Осенняя ведьма. Выжить в тёмной академии!

Глава 23

У девчонки, казалось, сейчас глаза лопнут от изумления.

― Ксюха, успокойся, ― позвала её подруга, с которой она болтала до моего появления.

―Какая разница, чья ты дочь, ― нелогично высказалась она.

― Разница есть, ты, кажется, обозвала меня безродной, ― мой голос стал холодным. Училась у лучших. Поблагодарила бы отчима за такие уроки, если бы так не ненавидела его. ― За свои слова надо отвечать.

― Ты меня вызываешь? ― удивилась неизвестная мне Ксюха, а остальные студенты охнули от изумления.

― Нет, конечно, я же не дура, ― сказала я таким тоном, что стало понятно, кто здесь выполняет эту роль.

― Ты сама напросилась, ― прошептала девчонка, наклонившись ко мне очень близко, ― теперь ходи и оглядывайся.

Никто не слышал её угрозы, и мне, собственно, было всё равно. И так оглядываюсь. Но вот фразочка до боли знакомая.

Она поспешила на своё место.

― Доброе утро, желторотики! ― Визгливо произнёс высокий и худой, как жердь, мужчина, торопливо подходя к кафедре. ― Меня зовут профессор Станислав Зерд, я буду преподавать вам теорию тёмной магии.

Так вот кого испугалась Ксюха.

― Кто скажет, когда впервые появилась тёмная магия, ― он обвёл нас заинтересованным взглядом.

Я подняла руку. Профессор Зерд кивнул, разрешая говорить.

― По одной из версий, первые проявления магии появились в среднем и верхнем палеолите, примерно 30 тысяч лет до н. э., ― рассказывала я под одобрительном взглядом преподавателя, то, что успела прочитать, когда выбирала учебники. Вообще, теория магии, что светлой, что тёмной в начале становления удивительно похожи. ― Тогда формировалась так называемая «охотничья» магия, частью которой были наскальные изображения животных и сцены, отмечающие победы в охоте.

― Правильно, ― на моих часах высветилась оценка «единица». Я вздрогнула, как так-то. ― Может, кто-то расскажет ещё версии?

Я снова подняла руку, но на этот раз спросили не меня.

― По ещё одной версии, ― услышала я голос Ксении, ― заклинания начали появляться в древнеримском периоде за несколько веков до н. э.

― Тоже верно, ― кажется, профессор был доволен. ― Одна из старейших латинских надписей — «надпись Дуэноса» — рассматривается как магический текст.

Мы усердно записывали за ним лекцию.

― Третья гипотеза связывает происхождение заклинаний с полубогом Ирмином Просветителем, ― продолжал рассказывать преподаватель, ― древние народы приписывали ему авторство всех наук и искусств, а знание заклинаний, по преданию, было передано людям через его бессмертный Кристалл Знаний.

Он отвернулся к доске, чтобы показать нам рисунок кристалла, а в это время мне на парту прилетела записка. Красивым, явно женским почерком было написано: «Выскочка».

Опять Ксения? Но записка прилетела слева, а Ксюха сидит прямо за мной, но чуть выше. Мозг лихорадочно работал. Не высовываться на лекциях, чтобы меня полюбили однокурсники? Так себе идея. Лучше пусть уважают за знания преподаватели.

Я усердно записывала за господином Зердом те отличия в теории магии, которые нужно запомнить. В голову прилетело что-то, ударило не больно, скорее унизительно. Заглянув под парту, я увидела камешек.

― Видимо, вы всё уже знаете? ― Навис надо мной профессор. ― Вас окрылила моя отметка…

Подставили меня мастерски, впредь надо быть умнее и осмотрительнее. Но обида за оценку моих знаний толкнула меня на неслыханный поступок.

― Как может окрылить единица? ― Не смогла удержаться я.

― Это светлая ведьма, ― подсказали преподавателю со всех сторон мои однокурсники.

― О, тем более похвально стремление к учёбе, ― голос профессора Зерда из ехидного стал доброжелательным. ― В нашей системе оценок знаний только три балла. Единица означает превосходно, первый среди равных, а тройка, соответственно, серая масса.

― Спасибо, профессор, ― проговорила я, отчаянно покраснев.

― Задание для подготовки: написать реферат о зарождении тёмной магии в славянских странах, ― записал он на доске задание и быстрым шагом покинул аудиторию.

Студенты потянулись к выходу. Я не спешила. Спокойно складывала тетрадь и ручки в рюкзак.

― Думаешь, что если выйдешь самой последней, ещё один балл дадут, ― услышала я ехидный голос.

― Она считает, что может приехать в тёмную академию и вести себя вызывающе, ― поддакнул кто-то из-за моей спины.

Золотое правило ― молчи. И я решила ему последовать. Связываться с однокурсниками не хотелось. Жаль, что Стелла ещё не вернулась из лазарета. Вдвоём было бы не так страшно.

― Так, а что здесь происходит? ― Раздался от дверей голос профессора Зерда, который вернулся за своей папкой, забытой на кафедре.

Он неспешно вошёл в аудиторию, с первого взгляда правильно оценив ситуацию.

― Кто заводила?

И все пальцем указали на меня.

― Она получила высший балл и насмехалась над тёмными, ― нагло заявила Ксения. ― Разберитесь с ней, профессор.

― Всё было не так, ― я не хотела оправдываться, но дело принимало нехороший оборот.

― А как? ― повернулся ко мне преподаватель. ― Первая лекция, а вы уже устроили скандал.

― Я же не виновата, что их задело то, что я знаю предмет. Элементарная зависть.

― Ты просто выскочка, ― сказала Ксения. ― Она сказала, что дочь барона Полозова и ей всё можно.

― Правда? ― Удивился профессор Зерд.

― А что, разве я не его дочь? ― Излишне резко ответила я и тут же пожалела о своих словах.

― А разве тебе всё можно? ― Парировал он. ― Чьей бы дочерью ты ни была.

― Этот конфликт на пустом месте, как вы не понимаете, что они хотят подставить меня.

― Раз вы настаиваете, что единственная здесь говорите правду, то после занятий отправитесь к декану и расскажете, что произошло, ― пригрозил мне профессор. А я думала, что он мне поможет, но он даже не стал разбираться.

Зло, закинув рюкзак на плечо, я вышла в коридор под ехидный смех моих однокурсников, чтоб им пусто было.