Новый год в драконьем замке

Глава 38

Сразу стало тепло и спокойно. И даже все терзавшие меня в последние часы сомнения куда-то испарились. Ну не может так обнимать совершенно равнодушный к тебе мужчина! Я же чувствовала, что мы сейчас чуть ли не в единое целое слились.

Однако именно в этот момент я твёрдо решила наконец расставить точки над «i» и выяснить, как же всё-таки понимать его поведение.

Начала, правда, не с прямого захода, а попыталась направить в нужное русло его самого:

– Извини, если обидела тебя тем своим вопросом. Я не хотела...

– Перестань, – перебил Лисовский мои покаяния. Наудачу для меня — поскольку, что говорить дальше, всё равно не знала. – Я это, очевидно, заслужил.

И снова замолчал. Никаких пояснений — вот проклятье! — не последовало.

Что ж, значит, придётся тянуть их клещами.

– Кир, скажи честно, как ты ко мне относишься? – спросила и замерла, как перед вынесением приговора — возможно, смертного. Кажется, даже дышать перестала.

Но хуже всего, что Кирилл продолжал молчать. Да ещё и явно постарался подавить тяжёлый вздох.

Неужели я выдумала-таки всё от начала и до конца? А он не чувствует ко мне вовсе ничего.

– Ты, главное, пойми меня правильно, – изрёк Лисовский наконец.

У меня внутри всё оборвалось. Такое предисловие уж точно не к добру!

– Лана, ты мне очень нравишься, – продолжил садист цедить по капле.

– Но..? – не выдержав, подогнала его. Потому что это «но» читалось в конце фразы крупным шрифтом.

Однако продолжение оказалось весьма неожиданным:

– Но сделать тебе предложение я пока не готов.

Я чуть не рухнула на месте. Думала ведь, он сейчас скажет, что нравлюсь я ему исключительно как человек, или ещё что-то подобное — как там обычно посылают, предлагая остаться просто друзьями?

– А я что, требую его от тебя?! – обалдело вопросила, резко развернувшись к нему. – Да и через несколько дней после знакомства предложения вообще только идиоты делают!

– Ты всё-таки поняла неправильно, – поморщился Кирилл досадливо. – Ну или я не так выразился. Хотел сказать, что пока у меня нет полной уверенности, к чему всё придёт в итоге. Насколько моё чувство к тебе серьёзно.

– То есть обычно ты это знаешь с первого дня знакомства? – усмехнулась я. Кажется, на нервах ляпнула какую-то фигню, но обратно слов уже не заберёшь.

– Да, – кивнул мужчина, как ни странно, вовсе не возмутившись, что я бредоманю. – До сих пор, начиная отношения с той или иной женщиной, я точно знал, что они временны. Что ничего серьёзного между нами априори быть не может. Однако с тобой с самого начала всё было как-то иначе. Во всяком случае, уверенность насчёт временности меня точно не посещала. В общем, то, что происходит между нами для меня действительно в новинку, и на данном этапе я строить далеко идущих прогнозов не рискну. Потому и избегал объяснений — надеялся сперва разобраться в себе. А сейчас, уж извини, мне, по сути, сказать нечего. Что ты меня с ума сводишь — думаю, и так за километр видно.

– Да, наверное, я слишком нетерпелива, – вздохнула с виноватой улыбкой. Прекрасно видела, что объяснение далось ему нелегко. По всей вероятности, он слишком привык на всё иметь чёткий ответ, а тут я, получается, заставила его хорошенько «поплавать», так и не дав этого самого чёткого ответа. – Прости. Но полная неопределённость безумно изматывает. Когда абсолютно не понимаешь, что происходит, в голову лезут самые худшие мысли.

А на самом деле всё оказалось вовсе не так плохо. Да, признания в любви я не услышала. Только если подумать, об этом говорить действительно рано. Мы знаем-то друг друга без году неделя. Но по крайней мере какое-то чувство у Кира ко мне определённо есть. И он не трепло, относится к своим словам ответственно — что безусловный плюс. А то, что бездумно не смешивает пустую страсть, которая успешно перегорит через неделю или месяц, с любовью — плюс вдвойне.

Впрочем, что он разумен и надёжен, я отметила уже давно. Такие мужчины реально на вес золота! И только такие любят по-настоящему. Всерьёз и навсегда.

Что ж, пусть всё идёт как идёт. Посмотрим, во что выльется в итоге. Больше торопить его не стану. Спешка хороша лишь при ловле блох.

Я невольно хохотнула про себя, вспомнив его вторую ипостась. Хотя этих паразитов у него, понятное дело, близко нет.

В груди у меня потеплело, на душе наконец стало легко — но вовсе не от веселья по теме своих бредовых мыслей.

Главное, что я ему небезразлична. А всё остальное, будем надеяться, придёт.

– Худшие — это какие? – спросил Лисовский, пристально глядя в глаза и чуть встряхнув меня за плечи.

Кажется, спрашивал не первый раз. Видимо, я слишком углубилась в свои размышления.

– Что я тебе вовсе не интересна и ты уже не чаешь, как от меня избавиться, – решила я также быть откровенной.

– С ума сошла?! – с улыбкой вскинул он бровь. – Вот что я знаю совершенно точно, так это то, что не хочу тебя потерять, – меня опять буквально стиснули в объятиях — как будто я могла сбежать прямо сию минуту. – Мда, молчание тоже явно не доводит до добра. Лан, ты уж лучше спрашивай, если опять какие-нибудь сомнения возникнут, – неожиданно решил он изменить политику. И нежно коснулся моих губ.

– Спрашивать, говоришь? – я хитро сощурилась. – А ведь и спрошу!

– Что ещё? – улыбнулся мужчина, посмотрев на меня удивлённо.

– Всё выше сказанное тобой нисколько не объясняет твоих страстных поцелуев упорно без всякого продолжения, – не то чтобы это был вопрос, но понимание я в его глазах прочла.

– Ну тут вообще-то всё просто, – начал он сразу отвечать. – Не хотел я низводить наши отношения до курортного романа. В смысле, не хотел, чтобы ты думала, будто мне только секс от тебя и нужен.

У меня глаза на лоб полезли. Вот уж поистине чужая душа — потёмки!

– А что, я должна была так подумать?

– Ну, после твоего заявления, что ты не заводишь отношений с начальством, именно такого хода мыслей я от тебя и ждал. Ведь, как правило, подобные романы носят исключительно временный характер.

– То есть типа в таком твоём поведении я сама виновата?! – вскинула я бровь, посмотрев на него с претензией.

– Ну в какой-то степени, – засмеялся Кирилл. – Но раз ты не думаешь, что секс для меня единственная самоцель... – его взгляд вмиг опасно потемнел.

– И в мыслях не было. Однако теперь не ручаюсь, – мстительно заявила я. – Ладно, пошли спать.

Меня и правда захлестнуло желание отыграться за все обломы, и я попыталась высвободиться из объятий.

Жестокое разочарование в зелёных глазах было мне наградой. Хотя из объятий меня так и не выпустили.

Всё ещё на что-то надеется? А вот фиг ему! Сколько уже раз он надо мной издевался?!

– Спать, радость моя, – ехидно, но твёрдо повторила я. – Время уже седьмой час, кажется.

– Ладно, – сдался-таки Кирилл. Отошёл от меня и принялся раздеваться.

Рассчитывает, что я сейчас сама на его шикарное тело наброшусь?! Нетушки, дорогой! Я даже смотреть на него не стану.

Решила потерзать его — значит, решила! И никаких вариантов тут быть не может!

Или я опять же наказала себя? Потому что у него-то точно выдержка железная.

А нам с мурашками, кстати, уже нагло разгулявшимися по коже, снова мучайся!

И всё же я решительно обошла кровать и нырнула под одеяло. Мурашки раздосадованно взвыли. Причём на пару со всем моим существом.

Спать! — рявкнула и ему, и мелким паразитам. Закрыла глаза.

Ощутила какое-то движение на другой половине кровати, и тут...

– Спокойной ночи, – мой рот накрыли мягкие губы.

В единый миг Лисовский придавил меня к матрасу всем весом.

Кажется, всё — отбрыкалась... Тем более что из одежды на оборотне был лишь костюм Адама — это я сразу поняла, невольно проведя ладонями по его бокам.

От волнения чуть не остановилось сердце. Мурашки так вообще попадали в обморок. Правда, тут же очнулись и заметались по телу в безумном танце.

Неужели сейчас... Неужели...

Ладони продолжали хаотично оглаживать бёдра Кирилла. Убедившись, что никакой материи там нет, теперь они просто наслаждались силой и твёрдостью мужского тела.

– Лана... – опалил он меня раскалённым дыханием.

Всего четыре буквы, а я от них чуть в пепел не превратилась.

Чёртова темнота! Мне так хотелось сейчас видеть черты его лица, видеть, как он на меня смотрит, как двигаются его губы, когда с них слетает моё имя.

Обвила мужчину ногами, словно боялась, что он вновь передумает и откатится спать, а руки принялись жадно изучать его торс, такой сильный, такой рельефный, такой горячий.

Кирилл глухо то ли застонал, то ли зарычал.

Лицо накрыл шквал жарких поцелуев. Иногда ловила его губы — они некоторое время терзали мои, а затем пускались в новое странствие. Потом как бы невзначай перебрались на шею, прошлись до уха. Едва чувственное касание тронуло мочку, меня затрясло мелкой дрожью.

– Ки-и-ир! – простонала, не в состоянии больше терпеть сладкую пытку.

В ответ мне вздёрнули ночнушку до подбородка — я с радостью помогла, чуть выгнувшись. А ещё через мгновение ненужная ткань отлетела куда-то во тьму спальни.

Нет, тогда, у окна это было ещё не слияние. Слияние — вот оно! Полное растворение друг в друге. Я ощущала каждый его мускул, каждый изгиб, и задыхалась от мысли, что и он так же чувствует весь мой рельеф.

Ждать главного блюда больше не было никаких сил. Пора действовать самой! Взялась рукой за каменное, до невозможности раскалённое естество и направила его на исходную позицию.

Однако Лисовский оказался изощрённым садистом — входить не спешил, вместо этого обрушил ураган ласк на мою грудь.

И лишь спустя минут пять... когда мы с мурашками уже были на грани помешательства, это случилось!

Из лёгких вырвался стон. Кирилл тут же заглушил его жарким поцелуем.

И всё, я поплыла.

Кровь в венах достигла температуры кипения. В голове — лишь обрывки сознания, в теле — бездна наслаждения. Такого, которого не было никогда и не будет ни с кем другим — почему-то я это знала.

Мы двигались к вершине, смакуя каждую прожитую секунду. Захлёбывались собственными стонами. Обжигали друг друга кожей и дыханием.

И взлетели на пик вместе, утонув где-то там неизвестно на сколько...

Сознание возвращалось медленно, неохотно. Тело, особенно внизу живота, по-прежнему сладко ныло, и хотелось, чтобы так продолжалось как можно дольше.

Мои ноги всё ещё сжимали бёдра Кира, словно бы намекая ему, что если вдруг он захочет меня покинуть, то я против. Но он вроде бы и не спешил выходить, продолжая дарить мне ощущение своей силы.

Но, боже, как же это было круто! Просто крышесносно! От пережитых ощущений дыхание до сих пор не могло выровняться, а сердце колотилось так, будто ничего ещё не закончилось.

Интересно, а ему как? Вот прямо до чесотки захотелось узнать. Но при этом боялась услышать, что бывало и лучше. Ну а вдруг? Врать он вряд ли станет, не в его это характере.

Правда, он тоже всё ещё дышал тяжело.

– Лана, ты чудо! – хрипло прошептал мужчина, слегка касаясь губами лба. Словно почуял, какие мысли меня обуревают.

Чудо! Это слово разлилось по телу горячей карамелью. Но всё-таки хотелось услышать нечто большее.

– Ты тоже, – проговорила я, зарываясь руками в его волосы. И, выдохнув, перешла-таки к главному: – У меня такого классного секса ещё никогда не было!

– И в этом утверждении ты не одинока, – Кир прошёлся по моему лицу лёгкими расслабляющими поцелуями.

Правда? Он это сказал? Да-да-да!

Я обняла его так крепко, насколько позволяли силы после столь бурного слияния.

Такое родное тело! Вот-вот, именно родное. Я только сейчас поняла, что конкретно сопровождало коктейль телесного и эмоционального наслаждения — ощущение родного мужчины. Да, вот, наверное, без этого впечатления не были бы такими запредельно яркими и красочными.

И... традиционная пища для размышлений — а он чувствовал то же самое? А?

Почему-то казалось, что да. Сердце подсказывало. А оно же не врёт, правда?

Ещё несколько нежных поцелуев, и Кирилл всё-таки откатился в сторону. Правда, сейчас же сгрёб меня в крепкие собственнические объятия.

И тут у меня опять зачесался язык.

– Кир, а сколько тебе лет? – всё-таки этот вопрос мне уже давно не давал покоя.

– По меркам оборотней — совсем немного. Тридцать восемь.

Вот это «по меркам оборотней» мне совсем не понравилось. Явно не просто так он сие подчеркнул.

– То есть вы живёте дольше людей? – спросила, чувствуя, как холодеет в груди. И дёрнуло же меня выяснять в такой момент! Поистине язык мой — враг мой!

Однако особо испортиться впечатления от секса, по счастью, не успели.

– Да. Так же как и вампиры, и маги, – просветили меня. – Но ты же собираешься учиться? – Кирилл приподнял голову и заглянул мне в глаза, вопросительно вскинув бровь.

– Конечно, – заверила я. – Но, выходит, у обычного человека с оборотнем никаких шансов? – почему-то меня это всё же немного расстроило, хоть вроде бы лично ко мне и не имело никакого отношения. А вдруг обучение у меня не пойдёт?

– В этом случае решение проблемы только одно — обращение в вампира, – буднично ответил Лисовский.

Упс... Э, нет-нет-нет, я буду очень усердно учиться!

– Ой, – вспомнила вдруг. – Я же до сих пор не спросила, как ты сходил на поиски. Нашёл что-нибудь.

– И да, и нет, – вздохнул мужчина. – Какой-то ключ определённо находится в покоях одного из нагов. К сожалению, это не Хитас и даже не Сошес.

– Чёрт... – расстроилась я. А потом задумалась: – Но, может, тебе всё-таки попросить Хитаса добыть этот ключ? Он ведь так хотел сделать для тебя что-нибудь. Вот и отплатит.

Однако Кирилл помотал головой:

– Нет, подставлять Хитаса под воровство я не стану. Не хватало только, чтобы его наказали за воровство, разжаловав из управляющих. К тому же вовсе не исключено, что ключ по-прежнему находится в тайнике, а значит, чтобы добыть его, понадобится не меньше часа. За это время Хитаса точно сто раз застукают.

– Тогда что же нам делать? – спросила, по сути, без всякой надежды.

– Попытаюсь добыть ключ днём — когда этот наг будет работать. Он с кухни и, надеюсь, проводит там достаточно много времени.

– Днём по этажу наверняка постоянно кто-то ходит. Ты точно попадёшься! – окончательно пала духом я.

– Нужно последить. И кстати, идти лучше даже не днём, а с самого утра. Работа на кухне ведь начинается рано.

– Думаешь, получится? – я посмотрела оборотню в глаза.

– Будем надеяться. Может быть, и Хитаса всё-таки привлеку — чтобы отвлёк, задержал этого нага. В общем, завтра обдумаю всё толком. А сейчас давай спать. Рассвет скоро.

Никогда категорически не могла спать в чьих-либо объятиях, но тут провалилась в сон буквально через полминуты. Причём Кирилл меня не усыплял.

Однако проспала недолго. Не знаю, что меня разбудило, только, открыв глаза, я завизжала в ужасе.