Из огня да в полымя. Книга 2

Глава 4

Остаток дня пролетел незаметно. Помог Ильичу с графиками, хотя он и без меня бы справился. Говорят, когда люди становятся начальниками, у них многие навыки рутинных дел атрофируются. Арефьева это не коснулось, ну, или само утверждение надуманное. Фёдор Ильич умеет работать почти с любыми документами и, что удивительно для его возраста с офисными компьютерными программами на ты, включая графические редакторы. Затем пересел к Петру Васильевичу. Хоть у нас и непростые отношения в последние дни, но приказ есть приказ.

На часах восемнадцать ноль пять, начальство из своего кабинета и носа не показывает, дела все сделаны, вечером Юрка приедет, а мне надо что-нибудь к столу купить. Так что, навожу порядок на своём столе, поднимаюсь, прихватываю портфель и направляюсь к выходу.

- Всем пока. - говорю. - До завтра.

- Пока, - расслышал только голос Олечки, она ж у самой двери сидит, хотя ответили почти все.

В коридоре почти безлюдно, и на площадке сталкиваюсь только с двумя молодыми, симпатичными женщинами - таджичками или киргизками - из клининга. Может и узбечки. Мы поди тоже для них все на одно лицо, русского от немца не отличат. Эти тёти всегда рано свою работу заканчивают, но всё равно высиживают положенное время. Не пойму, зачем уборщиц-то до упора держать? Помыли тут всё, и шли бы домой. Вот стану генеральным директором холдинга, так и сделаю.

Ага, Лёха, тебе губозакаточную машинку не нужно купить? Размечтался. Может хочешь ещё и космонавтом стать? Будешь директором-пилотом космического корабля.

Мою насмешку над собой охранник у турникетов воспринял на свой счёт и быстро осмотрел на себе форму, подумал, с ней не всё в порядке.

Но я уже вышел из здания с небольшим потоком людей, перейдя дорогу и оказавшись на аллее, задрав голову, посмотрел на двадцать пятый этаж. А что такого в моих мечтах? Я ж не собираюсь войти в совет акционеров, денег столько никогда не заработаю, а вот стать топ-менеджером вполне реально.

Не всё и не всегда в этом плане решается только кровными связями. Часто нужны и просто грамотные управленцы. Правда, и их, насколько я уж успел узнать, всё-таки стараются привязывать к владельцам семейными узами. Ну, там, детей женят, внуков, племянников. Не Индия вроде, каст нет, но как-то, получается, что к этому идём.

- Ворон считаем, дядя? - со смехом спросила одна из двух девчонок среднего школьного возраста, проезжавших мимо на роликовых коньках.

Обе теперь смеются. Дурочки какие-то, смотрю им вслед с улыбкой. Какой я им нафиг дядя? Разница в возрасте лет одиннадцать-двенадцать. А так-то они правы. Чего пялиться вверх? Ладно б у нас здание было как "Башня Федерация" в девяносто пять этажей или другие небоскрёбы "Москва-Сити" в сепьдесят-восемьдесят, а высотой нашего офиса в столице никого не удивишь. Вот в Мухинске бы, там да, круто бы смотрелось.

Всё ж я правильно сделал, что ни Насте не разрешил за мной приехать, ни такси не стал вызывать. На дороге с правой стороны аллеи, по которой я иду, стоит длинная колонна машин, двигающихся еле-еле. Впереди, где вход в метро, на кольце пробка, там сплошной поток авто. Правда, надо отдать должное нынешним водителям, проявляют вежливость и иногда на кольце притормаживают, позволяя вопреки правилам проехать с нашей дороги вперёд них.

А вообще удивительно, сколько слышал о наглости московских водителей, а они здесь в большинстве настоящие джентльмены по сравнению с мухинскими или даже владимирскими. За остальных ничего не скажу, не знаю. Нет, понятно, придурков везде хватает. Тот же Илья Каспаров набухается или обкурится и за руль лезет скотина. Ну, теперь, надеюсь, отъездился.

Илья Каспаров? А я мухинский чем лучше был, когда с пацанами врубали шансон на все динамики и со снятым глушителем на огромной скорости по городу носились? Да ничем не лучше. Разве что пьяным не позволял себе за баранку садиться. Только не по причине морального табу, а ментов опасался, да и ласточку мою древнюю жалко было разбить. Своими руками ведь разбирал-собирал.

Кстати, о такси. Забыл приложение Яндекса на айфоне установить. Надо сделать и ради интереса посмотреть, что навигатор покажет, сколько ехать отсюда до моего дома. Сажусь на скамейку на другой край от дедули, о чём-то мечтающем, глядя перед собой и упираясь обеими руками на трость. Здороваться с ним не стал, зачем отвлекать очень пожилого человека от его дум?

Скачал приложение и сразу построил в нём маршрут до дома. Ого, так я и знал. Весь путь выделен красным или жёлтым, причём первого цвета больше. А время? Час сорок семь. Капец, да я пешком быстрее дойду. Так что, метро, ещё раз метро. А чем Насте нью-йоркское не понравилось? Почему крысиные норы? Ладно, спрошу как-нибудь. Да и вообще, сестра много где побывала. Что им богатым? Сел в любой момент, да полетел, куда захотелось, хоть на неделю высокой моды в Милан, хоть на Джомолунгму. Блин, а что это? Остров? Гора? Не важно. Вот будет у меня много денег, тоже начну летать туда-сюда. Мир посмотрю.

Да, деньги же. Точно, и про это забыл. Захожу в Инвест-гамма Банк онлайн и перевожу шестьсот тысяч в Сбер. Остаток семьдесят семь? Фигня. Я раньше в провинции, считай, и вовсе без карты жил. А тут и налички полно, и скоро окончаловка придёт. Нет смысла париться. В приложении Сбера переложил деньги на счёт. Как предчувствовал, выбрал себе при открытии вариант с возможностью пополнения. Там процент правда чуть ниже, и ладно.

Два миллиона теперь! Даже с девятнадцатью тысячами в плюс. Блин, круто. Хоть сейчас за тачкой отправляйся. Может когда-нибудь мой сегодняшний восторг мне самому вспомнится с ироничной улыбкой, но пока реально чувствую себя как этот - как того царя-то звали? - Ирод? - не, тот детей жрал - кажется, Эдип. Нет, не Эдип, а как-то по другому, ну неважно. В общем, я богат. Приятное ощущение. Оно от мухинского. Московская-то моя часть слишком флегматична, иертна, хоть и умнее провинциальной в миллион раз. Да, вот свезло так свезло.

Ещё бы в давке в метро удача от меня не отвернулась. Что ж, оценю, каково это стильному красавцу в толпе народа двигаться.

Оценил. Терпимо. Не отвернулась удача-то. На кольцевой непросто пришлось, зато до конечной ехал без напряга, правда место успел занять хорошее. Что ж, всё не так уж и плохо. У людей была даже возможность полюбоваться на меня. Особенно тем двум приезжим девушкам, которых ко мне прижало на Комсомольской. Не показалось, уверен, они льнули не только под давлением пассажиров. На что, интересно, рассчитывали? В Москве в общественном транспорте уже даже горячие кавказские парни не знакомятся.

Зато в электробусе опять попал в давку. Вот вроде бы час времени разница - ерунда, а получается, что если он так и называется час пик, то его хорошенько прочувствуешь. Хорошо, что ехать недалеко, вышел у Республики. Хоть Кравчук и не пустым наверняка придёт, но мне тоже не хочется пустым холодильником и отсутствием угощения мордой в грязь шлёпнуться. Юрка натащит деликатесов всяких, знаю его. Да у меня все студенческие друзья никогда прижимистыми не были, даже этот гад Виталик - зачем зря наговаривать? - всегда старался меня сироту поддержать, пусть не напрямую финансово, знал, что я откажусь, так всякими угощениями. Только теперь-то могу позволить себе начать возвращать друзьям долги.

В торговом зале продуктового гипермаркета настоящее столпотворение, я дважды чуть не устроил аварию своей тележкой едва не врезавшись в чужие. Нужно не только к ужину что-то взять, а и вообще себе, чтобы завтра-послезавтра в магазин не ходить. Так что, нагрузил почти полную корзину. Больше всего времени потратил на выбор сыров. Кравчук, скорее всего, в прошлой жизни был мышью, очень уж этот продукт любит. Жаль я в сырах не разбираюсь совсем. Впрочем, чего гадать? Набрал четыре вида самых дорогих по сто-сто пятьдесят грамм.

Где-то читал, что наиболее престижные сыры изначально создавались не ради того, чтобы быть вкусными, а во времена парусных флотов и отсутствия холодильников чтобы долго не портились даже при высоких жаре и влажности. Просто, производство таких видов очень длительное и дорогое, поэтому стало доступно лишь богачам, а уж из-за этого и эталоном вкуса. Всё, что не похоже на этот жёсткий как копыто продукт, уже считается совсем не то.

Да, вкусовщина дело такое. Есть ведь даже копрофаги, которых фиг убедишь, что дерьмо - это бяка. Фу, блин, о чём я думаю? Противно аж стало. Сейчас себе аппетит испорчу. А ведь реально у меня теперь размышления куда только не шарахаются. До дерьма уже дошло. Остановись, Лёха! - командую. И выполняю.

- Семь тысяч двести тридцать четыре восемьдесят шесть. - даже с копейками огласила итоговую сумму покупки тётка за кассой.

Почти половина озвученной суммы - стоимость бурбона.

Когда я извлёк из кармана своё шикарное портмоне, а из него восемь тысячных купюр, кто-то в очереди за мной тяжело вздохнул. Ага, теперь тоже не люблю, когда кто-нибудь вместо того, чтобы просто приложить карту, начинает возиться с наличкой. Раньше в Мухинске не понимал, а здесь вот в многолюдных магазинах прочувствовал на собственной шкуре, когда задерживают очередь, особенно бабки, которые ещё и сдачу потом долго пересчитывают, не отходя от кассы. Спасибо продавщице, управилась быстро, и я взял деньги из лотка не посмотрев, сколько их там, и не задерживаясь отъехал к столику, где перегрузил покупки в два больших пакета. Портфель повесил через плечо, вот и ремешок к нему пригодился, а то я уж подумывал его выбросить.

До дома пошёл пешком, для здоровья полезно, заодно подкачаюсь тяжестью продуктов, раз уж сегодня остаюсь без вечерней тренировки. Наоборот, взял не только бурбон для Кравчука, но и три бутылки нефильтрованного пива себе. Ударю по организму вредным напитком.

У подъезда столкнулся с вышедшей из служебной машины судьёй.

- Марина Владимировна, добрый вечер, - спешу, взяв оба пакета в одну руку, приложить магнитик к домофону и открыть перед красивой соседкой дверь.

- Добрый, Алексей, - хмуро ответила она.

- Завтра как обычно на пробежку? - пытаюсь завязать разговор, не стоять же молча в ожидании лифта и при его подъёме, всё ж не чужие.

- Да, как обычно, - отвечает и первой заходит в кабину.

Ни фига себе. Чего это с ней? Я её чем-то обидел что ли? Блин, даже интересно, когда успел? Ну-с, надо узнать. Активирую ментал.

" - ... такой дедушка хороший, - мне кажется, она готова застонать вслух, такое ощущение идёт и от эмпатии. - а придётся завтра ему, считай, вынести смертный приговор. Нет, сделаю по минимуму, два с половиной года, но он же в свои восемьдесят один и с букетом болезней даже пары месяцев не проживёт. И деваться-то мне некуда. Ниже назначить не могу, всё ж девчонку-то он насмерть сбил, к тому же на пешеходном переходе, и родственники её ни в какую не хотят идти хоть на какое-то примирение. Их тоже понять можно. Но дедуля-то, дедуля, реально добрый, симпатичный, заслуженный ветеран-железнодорожник, БАМ строил. Раскаивается искренне, я ж вижу. Может всё-таки назначить с отсрочкой приговора? Бесполезно. Прокуратура обжалует. Хотя Гриша, обвинитель, сам всё не хуже меня видит и расстраивается. На апелляции условный срок отменят, к гадалке не ходи. Только мне втык дадут, а старичку ничем не помогу..."

Ух, понятно, почему Марина Владимировна такая хмурая. Да уж, не позавидуешь. В жизни бы не согласился стать судьёй или прокурором. Просто несправедливость не всегда законна, а вот всё законное однозначно несправедливо. Зависит лишь, с какой колокольни смотреть. Родственников задавленной девушки - или вовсе девочки? - понятно, жаль, и деда того. Вот кому бы я люлей навешал, так это тем, кто разрешает людям с таким здоровьем за руль садиться. Ничем ведь не лучше наркомана или пьяницы в таком случае. А всё ж по понятиям порой жить честнее, чем по закону. Вон, и судья, и прокурор-обвинитель понимают, что по сути казнят человека, а сделать ничего не могут. Может потому люди иногда и предпочитают обращаться к уважаемым ворам, что те рассудят по справедливости?

- До свидания, Марина Владимировна? - прощаюсь с судьёй, когда лифт останавливается на её площадке.

- Что? - растерянно обернулась она. - А, да, до свидания. Прости, Алексей, задумалась.

Двери кабины закрылись, а я вздохнул: бедняга, работёнка у неё ещё та. Мало того, что целыми днями сиди и слушай всякие ужастики, так ещё и настроение себе портишь. А когда какого-нибудь маньяка судит? Вот где жесть полная.

На лестничной площадке вспомнил, что всё ещё не передал показания счётчика электроэнергии. За воду отправил, за газ тоже, а это всё забывал. Ну и хорошо. Есть возможность проверить камеру айфона. Не переписывать же цифры? Проще сфоткать. Что и делаю. Не знаю, никакой разницы в качестве изображения со старым смартфоном не вижу. Да и ладно.

В квартире полюбовался ещё раз собой перед зеркалом. Есть на что посмотреть. Выгляжу и правда достойно. Когда примеряли костюм в бутике, Настя сказала, нижнюю пуговицу не нужно застёгивать. А тогда зачем она вообще нужна? Нет, уж, я буду делать как положено, на обе.

Портфель оставил в прихожей, где у меня обувь стоит на полочке. Всегда теперь так делаю, а то пару раз забывал, приходилось возвращаться. Извлекаю только старый смартфон, уберу пока в стол, потом придумаю, как надёжно уничтожить и экологии не навредить. Едва переоделся в спортивные штаны с футболкой, купленные на малой родине, и повесил свой костюм с рубашкой и галстуком на одну вешалку, ещё раз осмотрев и оставшись довольным, что не помялось и не запачкалось, заиграла мелодия. Не сразу сообразил, что это звонок новой трубки. Какой-то мотив слащавый. Только не ставить же "Владимирский централ"? Не поймут.

- Лёха, ты как? Ждёшь? - слышу голос Кравчука.

А ведь это первый звонок, полученный мною на новый телефон, эсэмэски от Насти не в счёт.

- Нормально, дома уже, жду тебя.

- Тогда скоро буду. Решил позвонить на всякий случай, вдруг, думаю, на работе задержали, - пояснил Юрка.

- Нет у них на меня цепей, Юра, - шучу, и мы прерываем разговор.

Вообще-то есть и причём толстые, крепкие, но зачем другу об этом знать? Отнёс на кухню оба пакета и принялся их разбирать. Большую часть продуктов убрал в холодильник, остальное выложил на стол у стены рядом с раковиной. Обеденный буду сервировать. Посуды я прежний припас достаточно. Ленка тут ела часто и много. На халяву-то и уксус сладкий, ага.

Первым делом извлёк из вакуумной упаковки два стейка из мраморной говядины, такой сибарит как Кравчук должен оценить. С гарниром не хочу связываться, поедим с овощной нарезкой - томаты, огурцы, болгарский перец, лук - и зеленью, два пучка взял. Колбасу и сало мне в магазине нарезали, так что, осталось лишь разложить, три вида первого и два второго - солёное и копчёное. Пусть студенческий друг порадуется, у них в Израиле-то поди такого нет.

А вот с сыром оказалась настоящая беда. Самый дорогой не нарезался вообще. Нож не то что застревал, он совсем в него не входил. Попробовал рубить - бес толку. Начал давить со всей силы, чуть лезвие не сломал. Капец, блин, как кирпич, даже крепче. Таким что ли этот кусок оставить, может Юрка знает, как вот такое едят? Нет, не по приколу. Убрал в холодильник. Потом посмотрю в интернете, как правильно с ним расправиться. Три других вида порезались нормально, правда, от одного воняло, будто из-под ногтей давно не мытых ног. Наверное вкусно очень, раз так дорого. Надо лишь себя в этом убедить, после чего любой домашний сыр буду считать мерзкой, позорной гадостью, даже свой нынешний любимый адыгейский.

Всю нарезку выложил на одну тарелку, она у меня большая. Оливки, фаршированные лимоном, вытряхнул из банки в пиалу, рыбное ассорти просто распаковал, оно уже и так на специальном поддоне. Хлеб Юрка ест чёрный, для него специально купил бородинского, себе оставил четверть батона. И всё это не мешает мне готовить мясо. Не скажешь, что я прям большой профессионал в готовке, но с мясом у меня всегда неплохо получалось. Пацаны хвалили. Это в Мухинске. Я московский только яичницу себе мог жарить, пельмени отваривать, да дошик кипятком заливать. Ничего, Ленка и такое хавала.

Какими фруктами можно удивить человека, приехавшего из Израиля? Правильно, никакими. Даже париться не стал. Нарезал ломтиками груши двух видов, пару краснодарских яблок, лимон и украсил натюрморт кистью винограда. Ну, в принципе, для дружеской посиделки всё готово кроме горячего. А это ещё минут пять-семь. Бурбон я пока убрал в холодильник, а вот пиво поставил на подоконник. Оно и так прохладное, а холодное в моём нынешнем теле лучше не пить. Горло часто схватывает. Не хочется на работе сипеть, тем более, в такие ответственные первые дни на новом месте.

В этот момент раздался дверной звонок. Ого. Юрка что, метеор или где-то рядом был? Наверное всё ж второе. Ну и ладно, что так быстро приехал. Как говорил Михалыч, ветеран четырёх ходок на зону, раньше сядешь, раньше выйдешь. Спешу открыть двери, в тамбуре даже чуть тапок не потерял, зацепился левой ногой за квартирный порог. И вижу, нет, не университетского друга, а вовсе даже наоборот, Павлика, родного старшего брата Ленки Карякиной, тридцатилетнего мужика выше меня ростом на пару-тройку сантиметров и шире в обхвате. Здоровяком я его ни за что не назову, слишком уж рыхлый. Потому из Росгвардии и попёрли, физо не мог сдать, а, ну ещё и пил много. Сейчас бросил, но фарш назад не провернуть. Работает Павел Карякин, то тут, то там, охранником в магазинах. В последнее время вроде при каком-то ломбарде обитает. Так-то выглядит вполне устрашающе - крупное мясистое лицо, толстые губы, глубоко посаженные глаза - только всё это фуфло, оболочка, под которой скрывается полное ничтожество. Я прежний этого не понимал, зато сейчас насквозь без всяких своих паранормальных способностей вижу.

- Привет, - говорю. - Дверью ошибся?

- Чего? - возмутился Ленкин братец. - Обурел, Плато?! Я к тебе, гадёныш. - он левой рукой распахнул шире тамбурную дверь, а правой схватил меня за грудки, толкая к квартире. - Помнишь, говорил, если ты Ленку обидишь, тебе конец, а? Помнишь?

- А я её обидел? - стою твёрдо, не давая себя сдвинуть. - Мы вообще-то просто расстались. Так что, говорить нам не о чем. Извини, гостей жду. Ты иди, откуда пришёл.

- Ах, ты сиротка вонючая! - он изменил вектор давления и потянул мою футболку на себя. - Я тебя сейчас научу, тварь, вежливости с девушками.

Чувствую, как память о моей малой владимирской родине начинает трещать по швам. Ну, Павлик, крыса вонючая, ты сам напросился. Поддаюсь давлению, более того, усиливаю его, делая быстрый шаг вперёд и со всей силы резко бью придурка лбом в переносицу. Одновременно с его вскриком, когда Павлушка, отпустив мою футболку хватается обеими руками за нос, пытаясь остановить брызнувшую кровь, бью слева и справа по почкам, коленом в промежность, и повторяю двоечку уже по скулам, и тоже сначала слева, а затем по мотнувшейся разбрызгивая кровь голове справа. Серия всех пяти ударов у меня не заняла и пары секунд. Этого хватило, чтобы Карякин вывалился из тамбура в коридор, с жалобными всхлипами.

- Лёшка, ты чего? - загундосил он, опять зажав нос. - Я ж просто поговорить хотел.

- А я тебе русским языком сказал, что гостей жду. - чёрт, опять тапок слетел, когда по яйцам Павлика коленом бил. Нащупал, не оборачиваясь, обувку ногой и вернул её на место. - И вообще, мы с Ленкой всё друг другу сказали. Если считает себя обиженной, то пусть жалуется, куда и все. У нас лишь один человек жалобы принимает. В декабре у него прямая линия, как обычно, вот и скажи сестрице, чтобы сформулировала свои претензии ко мне. Сам лифт вызовешь, или мне тебя по лестнице спустить?

Он выбрал третий вариант. Со страхом глядя на меня - не ожидал от вечно пугливого сиротинушки отпора? - морщась и постанывая от боли потащился вниз по ступеням. Всё как я и предполагал. Трусливое чмо, чушпан, а не мужик. С такими только так и можно разговаривать - сначала кулаками в морду, а лишь затем словами в уши. Хотел было ещё чего-нибудь умного ему напоследок сказать, да, блин же блинский, у меня стейки ведь жарятся. Ну, если сгорели, догоню козла и добавлю, рожей в дверь не протиснется.

Не сгорели, успел спасти, но подгорели больше, чем нужно. Урод гадский. Надо было ещё пару раз ему врезать. Настроение ещё больше испортилось, когда увидел, что он мне ворот футболки оттянул сука. Вроде не очень заметно, но если присмотреться, то всё ж видно. Придётся с утра на пробежку в другой бежать. А эта, может, после стирки и глажки придёт в норму? Хорошо бы. Так, какая-то мысль в голове свербит. Точно, кровь. Надо вытереть площадку перед квартирой, зачем соседей смущать?

Пошёл в ванную за тряпкой. Намочил и вышел на лестницу. Как раз, когда уже домывал, за моей спиной раскрылись двери лифта, и оттуда с большим пакетом, как я и предполагал, появился Юрка.

- О, Лёха, привет ещё раз. А ты чего здесь делаешь? - с весёлым удивлением спросил друг.

- Не видишь? К твоему приходу всё намываю. А так-то у меня здесь свинарник обычно. - шучу, отводя руки в стороны, давая себя обнять и не запачкать приятеля грязной от крови тряпкой.