Мой властный дракон

Глава 31

— Это все, что тебе интересно? — усмехнулся Эрик.

— Нет. Еще хочу знать, почему этот шрам не зажил? Как ты меня нашел? Ты ведь не случайно оказался в академии? Почему ты меня защищаешь, ведь я… спалила твой особняк и… — сглотнула вмиг ставшую вязкой слюну.

— И?

— …твою истинную.

— Я думаю, что мы начнем по порядку, — покачал тот головой.

На его руках было так легко и естественно, я вглядывалась в лицо дракона, ожидая кары небесной.

Но ни следа гнева на нем не было. Только желание обладать мной и быть со мной.

Интерьер его нового для меня особняка я не успела оценить. Я пыталась прочесть его мысли, хоть намек увидеть на его породистом и жестком лице на то, что он со мной сделает.

Эрик тем временем нес меня наверх, словно я ничего не весила. Он прижимал меня к своей груди. Аромат кедра кружил голову.

Дракон был таким сильным и мощным, а я такой хрупкой в его объятиях.

Почему? Ну почему он так вцепился в меня? Он ведь думает, что я сожгла его дом и его пару, но почему он так спокоен.

Почему не лютует?

Очнулась от урагана мыслей в голове только тогда, когда ноги коснулись пола. Я обернулась. Мы стояли с ним в шикарной душевой комнате, выложенной мрамором и украшенной сложными узорами.

Я заметила, как изящные светильники мягко освещали комнату, создавая чарующую атмосферу отдыха. Но вместо того, чтобы расслабиться, я напряглась, ведь дальше меня ждала неизвестность.

Но освежиться очень хотелось.

А потом дракон, подобно сладкоежке, принялся снимать с меня одежду, как фантик с понравившейся ему конфетки. Моя рубашка полетела в сторону, брюки тоже долго не протянули.

— Эрик, — запинаясь, произнесла и прикрыла грудь в простом хлопковом бра руками.

— Ни слова не говори. Я уже и так все видел.

— Но…

— И без «но». Не теряй времени. Я не уйду. Ты лишила меня в прошлый раз самого сладкого.

— Но ты ведь хотел поговорить? Может, потом после душа сразу же займемся этим? — предприняла попытку выставить решительно настроенного дракона из душевой.

— Отличная фраза. Займемся этим. Еще как. Только не тем, чем ты думаешь. А сейчас я тебе помогу.

— Но я могу справиться сама!

— Не можешь. Ты будешь занята.

— И чем же?

— Рассказом. Жду объяснений. Совместим приятное с полезным, так сказать, — Эрик настолько быстро снял с себя строгий черный камзол и белье, что я даже пискнуть не успела. — А то ты у меня такая затейница, что надо успеть как можно быстрее допросить тебя.

— Я же сказала, что не буду сбегать, — вскрикнула я.

Но Эрик крутанул меня к себе спиной и одним ловким движением расстегнул застежки бюста, и тот упал под ноги. А потом и вовсе ловко снял мои трусики. Подхватил на руки и опустил в просторную каменную чашу, сразу же включив водопад над нашими головами.

— Жду. Начинай.

Он потянулся к баночке с гелем и, налив его на руки, принялся водить своими шершавыми ладонями по моему телу. Внутри меня все трепетало, мне нравилась эта ласка. Эрик молча с серьезным видом обводил каждый участок моего тела и массировал его. А потом развернул к себе спиной, прижался своим телом.

— Эрик! Я так не могу.

— Зато я могу.

— Ты ведь не будешь… меня… здесь…

— Тебя. Здесь, — он выделил последнее слово. — Я буду только мыть. Так что не тяни. Начинай рассказывать.

И я, желая отвлечься от того, что делал этот дракон, как он гладил, как мыл меня и массировал голову, заставив облокотиться руками на прохладный кафель, как он прижимался ко мне и как его внушительное достоинство упиралось мне в бедро, решила сосредоточиться на рассказе.

В какой-то момент мне вновь стало страшно. Я будто бы переживала все вновь.

Приход неизвестных воров, то, как они хотели надругаться надо мной, удар. Потом пожар, моя попытка спастись, обнаруженное тело девушки в маске, их подельницы, с которой они не хотели делиться награбленным и… взрыв, что отбросил меня вглубь особняка, и моя… смерть.

Сама не заметила, как была вновь прижата к груди дракона, как он сжимал меня в своих объятиях. А по лицу бежали не вода, а слезы. Я всхлипывала, рассказывая, как мне было страшно, как я не знаю до сих пор, кем я стала, какое это вообще чудо, что я выжила.

Я всеми мыслями была в том ужасном дне, что разделил мою жизнь на до и после.

Все напряжение последних дней уходило по мере того, как я плакала на груди дракона. Он гладил меня по голове и спине, но в этом уже не было никакого романтического подтекста.

Не сразу поняла, как его фигура закаменела, как он сжал кулаки, челюсти и как его черты лица заострились.

Я протерла глаза, смахнула слезы и… сама потянулась за его поцелуем.

Наши губы встретились.

Время как всегда замерло.

Поцелуй Эрика был невероятно нежным, словно он боялся разбить меня своим прикосновением. Я почувствовала, как его губы аккуратно касаются моих, и каждое его движение было полно заботы и ласки. Моё сердце бешено колотилось в груди, а дыхание участилось от волнения.

Он мне был нужен как глоток свежего воздуха, как вода для путника, как единственный, кто может меня защитить от всего мира. Его руки обвили меня, поддерживая мое тело, которое казалось таким хрупким в его объятиях. Он аккуратно вынес меня из душа, где теплая вода продолжала падать на нас. Я ощутила холод воздуха на своей коже. Но сразу же была согрета его теплом.

Эрик обернул меня большим мягким полотенцем, аккуратно вытирая капли воды с моей кожи. Его прикосновения были такими осторожными, словно он касался самой драгоценной статуэтки. Я чувствовала, как его касания успокаивают меня, унося все страхи и тревоги.

— Все хорошо, девочка моя. Больше тебя никто не тронет. Моя радость, моя Марьяна, — шептал дракон.

В этот момент, обмотанная полотенцем и прижатая к его груди, я поняла, что чувствую себя в безопасности, как никогда прежде. Я ощутила глубокую связь между нами.

Метка запульсировала на ноге. А Эрик все гладил меня и гладил. А потом поднял на руки и отнес на кровать. Уложил и сжал меня в объятиях. Я уткнулась ему в падинку на шее. Запах кедра успокаивал. А потом я скосила глаза на его мощный торс и на то, что находилось под белым махровым полотенцем, которым Эрик обмотал свои бедра.

— Ты не будешь меня… эм-м. Ну… — тот так на меня посмотрел, а потом тяжело вздохнул. — Нет. Отдыхай. И не думай ни о чем, — Эрик был задумчив и суров. Но я чувствовала, что не по отношению ко мне.

— Но ведь ты по-прежнему… хочешь.

— Много ты понимаешь, девочка моя. Лишать тебя невинности с мыслями не о твоем потрясающем теле, а о том, как тебя хотели убить конченные уроды, так себе действо. Теперь ни о чем кроме как о твоей безопасности думать не могу, — покачал тот головой, а потом добавил то, что заставило меня закоченеть в его объятий. — И перестань корить себя. Та девица не была моей парой.

— Нет?

— Моя истинная ты, — он поднял мой подбородок и посмотрел в мои растерянные глаза.

— Это… это шутка такая… несмешная…

— Птичка, это была констатация потрясающего факта.

— Но ты ведь… сорвался тогда. Я слышала это от твоих людей.

— Я думал, что потерял тебя.

— Э-эм, но как ты мог потерять меня? Метка же твоя... вот, — я указала на черный рисунок дракона на щиколотке.

— Ты переродилась, Марьяна. И тот момент как раз совпал с тем, что метка не надолго, но исчезла с тебя, — Эрик подтянул мое тело к себе и облокотился на изголовье.

— Так значит, ты знал, что я жива, и потом ты понял, что я буду в академии?

— Да.

— Но почему медлил?

— Связь была слабая, не мог отыскать тебя.

— Ох, а твои шрамы? Почему они не заживают и твоя перчатка? Сними ее, — я потянулась к руке дракона.

— Не стоит. Не хочу напугать тебя. Там мало что осталось от нее.

— Эрик! Ты тратил магию на мои поиски? — сообразила я.

— Это было важнее.

— Важнее собственного здоровья! — вскрикнула я, а внутри все заклокотало. Я отстранилась от этого несносного дракона. Пока что я не могла поверить, что мы истинные. Это было просто невероятно!

— Нет ничего важнее тебя, — он потянул меня к себе.

— А почему ты сразу не сказал, что я твоя истинная?

— Не признал. Но теперь я понимаю, почему.

— Расскажешь?

— Ты должна была перенести первое перерождение, чтобы стать той, кем ты есть. И как же хорошо, что я не тронул тебя до этого.

— Так ты знаешь, кто я? Я не была изменена никаким загадочным артефактом?

— Ты? Нет. Птичка моя. Ты феникс.

— Кто?!

— И теперь мне интересно, почему ты об этом не знала?

— Я не знаю, — шокировано выдохнула я. Всю жизнь считала себя человеком, а оказалась и вправду… птичкой.

— Таких, как ты, мало. И живут они Гнездами, — продолжил Эрик.

— Я не знаю ничего ни о каких… Гнездах.

— Хм. А еще теперь ясно, почему твой огонь подчиняется тебе так легко, — задумчиво протянул Эрик. — Это странно. Фениксы не выживают вне своих Гнезд. Ты могла погибнуть в огне и не переродиться. Да и тебе нельзя лишаться невинности до первого перерождения, иначе бы ты потеряла свою ипостась и прожила бы жизнь человека, не имея права на перерождение. И слава Великому Дракону ты сопротивлялась, радость моя, — Эрик сжал меня в объятиях. — Мне даже хочется сказать спасибо тем из-за кого меня вызвали на место пришествия в ту ночь и смогли оторвать от тебя.

Это и вправду была невероятная удача, хотя и последовало после этого всего мое перерождение.

— Ох, Эрик, но как же так? Мой отец человек, даже не маг.

— А мать?

— А мама... больна. Она не смогла перенести роды и замкнулась в себе. Никакое лечение ей не помогает. Она почти ничего не осознает. Но тогда выходит, что именно она… феникс?

— Скорее всего. Расскажи о матери поподробнее, Марьяна.

И я рассказала о своем горе и о том, что никогда не чувствовала материнской заботы и тепла. Что хотела поступить в академию и отучиться, чтобы начать зарабатывать и показать маму самому лучшему лекарю.

Эрик перетащил меня на свои колени и внимательно слушал меня, уткнувшись в мои огненно-рыжие волосы.

— Феникс может зачать от любого существа. Не обязательно быть истинной парой. Ты ведь знаешь, что истинность связывает только двуипостасных?

— Да.

— И, видимо, твоя мать очень сильна, раз ты смогла унаследовать такой огонь. Но тогда я не понимаю, что за недуг ее одолел. Поверь, фениксы не так слабы, как ты мне рассказываешь. Но если у твоей матери слабый дар, то тогда должен быть силен в отце, но ты говоришь, что он человек. Не стыкуется это все.

— А если она феникс, скажи… ее можно вылечить? — я замерла. Меня даже этот вопрос интересовал гораздо больше.

— Ты совсем ничего не знаешь о фениксах? — спросил Эрик и поправил мои влажные волосы.

— Нет, — качнула головой.

— Ей надо всего лишь переродиться.

— Ох! Эрик! А ведь… мама, — я закрыла рот рукой. От догадки меня пробило ужасом. — Я когда была в последний раз у нее и показала, как могу управлять огнем, она кинулась на меня. Я так испугалась, она так билась, когда отец пытался ее успокоить. Как… птица в клетке.

— Ее тело для нее клетка, Марьяна. Почему-то ей не хватает огня, чтобы переродиться.

— Она хотела, чтобы я ее… подожгла?

— Восемнадцать лет в теле словно овощ не каждый выдержит, птичка моя.

— А потом отец дал ее лекарство, и она уснула.

— Разберемся, девочка моя. Как и в том, почему родной отец выгнал тебя. И с каких пор фениксы болеет чем-то подобным, — хмуро говорил Эрик.

— Может, мама скрыла от него свою природу?

— Только если ей угрожала опасность, она могла покинуть границы Гнезда и скрыться среди людей. Фениксам нужна семья.

Я не стала рассказывать, как отец относился ко мне. Как хотел продать старику. Пусть эта печальная веха моей жизни останется в прошлом.

Я снова уткнулась в ложбинку между его ключицей и шеей. Почти вся разместилась на драконе, распластавшись по нему.

— Эрик, но кто мог залезть к тебе? Ты ведь такой сильный, глава тайной канцелярии.

— И мне это интересно. Только отчаянные идиоты способны на это. И у меня есть некоторые соображения по этому поводу.

— Ты не скажешь? — я подняла голову, чтобы взглянуть в глаза Эрика.

— Ты не должна больше ни о чем беспокоиться.

— Эрик, — начала я, и мой голос задрожал от эмоций, — Я так устала.

Его руки снова осторожно обняли меня, прижимая к себе так крепко, будто он боялся, что я испарюсь. В его объятиях я почувствовала нечто большее, чем просто безопасность или утешение. Я почувствовала, что рядом с ним мой дом.

— Ты не одна, Марьяна, — тихо сказал он, — Теперь мы вместе.

— Я боюсь своей сущности, — вдруг призналась я.

— Тебе нужен такой же феникс, чтобы научить справляться с ней.

— А ты не можешь научить меня? — с надеждой спросила я. Появление таких же как я пугало меня.

— Я только в общих чертах знаю о твоем роде. Но не волнуйся, я сам подберу тебе учителя.

— Хорошо, раз без этого не обойтись, — согласилась я. — Эрик?

— М?

— Дай мне свою руку, я хочу обработать ее. И прошу… перестать тратить магию на связь. Я ведь рядом.

— Птичка моя.

— Пожалуйста, Эрик, — настойчиво произнесла я. — Не принимаю никаких возражении!

Я села на кровати и сложила руки на груди.

Наконец, с некоторым колебанием, Эрик медленно стянул перчатку, и я увидела его руку. Вид его воспалённой и обожжённой кожи заставил мое сердце сжаться от боли. Шрамы переплетались с участками кожи, которые казались чрезвычайно нежными и уязвимыми. Это было напоминанием о той ночи.

А еще осознание того, что он предпочел страдать, не тратя свою магию на регенерацию, чтобы сохранить нашу связь через метку, пробудило во мне ещё большую нежность и решимость помочь ему.

— Как ты мог так себя не жалеть? — мои глаза наполнились слезами. Не столько из-за ужаса, сколько от переполнявшей меня благодарности и любви к этому существу, которое решило, что я важнее его самого.

Я не могла оставить это так просто. Настояла на том, чтобы он дал мне мазь, о которой он упоминал как о средстве, помогающем в лечении. Я сама начала аккуратно обрабатывать его руку, стараясь прикоснуться как можно более нежно к каждому шраму, к каждой ране.

— Я здесь, Эрик, — шептала я, продолжая наносить мазь, — Позволь телу исцелиться.

Вскоре я закончила и перевязала бинтом руку. Доползла до своего дракона и поцеловала его в подбородок, потом в краешек губы и посмотрела в его глаза.

— Хочу спать. И тебе сон тоже нужен.

— Отдыхай, птичка моя, — нежно прошептал он и поправил мои волосы, закладывая их за уши.

— Ты ведь не уйдешь? — спросила я, обняв его за могучий торс, прижалась как можно ближе к мужчине, своему истинному.

— Я буду рядом.

Слова успокоили, но не надолго. Потому что в голове засела другая мысль. Скоро я увижу настоящего феникса. Чем для меня закончится эта встреча?