Калгари 88. Том 14

Глава 22. Высокое искусство

Естественно, после того как Настя Некрасова прыгнула тройной лутц, её сразу же обступили одногруппники и стали допытываться, прыгала она его раньше или нет, тренерам тоже очень любопытно было это услышать. Новенькая сразу же стала звездой!

— Ни разу не прыгала, — пожала плечами Настя. — Из тройных прыжков я только тулуп умею. Иногда. Лутц прыгнула только сейчас.

— Хорошо, — согласился Левковцев. — Мы тебя потом протестируем и посмотрим, что ты катать умеешь. Сейчас же продолжаем намеченную тренировку. Люда, твоя попытка не засчитана. Делай хорошо. Ты член сборной.

Одногруппники с большим удивлением посмотрели на новенькую. Тройной прыжок в 10 лет — это уже заявочка! Они только сейчас к ним подошли! А она, мало того, уже тройной лутц прыгнула, по Люськиным заветам!

Арина согласно кивнула головой, стала быстрыми кросс-роллами разгоняться к правому короткому борту, развернулась задними перебежками, аккуратно встала на дугу назад-наружу и в этот раз чисто прыгнула каскад тройной лутц — тройной тулуп. Одногруппники зааплодировали. Потом Арина чисто прыгнула тройной флип и двойной аксель.

— Молодец! Справилась! — крикнул Левковцев. — Муравьёва, исполняй прыжки!

— Тройной лутц? — с улыбкой спросила Зоя. — По тем правилам, которые Люся только что сказала?

— Нет, сейчас мы не будем убиваться об лутц! — заявил Левковцев. — У вас на следующей неделе начинаются соревнования, если вы не забыли, поэтому прыгаем только то, что нам понадобится на следующей неделе. Обучение другим прыжкам будет проходить позже. Зоя, зубы не заговаривай, давай на старт. Исполняй все прыжковые элементы из короткой программы. Разгоняйся внимательно, контролируй каждую фазу.

Зоя кивнула головой и покатила к центру арены, оттуда разогналась, раскрутилась тройками и прыгнула каскад тройной сальхов — двойной тулуп. Всё-таки не обладала она пока каскадом 3-3. Потом прыгнула одиночный тройной тулуп и двойной аксель. Однако это уже был громадный прогресс, учитывая, что в прошлом сезоне тройных прыжков у неё не было вообще ни одного. Сейчас же, обладая 6 тройными прыжками на две программы, можно было побороться за чемпионство в Свердловске, получить звание КМС и отобраться на первенство СССР. А там... Чем чёрт не шутит. В спорте возможно всё.

Точно такая же ситуация была с Авдеевой, правда, чуть похуже. Она была поплотнее, чем Муравьёва, более оформлена как девушка, поэтому каталась и прыгала пока с большим трудом, ещё не привыкла к новой кондиции тела. Но с каскадом тройной сальхов — двойной тулуп справилась, хоть и с небольшой грязью. Тройной тулуп и двойной аксель прыгнула чисто.

Анжелика Барышникова прыгнула, естественно, только двойные прыжки, ей тройные пока были не нужны: самое главное — чистота проката. Однако Арина ничуть не сомневалась, что в скором времени Левковцев будет подводить её и к тройным. А ведь сейчас у ней появилась мощная конкурентка в лице Насти Некрасовой. Девчонки могли тянуть друг друга, как Арина тянула Соколовскую. Кстати, между Барышниковой и Некрасовой даже определённое сходство наметилось: обе одного возраста, обеим по 10 лет, тонкие-звонкие, у Барышниковой светлые волосы, у Некрасовой тёмные. Можно идеальные парные показательные делать!

После того как все по одному разу прыгнули свой прыжковый набор из коротких программ, Левковцев велел исполнять вращения. Для них много места не нужно, поэтому вся группа в едином порыве рассыпалась по катку и начала исполнять три вращения подряд, из тех, что тоже стоят в короткой программе. Тренеры при этом, разделившись, внимательно смотрели за каждым, чтобы были чёткие смены позиций, додержаны обороты, не было продвижения по льду.

Для Арины, как для мастера вращений, это задание представлялось абсолютной легкотнёй. Уйдя в самый центр, она запросто сначала исполнила бедуинский прыжок в либелу, потом комбинированное вращение со сменой ноги и в конце заклон.

После вращений исполняли дорожки из короткой программы, и всё это под общую музыку. С одной стороны, было трудно, с другой — отличная тренировка на память. Впрочем, Арина свою программу знала наизусть и легко проехала дорожку на крутых рёбрах, с чётко выполненными шагами и разворотами.

Настроение было прекрасным, в голове крутились мысли о некой новизне всего происходящего, и в целом, первая ледовая тренировка для Арины прошла очень увлекательно и наводила на некоторые мысли. Впрочем, слишком грузиться мыслями не удалось, от них избавил чей-то свист, а потом писклявый голос, в котором с болью в сердце угадалась Анна Фролова.

— Чё стоите тут! Идите домой! Моё время началось! — крикнула Анька, повиснув на бортике и стуча об него зубцами коньков. — Люська, а ты со мной будешь заниматься?

Арина тяжко вздохнула. Куда денешься с подводной лодки... С этой Анькой никаких нервов не хватит... Как вот её воспитывать???

— Аня, тебе уже не нужен тренер? — строго спросила Виктория. — Мне можно уйти?

— Аня, хватит паясничать! Так, ребята, сегодня поработали очень хорошо, благодарю всех, — заявил Левковцев. — Жду всех завтра, в субботу, как обычно, к 8:00. Будем исполнять элементы из произвольной программы.

— Целевые прокаты когда будут? — спросил Артур.

— Целевые прокаты начинаем проводить с понедельника, — заявил Левковцев.

Горинский согласно кивнул головой и покатил к выходу со льда, вся группа последовала за ним. Анжелика обернулась и помахала рукой Арине, словно говоря: «Держись!» Действительно, сейчас нужно изо всех сил держаться...

— Люсечка, ну позанимайся со мной, пожалуйста? — Анька подъехала к Арине, обняла её за талию и умоляюще посмотрела в глаза.

Правда, Арина видела, что Анька явно играет свою роль, и на самом деле в её глазах под мольбой крылся шальной бесёнок. Однако отказываться уже было поздно. Виктория помахала на прощание рукой и пошла со льда вместе с Левковцевым, как будто перекладывая ответственность за Аньку на Арину.

— Ты когда-нибудь...

— Ты когда-нибудь станешь взрослой, Аня? — передразнила Анька Арину, перебив её. — Мне твоё поведение не нравится! Люська, ты же раньше какая прикольная была! А сейчас зануда! Вместе постоянно прикалывались! Давай покатаемся!

— Тебе нужно сначала научиться кататься, — строго сказала Арина. — Ты видишь, я на соревнованиях была, не знаю, что вы сейчас в последнее время проходили с Викторией.

— Мы проходили, как можно кататься на льду! — заявила Анька. — Вот смотри!

Анька разогналась быстрыми перебежками, опустилась сначала на колени, а потом вообще легла на спину и проехала таким образом несколько метров. Потом встала, отряхнулась и посмотрела на Арину.

— Как тебе? Крутое скольжение?

— Ерундой не страдай! — заявила Арина. — Я не буду терпеть твою дурость. Сейчас возьму и уйду.

— А куда ты уйдёшь? — коварно спросила Анька. — Ты же ко мне сегодня обещала в гости пойти.

— На коньки вставай, езжай сюда, — непреклонным голосом заявила Арина. — Будем сейчас дугами кататься.

Увидев, что из её шалостей ничего не получилось, Анька хотела было подъехать к Арине, как вдруг неожиданно вытащила из кармана кассету.

— Во, смотри, что у меня есть! — лукаво подмигнула она.

— И что это? — поинтересовалась Арина.

— А это самая моднючая песня! — заявила Анька. — Про меня! Группа «Весёлые ребята». «Мне очень нравится Анька Фролова»! Это будет наш гимн! Лучше программу под эту музыку поставить!

Анька быстрыми перебежками подъехала к магнитофону «Вега 335», стоявшему на столике у бортика, вставила в него кассету и включила музыку. Через 5 минут заиграла бодрая танцевальная мелодия в стиле советского диско. Потом зазвучал мужской вокал.

Анька, услышав, что в песне упоминается её фамилия, как будто воспряла и очень активно покатила к центру арены, сделав по пути несколько простых пируэтов. И даже ни разу не упала! Потом принялась кататься в хаотичном порядке простыми кросс-ролами, но иногда меняла направление движения моухоками и ехала задними перебежками. Арина вынуждена была признать, Анька уже хорошо научилась кататься по сравнению с простым любителем. А может, она просто превзошла саму себя, так как звучала её, как она говорила, песня, поэтому, что называется, дала жару.

Потом песня перестала играть, Анька забрала кассету, сунула в карман и подъехала к Арине.

— Как тебе моя программа? — лукаво спросила она, облокотившись о бортик. — Слушай, Люська, а давай правда мне программу поставим?

— Если ты себя будешь хорошо вести, — строго сказала Арина. — Так, сейчас будем тренировать...

Однако что-либо тренировать было уже поздно: в коридоре раздались громкие мальчишечьи голоса, дверь отворилась, и вошла хоккейная команда в форме, коньках и с клюшками. Войдя, пацаны сразу же посмотрели вокруг и увидели Арину и стоящую рядом с ней Аньку.

— Люда, привет! — помахали рукой мальчишки. — Что это за недоразумение с тобой?

— Недоразумение в зеркале увидишь! Сначала разговаривать научись а не кукарекать! — громко сказала Анька и показала язык мальчишке, а потом кулак. Хоккеисты рассмеялись, хотя выпад был явно в их общую сторону.

— Уходи с нашего льда! — недовольно сказал какой-то пацан и подошёл к Аньке. — Твоё время вышло!

— Сам уходи! Мой лёд! — недовольно сказала Анька и демонстративно быстрыми перебежками покатила от Арины через центр арены.

Арина покачала головой и подозвала Аньку к себе.

— Аня, пойдём, пожалуйста, — попросила Арина. — У нас всё-таки на сегодня есть дела. Не забывай этого.

— Ладно, пошли, — согласно кивнула головой Анька и посмотрела на пацана. Хотела что-то сказать, но промолчала, подумав, что опять Люська будет по нервам кататься...

Стас выкрутасы своей подружки воспринимал неодобрительно и постоянно находился в неловком положении, когда Анька из принципа начинала конфликтовать с его друзьями из команды, но поделать ничего не мог, только недовольно качал головой — Анька могла хоть кого довести до белого каления. Не помогали ни разговоры, ни увещевания — Анька невзлюбила хоккеистов с самого начала...

... После того как вышли из ледового центра, решили немного прогуляться по городу, тем более погода стояла неплохая для начала октября: светило солнышко, лёгкий ветер гонял жёлтые листья по асфальту.

Люда посмотрел на часы: получается, Анька приезжала всего на полчаса, из которых на льду была минут 15, не больше.

— Что смотришь? — спросила Анька.

— Ты хотя бы разогреваешься перед катанием?

— В раздевалке делаю упражнения! — заявил Анька. — А чё?

— Ты приезжаешь всего на полчаса, потом тут же едешь домой, тебе деньги не жалко на проезд?

— Во-первых, за проезд я не плачу! Я так езжу! — заявила Анька. — Во-вторых, я же не работать езжу, как ты, а катаюсь в своё удовольствие! Это тебе надо за места там, медали... Нервы тратить.

Арина иронично покачала головой, будущую Анну Александровну видать сразу: на любое замечание у неё находились контраргументы, которые казались ей весомыми...

... Дома, после того как Анька накормила Арину котлетами, печеньем и пряниками, сели рассматривать её рисунки. Надо признать, нарисовала она порядочно за то время, когда Арина отдала ей альбомы, краски и фломастеры, которые привезла в марте с юниорского чемпионата мира. Да и то, шутка ли: полгода прошло! А что такое для творческого человека полгода? Это очень и очень много, всю жизнь можно поместить в этот промежуток времени.

Арина сидела на кровати Аньки и внимательно разглядывала рисунки. Будущая маман притащила целую кипу бумаги и положила перед Ариной. Было очень любопытно смотреть за потоком сознания, исходящего из самых глубин разума Аньки.

Чего тут только не было. На удивление, Анька не рисовала простые, известные вещи, которые должны были привлекать детей её возраста, например, героев сказок или фильмов. Почти все герои Анькиных рисунков были авторские, а если не авторские, то неизменно с каким-то бросающимся в глаза признаком, делающим их оригинальными. Если она изображала людей, то рисовала так, что их вид вызывал тревогу, беспокойство и даже какую-то печаль. Вот лёгкими штрихами изображена аллея, по виду осенняя, так как видны разбросанные по асфальту листья, слева лавочка, справа кусты. Похоже, парк. По асфальту идёт девушка в осеннем пальто и берете, причём отходит вдаль. Вокруг темно, но из-за девушки светит неяркое солнце цвета так называемый «золотой час», который вызывает тревогу и ностальгию. Рисунок вызывал печаль. Что делает эта девушка? Куда она идёт? Неужели «уходит в закат»? Она мертва и перебирается в какой-то иной мир?

Другой рисунок изображал последний подъезд их общего дома, причём изображён достаточно реалистично. На дверь падает унылый закатный луч, в окнах горит свет, вокруг полутьма. У подъезда стоит девушка в спортивном костюме, словно одержимая печальными мыслями, так как закрыла руками лицо. О чём она думает? Она плачет? Удивительная деталь: над дверью приколочена дощатая табличка с надписью «Здесь жила олимпийская чемпионка Людмила Хмельницкая». Буквы получились очень мелкие, и надпись кое-как угадывалась в них.

— А это что означает? — с большим удивлением спросила Арина. — Это мой подъезд?

— А это ты, Люська! — неожиданно серьёзно ответила Анька. — Вот придёшь ты сюда через много-много лет, когда будешь жить в другом городе, в Москве, а здесь будет висеть эта табличка. И она вызовет у тебя печаль. Потом ты пойдёшь ко мне, к Сашке, Максу, а нас тоже здесь уже нет. Мы разъехались кто куда. Город опустел и не помнит тебя. И будешь тут стоять одна и вспоминать что было в детстве... И заплачешь, потому что вспомнишь, как мало внимания уделяла нам.

Арина вдруг почувствовала подступивший к горлу ком, до того реалистичной предстала картина, обрисованная Анькой... И ведь действительно, с большой долей вероятности, так и будет... Если пройдёт много лет, и она приедет когда-нибудь сюда опять, именно так и случится! Она сразу вспомнила свою старенькую панельку в Иженске, где добрые соседи приколотили над входной дверью точно такую же табличку. Вспомнила старых подружек из двора, с которыми гоняла по скверу за мороженым. Вспомнила одногруппниц, которые незаметно вытирали слёзы, когда она сказала, что переезжает в Москву. Увы, она вычеркнула их всех из жизни навсегда.

— Люська, ты что, плачешь? У тебя слеза! — заметила глазастая Анька.

— Нет, всё в порядке... — вяло сказала Арина и продолжила смотреть рисунки.

А вот комната Арины. Удивительно! Полутьма. Комнату озаряет красный луч закатного солнца, и в его свете Арина в шортах и майке стоит на одной ноге, вторую приложив ступнёй к телу, словно в фуэте, руки наверху в балетном овале, а лица... Лица не видно! Вместо него светлое пятно, испускающее свет. Даже немного жутковато.

— Почему ты мне лицо не нарисовала? — поинтересовалась Арина.

Присмиревшая и притихшая Анька сидела на полу перед Ариной и временами посматривала на неё, словно в ожидании оценки своего творчества.

— Потому что вместо тебя другой человек! — твёрдо сказала Анька. — Люська, ты кто?

У Арины пропал дар речи, и она чуть не выронила листок бумаги из руки. Блин, как она догадалась?

— Я... Ты, наверное, не поверишь... — промямлила Арина, не зная, о чём говорить дальше.

Однако Анька тут же рассмеялась.

— Это показывает, что ты всегда разная! — смеясь, сказала будущая маман. — Ты, наверное, сама не замечаешь, а я за тобой слежу! Ты совсем не похожа на Люську, которая была год назад. Почему так?

— И чем же я не похожа? — с интересом спросила Арина, почувствовав, как немного отлегло.

— Люська была более простая, более своя, — заявила Анька. — Но такая, как сейчас, ты мне тоже нравишься. Вот если бы сразу две Люськи в тебе соединились, прошлогодняя и которая сейчас, было бы вообще хорошо. Но мне и так очень хорошо. Как тебе рисунки?

— Рисунки прекрасные, — призналась Арина. — Скажи, почему тебе нравятся тёмные цвета и закатные краски? Они же вызывают какую-то печаль по утраченному, по былому, которое никогда к нам не вернётся.

— В этом-то и есть весь секрет! — заговорщицки сказала Анька. — Понимаешь, просто это получается лучше всего. Скорее всего, это из-за того, что радости в нашей жизни меньше, чем грусти.

К сожалению, Арина вынуждена была согласиться с Анькой. Каким-то образом самые весёлые картины у неё получались такими, которые тоже вызывают грусть. Вот сидят вроде она и ещё две девчонки на лавке, во что-то играются. Вокруг лето, на асфальте нарисованы классики. Светит солнце. Вдали, на тротуаре, какая-то неясная фигура. Кажется, нейтральный рисунок, однако смотришь на этих девчонок и сразу почему-то начинаешь думать, счастливы они или нет, что они делают сейчас, как сложилась жизнь дальше... Блин, этак с ума можно сойти. Неужели такие мысли возникают потому, что Арина творческая личность?

Были рисунки на фэнтезийные темы. Уже знакомая «Жар-птица» в виде полудемона-получеловека на фоне изогнутых чёрных голых деревьев рядом с громадным замком, сложенным из чёрных камней. Снежная королева в длинном ледяном платье, с сияющими синими глазами, от которой во все стороны разлетаются потоки снега и вьюги. Дед Мороз, только не тот простой добрый дедушка Мороз, который дарит детям подарки. Этот Дед Мороз в бело-чёрном длинном тулупе, с длинной бородой до пола и с ледяным мечом в руке, а под ним груда обледенелых трупов, занесённых снегом. Вроде и сразу узнаваемые персонажи, но с более тёмным и зловещим началом.

Перевернула один лист, вообще чуть не вскрикнула от неожиданности: во весь лист изображено овальное лицо с пустыми глазами. По лицу идут трещины. Кажется, какая-то старая, древняя маска, но в то же время живая. Пустые глазницы словно смотрят прямо на тебя.

— Блин, страхолюдина, — невольно поёжилась Арина. — Как тебе такое в голову приходит?

— Не скажу! — заявила Анька, сгребла все свои рисунки в кучу и аккуратно положила их под кровать. Больше места для такой кучи нигде не было.

— Что завтра будешь делать? — спросила Арина. — На тренировку пойдёшь?

— Ну уж нет, завтра суббота, это у меня выходной! — заявила Анька. — А тебе желаю хорошо потренироваться. Спасибо за всё, Люсечка! Ты самая любимая! Спасибо за подарки! Хочешь, могу подарить тебе что-нибудь из рисунков?

Анька полезла под кровать, достала наугад несколько рисунков и сунула Арине. Ну что ж, осталось только поблагодарить за столь ценный подарок и идти домой. Завтра предстоял ещё один трудный день, впрочем, в последнее время такими они были всегда...