Неудержимый. Книга XLIII

Глава 13

(Минск, в двух тысячах метрах над городом, неподалёку от крейсера «Граф Цеппелин»)

— Командир, мы его нашли! — раздался радостный крик влетевшего в открытую настежь дверь, капитанского мостика, бойца.

Гавриил, привязанный тросом к стальному поручную, тяжело дышал. Уперев руки в колени, он пытался отдышаться, но радость от выполнения поставленной задачи всё равно вырывалась наружу.

— Мы его нашли! — вновь выкрикнул он, пытаясь перекричать завывания ветра, которые доносились снаружи.

Шторм не утихал ни на минуту. Капли дождя атаковали борта катера с такой силой, что в ушах давным-давно поселилась непрекращающаяся барабанная дробь.

— Знаю, — цесаревич чуть улыбнулся и медленно кивнул, приоткрыв глаза. — Но расслабляться не стоит. Это всего лишь очередное предположение…

Дар «радара», которым он был награждён с детства, фиксировал энергетические силуэты, которые находились на каком-то судне в километре от катера. Если бы не глушилки, которые скрывали большую его часть, то и проверять не потребовалось. А так пришлось отправлять на разведку Гавриила, чтобы тот смог при помощи своей магии понять, с чем они имели дело.

И всё же, цесаревич боялся спугнуть удачу. Операция по поиску императора Германской Империи тянулась уже больше недели, и каждый прожитый день всё сильнее давил на нервы. Николай редко позволял себе отдых — спал по часу, ел на ходу и постоянно копался в бесконечных картах, которые снимал с тел убитых врагов. Все силы, все ресурсы, все разведданные были брошены на то, чтобы найти и уничтожить этого человека.

Он перепробовал всё, что только можно. Захватывал и допрашивал офицеров. Брал в заложники генералов, сжимая их жизни в кулаке, словно хотел выдавить правду. Уничтожал укреплённые точки и бункеры, где, по слухам, мог укрываться император. Иногда даже шёл на откровенные безумства — отдавал приказы, после которых любой другой бы лишился сна, совести или звания. Но всё было напрасно.

Император будто растворился в воздухе. Ни одной наводки, ни одного намёка. Даже в главном штабе, который теперь контролировал Станислав Тангаров, не оказалось никого, кто бы имел хоть крупицу информации.

Николай прекрасно знал, чем занимался лунарианец, но не вмешивался. Зачем? Во-первых, связываться с ним напрямую было опасно. Разборки с существом из другого мира могли выйти боком даже для Николая. Этот псих, судя по всему, уже слетел с катушек, а значит, конструктивного разговора не получится. Пытаться угадать, где кончается его хитрость и начинается безумие — глупо.

А во-вторых, тратить время на него не имело абсолютно никакого смысла. Цесаревич не видел пользы от лишних слов и встреч, если за ними не стоял результат. Если этот выскочка, при всей своей власти и поддержке диверсантов, не смог выйти на след императора, значит, и толку от него никакого.

Николай не терпел пустой суеты. Он верил только в точные расчёты и конкретные действия, так что Тангаров оставался для него пустым звуком, за которым не стояло ничего, кроме завышенных амбиций. Не говоря уже о том, что этот урод мечтал схватить цесаревича и выдать в качестве наживки. Разбежался…

Но нужно отдать ему должное, если бы не безумные выходки, которыми он привлёк внимание верхушки аристократов, ничего бы вышло. Ползучие гады зашевелились, почувствовали возможность перекроить карту и сделали свой первый ход…

Всё изменилось в тот день, когда в штаб прибыл учёный. Бальтазар Штайнгард — имя, давно известное в верхах Германской Империи. Один из доверенных людей, имевших допуск к самому императору. Осторожный, педантичный, но в то же время опасный. Его появление в главном штабе мгновенно насторожило Николая.

Повезло, что Гавриил в тот день дежурил на поверхности и сумел сделать то, что не под силу многим. Он срисовал судно, на котором прибыл учёный. С виду — ничем не примечательный военный катер, мощностей которого было недостаточно, чтобы долгое время удерживаться в воздухе во время столь сильного шторма.

Кто бы мог подумать, что столь незначительное обстоятельство, какая-то мелкая деталь, едва уловимая на фоне общей суеты, станет ключом ко всей операции? Один необдуманный шаг, одна зацепка — и вся игра буквально перевернулась с ног на голову.

Катер, появившийся в тот день над штабом, не шёл со стороны линии фронта, не прибыл из лагерей снабжения. Он просто… возник. Словно выпал из воздуха. Сначала никто не придал этому значения, но потом, во время короткого обсуждения, кто-то из бойцов невзначай спросил, откуда именно тот появился.

Гавриил тогда пожал плечами и сказал как есть:

— Сверху, — ответил он. — Просто спустился с небес.

Казалось бы, что тут такого? Слова, сказанные бойцом спокойным голосом, никого не насторожили… Никого, кроме цесаревича. Николай не сразу подал виду, но внутри что-то щёлкнуло. Он много раз повторял про себя фразу про небеса, до тех пор, пока не понял её смысл…

Стоило цесаревичу высказать свои предположения, как всё моментально закрутилось. Уничтожение и захват модернизированного к погодным условиям катера, который бы смог продержаться в воздухе как минимум сутки. Последующий вылет из штаба, который сопровождался проблемами с пропуском. Вопрос пришлось решать кардинальным способом, но Николаю было плевать.

Цесаревич был уверен, что в условиях шторма найти их катер попросту невозможно. Даже если Станислав пустил бы на поиски все доступные ему ресурсы, куда лететь? В какую сторону?

А вскоре в штабе и вовсе начались бои, связанные с переворотом власти, о чём сообщил оставшийся на месте наблюдатель-мимик, от которого в бою всё равно никакого толка…

— Командир, что будем делать? — отдышавшись, Даниил задал самый главный вопрос.

— Атаковать. — спокойным голосом ответил Николай, глядя на открытую дверь, — Готовность десять минут!

— Есть! — хором ответили остальные.

Никакого плана у цесаревича не было. Да и какой тут план? Махина, которая находилась на высоте двух тысяч метров над штабом, была настолько огромна, что её не взять и ротой солдат, не говоря уже о том, что в отряде всего пять человек.

И все равно, Николай был настроен решительно. Он верил, что внутри крейсера его «радар» раскроется на полную. Императору достаточно совершить ещё одну ошибку, и он тут же засечёт его местоположение. А после нужно будет лишь добраться до гада и прикончить!

— А как же мы попадём внутрь? — задал вопрос другой боец. — Не думаю, что нас ждёт там тёплый приём…

— Протараним его! — злодейская улыбка озарила ещё одного бойца. — Если хотим создать панику на крейсере, нет ничего лучше старой доброй диверсии!

— Вы всё слышали, — цесаревич улыбнулся, — Семён, разворачивай катер, будем брать разгон…

— Так точно! Ваша Светлость! — обрадовался капитан. — Это мы мигом!

— Даниил, давай за пушки, — цесаревич отдал второй приказ. — Не уверен, что мы сможем пробить корпус без помощи снарядов.

— Начинай, — приказал Николай, когда десять минут истекли.

За это время катер достаточно удалился от крейсера и теперь, развернувшись в обратную сторону, начал набирать скорость.

— С Богом! — Семён перекрестился три раза, и взявшись за рычаг скорости, начал давить на него по максимуму.

— Остальные на выход! — вновь приказал Николай.

Вся команда была готова к атаке. Снесённый к носу корабля боекомплект, насчитывающий десятки ящиков с сотней снарядов, терпеливо ждал своего часа. Собрать его там было не так уж и просто, но отряд справился. Теперь всё зависело лишь от скорости катера. Тяжёлый и неповоротливый, он мог разогнаться лишь до ста километров в час, но этого должно было хватить, чтобы пробить защиту. Цесаревич не сомневался, что на крейсере имелась защита, иначе и быть не могло…

Выбравшись на палубу катера, все четверо вцепились в поручни, чтобы не улететь непойми куда, раньше времени. По задумке цесаревича, катер должен был влететь в нижнюю палубу, чтобы вызвать максимальные повреждения и панику. Конечно, он мог выбрать и другую цель, например, многочисленные пушки, которыми была усыпана палуба, но, уничтожать крейсер полностью он не планировал. Какой в этом смысл?

Император должен был быть представлен перед отцом. Живым или мёртвым, неважно!

— Километр! — пробасил Семён с капитанского мостика по групповому каналу дара «связи».

Задумка Николая сработала на все двести процентов. Залп из спаренной пушки снизил прочность энергетического барьера в предполагаемой области прорыва. Сразу же за ним, в защиту влетел катер, который буквально выдавил барьер в обратную сторону, разорвав его в клочья. Увы, но против такого «снаряда» он оказался полностью бессилен.

Синяя вспышка озарила небо. Прорвав защиту, катер продолжил движение к намеченной цели, влетев в нижнюю палубу на полном ходу, как и планировалось.

Что же касалось цесаревича, то, преодолев энергетический барьер, он, вместе с отрядом переместился на палубу крейсера. Этому способствовала ледяная корка, которая утяжелила броню на добрую сотню килограмм. А если учесть, что ноги сразу же приросли к палубе, то оторвать их от неё не смог бы даже вихрь, который совсем недавно пролетал в опасной близости от крейсера.

— Огонь! — выкрикнул Николай, отправляя в катер два огненных копья, заряженные энергией по максимуму.

Сила броска, и температура внутри заклинаний сделали своё дело. Копья устремились к носу катера, пробивая все препятствия на своём пути. Стоило первому копью добраться до снарядов, как прогремел ещё один взрыв.

На этот раз вспышка оказалась настолько яркой, что озарила всё небо вокруг на несколько долгих секунд. Взрыв буквально разорвал часть верхних палуб, оставив от них рваные ошмётки, а взрывная волна прокатилась по крейсеру, заставив тот буквально задрожать. Металл в эпицентре начал гудеть и лопаться, пропуская катер всё глубже и глубже внутрь.

Николай смотрел на результаты атаки с хищной улыбкой на лице. Он и не думал, что получится настолько феерично. Взрывная волна пронеслась мимо, заставив его качнуться.

Сразу же после неё, воздухе образовался воздушный купол, который выдавил наружу всю воду и ветер. Вот только продержался он совсем недолго. Всего несколько секунд и стихия вновь отвоевала свои границы. Огненный гриб, который начала подниматься к небу, так и не успел раскрыться на полную, его сразу же унесло мощными порывами ураганного ветра.

На фоне бушующего шторма взрыв оказался настолько незначительным, что и вовсе остался никем не замеченным. А если учесть, что на земле в это время шла ожесточённая битва, то проблемы императора абсолютно никого не интересовали. Все спасали собственные шкуры, которые в любой момент мог с них содрать бешеный лунарианец.

— За мной! — приказал цесаревич, побежав в сторону пробитого корпуса.

Стоило прорвать внешнюю оболочку крейсера, как «радар» заработал на полную. Солдаты, офицеры и обслуживающий их персонал, абсолютно все появились на «радаре», оказавшись перед Николаем, как на ладони.

Стоило отряду влететь в один из покорёженных коридоров, как раздались сирены. Настоящая паника ещё не наступила. Потрясённый взрывом экипаж, оказался в шоке и ещё не понял, что произошло. Многие сидела на полу, кто-то держался за стены и столы помещений, в которых находились. Каждый из них пытался прийти в себя как можно скорее.

Сосредоточив внимание на «радаре», Николай пытался найти императора, но прекрасно понимал, что это невозможно. Выявить его можно лишь по передвижениям офицеров, которые первым делом…

— Налево! — выкрикнул он, указывая рукой в сторону очередного коридора.

Увидев, как большая группа военных двигалась в сторону кормы, цесаревич бросился туда. Шутка ли, больше пятидесяти солдат и офицеров, от архимагов до Омег двигались вместе, причём делали это в противоположном от взрыва направлении.

Странности на этом не заканчивались. Часть отряда определённо имела глушилки. Они двигались, словно безголовая змея. Явно же, что кто-то вёл их вперёд. Возможно, это и был император со своей свитой. Решили сбежать с подбитого крейсера?

Вариантов было множество, поэтому Николай решил сосредоточиться на одном — скорости, с которой отряд двигался в этом лабиринте коридоров и стальных дверей.

Офицерская форма и броня, которую они позаимствовали в главном штабе, позволяла делать это безнаказанно. Никто из встреченных отрядом офицеров и слова не сказал, главное — смотреть им прямо в глаза и хмуриться так, чтобы те испугались. Для этого существовал Семён, у которого было лицо матёрого уголовника. С таким товарищем не каждый осмелится спорить.

— Чёрт… — прошипел Николай, когда увидел ещё одну группу, которая двигалась с тем отрядом параллельно.

Улей постепенно начинал оживать, и с каждой минутой становилось всё сложнее понять, что происходило внутри и кто куда двигался. Позади, так и вовсе всё превратилось в красно-фиолетовое мельтешения. Большие шишки вместе с офицерами суетились возле места падения катера, пытаясь понять, как это произошло.

Внезапно первая группа начала исчезать с «радара». Очередная глушилка, находившаяся внутри крейсера, не была для него сюрпризом, но, добавляла раздражения. Что, если они ускользнут? Цесаревич поставил на эту атаку всё. Если императора не удастся найти, он признает поражение и покинет поле боя, вернувшись к отцу ни с чем.

Стиснув зубы, Николай ускорился ещё больше. До границ глушилки оставалось совсем немного. Ещё немного и он узнает, куда все подевались…

— Да ну… — прошептал Семён, когда отряд ворвался в огромное помещение, которое по совместительству являлось доком для небольшого военного корабля.

Собственно, сюда и стекались отряды, которые должны были покинуть крейсер вместе со своим предводителям.

— Ваша Светлость, как там говорится? Крысы бегут с корабля… — прошептал Даниил, разглядывая через дар «соколиного глаза» палубы. — Думаю, здесь наберётся несколько сотен серьёзных магов. Мы точно справимся?

— А у нас есть выбор? — Семён, вытащил из ножен здоровенный боевой нож, который был больше похож на клинок. — Ставлю миллиард, что наш император находится где-то внутри и прямо сейчас собирается сдристнуть с крейсера.

— Миллиард? Это император Германской Империи! Имей совесть! — возмутился Данияр, выхватывая парные антимагические клинки, — Десять миллиардов тому, кто прикончит его! Согласен?

— Ты же знаешь, что победит командир, — усмехнулся Семён, — Решил подмазаться, да?

— Смотрите… — Даниил прервал спор, указав на процессию, которая двигалась в сторону корабля от главных ворот. — Я ведь говорил, что мы его нашли! Идёт по центру коробочки в чёрном бронекостюме.

— А чего он такой здоровый? — возмутился Семён, который был выше остальных как минимум на голову.

— А ты думал, что он в одной пижаме появится? — хохотнул Данияр, — Командир, будем брать? Или подождём, когда вылетят?

— Будем брать. — спокойным голосом ответил Николай, направившись вперёд. — А вылететь мы сможем и сами…

— Вот это я понимаю… — Семён оскалился. — Я займусь капитаном и его командой, если вы, Ваша Светлость, не возражаете…

— Действуй, — кивнул цесаревич, — Данияр, займёшься палубами, чтобы нашего толстяка не нашпиговали сталью раньше времени…

— Слушаюсь, Ваша Светлость. — он поклонился и поспешил за удаляющимся коллегой.

— Остальные идут со мной, — приказал цесаревич, — Вскроем эту коробочку и достанем ублюдка на божий свет…

Отдав команду, он активировал дар «невидимости» и выхватив клинок, быстрым шагом направился к удаляющемуся противнику. Пришло время расплаты…