В залу мы вошли уже в полном составе. Я пыталась проследить за слегка туманными колебаниями воздуха в форме девичьей фигуры, но так и не увидела, за каким коридорным поворотом нас стало девять.
Но вот когда именно Мари убрала иллюзию, я поняла. Распорядитель так показательно хмыкнул, и я догадалась, что он был в курсе проделки Мари.
Странно, что больше никто из присутвовавших не обратил на это внимания.
Я, честно сказать, даже задумалась: А зачем тогда мне нужно было это замечать?
Но оказалось, что не просто так, и мне дар Мари помог в одном очень щепетильном вопросе.
Вот уж правда не знаешь, кто тебе враг, а кто друг, и откуда придет помощь!
В парадной зале нас ожидали четверо: король, принц, Оскар и лекарь короля.
Мы поприветствовали их. Король повеселел, увидев нашу пестро наряженную компанию, и, улыбаясь, заявил:
— Предлагаю провести смотр на том же месте, — сказал он и довольно хмыкнул. В его глазах появились смешинки, когда он оглянулся на молодых людей: Оскара и Корнелла.
Выглядело это что-то вроде «Видели? Не теряйтесь, драконы!»
От смущения я почувствовала, как загораются мои щеки, и опустила голову, стараясь скрыть свое волнение.
— Прошу вас, — тут же услышала рядом голос принца.
Какая прелесть! В этот раз Корнелл успел раньше всех предложить мне руку, чтобы сопроводить на поляну.
Я заметила взгляд Оскара в нашу сторону. В нем явно сквозила досада.
Ну что ж, милый будущий герцог, кто раньше успел, тот и танцует с девушкой.
А кстати, интересно, мы будем танцевать, или это не входит в перечень конкурсов?
Танцевать я любила. В столичном приюте нас учили сразу два преподавателя танцев. Один учил церемониальным дворцовым танцам: полонезу, мазурке, вальсу, кадрили. Мы тренировались от начала занятия и до звонка чинно выводить с назначенными партнерами положенные фигуры: ряды, дорожки и круги. Перестраиваться, не глядя по сторонам и под ноги. Задирать подбородок не выше и не ниже положенного. И держать спину при ходьбе со специальной дощечкой на голове.
О драконы, сначала я просто возненавидела учителя и его предмет. Но когда стало получаться, и я заметила, что моя фигура приобрела некий аристократический шарм, я поблагодарила за терпение и усердие и себя, и учителя. Эти занятия были обязательны для всех.
У другого преподавателя можно было и не посещать занятия, но я находила свободное время. На его занятиях мы плясали, как нам хотелось. Это называлось импровизацией и развитием пластики.
Что мы там вытворяли, представляя себя куском сливочного масла на сковородке или драконом, парящим в потоке восходящего теплого воздуха. Мне безумно нравились оба предмета, и я не могла выбрать какое-то одно.
Так что я ходила на оба. Я восхищалась и тем и другим.
Все проходило так же, как в прошлый раз. Мы расселись на скамейках и принялись ждать команды. Рядом со мной плюхнулась довольная Мари. Очень странно, в прошлый раз она сидела на другой скамье и находилась в другой компании.
— Ты видела мою иллюзию, да? — тихо проговорила она. Так, чтобы ее услышала только я.
— И что?
— И ничего.
Она отвернулась от меня.
Вдруг на поляне стало очень темно. Я даже не видела Мари, сидевшую рядом.
— Ах, — испуганно выдохнула я.
— Не бойся, — шепнула Мари, и я почувствовала ее горячую ладонь на своей руке. — Это всего лишь иллюзия. Моя. Смотри, что сейчас будет.
— Тоже ты?
— Нет, теперь не моя очередь, смотри.
Кажется, демонстрация талантов началась.