Из огня да в полымя. Книга 2

Глава 9

Голова, чувствую, закружилась, и вовсе не от того, что я использовал свой ментал, читая мысли начальницы, а оттого, что Анна приблизилась почти вплотную, и меня обволокло тонким изумительным ароматом её духов. А в этом ли дело? Точно ли в духах, явно дорогих, не дешевле чем те Настины, которыми пару дней пахло у меня дома? Боюсь, что нет. Такое же головокружение я испытал бы, даже используй она нашатырный спирт. Её близость сама по себе выводит мою ещё неокрепшую после слияния и поглощения душу. Плохо. Очень плохо. Так однажды можно и допрыгаться до большой беды. Но, блин, какая же она красивая.

Она ткнула мне в грудь одним из своих когтей, назвать ногтями эти длинные произведения искусства маникюра, каждое из которых имеет свой цвет и рисунок золотом, серебром ли, платиной, язык не поворачивается. Удивительно, но у девчонок реально получается весьма ловко работать такими на клавиатуре. Сам своими глазами каждый рабочий день много раз вижу. Я бы так не смог, кажется. Подушечки пальцев - наше всё.

- Алексей, что это? - спросила, явно имея в виду мой старый костюм. - Отправлю-ка я тебя домой переодеваться. Сегодня наше торжество, ради нас все собираются, а тут ты такой во всём вот этом. Зачем?

- Да он нормальный, - спешу оправдаться, а то ведь реально пошлёт. - Я его за шесть почти тысяч покупал, - сначала назвал сумму покупки, только потом подумал, что балбес. Это для меня прежнего такая цена считалась вполне приличной, а Каспарову-то это лишь укрепит в намерении отправить меня через всю столицу. Хоть беги новый покупай. С начислением окончаловки это возможно, тем более, всё равно ведь хотел ещё взять, пусть и позже. А где покупать? А с кем? Вызывать в авральном режиме Настю? - Я не успею, Анна Николаевна, - вру ей, ведь если прямо сейчас поеду, вернусь за два часа до мероприятия. - Да приличный он. У остальных не лучше. А в новом как-то стрёмно. Вдруг испачкаю, и как я в понедельник на новом рабочем месте появлюсь?

По тому моменту, когда её холодный взгляд чуть потеплел, стало понятно, что последний аргумент на неё подействовал. О том, что я прежний почти ничего на себя не тратил, даже толком не отдыхал, и смог скопить миллион четыреста на счёте в Сбере, она даже не догадывается, не говоря уж о найденном мною кладе в Мухинске.

Размер премии, мною полученной, конечно же ей известен, сама выписывала, но, видать, быстро сложила мои затраты на костюм, айфон, портфель, умные часы и пришла к выводу, что второй приличный прикид я сейчас не потяну, а первый и в самом деле может потерять блеск после сегодняшней пьянки - у нас порой некоторые так гульбанили на корпоративах, что до драк доходило с порчей одежды, испачкаться же, и вовсе раз плюнуть.

Анна Николаевна в курсе и полученной сейчас зарплаты, ей ведь тоже эсэмэска пришла, но думает, если я потрачусь на одежду, останусь голодным до аванса. Брать же у неё в долг откажусь, она теперь в этом не сомневается.

- Чёрт с тобой, Платов, - ткнула меня пальчиком в верхнюю пуговицу костюма и руку убрала. - гуляй в этом. Но если позволишь себе носить нечто подобное в банке, выпорю, честное слово. Теперь, насчёт предстоящего мероприятия, - она на секунду обернулась к лифту, откуда вышла пожилая женщина с коробкой бумаг, постаравшаяся быстрее проскользнуть мимо нас, и потом продолжила: - У нищих слуг нет, ты в курсе. Наша простава, значит нам самим всё и организовывать, - это понятно, нам, означает мне и Ветренко, не начальству же ручки свои благородные пачкать. Не, я не в обиде. Такова жизнь. Когда был в нашей бригаде самым молодым, постоянно за пойлом и закусем бегал, пока Мишка Щербатый к нам не пришёл, а потом и Паша Дылда. - Правда, я договорилась, от Аллы Борисовны Решетовой будет человечек, он нам музыку организует. Любишь танцы? А караоке? Споём. Надо ему будет помочь с расстановкой аппаратуры, колонок и прочего. Из банкетного зала придёт официантка, они с Олечкой накроют столы, но расставлять их тебе и тому Алкиному парню.

Руководство питается отдельно, не в общей столовой, где-то на предпоследних этажах у них свой кабак. Если мы, офисный планктон стоим в очередях на раздаче, то небожителей обслуживают официантки. Вот, видать, кого-то из них нам в помощь выделят. Уже хорошо, подскажет Ветренке, как правильно сервировать. Кстати, у нас намечается даже горячее, не каждый раз такое бывает на внутриофисных корпоративах. Это ведь, получается, Анна и поварам дополнительно из своего кармана заплатила, чтобы те задержались на работе. И посудомойкам наверняка тоже. А говорит, у нищих слуг нет. Могла бы и официантов нанять, чего уж. Да видать она или Виктор Николаевич не хотят присутствия чужих на нашем празднике жизни.

- Всё сделаю, - обещаю.

Едва сдержался, чтобы не приложить руку к сердцу. Откуда-то клоунские замашки, не присущие ни одной моей прошлой личности, вылезать из глубин новой сущности начали. Что это? Издержки слияния? Что-то у меня их много, издержек-то этих появляется. Радует, не все они такие уж плохие.

- Это ещё не всё. - Каспарова посчитала, что стоять на лифтовой площадке нам уже хватит, и поманив за собой жестом направилась в отдел. - Безопасность разрешила пропустить курьера в здание только с сопровождением. Встретишь, как позвонят, у технического подъезда. Сопроводишь, ну, или, - она внезапно обернулась, едва меня не спалив за тем, как я засмотрелся на её, скажем так, спину. - ты парень сильный, чувствуется. Можешь забрать и поднять сам. Две коробки вроде. Хотя нет. Разобьёшь ещё. В общем, понял задачу?

- Курьер с маркетплейса? - уточняю.

Перед обедом в коридоре народ только и делает, что снуёт туда-сюда, в чайную и обратно, в туалет, курильщики - куда же без них? - кто-то и по делам. Все бросают внимательные взгляды на нас с Каспаровой, мужчины завидуют молча, не понимая, чем я так обаял её, что стал ближайшим помощником. Эх, представляю, как на меня будут пялиться парни, когда я в воскресенье с красавицей сестрицей и китаянкой Ху Янь буду прогуливаться. Вот когда все поумирают от зависти-то. Может у Насти есть ещё и подруга-негритянка? Представляю, какой удар по самолюбию получила бы Ленка Карякина, увидев меня в окружении такой компании. Блин, дура-то эта причём? Пошла она в одно место. Нет, зачем себе врать? Реально хотелось бы, чтоб посмотрела, кого потеряла. Небольшая, мелкая месть за то, что она сделала со мной прежним, лохом лопоухим. Ладно, обойдусь без этого.

- С какого ещё маркетплейса? - хмыкнула Анна Николаевна. - Ах, да, я ж всё время забываю, какой ты бываешь дремучий в некоторых вопросах. Говорю же, курьер привезёт спиртное, продажа которого дистанционно вообще-то у нас в стране запрещена, если ты ещё не знал. Так что, курьер будет из магазина, из фирменного, с Винлаба.

- Так, а если запрещена, и я сам видел, как Ветренко через интернет ...

- Ох, Алексей, Алексей, - уже засмеялась, остановившись рядом с дверью в приёмную начальника отдела. - Над законами работают сотни людей, а как их обходить - миллионы. Чувствуешь разницу? У Олечки уже репутация в Винлабе, она там для офиса не первый раз покупает, так что, привезут всё в лучшем виде. Просто время покупки на чеке сделают как на момент передачи заказа. Впрочем, тебе-то эти подробности к чему? Ты задачу свою понял или мне повторить?

- Всё понял, - киваю.

- Тогда после обеда поднимайся в Зелёный зал. Схема расстановки столов у Ветренко есть. Но ещё на месте оцените, может что и поменяете.

Она пошла к Виктору Николаевичу, правда, слышу, зацепилась языками с Зинаидой Михайловной, мимо той просто так не пройти, не проехать и даже не пролететь, а я направился в туалет, где ещё раз осмотрел себя в зеркале. Нормально выгляжу. У пиджака, правда, рукава совсем чуть-чуть коротковаты. Расту ещё что ли? Два года назад купил. А до скольких лет продолжается рост у людей? Блин, не помню.

Большинство сегодня действительно в столовку не пошли, не только Райко, оказывается, в нашем коллективе любитель халявы. Ну, хоть перед расставанием узнал об этом. Будут сегодня за счёт бывшей начальницы насыщаться. Получается небольшая компенсация за нервы, которые она им всем трепала, и за уменьшенные кое у кого в размерах премии. Впрочем, мы с Ильичом тоже отправились в чайную перекусить, хотя в отличие от других у нас почти полноценный обед. Я всё свои купленные к приходу Юрки сыры-колбасы потратить не могу - интересно, что с тем сырным камнем, который я вчера отдал Арефьеву, придумает сделать его жена? - а Фёдор Ильич сегодня меня угощает творожной запеканкой и куриной грудкой запечённой с томатами в фольге. Офигеть как вкусно.

Так, на завтра мне нужно хорошенько настроиться, взять себя в руки и не пытаться отбить у него жену. Шутки шутками, ха-ха, смешно, однако нужно будет выяснить, где таких хозяек находят. Не растут же они как грибы в лесу? Действительно ведь, получается, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. А как же красавицы вроде Анны Николаевны? Блин, опять. При чёт тут она?

- Не понравилось что ли? - спросил Арефьев.

- Да ты что, Ильич? - ответил чересчур громко, стоявшие рядом у соседнего столика Наталья Голубева с подругой из планёрки обернулись в нашу сторону, и я продолжил уже спокойно: - Наоборот. Как всегда клёво. С чего вдруг такая мысль?

- Поморщился. - пояснил коллега.

- А, так это я о своём подумал, не обращай внимания.

Сразу после перерыва отправиться наверх не получилось, Олечка куда-то пропала и появилась только в половину третьего. Понятно, я ей высказал всё по этому поводу, но та отмахнулась, дескать, сто раз успеем сделать порученное. Полтора часа - это полтора часа.

Пока поднимались с ней на лифте, вначале почувствовал, потом проверил эмпатией раздражение Олечки в мой адрес. Понятно, не удержался, применил ментал. Должен же я знать причины своей опалы?

Оказывается, это многомужница решила, что Каспарова положила на меня глаз, а становиться соперницей той, кто, как говорится, кормит с руки Ветренко не хотела категорически. Злиться на начальницу она не решилась, вот и перенаправила вектор своего недовольства в более безопасном направлении. Что ж, мне такой расклад нравится. Хоть тут можно вздохнуть с облегчением. А то ведь Олечка реально как удав, душит, душит. Могла ведь и придушить на самом деле. Душнила.

Поднявшись, прошли до самого конца коридора мимо офисов входивших в наш холдинг полутора десятков мелких фирм, занимающихся торговлей всем чем ни попадя, от стройматериалов и металлоконструкций до детского питания и рабочей одежды.

Зачем Каспаровым и Решетовым столько дешёвеньких, не очень прибыльных на общем фоне производств и компаний Инвест-гаммы непрофильных активов, истрепавших мне на прежней теперь работе все нервы своими отчётностями, я так и не соображу. Единственная версия - в своё время хапали, что плохо лежало или само шло в руки, а теперь выбросить жалко.

В Зелёном зале мы оказались не первыми. Тот, кого Анна Николаевна называла словно барыня человечком, уже находился на месте и двигал из-за прикрывающей нишу занавеси к музыкальной стойке звуковые колонки высотой где-то по пояс.

Это был совсем молодой парень, моложе даже меня, лет двадцати на вид - студент-практикант что ли или из лицея? - худощавый, белобрысый, коротко стриженный, с оттопыренными ушами и в костюме без галстука. Пиджак у него выглядел нормально, а вот штаны будто корова жевала.

- Алексей, - протянул ему руку.

- Ольга Васильевна, - представилась Ветренко, бросив на парня взгляд царицы, и, развернув лист со схемой столов, важной поступью пошла по паркету.

- Артём, - назвался человечек Решетовой, пожимая мою ладонь своей уже вспотевшей.

Я еле удержался, чтобы после его пожатия не вытереть руку о брюки в районе задницы, привычка, присущая обоим прежним мною.

Первый раз здесь, и мне в целом понравилось. Зелёный - потому что три стены задрапированы этим цветом, а четвёртая стена, одна из больших, целиком из стекла, от самого пола до потолка, причём, смотрит на западную сторону. Так что, в нынешний летний денёк, хоть часть обзора и закрывает близко расположенная соседняя высотка, тут будет светло от солнечного света часов до десяти, если не больше. Размер же помещения почти точь-в-точь совпадает со спортзалов третьей мухинской школы, к который были приписаны детдомовские. Говорят, давно такие как мы учились отдельно, но я уже тех времён, понятно, не застал.

- Лучше бы все столы вдоль окна разместить, - громко сказала Олечка, когда мы с Артёмом расставили колонки и аппаратуру на стойке. - Только Виктор Николаевич такое не любит, ему хочется всех видеть.

- Раз хочется, значит увидит, - отвечаю. Пиджак мой висит на стуле, а вот человечек Решетовой свой не снял, и ладно, его дело. - Артём, потом тут всё соединишь и настроишь. Пойдём поможешь мне со столами. Не таскать же их очаровательной женщине.

Поняв, что опасность с её стороны миновала, могу позволить себе сыпать комплиментами. Хоть научусь этому. А то ведь раньше московский вечно ни бе, ни ме сказать не мог, а мухинский, кроме как "ты клёвая тёлка" или "ты вообще полный отпад" лучше ничего придумать не мог. Зато сейчас откуда-то дельные фразы в голове возникают будто где-то им учился. И Ветренко сразу вон какая довольная стала. Сменила раздражение на милость, даже одарила меня улыбкой.

Столы рассчитаны на четверых, нас будет ровно двадцать. Как по заказу. Выставили ими букву П подальше от входа, оставив место под танцплощадку, а остальные одиннадцать снесли к стене, где у нас музыкальная стойка.

Мы уже почти расставили все стулья, когда у лежавшего на столе смартфона Олечки засветился экран. Могла б и снять сейчас с беззвучки-то.

- Оль, - зову её.

- Вижу, - та протёрла руки влажной салфеткой и взяла телефон. - Да, да, добрый день. Да, сейчас к вам Алексей спустится. Я поняла. - отключившись посмотрела на меня. - Лёш, спустишься? Там курьер привёз наш заказ. У третьего подъезда перед шлагбаумом ждёт.

- Куда ж я денусь? - жму плечами. - Спущусь.

Хотел идти в рубахе, да только, как представил взгляды офисных работников, так и передумал. Да и не было желания перекладывать портмоне с айфоном, ключи от квартиры и флэшку в карманы штанов. Оставлять всё своё богатство без присмотра тоже не хочется. Накинул пиджак и отправился вниз.

Охрану о курьере предупредили, но всё равно они машину, белую Ладу Ларгус, за шлагбаум не пустили. Ничего, тут от подъезда два шага всего. Доставщиком оказался Дед Мороз, вылитый, только без своего обычного одеяния, а в обвисших джинсах и бежевой рубашке с коротким рукавом. Коробки оказались неформатными, большими. За один раз я такие не унесу, ходить туда-сюда два раза не хочется, а дедок по виду крепкий. К тому же, деньги за доставку он получит. Берём по коробке и идём в здание.

- Смотрите сегодня там сильно не шумите, а то выгоним пинками на улицу. - пошутил один из охранников.

Это неприятного вида молодой мужик лет тридцати пяти с лицом завязавшего бухать запойного алкоголика в прошлом. Может так оно и есть, что пил как лошадь. Коля говорит, у них работают выгнанные из полиции за пьянку, взявшиеся в конце концов за ум, как тот Павлик, братец-дебил Ленки Карякиной, и нашедших себе место в нашей службе безопасности. Здесь они не попьют, понятно. Только приди с запашком - вылетишь торпедой.

- Я передам ваши слова Анне Николаевне Каспаровой, - улыбаюсь.

А что, я тоже шутить умею. Жаль, что он веселья не разделил, вон как перекосило от страха.

- Неплохо тут у вас, - оценил наш офис дедок, когда я нажал сенсор вызова лифта. - Не хуже, чем Башня Федерация. Ну, внутри не хуже. Так-то высотой раза в три поменьше. Довелось мне там уж раз пять побывать, а здесь вот впервые, - говорливый какой, а я всё помалкиваю, коробка, кстати, не столько тяжёлая, сколько неудобная, кубическая. - Вообще, у меня свой антикварный магазин, а в доставку пошёл ради интереса. Так вот, побывать внутри разных зданий, - капец, оказывается бизнесмены не только в таксисты идут, а и в курьеры. Учту. - Много получаешь тут? - спрашивает уже в кабине, начавшей быстрый подъём.

Кто-то говорил, что у наших далёких предков вопрос о размере зарплаты считался нормальным. Ну, не знаю. У нас об этом как-то не принято спрашивать. Более того, ушлые личности вроде Ветренко, постоянно сующие нос в зарплатные или премиальные ведомости, осуждаются. Во всяком случае, вслух.

- Не жалуюсь, - ухожу от ответа. - Мне хватает.

- Так-то оно так, - дед не выдержал и упёр дно коробки на никелированный поручень. Только мы уже приехали. - А всё равно поди несправедливо платят? Одним миллионы, другим копейки. В наше время совсем не так было.

Да знаю я, как у вас было, наслушался. На сапоги нормальные копили, с зарплаты откладывали. А уж телевизор или тачку многим вообще не по карману было купить, так ещё и очередь выстой. Хоть бы с продуктами при этом нормально было. Разумеется, вступать в диалог не стал. Донести бы коробки до конца коридора. Не за себя переживаю, за владельца антикварного магазина. Дышит тяжело.

А то мог бы ради прикола и поспорить. Читал как-то в интернете яростный спор тех, кто своих оппонентов называл, одни булкохрустами, другие совкодрочерами. Как по мне, обе команды придурочные, но было интересно.

- Вот и пришли, - радую запыхавшегося дедулю.

Прижал коробку к одной створке дверей Зелёного зала, а другую открыл освободившейся рукой. Пропустил курьера первым, зашёл следом и едва не грохнул свою ношу на пол от постигшего меня изумления. Олечка раскладывала на столах скатерти с официанткой, русоволосой тёткой. Когда женщина вслед за Ветренко обернулась на нас я признал в ней Маринку Лягину, свою однокашницу по мухинскому детдому и одноклассницу по школе. Это полный капец. Ей ведь сейчас как и мне прежнему двадцать шесть - двадцать семь, а выглядит, если не на сорок, то близко к тому. Крепко же её жизнь побила.

Несу коробки за дедком и, пока он, с облегчением поставив ношу на один из стульев, принялся решать с Ветренко финансовые и отчётные вопросы, я, стараясь не смотреть на Марину, тоже освободился от коробки и принялся снимать пиджак. Откуда она здесь? Понятно, в другом теле она меня не узнала, а мне хватило одного мига, чтобы остановить порыв и не броситься к однокласснице с обниманием. Представляю, как бы это выглядело. Молодой совсем незнакомый парень выкрикнул бы: Маринка, привет! Какими судьбами? Да уж, вот прикол был бы.

Она у нас считалась лучшей ученицей. После окончания школы имела широкий выбор, где продолжить учёбу дальше. Поступила во Владимирский университет, кажется, на химика-технолога или что-то такое, не помню. Только Лягина не доучилась. Я, когда из армии пришёл, встретил возле продуктового Ирку Максакову, её подружку, и та со странной смесью злорадства и зависти рассказала, что Марина на втором курсе соблазнила старика-преподавателя, увела того из семьи, вышла замуж и уехала с ним в Москву, куда его пригласили работать.

Иринка ещё та злоязыкая баба, всегда такой была. В то, что Лягина могла так поступить, мне не верилось. Нет, сам ход событий я под сомнение не поставил, а вот, что инициатором являлась она, сразу же засомневался. Скорее всего, это тот препод её покорил. Много ли детдомовской девчонке нужно, чтобы мужчина произвёл на неё впечатление? Состоявшийся, наверняка не бедный, а если ещё и не жадный, то, считай всё. Но почему она так неважнецки выглядит-то? Бросил старик? Помер? Чёрт, и чего гадать? Надо заглянуть в её мысли.

- Алекс, - зовёт меня Артём, видя, что я замер столбом у столов, отнесённых к стене, на ближайший из которых поставил пойло. - Помогай. Нам ещё экран нужно повесить для цветомузыки и караоке. Как же вы без текста петь-то будете? - смеётся.

Мне без проблем и с экраном помочь, и ментал использовать. К тому же, Лягина сейчас стоит нагнувшись, ко мне кормой, расправляет скатерть.

Жаль, что мои паранормальные способности не позволяют считывать память, а лишь текущие мысли. Ага, раскатал губу Алексей Сергеевич. Ещё пожелай узнавать будущее. И так грех жаловаться. Узнал, что мысли у Маринки сейчас радостные. Ей сегодня всего-то и нужно, что помочь накрыть столы, а после банкета собрать грязную посуду и унести в столовую. Полы мыть или что-то делать со скатертями не требуется. Этим завтра с утра клининг займётся.

Госпожа Каспарова ей за такую простую работу уже заплатила целых восемь тысяч. Деньги на карту час назад упали. Марина не первый раз так подрабатывает в офисе, но столь много ей ещё не платили. Максимум пять тысяч, и то лишь однажды. А ещё она видела на кухне, сколько всего на этот банкет наготовили, имеет опыт, какое количество будет съедено или надкусано и знает, что сможет набить себе полную сумку оставшимися продуктами. Ей с дочерью их на месяц хватит.

Экран лежал в небольшой каморке за нишей.

- Не запнись, осторожней, - говорю Артёму, который, похоже, вообще растяпа под ноги не смотрит. - Уроним, платить ты будешь. - сразу обозначаю границы своей ответственности.

- Зачем его вообще снимают? - раздражённо спрашивает напарник, вместе со мной закрепляя большой монитор в держателе. - Оставили бы уж на месте. Не унесут.

- Угу, - соглашаюсь. - Нас с тобой спросить забыли.

Если Маринка думает лишь о дочери и в её мыслях нет ничего о муже, получается, она теперь мать-одиночка? Так и есть наверняка. И жизнь у неё непростая, раз с восторгом думает о продуктах, что здесь останутся. Ей явно не помешает помощь.

Так, стоп. Я ж уже решил, что мухинский квест начну закрывать, когда достигну достаточно высокого положения. Да, но Маринка-то в Москве, а не в нашем с ней родном городишке. К тому же, я всё помню, она мне помогала, часто. Сидела за партой сразу позади меня, списывать давала, подсказывала.

Только вот учителя такую помощь называли медвежьей. Не делай она так, я может сам бы больше учил и стал бы не бандитом, а каким-нибудь учёным. Ага, Железо, скажи ещё композитором. Хватит всякую чушь выдумывать. Сейчас, пожалуй, в жизнь одноклассницы вмешиваться не стану, но и совсем от неё отворачиваться не собираюсь. Наверняка у меня появятся сотня возможностей чем-нибудь ей подсобить, не выпячиваясь и не раскрывая причины такого покровительства.

- Так, Алексей Сергеевич, - зовёт меня Олечка. - У нас всё готово. Время уже пятнадцать минут четвёртого. Думаю, пора нести еду. Мы с Мариной в столовую, справимся без тебя, а ты бутылки расставь и иди к нашим. Портфель свой кстати потом с собой сюда возьми. В группу контроля мы больше не вернёмся.

- Ты чего раскомандовалась-то, Олечка? - смотрю на неё напоказ высокомерно, у сестрёнки Насти такому научился, когда дурачились с ней перед зеркалом, оценивая общность черт наших лиц. - Имею желание помочь вам. А за портфелем спуститься всегда успею.

Сейчас голова немного пройдёт после ментала и попробую ещё что-нибудь про жизнь Лягиной у неё самой узнать.