Не только демоны умеют любить

44

Он равнодушным взглядом скользнул по стражам, будто бы заметил их, но тут же отвел глаза. Зато на Яру посмотрел как-то хищно и с неприятной улыбкой.

— Давно не виделись, Ярослава. Что ж ты не отвечаешь мне на сообщения?

— Какие сообщения? — не поняла Яра. Она оглянулась на телохранителей, с тоской посмотрела на вожделенную дверь, но опасности не было, и вступаться в светской беседе за нее никто не собирался.

— Я тебе в фейсбуке писал. Не один раз, — нахмурился психиатр. — Ты что, не читала?

— Там вроде помечено, читала или нет, — пожала плечами Яра. — Я давно туда не заходила.

— То есть ты меня игнорируешь?

— Родион, как я могу тебя игнорировать, если я даже не знала, что ты писал? — возмущенно спросила Яра. Плана, как отделаться от этого зануды, в голове не появлялось.

— Вот именно… — загадочно сказал Колесников. — Ну так что ты тут делаешь, Ярочка?

— Не зови меня так, пожалуйста.

— Ярослава. И я жду ответ на вопрос!

Яра еще раз посмотрела на стражей — те стояли по прежнему никак не участвуя в разговоре. Больше в коридоре никто не появлялся. Оправданий у Яры тоже не было, не считая того факта, что она не понимала, почему должна перед ним оправдываться.

Родион очень внимательно проследил за миграцией ее взгляда.

— То есть все уже настолько плохо? — нежно спросил он. — Кого ты видишь? Черные капельки или мелких животных? Они летают? Какого они цвета?

Яра непонимающе посмотрела на него. Он склонил голову на бок, но его рука нырнула в карман халата, и Яре совершенно не хотелось узнать, что там прячется.

— Колесников, никого я не вижу. Пришла вот извиниться, — она так обрадовалась, что нашла отмазку, что широко ему улыбнулась. К сожалению, это спровоцировало Родиона — он ухватил ее за локоть.

— Перед кем, сладкая моя? — нежно спросил он. — Перед воображаемым женихом?

— Нет, перед семьей, которая нанимала меня сиделкой, я их подвела и хотела попросить прощения, — одновременно Яра аккуратно отодвигалась от него.

— Сиделкой, значит, нанимала… Надо посмотреть журнал недостач… — пробормотал сам себе Родион.

Яра не выдержала, выпрямилась и вырвала свою руку у него:

— Родион Олегович, что вы себе позволяете? Вы считаете нормальным вести себя так с посетителями больницы? Прекратите меня трогать. Извините, у меня дела!

Она решительным шагом направилась к выходу из больницы, решив подождать со своими планами все-таки до ночи. Это будет дешевле, чем выбираться из сумасшедшего дома.

Но психиатр оказался быстрее. Он достал из кармана шприц, сорвал с него колпачок и буквально прыгнул на Яру, целясь куда-то в шею. Он дернул ее за руку так, что она споткнулась и упала на пол. Родион завалился на нее сверху, одной рукой удерживая ее руки, другой приставляя шприц. К счастью, нажать на поршень он не успел.

Стражи наконец решили вмешаться. Оба высоченных телохранителя, имена которых Яра так и не узнала, на глазах Родиона соткались из теней посреди коридора и деловито нанесли несколько коротких ударов с двух сторон. Запястье со шприцем было сломано, вторая рука перебита в трех местах, горло перехвачено и резко сжато и пара ударов в живот перевернули скорченное хрипящее тело, чтобы сбросить его с Яры.

Один из стражей подхватил ее и поставил на ноги.

Второй присел на одно колено и связывал Колесникову руки и ноги вместе снятым с него же ремнем. Яра хотела бы сказать, что даже испугаться не успела.

Но она успела. Еще как.

Расширившимися глазами она смотрела на валяющийся на полу шпиц — там было куба два, и она знать не хотела чего именно. Вряд ли психиатр носил с собой дозу для обычного прохожего, скорее всего там было что-то убойное для его основного контингента. И сколько он бы загнал Яре — неизвестно. И страшно.

Она покатала шприц ногой. Первый страж стремительным движением поднял его и тут же подхватил Яру под локоть и поволок ко входу в храм. Позади второй толкал Родиона, хрипящего и дергающегося.

Такой милой компанией они ввалились в сумеречное помещение, где стоял полуобнаженный демон и в его глазах светилась грозовая ярость.