Сергей ФИЛИПСКИЙ
Букашка


техника — молодёжи || № 02 (1007) 2017


Орбитальная станция «Скай флай» летела вокруг Земли.

За иллюминаторами простиралась чернота с точками звёзд. Тускло бликовали приборные панели. Назначенные исследовательской программой эксперименты шли своим чередом. В том числе и с участием Букашки — изучение ментального воздействия на мошку. Маленькую такую козявочку-таракашку с крылышками. Из тех, что бьются о стекло окошка в автобусе.

Букашка находился в прозрачном боксе, одну стенку которого занимал экран монитора. На экране виднелось лицо профессора.

— Ну почему на этой станции нет ни одного человека? — сетовал профессор. — Мне всего-то и нужно, чтобы бокс повернули на 180 градусов. Однако сие, видите ли, невыполнимо. Вот и приходится проводить опыты в ограниченном режиме…

Профессор недовольно щёлкнул тумблером, включающим приставку к монитору-переводчику, которая переводила мысли Букашки в графические файлы.

В этот момент всё и произошло… Ослепительная молния вдруг на мгновение окутала Букашку.

— Что там такое? — поинтересовался профессор.

— Мне это тоже хотелось бы знать, — прозвучало в ответ у профессора в голове.

— А? — профессор тупо уставился в экран.

— Да. Хотелось бы.

— И кто это сейчас со мною разговаривает?

Букашка в боксе расправил крылышки:

— С вами сейчас разговаривает Букашка. Я, стало быть.

Когда профессор пришёл в себя, а случилось это секунд через двадцать, он возразил:

— Но ведь этого не может быть! Не настроен монитор-переводчик на эдакое!

— А на что он настроен? — спросил Букашка.

— Ну-у-у— Он настроен на телепатический приём мыслей.

— Так чего же ты хотел? Телепатический приём мыслей и происходит. Ведь не будешь же ты утверждать, что я сейчас разговариваю с тобой, издавая звуки?

— Не буду.

— Вот и привыкай. Я же привык к тому, что меня вдруг заклинило на этом твоём телепатическом обмене, причём уже без посредничества монитора-переводчика, а напрямую — из башки в башку.

— Из башки в башку?

— Ну да. Из моей башки в твою, стало быть, башку, и обратно — из твоей в мою.

— Это какая-то ошибка, — наконец произнёс профессор. — Не может Букашка разговаривать.

— Хочешь подтверждения? Хорошо. Будет тебе подтверждение.

Букашка подлетел к поилке. Окунулся в неё. И, оставляя за собой мокрый след, следом этим написал кое-что на стекле бокса.

— Е равно эм це квадрат… — прочитал профессор. — Теперь, когда видеорегистраторы зафиксировали то, как ты создаёшь эту надпись, Нобелевская премия, можно сказать, у меня уже в кармане… Но позволь у тебя спросить: откуда тебе известна данная формула?

— Да так, — объяснил Букашка. — Почерпнул в едином энергоинформационном поле.

— Понятно, — сказал профессор, сознавая, что ему ровным счётом ничего не понятно.

— Ты лучше поведай, где я нахожусь и что здесь делаю?

— Где? — профессор продолжил тупо глазеть на формулу. — На космической станции. В качестве главного персонажа одного научного эксперимента.

— Ясно. И долго мне ещё здесь кантоваться?

— Хочешь честно?

— Хочу.

— Всегда.

После затяжной паузы Букашка жалобно протелепатировал:

— Это что же получается? Я никогда больше не увижу синего неба? Никогда больше не полетаю средь ромашек?

— Да, — сказал профессор. Его тяготил разговор.

— И никаких вариантов?

Профессор помотал головой:

— До самого конца проведения экспериментов на орбите не предусмотрено посещение станции «Скай флай» новыми экипажами.

— Но как же так? — жалобно произнёс Букашка.

Профессор пожал плечами:

— В общем, до связи, «Скай флай».

— До связи, — машинально отозвался Букашка.

Экран монитора погас.

Ничто теперь не радовало Букашку. Ни фрукт в кормушке. Ни радость от свободного полёта на своих крылышках.

Ну надо же. Вот как судьба поступила с ним…

Взгляд остановился на стоящем возле люка космическом скафандре.

Букашка глянул в единое энергоинформационное поле и узнал оттуда, что скафандр этот управляется телепатически.

Что это даёт? О, это даёт многое. Невесомости на «Скан флай» нет ввиду вращения станции. Поэтому скафандр может ходить.

Букашка сосредоточился на скафандре и послал ему мысленный приказ. Скафандр послушно поднял руку. Ура! Получается! Уже более уверенно Букашка принялся командовать скафандром…

…Через полчаса экран монитора вновь вспыхнул. На нём виднелся встревоженный донельзя профессор.

— Что такое? — нервно бормотал он. — Что такое там происходит на этой загадочной станции «Скай флай»? Почему она внезапно поменяла свою орбиту?

Букашка подлетел к монитору и объяснил:

— Это мои проделки. До чего же удачно, что здесь, в моём распоряжении — управляемый телепатически скафандр. С его помощью я задействовал ручное пилотирование станцией и слегка подкорректировал её орбиту, включив в необходимом режиме её ракетные движки.

— Но ведь из этого следует, что через несколько часов станция рухнет на Землю, — ужаснулся профессор. — Другими словами, научная программа стоимостью 30 миллиардов долларов будет уничтожена.

— Вы верно ухватили суть происходящих событий.

Профессор некоторое время жевал губами, после чего сказал:

— Твоя взяла. Уже вылетел дежурный шаттл. Находящиеся на нём астронавты посетят «Скай флай» и вернут её на прежнюю орбиту.

— Означает ли это, что я смогу вернуться вместе с астронавтами на Землю? — обрадовался Букашка.

— Означает. Им уже отдано соответствующее распоряжение, чтобы они забрали тебя со станции… Можно, я буду называть тебя гением шантажа?

Букашка помахал крылышками и ответил:

— Лучше зовите меня просто Букашкой. ТМ

Загрузка...