Борт неизвестного корабля / Нижний трюм грузового судна голодианцев
– Серьёзно? – убрав гладкие чёрные руки с рычагов боевой установки, рослый воин растерянно оглянулся назад. – Мы гонялись за ними весь этот шервов год! Я на брюхе прополз за ними всю галактику, кэп, ты уверен?
– Мы проползли… – за спиной у него прозвучал хриплый голос. – На борту цели важный заложник. Халк расшифровал их переговоры. Убивать совершенно невинного человека я никому не позволю.
– А если мы их упустим, кровь скольких невинных прольётся ещё, капитан? Паскудный размен.
– Ваш совет очень важен для нас! – хриплый голос отчётливо похолодел. – Сдай пост и проветрись.
– У меня с ним свои личные счёты! – рявкнул громко стрелок и болезненно сжал кулаки.
– Злость не лучший советчик, и ты это знаешь, – прозвучало уже куда мягче. – Дни Морбунда сочтены, но сначала пусть скинет заложника.
– Ты неисправим! – прорычал чернокожий, полыхнув в полутьме алым светом зрачков. Правильно Лям говорит…
– Я тебя не держу, – глубокая тень позади колыхнулась, но чётче не стала. – Через час у нас выход к имперскому маяку, можешь взять малый катер. Привет Лямурэю.
– После стольких лет рядом, в одной команде, ты…
– Ты с нами полтора года. Да, я – известная сволочь. Приказываю немедленно покинуть боевую часть и сдать коды ключей. Расчёт ты получишь на маяке.
– Ысова шваль.
– Всего самого наилучшего.
Массивная чёрная фигура резко отпрянула от стойки пульта, медленно распрямилась, вставая из кресла, и, прорычав нечто нечленораздельное на своём языке, гулкочавкающем, как топкая грязь под ногами, порывисто удалилась.
Зажглось приглушённое освещение, и из тени плавно выскользнула невысокая приземистая человеческая фигура. Бесшумно заняв ещё тёплое кресло, мужчина рассматривал голопроекцию корабля, который он многие месяцы безуспешно преследовал. Старая колымага, уязвимая и беззащитная. Висит, разгоняя несущие двигатели, явно готовясь к прыжку. Как на ладони. Достаточно просто нажать на кнопку. Может, прав боевик?
Заманчиво… Одним выстрелом боевых установок уничтожить самую крупную в этой галактике ячейку торговцев людьми. Ну, подумаешь, просто заложник. Одна чья-то жизнь. Один маленький человек.
Нет. Компромисс с собственной совестью всегда ведёт к краху. Капитан тяжко вздохнул, заблокировал пушку и потянулся к динамику внутренней связи.
– Йем. Кинь на них парочку свеженьких маячков. И шпиона, хочу их послушать.
– Понял, кэп. Радары противника нас гарантированно не обнаружат. Продолжаем преследование?
– Нет, – это простое решение отдалось вдруг уколом глухой боли. Предчувствие? Наверное, всё-таки прав был Стрелок. – Уходим на старый маяк. Построить маршрут и усилить все меры защиты.
Подальше от искушения.
✦✧✦
Итак, что я имею?
Ободранную лодыжку, сбитый палец ноги, ободранную поясницу, обломанные до крови ногти, голую задницу и желудок, урчащий от голода. Всё это на фоне желания сдохнуть и дикой тоски. Так, отставить попытки депрессии в экипаже.
Не время, не место.
Как говаривал братец Макар: «Главное – чётко продумать стратегию».
Подперев голой спиной вертикаль диафрагмы, я сидела на пористом полу и пальцами ожесточённо разбирала волосы, заметно отросшие за преддипломный год. Курсантское суеверие: не стричься до выпуска. Надо было налысо побриться, теперь бы я с ними не мучилась.
Перекинула за плечо, заплела в тугой жгут. Взгляд зацепился за странного вида отметину на внутренней стороне запястья. Присмотрелась, ногтем оторвав тонкую корочку свежезапёкшейся крови. Шервовы яйца!
Похоже, они удалили мой паспортный чип. Потрясающе. Я теперь не Мария Аверина, полностатусная гражданка Империи, уроженка Земли, выпускница Космической Академии, а… никто? Это открытие с ноги и наотмашь врезало по мозгам.
За минуту я пропрыгала всю шкалу Кюблер-Росс – от шока сквозь гнев и депрессию и обратно, не найдя в себе силы принять очевидное.
Я нынче никто. Меня теперь не защищает закон, мои права стали пылью.
На одном уровне с ысами.
Ыса?
Затуманенный слезами взгляд вдруг упёрся в неряшливую бурую шкуру зверушки, сидевшей напротив. Огромные остроконечные уши-локаторы, трёхпалые тонкие лапки, грубый мех клочьями, острая мордочка, чуткий тонкий носик. И огромные голубые глаза, смотревшие очень внимательно. Даже, я бы сказала, оценивающе.
Привет, соплеменница. Помесь пустынной лисички, кошки и мифического Чебурашки. Мой любимый герой детских сказок. Я никогда раньше не видела ыс.
– Кис, кис, кис! – брякнула я. Видно, крышей поехала от отчаяния. Всем же известно, что ысы всеядны. Жрут всё, всех, всегда и везде. А ещё всем известно, что эта напасть, уверенно захватывающая Вселенную вслед за разумным человечеством, непотопляема, неистребляема, непредсказуема и коварна.
Ну и ладно. Терять мне как бы и нечего. Девственность ещё только осталась. Случайно. Говорят, есть миры, где её можно очень выгодно продать. Возможно, туда меня и отправят. Ну что же… Мне придётся принять новые правила игры. Они потом сами ещё пожалеют.
К моему величайшему изумлению, не сводя с меня взгляда, ыса медленно поднялась на задние лапки и села, опираясь на хвост.
– Думаешь, как меня слопать? – я вытерла слёзы ладонью и выдохнула. – Шервовы жабры тебе, а не Машку Аверину. Им всем. Мы никогда не сдаёмся, понятно? Так пиратам и передай.
Хватит лить слёзы. Пора найти выход к воде, концентраторам, разобраться с коммуникациями и вообще…
Я опёрлась на руку и попыталась подняться.
Резкий рывок уронил меня на бок, острая боль в ссадине на бедре заставила вскрикнуть. В ту же секунду мне буквально на голову упала та самая ыса. Скатилась под бок и испуганно замерла.
– Спокойно, Бурашка, это прыжок. Что-то долго они разгонялись. На такой шаромыге, как эта, не только в другие галактики не перепрыгнуть, но и в нашей не очень-то разгуляешься. Максимум пару парсеков. И знаешь, что я тебе скажу? Мои братья меня будут точно искать. И найдут.
Ыса очень внимательно слушала и спокойно дышала. Потом тяжко вздохнула и пристроилась на моём животе, плотно свернувшись в комочек. Интересно, зачем?
Уже через пару секунд мне всё стало понятно. Раздался гулкий щелчок, и контур палубной гравитации приказал долго жить. Или сработала система энергосбережения? Трудно сказать… Но зверёк точно знал, что подобное может случиться. Надо это запомнить.
Не выпуская из рук ысу, я правой рукой уцепилась за скобу на ближайшей стене и решительно распрямилась. Шаг вперёд, ещё шаг. Это может быть даже забавно. Зверёк тихо висел на руке, с любопытством смотрел на мои попытки победить невесомость и совершенно не собирался убегать.
Может, больная она, эта ыса? Ну и ладно. Все прививки мне сделали в академии, вряд ли это опасно. Разве что голубоглазая ждёт моей смерти, чтобы подружек позвать и наконец поужинать. Или пообедать. Не пропадать же добру.
– Как думаешь, где здесь вода? – неловко, рывками перемещаясь между огромными ржавыми скобами, спросила я у ысы. – А то пить так хочется, что нога разболелась. И жрать нечего. А ты ничего так, упитанная. Признавайся, питаешься пленниками?
Кажется, ыса-Бурашка обиделась. Она лапками опёрлась о моё голое предплечье, слегка царапнув коготками, и выскользнула из рук. Потом, ловко орудуя этими самыми лапками, словно маленький толстый ушастый тюлень, сделала несколько гребков в невесомости и поплыла к арке дверного проёма, зияющего неподалёку.
– Уже покидаешь меня? – вдруг стало обидно до слёз. – Везёт мне на лучших друзей. Один продал в рабство пиратам. Второй, вон… на шутку обиделся. Козлы вы все.
Ыса в воздухе затормозила хвостом и оглянулась назад. Готова поклясться: она меня слушала и понимала. Кивнув выразительно, толстый зверёк снова поплыл в сторону двери.
Кажется, я немножко рехнулась. Веду с ысой душещипательные разговоры, дала ей забавное имя, назвала её другом. Или его? Зря я прогуливала пары космобиологии…
Чувствуя себя окончательно обезумевшей, я оторвалась от стены и последовала за ним.
Или за ней? Если назвали Бурашкой, то пусть пока будет женского пола. А там уж… как получится. У нормального, трезвомыслящего, образованного человека всегда есть право выбора. Мне его не оставили. К чему это я?
– Погоди-ка, Бурашка! Не хотелось бы шею свернуть в невесомости. Стой!
✦✧✦✦✧✦