феи, прям очень желающей побыстрее попасть в тепло, мстительно отметил я.

— И ничего я не обманывала! Мне вот совсем-совсем не холодно! — мгновенно бросилась себя защищать малютка. — Мне тут просто мягко! А ты глупый и наговариваешь! Злодей! — и совсем спряталась, только внешняя ткань капюшона дёрнулась.

— Фобос, — аккуратно придержав ладошкой место, где грелась её фамильяр, с укором посмотрела на меня Лин.

— Я ведь пра-а-ав, — улыбаюсь в ответ.

— Ты плохой! Вредина! — донеслось из укрытия под понимающие ухмылки девушек.

— Ладно, пойдём внутрь, — хмыкнула Айвел. — Неплохо бы его обустроить, — и, чуть прищурившись, прошлась по постройке этаким начальственным взглядом.

— Будем таскать круглое и катать квадратное? — деловито уточнила Линвэль.

— Катать… квадратное⁈ — Эндаэль растерянно хлопнула глазами.

— Не обращай внимания, это я как-то раз пошутил, и приклеилось, — пожимаю плечами, — да и работы, на самом деле, будет не так уж много, но осмотреть дом на предмет целостности крыши и законопаченности щелей стоит. Как и выбрать комнаты.

— Угу, — согласились мои спутницы, и мы приступили к обживанию.

Как и ожидалось, постоянно сдающийся в аренду дом пребывал во вполне сносном состоянии, пусть в паре мест и было бы неплохо подновить несколько досок, но именно что «неплохо» — эту зиму постройка спокойно переживёт и без ремонта, а дальше — уже не наша проблема. Так что основными задачами по обустройству были наполнение дровяного сарая, кто бы мог подумать, дровами да пополнение продуктового погреба «дежурным запасом» провианта — на случай, когда солнце светит слишком ярко, а значит, на рынок идти мне сложно. Ну и на случай, если зима получится особо лютой, со штормами на море и засыпанными насмерть дорогами, что приведут к проблемам с логистикой, которые, в свою очередь, могут вызвать проблемы со снабжением. С учётом того, что мы говорим о крупном городе богатой и сильной страны, вероятность такого исхода была минимальной, так что это было просто перестраховкой.

С выбором помещений тоже всё было просто и понятно. Второй, меньший этаж был отдан нашей златокудрой подруге, помимо спальни девушки, там было решено организовать что-то вроде учебного класса, поскольку Эндаэль была полна решимости помочь нам с дальнейшим «общемагическим» образованием. Ну и образованием как таковым, чего уж там. В её устах это звучало много более велеречиво, включая в себя обороты вроде «устранить тьму вашего невежества, друзья мои» и «пролить свет знаний на ранее не изученные вами области», но… мы уже давно привыкли и едва ли не подсознательно переводили «с золотоэльфийского на нормальный». И, разумеется, отказываться не собирались, ибо образование (и не только магическое) в средние века — штука дорогая, а в нашей работе — ещё и чрезвычайно нужная. К тому же волшебница явно хотела продемонстрировать свою полезность нашей группе, но поскольку было очевидно, что никаких заданий мы сейчас брать не будем, то вариант со «сражением плечом к плечу» отметался.

Наша молодая семья, соответственно, заняла первый этаж, ибо там кухня, которую сразу же оккупировала Айвел, больше комната (уже оккупированная нами всеми, да), ну и достаточное удаление от помещений нашей новой сокомандницы. Разумеется, это не панацея от эльфийского слуха, но со своей стороны для соблюдения приличий мы сделали всё, что могли, если кто-то слишком смущается, то пусть накладывает «Сферу Тишины».

Но не обустройством временного пункта дислокации единым! Ибо теория — это, конечно, замечательно, но давать себе заржаветь в плане практических навыков нам было не резон, а потому мы вновь зачастили на полигоны Ордена Боевых Магов, благо допуски у нас вполне остались. К тому же стоило посмотреть, что Эндаэль может на практике, прикинуть и отработать «командные связки» и методы взаимодействия, в общем, работы хватало.

К её чести, златокудрая эльфийка отнеслась к этому вопросу крайне серьёзно, не спорила, не качала права и не пыталась что-то навязывать, зато честно училась, пыталась встроиться, ну и делилась примерами того, как подобные отряды действуют у эльфов Эверески. Теоретическими, потому как знания нашей волшебницы были почерпнуты… да-да, из книг. Эдакий аналог «Искусства Войны» от маститого остроухого командующего мохнатых годов. И пусть наша группа была, мягко говоря, не совсем типичной и подходящей для тактик из оных книг, однако послушать было занимательно, тем более девушка оказалась магом Четвёртого Круга с очень обширным набором изученных заклинаний, которыми тоже не пожадничала поделиться.

Правда, во всём этом был один… не то чтобы забавный нюанс, но странным стечением обстоятельств это можно было назвать точно. И вот после этого возмущаться из-за замечания Тмистис на тему того, что «Фобос коварный», у меня так просто уже не получится. Просто всё дело в том, что… основные «взаимодействия» отрабатывали только один скромный вампир и волшебница. Нет, были и общие занятия, но то — скорее тактика, а вот в плане магии…

Линвэль отловила «вредного старика-друида», у которого училась прошлой зимой, и продолжила практику сидения попой в сугробе. Да, теперь холод и снег не доставляли ей особых проблем, но девушка не могла упустить возможности «запросить тепла и ласки для бедной промёрзшей страдалицы», а потому как добропорядочно сидела в сугробе, так и не менее добропорядочно потом «грелась» об нас с Айвел, горячее вино с пряностями и тёплое одеялко.

Сама Айвел, пусть и тоже совершенствовалась на почве ремесла волшебника, явно тяготела к алхимии и облизывалась в сторону зачарования. Так уж получалось, что её аура развивалась не сказать что сильно быстро (хотя, по словам Эндаэль, в пределах нормы, хоть и действительно несколько ниже среднего), зато аккуратность, многозадачность и мелкая моторика были развиты очень и очень хорошо, что, в свою очередь, являлось прекрасным трамплином для алхимика и зачарователя. Не говоря уже о том, что самой девушке больше всего нравилось как раз вдумчивое помешивание и приготовление всякого-разного, её страсть и успехи в кулинарии происходили как раз из этого увлечения. Соответственно, куда больше времени плутовка тратила не на полигоне, а в лаборатории — с учётом нашей репутации и того факта, что у ремесленников всегда найдётся, куда деть дополнительные руки, пристроиться подмастерьем старательной девушке было несложно: и ей учёба, и алхимикам бесплатная рабочая сила.

И пусть мои жёны уделяли время и общим занятиям, львиная часть их времени уходила всё-таки на личные уроки. А поскольку я был самым «неотёсанным варваром», но «жалко же оставлять неучем такой потенциал, потому слушай меня внимательно!»… да-да, большую часть времени я, внезапно, проводил с золотоволосой очаровательной леди. Ну и периодически ловил себя на мысли, что взгляд мой нет-нет да оценит верхний «экстерьер» оной леди. Или пройдётся по её попке. И она эти взгляды замечала. И испытывала очень сложный коктейль эмоций, где были и раздражение, и смущение, и даже гордыня с ярко пылающим самодовольством! Правда, потом она вспоминала, что у меня есть официальные жёны, и ей становилось стыдно. В общем, это была странная разновидность игры «я знаю, что ты знаешь, что я знаю».

Разумеется, дальше взглядов дело не заходило. И не потому, что я был против, просто… при всей моей развратности и остальном списке достоинств, что ежедневно озвучивала фея (начиная, разумеется, с коварности), думать я предпочитал всё-таки верхней головой. Верхняя же голова говорила, что Эндаэль — ещё совсем не авантюристка по складу ума и восприятию жизни и тем более не ветреная аристократка-адреналиновый маньяк, что готова лезть хоть к чёрту на рога ради крутого приключения и хорошей прибыли. Говоря проще, она как была тепличной домашней девочкой, что выпорхнула из родительского гнезда не от большого ума, а скорее от большого шила в попе, так ей и осталась, а я хоть и очень даже сладострастный фанат эльфийской красоты и острых ушек, но всё-таки не мудак, чтобы пользоваться девочкой, пока у неё «состояние аффекта» и «розовые очки». Вот пообвыкнется с нами, нюхнёт жизни и трезво свои желания переосмыслит, тогда и посмотрим. Торопиться мне в любом случае некуда — у меня с личной жизнью всё хорошо, а за год-два она не постареет и морщинами не покроется. Да, вот такой я коварный. И вообще нам надо узнать друг друга получше! Да, Фобос — приличный и хороший мальчик, и нет, это не из чувства противоречия инсинуациям Тмистис!

Короче, два месяца пролетели, словно и не было, зима окончательно вошла в свои права, а власть стужи и ледяных ветров стала сильна, как никогда в году. Другими словами, пришло время того задания, о котором упоминали орденцы. Собственно, когда мы в очередной раз пришли в Колледж Боевых Магов, дабы воспользоваться его полигонами, нам и сообщили об этом, пригласив на беседу и обсуждение деталей задачи.

— Доброго дня, — кивнул нам сосредоточенный Ансельмо. — Слышал, ваш отряд пополнился… Леди, — изящно поклонился маг. — Ансельмо де Гратти, мастер ордена Боевых Магов Кормира, счастлив нашей встрече.

— Эндаэль Наэлграта из Эверески, — присела в не менее изящном ответном жесте наша чародейка. — Эта радость взаимна, мэтр.

— Кхм, итак? — поспешил я перейти к делу. Ибо что-то мне подсказывало, что начни они друг перед другом расшаркиваться по всем правилам, к цели нашего визита мы перейдём часа через два. В лучшем случае. Не то чтобы я куда-то спешил, но это время можно было бы потратить на приставания к Эндаэль. Разумеется, исключительно в учебно-просветительских целях. Ну… процентов на восемьдесят точно!

— Да, верно, пойдёмте, — маг проводил нас в очередной зал для переговоров, где уже сидел… франт. Да, первое впечатление — эдакий добротный испанский кабальеро лет пятидесяти: побитые сединой убранные в хвост волосы, бородка-эспаньолка, также украшенная изрядным количеством седины, лицо, которое никак иначе, чем «благородное» или «породистое», просто не назовёшь. Образ дополнял камзол из подозрительно знакомого паучьего шёлка, украшенный рунной вышивкой. Изящно, со вкусом, дорого-роскошно. На ум пришёл дон Рамирес в исполнении незабвенного Шона Коннери. Хм, да, даже похож, если я правильно этот образ помню.

Сидящий и «скучающий» аристократ при появлении команды (точнее, моих леди) встал, поклонился и представился, словно был на каком-то рауте. В основном, конечно, внимание было направлено на нашу волшебницу, но всё равно — не нравятся мне такие заходы! Вон, Тмистис меня понимает и тоже негодует. Хотя, возможно, это связано с отсутствием вазочки с печеньками на переговорном столе… Кхм, ладно, вернёмся к текущей ситуации.

Ситуация же такая: граф Эдмур Белорган, будучи любителем всяких древностей и даже немного археологом (нет, никак не связанным с мисс Кембридж, в отличие от тесного партнёрства на уровне едва ли не родовой связи с Орденом Боевых Магов Кормира), добыл один интересный артефакт. Вернее, часть артефакта. Нерабочую. Но очень интересную. А ещё её было достаточно для того, чтобы провести поисковый ритуал и определить, где находится всё остальное. И вот — провели… «вскрыв» некие чары сокрытия на древних руинах, что ранее, судя по косвенным данным, были эльфийской твердыней чуть ли не времён до раскола и отделения дроу!

На этом моменте Эндаэль «сделала стойку», и я понял, что теперь, случись чего, от «предложенной миссии» её не отгонишь и палкой. Сама же миссия заключалась в сопровождении графа и десятка рыцарей его личной охраны до места поисков, с разведкой пути и вырезанием всего, что может на этом пути поискам помешать. С нами также отправятся двое боевых магов и жрец Хельма, но их роль — усиление охраны графа и помощь в поиске артефакта, а не поддержка нашей группы в боевых операциях во время разведки. Предлагали за работу шесть тысяч золотом, а также все трофеи с убитых нами противников, за исключением нужного Белоргану фрагмента магического предмета, ну и компенсация ремонта снаряжения в случае, если во время исполнения контракта мы то повредим.

Вот только такие деньги предлагали далеко не за красивые глаза и лёгкую прогулку. Дело в том, что искомый комплекс располагался едва ли не в самом центре Обширного Болота, что лежало на границе между Кормиром и Сембией. Да, изначально это предполагалось, но никто не ожидал, что он будет настолько глубоко. С учётом же возраста развалин и того факта, что до этого момента они были под чарами, что там сидит внутри, было решительно непонятно. Сидеть могло что угодно: от каких-нибудь безобидных гоблинов до спятившей секты друидов-демонопоклонников и легиона нежити. Собственно, потому привлекались наёмники, в задачу которых входит расчистка пути для основного отряда. И которых, коли помрут, будет не так жалко, а вот отряд сможет спокойно отступить. Разумеется, последнюю часть нам не озвучивали, но оно и ёжику понятно.

— Интересная задача, — выслушав рассказ Белоргана, подвёл я итог, — но всё же, есть какие-то мысли, что там самое страшное нас будет ждать? Хотя бы гипотетически.

— Гипотетически… — огладил бородку аристократ. — По донесениям тех охотников за удачей, которые рискуют отправляться в топи, Обширное Болото является домом для хобгоблинов, гноллов, троллей и лизардфолков. Их не очень много, и за пределы топей они не вылезают, но в нужных нам руинах, скорее всего, будет обитать какое-то племя. Не стоит также исключать и наличие нежити, но вряд ли сильной и многочисленной, иначе племена дикарей там бы не выжили.

Слова заказчика были вполне логичны. Разумеется, ещё требовалось уточнить нюансы, вроде точного времени отправления, состава группы, снаряжения и так далее, но это была уже рабочая рутина, принципиальное же своё согласие мы дали. До выхода обусловились взять три дня, чтобы закрыть текущие вопросы и нормально подготовиться — хотя бы наше отсутствие арендодателю обозначить, а то мало ли, полезет кто в пустой дом, поломает что или и вовсе сожжёт, а к нам потом претензии будут. К тому же пока туда, пока там, глядишь, уже и весна на пороге. Ну и, может, орденцы ещё что подкинут. Короче говоря, смысла продлевать аренду дальше было немного, в крайнем случае, найдём что-нибудь ещё, а так — зачем зря деньги тратить? Даже если относительно небольшие, а у нас есть хорошие накопления. Экономика должна быть экономной! И нет, Айвел меня не кусала! Ну-у-у… Не в том смысле, хе-хе.

Но это так, мелочёвка, основное же время подготовки было потрачено на посещение библиотеки и повествование Эндаэль. Да, мы вновь эксплуатировали грозную чародейку и трясли её на тему информации. Ибо это было лучше, чем Превозмогать её восхищённые писки на тему «ух ты, первое же Приключение, а тут сразу такое, Такое, ТАКОЕ-Е-Е-Е-Е!!!». Вернее, писки остались, но их удалось направить в прагматичное русло. И сделать внушение, да.

— Так, я понимаю твой восторг, но постарайся держать себя в руках и контролируй эмоции.

— Я контролирую эмоции! Просто… это же… ух!

— Ага, «ух», — как обычно, съехидничала Линвэль. — Даже Тмистис видит, как ты «контролируешь» эмоции.

— Угу! Энди очень-очень довольная! И энергичная! Даже энергичнее меня с мёдом! — важно подтвердила фейка. — Надеюсь, Энди не ела никаких подозрительных грибов? — сказано было с больши-и-и-им беспокойством. Но я был готов поставить свои новые клинки против ржавого гвоздя, что наша феечка опять ушла в троллинг. Ибо да, понахваталась всякого в нашем коллективе.

— Вы не понимаете! — надулась девушка.

— Понимаем, — вступила в беседу как всегда рассудительная плутовка, — но Фобос прав, ты сейчас едва ли не по потолку готова бегать, счастливо вереща. С таким подходом и в лес-то соваться нельзя, про болото я и вовсе молчу.

— Так что лучше направь свой энтузиазм в полезное русло и расскажи, что ты знаешь о таком биоме вообще и «Обширных Болотах» в частности.

— Хм-м-м… — эльфийка на меня покосилась с некоторым подозрением. Ну да, обучавшийся у дикаря-шамана-орка-матерщинника полувампир вряд ли должен знать слова вроде «биома», но пофиг. — Ладно… Стоит уточнить в библиотеке, а так… — волшебница принялась задумчиво теребить прядку золотых волос. — Думаю, про гоблинов-хобгоблинов и орков с троллями мне рассказывать смысла нет, тут скорее вы меня просветить сможете. Хотя, болотные тролли сильно отличаются от лесных и куда опаснее, но до глубинных всё-таки недотягивают.

— Ну-ка? — подобралась лучница-друидка. При всём «полевом опыте» моих девочек, они были всё-таки лесными бойцами и в болота если и совались, то точно не в такие здоровенные и гиблые.

— Так… — сосредоточилась Эндаэль, в самом деле перебарывая свои энтузиазм и оживление. Вот что мне в нашей волшебнице особенно нравилось, так это преданность делу и умение на этом деле сконцентрироваться, — болотные тролли могут достигать до трёх метров в холке, их клыки и когти источают яд сродни змеиному, что ещё… Регенерация превосходит лесных сородичей, но уступает глубинным, старые и матёрые особи могут плеваться кислотой или концентрированным ядом. В отличие от глубинных и большинства лесных, болотные тролли — одиночки. Кислоты не боятся, но крайне уязвимы к свету и огню.

— Звучит не сильно приятно, но и ничего катастрофического, — заключила Айвел. — Буду с собой брать поменьше яда и побольше бомбочек.

Следом за описанием троллей пошли лизардфолки, они же людоящеры. Те, по словам эльфийки, были, по сути, теми же орками, вид сбоку. Не такие выносливые и физически сильные, но чуть более шустрые и обладающие «естественной бронёй» в виде чешуи, по прочности тянущей на хреновенькую кольчугу — на близкой дистанции толку мало, но стрелу на излёте или скользящий удар, что пришёлся по касательной или с «пробитого блока», может и остановить. Ещё кислота и яды на них влияют не сильно, а вот сами они различную отраву уважают. Хм, нужно будет попробовать куснуть парочку. Вряд ли их кровь будет действительно вкусной или полезной, но небольшая дегустация не помешает, ибо — а вдруг?

Далее волшебница уделила внимание неразумным обитателям болот, начиная от гигантских прямоходящих пиявок, что сейчас, скорее всего, вообще впали в спячку и нам вряд ли встретятся, заканчивая гигантскими комарами (Тмистис, вот не надо на меня так выразительно сверкать глазами и многозначительно кашлять), болотными аберрациями, гниющими древнями и лизардвульфами — мрачным плодом греха крокодила с шакалом, зачатым и выросшим под дозой убойнейших анаболиков и озверина. Была затронута и тема нежити, тем более что всякого рода руины и подземелья — излюбленное место обитания всяческих духов, а то и вообще Спектров, Баньши и Личей. Но наш наниматель прав, сиди там действительно кто-то настолько серьёзный, и никого живого рядом бы не водилось никак. Из болот же иногда всякая пакость валила — очень нечасто и не особо много, собственно, не залезь мы в архив библиотеки, не нашли бы и этого. Но не суть — факт оставался фактом: с вероятностью процентов в девяносто там нас могут ждать максимум те же вихты, а скорее и вовсе средней паршивости зомби и скелеты, да ещё блуждающие огоньки.

Помимо сбора информации и дополнения снаряжения согласно этой самой информации, уделили мы внимание и нашим будущим спутникам — хотя бы на уровне познакомиться-прикинуть, кто что может. И вот тут было… как бы это сказать, специфично.

Нет, с воинами проблем не возникло — матёрые, опытные рубаки в хороших доспехах и с качественным оружием. Думаю, суммарный обвес каждого такого гвардейца стоил никак не меньше четырёх-пяти тысяч золотых, но это вполне ожидаемо от воинов, служащих очень небедному графу, который ещё и в «спорных землях» вотчину имеет.

Да, об Эдмуре Белоргане мы тоже уточнили — любопытства для и безопасности ради. Был он родом с севера Кормира, во владении имел обширные и богатые земли с массой рудников с железом, серебром и золотом, а может, и ещё чем поинтереснее, но сами по себе земли были не слишком плодородными, плюс постоянные налёты орков и просто всяких маргиналов, направляемых посулами, а порой и прямым подкупом господ из Зентила. Так что на войсках, тем более войсках личных, аристократ не экономил, благо имел и мотивацию, и финансовую возможность обеспечить себе достойного качества бойцов.

С магами тоже всё было ровно — орденцы, и этим всё сказано. В иерархии пониже де Гратти, но вполне на уровне — уверенно владеют Четвёртым Кругом, вполне возможно, что и пару трюков из Пятого знают, но о подобном не распространяются — волшебники, откуда бы они ни были, терпеть не могут просвещать окружающих о всех своих умениях и секретах, особенно чужаков, пусть и доверенных.

Проблема заключалась в лидере воинов и клирике. В клирике — ну, потому что это клирик Хельма, Бога Стражей и Долга, а я — явный тифлинг, да ещё и в капюшон кутаюсь, и манера себя держать у меня как у матёрого лазутчика, то есть именно того, кто является классовым врагом всех стражей, охранников и вахтёров. Короче, со всех сторон «подозрительная личность, что так и просит дать себе по роже». А лидер воинов был паладином всё того же Хельма, то есть «сферическим хельмитом в вакууме», который не просто проповедует путь своего бога, но и профессионально занимается выпусканием кишок на религиозной почве. И он явно был солидарен со своим «коллегой по вере».

В общем, общаться с этими двумя стоило по минимуму, а лучше вообще перед глазами не мелькать и ничего предосудительного не делать. Эти два мрачных мужика меня терпели в силу необходимости, но не более того. Руки у них явно чесались если не аутодафе мне организовать, то уж послать лесом — точно. Впрочем, плевать, мне с ними в разведку не ходить и детей, как говорится, не крестить. В идеале, мы вообще со свитой графа толком пересекаться не будем, только при выезде из города и при обыске разведанных и зачищенных руин.

На этом моменте подготовка была закончена, и мы выдвинулись на юго-восток, к болотам.

Добраться от Сузейла до границы болот было несложно. Пусть снега насыпало прилично, а «серьёзная жизнь» замерла до весны, совсем уж пути сообщения не перекрывались. Так что сани, полторы недели в не самой лучшей компании святош — и мы на месте. Вернее, как «на месте»? Мы выходим к точке, с которой заходить в болота относительно удобно. Очень относительно, ибо, вот «внезапно», народ в болота не лезет и троп нахоженных там нет. Зимой их тоже нет. Вот совсем нет. Зато есть целина, в которой снега по пояс. Хотя продираться через снег по пояс всяко лучше, чем через жидкую грязь, что, вполне возможно, затянет тебя с головой. Кроме того, именно нам продираться не требовалось, так как обувь всей группы была зачарована на «лёгкий шаг», даже Эндаэль надела старые сапожки Линвэль, то есть мы на сугробах не проваливались и спокойно прыгали, лишь чуть-чуть шевеля верхний слой снежинок, аки Леголас во время похода Братства Кольца через горы вокруг Мории. Ещё один плюс: вся болотная живность действительно или куда-то свалила, или залегла в спячку. Во всяком случае, моё чувство жизни улавливало только «вялые» и слабые сигналы с глубины, что как раз и характерны для спящих и не слишком «живых» существ, как «Каменный Медведь», однажды встреченный нами в Хуллаке.

Таким образом, скорость продвижения серьёзно упала только у группы охраны графа, что было нам только на руку, позволяя много лучше и полнее разведать дорогу, пока они плетутся где-то позади. Совсем не лишнее подспорье, учитывая, что где попало разбивать лагерь в болоте было нельзя, да и для простого передвижения тоже надо было подобрать маршрут, ибо топь под слоем снега могла оставаться жидкой и готовой утянуть в себя излишне тяжёлых путников.

И к своему стыду должен признать, что от меня тут было мало пользы, в лучшем случае я мог сказать, где ощущается жизнь каких-то пребывающих в спячке на глубине тварей, и обойти их лёжки, но для проверки плотности почвы под слоем снега мне пришлось бы проводить исследовательские ритуалы из арсенала Лиззет Кембридж, что было малореально делать каждую сотню метров маршрута.

С другой стороны, во всей красе раскрылись способности к чувству Природы у Линвэль и Тмистис — вот кто у нас были на коне, составляя точный маршрут движения для нанимателя. Понятно, что без их способностей мы бы тоже не пропали, хотя бы банально двигаясь сквозь заросли каких-никаких деревьев и кустов, что однозначно росли не со дна трясины, но как же девчата всё-таки облегчали жизнь! Причём в плане оперативной коммуникации с отрядом графа Белоргана — тоже, благо фея в действительности не очень страдала от холода — она его чувствовала, и он был ей неприятен, но вот полноценно замёрзнуть или что-то себе застудить в обычной — не магической — стуже Тмистис не могла, отчего и летала нашим курьером, избавляя и меня, и духовенство Бога Стражей от лишнего негатива.

В данном ключе мы двигались три дня, за это время миновав расстояние, что в обычной ситуации прошли бы за день, если не быстрее. Всё-таки далеко отрываться от нанимателя было недопустимо, да и разбивание лагеря на промороженном болоте несколько отличалось от лесного, так что тоже приходилось дополнительно возиться. К тому же не стоило забывать, что зимой день куда как менее долгий, чем летом. Для нас это не являлось проблемой, но для людей — да, даже если у них есть те, кто могут наложить «Ночное зрение». Опять же, зима на дворе, а зимой ночами сильно холодает, и много по сугробам в таких обстоятельствах не побегаешь. На болоте ещё и воздух сырой, промозглый — холод при таком совсем иначе чувствуется.

В общем, шли мы медленно и печально, а через описанные выше три дня отряд зашёл уже достаточно глубоко в топи, чтобы процесс их гниения обеспечивал довольно тепла, чтобы подтапливать снег. Совсем тот не сходил, но теперь мы шли через слой глубиной «по колено», а иногда и вовсе натыкались на прогалины холодной грязи. И вот как раз в этой части болота мы впервые встретились с «местными аборигенами» в лице хобгоблинов.

Характерные следы охотничьей партии данных существ были обнаружены нами в процессе собственной попытки поохотиться. С дичью тут было не очень, да и процесс выслеживания оной зимой на болоте изрядно отличался от того же самого, но летом и в лесу. Понятно, что жизнь я чуял на пару километров окрест, но «чуять» не равно «поймать». Короче, запасы в сумках — вещь конечная, а кушать моим девочкам надо три раза в день и питательно, чтоб силы были, ну вот и сложилось, что направление на источник пропитания мы с хобгоблинами выбрали схоже, только хобгоблины прошли по нему раньше.

Дальше было привычно — догнать, подстрелить, скрутить, допросить. И тут возникла первая дилемма. Стойбище коричневокожих располагалось в стороне от нашего маршрута на руины и, по идее, не должно было помешать, да и сами старшие родичи обычных гоблинов не идиоты, чтобы дёргаться в сторону многочисленного отряда хорошо вооружённых воинов, каким являлась охрана графа Белоргана. Тем паче что, по словам пленных, их в том племени и было-то в общей сложности всего десятка четыре, включая детей и женщин, которые в бой не пойдут. Однако, как известно, «человек предполагает, а Господь располагает», и пусть я ни разу не воцерковленный христианин, но да — дерьмо случается, и если что-то может пойти не так, оно пойдёт не так. Получить же новость, что гнусные дикари взяли и подстрелили уважаемого нанимателя, когда мы там где-то впереди разведывали, это тот ещё сюрприз. Ну и, помимо этого, был у нас резон чуть свернуть и задержаться, а именно — Эндаэль. Она ещё ни разу не участвовала в реальном деле и не видела реальной крови, мелкая группа охотников, истреблённая за секунды, не считается — это не опасность, не реальное дело, она просто постояла рядом. А перед тем, как соваться в однозначно охраняемые руины с древним артефактом, ей надо было почувствовать, что такое отнимать чужую жизнь в бою, да и сам бой прочувствовать, хотя бы в тепличных условиях, когда её прикрывает вампир.

Короче, мы свернули. И пошли убивать.

Тактику для зачистки выбрали не совсем стандартную. Нам нужно было не столько уничтожить очередное племя, сколько дать «нюхнуть пороху» нашей спутнице, так что это была не очередная осада с загонными охотами, а «штурм», где Эндаэль предстояло ощутить на себе, каково это — колдовать, когда на тебя несётся толпа жаждущих изрубить тебя в капусту лопоухих коричневых уродов. Основная сложность и опасность тут состояла в том, что хобгоблины, получив взбучку, могли драпануть, всё-таки они довольно умные существа и тупо на убой нестись не будут. И вот дальше могло получиться так, что в своих болотах, где им ведома каждая кочка, они смогут оторваться, причём в достаточном числе, чтобы потом у вождя могло взыграть ретивое и родиться мысль отомстить за унижение, вследствие чего выжившие как раз таки захотят напасть на двигающийся за нами отряд графа Белоргана, когда мы уйдём, а те получат доклад, что впереди всё чисто. И гарантий, что они не смогут устроить какую-нибудь гадость (особенно ночью), вроде организации ловушек на пути следования отряда или натравливания на него каких-нибудь иных тварей болот, у нас не было. Решалась эта проблема только одним методом — блокировкой пути отступления, но так как болото было для нас далеко не самым привычным «театром военных действий», тем более заснеженное болото, да и отпускать девчат без прикрытия встречать отступающую толпу дикарей мне ни разу не улыбалось, пришлось… призвать Теневого Демона.

И вот по мере формирования чар Теневого Призыва прихваченное для этой цели сердце одного из допрошенных охотников высыхает между моих пальцев и осыпается прахом, что сгущается в неестественную темноту, которая за долю мгновения складывается в безногий тёмный силуэт.

— Обойди то поселение и жди с другой стороны. Убивай всех хобгоблинов, которые попытаются сбежать, — привычно сопровождая слова мыслеобразами, много более богатыми на смыслы и описания моих приказов, указываю знакомому и давно помогающему нам в таких операциях Теневому Демону на виднеющееся в полукилометре стойбище живых существ.

— Да, господин, — беззвучно проскрипела для меня тварь с Теневого Плана и скользнула в вечерние сумерки по направлению, что я указал, испытывая предвкушение, азарт и кровожадную радость от предстоящего дела.

— Это… — перевела ошарашенный взгляд с меня на место, где только что находился монстр, золотая эльфийка, — был Старший Теневой Демон? И он тебя слушался⁈

— Тс-с! — прикладываю указательный палец к губам. — Не так громко. И да, я частенько его призываю.

— Н-но… — заикнулась волшебница.

— Очень плохой! Злобно-злобный! Фу! Страшный Фобос не должен призывать этого гадкого! Он же совсем гадкий и страшный! — тут же подключилась и фея, к слову… тоже впервые увидевшая нашего не очень мирного помощника с Теневого Плана.

— Это ради дела, — успокаивающим тоном обращаюсь к Тмистис. — Не могу же я посылать драться с десятками жестоких дикарей тебя или Линвэль, тем более в неразведанную трясину и в одиночку?

— М-м-м… — малютка явно не находила данную причину достаточной для призыва кровожадных демонов, но спорить не стала, только юркнула под капюшон к Лин, чтобы там надуться, и типа вся такая в засаде-обороне — следит, подозревает.

— Ладно, он уже почти на месте, — озвучиваю свои ощущения от перемещения огонька жизни и эмоций демона, — выдвигаемся. Эндаэль, ты — начинаешь, мы — прикрываем. Главное, не паникуй — даже если будет страшно, помни, что мы не дадим тебя ранить.

— Ом-м… — девушка всё ещё зыркала в сторону теней, где скрылся демон. — Хорошо. Я, безусловно, немного шокирована этим откровенно неожиданным и… потрясающим событием, но я постараюсь взять себя в руки и показать с лучшей стороны. Это не должно быть сложно. Я справлюсь.

— Чудесно-чудесно, пойдём, — приобняла за плечико откровенно мандражирующую подругу Лин, и мы осторожно двинулись к поселению.

Хобгоблины не подвели: когда они увидели, что к главному проходу в их невеликом подобии на оборонительный вал двигается небольшая группа невысоких изящных фигур, совсем непохожих габаритами даже на взрослого тренированного мужчину, то огласили округу радостным воплем и со всех ног ломанулись «окружать добычу». Ну, по крайней мере, в их эмоциях было желание именно захватить и покуражиться, а не прям сразу рубить на куски. В общем, поселение ничуть не испугалось, а крики часовых оказались направлены не на предупреждение опасности, а на побуждение присоединиться к веселью.

Ответом Эндаэль стал «Малый Магический Шквал Исаака».

Вид крупных коричневокожих гуманоидов, по зимнему времени особо сильно укутанных в шкуры и оттого визуально ставших ещё больше, что, размахивая дубинами, несутся на тебя с порыкиванием и улюлюканием, скаля совсем не маленькие пасти, заставил книжную девушку испугаться. Очень сильно испугаться. Стоя рядом, я буквально видел, как одеревенели её движения, побледнела кожа и задрожали губы. Это не считая восприятия эмоций. И тем не менее солнечная эльфийка не впала в ступор и не лишилась чувств, а начала произносить слова заклинания. Её язык явно норовил заплестись, а пальцы на руках, коими она исполняла необходимые для сброса заготовленного заклинания из ауры жесты, слушались с трудом, но волшебница пересиливала себя, а вместе с её успехами и структура заклинания наливалась мощью каждый прошедший такт мгновения.

Сброс с ауры заклинания Четвёртого Круга требует около трёх секунд реального времени, Эндаэль же, судя по эмоциям, восприняла их как добрых три часа кошмарного напряжения всех умственных усилий. Однако она справилась, и группу из семи бегущих в нашем направлении хобгоблинов встретили восемь сверкающих голубым огнём магических сгустков, поочерёдно, как автоматная очередь, вырвавшихся из магического марева у соединённых завершающим жестом ладоней девушки. Яркий звездопад прочертил воздух до группы болотных дикарей и, словно сам распределив цели, разделился, врезаясь в тела всех нападающих, даже если где-то магии приходилось огибать одного противника, чтобы достать следующего.

Двое передних хобгоблинов опрокинулись, явно расставшись с жизнью, остальные словно на стену налетели, ну или дружно пропустили хороший удар в челюсть. Вся их азартная беготня наперегонки сломалась сразу, улюлюкание как отрезало, радостное порыкивание сменилось болезненными вскриками. Ну а секунду спустя их настигли стрелы Линвэль и болты Айвел.

Дальше уже было просто и привычно. Пусть волшебница всё ещё изрядно волновалась и нервничала, но самый сложный момент был позади, и, распробовав ощущение, что она может, Эндаэль взяла себя в руки и стала действовать «как по учебнику», отправляя в паникующих дикарей одно заклинание за другим. Лично мне почти ничего не пришлось делать, если не считать добивания одного ошалевшего, наполовину обгоревшего и не соображающего, где он вообще находится, недобитка, когда мы уже вошли в стойбище и он вылетел из только что подпалённой эльфийкой хижины. Айвел и Линвэль же спокойно отстреливали тех, кто пробовал удрать в болота, наглядно иллюстрируя тот момент, когда стрела оказывается быстрее.

В конце же наступил самый неприятный, как для обычного «гражданского мага», но от этого не ставший менее обязательным процесс. Вырезание беззащитной части племени. И к нему мы тоже привлекли волшебницу, хотя и не вешали всё на неё одну. Возможно, это было слишком жёстко для «книжной девочки», но лучше было сбить розовые очки с её очаровательного носика сейчас, чем потом сталкиваться с разного рода истериками или, того хуже, кинжалом или стрелой в спине от недобитого врага.

Сказать, что наша чародейка была в восторге от такого дела, было невозможно, но, стиснув зубы и немного позеленев лицом, она всё-таки прикончила несколько «некомбатантов». При этом, словно молитву, бурча себе под нос выдержки из, как я понял, бестиария, где хорошо описывались сами гоблины и все их родичи, принятые у них традиции и повадки. Ну, каждый успокаивается как может.

— Хорошая работа, — ободряюще кивнул я волшебнице, что сейчас отходила от боя и убийств.

Девушка в ответ отрывисто кивнула, с благодарностью принимая слова поддержки, но самой ей после пережитого было не до разговоров, причём настолько, что это не только выливалось в её эмоциональный фон, но и вполне проявлялось физически — плотно стиснутые губы, слишком сильно сжавшаяся на рукояти кинжала рука, ну и масса прочих мелочей.

Однако же я не мог не признать, что для первого боя держала она себя очень достойно: команды выполняла, цель достигнута, истерик нет, а некоторая зелёность лица и подрагивание рук… допустимы. В будущем пройдёт. К тому же Эндаэль — умная девочка и вполне способна понять, что такие вещи, как жалость и брезгливость, в работе авантюриста сильно мешают и, если она не сможет их преодолеть, лучше бы ей вернуться домой. Чего-чего, а здравомыслия у неё всё-таки больше, чем упрямства и гордости. Впрочем, это уже философские размышления. Пока же стоит отойти от разорённого стойбища и дать ей немного прийти в себя и пополнить набор потраченных «с привязки» заклинаний — гулять по болотам без полного и боеготового арсенала мы точно не будем.