ГЛАВА 8

Самые большие неприятности в этой жизни нам доставляют близкие люди.

Народная мудрость

— Дашка! Дашка! Вставай, лиса золотушная, мы проспали!!! — безжалостно ворвалось в мой сон, в котором я на БТР гонялась за демиургами из их Совета и периодически постреливала по сторонам.

Открыв глаза, узрела перед собой недовольную морду Сосискина, чья филейная часть грозилась раздавить мне грудную клетку. Сбросив паникера с себя, сладко потянувшись, хриплым спросонья голосом уточнила:

— Куда мы проспали? На ракету, стартующую к Земле? Или, может, у нас под окнами десять трупов уже попахивают, а я задерживаю похороны?

— Тьху на тебя, жаба безответственная, ты им сказала, что на рассвете они должны сделать выбор, а скоро уже обедать пора! — в сердцах плюнул пес. — Давай уже определим самых стойких и поедим, наконец!

«Война войной, а у Сосискина обед по расписанию!» — уважительно качнуло головой восхищение перед его способностью съедать в день больше, чем он весит.

Выбравшись из постели, позевывая, пошла умываться и готовить себе кофе. Под вопли Сосискина, пытающегося разбудить во мне совесть: «Ты всегда подрываешь авторитет начальства», налила себе огромную кружку ароматного напитка и собралась осчастливить томящихся в безвестности детишек своим появлением. Увидев, в каком виде я собралась появиться на публике, пес повалился на пол и горестно завыл:

— Куда ты, хлабуда, собралась??? Что подчиненные подумают?!! Мало того что начальство проспало, так и выглядит как шалава после попойки! Ты хоть халат надень и причешись!

«На что это он нам намекает?!» — грозно поинтересовалось самолюбие.

Я в ответ пожала плечами: с моей точки зрения, трусы в полосочку и майка с портретом мультяшного героя, вопрошающая «Кто убил Кенни?», в совокупности со стоящими дыбом ярко-фиолетовыми волосами выглядели вполне пристойно. Пусть скажут спасибо, что умылась, а то бы узрели черные круги от туши и карандаша под глазами, придающие мне тифозный вид.

Плюнув на претензии на тему моей внешности, я, взявшись за ручку двери, бросила через плечо:

— Запомни, мой друг, начальство не опаздывает, начальство задерживается и может появиться в чем угодно, на то оно и руководящая инстанция! — И вышла на солнечный свет.

Видимо, этой ночью у моих орлов в вороньих перьях произошла переоценка ценностей. На их лицах читалась решимость доказать всему миру, что их задницы достойны приключений. Моментально построившись, соплестоны замерли, ожидая моего приговора.

Я, глянув на замерших при моем появлении ребятишек, лениво прищурив глаз, миролюбиво прозевала:

— Ну что, чумные бактерии, кто остается, делает шаг вперед, остальным дружно махаем платочками вслед.

Шеренга дружно шагнула, а я, прихлебнув кофейку, многообещающе улыбнулась:

— Через минуту вернусь, будем проводить обряд посвящения в солдаты.

Вскоре я вернулась с накинутой на плечи простыней, таща за собой стул, который поставила посередине лужайки. Жестом фокусника достала из-за пояса машинку для волос и весело спросила:

— Кто из вас, микроцефалы, первым будет лишаться волосяного покрова на голове? Не стесняемся, подходим, садимся и даем вождю снять с себя скальп. Ожерелье из ваших зубов мне обещали преподнести милые молодые люди, которые вчера поработали стоматологами.

После этих слов за сердце схватились Гламурчик, Лель и Альфонс, девушки, помня, как их вчера таскали за космы, решительно сдвинули брови. Первой в мое импровизированное кресло парикмахера села Мальвина. Видать, Плурка значительно проредила ее шевелюру, если красавица не стала задавать дурацких вопросов. Заметив ехидную улыбочку Гламурчика, я ободряюще сжала ее плечо и прошипела, как огнетушитель:

— Волосы не зубы, отрастут, а вот если я услышу хоть один смешок, то из ушей весельчаков вырежу новогодние снежинки и развешу их владельцев на елках.

Умник поспешно захлопнул свою щербатую пасть, а остальные превратились в сусликов, замерших посреди степи. Закончив работать цирюльником, я тихонько прошептала Мальвине в алеющее ухо:

— В зеркало смотреться не советую, надо привыкать к новому образу постепенно, рекомендую начать с отражения в лужах. Будет совсем плохо — обращайся, дам валидол.

Дальше процесс пошел как по накатанной. Демиурчики беспрекословно дали себя обрить наголо, некоторые, правда, украдкой вытирали грязными ладошками слезы. Громче всех хлюпал носом белокурая бестия Лель. Я решила проявить сострадание: уверила его, что так он выглядит намного брутальней, и предложила выколоть ему на затылке «Веселого Роджера», а также проколоть бровь, чтобы окончательно убедить всех в его ориентации. К такой кардинальной смене имиджа он пока еще не был готов, но, к счастью, перестал издавать вздохи, от которых хотелось взять в руку опасную бритву и перерезать ему глотку.

Последней решилась довериться моим талантам стилиста Цветочек. Я почти закончила стрижку, когда посмотрела на нее со стороны и в ужасе отпрянула. На меня глядел классический пришелец, таким, каким его принято изображать на сайтах уфологической тусовки. Зеленоватая полупрозрачная кожа, обтягивающая косточки, огромные черные глаза на непропорционально большой голове и практически полное отсутствие груди.

«Мать, такую ночью увидишь, топором не отмахнешься!» — в ужасе закрыл глаза мой шок.

«Делай что хочешь, но если ты оставишь ее в этом виде, то я от тебя уйду!» — поставило ультиматум чувство прекрасного.

«У тебя печень здоровая и нервы вроде крепкие, но я частенько с перепою страдаю головной болью, так что, если не хочешь, чтобы я тебе устроил белую горячку, сделай из нее что-то менее провоцирующее нервный срыв!» — пригрозил мозг.

И я была с ними полностью согласна. Без смены имиджа Цветочек точно обеспечила бы меня инфарктом, причем качественно, надежно и в срок.

Оставив на середине головы несчастной небольшую полоску пушка, я метнулась домой за краской для волос красного цвета. Через сорок минут уже любовалась результатами своего труда. Теперь она напоминала молоденькую курочку с пробивающимся на голове гребешком. По мне это лучше, чем пугать меня своей похожестью на инопланетянина и будить низменные инстинкты на тему «грохнуть ей по голове саперной лопаткой в качестве превентивной меры по защите от внеземного разума».

Закончив работу, я передала демиурчиков, здорово смахивающих на капустные кочаны, в надежные лапы Сосискина, а сама пошла в дом — готовиться для прогулки к реке. Переодеваясь, прислушивалась, что вещает мой друг новобранцам:

— Значит, так, уроды мамины, сейчас я выдам вам спортивную форму и банно-прачечные принадлежности. После пробежки на речку выжившие получат остальное обмундирование и паек. Но если кто-то думает, что я не прапорщик, а добрый Дедушка Мороз с мешком подарков, то он ошибается. Я вам всем долг запишу, и радуйтесь, что проценты будут минимальные. Надеюсь, все знают мою репутацию, и среди вас не найдется тех, кто захочет меня кинуть? — Ответом была мертвая тишина.

Опасаясь, что мой пес без меня доведет демиурчиков до слез, а моя душенька не примет в этом участия, я пулей вылетела на улицу и схватилась за сердце. От того, что я увидела, с трудом приглаженные волосы встали дыбом. Подойдя к Сосискину, наклонившись, приказала:

— Быстро за мной!!! И не вздумай по пути слинять, поймаю — пущу на генеральскую папаху.

Заведя пса за угол, я елейным голоском начала:

— И когда же мой начпрод успел смотаться на Мосфильм и найти одежду, в которой Леонов, Вицин, Краморов и Василий Алибабаевич снимались в «Джентльменах удачи», а? Я вроде как четко дала понять, что хочу видеть демиургов спортсменами и солдатами, а не группой со скамейки запасных из общества «Трудовые резервы», целиком состоящей из жертв нападения гопников.

Пес сделал вид, что не понимает, о чем я. Тогда, нагнувшись и схватив его за шкирку, заорала:

— Какого хрена они у тебя одеты в черные сатиновые трусы, белые майки и говнодавы неизвестного вида??! Ты какую лавку утильсырья ограбил, чтобы их экипировать?!!

Сосискин понял, что сейчас будут репрессии, и моментально сдал Эдика, которому дал наводку на одного начальника военного склада.

— Ах ты, фриц недобитый, подрываешь обороноспособность нашей страны, обворовываешь закрома Родины!!! — услышав это, вскипел патриотизм.

— А где я тебе должен был добывать все то, что ты заказала?!! — завопил пес, почувствовавший на своей шкуре мою тяжелую руку.

Делая безуспешные попытки освободиться, он верещал, как пойманный с поличным казнокрад:

— Я обворовываю, я?! Да там без меня давно все разворовали!!! И вообще, никто стратегический запас не трогал, мне, между прочим, пару бомбардировщиков предлагали, а я отказался.

Но мне было ровно до его жалких оправданий, посильнее тряхнув его упитанную тушку, отрезала:

— Через час вернусь, чтобы разбил лагерь, построил полосу препятствий, приготовил обед и достал нормальное обмундирование. И не вздумай мне тут пытаться наживаться, узнаю, что торгуешь тушенкой и мылом на местном рынке, отправлю на колбасу! — Закончив говорить, я пошла к демиурчикам. В спину донеслось:

— Я тебе что, Золушка, все это успеть??

Не поворачиваясь, крикнула:

— Не мои проблемы, не успеешь — поставлю на бабки, ты как раз мне должен за подарок на свадьбу, напрасно думал, что забыла.

Потом, сжалившись, добавила:

— Поговори со знакомым начальником склада, может, он тебе еще и роту солдат в аутсорсинг предоставит.

Вернувшись к своей десятке, до боли похожей на больных лишаем, я гаркнула:

— За мной, бегом марш! — И не спеша потрусила к речке.

Как они туда бежали, достойно отдельного описания.

Ограничусь лишь тем, что каждый разбил коленки, а Кабан и Плюшка полчаса пытались отдышаться, повалившись на травку, и хватали ртом воздух, как пойманные рыбы. Когда демиурчики узнали, что им светит купание в холодной воде, они завыли, как стая голодных волков. Наплевав на их вопли на тему того, что они чистые и что их хватают в воде за ноги и причинные места, я пинками загнала дураков в речку прямо в одежде. Попутно им подъяснила, что вместо того, чтобы жрать в три горла, можно было одарить речных жителей подарками и завести с ними знакомство, глядишь, и за задницы никто не щипал бы.

На мои вопли приплыли русалки, под обалдевшими взглядами недоумков я со всеми мило расцеловалась и стала нарочито жаловаться на молодежь, которая предпочитает зарасти в грязи, но не лезть в воду. Услышав мои стенания, русалки, хохоча, начали помогать моим крысятам мыться, периодически предлагая мальчикам потереть спинку и зазывая их вечерком заглянуть на огонек.

Когда я дала команду двигаться обратно, ко мне, краснея, подошла Бестия и, отведя в кусты, сообщила, что все девочки, кроме Цветочка, не могут даже быстро ходить. Узнав причину временной неходоспособности, я долго хохотала, поражаясь тупизму некоторых индивидуумов. Сосискин приказал всем сдать барахло, и эти дурищи отдали свое белье. Без лифчиков их груди подпрыгивали, как мячики, и причиняли им жуткое неудобство, а у Плюшки бюст имел примерно восьмой размер и грозился набить шишку на лбу. Повезло лишь Цветочку, ее прыщи можно было найти только с миноискателем, но теперь она жутко комплексовала без бюстгальтера с эффектом пуш-ап. Пришлось пообещать в ближайшее время решить эти проблемы, только вот интересно, кто согласится сшить для толстушки пару чехлов для танков? Остается надеяться, что мой оборотистый пес не загнал кому-то их рвань.

По дороге назад создалась необходимость прибегнуть к помощи лесных друзей: мне никак не удавалось заставить своих инвалидов передвигаться быстрее. А так кикиморки поухали, пару раз камешками в спину кинули, и мои живые трупы пришли в состояние пригодности для выступления на ипподроме в качестве призовых рысаков.

Вернувшись назад, вместо привычной поляны мы уперлись в высокий бетонный забор с КПП, на котором нас ждал вытянувшийся в струнку Сосискин, который при виде меня отрапортовал:

— Приказ выполнен, капитан, объект готов к сдаче!

Зашла внутрь, и мой мозг восхищенно присвистнул:

«И как этому стервецу удалось осилить такой фронт работ?»

Его поддержало любопытство:

«Интересно, во сколько это ему встало и кого он привлек в качестве рабочей силы?»

А жаба укоризненно покачала головой:

«И на что только некоторые не пойдут, чтобы долги не платить».

Ну, а я удовлетворенно разглядывала наш лагерь. Все шалаши были снесены, и на их месте стояли шесть армейских палаток. В ходе проверки я выявила: в двух палатках располагались казармы с кроватями, в остальных разместились склад, полевой госпиталь, столовая и учебный класс, полностью оборудованный всем необходимым. Также наличествовали: летняя кухня, погреб, баня, пять кабинок для душа и десять умывальников для улицы («Не иначе как упер из заброшенного пионерского лагеря!» — скривилась догадливость), к ним присоединялись сарай с полезным инвентарем, колодец, шикарная полоса препятствий и спортивная площадка с турниками, брусьями и прочими тренажерами.

По окончании инспектирования я пожала псу лапу и выразила ему благодарность. На что ушастый мерзавец тут же ответил:

— Ну теперь я в расчете с тобой за несчастный столовый сервиз?

Я была бы не я, если бы не ответила:

— Если ты думаешь, что этот секонд-хенд, который ты натырил неизвестно где, может равняться стоимости посуды Короля-Солнца, то спешу обрадовать, ты как раз отработал одну супницу. И, надеюсь, понимаешь, что за мое участие в твоей охоте за Тканью Мироздания ты вообще мне по жизни должен?

Пес выматерился, а я, насвистывая, дала команду обедать.

«Как оголодали-то, сердешные!» — хлюпнула носом неизвестно откуда появившаяся жалость, когда я глядела, с какой скоростью демиурчики поглощают еду.

В малоприятном вареве мне удалось опознать перловку, а в стаканах с бурдой унюхать запах цикория, призванного во все времена заменять в столовках чай, кофе, какао и компот. Сразу вспомнился детский сад, и подкатила к горлу тошнота. Мои предпочтения в еде услужливо напомнили, что если я не хочу пугать унитаз ревом своего желудка, то придется исключить из общего рациона манную кашу с комками, молочную лапшу с пенкой, рассольник с вываренными огурцами, творожную запеканку и кисель, которым можно обои клеить. Пришлось срочно бежать домой — лопать бутерброд с черной икрой, так сказать, чтобы притупить приступ ностальгии.

Только после того как демиурчики поели и под надзором Сосискина вымыли посуду, я отважилась высунуть свой нос из-за двери. Ну ничего не могу с собой поделать, на эти продукты мой организм всегда плохо реагирует, ведь недаром же говорят, что все наши страхи и комплексы родом из детства.

А моя лень, представив, что могут приготовить демиурчики, завздыхала:

«Ох, чувствуется, на первое время придется самой к мартену вставать, вряд ли эти кулинары что-то съедобное сварят».

После обеда я загнала салаг в класс, так как чувствовала, что настало время серьезного разговора. Не успела открыть рот, как с задней парты раздался храп Кабана и стук его головы, упавшей на парту. Мой глаз нехорошо дернулся, а злость прошипела:

«Кормить надо меньше дармоедов, вон как их от сытости в тепле разморило, погоди, еще осмелеют и на шею сядут!»

Схватив со стола линейку, я подлетела к храпуну и со всего маху шлепнула его по лысой макушке. Он вскочил, как чертик выскакивает из табакерки, и вытаращился на меня.

Я со змеиной улыбкой пропела:

— По тебе полз клоп-с, а я по нему шлеп-с.

И, переходя на басы, заорала:

— Ты, бурдюк с салом, будешь всю ночь стоять в карауле, а если заснешь, лично кишки выпущу, набью их твоими мозгами и заставлю тебя сожрать!!! Все ясно?

— Да!

— Не «да», а «так точно»! Упал, отжался, и так двадцать раз, мамин позор.

Пока толстяк пытался отжаться, с передней парты, за которой сидел Крыс, донеслось еле слышное:

— Сука.

Подлетев к полувампиру, я наклонилась и проревела ему в лицо:

— Сука не наука, а профессия, поэтому я, как профессионал в своей области, буду сегодня спать, а ты, сучонок, будешь нести вахту вместе с жирдяем. Вам же, кровососам, по ночам спать необязательно? Не слышу? Или мне воткнуть тебе осиновый кол, а твой прах отправить домой?

— Да… Так точно, не нужно! — вскочив, проорал Крыс.

Похлопав его по щеке и ощутив спиной его горящий ненавистью взгляд, я проследовала на свое место. Вернувшись за свой стол, дала команду Кабану заканчивать свои жалкие потуги оторвать свою тушу хотя бы на сантиметр от пола, села, закинув ноги на стол, и начала нагонять ужас:

— С сегодняшнего дня ваши жалкие задницы принадлежат мне, и если я скажу подпрыгнуть и зависнуть, вы это сделаете. Скажу прыгнуть в костер — вы прыгнете и не спросите: «зачем?», прикажу жрать лягушек — сожрете и попросите добавки. И не вздумайте мне погибнуть по собственной дурости, найду и четвертую!!!

На мгновение я задумалась, а потом продолжила:

— Среди вас есть и родственники тех трех козлов, которых я отправила в бесконечное путешествие, и тех, кто жаждет прийти к власти. Так вот, — грохнула кулаком по столу для усиления эффекта, — если увижу, что кто-то пытается саботировать мои распоряжения или отлынивает от заданий, то я устрою ему персональный ад, по сравнению с которым квест троицы чморотухов покажется приятной прогулкой. А потом напущу на ваших родителей Сосискина, который проведет ваши выбраки как штрафные санкции и пустит их по миру. Поэтому сегодня я разрешаю всем, кроме двух мракобесов, решивших мне дерзить, отдохнуть и отоспаться, а с завтрашнего дня вы приступите к тренировкам.

— Что нам предстоит делать? — робко подняла руку Плюшка.

Прежде чем ответить на вопрос, а заодно и поделиться полученными сведениями, которые серьезно изменили мои прежние планы, я мысленно перенеслась на двенадцать часов назад…


Я уже почти уснула, когда меня разбудил звук открывшегося окна, в которое влезла нахальная морда Владыки драконов Лабуды.

«Ты с какого дуба рухнул, что в таком виде сюда приперся, всю малину решил мне спалить, примус летающий?!» — забухтела моя конспирация при виде старого знакомого.

Нарушитель покоя отрицательно покачал головой:

— Я усыпил всех в радиусе пяти километров, так что давай, поднимай свою тощую жопку и выходи на улицу, разговор есть.

В голосе летающего змея слышалась нешуточная тревога, поэтому я быстро собралась и побежала во двор. Проходя мимо дивана в гостиной, попыталась разбудить Сосискина, но тот не пожелал открывать глаза и послал меня, не приходя в сознание.

— На Разноцветном что-то случилось? — едва завидев друга, в лоб спросила моя тревога.

— Нет, с нашим миром все в порядке, зато у тебя с демиургами назревают большие проблемы! — «успокоил» меня дракон.

— Ха, не с демиургами, а с демиурчиками, и не проблемы, а проблемки, которые я завтра начну решать, они как раз после сегодняшнего дошли до нужной кондиции, — отмахнулась моя самоуверенность.

— Нет, Дашка, как раз не с твоими желторотиками, а с их родителями. Я узнал, что они планируют большую заварушку, вне зависимости от того, выиграешь ты или нет.

— Кому-то хочется власти больше, чем медведю бороться? — уточнило мое чутье на проблемы.

— Да, — подтвердил верный союзник. Демиурги-оппозиционеры попросили одного уважаемого в мире Пифий и Оракулов провидца сделать предсказание. И он сказал, что, скорее всего, победит их кандидат. Они уже начали планировать, как можно его использовать в своих целях в борьбе с Советом. Отец Ника считает, что тот, кто сможет выжить на Изменчивом, поможет им совершить переворот. Остальным, включая отпрыска члена Совета, они хотят помешать вернуть силу. Только представь, что из них можно слепить, дуря головы на тему того, что это ты или Совет виновны в их бедах? И какой резонанс поднимется в их обществе, если все вокруг начнут говорить, что Совет таким образом убирает неугодных и мстит посмевшим выступить против него?

«Даже ребенок члена Совета пойдет против отца из-за того, что он заставил его участвовать в борьбе за власть, в результате которой ребеночек потерял свою силу, а что говорить о выходцах из других семей, которых убедят в нашей виновности!» — констатировала моя логика.

«И всегда найдутся те, кто поверит наветам и перейдет в противоположный лагерь», — ответили мои приличные познания в закулисных играх.

— Главный и Пра знают об этом? — потребовал ответа мозг, пока я сыпала красочными эпитетами в адрес родителей и знакомых трех сволочей.

— Они догадываются, что оппозиция что-то задумала, но доказать ничего не могут, прямых улик нет, а голословным обвинениям никто не поверит. Среди команды есть их представитель, и они надеются, что все же он сможет прийти к победе, а провидец ошибся. Но они понимают: нет гарантий, что их противники не предусмотрели такую возможность развития событий и не заявят, что ты заранее знала, кто есть кто в десятке, и не удаляла лишних. Главный считает, что грядет война демиургов, и вы — прекрасный повод ее развязать. Еще он верит в тебя и твои способности вывернуться из любой ситуации. Так что на сегодняшний момент ты их призрачный шанс предотвратить резню и сохранить свою власть, — отрапортовал бронированный змей.

— Значит, вот оно как получается. Я не знаю засланного казачка и, вполне может получиться, что он вылетит раньше всех. Помогу ему победить — получу девять обиженных, которых тут же настроят против меня. Если помогу вывести в финал кандидата от оппозиции, его моментально науськают, и он устроит Совету антифаду, а потом примется за меня. Проиграю, угробив всех, — мне все равно настанет копец, потому что папашку Ника и его приспешников никто не остановит, они все равно попытаются совершить революцию, и очень многие их поддержат. Если они придут к власти, то тут же вытащат Ника, Абрашку и Димона, лишат меня бессмертия, отнимут все, что есть, и грохнут меня и всю мою семью особо изощренным способом, — сжимая кулаки, отчеканил мой гнев.

Тут в мою голову пришла одна мысль, и я поделилась ею с Драконом:

— Может, вы меня по-тихому перебросите в мир Демиургов, и я там устрою небольшую атомную войну с последующей тотальной зачисткой? Или подобью главного нанести предупреждающий удар?

— Дашка, если бы это можно было сделать, неужели ты думаешь, что Совет обратился бы к тебе или сам не устранил бы несогласных с их курсом? В мире, где есть магия, ваше оружие не действует. Там другие законы природы, законы магии, а физика и химия, к которым ты привыкла, не работают. Тебе никогда не заманить заговорщиков в те немногие миры, где технологии отдаленно напоминают земные. Среди демиургов полно подонков, но вот клинические идиоты среди них не встречаются. И Совет не может первым развязать магическую войну на пустом месте, за это Творец Сущего тут же их развеет по ветру. Он, может, даже и не вмешается в эту войну: ходят слухи, что они так достали его, что Творец сам мечтает их убрать. Вполне вероятно, что он и стоит за всеми событиями в их мире.

— По-любому, куда ни кинь, всюду клин, — дождавшись, когда Владыка закончит говорить, запричитал мой пессимизм.

Дракон полностью согласился с этими выводами, присовокупив, что его племени грозит геноцид. Слишком они стали раздражать демиургов обретенной независимостью и своей помощью мне.

«Н-да, так и знала, что надо было слушать задницу и не подписываться помогать Пра и главному», — выругалась моя притупившаяся бдительность.

«Нужно срочно вносить корректировки в планы и устроить поганцам большой облом!» — подвели итог услышанному мои мстительность и жажда справедливости.

«У меня уже есть пара мыслишек, как подложить свинью особо ретивым!» — хрустнуло пальцами мое умение рушить чужие козни.

Я же молча выкурила две сигареты, а потом, собрав мысли в кучку, озвучила свое решение:

— Сосискин не переживет, если лишится хотя бы копейки, а он мне слишком дорог, чтобы я позволила кому-то его расстраивать. Моя семья только начала жить по-человечески, а бабулька нашла свое счастье, так что я порву любого, кто попытается нарушить мирное течение их жизни. Вам я обязана нашими с Сосискиным жизнями и не допущу, чтобы какие-то рвущиеся в верха уроды начали вас истреблять. Отсюда вывод — придется устроить оппозиции священный джихад, а их дети станут моими солдатами.

Дракон после этих слов попытался открыть рот на тему моих умственных способностей, но, видимо увидев мои глаза, поспешно прикусил язык.

На всякий случай я уточнила, достоверны ли сведения и почему Совет не мог посмотреть Нити судьбы заговорщиков, чтобы обнародовать сведения о планах противника. На первый вопрос я получила ответ, что разговор демиургов-оппозиционеров был подслушан племянником Дракона в одном из незаселенных миров, куда тот отправился на свидание со своей девушкой. А что касается Ткани Мироздания, то демиурги сами себя загнали в тупик, когда поклялись именем Творца Сущего, что только раз в жизни каждый из них за самые выдающиеся заслуги может дотронуться до нее. На данный момент весь Совет и сочувствующие ему граждане воспользовались таким правом, да к тому же за последнюю тысячу лет никто из творцов особо не отличился.

«Учись, убогая, у Сосискина дела решать. Вы же не демиурги и можете юзать Ткань, как хотите: только прикинь, сколько он будет драть за возможность получить консультацию!» — уважительно цокнула моя зависть к чужим талантам, когда Дракон закончил давать мне разъяснения.

И я была вынуждена полностью с ней согласиться. Уточнив для себя еще несколько животрепещущих моментов, разбудила Водяного и Хозяина леса и познакомила их с Драконом. Обсудив с ними свои планы, отправилась домой и благополучно проспала до полудня.


Новости я узнала еще вчера, у меня имелось время подумать, и теперь нужно было сказать демиурчикам, что их ждет в будущем, ведь с недавнего времени они перестали быть для меня пустым местом. Ничего не могу с собой поделать, всегда начинаю вставать на защиту всяческих лохов. Причем мне надо быть как можно деликатнее, вряд ли они сразу поверят, что их родители мерзавцы, готовые пойти по их трупам.

Откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди, я осторожно ответила Плюшке:

— Еще несколько дней назад я хотела оставить троих из вас, но моим планам не суждено было сбыться. Поэтому придется делать из вас боеспособное подразделение.

— А не проще ли сразу оставить одного? — тут же подал голос Альфонс.

Я скривилась, как при виде назойливого продавца, и ответила:

— Мне вообще проще перетащить вас и дворец Наместника тьмы на Землю, и там вы нанесете по нему ракетный удар, но это не решит всех проблем.

«Режь правду-матку, не фига рассусоливать и разжевывать им все», — психанула моя нелюбовь к хождению вокруг да около.

И я резанула:

— Мой заснувший негативный опыт общения с вашей расой вчера был разбужен разговором с моим большим другом, который сообщил, в какое дерьмо нас всех втравили ваши родители и их друзья.

Демиурчики недоуменно переглянулись, а я продолжила:

— Победителя и сошедших с дистанции продолжат использовать как разменные монеты в борьбе за власть.

На лицах подопечных отразилось непонимание, и пришлось мне, стараясь, чтобы голос не срывался на истеричный визг, раскрывать планы их родственничков:

— Из проверенных источников мне стало известно: вас, как весьма недалеких и оторванных от реальности, хотят заставить плясать под свою дудку. Кто не понял, поясняю. Есть масса возможностей убедить наивного индивидуума действовать, как выгодно другим. Ваши родители не желают вернуть вам силу, а мечтают внушить, что ее у вас забрали я или Совет. А теперь подумайте, на что вы готовы будете пойти, чтобы только ее вернуть? Думаю, на все, потому что вы без нее ничто. Еще вас будут убеждать, что я помогла победить сыну или дочери члена Совета, а потом, разжигая обиду на такую несправедливость, вынудят возглавить марш несогласных. В их планах по захвату власти в вашем мире вам уготована роль фигур, которыми легко манипулировать и в случае чего пожертвовать.

— Нет, наши родители не могут так с нами поступить, — замотала головой Заумная.

— Ну ты же поверила, что тебя сюда отправляют за гербарием. Тебе же не сказали, что ты отправляешься в организованный садисткой военный лагерь, где тебя станут морить голодом, заставлять бегать и разбивать свои кулаки о кирпичи, — ответил за меня большой жизненный опыт по обману доверчивых.

— Вам всем просто соврали о причинах вашей командировки в этот мир, так где гарантии, что больше не соврут или не пожертвуют вами, как отыгравшими свое пешками? — Я с убийственной прямотой поддержала его и продолжила раскрывать планы родственничков: — Открою большой их секрет. Победителю в будущем предстоит либо война с Советом и его сторонниками, а потом со мной и всеми живущими драконами, либо противостояние всем тем, кто попытается свергнуть существующее правительство. В обоих вариантах пойдут разборки творцов за кресла в Совете, и вы все окажетесь в это втянуты. Подумайте, сможете ли вы отказать отцу или матери, когда они вкрадчиво начнут вам предлагать еще раз доказать свою крутизну, свергнув нынешнее руководство? Откажетесь ли вы отомстить мне и членам Совета за все ваши лишения, в которых нас обвинят? Хватит у кого-то мужества сказать самым близким людям: «Я не буду помогать тебе захватывать власть и проливать кровь невинных». Уж поверьте моему жизненному опыту, под прессингом родителей, которые прекрасно знают вас и ваши слабые места, очень легко сломаться и поступить так, как они хотят. Если вы пойдете у них на поводу, то мир Демиургов ждет война, которая потом перекинется на меня и драконов. Не знаю, сможем ли мы победить, но одно знаю точно: я позову недовольных демиургами богов, и грянет война, которая расколет ваш мир пополам. Мне глубоко наплевать, что потом будет с творцами миров, одно скажу точно: я постараюсь отправить в небытие как можно больше врагов. И еще, я искренне верю в то, что, когда вы сыграете свои роли, на вас навесят всех собак, а потом поспешат избавиться, а те, которые стояли за вашими спинами, останутся чистенькими. Вас уже и так отдали мне на растерзание как самых ненужных и бесполезных, соврав вам о своих мотивах, так кто поручится за то, что они не пошлют вас на смерть?

После этих слов на лицах демиурчиков застыло потрясение. Каждый из них по моему виду понял, что я не шучу и не сгущаю краски. Им и в кошмаре не могло привидеться, что родители готовы легко пожертвовать ими ради достижения своих целей. Что я могла сказать? Добро пожаловать в мир взрослых? На моих глазах у девяти из десяти детей рушилась вера во все, что их окружало с детства, а мне в ближайшее время предстояло обратить их гнев против родных и близких.

— Давай, скажи им, что ты для них придумала, ведь по лицу вижу, что у тебя туз в рукаве!!! Радуй уже электорат своими предвыборными лозунгами, иначе они покончат жизнь самоубийством, а я останусь без своего приза! — гавкнул под руку заметно психующий Сосискин.

Он решительно тряхнул ушами и прорычал, заглушая нарождающуюся у демиурчиков истерику:

— Отставить слезы и слушать своего капитана, соплежуйки.

Я встала и, обведя раздавленных детишек тяжелым взглядом, начала озвучивать свой замысел:

— Вы победите все вместе. Я не буду натаскивать троих ниндзя, вместо этого предлагаю вам стать непобедимой командой. В ней каждый сам по себе будет способен победить, а все вместе вы сможете противостоять любому, кто захочет поиметь вас. Хочу, чтобы вы сделались силой, с которой будет считаться весь Мир Творцов. Поэтому мы выиграем это небольшое соревнование и получим бесценный опыт ведения боевых операций, а если кто-то после этого решит использовать вас в качестве пушечного мяса, то вы им покажете, как грамотно вертеть на одном интересном органе такого умника. Даже если при этом у вас не будет никакой магической поддержки.

— Мы никогда не сможем победить, — жалобно всхлипнула Бестия, и ее поддержал нестройный хор звенящих обидой голосов.

— Если я, имея на руках фактически одну мазь от геморроя и маленькую, но умную собаку, смогла не только выжить на Лабуде, но и заработать денег и отомстить своим обидчикам, то кто сказал, что десять демиургов под моим чутким руководством не смогут победить какого-то классического Наместника тьмы, а потом нагнуть тех, кто посчитал их за идиотов? — задал им встречный вопрос мой боевой дух.

После этого заявления рожицы немножко просветлели и на них промелькнула заинтересованность. Стремясь закрепить свой успех, я вкратце просветила детишек, объяснив, что им придется делать, а потом начала озвучивать уготованные для каждого роли:

— Крыс и Альфонс станут разведчиками. Вампир сможет оборачиваться мышью и следить за передвижением врага, а также осуществлять сбор информации в труднодоступных местах. Альфонс из той породы мужиков, на которых западают домохозяйки. Думаю, некоторые из них с радостью поделятся тайнами, которые им выбалтывают за обедом мужья.

Тут же вылезла пылающая праведным гневом на родаков Мальвина и заявила, что она тоже хочет быть разведчицей. Я ехидно прищурила глаз и невинно поинтересовалась:

— Мне рассказать тебе, после какого времяпрепровождения мужики становятся особенно разговорчивыми или сама поймешь?

Она испуганно пискнула и прикрыла рот ладошкой. Альфонс попытался выразить свое несогласие с моими планами. Видимо, представил себе какую-нибудь свиноподобную тетку, с которой ему предстоит амурничать, но я быстро заткнула ему рот фразой:

— Когда приходится выбирать между жизнью и смертью, переспишь с кем угодно. Мне при всех перечислить, с кем ты покувыркался, или сохранить эту маленькую тайну?

Он отрицательно качнул головой, а я продолжила:

— Цветочек будет снайпером. Детка самая маленькая и легкая, ей проще всего прикинуться ребенком и втереться в доверие к любому, а под ее весом не обломится ни одна ветка, когда она станет сидеть на точке. Кабан, Гламурчик и Лель — вы будете мечниками. Мальвина, Бестия, Плюшка — лучниками. Заумная — лекарем. Это мои предварительные наброски, если увижу, что ошиблась с распределением, то внесу корректировки. Далее. Кабан и Плюшка сядут на диету и получат двойную нагрузку, Цветочек начнет нормально есть и укреплять свое тщедушное тельце. Завтра с утра прапорщик расскажет вам о распорядке дня и назначит дежурных по кухне и лагерю. Когда чуть окрепнете, я найму вам лучших учителей по военным дисциплинам, а мы с Сосискиным поделимся нашим бесценным опытом по оставлению в дураках противника. А теперь быстро свалили, мне еще надо подумать, что нам необходимо сделать, чтобы вас тут не прихлопнули, как мух. Крыс и Кабан ночью дежурят, и не надо даже пытаться давить на жалость.

Демиурчики, переговариваясь, покинули нашу штаб-квартиру, а я приготовилась отразить атаку Сосискина. Он не заставил себя ждать и, вздыбив шерсть на холке, попер на меня:

— Ты с кем это вчера проводила переговоры за моей спиной, жучка драная? Почему я, твой верный соратник, все узнаю последним?!

— Меньше спать надо было, — огрызнулась я в ответ. — Вчера ночью звала тебя с собой, но ваше прожорливое величество дрыгнули лапкой и велели мне убираться (ну не стану же признаваться, что Дракон навел на всех сонные чары!). И напрягись немножко в поисках ответа на свой вопрос.

— Ну ладно тебе, — сразу сдал назад пес. — У тебя обширные знакомства, мало ли кто к тебе заглянул.

— Осподя, Сосискин, у тебя мозги только в сторону зарабатывания денег работают, на всем остальном они зависают! Кто, кроме владыки драконов Лабуды, мог мне сдать демиургов? Творец Сущего???

— А кто тебя знает, я не удивлюсь, если ты скажешь, что залетела от него.

Я выпучила глаза, а он как ни в чем не бывало продолжил:

— Дракон дело сказал, я, кстати, тоже об этом думал. Хрен эти хитрожопцы дадут нам спокойно насладиться победой. По себе знаю, когда на кону такой куш, как власть, что угодно сделаешь, чтоб кинуть. Поэтому нам нужна ударная группировка, которая всех поимеет и в хвост и в гриву.

— Да? А что же ты не поделился со мной своими мыслишками, а? Сам же поддерживал мою идею уполовинить состав подразделения! — тут же вылез мой талант к скандалам.

Пес досадливо отмахнулся:

— А я не привык перед батькой лезть в пекло! Поставишь под сомнение решение руководства и огребешь по полной. Вот если бы ты стала косячить, то я, конечно, вмешался бы.

И интимным шепотом добавил:

— Ну так что, бомбардировщики сюда перегонять или подождать?

Я тяжело вздохнула и просветила его об обломе с созданием эскадрильи. Закончив распинаться на тему бесполезности всякого современного оружия, припечатала:

— Так что думать, куда будешь пристраивать свои самолетики, ты станешь потом, а сейчас посоветуй, что мне подарить местной ведьме, чтобы она не превратила меня в Царевну-лягушку, когда завтра утром я нанесу ей визит.

Загрузка...