Сказочные лабиринты

Глава 3 Новые возможности и новые печали

Вблизи от Великого Духа Пустоты тянуло такой чуждостью и мощью, что у Максима перехватило дыхание. Однако время поджимало, и парень, взяв себя в руки, направил необходимое количество энергии на активацию свитка. Тело слегка напряглось: все-таки не каждый день приходится прокачивать десять тысяч парсов через свою ауру. Именно такой была цена активации свитка Конденсации Сути.

Пергамент полетел на землю, вспыхнули яростным светом линии изображенной схемы, и из поверхности свитка вырвались тонкие сияющие цепи. Они по очереди начали впиваться в силуэт духа, пробивая его насквозь или оборачиваясь вокруг. От скованной цели раздался резкий, неприятный, но еле слышимый звук, вынуждающий кости вибрировать, а нервы — взрываться болью.

Макса скрючило, как осьминога на раскаленном противне. Противно заныли сразу все зубы. Свиток же продолжал выбрасывать из своих мистических недр все новые и новые цепи, превращая Духа в плотно спеленутый сияющий кокон. Эрледэ тем временем отменил удерживающие духа корни и с интересом наблюдал за процессом. Звук прекратился, Максим, кряхтя, как старик, поднялся с земли и тоже следил за последними аккордами действия свитка.

Цепи вдруг резко сократились, сжимая духа еще сильнее, и в три секунды затянули кокон в свиток. Финальная вспышка — и вот вместо свитка на земле лежит квадратный кусок пергамента с сильно изменившейся схемой, в центре которой неярким светом переливалась руна, символизирующая «желудок».

Парень, не торопясь, подошел к куску пергамента, поднял, аккуратно свернул и спрятал. Он ясно отдавал себе отчет в том, скольких бы усилий ему стоила самостоятельная добыча такого уровня. Великий Дух — это вам не это! Это, скорее, как лотерейный билет, где девять из десяти вариантов выигрыша будут смерть или увечья. Плюс время, потраченное на поиски. Плюс время на подготовку. Куча нюансов, которые походя решил старый сидхе, высокомерно проигнорировав любые подручные средства и задавив Великого Духа тупо силой. Макс бы так не смог. И подобная демонстрация его неслабо угнетала.

«Я живу среди жутких существ, — поежился он, невольно вспоминая произошедшее. — Один этот чертов дед чего стоит… А Харитон! А мой бонусный планар в Башне. Вроде как в довесок достался, однако его опыт и потенциальная сила даже в таком жалком виде и то подавляют. Нет, нафиг! Надо становиться сильнее».

— Ну как ощущения? — поинтересовался сидхе лукаво. — Понравилась охота на высших духов?

— Это была не охота, а избиение, — не согласился Максим. — Теряюсь в предположениях: а какова твоя истинная мощь? Младших богов сокрушаешь? Или это — уже пройденный этап, и ты перешел на просто богов?

— Не мой Путь, — коротко ответил Эрледэ. — Я не отнимаю жизни.

— И то хлеб, — согласился Максим. — Я б тоже не отнимал, однако они все лезут и лезут…

— Остановись, говорун, — недовольно произнес старик, подходя ближе. — Иди к себе, вживляй новый орган, а потом приходи. Надо будет сделать так, чтобы обретенные силы усвоились правильно. Потом покажу пару конструктов для Пустоты, и тебе останется только тренироваться и выполнять наше соглашение… Тоже своего рода тренировка.

Максим согласно прикрыл глаза.

— Сам отсюда выберешься? — поинтересовался сидхе. — Дорогу сюда я тебе показал, вроде, должен найти путь. Тем более ходить на Изнанку Иномирья тебе в ближайшее время придется много.

Парень прислушался к себе, ушел в Сдвиг на мгновение и тут же отменил способность.

— Да, проблем не будет, — подтвердил он.

— Вот и славно. Давай тогда, до скорой, надеюсь, встречи, — попрощался старый сидхе и рассеялся в воздухе роем блеклых светлячков.

С Изнанки Макс вывалился самостоятельно и тут же использовал браслет для переноса в Башню. Затягивать триумф не хотелось. Все необходимое для стабилизации себя после операции он уже подготовил, оставалось только снять броню и запустить процесс.

Броня отправилась на стойку, остальная одежда на стол. Флаконы с Кровью Духа стояли в шаговой доступности, там же притулилась еще какая-то восстанавливающая алхимия и пузырь с заготовкой под Эссенцию Жизни. Духовной силы у Макса было, как у дурака фантиков: недооценил он в свое время систему, придуманную для сокрытия видимой в ауре силы. Артефактный накопитель постоянно и вдумчиво откачивал энергию из ауры, поглощая строго определенный процент. Любая вылазка в Иномирье форсировала генерацию духовной силы в разы, что в итоге забивало накопитель с космической скоростью. Парень трижды менял артефакт на более емкий, чтобы прийти к тому произведению искусства на почти триста тысяч парсов, что висело у него на поясе. А уж сколько это ему стоило сил и средств — вспомнить страшно! Старые накопители Максим тоже оставил, используя как дополнительные кошельки, когда надо было купить что-то существенное.

И вот приготовления завершены. Остался последний шаг. Кусок пергамента с запечатанной в нем сущностью Великого духа Пустоты лег на постамент, Максим встал в центр ритуальной схемы и мысленно активировал нужную ему часть. Тело охотника воспарило в воздух, засиял наполняемый духовной силой алтарь, а сознание плавно погасло. Таинство началось!

«Хорошо, что это в последний раз, — подумал Макс, постепенно приходя в себя. — По крайней мере, по своей воле. Преотвратительнейшие ощущения!»

Он очнулся уже лежа на полу, разбитый и слабый, почти как тогда, год с лишним назад. Тело периодически сотрясали спазмы боли, зрение туманилось. Глаза, как всегда в критических ситуациях, подсвечивали зеленым полезные в данный момент объекты: батарею алхимии на столе и на полу у стола. Готовясь, Максим справедливо предположил, что, возможно, встать с пола сразу ему будет несколько затруднительно.

Перекатившись к краю ритуальной схемы, парень ухватился за флакон с Кровью Духа и в один долгий глоток опорожнил его.

Резко полегчало.

Далее настала очередь фляги с укрепляющим и тонизирующим отваром. Организм потихоньку наполнялся силой. Слабость отступала, спазмы боли почти пропали, напоминая о себе только небольшим периодическим тремором. От желудка шло странное чувство — не голода, а какой-то пустоты. Как после промывания. Неприятные воспоминания.

«Пустота в желудке фигурально и реально, — хмыкнул про себя Максим. — Жизнь порой играет смыслами куда лучше стендаперов».

Резко захотелось жрать. Именно так: бескомпромиссно уничтожить килограмм какой-нибудь еды, без оглядки на состав и вкус. Парень прислушался к себе чуть внимательнее, пытаясь понять, реальная ли это потребность или новый дар выкобенивается? Оказалось, что и то и другое. Макс не стал долго размышлять, а поднялся и направился к себе в комнату, где уже был приготовлен запас еды на всякий случай. Было у него такое впечатление, что мясо, хлеб и сыр не окажутся лишними после манипуляций с желудком. Пусть и с метафизической его частью.

Кусок сырокопченого окорока, буханка хлеба и прочая снедь были уничтожены за жалкий десяток минут. Подкрепившись, Максим отправился обратно в ритуальный зал, создал и сразу употребил Эссенцию Жизни, а после, одевшись и экипировавшись, перешел обратно в Иномирье, на встречу с Эрледэ.

Было в этой спокойной обыденности действий что-то умиротворяющее. Никаких прорывов и превозмоганий, никакого боя на грани, просто рутинный процесс без сложностей, без выплывающих из ниоткуда подводных камней и прочих форс-мажоров, без постоянного цейтнота. Легко, логично и по плану, как пересадка волос в Турции. Максима же, однако, это настораживало. Возникало периодически такое ощущение, что он едет по кем-то проложенной колее, туристическому маршруту, где любая неожиданность уложена в рамки статистической погрешности: редкие способности, межпространственное логово с кучей полезного, а иногда и уникального материала, обучение у Мастера Жизни, столкновения с хаоситами, бои на грани и помощь от Серого Ордена. Теперь вот третий дар. Вроде, и докопаться не до чего, потому что претензия «что-то слишком легко» без доказательной базы — и не претензия вовсе. Легко? Повезло, значит! Живи, радуйся и будь благодарен. Другим вот так не повезло.

Максим, впрочем, благодарен был, но не от всего сердца. Взращенное всей его предыдущей жизнью понимание твердило, что за такие дары судьбы придется платить. Причем непонятно, сколько и когда. Одно только успокаивало — если кукловоды существуют, рано или поздно они себя проявят. Нужно просто подготовиться, в том числе и так, чтобы никто, абсолютно никто: ни Харитон, ни Иезекииль, ни Эрледэ, ни орденцы, ни даже сам Алексей Сергеевич, хранитель всея слухов и сплетен, не были в курсе этой подготовки.

И первый кирпичик в данную концепцию уже был положен. Эрледэ явно не знал про то, что в последней каверне будет такой подарок, как молодой демон-аристократ. Ну или сын богатого торговца, в чем парень сомневался. Нуворишей и их детей он повидал немало и не думал, что отличия в поведении представителей разных рас будут существенно отличаться. А вел себя тот демон как кто-то, кто привык повелевать по праву рождения. Макс видел, а скорее даже ощущал своей натренированной на переговорах с разными неприятными дельцами чуйкой, что Эрледэ не обрадовал факт наличия защитной клипсы и обнаружения ее воздействия. Но еще больше бы сидхе не обрадовался тому фолианту, который парень приволок от демона и не стал показывать вообще никому, даже Иезекиилю. «Концепция развития духа и сопряжения души и разума», написанная на иелле и представлявшая собой явную компиляцию исследований как демонов, так и планаров Порядка, судя по диаметрально разной риторике отдельных частей.

Макс пробежался по верхам, но даже то, что он увидел, уже дало понимание, что в его руки попало истинное сокровище! Он подозревал, что, обладая подобными знаниями, можно проделывать как раз те операции с духом, что проделал ранее и собирался повторить сегодня старый сидхе. И было четкое понимание, что учить подобному его никто не собирается. А быть зависимым от прожившего хрен знает сколько тысячелетий разумного — история не про Максима. Вообще не про Максима, черт побери!

Но все это после визита к Эрледэ. Пока надо, чтобы тот «поправил» что-то, и тут Макс придерживался принципа, что такой актив, как он, не будет нарочно повреждаться. Скорее всего, его будут держать на поводке незнания, не показывая власть, но четко направляя. И, увы, пока правила игры таковы, что надо подчиняться. Парень в любом случае получает сейчас существенно больше, чем отдает.

Сидхе ждал в условленном месте. Молча оглядев охотника, он подошел ближе и сильно ткнул пальцем в лоб. Макса, как и в прошлый раз, повело, но сейчас процедура оказалась совсем другой. Выскочившие из земли корни оплели и зафиксировали парня. Тот было ушел в Сдвиг, но это не помогло.

— Тише, тише! Не дергайся! Я объясню, что происходит, — произнес сидхе, обходя кругом композицию «Максим и дендро-шибари». — Пустота — непростой дар. Четверо из пяти носителей, пробудивших его, погибают в течение недели. Половина из выживших — в течение года. Пустота антагонистична материи, а мы, увы, в первую очередь состоим из нее, а уже потом, на более глубоком уровне — из энергии.

— А сразу об этом предупредить было никак? — кривясь произнес Макс, пытаясь поудобнее устроиться в захвате корней. — Я так понимаю, есть способ избежать моей мучительной смерти?

— Не хотел тебя заранее пугать. Ты мог бы отказаться принимать такой дар, — ответил Эрледэ, остановившись перед Максимом.

— Понятно, манипуляции… Что еще ждать от таких реликтов! — зло сплюнул парень.

— Успокойся! Тебе ничего не угрожает. Именно тебе, даже без моей помощи, смерть от этого дара не суждена, — сидхе, прищурившись, рассматривал что-то на теле Максима, продолжая свою речь. — Твой дар Жизни, несмотря на его чуждость, очень силен. Он хорошо ассимилировался и мощно развился, почти в половину от мощи реципиента. Он-то и не дал бы телу умереть. Но я полагаю, тебе будет неприятно постоянно терпеть боль от воздействия Пустоты, а до полной адаптации так бы оно и было… И тут уже мой выход.

Что сделал старик, Макс не увидел. Какое-то слитное и резкое движение, сначала наполнившее тело болью, которую в следующий миг смыла теплая волна удовольствия. Парень дернулся в путах и затих, прислушиваясь к новым ощущениям.

— Вот и все, — прокомментировал Эрледэ, щелкнув пальцами. Путы опали, а охотник кулем свалился на землю.

— Я сделал так, чтобы духовная сила, исходящая из средоточия Пустоты, поступала не сразу в духовное тело, а частично смешивалась с энергией от средоточия Жизни, — продолжил говорить он, прогуливаясь туда-сюда мимо приходящего в себя Максима. — Так твое тело сможет спокойно привыкать к новой силе, не повреждаясь сверх меры. К тому же у тебя пропадут типичные рефлексы адептов Жизни, которые, как по мне, только мешают любому делу.

— Это какие такие рефлексы? — прохрипел Макс, принимая сидячее положение.

— Замечал же, наверное, иррациональное желание помочь любому, кто рядом с тобой мучается от какого-то недуга? — поинтересовался Эрледэ.

— Да, постоянно.

— Вот это оно и есть. Заемный дар стал превалировать над врожденным, отсюда и подобные реакции. Сейчас такого уже не будет, новая сила поможет скорректировать влияние Жизни. Будешь думать своими мозгами несколько чаще… Хотя кому я это говорю⁈ — патетически спросил сидхе, глядя на небо.

— Вот только не надо поклепов и дешевого пафоса, — произнес Максим, поднимаясь. — Не от существа, которое вместо того, чтобы нормально проговорить все детали и сделать дело так, как делают адекватные люди, занялось какими-то доморощенными интригами.

— Прошу прощения за это, — склонил голову сидхе. — Но мне показалось, так будет быстрее и проще. Так и получилось в сущности, но от тебя идет негатив, к сожалению, обоснованный. Впредь буду давать тебе полную информацию по поводу наших дел.

«Ага, как же, индюк доисторический!» — подумал охотник с досадой, однако вслух сказал:

— Проехали. Спишем на притирку в отношениях.

А потом испугался, вспоминая, что ментальная защита, какая бы она ни была крутая, не идеальна. Поверхностные мысли могут и прорываться.

Эрледэ покачал головой. По всей видимости, безмолвное хамство парня осталось только его достоянием.

— Как ощущения? — поинтересовался он. — Лучше?

— Существенно, — подтвердил Максим, — можно приступать к тренировкам?

— Нет, неделю, не меньше, будешь адаптироваться. Медитируй, тренируй тело, но новый дар не трогай! — сидхе даже ногой притопнул. — И вообще, духовной силой пореже пользуйся, не выше второго круга манипуляции… Не то чтобы обязательно, но период адаптации затянешь.

— А теперь — небольшая лекция по поводу твоего нового дара… — продолжил он, заняв свое обычное сидение из корня.

— Слушай, а почему ты, сидхе Духа, постоянно пользуешься растительной магией? — спросил Макс, устраиваясь на камне напротив.

— Потому что все это древесный дух делает, — невозмутимо ответил старик. — Не перебивай, пожалуйста. Так вот, немного теории. Ты же проходил в Коллегии такую вещь, как коэффициент воздействия?

— Разумеется, база же, — подтвердил Макс. — Нейтральное взаимодействие — единица. Антагонисты — ноль пять на ноль пять — это вода с огнем или свет и тьма, поглощающие взаимодействие; ноль восемь против один и два — это ветер, земля и так далее. В целом довольно логичная система, запомнить просто.

— Так вот, коэффициент нейтрального воздействия у Пустоты — два ровно. Коэффициент в случае с энергетической природой противодействующей силы сохраняется на уровне «два», в случае взаимодействия с материей — увеличивается до уровня «четыре».

— Это как это? — опешил парень. — То есть я в какой-нибудь огненный щит буду бить с двойной силой, а по ледяному четырехкратно?

— Да, — подтвердил Эрледэ, — шикарно, правда? Но есть и минусы. Пустотой не защититься. Любой щит на ее основе материальное тело просто пройдет насквозь, а энергия будет нейтрализована с коэффициентом «два», но сопутствующая материя останется. Поскольку семь из десяти атакующих конструктов имеют в основе своей материю, то эффективность такой защиты можешь себе представить.

— Не понял, — почесал голову Максим, — как тогда реализуется атака по материи, если щит из Пустоты абсолютно для нее проницаем?

— Пустота — это то, из чего состоит все вокруг, наравне с энергией и материей. Она капризна и слабоуправляема. Потому что пустота — суть того, чего нет. Ты можешь лишь на считанные мгновения взять над ней контроль, этого достаточно, чтобы разрушать, но крайне мало для защиты. Базовый атакующий конструкт Пустоты называется Росчерк. Он проявляет пустоту в виде плоскости внутри цели, тем самым разрушая ее. Ты на мгновения берешь управление над небольшим объемом пустоты, фактически стирая молекулярные связи в материи, а иногда частично и атомарные. Выделяемая энергия дополнительно влияет на цель, разрушая ее еще сильнее. Вот в чем мощь Пустоты! — пафосно завершил сидхе.

— Какая-то псевдонаука, — пробормотал Макс, вспоминая то, что было успешно забыто из курса школьной физики и пары научпоп-программ.

— Ты путешествуешь между слоями пространства, про которые наука даже и не в курсе, искажаешь метрику с помощью силы мысли и лечишь прикосновением, — с иронией глянул на него Эрледэ. — Где там твоя физика? Или еще какая наука? Сплошной солипсизм и игра воображения. В твоих руках теперь сила, которую можно использовать исключительно для атаки, причем с максимальной эффективностью. То есть там, где ты раньше без четкого плана уже трижды умер бы, сейчас сможешь пройти на голой силе, не ухищряясь, как обычно. И не прибегая к использованию энергии веры, что, согласись, несколько увеличивает твою автономность.

— Угу, — только и осталось ответить Максиму.

— Вот тебе и угу. Через неделю приходи сюда же, помогу с начальными конструктами и упражнениями. Определим заодно, насколько быстро сможешь освоиться. Демоны не ждут.

— И вам до свиданьица, — прокомментировал Макс очередное исчезновение со спецэффектами. Он знал, чем будет заниматься в ближайшее время, помимо медитации: «Концепция развития духа» ждала своего нового владельца.

В Башню Максим переместился не напрямую, а через реальный план. Было у него подозрение, что прошлая романтическая встреча одной огненной бабочкой не воспринималась как последняя.

Проверил телефон.

«Привет. Спасибо за чудесный вечер!» — гласило первое сообщение в мессенджере.

Спустя полчаса следовало еще одно:

«Можем повторить, если соберешься».

«Вижу, ты не сети, напиши, как будешь онлайн», — третье спустя еще час.

«Все-то у нее в крайностях, — подумал Макс, строча ответ. — Дитя цифровой эпохи».

«Привет! Был на задании. С удовольствием повторим, но попозже. Освобожусь через десять дней, пока буду недоступен».

«Привет! Хорошо, поняла, жду звонка. Целую!» — и целая пригоршня смайликов различного вида после каждого слова.

Макс усмехнулся по-доброму, выключил телефон и отправился в Башню.

«Концепция развития духа и сопряжения души и разума» вызывала уважение вперемешку с раздражением. Составлял ее какой-то разумный, не относящийся ни к демонам, ни к планарам Порядка напрямую, однако имеющий доступ к знаниям с той и с другой стороны. Неизвестный, создавший эту компиляцию, не заморачивался переосмыслением, а просто выдергивал целые абзацы из различных трудов, изредка комментируя цитируемое. Рядом на широких полях пестрели заметки, уже составленные явно демоном, судя по тону и отношению к некоторым изложенным концепциям.

Суть фолианта сводилась к следующему: существо, обладающее духом, способное к оперированию духовной силой, может модифицировать и развивать его. Существо же, обладающее еще и душой, способно выйти на другой уровень бытия, развивая оба этих аспекта и синхронизируя их через свое сознание. Демоны, от природы лишенные души, имели наработки по таким тренировкам в связи с тем, что могли эти самые души получать от других существ насильственным методом. На этом моменте Макса сильно так скривило. Работа с чужой душой против воли ее обладателя — это что-то за гранью добра и зла!

Авторы (что рогатые, что крылатые) выделяли три основных элемента системы: сознание, дух и душа. В первоначальном состоянии, при рождении разумного, связи между этими элементами были не сильно прочные и односторонние, дух здесь — проекция души в теле, сознание — проекция души в самом процессе мышления. По мере проживания жизни эти связи укреплялись и иногда приобретали новые функции, однако недостаточно быстро. И демоны, и планары проводили исследования по укреплению и расширению этих связей, что в конечном итоге даровало увеличение сил, способностей и возможностей разумного. Самое базовое изменение, которому нужно подвергнуть все три нематериальных компонента своего Я, — это соединить их в замкнутую систему, по которой в дальнейшем можно циркулировать духовную силу.

Душа в этой системе выступала неким фильтром-обогатителем, улучшая качество духовной энергии, что благоприятно сказывалось на росте сознания и духа. Душа — тот элемент, который позволяет разумным генерировать энергию веры. В предложенной концепции эти силы направлялись на собственное развитие.

Что такое fidei essentia, так сказать, «в натуре», Макс ощутил на своем опыте, поэтому даже частичного понимания потенциала этой энергии ему хватило, чтобы твердо решить использовать описанные методы. Демоны брали чужие души, заключенные в артефакты, и использовали как внешнюю «почку», проводя энергию между своим сознанием, духом и артефактом. Планары же подобным не страдали, однако натаскивали всех полукровок, обладающих душой, по аналогичной методике и разрабатывали групповые медитации, где уже сам одухотворенный индивид являлся медиатором для улучшения товарищей.

«Чудные дела творятся… И ведь не скажешь, что какая-то подневольная тема. Хотя сам по себе Порядок — сплошная подневольная тема, — подумал парень, перечитывая абзац про практики Порядка. — Не мытьем, так катаньем».

Далее в фолианте описывалось несколько способов по созданию этих самых связей, в одном из которых Максим с удивлением опознал практики сноходчества. Ну да, то самое Вместилище сознания — это, собственно, сознание и есть. Разум — как тонкое тело, которое сноходец наполнял духовной силой и направлял Волей. Мозг отчаянно гудел, стараясь переварить новую информацию. Ее не то чтобы было много, просто она открывала действительность с такого угла, с которого парень на эту самую действительность ни разу не пытался смотреть.

Разговор с духом предполагал во время медитации выделить в воображении свой дух как отдельное существо и пытаться его изучить, внимательно рассмотреть, познать. Десять листов сумбурных описаний, как это сделать, примечания на полях, порой проясняющие некоторые моменты, а порой запутывающие еще сильнее.

Созерцание ядра же — аналогичная практика, только направленная на душу. По информации из фолианта, две этих медитации через некоторое время дают пользователю возможность обмениваться энергией со своими тонкими оболочками. И если первая больше направлена на поглощение, так как дух — это генератор духовной силы, то вторая — на отдачу. Только укрепив как надо эти связи, практикующий может с помощью воли настраивать прямой обмен между духом и душой. А замкнув круг — вступает на долгую дорогу самосовершенствования.

Книга содержала еще несколько методов, но Максим, немного разобравшись, их отверг. Ни Порядок, ни Хаос не давали практик, которые можно было бы применить без вреда психике или тонким телам. Парень очень хорошо запомнил ощущения, когда он как-то случайно впустил в свою ауру энергию Порядка. Это было больно. Очень больно! Поэтому, несмотря на кажущуюся простоту метода, предложенного крылатыми, экспериментировать с ним он отказывался. Методика же сноходцев была донельзя долгой и утомительной, хотя и развивала именно Сознание. Ее Макс приберег на потом, справедливо полагая, что в итоге для лучшего эффекта тренировать придется все три метафизические составляющие.

Просидев почти до ночи и порядочно загрузившись, парень все-таки решил попробовать первым именно Разговор с духом. Шутка ли: его дух сейчас — это некое чудовище Франкенштейна, целых три инородных фрагмента вживлено! Но именно это — основной источник сил Максима, с ним и надо разбираться в первую очередь.

Медитация не давалась. Создать в равновесие, остановить внутренний монолог, обратить взгляд внутрь себя — все эти шаги парень проделывал неоднократно много раз. Медитации — основа почти всех внутренних техник Пути Силы. Ощутить биение духовной энергии, представить себе потоки внутри и прочая, прочая, прочая… Все это было знакомо. А вот выделить свой дух как отдельный объект, вне тела и вне сознания, было сложно. Практически невозможно. Максим даже умудрился напрячься и вспотеть, хотя, казалось бы, как это можно сделать во время расслабляющей практики. Только он начинал визуализировать, как исчезает его тело, оставляя силуэт духа, окруженный аурой медленно, но неостановимо текущей духовной силы, в котором угадывалось яркое биение средоточия Жизни, темная точка средоточия Пустоты и бледно-золотистые Божественные Глаза, как охотника сразу вышибало из медитативного состояния. Столь быстро и решительно, что чувствовалась за этим незримая чужая воля.

Одна попытка, две, три, пять. Шестая тоже завершилась бесплодно, однако седьмая закончилась частичным успехом. Силуэт духа в представлении Максима обрел плотность, заполыхал силой, а потом открыл глаза. Вспышка! В сознании запечатлелся краткий миг узнаваемого узора на радужке, сияющего ярким нестерпимым светом, а потом Макс очнулся от удара затылком об пол.

— Вот и поговорили, — пробурчал он ошарашенно. — То есть квартирант поневоле не особо горит желанием общаться с владельцем недвижимости. Такие расклады нам не надо.

И продолжил попытки наладить контакт или хотя бы для начала выдержать давление, оказываемое собственным духом. Без внезапных впечатляющих результатов, но медленно и верно наращивая тот период, что он мог созерцать свое тонкое тело в совокупности, сопротивляясь силе, исходящей из глаз собственного духа, Макс постепенно продвигался вперед.