Колдунья и полицейский

История пятая. Короткая. Дом фантазий, или Как Саша Властного Властелина бил — 1

«Да твою ж…», — ругнувшись в который раз, Воронцов пробежал туда-сюда вдоль забора, но тому конца-края не было видно.

— Мира, — догадался он постучать в том месте, у которого приземлился, — ты там?

— Саша! — раздался любимый голос с другой стороны забора. — Я сейчас телепор…

Замолчала девушка слишком резко, Саша со всей силы зло стукнул в забор, но только руку ушиб. На дальнейшие окрики никто не отзывался. Зато в кустах неподалеку что-то зашевелилось. Из оружия у Саши с собой были пистолеты в кобуре, новенькие недавно подаренные Джиной, с бесконечными патронами и возвращающиеся к хозяину. И если в тоталитаризме оружие вообще не пригодилось, то сейчас Сашка резко выхватил его и наставил на шевелящиеся кусты, готовый при случае и их расстрелять, а то мало ли они плотоядными окажутся.

Однако вопреки абсолютно всем ожиданиям из кустов вылез Захар.

— Саш, не стреляй! — вынув из волос репейник, поднял руки журналист.

— Так, а ты здесь откуда? — оружие Саша на всякий случай не убрал — мало ли очередной демон Джоуба маскируется.

— Да я мимо озера ехал, в пригород, и тут вас у машины со спины увидел, тормознул, пошел поздороваться, но только окликнуть хотел, а вы раз — и в черную дыру провалились. Ну я следом и прыгнул — когда еще такой шанс представится, — самым честным и невинным взглядом смотрел на него Захарка. Вообще на приятеля-журналиста это было весьма похоже.

— И как докажешь, что это ты? — не стал терять бдительность Саша.

— А как надо? — вот это «вопросом-на-вопрос» было слишком похоже на Захара, и Воронцов убрал оружие.

— Ладно, — кивнул он, примеряясь к символам на заборе и цепляясь за один из них, — пойдем, перелезать будем, — подтянулся Саша.

Залезть было не сложнее, чем на скалодроме. И, к счастью, этот готический забор — как успел окрестить его Захар — оказался без напряжения, с не очень острым верхом и такими же символами с другой стороны.

Спустившись, Саша и Захар увидели впереди стену четырехэтажного особняка. Причем, именно стену, так как сказать, где она заканчивалась или начиналась, и где вход — было довольно проблематично. Создавалось впечатление, что размером этот дом с половину деревни.

Зато окна были.

— Портим чужое имущество? — Захар с готовностью поднял ближайший камень. В том, что этот журналист — настоящий сомнений почти не осталось.

— Саш, а Саш! — дергал его Захар за рукав, пока Воронцов, моргая, пытался понять, а что это такое. Зудящий на заднем плане голос Захарки задавал тот же вопрос.

Честно говоря, от увиденного, Саше в какой-то момент даже стало стыдно за разбитое окно.

Во-первых, все стены этого длинного и широкого, светлого пространства были в детских рисунках, простеньких аппликациях типа «мама-папа-солнышко-кошечка-я». Понять, где у этого пространства начало, где конец или хотя бы где тут поворот какой, было довольно проблематично.

Во-вторых, по пространству — вдалеке на голубом лугу паслись единороги. В другой стороне ходили плюшевые медвежата, щенята. Куклы в цветастых платьях что-то готовили в игрушечной посуде.

— Эй, — Сашка попытался поймать близ пробегающего розового зайца, но рука прошла мимо.

Мужчины недоуменно переглянулись.

— Пойдем, у единорогов спросим, — пожав плечами, предложил Захар. — Они вроде умеют желания исполнять, — неуверенно договорил он.

…

— Только детские чистые мечты, — издевательски пропела однорогая скотина и взмахнув радужным хвостом унеслась вверх. Но по доброте душевной оставила в руках Захара приставку, которую тот когда-то давно хотел. Тот аж чуть не прослезился от счастья.

— А классно тут, — признал он. — Саш, а ты о чем в детстве мечтал?

Мрачный Саша молча показал на появившийся на груди пластиковый значок шерифа, а Захар прыснул со смеху, так как вместе со значком на Воронцове еще и ковбойская шляпа появилась.

— Классно-то, классно, — признал Саша. — Но как тут Миру найти?

— Нужен волшебник, да сговорчивее.

Тут вдалеке, как по заказу, замаячили шпили замка, однозначно волшебно-сказочного, как с картинки прям.

— Про голубой вертолет шутить будем, — поинтересовался Захар, — или банально?

— Банально, — хмыкнул Саша и поскорее пошагал вперед, про себя отметив, что волшебников ему еще допрашивать не приходилось.

Только-только услышав голос Саши, Миранда была, мягко говоря, возмущена внезапным перемещением против воли.

Девушка прокашлялась, села, осмотрелась и брезгливо поёжилась. Конечно, обстановка вокруг была довольно богатой. Кем бы ни был хозяин этого помещения, он явно не привык отказывать себе в роскоши. Золотые вазы и скульптуры, ковры экзотических расцветок на полу и стене за кроватью. Сама Мира находилась на шелковых простынях просторной кровати из дерева, решетчатую спинку которой украшали атласные ленты. Окна были занавешены плотными красными шторами. Но яркие светильники и вычурная люстра разгоняли мрак. Однако всё это Миранда рассмотрела чуть позже: первыми ее взгляду попали любовно развешенные на противоположной стене плети: разных форм и расцветок.

Долго «любоваться» обстановкой Мира не стала. Но стоило только девушке соскочить с кровати, как дверь открылась и в комнату вошли несколько женщин среднего возраста. Вежливо поклонившись, одна положила на кровать длинное золотистое платье с весьма откровенным вырезом и массивное ожерелье, сверкающее разноцветными камнями.

Две другие открыли в правой стене дверцу, которую Мира сразу не заметила.

— Мы поможем вам омыться и переодеться, Новая Госпожа, — смиренно произнесли они, жестом приглашая туда.

— Я не Госпожа, — возразила Миранда.

— Вы выбраны Хозяином, он сейчас в обеденном зале и долго ждать не любит. Не гневайте его, — мягко произнесла одна из женщин. Как ни пыталась Мира рассмотреть их, черты лиц упорно не желали оставаться в памяти, как будто ничего примечательного, безликие статисты, серая массовка. — Вы особенная, он столь долго искал вас. Свою единственную избранную, — продолжила женщина, — только вы и никто больше…

Но Миранда особо ее не слушала.

— Прости, — не выдержав, перебила она говорившую, — со мной, точнее за забором был мужчина, высокий, кареглазый, брюнет, вы не знаете, где он, что с ним?

Женщины ахнули и разом побледнели.

— Что вы, Госпожа, — предостерегающе зашептали они, — нельзя говорить о том, что за пределами Его владений, нельзя говорить о других мужчинах, — чуть не начала заикаться местная прислуга. — Хозяин прогневается.

«Хозяин, говорите?», — чуть прикусила губу Миранда, тут же составив список подозреваемых, правда, всего из одного.

— Любит повелевать, командовать и вообще весь из себя властный деспот? — уточнила она. Судя по побледневшим (хотя казалось, куда уж дальше) служанкам, попала в цель.

«Ах ты, зараза злодейская! — отмахнувшись и от платья, и от мытья, и от служанок Миранда резко выскочила из комнаты. — Ну сейчас я тебе устрою проклятия! Сам за забор за Сашей полезешь, как миленький!» — быстро-быстро самым уверенным, размашистым шагом, направилась она к широкой витражной лестнице, ведущей вниз.

«Замок-то какой сотворил, — заодно ругалась девушка, — ну просто классическое логово озабоченного властного тирана, — для верности она захватила первый попавшийся под руку канделябр. — И люстры у него с потолка свисают, и ковры всюду, о, ты смотри, не поленился звериных шкур положить. Фу на тебя. Дай, угадаю, сейчас этот зал с роялем и сценой пройду, вон в ту дверь, и окажусь в обеденной. И там, конечно, будет длинно-длинный стол с яствами!»

Решив не церемониться, дверь в обеденную Мира телекинезом выбила.

— ДЖОУБ! — замахнувшись канделябром, ворвалась она туда. — Ты совсем охамел?!

И замерла. Сидевший во главе длинно-длинного стола с яствами мужчина — тоже.

Вообще местный хозяин был весьма хорош собой: аристократичные черты лица, длинные распущенные темные волосы, ниспадающие на обнаженную мускулистую грудь, рельефное, накаченное тело. Джоуб, конечно, умел менять внешность, и с него станется такую принять.

Вот только еще от этого Хозяина буквально разило с ног сшибло темной аурой. Джоуб умел прятать свою, но не мог менять ее, не мог подделывать. Эта наитемнейшая аура кричала о жажде власти и похоти, и одновременно, в странном сочетании кричала о поиске своей половинки, предназначенной судьбой — тому, чем Джоуб точно не стал заниматься.

— Ты не Джоуб… — то ли обиженно, то ли извиняясь, икнула Миранда.