Из огня да в полымя. Книга 2

Глава 3

Виктор Николаевич неподдельно расчувствовался, когда произносил в мой адрес тёплые слова. Жалко ему, что я покидаю его отдел, он, оказывается, видел для меня у себя великолепные перспективы. Угу, скажи ещё, что планировал однажды своё кресло начальника отдела оставить. Впрочем, чего это я? Он реально ведь ко мне прошлому неплохо относился, терпел и прощал множество косяков, связанных с неисполнительностью. А когда мне было выполнять свои обязанности, если я всё рабочее, а часто и не только, время тратил на помощь коллегам? Так что, в ответ благодарю вполне искренне, обещаю не забывать, заходить по старой памяти и к нему, и к присутствующей здесь же в кабинете начальника отдела Зинаиде Михайловне. Она опять мне вручила конфету Гулливер. У неё кто-то из родственников что ли на шоколадной фабрике работает? Кажется, сладости у секретарши никогда не переводятся.

Все трое понимаем, что никогда я больше здесь не появлюсь. Как говорится, отрезанный ломоть. Но встречаться-то всяко будем и нередко, всё ж в одном здании работаем.

- Методику оптимизации я, правда, немного не доделал, - каюсь.

- Ерунда, Лёша, - великодушно прощает бывший шеф. - Разберёмся. Да она пока не к спеху. Только в следующем году хотим попробовать. Ну, не буду больше задерживать.

Сразу отправиться в группу не получилось, пришлось задержаться в приёмной, посидеть напротив Зинаиды Михайловны, рассказав ей о своём новом кабинете на двадцатом этаже, о планах на жизнь, об отсутствии у меня девушки и о всём прочем, про что она спрашивала.

Короткая, ни к чему не обязывающая беседа, но отказаться от которой с моей стороны было бы свинством. Не так уж много в обеих моих жизнях встречалось людей, кто искренне пытались мне помочь, и Зинаида Михайловна одна из них. Таких нужно ценить, и я это делаю, и обязательно буду делать впредь.

Земля не только круглая, а порой и небольшая. Специально бегать по Москве или по всей Необъятной с высунутым языком, выискивая, какое бы доброе дело сотворить для тех, кто мне когда-либо помогал, конечно же не стану. Но при возможности отплачу. Не только денежные долги не следует копить, а и во всём остальном. Ну, теперь я так думаю.

Кстати, насчёт денег. Оставшиеся после покупок купюры, я ещё в торговом центре сложил в портмоне, и там у меня сейчас тридцать шесть тысяч тысячными и из-под обложки паспорта переложил две пятихатки.

Пухленький такой бумажник получился, солидный. И это при том, что банковскую карту я всё ж оставил в паспорте. Кто там говорил, что не надо складывать яйца в одну корзину? Ленин что ли? А чего я о нём вдруг вспомнил? Ах, да, Олечка же с утра меня грузила своими воспоминаниями, как на его мумию водила смотреть двоюродных-троюродных братьев и сестёр. Это ж у меня ассоциативное мышление получается?

- Ещё сто раз увидимся, Зинаида Михайловна, - поднимаюсь со стула. - Вы прям прощаетесь, будто хороните. - отпускаю глупую шутку.

Интересно, а моё мухинское тело уже закопали, или оно так и пролежит в морге до конца света? Где-то в интернете прочитал, что через семь миллиардов лет наше Солнце превратится в какого-то белого карлика. Ну, надеюсь, к тому времени менты уж разрешат захоронить Лёху Железо. А вдруг я что-нибудь при этом почувствую? Ерунда. Лезет же чепуха всякая в голову.

- Ой, скажешь тоже, - рассмеялась секретарша, отмахнувшись рукой. - Заходи ещё, чаю попьём.

- Обязательно постараюсь. - отвечаю, уходя.

Вру, наверное, у неё теперь свои дела, у меня свои, и они никак больше пересекаться не будут.

Мой шикарный портфель находится там же, где я его и поставил, на столе. Думаю, все уже успели им налюбоваться. Гадают, какую же мне Каспарова премию выписала, раз начал так деньгами швыряться? Хотя, подозреваю, гадать им не нужно, вон Олечка сидит довольная и счастливая, поди всем всё растрепала. У неё ж и в бухгалтерии связи. Так-то информация о доходах каждого из нас считается конфиденциальной и разглашению не подлежит, болтунов по головке не погладят. Вот только в действительности это правило касается лишь начальства. Размеры же зарплат и премий простых смертных вроде меня нынешнего никто особо не скрывает. Не, ну, правда, не побегу же я жаловаться на Ветренко. Может в банке ситуация изменится? Надеюсь, что да. Или придётся с Олечкой поговорить на манер моей беседы с Игорьком. И что, что баба? За слова и поступки отвечать нужно.

- Не вернулась ещё? - спрашиваю Арефьева, но и так вижу, что кабинет начальницы пуст, дверь закрыта, жалюзи открыты, как и окно сверху. Зачем, если кондиционер работает?

- Нет, она ж только минут за пять до тебя ушла обедать, - поясняет Ильич. - Её тут подруга извелась вся ждать. Благодаря ей-то я и услышал часть беседы с безопасником. Проходил мимо, когда Решетова дверь в кабинет открыла. За сколько купил-то? - спросил он, когда я сел в кресло и поставил портфель себе на колени. - Полста, не меньше?

- Меньше, - не скрываю довольства. - Так пятьдесят пять стоило, а я по скидке вдвое меньше отдал. Слушай, Ильич, а как думаешь, сколько реальная себестоимость такой сумки?

- Это ты у китайцев спроси, или малазийцев каких-нибудь, - усмехается. - Всё ж там шьют. В Италии на твой портфель только шильдик свой прилепили. Правда, надо отдать должное, перед этим они серьёзную выбраковку провели. До половины могли не пустить дальше в продажу. Так что, за бренды не просто так переплачивают вдвое-втрое. О, а вон и она. Лёша, зовёт.

- Слышу, - поднимаюсь вместе с Ветренко, её тоже позвала.

Портфель беру с собой, ещё раз накоротке просмотрев содержимое. Все бумаги на месте.

- Так, докладывайте, что сделали. Только покороче. Ко мне сейчас опять придут, - приказывает Каспарова, закрывая окно и усаживаясь в кресло. - Садитесь.

Она сегодня в брючном тёмно-синем костюме, белой блузке с узким галстуком и туфлях на шпильках. Когда окно закрывала, гадский пиджак приподнялся и ввёл меня опять в смущение. Как же научиться быть хозяином собственным глазам?

- Я все обходные подписала, - докладывает Ветренко, демонстрируя начальнице вынутые из красной папки четыре листка. - Остался только сам Виктор Николаевич, но он сказал, что подпишет в пятницу.

Мы с ней занимаем места на стульях, а я уже не могу сдержать любопытства и лезу в мысли Анны Николаевны, слишком уж странный взгляд она на меня бросила. Что-то не так со мной что ли?

" - ... сирота-то моя казанская оказался принцем в изгнании, - иронизирует в мыслях красавица-начальница. - а ведь этот факт его биографии, ну, то, что отец у него солидный бизнесмен, наша служба безопасности ушами прохлопала. Минус им. Жирный. Оправдания Дмитриевича, что, дескать, тот папаша от своего сына изначально отрёкся и знать его не хочет, выглядят жалко. Ладно, не буду папе и деду ябедничать, Семченко всё осознал. А всплыл-то этот факт биографии Алексея только потому, что я его девушкой заинтересовалась. С ней же вообще полный отпад получается. Это не просто единокровная сестра Алексея, и она тоже Платова, эта Анастасия родная внучка самого Германа Басаргина, бензинового короля Дальнего Востока. Алка смешно выглядела, аж рот как дурочка раззявила, когда я ей сейчас об этом рассказывала. Прикольно. Нет, мы с первого раза, едва её только увидели, поняли, что девушка не из рабочей общаги, но чтоб такое. Понятно, что нашей безопасности глубже копнуть не дали, сразу же резко предупредили дальше не лезть. Всё ж тот Настин дедуля давний друг нынешнего генерального прокурора России, а интерес не только к таким фигурам, а и всего их окружения моментально просекают. Могло и по голове сильно прилететь, даже моим родным. Точно теперь позовём Алексея на уик-энд. Не буду ему говорить, что знаю о его сестре, и Алке скажу, что бы помалкивала. Изображу, что хочу его от подруги увести. А что, смешно получится. Вот только, как бы родители и дед ..."

Дальше наверняка в её голове идёт всё самое интересная про меня, но, увы, есть и ограничения у моих способностей. Хотя мысли Анны Николаевны промелькнули буквально за секунду, этого хватило для появления спазмов в висках. Может как-нибудь когда-нибудь получится придумать, как избавиться от болей? Ладно. Человеку свойственно постоянно возвращаться к одним и тем же раздумьям. Узнаю ещё, что за шутки хочет разыграть начальница и попробовать сменить вектор её внимания в другую сторону.

- Давай сюда, - протянула Каспарова руку и забрала обходные. - Сама у него подпишу, он скоро сюда подойдёт. Не хочу до пятницы ждать. В конце рабочего дня зайдёшь за ними и отнесёшь в бухгалтерию. Чтобы уж сразу закрыть этот вопрос. У тебя что? - наконец она решилась на меня посмотреть, до этого, видать, опасалась, что я что-то смогу прочитать по её взгляду. Ха-ха, мне видеть выражение глаз не требуется. - О-о, ничего себе! Это ж Франческо Марискотти? - быстро оценила мой портфель, когда я его раскрыл и начал извлекать документы. - Платов, я ж тебе русским языком сказала, купить айфон, а ты что взял? Выпендриться захотел?

С улыбкой извлекаю шестнадцатый Макс Про и кладу перед собой на стол.

- Приказ начальника для меня закон, - смотрю на неё честным взглядом. - Как вы и сказали, купил. Последняя модель! А портфель, что ж, спасибо вам огромное, Анна Николаевна. За премию. Я себе теперь ещё много чего смогу купить.

- Полтинник отдал? - задала вопрос Каспарова.

Блин, Ильич, Николаевна, похоже, все знают, сколько чего стоит. А я вот до сегодняшнего дня даже не слышал имя чувака этого, Франческо Марискотти, тем более, не знал, что он сумки точит, и сколько они у него стоят.

- По скидке, - поясняю. - Вдвое дешевле. Иначе не стал бы покупать. Не по мне такие дорогие вещи.

- Ничего, Платов, скоро будут по тебе, - обещает начальница. - Нам на первый этап инвестирования, знаешь, сколько выделили? Восемнадцать миллиардов рублей. Четверть от разницы в доходности между банковским вкладом и нашими вложениями пойдёт нам на премирование. Да и так с зарплатами и премиями в банке дела намного лучше, чем здесь.

- Восемнадцать миллиардов?! - хором воскликнули мы с Олечкой, не сумев сдержать эмоций.

Анна Николаевна лишь фыркнула.

- Для холдинга это не такие уж и большие деньги. Говорю же, это только первый этап. Дальше, если всё у нас получится, а я уверена, что да, весьма выгодных заявок полно, я даже не все успела просмотреть, так потом речь пойдёт о гораздо больших деньгах.

- Здорово, - восклицаю.

Пытаюсь запустить в голове калькулятор и тут же понимаю, что бесполезно. Не только озвученная сумма огромна, но и мало исходных данных. Под какой процент лежат деньги холдинга в банках? На каких условиях готовы будут фирмы воспользоваться нашими инвестициями? Пока не ясно. Однако, есть у меня ощущения, что буду в состоянии себе не только Танк или Омоду купить. Впрочем, сначала бы разобраться в своих желаниях, нужен ли мне вообще автомобиль?

- Здорово-то здорово, - усмехается начальница. - Только для тебя, Платов, у меня есть и плохая новость. Вернее, не для тебя, а для твоей девушки.

- А у него что, действительно девушка есть? - удивилась и искренне расстроилась Ветренко.

Аннушка на неё посмотрела с изумлением, и, похоже, мгновенно раскусила суть реакции своей подлизы. Глаза Каспаровой чуть заметно сузились.

- Нам же это без разницы, Олечка? - спросила вкрадчиво. - Мы ведь знаем, что служебные романы недопустимы? Да? А девушка у Платова есть. Между прочим, очень красивая, молодая совсем, лет восемнадцати, студентка поди, и очень-очень небедная. Ты бы видела, Олечка, с каким важным видом наш Алексей Сергеевич в её Лексус садится.

- В Лексус? - потерянно переспрашивает Ветренко.

- Так, а в чём новость-то плохая? - возвращаю начальницу от уничтожения враз поникшей сотрудницы к по настоящему интересной теме.

Ну, хочет она поиграть в несведущую особу, якобы не знающую, что Настя моя сестра, то пусть играется, только сначала договорит, что за подводные камни меня ждут на новой работе.

- Плохая новость в том, что одних только технико-экономических обоснований, презентаций всего прочего, что отражается в бумагах, мне недостаточно, чтобы принимать решения о выделении кредитов или вложениях в проекты. Нужно всё увидеть своими глазами, поговорить с людьми на местах. Чтобы не получилось, что нас за нос водят. Догадайся, кто станет моими ушами и глазами, кто будет летать по стране и смотреть, во что мы собираемся вкладываться.

- Наверное я? - предполагаю.

- В самую точку! - радуется моей догадливости Анна Николаевна. - Так что, скажи своей девушке, чтобы привыкала к твоим частым командировкам или пусть ищет другого.

- Не надо ей другого, - мотнул головой. У Насти и так кроме меня ещё два брата есть, зачем ей ещё кто-то? Правда, их-то она очень не любит. Есть причины. - Я лучший. А командировок не боюсь.

- Вот и молодец, - хвалит начальница. - Ладно, ближе к делу. Что с документами?

- Это вам подписать нужно, - кладу перед ней договора. - Я вторые экземпляры сейчас разнесу. Здесь логин и пароль. - передаю запечатанный конверт. - А за пропусками нужно будет явиться в понедельник к началу рабочего дня. Вам самой не обязательно, я получу за вас. Только напишите на меня доверенность от руки. Образец вашей подписи в службе безопасности есть.

Олечка сидит надутая как мышь на крупу. Без эмпатии вижу, раздавила её информация о Лексусе моей девушки. В лепёшку. Сильнее, чем слова об её красоте и молодости.

Я же вроде бы и мысли читать могу, а женщин, наверное, так и не научусь понимать. Вот для чего Каспарова решила делать вид, что не знает, кто такая Настя? Ладно, разберусь. Посмотрим, каково это играть с тем, кто видит все твои карты.

- Возьми, - Анна Николаевна вернула мне документы также в файле, оставив себе только свои подписанные экземпляры договоров. - Ну а так, понравилось там? Как вообще обстановка? - улыбнулась, откинувшись в кресле и закинув нога на ногу, чуть при этом крутнувшись, чтобы коленки не упёрлись в стол.

- Там так здорово, так здорово! - пришла в себя после драмы крушения личных надежд Ветренко. - Только вот немножко страшновато, если честно. Справимся ли? Там такие работники серьёзные все.

- Платов точно справится. - бросила она очередной оценивающий взгляд на меня. - Там работа как раз и по его диплому, и по части тех дел, что он здесь учитывал. Что же касается тебя ..., - госпожа Каспарова откинула голову и посмотрела в потолок. - Специалисты, разбирающиеся в делах, в моём департаменте имеются в большом количестве. Недостающим штатом будем заниматься со следующей недели, вакансии уже вывесили на сайте, думаю, подберём нужных людей. А вот кого у меня пока там нет, так это людей, которых я бы знала лично и на кого могу положиться. Вот вы мне и поможете таких найти. Не хочу, чтобы подставили. И вы оба, надеюсь, поняли, что мой успех и ваш успех. Провалюсь я, вылетите и вы. Причём не просто из банка, а вообще из холдинга.

Намекает на то, что мы по сути её рабы? Что ж, по своему она права. Только ведь эта связка взаимная. Не только мы зависим от неё, но и она в какой-то степени от нас, от нашей честности и порядочности по отношению к ней. Во всяком случае, на первых порах. Аннушка может даже не до конца понимает, насколько она права насчёт возможной подставы. Про Сергея Ивановича Грушко наверняка в курсе, а вот то, что и сам управляющий директор, ставленник её отца, тоже не желает видеть дочку своего патрона рядом дышащей ему в затылок, это ей ещё предстоит понять. Ничего, с моей помощью со всем разберётся.

- Мы вас не подведём, - обещаю и за себя, и за Олечку.

- Не подведут они, - вдруг буркнула словно старушка красавица-начальница. - Ладно, идите. Только не думайте, что оставшиеся до конца недели дни у вас здесь для безделья. Продолжайте помогать тем, кому передали дела. Тебя, Платов, это в первую очередь касается, - ну, конечно, не Ветренко же, она и раньше ни фига не делала полезного. - Увижу, что балду гоняете, учту в премии. Вы мои подходы знаете.

- Больше года с вами работаем, - улыбнулась Олечка. - Хорошо знаем, вы строгая, но справедливая.

Подхалимка, как ещё назвать? Но профессионал в этом деле, а мастерство я всегда уважал в обоих своих прежних жизнях. Только вот опять этот странный взгляд начальницы. А пёс с ней, с головной болью. Слушаю.

" ...и правда закрутить с ним роман? - размышляет Каспарова. Блин, я этого и опасался, - Не по настоящему, - ну, хоть так, и то хорошо. - А, хотя, почему бы и не всерьёз? - ох, что ж ты ерунду-то выдумываешь, Анна Николаевна?! - Нет, не стоит. Парень реально неплохой, такой бы мне подошёл, но, но, но, но папа, но мама, а дедушка? - вот именно, не нужно делать глупости. - Не нужно делать глупости. - ничего себе, это получается, я могу и мысли свои транслировать? Да ну, чушь, просто совпало. - Жаль, а так бы славно было этого дебила Антошку позлить. Представляю, что сказала бы Алка ..."

- Ты чего кривишься, Алексей? - постучала длинным ногтем по столу начальница, как раз в тот момент, когда я уже не смог выносить усиливающиеся с каждым мгновеньем спазмы в голове. - Я сказала, работать! Да, а портфель у тебя классный. И айфон выше всяких похвал. Что? Опять конфеты? Хочешь, чтобы я толстой стала?

- Вам это не грозит. Возьмите, пожалуйста. От чистого же сердца угощаю.

У меня этих конфет вагон и маленькая тележка. Надо делиться. тем более, для пользы тела, то есть, дела. Взяла. Она так-то простая девчонка, госпожа Каспарова. Только положение принцессы холдинга обязывает быть стервой и хамкой. Зато так меньше шансов, что её съедят, а следом мне дадут пинка с работы. Не пропаду конечно. Это прежний Алексей Платов себе цену не знал, я знаю. Только опять с нуля начинать не хочется.

Уходя, на пороге сталкиваемся с новым начальником группы и Виктором Николаевичем. Ну, всё, они тут опять надолго. Знаю, сам часть документов готовил, там только на их просмотр и сверку пару дней уйдёт. А надо же потом ещё будет писать акт. Не сталкивался, как обстоят дела в государственных структурах, но Ильич говорит, у нас бюрократия ничуть не хуже, да и в других фирмах тоже. Утверждает, что без этого никак. Приходится выбирать, или волокита, или злоупотребления и коррупция.

Как по мне, так всё это совместимо. Спорить всё же не стал. Арефьев вдвое старше, опыта руководящей и хозяйственной работы у него ого-го, так что, где его мнение, а где моё? Хотя, в том же интернете, заметил, самые лучшие специалисты, разбирающиеся во всех вопросах, это школьники. Как только заканчиваются каникулы, так поток советов правительству и президенту почти полностью иссякает.

Главное, что контроля сегодня не будет, раз начальство занято, а значит можно спокойно уйти из офиса в шесть и неспеша выбрать в магазине, чем мне полакомиться самому и угостить Юрку Кравчука. А ещё у меня сейчас есть пара личных дел, а Пётр Васильевич, смотрю, и без меня пока справляется. Нет, если у него возникнут какие-нибудь вопросы, то конечно помогу.

Пропустив начальство и выскользнув сами за дверь кабинета Анны Николаевны, мы с Олечкой остановились возле её стола.

- А меня, значит, конфетой угостить не хочешь, - обиженно интересуется Ветренко.

К нашей беседе коллеги явно прислушиваются. Уши от напряжения не покраснели, но и так понятно. Поди ждут, что мы сейчас какую-нибудь тайну выдадим. Ага, держите карман шире. Мы о конфетах. Так-то они у меня в портфеле остались, как говорится, в товарных количествах, только зачем я буду отдавать свежие Настины, когда у меня мартовская от Зинаиды Михайловны? Пока разговаривали, я крутил Гулливера в руке и прочитал дату изготовления. Случайно.

- Держи. - извлекаю из кармана и протягиваю коллеге, та упрашивать себя не заставила и тут же её схватила. Пользуясь случаем, прошу: - Отнеси подписанные документы секретарше Хусаиновой, всё равно ведь сейчас пойдёшь с обходными, как начальница подпишет. - почему-то не хочется лишний раз попадаться на глаза Альбины Маратовны, какой-то у неё взгляд змеиный, да и повадки тоже.

- Пфф, - сморщила носик Ветренко. - У тебя тоже ноги есть, вот сам и отнеси.

- Тогда конфету верни, - протягиваю руку.

- Ладно, отнесу, как пойду в бухгалтерию. Давай сюда. - согласилась Олечка.

А затем я взорвал очередную бомбу, когда, сев за стол, с невозмутимым видом достал айфон. Так-то у половины группы смартфоны этой марки, понты многие любят, но мой-то последней модели, навороченный. К тому же, слишком долго Платов в их глазах был лохом. Что ж, теперь понятно, что то мнение было очень ошибочным.

Перенёс из облачного хранилища все данные со старого телефона. Его я, кстати, как-нибудь надёжно уничтожу. Был у нас в бригаде в Мухинске умелец, который из выброшенных в мусорку старых смартфонов мог массу полезной информации извлекать, даже удалённую. Рисковать возможностью отдать чужим дядям в руки свои персональные данные не буду.

Затем скачал приложения банков Инвест-гамма и Сбера. Пароли обоих в голове как пропечатанные. Клёво. Не первое уже подтверждение, что память у меня резко обострилась, будто два сознания оперативки соединили.

Едва закончил и хотел уже убрать трубу в карман, пришла эсэмэска от Насти.

Привет. Сильно занят?

Не стал врать, ответил:

Привет, Настя. Не сильно, но я ж на работе. Что-то случилось?

Нет. Просто скучно. Мне приглашение присылали на выставку Панкратова. Самого модного сейчас художника. Я пришла. Там сборище унылых павлинов. Ушла. Сейчас дома валяюсь. Ты купил айфон?

Сама как думаешь? И айфон, и портфель. Вот!

Портфель зря без меня выбрал

Знаю, но решение спонтанное было. Не вызывать же тебя?

Почему нет? Я рада была бы помочь. У меня теперь есть настоящий брат. Не индюк надутый, а умный, красивый, лучший)))) Слушай, а давай я за тобой заеду?

Давно в пробках не стояла? Лучше метро ничего нет, даже Лексус не сравнится

С Московским да! Я там была! Между прочим, два раза. Это не крысиные норы Нью-Йорка

Не могу по этому поводу ничего сказать, я-то мало где бывал, сравнить не с чем. Настя, ты меня прости, но мне нужно работать((( Смотрят тут всякие, как я отвлёкся от дел. Созвонимся потом?

Ой, извини. Всё, не отвлекаю. Конечно созвонимся. Воскресенье в силе?

Я не обманываю. Никогда. Ну, почти никогда))

На меня и в самом деле бросают взгляды. Но них-то пофиг, а вот на ожидающий уже минуту, когда я освобожусь, взор Фёдора Ильича нет.

- Я нужен? - спрашиваю его, убрав айфон в карман.

- Да пара вопросов появилось. Подскажешь? Ты ж ещё вроде как сладостями обещал угостить. Попьём чаю? Заодно и спрошу кое-что.

Чай мне действительно не помешает. Говорят, сладкое полезно для работы мозга, а я сегодня с применением ментала явно переборщил. Надо больше учиться пользоваться эмпатией. Иногда чувства и эмоции говорят больше слов. Главное, что эта способность намного-намного менее болезненна, чем чтение мыслей.

- А пойдём, - поднимаюсь. - И правда, надо горло промочить.