Осенняя ведьма. Выжить в тёмной академии!

Глава 64

Демьян Полозов

Не успевший растаять снег хрустел под ногами. Камзол пропускал холод и это не из-за снега, а из-за того, что мой отец стоял за забором.

― Ну и занесло тебя, ― улыбаясь, промолвил он. Стелла грела ручки своим дыханием и притопывала в лёгких сапожках.

― Как ты меня нашёл?

― О, это было непросто, пока эта милая девушка не помогла.

Стелла подняла улыбающееся лицо. В конце концов, она не виновата. Никто же знал, что мы скрываемся.

― Стелла, как ты нас нашла?

― Это не я, это мои фамильяры, ― она широко улыбалась, ― они запомнили запах Ярославы и нашли её.

Я из-под бровей взглянул на отца.

― Стелла, зайди в дом, погрейся, ― предложил я, выйдя за калитку и пропуская девушку во двор. ― Не выходи, пока не позову. Нам с отцом нужно поговорить.

Её не пришлось просить дважды. Замёрзшая девушка, не оглядываясь, скрылась в доме.

― Зачем ты пошёл за Ярой? ― Я стал так, чтобы он не смог пройти во двор. ― Зачем пустил по её следу чугаев.

Он не выглядел как человек, который сожалеет о сделанном.

― Она мне нужна.

― Постыдился бы, ― в моём голосе звучало разочарование. Я, который всегда восхищался отцом, стремился быть на него похожим, испытывал глубокую досаду. ― Седина в бороду, бес в ребро.

― Много ты понимаешь, ― презрительно сощурил глаза отец. ― Ты всегда был слюнтяем. От мамочки своей драгоценной перенял сердобольность.

― Не тронь маму, ты и мизинца её не стоил.

― Ты прав, не будем о ней. Хотя я должен тебе сказать, что она мне нужна была, так как в ней текла кровь потомков Велеса. Я готовил тебя не для ректорской должности.

― А для чего?

― Демьян, ты потомок бога, я тоже, то к моей досаде, я всего лишь потомок Великого Полоза, который повелевает горами Урала, ― отец очистив лавочку от снега, удобно устроился на ней, постучав по свободному месту рядом. ― Садись, поговорим, как отец с сыном.

― Холодновато, не находишь?

― Прекрасная погода для моих планов. Запомни, всё, что я делаю, я делаю для тебя.

― Но мне не нужно всё это.

― Глупый, ― отмахнулся от меня отец. ― Ты же ещё даже не знаешь, что я тебе предлагаю. Власть, Демьян, безграничную власть.

Сделав вид, что задумался, я исподлобья смотрел на отца. На его волевое лицо, которое не портил даже груз лет. Чёрные волосы с лёгкой сединой. И упрямым волевым взглядом.

― Ты никогда не задумывался, почему нами управляет императорская семья, в которой нет даже капли крови богов?

― Нет, мне это не интересно.

― Вот и зря. Осталось всего лишь два дня до той ночи, когда я навсегда изменю ход истории. Я стану императором по воле богов.

― Не уверен, что богам есть дело до жалких людишек.

― Ты не прав, Демьян. Боги должны править и на земле, через своих потомков.

― Это ты так решил? Или тебе боги подсказали?

― Боги, конечно, ― отец был безоговорочно уверен в своей правоте. ― Ко мне во сне явилась Морана и пообещала безграничную власть за сущий пустяк.

― Сущим пустяком, скорее всего, ты называешь жертвоприношение.

Я не хотел, чтобы он узнал, что знаю о жутком обряде, который он должен совершить во имя власти.

― Именно, сынок. Но что стоят десяток жизней перед тем могуществом, которое мне обещано.

― Обещать, не значит жениться, ― пробормотал я.

Он выжил из ума, поверив Моране. Коварная богиня смерти, собрав жуткую жатву, и не подумает выполнять обещание. А если и выполнит, то заставит его приносить жертвы всё чаще и чаще, пока империя не захлебнётся в крови Гражданской войны. Похоже, отец этого не понимал, ослеплённый собственным величием.

― а Яра тебе зачем?

― Её невинность и редкий дар дадут мне силы для ритуала.

― Не понимаю, если тебе так нужна была её девственность, зачем ты поселил её в моих апартаментах, зная, что я не пропускаю ни одной юбки.

― Демьян, в твоём возрасте и при такой разгульной жизни остаться таким наивным, ― он с осуждением покачал головой. ― Я знал, что ты не тронешь Яру и никому не позволишь тронуть. Ты был стражем её невинности, но не уберёг.

На лбу между глаз пролегла глубокая морщина, он нахмурился.

― Ты не поставил меня в известность о том, что имеешь виды на свою падчерицу, ― сделал вид, что меня не коробят его откровения.

― Ещё есть Дарина, на худой конец Богумила ― и он бросил быстрый испытывающий взгляд на меня.

Я не отреагировал. Не надо ему знать, что за Милу я перегрызу глотку любому, даже своему отцу. Иначе с Милы он и начнёт.

― Их мать тебя уже не устраивает? ― Усмехнулся я. ― Тогда, может, я подобью к ней клинья. Меланья чудо как хороша.

― Я тебе подобью, кобель, ― отец даже привстал. ― Увижу возле моей жены женилку оторву и собакам скормлю.

Я спрятал улыбку.

― Тебе девчонки Тумановы нужны только для усиления магической силы?

― Нет, конечно, ― отец откинулся на забор и прикрыл глаза. ― Если бы ты знал, как я устал. Столько лет плести интриги, стравливать, разобщать или, наоборот, сводить нужных мне людей.

― Ты перетрудился.

― Не иронизируй,― поморщился отец. ― Если бы ты знал, какую организацию я создал за эти годы. Мне бы позавидовал сам император.

― Зачем тебе это?

― Разделяй и властвуй, слышал? ― Я покачал головой, а отец продолжил. ― Для обряда нужно много жертв разных рас, без своего преступного синдиката я бы не смог их добыть. А осведомители в каждой лавке, в каждом магазине думаешь, с неба упали? Где бы я доставал такие сведения, за которые убить готовы и платить…

Он рассмеялся.

― Много платить, сынок. Я богат. Баснословно богат и фактически управляю империей. Правда, теневой. Жаль только, что Меланья, одна из четверых магов времён года и ей тоже придётся умереть.

― Вот и вся любовь, да, папа?