Поцелуй некроманта (СИ)

Глава 32. Леонид

«Лео…»

Кто-то зовёт меня, но голос мне не знаком. Бреду в темноте, но по ощущениям стою на месте. Мысли путаются, а перед глазами мелькают яркие вспышки картинок из чьей-то жизни.

Чужой? Нет, моей, но словно запечатлённой кем-то со стороны.

Очень странно.

«Лео…»

Это моё имя? Я — Лео? Леонид Быстров.

В этом месте время тянется как смола. В детстве мы с братом тайком пробирались в соседский сад к вишнёвым деревьям. Но не за сладкими ягодами, мы искали на стволах вязкие янтарные капли. Иногда везло, и попадались крупные, почти красные, размером с небольшую сливу, со вкусом терпкой карамели.

Ассоциация вытаскивает наружу первое полноценное воспоминание, а оно по цепочке тянет за собой остальные. Времени на это уходит не мало. Я заново проживаю собственную жизнь.

Последнее что вспоминаю, как на меня бросается тёмная тварь, а дальше я оказываюсь здесь — за гранью. В месте, куда душа уходит после смерти и растворяется в вечности.

Вот только это никак не вяжется с моим планами на будущее. Мне и в мире, где меня ждёт любимая женщина и семья, очень даже отлично живётся.

«Я должен вернуться к ним!»

«Так вернись!»

***

Делаю жадный глоток воздуха и просыпаюсь, с трудом размыкая веки. Смаргиваю проступившие от яркого света слёзы, даю время глазам привыкнуть, прежде чем вновь открыть. Серебристый балдахин надо мной, в который упирается взгляд, подсказывает, что я в чьей-то спальне.

Ватное тело слушается плохо. Кончики пальцев покалывает мерзкими иголками, когда пытаюсь пошевелить рукой. Морщусь от неприятных ощущений. Похоже, я слишком долго пролежал в одной позе.

На груди зашевелилось что-то тяжёлое, мешающее дышать. Приподнять голову и разглядеть не выходит, лишь немного скосить глаза. Две белоснежные змеиные морды, сверкая красными бусинками глаз, синхронно приподнимаются и приближаются к моему лицу.

Рефлексы не отлежишь. Хватаю змею, понимая, что она всего одна, а вторая — обман зрения, и швыряю в стену. Сразу формирую боевое заклинание, рывком вскакивая на кровати.

Тело змеи окутывает белый густой туман, а когда он рассеивается, на полу уже сидит Белинда.

— З-с-са ш-што? — шипит страж, потирая затылок, с обидой косясь на заклинание в моей руке.

— Прости! — гашу магию, сжимая кулак. — Я не знал, что это ты.

Делаю попытку встать, чтобы помочь девушке, но тело ещё плохо слушается, и я неуклюже заваливаюсь обратно на кровать.

— Лежи уже, — вздыхает она, поднимаясь самостоятельно. — Свалился же на мою голову. Проблем от тебя, некромант, больше чем пользы. Я уже начинаю жалеть, что вернула тебя с того света.

— Что ты сказала?

— Начинаю жалеть, что вернула тебя с того света, — послушно повторила девушка.

— Я что? Умер? — цепляюсь за фразу.

Белинда приблизилась и неожиданно ущипнула меня за щёку.

— Ай! Ты что творишь?

— Больно?

— Неприятно.

— Значит, ты жив, — делает логичный вывод. — Как некромант ты должен знать, что мертвецы боли не чувствуют.

— Кажется, у меня сейчас голова заболит, — сжал занывшие виски руками и помассировал. — Сформулирую вопрос по-другому. Я умирал?

— Да, — кивнула хранительница. — Ненадолго. Оказывается, вы — некроманты — живучие ребята. Только желание на тебя зря потратила, — обронила странную фразу. — Не сказать, что я сильно жалею, просто немного обидно: ты сам себя из-за грани мог вытащить. Всё-таки якорь на этом свете имеется. Просто молодой ещё и не обученный, но какие твои годы.

— Вообще-то я Академию закончил с отличием.

— Да чему вас в ваших Академиях сейчас учат? — небрежно отмахнулась Белинда. — Как тёмных тварей бить, да прорывы закрывать? Отсталые миры, — фыркнула пренебрежительно.

— Сказала та, чей мир и вовсе погиб, — скрестил руки на груди, замечая, как осеклась, собиравшаяся возразить девушка. — Погоди-ка! В Седьмом мире ещё живёт кто-то помимо тебя и тёмных тварей?

— Ты, — ответила хранительница слишком поспешно.

— А ещё? — продолжал допытываться я.

Не отвечая, Белинда отвернулась и направилась к столу, накрытому на двоих. Готов поклясться, минутой ранее он был пуст.

— Лучше бы я его всё-таки закопала, — донёсся до моего слуха тихий вздох, пока хранительница наливала что-то ароматное, похожее на суп в глубокую тарелку. — Подумаешь, ямку два на полтора метра вырыть в мёрзлой земле. Ну, повозилась бы подольше… Нет же, пожалела. В хранилище ради него сунулась…

— Ты была в хранилище?

Только сейчас я заметил, что золотистая змейка обвивает теперь не моё предплечье, а руку хранительницы.

— Была, — кивнула она и указала на одно из двух кресел у стола: — Садись. Тебе нужно поесть, чтобы набраться сил.

Отказываться не стал, потому что и правда чувствовал сильный голод, а еда на столе выглядела вполне привычно и аппетитно. Интересно, откуда она здесь взялась?

Медленно добрёл до кресла. Белинда подвинула ко мне тарелку и подала приборы, после чего сама расположилась напротив.

— Проводишь меня в хранилище? — спросил, поднося ложку ко рту.

Хранительница со вздохом закатила алые глаза.

— Леонид, ты десять месяцев провёл без сознания, а как очнулся, десяти минут не прошло — уже в хранилище собрался бежать. Нет. Сначала наберись сил.

Суп встал у меня поперёк горла, и я закашлялся.

— Сколько я был без сознания?!