Осенняя ведьма. Выжить в тёмной академии!

Глава 68

― А что ты предлагаешь? ― Спросил Демьян. Он обвёл нас всех хмурым взглядом и поправил: ― Что вы все предлагаете?

Мы пожали плечами.

― Лавенгуш ― мой дом, ― сказал Тим.

― И мой, ― добавил Ветров.

Стелла молчала, я тоже. Академия ещё не стала нашим домом. Для меня она источник постоянных неприятностей. Мой дом, там, где мама и сёстры.

― А сколько я здесь живу, ― с грустью протянул Демьян. ― С первого курса Лавенгуш стал моим домом. Но сейчас же не об этом. Либо академия, либо жизни людей и нелюдей тоже. Вспомните сколько кругов жертвоприношений.

― Так, может лучше помешать ритуалу? ― Прямо глядя на декана, произнёс Ветров.

― Лучше, ― согласился с ним Демьян, ― но как? Вы как будто не слышите меня. Отец…― он запнулся на этом слове и исправился, ― Полозов силён. Очень силён. И его сила ещё подпитывается за счёт преподавателей. А теперь вопрос на засыпку: сколько я продержусь против него?

Мальчишки хмуро смотрели на него.

― А если вам попробовать тот же способ, который не получился у Полозова? ― Предложила Стелла.

― Какой? ― Удивились все, кроме меня.

― Переспать с магичкой девственницей, ― улыбаясь произнесла она. А ещё подруга называется. Предложение Стеллы выбило меня из колеи. Я не готова была отдаться сводному брату даже ради высшего блага. Судя по его лицу, ему это предложение тоже не понравилось.

― Нет, ― жёстко заявил Ветров. ― К чёрту академию, Ярославу не отдам.

Стелла рассмеялась.

― Вообще-то, я имела в виду себя, ― она посмотрела на сводного из-за полуопущенных ресниц.

― Нет, ― на этот раз воспротивился Демьян. ― Прости, Стелла, ты привлекательная девушка, но я люблю другую. И не собираюсь ей изменять даже ради спасения мира.

― Как благородно, ― с обидой произнесла она. ― Вот только глупо. К чему это всё, если завтра, может быть, исчезнет привычный для нас мир. А вы тут корчите из себя высокоморальных.

Мне было жаль Стеллу. Неужели она влюблена в Демьяна? Даже если и так, то это просто девичья влюблённость, которая пройдёт, когда она встретит того самого, единственного.

― У вас хотя бы есть запасной план? ― Спросила она.

― Я думаю, что если боги собрали нас в одной компании, значит, нам нужно действовать сообща, ― раздался голос Свята с дивана. ― Стелла права, жестокие времена требуют жёстких мер. Я выйду против Полозова и отомщу за брата.

― Кто-нибудь из вас вообще помнит, что через три дня Велесова ночь и Бал предков? ― спросила Стелла.

― Обряд нужно проводить три ночи подряд, ― прочитал Демьян в свитке, ― сначала большой круг из представителей всех рас. Этот круг будет принесён в жертву сегодня в полночь.

Мы переглянулись. Времени на раздумья и разработку стратегических планов не осталось.

― Завтра ночью будет завершён второй круг и в Велесову ночь последний завершающий, ― прочёл Демьян. ― Я думал, что все три круга в одну ночь.

Он взлохматил волосы и нервно заходил по комнате.

― Смерть Полозова, единственный выход, ― бормотал он. ― Но нужно выявить его сторонников.

― Гости уже съезжаются, ― добавил Свят. ― К завтрашнему утру приедут все приглашённые.

― Все потенциальные жертвы будут на месте и ему ничто не помешает, ― зло произнёс Тимофей.

В дверь снова постучали.

― Ещё потомки богов объявились, ― рассмеялась Стелла, но в её смехе угадывался страх.

На этот раз наши мысли сошлись. Я боялась, что отчим обнаружил, где мы все собрались.

― Ему не до нас, ― успокоил Демьян. ― Нужно готовиться к ритуалу, а это, надо сказать, сложный процесс.

― А тебе не надо? ― удивилась я.

― Ломать не строить, Ярослава, ― на лице сводного брата лежала печать смерти. Я её отчётливо увидела. Бросив взгляд на Лёшу, я заметила, что он тоже видит её.

Демьян сознательно шёл насмерть. Без разрушенного алтаря он умрёт. А мы носимся со своими принципами. Я не хотела, чтобы он умирал. У меня только появился настоящий старший брат. Который помогает, защищает даже от меня само́й. Демьян должен жить. Решение созрело быстро.

Тяжело вздохнув, я помолилась, чтобы сводный принял мою жертву, а Лёша понял её.

Стук в дверь повторился.

― Кто там может быть? ― Забеспокоился Свят.

― Демьян, на два слова, ― попросила я, бросив виноватый взгляд на Лёшу.

Алексей молчал, то ли не понял, что я задумала, то ли счёл жертву достаточной для спасения академии.

― Я хочу, чтобы ты взял то, что хотел твой отец, ― сказала я. Язык не поворачивался назвать всё своими именами. Почему-то было стыдно перед Демьяном.

― Ты хочешь, чтобы я провёл ритуал жертвоприношения вместо отца? ― Ужаснулся сводный.

― Да нет же, ― замялась я. ― Ты меня не так понял.

― Да как тебя понять-то, если ты ничего не говоришь. Ходишь вокруг да около. Скажи уже наконец, что задумала.

Бросив ещё один виноватый взгляд на Ветрова, который о чём-то договаривался с Кольцовым, я сказала:

― Я хочу, чтобы ты стал сильным, Демьян, и смог победить отчима. Без меня ты этого не сможешь сделать. Я не хочу, чтобы ты умирал, ― я заплакала. ― Ты стал таким родным. А я всегда мечтала о старшем брате.

― Ярослава, старшие братья не спят с сёстрами.

― Мы не родные, ― поспешила добавить я.

― Это не важно. Помнишь, что я сказал тебе при нашей первой встрече? ― Я кивнула. ― Лёша ― хороший парень, и он любит тебя. Не нужно ранить его нашей, пусть и вынужденной связью.

― Он поймёт, ― воскликнула я.

― Возможно, но не забудет. Я всегда буду стоять между вами. Не сто́ит этого делать.

― Мы можем умереть, Демьян, ― разозлилась я. ― А ты носишься со своими моральными принципами.

― Если отказываешься от своих принципов перед лицом смерти, ради того, чтобы спасти шкуру, то какие тогда это принципы? Тогда ты обыкновенная падаль.

В дверь постучали ещё сильнее. Не выдержав, Ветров подошёл к двери и распахнул её. Тех, кто стоял за порогом, не ожидал увидеть никто.