Из огня да в полымя. Книга 2

Глава 5

Юрка сегодня прихватил свои длинные кудри сзади в хвост, только со спины его с девицей никак не спутаешь. Он ростом чуть пониже меня, зато в плечах заметно шире. Сказываются занятия на тренажёрах, которыми он занимался практически ежедневно, если конечно не мучился похмельем после очередной студенческой пирушки. Как сейчас, не знаю, но наверное от привычек трудно отказаться, и от частых тренировок, и от редких, но метких гулянок. К тому же, как понимаю, других дел у него в Израиле всё равно нет. Как и многие релоканты, он не работает.

Юрке в общем-то есть, на что жить, в отличие от большинства остальных. Кравчуку не приходится изображать из себя фригана, как некоторым, кто питается там с помоек просроченными продуктами, якобы в целях борьбы за экологию. Ага, верю. Жрать просто нечего, потому что не на что. Нормальной работы там и для своих мало, а уж для бежавших русских и подавно. И сомневаюсь, что они рвутся чем-то полезным заниматься. Раз уж здесь не находили себе места, то в чужой стране и подавно не найдут. Разве что в клининге каком-нибудь. А такого, чтобы как в Питере нарисовать на мосту большой член и получить за это пятьдесят миллионов, им там не обломится, своих распильщиков бюджетов хватает. Как по мне, успешный человек успешен везде, и прежде всего на родине, а балбес, он и в Африке балбес.

Зато, заметил, насколько спокойней без них стало и лучше. Раньше весь интернет был забит печальными историями о бабушках с куриной шкуркой в гипермаркетах или дедушках с подгнившей картофелиной там же, о плачущих по этому поводу очередях к кассам или рыдающих взахлёб пассажиров маршруток, трагедиями о том, как мы последних ежей уже выловили, пожарили или отварили и съели. Теперь как-то намного веселее жить.

Да, понятно, врали они. У меня соседка в Мухинске с первого этажа, зэчка со стажем, алкашка и дура скандальная, так и та могла к самогону - гнала, кстати, сама, пацаны однажды угостились, хвалили - на минимальную пенсию себе хлеб с салом, помидорами и луком покупать. Правда, не знаю, как ей удавалось всё это жрать, зубов-то почти совсем не было. Угу, вот с чем у нас реальная беда, так это с бесплатной стоматологией. Но не у всех. Инвест-гамма о своих сотрудниках заботится, платит сколько-то денег большой стоматологической больнице, и там нас принимают бесплатно, причём обслуживание на высшем уровне. Я прежний могу подтвердить. В прошлом году пломбу совсем безболезненно поставили и очень качественно.

- Ого, - восхитился друг с порога. - Коридорчик нехилый. У меня и то не больше, - стопудово привирает, чтобы сделать мне приятное. Не верю, что в таунхаусе, который он снимает, холл такого же размера. Но в целом да, я сам офигел от удовольствия, когда первый раз пришёл смотреть выделенное жильё. - Ох, всё забываю, - спохватился он, не сделав и пары шагов вглубь квартиры, вернулся, чтобы снять кроссовки. - Там всё время в обуви хожу. Привык. Да не надо, - отказался он от тапок, которые я скинул со своих ног. - Обойдусь. Ты тряпку-то свою отнеси, а я пока кухню твою оценю и продукты выложу, - приподнял он пакет.

Правильно я сделал, что не стал наряжаться. Во-первых, костюм было бы намного жальче футболки - нет, я этого Павлика как-нибудь прибью сучёныша - а, во-вторых, Юрец тоже не во фраке пришёл, на нём джинсы и клетчатая рубаха навыпуск с закатанными рукавами. Для полноты образа не хватает лишь ковбойской шляпы, а ещё лучше, сомбреро. Получился бы настоящий мачо.

- Вот нафига, Юр? - морщусь. - Договаривались же, что я принимаю, я угощаю.

- А ты где слышал, чтобы Кравчук Юрий Николаевич в гости с пустыми руками приходил? - смеётся друг моей студенческой юности. - И потом, я ведь не против твоего угощения, пусть это даже будет самый плохой доширак, который мне приходилось пробовать, и самая остывшая при доставке пицца. - он ещё не в курсе моих кулинарных талантов и новых подходов к питанию вообще. - Это же, - вновь приподнял пакет. - Считай гостинцем.

Когда я отправился ванную, услышал за спиной его очередное ого. То ли размер кухни впечатлил, то ли накрытый как в лучших аристократических семьях стол. Знать бы ещё, как в них на самом деле накрывают. Может правда одну овсянку едят.

Пока промыл тряпку, уложил её под раковиной на трубу с горячей водой - не на полотенцесушитель же вешать - и пришёл на кухню, Кравчук уже выложил всё из пакета на стол между плитой и холодильником, загромоздив мою кухонную технику, и стоял, разглядывая потолок. Хотя там пока смотреть-то и не на что - обычная белая водоэмульсионка и четырёх-ламповая люстра, пока не включенная, ещё светло и без неё.

- Ну как? - интересуюсь, подходя к плите, где замотанная в полотенце ждёт своего часа кастрюлька со стейками. Трогаю, ещё тёплое. - Давай сядем поедим, пока не остыло, потом продолжим осмотр.

- Не, Лёха, так не пойдёт. Лучше остывшее будем жрать, но сначала показывай квартиру. А в кастрюле у тебя что? - сунул он свой нос в неё, когда я снял крышку. - О, стейки? В каком ресторане заказывал? Напиши отзыв, пусть прогонят своего повара. Пережарил.

- Это я приготовил. Немного передержал, - признаюсь. - Были обстоятельства. Так уж получилось.

- Ничего себе, - вытаращил он глаза. - Я действительно тебя совсем не узнаю. Нет, правда, Лёшка, ты будто другой человек. Честное слово. Ну, ладно, вот это всё, - показал он на мой небедно сервированный стол. - но чтобы сам готовить? Сам?! Капец полный. Вот, что с человеком делают возросший достаток и повышения в должности. Кто ты теперь, говоришь? Старший специалист?

- Это было давно, - не могу сдержать захлестнувшее меня самодовольство и распирающее грудь желание похвастаться перед студенческим другом. - Теперь я советник директора департамента кредитов и инвестиций Инвест-гамма Банка.

- Ничего себе, - выдохнул Кравчук. - Не прикалываешься? Точно? Тогда я горжусь тобой. Нет, реально горжусь. Блин, но как? Такой крутецкий взлёт. Так-то понятно, ты всегда умным был и скрупулёзным, но чтобы настолько. Ладно, как сядем за стол, расскажешь. Теперь понятно, почему ты так изменился до неузнаваемости. Пошли.

Юрий сам задался вопросом, сам же и нашёл на него ответ. Это очень хорошо, замечательно. Раз уж перемены во мне прокатили у давно и хорошо знавшего меня Кравчука, то уж другие-то и вовсе примут его версию. Не то чтобы я опасался разоблачения или чего-то неприятного, но, как говорится, многие знания - многие печали. Нефиг никому знать о смерти обоих Алексеев и рождении нового.

Перед тем, как отправиться на мини-экскурсию по моему жилищу, я бросил взгляд на гостинцы от Кравчука. Ну, нечто подобное я и ожидал, за исключением пойла. Вместо бурбона он принёс вискарь Джонни Уокер, шотландский, двенадцати лет выдержки с чёрной этикеткой. Я намедни приценивался, ну, чтобы знать, что почём. Такой восемнадцать тысяч стоит. Недёшево. Ух ты, икра, чёрная, небольшая баночка, такая тысяч за восемь продаётся. Значит, попробую этот деликатес чуть раньше, чем собирался. Ещё он принёс три вида красной рыбы в нарезке и вакуумных упаковках, здоровенные как сливы оливки в банке, и, в банках же, моллюски абалон, фуа-гра, эскарго, ещё какая-то хрень, нарезки сыров и хамона, ананас зачем-то, терпеть их не могу, и, насколько помню, раньше Кравчук тоже не жаловал, а ещё идеально круглую дыню ядовито-жёлтого цвета. Или это не дыня вовсе?

- А я тебе бурбон специально купил, - расстроился я искренне.

- Значит бурбон, - засмеялся Юрка. - Виски себе оставь. Кого-нибудь угостишь.

Что ж, так и сделаю. Есть в одно горло такие дорогущие и в общем-то не самые вкусные продукты не хочу. А вот сестрёнку удивлю ими. Пусть не думает, что у неё единокровный брат бедный сиротинушка, прижимистый из-за босяцкого детства. Кстати, не хочу сказать ничего плохого про свою страну и наш народ. В детдоме мы пусть и не шиковали, но никогда не знали, что такое голод, холод или нужда. Это даже не считая многочисленных спонсоров, что здесь в Подмосковье, что в Мухинске, которые использовали любые праздники - государственные, церковные, календарные - как повод, чтобы подвезти что-нибудь вкусненькое, нарядное или полезное. На выпускной класс нам каждому даже Айпады подарили. Ну, понятно, это в Москве было.

С кухни я повёл гостя вначале в гардеробную. У Юрки всегда глаз был острый, всё примечал, но, если стоявший на тумбе для обуви портфель вызвал у него лишь чуть заметную одобрительную улыбку, как прям у Анны Николаевны, то вот мой шикарный костюм, висевший на первой же от двери вешалке, заставил его присвистнуть. Кравчук даже не удержался, попробовал на ощупь ткань и уважительно кивнул.

- Босс? - сразу же, не заглядывая на подкладку, совершенно в точку определил он бренд. - Сотку отвалил?

- Поменьше.

Я не стал вдаваться в подробности, что благодаря Насте, у которой в том бутике бонусная карта премиум, получил скидку в десять процентов. Да, а с портфелем, похоже, я немного поторопился. Мой принцип, что самое дорогое из выставленного обязательно самое престижное, кажется в случае с магазином сумок не сработал. Надо было и за покупкой портфеля с сестрёнкой идти. Вот если бы я всегда с утра был таким же умным, как вечером, когда вспоминаю сделанное или не сделанное за день, меньше бы ошибок совершал.

В комнату вошли после того, как заглянули в ванную с туалетом. Ожидаемо, она впечатления не произвела, очень уж небольшая, скромная.

- Юр, раз уж ты пришёл, помоги кровать переставить, - прошу. - Не хочется ламинат поцарапать.

- Зачем? - бросил он оценивающие взгляды. - Сейчас у тебя солнечный свет от окна за головой, так и смотреть планшет удобней, и читать. А тут получится сбоку.

- Телевизор купил, - объясняю. - сюда на стену повешу. - Не коситься же мне вбок? А насчёт света, ерунда. Вот сюда над головой приделаю бра, а может и две штуки. Я ж потом эту на двуспальную поменяю.

- Места ещё меньше будет, - резонно заметил друг. - А в принципе на балкон пройдёшь спокойно. Ладно, давай переставим. Да не надо матрас с подушками снимать, что мы, дохлые что ли? - остановил он мой порыв облегчить кровать.

Управились меньше чем за минуту, мы ведь правда оба крепыши, что нам стоит дом построить? А проход оказался, кстати, даже чуть шире, чем я предполагал. Компьютерные стол и кресло в темноте не зацеплю. Расстояние же между кроватью и бельевым шкафом и от неё до окна вовсе увеличилось вдвое.

Можно будет какую-нибудь тумбу прикупить и поставить вот здесь у изголовья. Хотя, нет, наверное не стоит. Пока мне мебели хватает. А через пару-тройку лет, если пойдёт всё так, как я надеюсь, возьму себе другую квартиру, большей площади и, главное, ближе к центру и к работе. В идеале, чтобы вообще пешком можно было до офиса минут за двадцать доходить. Угу, размечтался.

- Здесь мне кресла-качалки пока не хватает, - говорю Юрке, когда мы вышли на лоджию. - Видишь, какие стеклопакеты большие? Обзор отличный. Сиди, раскачивайся, наслаждайся.

- Тебе оно не нужно, - ухмыляется Кравчук. - К нему обязателен бокал виски или коньяка в одной руке и сигара в другой, а ты ни куришь, ни крепче воды ничего не пьёшь. Пиво не в счёт. Но так-то мысль дельная, - он сдвинул стеклопакет и высунул голову наружу. - А вид и правда замечательный, - оценил открывшиеся взору разноцветные дома, детские и спортивные площадки, школу, скверики, парковки и прочее. - Надо отдать должное этой власти, создавать красивые картинки она умеет. Только вся эта яркая мишура прикрывает настоящую суть. Тюрягу. Людей лишили свободы, а взамен дали сытость и вот эту вот бутафорию. Да и то лишь в Москве. Ладно, пошли стейки твои есть?

- Пошли, - соглашаюсь.

Вступать в спор о политике не хочу. Давно не виделись, и без того есть, о чём поговорить. Верит ли Юрка своим словам, ну, насчёт тюряги? Что-то сомневаюсь. Скорее, сам себя убедить пытается, дескать, не зря уехал. И в самом деле, лучше бы вернулся. А то я здешний всех старых друзей растерял, новыми не обзавёлся - сестра не в счёт. И дело даже не в том, что мне не с кем в ночной клуб пойти, у нас ведь друзья заменяют психотерапевтов, есть на кого свои проблемы выгрузить. Ага, под горячительное. Облегчить, так сказать, душу.

На кухне взгляд первым делом задержался на выгруженную гору гостинцев. Хочется побыстрее убрать всё в холодильник, раз мы точно это сегодня есть не станем, моё бы угощение одолеть. Однако, как-то стесняюсь сразу же к этому приступить. Вот когда придёт время извлечь Настин торт, вернее, его оставшуюся половинку, тогда, вроде как между делом, и перемещу. Не испортится, там продукты длительного хранения. Дату не смотрел, но с просрочкой Кравчук бы не пришёл. Он же не фриган. Ну, я об этом уже рассуждал.

Отбивные уже остыли, понятное дело, однако не такие уж и холодные. Под первую стопку бурбона и мои несколько глотков пива приступили к дегустации. Делаю вид, что не обращаю внимания на реакцию своего друга, хотя немного напрягся. Всё ж в этом теле мне только предстоит демонстрировать свои способности хорошего кулинара, пусть и без профильного образования.

- Хм, а ничего так, - удивился Юрка, прожевав первый кусок. - Лёха, ты реально крут. Точно сам, а не доставка?

- Да сам, сам, - смеюсь довольный. - Не стал бы я тебе врать. Между первой и второй перерывчик небольшой?

- А, давай, - машет рукой. - Я тут к Кольке Рюмину заезжал. Знаешь, какую ряху отъел? И пузо как у борца сумо. Смотри, Алекс, не будь как Рюмин. С таким твоим отношением к готовке опасность нешуточная.

- Кого ещё видел? - спрашиваю, чокаясь своим бокалом.

Чувствую вдруг, что мне это реально интересно. Я прежний московский как-то совсем выбросил из головы своих одноклассников по детдому, однокашников по университету, армейских сослуживцев. Если кто-нибудь из них сам на меня не выходил по соцсетям, то я вообще ни с кем не общался. Даже странно. Реально чудаком был. На другую букву. Ничего, исправлюсь.

Не удивительно, что ныне проживающий в далёком глухом селе Ашдоде - а по сравнению с Москвой это так и есть, пусть и некоторый гротеск - Кравчук знает о наших общих знакомых намного больше меня, живущего с ними совсем рядом. С кем-то по скайпу общается, с кем-то в мессенджерах переписывается, с кем-то успел лично увидеться, заехав в гости, встретившись в каком-нибудь кабаке или в Альбатросе, ночном клубе. В общем, только от него сейчас и узнал, кто как устроился, где живёт, чем занимается, кто женился, кто успел уж и жениться и развестись, точнее, выйти замуж и развестись, речь шла про Надьку Пожидаеву. Осталась одна с двумя девчонками-близняшками. Теперь ни работы, ни мужа. Хорошо хоть квартира ей осталась, супруг по дури на неё всё оформил, когда родительскими деньгами складывались без учёта и оформления. Я же про себя уже рассказывал на первой нашей встрече, сейчас лишь поделился или похвастался - тут как посмотреть - своими ближайшими карьерными планами. Разумеется, о полученных паранормальных способностях не рассказал, и о появившейся в моей жизни единокровной сестре почему-то тоже.

На стол я выставил еды и закусок, четверым бы хватило. Однако мы с Юркой парни молодые, а алкоголь пробуждает аппетит, так что, за полтора с лишним часа - на улице уже стемнело, и я включил свет - мы умяли больше половины угощения, а впереди ведь ещё четвертинка торта. Надо место оставить, предупредил друга. Выпили немного, я только вторую бутылку приканчиваю, Юрец же и четверти не выпил, правда там объём ноль-семь. И всё же его немного накрыло, раз опять вернулся к больной для себя теме насчёт Дринфельд. Всё никак забыть не может.

- Я ведь Суслика прижал, Лёш. - горестно сказал Кравчук. - Знаешь, где встретил? В аэропорту Бен-Гурион. Он транзитом в Прагу летел, прямого-то сообщения из Москвы сейчас нет, допрыгались, теперь круги наматываем. Теперь ему врать нет смысла, клянётся, что не он это. А кто? Алекс, кто мог быть той свиньёй?

- Мне откуда знать? - тяжело вздыхаю из солидарности с университетским приятелем.

Хотя теперь-то мне в два счёта было бы выявить ту скотину, которая сняла компрометирующее видео про Юрку и послала его Софье. Там ситуация-то сложилась глупее глупого. Кравчука бывший одноклассник пригласил в элитный клуб на мальчишник перед свадьбой, Юрка там надрался до невменяемого состояния, хотя обычно пьёт совсем немного, но в той компании, видать, оказалось невозможным отказаться. В итоге появилась съёмка, как мой друг сидит перед столом на диване с двумя красотками на коленях, лезет им под юбки или в вырезы платья, и все заразительно хохочут. Он ещё продолжал веселиться, когда где-то на улице Маяковского уже почти уснувшая Сонька была разбужена сигналом поступившего по мессенджеру сообщения. Ну а утром, прямо на парадной лестнице третьего корпуса, в лицо Юрки полетели сделанные им когда-то ей подарки.

Конечно, мы пытались провести своё расследование, но оно ни к чему не привело. Даже когда Лариску Бирюкову, лучшую подружку Дринфельд, подрядили выяснить, от кого же пришло то видео, это не помогло. Отправитель оказался анонимным. Кравчук потом смешно хотел свалить на компьютерный монтаж - дип-фейки тогда уже начали появляться - только Софья это объяснение не приняла, да и прозвучало оно, честно говоря, не очень убедительно, учитывая все сопутствующие обстоятельства. Из нашей компании в тот день в клубе был ещё и Суслик, парень на курс младше нас, с филфака, но он все обвинения отмёл наотрез, предоставив для подробного допроса подругу, которая всё время находилась рядом с ним и подтвердила его слова. Сусликом, кстати, его прозвали не из-за внешности, Серёга был парнем видным, ничем не напоминая того зверька. Просто вроде есть пословица, что в поле каждый суслик - агроном, а Сергей Шевченко каждый раз везде лез со своим мнением в любой разговор, который иногда и вовсе его не касался, причём безапелляционно и будучи всегда абсолютно уверенным в своей правоте. Нет, почему-то верю, что он не смог так поступить с Юркой, слишком напыщенный, Суслик бы сделал всё открыто.

Да, вот бы мне тогда иметь свои нынешние способности, мигом бы ту свинью вычислили. По идее, теперь тоже смогу, хоть и времени достаточно прошло. А что, надо только встретиться с кругом знакомых Юрки и Сони, невзначай перевести разговор на прошлое и послушать мысли. Но я ж не частный детектив, чтобы тратить уйму времени. За это мне никто не заплатит. Интересно, у успешных частных детективов хорошие доходы? Ох, без разницы. В этой сфере, расследований-дознаний, мне точно не нужно светиться.

- Хочешь правду скажу? - грустно смотря на стопку с бурбоном, которую крутил пальцами перед своими глазами, спросил Кравчук. - Я ведь, когда собирался уезжать, балансировал на мысли ехать или не ехать, и выбрал отъезд, думая, что Соня наверняка туда переберётся.

- Всё ещё переживаешь?

- А ты как думал, Лёш? Конечно переживаю. Нет, так-то вроде перегорело, но, блин, знаешь, как обидно? И иногда думаю, вдруг есть шанс всё сначала начать, у нас с Софьей. А она - слышал, что она учудила? - пошла этому режиму служить. Да ещё не в Москве. Вот уж чего от неё никак ожидать не мог. В управлении следственного комитета по Тверской области. Недавно старшего лейтенанта юстиции получила. Ага, Лёха, слежу за ней. Понимаю, что глупо, но ничего не могу с собой поделать. Почему она на историческую родину-то не уехала?

- Да фиг знает, - жму плечами. - Может Израиль ей и не родина? - высказываю предположение. - Ты не забыл, что у Соньки прадед герой Советского Союза, его именем даже улица и школа названы где-то то ли в Туле, то ли в Коломне, тут неподалёку от Москвы. Она ж рассказывала, её на какой-то юбилей вызывали. А что ей тот клочок пустыни возле Синайских гор? То, что две тысячи лет назад там пращуры жили? Ну так у тебя мать татарка, с таким же успехом бери и уезжай в свой Улан-Удэ, откуда вас Чингисхан привёл. Там времени вдвое меньшее прошло, чем исход Сонькиных предков.

- Улан-Батор, - усмехнулся Юрка. - Чингисхан не из Улан-Удэ. Были бы сейчас времена моего деда, советские, а в Улан-Баторе на полках лежало бы столько же колбасы, сколько тогда в Тель-Авиве, и проплаченная система репатриации действовала, то, пожалуй бы, и уехал. И Казань бы опустела, и Астрахань, и Касимов. Шучу. Ладно, ты прав. Это её выбор. Давай ещё накатим. За Соньку, хоть она и поступила со мной неправильно. Не стала слушать.

- Зачем ей было слушать, если она всё видела? Юр, без обид, но ты ж сам во всём виноват.

- Я виноват?! - с друга даже хмель слетел от возмущения. - Платов, ты чего? А ещё друг называется. Это ж всё Женька Шадрин, он меня уговорил виски мартини запивать. Трезвым я бы хрен с два полез к тем ципкам обжиматься. Ну, Лёха, ну ты ...

- Ладно, извини, Юр, брякнул не подумавши. - не хочу на ровном месте ссориться с другом, к тому же в его словах есть своя логика, пусть и немного кривая. - Давай за Софью. А про Ленку ни слова. Умерла, так умерла.

До куска торта всё ж у нас дело дошло. Я заварил зелёный чай с мелиссой. Сам-то я к нему равнодушен, а вот Кравчуку - помню - всегда нравился. Больше на печальные темы не беседовали, вернувшись к весёлым студенческим временам. Тогда у нас столько подвигов свершилось, включая и героизм на сдаче зачётов или экзаменов, что можно вспоминать до бесконечности.

- С Димкой Башкировым точно решил не связываться? - уточнил Юрка после моего отказа от сомнительного дела.

- Точнее не бывает.

- И правильно, - кивнул друг. - У тебя теперь совсем другие обстоятельства, чем те, что мы с Димоном думали. Нефиг тебе рисковать, имея такие перспективы, а он пусть кого-то другого ищет. Так ему и скажу.

- А ты что делать будешь? Возвращайся. - предлагаю. - Не, ну реально, зажаришься же там от южного солнца. И скиснешь без дела. Здесь все родные, друзья, да и вообще. Знаешь, я вот после нашего предыдущего разговора подумал и придумал, почему тебе нужно уехать оттуда, и все твои родственники поймут. Ты им скажи, что не смог жить в стране, воюющей со своими соседями. Правда ведь? Израиль ведь и у Ливии кусок территории оттяпал, у Сирии, Галу разбомбил в пыль. Уж на что я новости не смотрю, так волосы дыбом, сколько там детей поубивало ...

- У Ливана, - опять поправил он меня. - Не у Ливии. И ты не понимаешь, это другое. Любая нормальная страна имеет право обеспечивать свою безопасность.

- Так я тебе о чём и говорю! - радуюсь, что до него что-то начинает доходить. - Плюнь ты на то, что кто-то чего-то подумает или скажет. Объяснишь всем, что не можешь жить в стране, воюющей со своими соседями. Тебя только больше зауважают. А спросят, почему оттуда в Россию опять переехал, а не куда-то ещё, повторишь то, что только что мне сейчас сказал, ну насчёт права обеспечивать безопасность. Сечёшь?

Кажется, я заставил его задуматься. Или это бурбон заставил? Ну, посмотрим. Так-то я двумя руками за, чтобы он взялся за ум и перестал фигнёй страдать. Да, у Юрки полно тараканов в голове, ну а у кого их нет? Зато я знаю, что он не подлый, и с ним реально интересно и весело. Учился он, кстати, весьма неплохо. Работу в Москве без проблем по специальности найдёт, тем более, имея кроме денег и кое-какие связи. В своё время его отец предлагал мне помощь в трудоустройстве, да я и сам справился.

Посидели душевно, мне даже немного взгрустнулось от необходимости расставаться. Такси Юрка вызвал прямо из квартиры, поэтому расставание не затянулось. Ну да теперь - договорились - будем чаще общаться по интернету. Провожать уж его не поеду, он улетает днём, а кто меня отпустит?

Расстались у лифта, и я вернулся наводить порядок на кухне. Мусорный пакет под раковину убирать не стал, с утра вынесу, когда на пробежку отправлюсь. То, что я пропустил вечернюю тренировку - не повод отказываться и от утренней. Организм молодой, за ночь переборет и пиво, и большое количество еды, и торт. Полбутылки бурбона выливать не стал, тоже поставил в холодильник, может пригодится. В крайнем случае, на протирку пригодится, всё ж антисептик какой-никакой. Когда вышел из душа, новенький айфон показал время без двадцати час, и сна почему-то ни в одном глазу.

Вышел на лоджию, подышал посвежевшим воздухом, любуясь огнями столицы. А вот звёзды в Москве не такие как в Мухинске. Яркое зарево делает их немного тусклее. По окнам домов напротив заметил, что полуночников вроде меня немало. Им-то чего не спится?

- Ладно, пора спать идти. - говорю под нос.

Окно на лоджии оставляю открытым, как и балконную дверь. Не хочу, чтобы с утра в квартире ощущался запашок перегара. Хотя вроде особо-то и не с чего ему возникнуть.