Системный рыбак – 4

Глава 4

Я пожал плечами и спокойно встретил его взгляд.

— Одежда делает человека только в глазах тех, кому больше не на что смотреть.

Эдриан фыркнул так громко, что швеи на мгновение замерли с иголками в руках.

— Рассуждения неудачника, — протянул он с ленивым презрением. — Оправдание для тех, кто не может позволить себе ничего приличного.

Ну, началось. Я мысленно вздохнул, разглядывая блондина с его тщательно уложенными волосами и церемониальным халатом, который стоил, наверное, больше, чем весь мой улов за месяц. Золотая молодёжь: наглая, бестолковая и до абсурда уверенная в собственной исключительности. Я на таких ещё в прошлой жизни насмотрелся. Сынки богатых родителей, которые путают папины деньги с личными достижениями.

Таких нужно сразу ставить на место, иначе они решают, что им всё позволено.

— Если тебе так важна одежда, — сказал ему спокойно. — значит, больше гордиться нечем. Убери шёлк и золотые нитки, и что останется?

Эдриан побагровел, его ноздри раздулись, а глаза сузились до щёлок.

— Останется суть, — процедил он сквозь зубы. — Я практик, деревенщина. Наследник Дома Вайтов. А ты… — он скривился, словно увидел что-то неприятное на подошве своего сапога. — Как вообще какой-то деревенский червь смеет разговаривать со мной в таком тоне?

— Наверное, потому что я тоже практик, — уверенно ему ответил.

Блондин замер, на лице проступило недоверие.

— Ты? Практик? — он оглядел меня с ног до головы, задержавшись на стоптанных сапогах и простой куртке. — На каком уровне культивации?

— Ты, видимо, совсем недалёкий, — покачал я головой, позволив себе лёгкую усмешку. — Амелия же сказала, что я её спутник на празднование. А раз минимальный проходной уровень для участия это шестой уровень Закалки Тела, то… — я развёл руками. — Это же не сложно, да? Впрочем, если тебе нужно подтверждение, я с радостью его предоставлю.

Все взгляды устремились на меня. Швеи застыли с булавками в руках, пухлая женщина в цветастом переднике приоткрыла рот, даже помощники перестали суетиться.

Я поднял правую руку, сжал пальцы в кулак и медленно, демонстративно выпрямил средний палец вверх. Потянулся к бурлящему потоку силы, который теперь постоянно ощущался внутри, и направил тонкую струйку энергии наружу.

На кончике вздёрнутого среднего пальца сгустилась капля духовной энергии.

Она мерцала мягким золотистым светом, маленькая, с рисовое зерно, но плотная и стабильная. Я удерживал её без усилий, позволяя всем присутствующим как следует разглядеть.

Швеи ахнули и отшатнулись. Одна выронила катушку ниток, и та покатилась по полу, разматываясь серебристой дорожкой.

Эдриан побледнел. Потом краснота снова залила его лицо, от шеи до корней волос. В его глазах вспыхнула ярость. Я видел, как с трудом ему даётся контроль. Сам факт того, что «оборванец» способен управлять энергией, явно не укладывался в его картину мира.

Краем глаза заметил, как Амелия на меня смотрит. В её взгляде читалось что-то странное. Удивление? Словно она видела меня впервые и пыталась понять, кого на самом деле пригласила.

Я же разочарованно хмыкнул. Похоже, местные не понимали значения жеста со средним пальцем, а жаль. Сила момента утрачена наполовину.

Эдриан шагнул вперёд и свёл руки перед собой. Между его ладонями начала сгущаться энергия. Густая, тяжёлая, с оттенком тёмной бронзы.

Атмосфера в мастерской изменилась мгновенно. Швеи вскрикнули и бросились к стенам, прижимаясь к рулонам ткани. Пухлая женщина побелела и попятилась к задней двери.

Ну и что теперь? Драка прямо посреди портняжной мастерской?

Я не двинулся с места, стоял и смотрел на него, позволив своей капле энергии медленно впитаться обратно в палец. Если этот золотой петух хочет устроить представление перед швеями, то это его выбор.

За себя я не переживал, если парень перейдет границы, то у меня есть чему его удивить.

Резкий хлопок разорвал тишину и до этого дело не дошло.

В дальнем углу зала, словно из воздуха, появился человек.

Седоусый старик с острым, как бритва, взглядом. Широкие плечи, прямая спина, аккуратно подстриженная борода. На нём был простой тёмный камзол без украшений, но что-то в его осанке говорило о власти яснее любого герба.

— Молодые люди, — произнёс он, и его глаза, холодные как зимнее небо, скользнули сначала по Эдриану, потом по мне. — Позвольте напомнить вам о правилах нашего заведения. Никаких драк и ссор. Если кто-либо нарушит это правило, нарушитель и вся его семья навсегда лишатся права переступать порог мастерской Шепардов.

Эдриан сжал кулаки. Энергия между его ладонями дрогнула и начала рассеиваться, таять, как туман под лучами солнцем.

— Разумеется, мастер Родерик, — он склонил голову, и в его голосе появились почтительные нотки.

Старик перевёл взгляд на меня. Я ответил легким кивком, меня всё устраивало, ибо правила я нарушать собирался только при прямой угрозе жизни.

Швеи начали понемногу возвращаться к работе, бросая на нас настороженные взгляды. Пухлая женщина в цветастом переднике подобрала оброненную катушку и вновь засуетилась вокруг халата Эдриана, хотя руки у неё заметно дрожали.

Старик повернулся к Амелии, и его лицо смягчилось.

— Госпожа Флоренс, — он слегка склонил голову. — Рад видеть вас снова. Ваш заказ готов. Позвольте проводить вас в гостевую комнату, я присоединюсь через несколько минут.

Амелия кивнула, и к нам подошёл молодой помощник в строгом тёмном фартуке. Он жестом пригласил нас следовать за собой, и мы двинулись к боковой двери, оставляя Эдриана под присмотром швей.

Гостевая комната оказалась небольшой, но уютной. Мягкие кушетки вдоль стен, низкий столик с напитками и какими-то сладостями, большое зеркало в резной раме. Свет падал через высокое окно, задёрнутое тонкой кисеёй.

Помощник указал на кушетки и сообщил, что мастер освободится и подойдёт к нам в ближайшее время. Потом он поклонился и вышел, аккуратно притворив за собой дверь.

Амелия опустилась на кушетку и посмотрела на меня с выражением, которое я не сразу смог разобрать.

— Зря ты решил повздорить с Эдрианом, — сказала она наконец.

Я плюхнулся на соседнюю кушетку и потянулся к кувшину с водой.

— А что мне оставалось? Стоять и слушать, пока меня поливают грязью?

— Семья Вайтов входит в пятёрку самых влиятельных семей региона, — продолжила Амелия, игнорируя мой вопрос. — При желании Эдриан может создать для тебя серьёзные проблемы.

Я налил воды в глиняную чашку и сделал глоток, обдумывая её слова.

С одной стороны, она права. Не стоит ссориться с теми, кого не знаешь, особенно если они могут оказаться сильнее. Но с другой стороны… Стоять и молча глотать оскорбления? Это просто не в моём характере. Никогда так не делал и начинать не собираюсь.

— Значит, у тебя появится шанс спасти меня и закрыть долг жизни, — сказал вслух с лёгкой усмешкой.

Амелия поняла, что я шучу, и её губы сжались в тонкую линию.

— Ты невыносим, — процедила она сквозь зубы.

— Стараюсь.

Она отвернулась к окну, и я решил сменить тему.

— Меня другое интересует. Кто этот мастер, и почему Эдриан присмирел от одной только угрозы закрыть вход в мастерскую? Я думал, богатые семьи привыкли делать что хотят.

Амелия помолчала секунду, потом повернулась обратно.

— Мастерская Шепардов считается самой престижной в городе, — объяснила она тоном, каким рассказывают очевидные вещи несмышлёным детям. — Основатель, Родерик Шепард, был придворным портным самого губернатора. Его потомки продолжают традицию уже четыре поколения. Одеваться у Шепардов это знак статуса, признак принадлежности к высшему кругу. Все местные влиятельные семьи заказывают наряды только здесь.

— А если кого-то лишат доступа?

— Это будет публичным унижением. Сигналом для всех остальных, что с этой семьёй что-то не так. В светском обществе такие вещи не прощают и не забывают.

Я мысленно вздохнул.

Как же это всё оказалось предсказуемо. Я-то думал, что у местного мастера есть какой-то особый ремесленный дар. Способность усиливать создаваемую одежду духовной энергией, или вшивать в ткань защитные узоры, или что-то в этом роде. А это просто раскрученный бренд. Как Эппел, только в средневековом мире культиваторов. Статус и престиж вместо реальных преимуществ.

Хотя чему я удивляюсь? Люди везде одинаковые, что в Москве, что тут.

Дверь открылась, и в комнату вошёл мастер Родерик.

Вблизи он выглядел старше, чем показалось в главном зале мастерской. Глубокие морщины, седые усы, подстриженные с военной точностью, и руки — удивительно молодые руки с длинными пальцами, явно привыкшими к тонкой работе.

— Госпожа Флоренс, ваше платье готово, — он слегка поклонился, а из-за его спины появился помощник с объёмной сумкой из плотной ткани. — Не желаете примерить? Убедиться, что всё сидит идеально?

Амелия покачала головой.

— Примерка излишня. Ведь его шили для меня вы, а значит оно безупречно.

Старик позволил себе лёгкую улыбку, он явно был польщённый, но показывать это открыто ему не хотелось.

— Вместо этого, — Амелия указала на меня, — моему спутнику нужно подобрать подходящий наряд для сегодняшнего мероприятия.

Его взгляд скользнул по моей одежде, от стоптанных сапог до куртки из грубой ткани. Я заметил, как дрогнули его брови — лёгкое удивление, мгновенно подавленное. Профессионал до мозга костей.

— Чего желает молодой господин? — спросил он вежливо. — До мероприятия осталось мало времени, поэтому вместо пошива рекомендую выбрать что-нибудь из готовых экземпляров.

Я задумался.

Амелия говорила, что на празднике будет возможность улучшить талант. Но она не уточнила, как именно. Может, придётся что-то делать. Проходить испытание, сражаться, бежать, прыгать. Кто его знает, что они там придумали.

Слишком строгий костюм плохая идея, нужно что-то универсальное.

— Мне нужна добротная функциональная одежда, — сказал я. — Чтобы не стесняла движений, но при этом подходила для выхода в свет.

Мастер Шепард задумчиво погладил ус.

— У меня есть несколько вариантов, которые могут подойти, — он повернулся к помощникам. — Принесите тёмно-серый дублет с серебряной окантовкой, чёрный приталенный камзол и… пожалуй, охотничий костюм из коллекции Водяного змея.

Помощники кивнули и исчезли.

В этот момент дверь снова открылась, и в комнату вошёл Эдриан.

Халат на нём был уже полностью подшит, каждая складка лежала на своём месте, а золотые птицы на пурпурном шёлке словно готовились взлететь. Он полностью проигнорировал меня и вместо этого повернулся к Амелии.

— Госпожа Флоренс, — его голос стал мягким, почти вкрадчивым. — Раз уж вы собираетесь на празднование, позвольте предложить свою компанию. Девушке вашего уровня подобает появиться с кем-то равным по статусу. — он приосанился, расправив плечи. — Я, Эдриан Вайт, наследник Дома Вайтов, был бы счастлив сопровождать вас. Вместо… этого.

Амелия ни секунды не поколебалась.

— Я уже сделала выбор, — её голос был холоден, как зимний ветер. — Иду туда с Ивом.

Лицо Эдриана исказилось. Он явно не мог поверить в услышанное. Рот открылся и закрылся несколько раз, прежде чем он обрёл дар речи.

— Вы… Вы оба об этом пожалеете, — прошипел он, и в его голосе звенела плохо скрываемая злоба. — Я не дам вам ни единого шанса на улучшение таланта. Ни единого!

Я повернулся к нему.

— Посмотрим.

Эдриан сжал челюсти до скрипа зубов. Несколько секунд он буравил меня взглядом, а потом резко развернулся и вылетел из комнаты, даже не попрощавшись.

Тяжёлые шаги простучали по коридору и стихли.

Я мысленно вздохнул. Угораздило же вляпаться в этого золотого петуха. Только приехал в город и тут же с порога нажил врага среди местной элиты. Впрочем, уже не впервой.

Мастер Шепард откашлялся.

— Итак, — произнёс он тем же спокойным и уверенным тоном, словно ничего не произошло. — Вернёмся к вашему заказу, молодой господин.

Дверь открылась, и помощники внесли три комплекта одежды на плечиках. Они развесили их на специальных стойках и отступили, глядя на меня с настороженным любопытством.

Пора выбирать, я перевёл взгляд на костюмы.

Окинул взглядом комплекты одежды, с тем пристальным вниманием, с каким выбирал ингредиенты для ресторана.

Первый, тёмно-серый дублет с серебряной окантовкой. Тонкая шерсть, аккуратные строчки, металлические пуговицы в два ряда. Парадная одежда дуэлянта, если верить ярлычку с ценой в один золотой. Красиво, пафосно, но непрактично.

Второй, чёрный приталенный камзол. Бархатные вставки на плечах, вышивка по вороту, какие-то декоративные шнуры. Два золотых. Выглядел как костюм для балов и приёмов, где главная задача это стоять столбом и демонстрировать статус.

Третий…

Я задержался на нём чуть дольше.

Кожаный костюм тёмно-коричневого цвета с едва заметным чешуйчатым рельефом. Куртка на шнуровке, штаны свободного кроя, мягкие сапоги с усиленными носками. На ярлычке значилось «три золотых», и он было ощутимо дороже остальных.

— Что за материал? — спросил у мастера, проведя пальцами по рукаву.

Кожа была странной на ощупь. Плотной, но при этом гибкой, словно сочетала в себе прочность брони и мягкость ткани.

— Кожа речного змея, — ответил мастер Шепард. — Взрослая особь девятого уровня Закалки Тела. Материал прочный, не промокает, хорошо держит удар. Охотники ценят подобные изделия за надёжность.

Девятый уровень. То есть тварь была сильнее меня нынешнего. Интересно, как её вообще добыли.

Я снова провёл рукой по рукаву, оценивая вес и текстуру. Чешуйчатый рисунок был почти незаметен, пока не присмотришься, и в целом костюм выглядел достаточно строго, чтобы сойти за праздничный наряд, но достаточно практично, чтобы в нём можно было драться или бежать.

Именно то, что нужно.

— Этот, — я кивнул на комплект из кожи речного змея.

Мастер щёлкнул пальцами, и помощники тут же подхватили стойку с костюмом, провожая меня за ширму в углу комнаты.

Переодевание заняло несколько минут. Куртка села как влитая, штаны не стесняли движений, сапоги оказались на удивление удобными, словно их шили по моей ноге. Либо мастерство Шепардов и впрямь было легендарным, либо мне повезло с размером.

Вышел из-за ширмы и встал перед зеркалом.

Из отражения на меня смотрел незнакомец. Не деревенский рыбак в грубой одежде, а кто-то другой. Темноволосый парень с прямым взглядом и жёсткой линией подбородка, одетый в дорогую кожу.

Странное ощущение.

Мастер Шепард подошёл сзади, критически осмотрел посадку костюма и сделал несколько пометок мелом на ткани.

— Плечи чуть широковаты, — пробормотал он. — И в талии нужно убрать пару сантиметров. Пятнадцать минут, молодой господин.

Помощники засуетились вокруг меня с булавками и иголками. Я стоял неподвижно, позволяя им работать, и думал о том, что три золотых это серьёзная сумма за одежду. Хорошо, что успел за две недели прилично заготовить рыбы.

Но экономить на снаряжении перед испытанием последнее дело. Эту истину я усвоил ещё в прошлой жизни, когда покупал ножи и сковородки.

Через двадцать минут мастер отступил на шаг и удовлетворённо кивнул.

— Готово.

Я проверил свободу движений: присел, развёл руки в стороны, сделал несколько резких поворотов корпусом. Костюм двигался вместе со мной, нигде не жал, не тянул, не ограничивал. Словно вторая кожа.

Кивнул мастеру в знак благодарности.

Амелия поднялась с кушетки и потянулась к своему кошельку, висевшему на поясе. Её пальцы уже расстёгивали завязку, когда я перехватил её руку.

— Не нужно.

Она подняла на меня удивлённый взгляд.

— Это моя одежда, — пояснил я спокойно. — Я сам оплачу.

Достал из-за пояса свой кошель и выложил на стол три золотых. Они глухо звякнули, ударившись о тёмное дерево.

Амелия замерла с кошельком в руках. В её глазах мелькнуло удивление, смешанное с чем-то ещё, чего я не смог разобрать. Она медленно убрала кошелёк обратно, ничего не сказав.

Не привык я, чтобы за меня платили девушки и менять этого я не собирался, независимо от мира и обстоятельств.

Мастер Шепард аккуратно пересчитал монеты, проверяя на подлинность, и поклонился мне. На этот раз его поклон оказался чуть глубже. В глазах старика появилось что-то похожее на одобрение.

Следом за стариком согнулись в поклоне швеи. Они украдкой переглядывались между собой, видимо не часто видели, как «деревенщина» небрежно расплачивался за покупки золотом.

Я коротко кивнул мастеру на прощание и направился к выходу. Амелия двинулась следом.

Карета везла нас минут тридцать по улицам города пока наконец не остановилась.

Я вышел из кареты и огляделся. Опять не пирамида. Перед мной стояло трёхэтажное здание с вывеской «Серебряный журавль», увитое декоративным плющом. Чистые окна, начищенная дверная ручка, швейцар в ливрее у входа. Прилично, но без показной роскоши.

Амелия вышла следом.

— Нам нужно подготовиться к мероприятию, — сказала она. — Встретимся в холле через час. Если хочешь, можешь подождать в моих апартаментах.

Я покачал головой.

— Сниму свой номер.

Она чуть нахмурилась, но спорить не стала. Кивнула и скрылась внутри со служанкой, которая несла её сумку с нарядом.

На стойке регистрации я выложил пять серебряных за комнату. Служащий протянул ключ и указал на лестницу.

Номер оказался маленьким, но чистым. Кровать, умывальник, зеркало, стул. Всё необходимое и ничего лишнего, то что нужно.

Я быстро умылся холодной водой, пригладил волосы. Новая одежда сидела отлично, кожа речного змея приятно холодила тело.

Спустился в холл за несколько минут до назначенного времени и на мгновение замер у лестницы.

Амелия уже ждала меня у камина. Она разительно изменилась, дорожное платье исчезло, а вместо него…

Платье из светло-голубого шёлка с серебряной вышивкой облегало её фигуру, подчёркивая талию и плавно расширяясь к подолу. Волосы уложены в сложную причёску с нефритовыми шпильками, несколько локонов выбиваются специально, обрамляя лицо. На шее висит тонкая цепочка с каким-то кулоном, а в руках неизменный веер.

Выглядела она как светская леди со страниц модного журнала викторианской моды. Если бы в этом мире были модные журналы.

Она повернулась ко мне и скользнула взглядом по новому костюму.

— Нам пора, — коротко сказала Амелия.

И мы вышли из гостиницы.

Улицы становились шире и богаче с каждым кварталом. Мостовая из обычного камня сменилась шлифованным гранитом. Фонари на столбах превратились в изящные конструкции из кованого железа, а особняки за оградами выглядели всё внушительнее.

Впереди над крышами проступала верхушка пирамиды, и с каждым шагом она росла, заполняя собой всё больше неба.

Вблизи пирамида поражала размахом.

Стеклянные грани вздымались в небеса, теряясь где-то за сотней метров. Цвета сменяли друг друга, будто кто-то перемешивал изумруд, сапфир, рубин и янтарь в гигантской призме. Солнечный свет играл на этих поверхностях, разбрасывая блики по площади, стенам зданий и лицам прохожих.

Вокруг пирамиды тянулась ограда из тёмного камня, метров пять высотой, с декоративными башенками по углам.

У ворот стояли стражники в церемониальных доспехах. Небольшая очередь гостей в дорогих одеждах медленно продвигалась вперёд. Каждый показывал приглашение, стражники кивали и пропускали.

Амелия достала из складок платья серебряный жетон с гербом и протянула ближайшему стражнику. Тот мельком глянул на герб, поклонился и отступил в сторону.

Мы прошли через ворота и направились к главному входу.

Грани примиды отражали наши силуэты, множа их десятками искажённых копий. Я прищурился, пытаясь разглядеть, что находится внутри, но стекло оказалось с этой стороны непрозрачным.

Массивные двери распахнулись и мы шагнули внутрь.

Первое, что я почувствовал, как изменился воздух.

Воздух здесь был другим: густым, насыщенным, словно в каждой его частице скрывалось что-то неуловимое. Каждый вдох наполнял лёгкие чем-то большим, чем обычный кислород. Духовной энергией и её плотность зашкаливала.

Я остановился на пороге и огляделся.

Внутри пирамиды раскинулся настоящий лес. С высокими деревьями, чьи кроны терялись где-то наверху, с извилистыми тропинками между стволами, с мшистыми камнями и журчащими ручейками.

Мох на деревьях светился мягким зеленоватым сиянием, едва заметным, но отчётливым. А в воздухе парили крошечные огоньки, похожие на светлячков. Они медленно дрейфовали между ветвями и оставляли за собой тающие следы света.

Я прищурился, присматриваясь к одному из них.

Хм, это определённо сгустки духовной энергии, принявшие физическую форму. Как те золотые бабочки, что я видел в подводном мире черепахи. Там тоже окружающая среда была наполнена силой.

Значит, где-то здесь есть источник, который питает всё это великолепие.

— Идём, — голос Амелии вырвал меня из размышлений. — Нам дальше.

Она шла по тропинке с уверенностью человека, который бывал здесь много раз. Словно для неё это место было таким же привычным, как для меня берег озера.

Хорошо, двинулся следом, продолжая осматриваться.

Тропинка петляла между деревьями и спускалась куда-то вниз. Светящийся мох становился ярче, парящих огоньков прибавлялось. Энергия в воздухе густела с каждым шагом.

Через несколько минут деревья расступились, и мы вышли на берег большого круглого водоёма. Его поверхность была гладкой, как зеркало, и отражала стеклянные грани пирамиды высоко над головой.

Поодаль виднелись павильоны из светлого дерева с шёлковыми навесами. Там собирались гости в дорогих нарядах, слышались приглушённые голоса и звон бокалов.

Но я смотрел по сторонам, ища главное и не замечая его.

— Где оно? — вскоре спросил Амелию.

— Что именно?

— Городское дерево, в честь плодоношения которого устроили всё это празднование. Ни за что не поверю, что оно одно из тех, что мы только что прошли. Слишком уж они обычные.

Амелия остановилась у самой кромки воды, и на её губах мелькнула едва заметная улыбка.

— Посмотри вниз.

Я нахмурился и перевёл взгляд на воду.

Тёмная поверхность водоёма застыла неподвижно. В ней отражались стеклянные грани пирамиды и парящие огоньки.

Сначала я ничего не увидел.

А потом…

Да ну нафиг!

Под водой, на самом дне гигантской воронки росло огромное дерево.

Персиковое. Его крона раскинулась на всю ширину водоёма, ветви тянулись к поверхности, а листья светились духовной энергией. И она исходила от него, настолько густая, что я почти видел её.

Я невольно сделал шаг на шаг.

Так вот что питает это удивительное пространство под пирамидой и служит источником всей этой красоты… Интересно, какими окажутся у него плоды, ради которых затеяли весь этот праздник?