Измени моё прошлое

Глава 6

После того, как Дамиан помог мне на уроке по верховой езде, я посмотрела на него по-другому. Показалось вдруг, что он стал лучше ко мне относиться. Но он сказал, что помог мне просто так и чтобы я не думала, будто мы подружимся. Несмотря на это, мне всё равно хотелось с ним подружиться.

А ещё мне хотелось научиться защищать себя. Вот бы у меня тоже были уроки фехтования! Вместо этого граф Лоуренс нанял мне учителя по этикету. Не спорю, я не имела хороших манер, но старалась изо всех сил, чтобы не опозорить графа. После урока по этикету я гуляла по двору и увидела, как Дамиан бегает по кругу. Подойдя поближе, я спряталась за кустами. Надеюсь, меня никто не заметит.

Сначала учитель заставил Дамиана приседать, расставив ноги в стороны, а потом и вовсе присесть и пробыть некоторое время в таком положении. Потом показывал, как правильно стоять и двигаться, где должны быть ноги, поворачивал его то туда, то сюда. В итоге я ничего не запомнила толком, кроме приседаний. Попробую вечером повторить в своей комнате. Мне бы ещё меч! После урока Дамиан заметил меня, но ничего не сказал.

Я всё ещё переживала по поводу письма герцогу Леблану. К счастью, когда он приказал мне сообщать ему в письменном виде о каждом случае применения мной магии, он не знал, что я почти не умею писать. Только своё имя. Как и читать. Поэтому я спокойно нарисовала ему разбитую вазу, потом её же, только целую. Вокруг нарисовала дом, в котором сейчас жила. Положила рисунок в конверт - я видела, как герцог отправлял письма. А на конверте нарисовала дом герцога, в котором он держал меня когда-то. Адрес герцога Леблана я знала, но написать никак не могла. Пробралась в кабинет графа и положила конверт в середину стопки писем, которые посыльный регулярно приходил и забирал. Наверное, отправлял их адресатам. Надеюсь, письмо не попадёт к герцогу. А если попадёт, надеюсь, что он меня не найдёт. Никогда.

В своей комнате я повторила приседания, которые делал Дамиан. Сделала даже больше, из-за чего теперь болели все мышцы. Потом, немного отдохнув, присела, широко расставив ноги и стала считать вслух. Считать я умела, даже цифры знала. Один мальчишка в приюте меня научил, Саймон. Он работал помощником в какой-то лавке, но она разорилась и он оказался на улице, а потом уже в приюте. Так вот хозяин лавки обучил его цифрам и немного счёту. Так что я умела считать аж до ста! И время умела определять по часам.

Досчитав до ста, я с трудом встала из неудобного положения, но тут же брякнулась прямо на пол. Слишком ноги свело. Наверное, воспитанные аристократки не сидят на полу. Хотя меня всё равно никто не видит. Да и ковёр тёплый и мягкий. Белый. Поэтому я вообще разлеглась на нём, раскинув руки в стороны. Как на снегу, только не холодно. Закрыла глаза буквально на минуту, но не заметила, как уснула. Хорошо, что проснулась до ужина. У меня в комнате висели большие красивые часы и я хорошо запомнила, что ужин ровно в шесть часов вечера. Сейчас было пять часов тридцать минут. Как раз успею собраться.

За пять минут до шести часов я вышла из комнаты. Выпрямила спину и спустилась в столовую. Сразу за мной зашёл Дамиан, а граф уже сидел за столом. Я каждый раз поражалась красоте и вкусу еды, которую мы ели. Я, как могла, старалась есть медленно, смотря на графа и Даниэля. Повторяла за ними, нарезая еду на небольшие куски и отправляла в рот. Старалась не жмуриться от удовольствия, особенно когда ела десерты. Дело в том, что раньше я вообще не ела сладкого. Едва сладкая каша в приюте на праздники не в счёт, хотя раньше она и казалась очень вкусной. Даже в доме герцога, где я пробыла недолго, меня кормили более простой пищей, в-основном, мясом и овощами.

Граф завёл разговор о том, что послезавтра мы с ним пойдём в парк развлечений. Я опустила глаза вниз, в тарелку. Почему-то мне больше не хотелось есть, несмотря на то, что еда была безумно вкусной. Потому что из-за меня Дамиан не пойдёт с нами в парк развлечений. А он так хотел прокатиться на колесе обозрения! Я тоже сначала хотела, но после случая с вазой уже не было желания никуда идти. После этого Дамиан возненавидит меня ещё больше.

Неожиданно мне пришла в голову хорошая идея. Может, если я тоже не пойду, он будет меньше на меня злиться? Сказать об этом графу я, честно говоря, боюсь. Может получиться ещё хуже. А вот если я... Заболею, например? Раньше я часто болела - от любого сквозняка. А их у нас в приюте было много. Я открыла окно и выглянула наружу. На улице было самое начало весны и к вечеру как раз похолодало. Я уселась поближе к окну, оставив его открытым. Если посижу так подольше, точно заболею! Когда я совсем уже замёрзла, встала, чтобы закрыть окно. Выглянула на улицу, а там стоял Дамиан, смотря на меня. Я быстрее закрыла окно и легла в кровать. Хотелось укрыться одеялом, чтобы согреться, но я не стала. Чтобы точно заболеть.

На следующий день я и правда проснулась с ужасной головной болью, жаром и кашлем. Несмотря на плохое самочувствие, я была счастлива от того, что теперь я точно не попаду в парк развлечений. Граф, узнав о моей болезни, очень обеспокоился и вызвал лекаря. Тот выписал мне лекарственные травы, а также покой.

Так что какое-то время я провалялась в кровати. Мне приносили еду прямо сюда, а ещё граф принёс мне несколько больших книжек с крупными буквами и картинками. Когда жар прошёл, он стал учить меня буквам по специальной книжке. Она называлась букварь. На самом деле, я не очень хотела учиться читать и писать. Потому что тогда я точно не смогу использовать свою магию. Ведь приказ герцога будет действовать на меня, пока я жива. Каждый раз, применяя магию, я должна написать об этом герцогу. Время и место применения магии. Когда я ещё жила у него, он не знал, что я смогу убежать из его дома. Поэтому приказал лишь это, а также никому не рассказывать о нём и никогда не причинять ему вред. Он приказал мне также не бежать из его дома. Я тогда была младше и наивнее, поэтому легко смогла обойти его приказ - поздно ночью я просто вышла из его дома, потом перелезла через забор, и так же пешком ушла прочь. Я не бежала, поэтому приказ не был нарушен. Для ребёнка нормально всё понимать буквально.

С тех пор я всегда боялась, что он найдёт меня. Меня пугал его дар, пугало, что когда он приказывал мне, я не могла ослушаться. И его жестокость. Нет, он не бил меня. Но я видела, что он делал с другими людьми. Как ломал их души через близких. Тогда я радовалась, что у меня никого нет. Но он всё равно смог сделать мне больно. Я до сих пор вспоминаю это с ужасом. Знаю, что в этом нет моей вины, но...

Я училась читать с неохотой, но всё равно училась. Понимаю, что такая невежа, как я, не может быть воспитанницей графа. Он был прекрасным человеком. Забрал меня из последнего приюта, который был хуже всех предыдущих. Там нас часто били и за любую провинность оставляли без еды. В последний раз меня оставили без еды на три дня и я уже была готова убежать из этого приюта. Единственное, что меня останавливало - на улице была зима. А в приюте хотя бы были стены и крыша, что защищали от мороза. И дети тайком делились своей едой, отщипывая крохи от и без того скудного пайка. А потом пришёл граф. Не знаю, почему он выбрал меня и забрал к себе в дом. Но я сделаю всё, чтобы не разочаровать его.

Поэтому к концу своей болезни я уже выучила все буквы и даже могла складывать их в слоги. Граф сказал, что, когда я научусь читать, я открою для себя целый новый мир. И не один, а множество - столько, сколько прочту книг. Потому что каждая книга это новый мир. Мне понравилось, что он сказал. Я бы хотела прочитать про новые миры.

После болезни граф пригласил к нам портниху для меня. Она сняла мерки и предложила много тканей на выбор. У неё была даже ткань цвета морской волны (это она мне подсказала название, я на самом деле никогда не видела моря). Её я выбрала первой. Портниха уехала, сказав, что через несколько дней мой новый гардероб будет готов. Хотя мне и так было в чём ходить. Граф ещё по приезду купил мне несколько красивых платьев в лавке. Раньше у меня было только одно платье - то, в котором я ходила. В приюте мы стирали одежду раз в неделю, а пока она не высохла те, у кого не было запасной, надевали безразмерную запасную одежду, которой было немного и на всех не хватало. Поэтому стирали те, на кого хватило запасной одежды, ночью по очереди. Слабые стирали чаще других. Мне довольно часто приходилось стирать и свои, и чужие вещи.

Так что те несколько платьев, которые у меня сейчас были, казались мне настоящей роскошью. Но граф сказал, что у девушки должно быть намного больше нарядов на все случаи жизни. Кроме того, он предложил мне обновить мою комнату - сделать ремонт, выбрав цвета и мебель по своему вкусу. Не знаю, почему он думал, что мне может не нравиться эта чудесная комната. Я сказала ему, что в полном восторге от неё и менять ничего не нужно. Но он настоял и скоро принёс большую книгу с тканями разных цветов и фактур. Это граф мне объяснил, что то, какие ткани на вид и наощупь, называется одним словом фактура. Я запомнила.

В итоге выбрала красивую гладкую ткань цвета морской волны и похожую на неё, но менее яркую. И скоро в моей комнате сделали такой ремонт, что у меня дух захватывало, когда я заходила в эту комнату. Граф принёс мне ещё книги. Я их полюбила. Даже если уставала читать, могла рассматривать картинки. Они были просто удивительными. Каждая была нарисована художником с любовью. Иногда я внимательно вглядывалась в эти аккуратные мазки и думала, смогу ли я когда-нибудь нарисовать что-то такое же красивое?

Мне привезли три платья - два домашних и одно выходное. Учитель по этикету объяснил мне когда какое нужно надевать. Также привезли костюм для верховой езды - он состоял из брюк и немного удлинённого верха. Оказалось, что это только малая часть нарядов, остальные ещё не пошили. По мне, так и этого было вполне достаточно. Платья были поистине удивительными. В них я выглядела как настоящая аристократка. И даже чувствовала себя так. Спина сама собой выпрямлялась, а движения становились медленнее и аккуратнее. Учитель по этикету называл это грацией.

Он также объяснил мне, что воспитанные леди должны менять свои наряды каждый день и не повторяться как минимум две недели. После этого времени окружающие забывали, какие наряды были на женщине или девушке. Это на прогулке или простом приёме гостей. А домашние платья можно повторять чаще - уже через неделю. При выходах в свет должно пройти не меньше месяца, чтобы повторить наряд, но ни в коем случае нельзя надевать подряд одно и то же платье, если выходишь в свет редко. Вот это да. Я мысленно подсчитала - если каждый день куда-то ходить, нужно не меньше четырнадцати платьев, плюс семь домашних, плюс... Я так и не поняла, сколько нужно платьев для выхода в свет - то ли тридцать, то ли два. В-общем, учитель по этикету знатно меня запутал, а потом и сам запутался, отвечая на мои вопросы.

А ещё граф подарил мне великолепную лошадь. Она была белого цвета, а звали её Снежинка. Граф объяснил, что у лошадей белая масть, хоть и существует, но очень редка. Только если лошадь родилась чисто белой, в этом случае у неё могут быть ещё и голубые глаза. Это большая редкость, поэтому чаще лошади бывают серой масти. Это когда они рождаются более тёмными, а со временем светлеют, становясь почти белыми. Но у снежинки ноги и часть морды возле ноздрей оставались серыми. Так что она точно была серой масти. Как всё оказалось запутанно.

Граф также нанял мне ещё нескольких учителей: один преподавал арифметику и грамматику, другой - музыку, третий - рисование. Последнее нравилось мне больше всего, но у меня пока не очень хорошо получалось рисовать. Ещё хуже мне давалась грамматика - я ещё читать толком не научилась, а мне уже приходилось повторять за учителем буквы. К счастью, он на меня не ругался, когда у меня не получалось. А у меня почти постоянно не получалось. Вот с арифметикой было легче. Как выглядели цифры, я знала, ведь даже у нас в приюте были большие старые часы с боем. На них то Саймон и показывал цифры. Писать цифры , конечно, было сложнее, но не так сложно, как буквы. Сложение и вычитание оказались совсем не сложными. Так что хоть в чём-то я заслужила похвалу учителя.

Всё было спокойно, но однажды на одном из уроков по верховой езде кое-что произошло. Я с горем пополам научилась управлять лошадью, хорошо, что Снежинка была такой послушной. Учитель не особенно старался меня обучать и Дамиану приходилось показывать мне многие движения и объяснять манежный фигуры, хоть он и был не особо этому рад. После одного урока, когда я совсем запуталась в том, что такое вольт, а что восьмёрка, он нарисовал мне на бумаге каждую фигуру со стрелочками. А на следующий день принёс целую книгу с этими фигурами. На самом деле, так как я не могла нормально читать, объяснения и рисунки Дамиана были мне понятнее.

И вот мы ехали шагом по манежу. Рысь пока давалась мне плохо - когда лошадь бежала, меня начинало сильно трясти в седле, один раз я даже упала. Теперь я боялась ездить рысью и Дамиан объяснял мне, как можно сидеть на рыси. Он говорил, что нужно облегчаться - привставать из седла, а потом садиться обратно. Делать это нужно в такт движения лошади, тогда будет удобно и лошади, и наезднику. Дамиан даже показал, как это делать, проехав пару кругов на рыси по манежу. У него действительно очень хорошо получалось - он совсем немного привставал и садился обратно, выглядя при этом очень грациозно (всё -таки выучила это слово).

Когда я, наконец, решилась и выслала Снежинку в рысь, неожиданно откуда-то выбежал чёрный щенок. Как-то я видела, что Дамиан играет с ним на псарне и, когда он ушёл, тоже подошла к нему. Щенок оказался очень ласковым и я, сама того не желая, привязалась к нему. Незаметно приходила на псарню и играла с ним. Он также хорошо выполнял команды. Например, быстро научился командам "сидеть" и "лежать". В-общем, он покорил моё сердце. Но и я ему тоже нравилась. Он всегда радостно махал хвостом, даже если я ничего ему не приносила.

Я испугалась, потому что Снежинка бежала прямо к щенку. Я натянула повод, чтобы остановить её, но она подняла голову и никак не останавливалась. Дамиан внезапно поскакал ко мне наперерез и, схватив у меня повод, остановил Снежинку. Я чуть не упала, но он поддержал меня и помог сесть обратно в седло. Я с ужасом уставилась на щенка. Ещё бы немного и он оказался под копытами лошади. Внезапно мне почудилось странная картина - будто Снежинка всё-таки наступила на щенка и он умер. Я испуганно протёрла глаза - нет, щенок жив. Дамиан как раз спешился с лошади и бережно поднял его на руки.

Мне казалось, что он сейчас отругает меня, но мальчик лишь посмотрел на меня серьёзно, а потом позвал учителя и отчитал его.

- Мистер Барнс, я не понимаю, почему Вы вообще не выполняете свои обязанности, - сказал Дамиан строго, будто он не сын графа, а сам граф. - По Вашей вине сейчас чуть не случилась трагедия с моим любимым щенком Блэком.

- Позвольте, но причём тут я? - спросил учитель и посмотрел на меня, - Это лошадь Лианны сейчас чуть не раздавила его, потому что девочка не справилась с управлением.

Тут я повинно опустила глаза. Он прав, это из-за меня щенок чуть не погиб. Теперь меня точно накажут.

- А Вы тут у нас для чего? Для красоты? - спросил Дамиан, разозлившись. Я подняла на него взгляд.

- Но, позвольте, я ведь стоял далеко. Как бы я успел добежать? - спросил учитель.

- А если бы с Лианной или со мной что-то случилось, Вы бы также оправдывались перед отцом? - спросил Дамиан у учителя, гневно сверкая глазами. Какие же они у него красивые! - Вообще-то это Ваша работа - обучать нас с Лианной верховой езде и контролировать, чтобы ничего не случилось. А что делаете Вы? Дымите трубкой в сторонке, ничего нормально не объясняя!

- Да как ты смеешь, мальчишка! - воскликнул учитель, разозлившись. Хотя непонятно, на что он злился, Дамиан ведь сказал правду. - Я пожалуюсь твоему отцу, что ты совсем отбился от рук и оскорбляешь учителя!

- Простите, конечно, но Дамиан Вас не оскорблял, просто сказал правду. На правду не обижаются, - вмешалась я, не хватало только, чтобы Дамиана опять из-за меня наказали.

- Ах ты мелкая оборванка! - закричал учитель и вдруг что-то сделал, так что меня словно ударило током.

В тот же момент Дамиан соскочил с лошади и помог мне спуститься, дал мне в руки поводья, а сам двинулся на учителя, выглядя довольно грозно, несмотря на то, что был меньше мистера Барнса. Я испугалась, но Дамиан что-то сделал и учитель удивлённо распахнул глаза, а потом закричал.