Попаданка для чудовищ. Без права голоса

Глава 25

Когда завтрак закончился, Айс демонстративно отодвинул стул и, не сказав ни слова, вышел из кухни. Только дверь хлопнула, посуда звякнула — и воздух сразу стал легче.

Шарх зевнул, развалился на стуле, лениво наблюдая, как Коул убирает со стола. — Ну вот, — протянул он, — один пошёл дуться, второй мучается совестью.

Я чуть нахмурилась. Коул бросил на него косой взгляд, но промолчал.

— Скажи, красавица, — повернулся ко мне Шарх, — ты влюбилась в нашего гения или это просто… увлекательное исследование человеческой близости?

Я резко замотала головой.

— Вот и хорошо, — усмехнулся он, — а то я уж подумал, придётся искать новую метлу, чтобы вас двоих разгонять.

Коул хмуро поставил чашку на стол. — Очень смешно.

— Признай, — не отставал рыжий, — ты надеялся, что после ночи с тобой она голову потеряет. Но девочка-то умная. Видишь, не влюбилась.

Я фыркнула, и Шарх довольно хмыкнул.

Коул, напротив, подошёл ко мне и притянул к себе, обняв за плечи. — Хватит, — коротко сказал он, но в голосе чувствовалось раздражение.

— О-о, — протянул Шарх, ухмыляясь. — Похоже, кто-то сам потерял голову. Смотри, как недоволен.

Коул только сжал меня крепче, будто подтверждая его слова.

— Ну ладно, не обижайся, алхимик, — примирительно поднял руки Шарх. — Я просто шучу. Хотя... не сомневаюсь, ты и сам это чувствуешь.

Он повернулся ко мне и, чуть прищурившись, сказал уже мягче: — Что скажешь, красавица, проведёшь сегодня день со мной?

Я удивлённо приподняла бровь.

— Не бойся, — усмехнулся он, — я не собираюсь тебя тащить в постель. Мне просто скучно, а ты хоть немного оживляешь этот мрачный дом.

Я жестами спросила: а что мы будем делать?

— А вот узнаешь, если согласишься, — подмигнул он.

Я колебалась, потом всё же кивнула.

Коул нахмурился сильнее. — Шарх…

— Не переживай, Коул, спать она вернётся в твою постель.

Он подмигнул мне, и я не удержалась — улыбнулась.

— Пойдём, девочка, — сказал Шарх и поднялся со стула. — Познакомлю тебя с секретами этого старого замка.

Я немного нервничала, хотя и старалась этого не показывать. Всё-таки один из «чудовищ» собирался увести меня неизвестно куда, и не факт, что назад я смогу вернуться без приключений. И если Коулу я уже в целом доверяла, Шарх был для меня загадкой.

Шарх заметил моё замешательство, но, похоже, решил не комментировать. Он просто протянул мне руку, будто предлагая принять решение прямо сейчас.

Я качнула головой, показывая, что справлюсь сама.

— Ну, как хочешь, — хмыкнул он, но в глазах мелькнула искра. — Пойдём.

Мы миновали длинный коридор, и Шарх толкнул боковую дверь, за которой скрывался проход вниз. Я была уверена, что уже знаю все пути по первому этажу, но эту лестницу видела впервые. Каменные ступени, ведущие вниз, были узкие и изношенные.

— Здесь редко кто ходит, — пояснил он. — Остальные предпочитают верхние галереи.

Я вопросительно подняла брови, показывая: почему же мы идём именно сюда?

Он ухмыльнулся. — Потому что ты видела дом чудовищ. А я хочу показать тебе настоящий Хабон, о котором все уже давно забыли.

Мы спустились в нижний коридор, где воздух был холоднее и пах влажным камнем. Вдалеке виднелся свет — не ламп, а дневной, солнечный, пробивающийся из-за старых арок.

Когда мы вышли наружу, замок остался за спиной — величественный и немного угрожающий, зато перед нами открылась долина. Горы поднимались стеной, а между ними тянулась тропа, поросшая мхом и травой.

Шарх вдохнул воздух и довольно улыбнулся. — Чувствуешь? Хабон не только камни и проклятия. Он — часть этих гор. Здесь рождаются ветра.

Я подняла взгляд. Небо было высокое, чистое, а ветер — резкий и живой, будто приветствовал нас. От него волосы путались, платье липло к ногам, но внутри почему-то становилось легче.

Шарх посмотрел на меня с чуть прищуренной улыбкой. — Вот. Видишь? Он тебе тоже рад.

Я не знала, о чём он, но в груди действительно что-то дрогнуло — будто это место принимало меня, как часть себя.

Я попыталась спросить можно ли мне тут быть, потому что я была убеждена, что из замка мне выходить нельзя. Он долго смотрел на мои жесты и сказал, что ничего не понял и мне надо просто быть рядом с ним. Я решила больше не настаивать. Наоборот хорошо. Теперь у меня есть вариант как сбежать из замка.

— Пойдём дальше, — сказал он, махнув рукой. — Покажу тебе, как ветер оставляет следы. И, может, ты тоже научишься читать их.

Тропа тянулась в сторону гор, узкая, как нитка, накинутая на склоны. Ветер бил в лицо — чистый, пахнущий каменной пылью и хвоей, с привкусом холодной воды где-то далеко в расщелинах. Шарх шёл немного впереди, не спеша, будто прислушиваясь не только ушами — всем телом сразу.

— Хабон стоит на месте, где сходятся ветра трёх миров, — сказал он, даже не обернувшись. — Именно поэтому ритуал мы проводим именно в этом замке. Ветер тянет то, что по другим дорогам не пройдёт.

Я нахмурилась. «Три мира» звучало красиво, но как это работает — не имела ни малейшего понятия. Шарх поймал краем глаза мой взгляд и хмыкнул.

— Ты хоть что-то понимаешь из моих слов? — лениво спросил.

Я качнула головой.

— Вот и хорошо, — усмехнулся он. — Значит, слушаешь сердцем, а не головой. Голова здесь чаще мешает.

Мы вышли на уступ, где трава, тонкая и светлая, шевелилась от каждого порыва, словно кожа у живого существа. Внизу чернела лента ущелья, а над ней крутились птичьи тени.

— Моя сила связана с воздухом, — сказал он. — Движение. Свобода. Всё, что не любит стены и приказы. Если захочешь, научу ловить ритм. У всякого места есть дыхание. У этого — тоже.

Я подняла руку и, медленно проводя ею, показала: если тебе так нужна свобода, почему ты здесь? Пальцы — как крыло, потом ладонь — вниз, к замку.

Шарх немного замедлил шаг. В улыбке что-то дрогнуло и исчезло.

— Потому что чудовище не может быть свободным, — ответил он просто.

Слово легло между нами тяжёлым камнем. Я, не удержавшись, тихо выдохнула, он улыбнулся.

— Когда ветер во мне проснулся, — продолжил он, — стало поздно придумывать, кем я хочу быть. За меня уже придумали. Им удобнее, когда у монстра есть адрес. — Он кивнул куда-то в сторону замка. — Вот он, мой адрес. Моя обитель, тюрьма… Все сразу.

Я нахмурилась, не соглашаясь. Пальцами описала в воздухе круг и ткнула ему в грудь, пытаясь передать, что ветер же невозможно удержать. Он скользнул взглядом по моим жестам и усмехнулся, но без своей обычной насмешки.

— Не думаю, что понимаю тебя правильно, Катрина. Но и ты много чего не понимаешь. Пойдем.

Мы снова пошли. Ветер плёлся за нами и вдруг — как будто — подтолкнул в спину. Я едва не оступилась, и Шарх молниеносно коснулся моего локтя, удерживая. Тёплая ладонь коснулась меня всего на миг и сразу же отпустила.

— Здесь он капризный, — пояснил. — Места стыка всегда такие. Тут стоит быть внимательнее. Ветер иногда тянет, иногда толкает, иногда шепчет свои тайны тебе на ухо. Слушай.

Я закрыла глаза на секунду. Порыв ударил в волосы, пробежал по коже; где-то далеко, в глубине, действительно мелькнуло ощущение — будто кто-то прошёл за нами на шаг позади и растворился.

Я раскрыла глаза, удивлённая. Он улыбнулся уголком губ, привычно хищно, но взгляд был серьёзным.

— Свобода — не только про «уйти». Иногда — про «остаться», — сказал он после паузы. — Даже если тебе назначили стены и роль без твоего желания. Свобода — это иметь силы сделать собственный выбор. Я его сделал, девочка.

Я подняла большой палец: поняла. Потом — ладонь на сердце: и это тоже. Шарх коротко кивнул, словно мы заключили между собой маленький, невидимый договор.

— Тогда пойдём дальше, — решительно сказал он. — Покажу, где ветер прячет следы. Там, — он указал на узкую перемычку над расщелиной, — Хабон дышит громче всего. И если прислушаться, дом перестанет быть просто камнем. Он ответит тебе, как отвечает мне.