Сокровище в пелёнках

Глава 9

Центральная площадь, на которой располагалось здание Ратуши, встретила нас густой тенью от ряда старых раскидистых лип, ароматом свежей сдобы и шоколада, что распространяла вокруг себя булочная на углу, а так же работающим фонтаном, разбрызгивающим во все стороны сверкающие на солнце капли.

Редкие прохожие, неспешно идущие в сторону рынка, при встрече вежливо здоровались, с любопытством поглядывая на хмурого градоначальника и раскрасневшуюся меня, путающуюся при ходьбе в длинном подоле платья, но лишних вопросов не задавали. Оно и понятно: мужчина, идущий впереди, казалось, мог одним взглядом сдвинуть с пути даже горы, так что заставить держать языки за зубами незадачливых прохожих, которых угораздило попасться нам навстречу, не составило никакого труда.

Высокая дубовая дверь главного входа Ратуши, украшенная золочёной резьбой, в это время оказалась запертой, в отличие от будних дней, но я даже не удивилась, когда мужчина достал ключ, спокойно повернул его в замочной скважине и шагнул в образовавшийся проём, даже не оглянувшись. Мне оставалось только последовать за ним.

В широких коридорах здания царили прохлада и полумрак. Поднявшись на второй этаж, мы остановились возле следующей двери, надпись на которой гласила, что перед нами кабинет самого градоправителя, но и этой преграды через пару секунд как и не бывало.

Рассмотрение моих документов, которое длилось уже ни один день, заняло сейчас не больше пары минут, и то они понадобились лишь для того, чтобы поставить подписи и печати на нескольких листах. Вот почему нельзя было так сделать сразу? Почему обязательно должно что-то произойти, чтобы ускорить всю эту бюрократию?

- Поздравляю, с этой минуты вы официально признаны целителем нашего города, -протянув документы, холодно произнёс мужчина. - Теперь, я могу надеяться на помощь?

- Разумеется, - кивнула я, предусмотрительно убирая бумаги в широкий карман юбки, спрятанный в складках.

- Следуйте за мной.

Путь до дома местного мэра занял довольно много времени. Я почему-то была уверена, что он живёт неподалёку от Ратуши, но мы вышли почти к окраине города, где на холме, в отдалении, стоял роскошный особняк, в викторианском стиле.

- Обычно мы живём в центре, но в свете последних событий решили перебраться сюда, -будто вторя моим мыслям, произнёс мужчина, - прошу извинить за неудобства, леди Дилайна.

Слегка поморщившись от звука теперь уже своего имени, по-прежнему режущего слух, я направилась по тропинке к воротам, когда от пристального взгляда в спину споткнулась, едва не упав, но стоило обернуться, как неприятное ощущение пропало без следа, будто его и не было. Показалось? Едва ли. Оставалось надеяться, что когда придёт время возвращаться, этого любителя подсматривать из-за кустов поблизости уже не будет. Не хотелось бы встретиться с ним лицом к лицу: уж больно неспокойно стало на душе от нахлынувшего предчувствия.

Пройдя по вымощенной светлым камнем дорожке, вдоль которой благоухали пышные клумбы, мы оказались возле центрального входа, где лорд Цермер изволил ко мне снова обернуться.

- Что бы вы ни увидели, что бы ни услышали, пообещайте, что это останется между нами,

- попросил мужчина, и та боль, что отразилась на его лице, не позволила мне отказать.

В гостиной большого дома жарко пылал камин, несмотря на тёплую весеннюю погоду, из-за чего мне тут же захотелось обратно на свежий воздух, но я заставила себя не только пройти в дом, но и остановиться рядом с большим креслом, где сидел маленький старичок, глядя потухшими глазами на огонь. На вид ему было лет восемьдесят, а может и больше, но на деле...

- Папа, ты пришёл, - прохрипел он, повернув к нам бледное лицо, и с трудом растянул губы в подобие улыбки.

Папа??? Я не ослышалась?

- Пришёл, мальчик мой, конечно же пришёл, - ответил градоправитель, и его голос предательски дрогнул, но он нашёл в себе силы справиться с собой. - Ты уже позавтракал?

- Ещё нет, не хочу есть, - наморщил тот нос.

- Ты же слышал, что сказал магистр Льюис, тебе нужны силы, чтобы бороться с болезнью,

- ласково подоткнув одеяло, покачал головой лорд Цермер.

- Слышал, - потупил взгляд малолетний «старичок», - ладно, поем. Составите нам компанию? - повернув голову в мою сторону, спросил он, с надеждой заглянув, казалось, прямо в душу. Я люблю, когда у нас гости.

Увиденное выбило меня из колеи, разметав чувства и мысли, растоптав, лишив уверенности в собственных силах. Я слышала в своём мире о преждевременном старении, но даже не предполагала, что увижу нечто подобное вживую. Когда дети выглядят как старики - это. не выносимо. Теперь я понимала, что заставило лорда отправиться ко мне на поклон -отчаяние, разъедающее душу и леденящее сердце.

- Сколько ему лет? - буквально заставила себя открыть рот, чтобы спросить, когда на зов хозяина дома вышла пожилая женщина, и ласково воркуя с мальчиком, увела его прочь.

- Десять, - от новой информации стало дурно.

Я была не готова к подобным пациентам, ни морально, ни физически, но промолчала. Одно дело - головная боль, растяжение связок и тому подобное, но совсем другое то, с чем мне пришлось столкнуться здесь. Ответственность давила на плечи неподъёмным грузом, наталкивая на мысль - отказаться, предоставить это дело более опытным целителям... Но тогда бы эти люди лишились надежды, ведь лорд ясно дал понять, что перепробовал всё. А я вряд ли бы потом смогла спокойно жить, зная, что отказалась, даже не попробовав.

- Как давно это началось? - продолжила расспрашивать, вместо того, чтобы развернуться и уйти.

- Три дня назад, - не раздумывая, ответил градоправитель, заставив меня протяжно выдохнуть и нервно провести дрожащей рукой по волосам. - Я знаю, как вам нелегко решиться, но очень прошу хотя бы попробовать.

- Это единственное, что я могу обещать, - пробормотала себе под нос, направляясь в столовую, где уже расставляли блюда на стол.

Кусок в горло мне бы точно сейчас не полез, но я заставила себя сесть напротив мальчика, который увлечённо слушал рассказ своей няни, и посмотреть на него внутренним взором, позволяя магии самой действовать дальше.

За то время, что находилась в этом мире, я уже начала привыкать к проявлениям своего дара, считая его неотъемлемой частью себя, доверяла ему, но сейчас. сейчас, я очень боялась ошибиться и сделать что-то не так.

Мой взгляд будто подёрнулся пеленой, и вместо хрупкой фигуры я увидела его энергетическую оболочку. В обычной ситуации она окружает человека ровным светящимся коконом, сейчас же передо мной были лишь жалкие остатки, похожие на рваные клочья. Но даже ни это привлекло моё внимание, а едва различимая тонкая нить, что отходила от тела и, огибая стол, тянулась к небольшой статуэтке, стоящей на резной подставке из тёмного дерева.

- Откуда у вас это? - моргнув, возвращая обычное видение мира, я ткнула пальцем в скульптурку, изображавшую странное существо - красивую женщину с крыльями и рогами.

- Подарили, - поджав губы, с раздражением ответил мужчина, похоже, считая, что вопрос был задан из праздного любопытства.

- Три дня назад? - подозрительно уточнила я, почему-то уверенная в положительном ответе.

- Да, - голос хозяина дома был похож скорее на стон, а взгляд, устремленный на вещицу, наполнился ужасом, смешанным с недоверием.

- Смею предположить, что именно после этого подарка ваш сын заболел, - произнесла я, и в комнате повисла тишина. - Можно узнать, кто даритель?

Мужчина щёлкнул пальцами и подскочивший слуга тут же подхватил на руки мальчика, вынося его из столовой, чтобы тот не услышал то, что не предназначалось для его ушей, но ребёнок даже не возмутился из-за такой несправедливости, а может, просто у него не было сил на возмущения.

- Так и знала, что от этой стервы ничего хорошего ждать не стоило, - вместо него ответила пожилая женщина, дождавшись, когда дверь столовой закроется с обратной стороны.

- Угомонись, Нинель, - отрезал лорд.

- Ну, уж нет, - решительно встав из-за стола, прошипела та. - Даже сейчас вы её защищаете, хотя в глубине души уже знаете, что именно она виновата в случившемся с нашим мальчиком. Эта ведьма приворожила вас, желая заполучить в мужья, а заодно присвоить и ваши денежки. Вы же из-за сына не стали на ней жениться? Ведь так?

- Она не могла, - в отчаянии прошептал лорд. - Ведь не могла же?

Последний вопрос был адресован мне, но ответа на него у меня не было. Тем более, сейчас гораздо больше волновало другое - как прервать магическую привязку, что высасывала из ребёнка не только силы, но и саму жизнь, иссушая тело, а так же убрать последствия. Может, просто разбить эту треклятую статуэтку?

Встав из-за стола, я направилась к подставке из чёрного дерева, желая рассмотреть вещицу поближе, но тут же замерла на месте, когда в голове раздался смутно знакомый мужской голос: «Разбив статуэтку, ты погубишь мальчишку, но я знаю, что нужно делать. Готова слушать?».

Мда-а, похоже, я переутомилась за эти дни гораздо сильнее, чем думала, если мне уже днём мерещится голос из сна. Такими темпами скоро самой понадобится помощь. Жаль только, что в этом мире нет врачей психиатров. Хотя, какой врач? Я вроде как сама целительница, но что-то от этого не легче.

«Закончила себя жалеть? - усмехнулся мой ночной кошмар. - Тогда слушай и запоминай, что нужно делать...»

Доверять непонятно кому, я не собиралась, но чем дольше меня консультировал этот голос, тем чётче становилось осознание того, что он прав.

Пока лорд Цермер сосредоточил всё своё внимание на выяснении отношений с няней, я принялась за работу, почувствовав, наконец, ту уверенность в себе, которой, сегодня, мне так не хватало.

Не знаю, сколько времени в итоге я провела в доме градоправителя, ведь это понятие для меня просто переставало существовать, когда я занималась целительством, но результат того стоил, поскольку по завершении работы вместо маленького старичка за столом уже сидел десятилетний мальчишка, с аппетитом уминая любимый пирог, приготовленный специально для него.

Я чувствовала себя выжатой как лимон, но от этого не менее счастливой, ведь у меня всё получилось! Правда, заслуга в этом была не только моя, но и моего невидимого помощника, которого, в порыве радости, я даже попыталась мысленно поблагодарить. Увы, на мою попытку он так и не откликнулся.

- Время уже позднее и я вызвал для вас экипаж, чтобы не идти пешком. Если вы, конечно, не возражаете, - выдернул меня из раздумий лорд Цермер.

- Не возражаю, - устало улыбнулась я, - спасибо!

- Это вам спасибо, леди Дилайна, огромное-преогромное спасибо. Теперь я ваш должник, так что если понадобится моя помощь, не стесняйтесь, обращайтесь.

Распрощавшись с хозяином дома и его сыном, я вышла на улицу, уставшая, но довольная. На небе бледнели последние отблески заката, погружая всё вокруг в сгущающиеся сумерки, поэтому стоявшему рядом со ступенями экипажу я очень обрадовалась, и даже не соизволила посмотреть на кучера, пребывая в расслабленном состоянии и уверенности в том, что нахожусь в полной безопасности.

Только вскоре я пожалела, что села в этот экипаж.

**Эйден Бреннар

Эта женщина стала моим наваждением. Каждую ночь я приходил в детскую, уверяя себя, что хочу проведать дочь, убедиться, что с ней всё в порядке, а сам часами смотрел на спящую Диану, любуясь её чертами, её женственностью, её улыбкой, от которой на щеках появлялись милые ямочки.

Мне приходилось тратить много сил, чтобы держать покров невидимости... И всё ради чего? Ради того, чтобы как нашкодивший щенок прятаться в тени? Я злился на себя, на неё, на весь этот мир, но раз за разом шёл в тот дом, чтобы побыть рядом с девочками, которые заняли место не только в моей жизни, но, похоже, и в моём сердце.

Только с ними я чувствовал себя словно в кругу семьи, ощущал тепло и уют, но это казалось насмешкой судьбы, ведь прожив столько лет в своём мире я так и не встретил ту, что затронула бы невидимые нити моей души, но стоило увидеть её.

Поразительно, как по-разному можно относиться к людям на первый взгляд совершенно одинаковым, но Дилайну я ненавидел, а Диана манила меня с каждым днём всё сильнее. Она была идеальной матерью для моей дочери, и могла бы стать хорошей женой. Вот только не мне.

От одной только мысли, что кто-то другой будет касаться её губ, меня накрывало штормовой волной неконтролируемой ярости. И это пугало больше всего. Невероятно, но факт. Я хотел счастья для этой женщины, но не мог дать его сам, и тем более не мог позволить сделать её счастливой кому-то другому. Вот такой парадокс.

Какие только мысли не возникали у меня в голове за то время, что я находился рядом с ней, но никогда не позволял себе лишнего, кроме того единственного поцелуя, после которого и потерял покой.

Вот и сейчас, не в силах сидеть в таверне, где снимал комнату, чтобы быть поближе к Диане, вернее, к дочери, я прогуливался по берегу озера, к которому вела тропинка из их сада. Задумавшись, сам не знаю как, оказался в тени яблонь, откуда открывался прекрасный вид на порог её дома, и как раз вовремя, чтобы заметить приземистого лысоватого мужика, топтавшегося там, наглого и бесцеремонного, судя по тому, что Ди не спешила его впускать.

Затея с целительством мне не нравилась категорически, но вмешиваться в жизнь Дианы я не собирался, а вот просто приглядеть за ней позволить себе мог. Чем, в принципе, сейчас и занимался. Исключительно ради её безопасности, а вовсе не из-за ревности или любопытства. По крайней мере, именно так я себя убеждал, незаметно следуя за девушкой и тем самым приземистым мужиком по тихой улочке к зданию Ратуши, а после через весь город к окраине.

Там, в богатой усадьбе, девчонка чуть не совершила ошибку, пришлось нарушить принципы и помочь, правда, это стоило мне почти всех сил, поскольку держать полог невидимости и одновременно общаться мысленно - слишком энергозатратно, но это того стоило. Видеть счастливую улыбку на её губах оказалось очень приятно, но как бы мне не хотелось остаться и насладиться полученным результатом, я должен был уходить. Полог невидимости мог раствориться в любой момент, а открываться я пока не собирался: слишком уж хорошо помнил тот ужас, что вызывало в её глазах одно лишь упоминание обо мне.

Кстати, что-то мне подсказывало - вредная хранительница рода о моих ночных бдениях возле кровати Дианы догадывалась, но по какой-то неведомой мне причине молчала, совершенно не препятствуя. Вот точно, никогда не знаешь, что у женщин в голове, и эта аксиома неизменна для любого возраста - двадцать им лет, тридцать, или три тысячи.

Открыв портал в свою комнату, я сразу завалился на кровать, даже не сняв сапоги, и тут же заснул, поскольку истощённый организм требовал отдыха. Проснулся уже в сумерках будто от толчка. Меня что-то разбудило, и лишь окончательно продрав глаза, я понял, что именно, вернее кто.

- Вставай, нужна твоя помощь, - в углу, едва различимой тенью, застыла старушка, хранительница рода, и та тревога, что промелькнула в её глазах, заставила в тот же миг вскочить на ноги.