Из огня да в полымя. Книга 2

Глава 7

Он протопал за мной в туалет, но завести там разговор не смог, кем-то были заняты сразу две кабинки, а вопрос у него, как я понимаю, не для посторонних. Так что, Коржу пришлось подождать, пока я постою у писсуара, помою руки и кружку и лишь на выходе попросить:

- Пойдём, на лестнице поболтаем?

- Далеко топать, Сергей, - отказываюсь, пройдя несколько шагов в сторону группы учёта и останавливаясь возле двери кандейки с хозинвентарём работников клининга. - Говори здесь. И, извини, я тороплюсь. Если разговор долгий, то лучше давай его перенесём на потом.

- Тебя фиг поймаешь потом-то, - ласково, дружелюбно улыбнулся коллега. - Постоянно чем-то занят, даже в обед исчезаешь. Нет-нет, я всё понимаю, у тебя сейчас очень занят. - он воровато огляделся, будто мы с ним собрались у уборщиц стырить вёдра, тряпки, швабры, моющие средства и - чего ещё там у них в комнатке? - подождал, пока пройдут мимо две тётки, сотрудницы группы сбора информации, и снизил голос, придвинувшись ко мне почти в упор. - Попросить тебя хотел. У меня двоюродная сестра в нашем банке работает. Говорит, что в том департаменте, куда ты переводишься, будет большое, чуть ли ни вдвое увеличение штата. Сведения о вакансиях то ли уже вывесили на сайте - я ещё не смотрел - то ли вот-вот вывесят. Хочу предложить свою кандидатуру, Алексей. У меня и диплом соответствует, экономфака. Правда, опыта работы нет, сам понимаешь, но он ведь дело наживное? - ещё более слащаво улыбнулся.

- Ну, а я-то тут при чём? - жму плечами, хотя уже понял, чего ему от меня нужно - чтобы словечко замолвил перед Каспаровой. - Ты ж теперь не хуже меня знаешь, как всё устроено. Пиши резюме, отправляй. Заинтересует, вызовут на собеседование. Пройдёшь - возьмут, не пройдёшь - не возьмут. Всё честно. Только, Серёг, рассмотрение резюме и собеседование ведь не мне проводить. Этим у нас кадры занимаются и, на собеседовании, кто-то уполномоченный от управляющего директора.

Шансов честно попасть на работу в банк у него никаких, уверен. Диплом без опыта работы и, главное, без чьей-либо протекции - это вообще ни о чём. Корж ведь даже в армии не служил и болячек, которые спасут его от призыва, ни фига не имеет, сам недавно жаловался. Финансы холдинга - это такая вещь в себе, где очень не любят текучки, особенно на ровном месте. Вот возьмут Сергуню в Инвест-гамма Банк, а ему завтра повестку принесут, и что? Нет, так-то слышал, что у нас Хусаинова с разрешения высшего руководства порой занимается кадровыми аферами, да хоть как с тем же Сашкой Уколовым из аудиторской группы нашего отдела, когда сотрудника формально переводят на должность в одном из предприятий холдинга, связанным с оборонкой, где есть бронь от призыва, а тот продолжает пахать здесь в офисе. Только такое делают лишь для очень ценных сотрудников, а какую ценность Корж-то представляет?

- Алексей, ну мы ж знаем, что ты имеешь влияние на Анну Николаевну, - заговорщически подмигнул он. - И при наборе в её департамент н самом деле она решать будет, кого брать, а кого не брать, пусть всеми кандидатами заниматься не будет конечно, но кого захочет взять, примет. Так же? Помоги, я в долгу не останусь.

Вот хитрован какой. Капец капецкий. Он реально думает, что мне есть резон лезть к начальнице, чтобы просить за того, кого знаю без году неделю? А чего гадать? Сейчас и узнаю, чего он там замыслил.

" - ... ну, давай же, дурачок безродный, соглашайся. Неужели не видишь, как хорошо я к тебе отношусь? У тебя ведь и друзей не осталось, а я - вот он я. Реши ж наконец, что пригожусь. И не пожалеешь, сиротинушка, да-да, не пожалеешь. Сначала сменю тебя в постели у много воображающей о себе сучки, не таких обвораживал, а потом и в должности её советника ..."

Выхожу из ментала, даже не успев испытать хоть сколько-то заметного спазма, и так всё уже ясно. Ох, Корж, какой же ты дебил конченный. Реально придурок полный. Во-первых, причиной моего повышения в должности является совсем не то, что я сплю с начальницей, а её холодный расчёт, анализ результатов моей работы в группе и устроившая Каспарову собранная безопасностью холдинга вся подноготная моей жизни. Во-вторых, Анна Николаевна только выглядит полной самодуркой и хамкой, в реальности же она намного хуже. Получив воспитание в среде, где спиной никогда ни к кому не поворачиваются, она имеет зубы как у акулы. Откусить голову такому наивному ловеласу ей раз плюнуть. Ну и в-третьих - нет, это бы нужно было поставить на передний план - живёт-поживает Павел Павлович Каспаров, её дедуля, ветеран распила госсобственности, бандитских разборок и рейдерских захватов. Представляю, как он обрадуется, когда узнает, что какое-то чмо манипулирует его любимой внучкой.

Вот три простых пункта, делающих планы Серёжки Коржа крайне опасными и плохо реализуемыми. А то, что он замыслил подлость в отношении меня, так, не знаю, может прямо сейчас ему в морду дать? Ага, даже приметил точку в центре нижней челюсти. Хук справа, и только ножки вверх подлетят. Сука лживая. Падаль гнойная.

Или сделать хитрее, вернее, коварно? Ну, в смысле, действительно помочь Коржу пристроиться ближе к Анне Николаевне и потом помянуть его, глядя на спокойное течение Москвы-реки? Нет, это уж слишком жестоко. Он бесспорно тварь вонючая, мелкая и подлая, но не убийца ведь, не насильник и не сторонник европейских ценностей. Блин, кажется только сейчас понимаю, насколько тяжела профессия Марины Владимировны, судьи-соседки.

И всё ж мне проще, чем ей, я не связан сейчас законом и могу поступить так, как должен действовать, став умным и с твёрдым характером. Пообещаю Коржу, чего он от меня добивается, и пальцем об палец не ударю. А что? Он обжульничать пытается, а чем я хуже? Понятно, этот гадёныш не остановится, будет все возможные пути искать для осуществления своих замыслов. Что ж, пусть. Даже любопытно будет посмотреть на его успехи. Если что, вариант номер один - кулаком в зубы - всегда успею реализовать.

- Ладно, - изображаю самодовольство, помогая ему укрепиться во мнении обо мне, как о недалёком парне. - Поговорю с Анной Николаевной. Но ..., - смотрю многозначительно.

- Услуга за услугу, Алексей, - приложил он руку к сердцу, чем вызвал хохоток у проходившего мимо Лёни Каменского, стажёра-рассыльного. - Буду твоим должником. И вообще, давай куда-нибудь сходим на выходные? У меня девчонки есть знакомые, потусим. Угощение с меня. Идёт?

- С радостью бы, - развожу руками. - Но, увы, все ближайшие выходные заняты.

- Эх, жаль, - мотнул головой лицемер - штаны на лямках. - Но, ничего, ещё будет время. Слушай, Алексей, ещё о чём хотел тебя спросить, насчёт банкета. Игорь говорит, там и до танцев дойдёт? Да? Не будешь возражать, если я пару раз Анну Николаевну приглашу? Нет-нет, ты не подумай чего. Просто хочу создать у неё о себе приятное впечатление. Чтобы тебе легче было насчёт меня поговорить.

Благодетель, блин. Обо мне заботится. Крыса ты вонючая. Ну ладно. Там, где ты учился лицемерию, похоже, я-новый преподавал.

- Если только два раза, - хмурюсь. - не больше. И то, если она согласится. Она ведь, знаешь, со мной хочет танцевать.

- Платов! - послышался рык предмета переговоров, вышедшей в коридор за каким-то чёртом. - Тебе заняться нечем, что ли? Забыл, что я сказала делать? Корж, и ты там?

- В туалет ходили, Анна Николаевна, - отвечаю, поспешив с Серёгой к ней. - А дела делаются.

- Задержись, Алексей. - сказала мне уже нормальным тоном, когда коллега проскользнул мимо неё в помещение группы. - У тебя ведь есть список заявок на инвестиции?

- Да, на флэшке же с документами банка. Там отдельная папка. Я вам тоже её скинул.

- Я видела. - кивнула Каспарова. - Но, если бы ты не болтал языком в коридоре, а внимательно посмотрел, что в той папке, то обнаружил бы отсутствие всех презентаций. Только наименования заявок, результаты последнего финансового аудита по каждой и обоснования потребностей, но ни одной презентации. В общем, дуй на двадцатый этаж, пусть и это нам скинут. И начинай уже заниматься инвестиционными документами, Платов. Времени на раскачку у нас не будет.

- Понял, бегу.

- Стой. Олечке тридцать пять тысяч переведи на спиртное, она собирает. У тебя есть или успел всё потратить? Могу помочь.

- Да что вы, Анна Николаевна! Благодаря вам я богат как Пирр. - бью себя по правой стороне груди, где у меня во внутреннем кармане портмоне с почти тридцатью тысячами рублей. Попробую Ветренке по максимуму налом всучить, а лишь остаток переведу с карты.

- Крез, Платов, - рассмеялась. - Богатым был Крез. А Пирр победил неудачно. Всё, иди. Что, опять конфеты?

- Вот, - три штуки я специально в карман отложил. - угощайтесь.

- Слушай, Алексей Сергеевич, - морщится. - Шутку можно раз повторить, два, ну три, а потом она начинает уже надоедать. Задолбал ты уже со своими сладостями. Действительно хочешь, чтобы я как корова стала? - она взяла угощение и предупредила: - Учти, Платов, в следующий раз это полетит тебе в лицо. Запомнил? - немного подумав, добавила: - Разве что сама попрошу.

Что-то она сегодня не в духе сильнее обычного. Да устала просто, чего тут думать? И мыслей её читать не нужно. Впрочем, у меня благодаря ей настроение тоже не поднялось. Тридцать пять тысяч с меня. Вот-вот. Проходя к столу за портфелем, вижу погрустневшую Олечку. Если уж мне неприятно расставаться с такими деньгами на всякую ерунду, то уж ей-то, воспитывающей ребёнка в одиночку, и подавно. Хотя насчёт неё не исключаю, что там помощь Каспаровой не была отвергнута. Скорее всего, так и есть. Или нет.

Тридцать пять тысяч с четверых - это сто двадцать и ещё двадцать, итого сто сорок. Пусть нас соберётся даже ровно двадцать человек, получается по семь тысяч на морду лица. Офонареть. Зашибись. Они чего там пить-то собрались? Эликсиры вечной жизни? Эх, тут мои познания не сильно глубоки. Московский я себе лишь пиво покупал, а в Мухинске предпочитал водку и самогон. Нет, коньяк тоже приобретал, но я-нынешний теперь понимаю, что за четыреста рублей - это не коньяк, а подкрашенная спиртосодержащая жидкость.

Блин, но на семь тысяч упиться ж можно. Ох, блин, туплю. Женщины ведь вино пьют, и уж наши офисные дамы не чета подругам возле заправки на выезде, портвейн три семёрки употреблять не станут. А цены на престижные вина могут в космос улетать.

- До обеда вернёшься? - спрашивает в спину Ильич.

- Я только туда-обратно на двадцатый этаж и вернусь. Десять минут, - ответил и заметил опять налившиеся завистью глаза коллег при упоминании моего состоявшегося служебного взлёта и чуть при этом оттаявшую от переживаний Ветренко. - Оль, выйдем в коридор, что скажу. - позвал её, подмигнув.

Та понимающе кивнула и пошла за мной. Дальше у нас развернулось небольшое сражение. Моё портмоне привело Олечку в восторг, а вот последовавшая попытка вручить ей из него двадцатку наличными, а лишь пятнадцать переводом на карту разозлила. Она собиралась заказывать выпивку на маркетплейсе с доставкой в офис и мои купюры ей были совсем ни к чему. После двух схваток, мною проигранных, пришлось согласиться самому спуститься вниз в холл здания, положить деньги на карту и перечислить Ветренко безнал. Делать этого не стану. У меня ж есть семьдесят семь тысяч на балансе, просто наврал ей до этого, чтобы наличные всучить. Что ж, останется тридцать две тысячи. Зато кошелёк не похудеет.

В офис банка меня пустили не сразу. Новый пропуск-то ещё не оформлен, а позвонить Каспарова не соизволила. С ней связались и только после этого мне оказалось дозволено сегодня лицезреть седую голову Юрия Михайловича Родина, новоназначенного начальника создаваемого отдела инвестиций. Запись на флэш-накопитель недостающей информации много времени не заняло, но мне его хватило, используя ментальную способность, узнать, что умышленной диверсии в непредоставлении данных начальнику департамента не было. Просто тут сейчас в связи с реорганизацией творится форменный дурдом, как господин Родин мысленно назвал происходящее в офисе Инвест-гамма Банка. В десять минут я не уложился, но потратил не больше пятнадцати.

- Я извиняюсь, что так получилось, - промямлил Юрий Михайлович, провожая меня из кабинета, в котором только ещё начал устраиваться - повсюду коробки, папки, замусоленные древние блокноты, канцелярщина и прочий офисный хлам. - Анна Николаевна, госпожа Каспарова, она не сильно ругалась?

- Не, вообще не ругалась. - успокаиваю. Не говорить же, что она претензии в мой адрес только высказала. - Ей сейчас не до этого, приём-передача и всё такое.

- Я понимаю, - он идёт за мной.

Провожает что ли? Ну и начальник. Тряпка какая-то. Может как специалист хотя бы хороший? Впрочем, не буду спешить с выводами, уже знаю и таких руководителей, вроде начальника аудиторской группы в нашем отделе, кто перед вышестоящими дрожит как осиновый лист, а нижестоящих топчет с утробным рыком и морально унижает, так ещё и премии сотрудникам из себя выдавливает, будто бы своё отдаёт.

- Да всё нормально. Правда. - останавливаюсь на пару секунд. - Я дорогу знаю, - улыбаюсь Родину.

Наконец-то отстал. Но вроде бы дядька неплохой, даром что с Сергеем Ивановичем Грушко работал и, вполне возможно, продолжит оказывать конкуренту Каспаровой поддержку. Ну, она девушка умная, думаю, разберётся кто есть кто очень быстро. Я ж рядом буду, подскажу.

Сегодня у дверей в офис банка несёт дежурство довольно потешный худой дядька. При очень небольшом росточке, носит ботинки, размера сорок третьего, если не сорок четвёртого. Получается такой ходячий уголок с дубинкой. Как таких в охрану принимают? А это моё дело? Может он каратист какой-нибудь или просто чемпион по уличным дракам. У нас Вася Щегол был, такой же комплекции. Так он любого бугая мог в два счёта уделать. Буквально взрывался градом ударов ногами, руками, не уследишь взглядом.

- Алексей Сергеевич, - окликнула с виноватой улыбкой симпатичная девушка за стойкой, когда я подошёл к лифту. - Вы уж извините, что сразу вас не пропустили. Команды не было.

- Ерунда, Светлана, - прочитал её имя на бейджике. - Я всё понимаю. - киваю и охраннику.

Кабина поднимается с четвёртого этажа, и у меня появляется возможность продемонстрировать привлекательной сотруднице свой шикарный айфон. Костюмчик с портфельчиком она в момент моего появления приметила, парфюм наверняка тоже сразу унюхала, а вот самый ценный из моих атрибутов увидела только сейчас. Впечатлилась.

Вижу на экране значок сообщения. Настя что ли? Нет, не она. Юрка Кравчук, как мы с ним и договаривались, прислал эсэмэску:

Я уже в зоне вылета. Через десять минут посадка. Спасибо за встречу

Какое спасибо, Юра? Давай завязывай фигнёй страдать и возвращайся насовсем. Если ещё один повод для этого нужен, то вот он: друг сильно просил - отправляю ответ.

Подумаю, Лёха. Ты тут давай, рви жилы. Чтобы к следующему моему прилёту директором банка стал

Постараюсь. Счастливого пути - успеваю набрать к моменту, когда открываются двери кабины, и я нос к носу сталкиваюсь с самим Грушко.

Он меня сразу узнал, но ни здрасьте, ни до свидания от него не прозвучало, хотя я поздоровался с ним. Прошёл мимо меня опять как будто бы я пустое место. Козёл какой. Хамло и трус. Не имея смелости высказывать своё фи самой Каспаровой, пытается отыгрываться на её доверенных сотрудниках.

А всё равно тебя Анна Николаевна сделала, обошла на повороте. Злись, бесись, но, если не смиришься, она тебя быстренько выживет. Да, ты тоже блатной, без работы в холдинге не останешься, только вот с банком попрощаешься.

Деньги Олечке я отправил, спускаясь на лифте. Не успев убрать айфон в карман, на площадке нашего этажа продемонстрировал его ещё и Степану Витальевичу, тому самому начальнику группы аудиторов, о котором только-только вспоминал. Раньше на меня он смотрел свысока, а теперь лучится дружелюбием. И одобрительно кивнул при виде моего нового телефона. Блин, в каком серпентарии мне приходится работать. Я что, жалуюсь? Да нет. Просто делаю для себя пометки в памяти, чтобы не вернуться к прежнему характеру меня прежнего.

- Алексей, подожди, - окликает меня Ветренко из-за стола, едва я вошёл в комнату. - Совет твой нужен, - она подняла руку с зажатым в ней смартфоном. - Давай выйдем на минутку, кое-что спрошу.

- Не, Оль, не пойдёт. - отказываюсь. - Меня начальница уже отругала, так что, все вопросы позже.

Родин помимо электронки дал мне и папку обычных бумаг, в ней копии официальных обращений различных фирм по поводу инвестиций. Я редко работал с бумажными носителями информации, но ничего сложного в этом нет, с них и начал. Занятие оказалось настолько увлекательным, что Арефьеву пришлось два раза меня тормошить, что вообще-то уже обеденный перерыв. Мы с ним направились в столовую, прихватив его продукты.

С Ильичом интересно общаться, человек реально неординарный, много повидал, много знает, да и рассказывает интересно. Ему бы в университет преподавателем, никто из студентов бы его лекции прогуливать не стал. Мне так кажется. Однако на этот раз нормально поговорить не получилось. С подносом, на котором стояли только стакан чая, вазочка салата и тарелка с котлетой без гарнира, к нам присоединилась Олечка. Понятно, с какими вопросами. Организация всяких пьянок-гулянок - это её любимая тема, в которой она настоящий профессионал.

- Алексей, вот, посмотри. - поворачивает ко мне свой телефон экраном. - И вы, Фёдор Ильич, тоже. Вино я уже выбрала, всё, как Анна Николаевна посоветовала, а что взять мужчинам к банкету?

- Ого, только не Блю Лейбл. - вижу самую первую в строке бутылку виски ноль-семь. - Очуметь, двадцать семь тысяч? С ума сошли. Эй, погоди, ты уже на сто восемьдесят одну тысячу отобрала, - заметил сумму набранной корзины. - Ничего не попутала? У нас всего сто сорок.

- Неправильно посчитал, - смеётся Ветренко. - Ты тридцать пять на четыре умножил?

- Да, а что?

- А ничего, Лёша, - радуется Олечка. - Николаевна спросила у нового начальника группы, сколько тот может позволить себе сейчас потратить на выпивку для сотрудников, тот ответил, что с деньгами у него временные трудности, но тридцать-сорок найдёт. Вот она и назначила с нас троих по тридцать пять. А сама двести дала. Так что, у нас триста пять. Правда, больше половины - это вино, а ещё нужно будет дополнительно всякие деликатесы купить, которые наша столовка и буфеты не предоставляют. Кстати, сейчас побегу к главному повару согласовывать меню. Ладно, сейчас не об этом. Для вас мужиков остаётся где-то семьдесят. И что лучше заказать?

- Какая несправедливость, - показательно грустно вздохнул Ильич. - И тут нас слабый пол обходит.

- Ерунда, - усмехаюсь. - Нам и восемьдесят много. Только ты не у того, Олечка спрашиваешь. Я не помню, кто у нас что предпочитает.

- Это я знаю, - Ветренко отдала мне свой телефон и придвинула к себе вазочку с салатом и взяла вилку, подозрительно её осмотрев на предмет качества помывки. - Ты по маркам определись. Вижу, ты, оказывается, разбираешься в брендовых вещах.

- Где бренды одежды и техники, а где пойло, - качаю головой, но принимаюсь пролистывать по экрану страницы с предложением крепких напитков. - Ладно, выберем сейчас. Ильич, помогай. Но если что, мы тут не при чём.

Используем подставку для салфеток и специй в качестве пюпитра, на котором располагаем смартфон, сдвигаем друг к другу стулья ближе, начинаем есть и выбирать. Чем-то с Арефьевым мы сейчас напоминаем бабы Галиных котят у миски. Это было бы смешно, если не шок, который я испытал увидев ценники не на какие-то там редкие сорта элитного спиртного, а на водку. Реально люди просто с дуба рухнули. Водка Калашников АК Бокс - восемь тысяч за бутылку ноль-семь, Белуга Голд Лайн такого же объёма за шесть сто. О, вот, Белуга Аллюр есть, четыре девятьсот всего. Всего?!

- Ильич, слушай, может просто обычной купить? - предлагаю, немного придя в себя. - Понты же одни. Спирт и вода. Платить за этикетку? А? Ну его нафиг.

Так-то деньги есть, и их всяко нужно будет на что-то потратить, сдача и возврат неизрасходованного не предусмотрен, только всё равно хочется послать всех этих водочных барыг далеко-далеко. Нас одиннадцать мужиков, четверо из которых предпочитают водяру, плюс, как сейчас только выяснил, Наталья Голубева тоже её пьёт, ни вино, ни коньяки-виски её не привлекают. Странно, почему раньше этого не замечал? А я вообще что-то вокруг себя видел? Занимался самокопанием, да о Ленке вздыхал дурачок. На банкетах старался пить только сухое или полусухое, но ни разу этим ограничиться не получалось. Филиппов с Райко - теперь отчётливо понимаю, специально из желания надо мной покуражиться - уговаривали выпить несколько рюмок чего покрепче, что всегда для меня заканчивалось плохо.

Один раз, после новогоднего корпоратива, еле до конечной станции доехал и едва успел выбежать на улицу. Хорошо, темно было, полицейский патруль не увидел прилично одетого интеллигентного парня, блюющего в кустах водопадом съеденного и выпитого. Полоскало меня тогда конкретно. О, кстати, в пятницу приеду в одном из прежних костюмов. Покрасовался, и пока до понедельника хватит, а то ещё на банкете перепачкаю. Нет, понятно, химчистка всё лечит, однако ущерб-то всяко будет, пусть поначалу и незаметный. Да, на этот раз ничего кроме вина.

- Так не пойдёт, Алексей, - не согласился с моим предложением Арефьев. - В большом, глобальном смысле ты наверное прав, вот только, продукт должен не просто удовлетворять вкус, а ещё и создавать соответствующее настроение. Мы ж не на поминки собираемся, а в честь радостного для вас события. В таких случаях, если в рамках определённого бюджета есть выбор, купить ли канистру самогона и бочку солёных огурцов или взять небольшую бутылку престижного спиртного и маленькую баночку деликатеса, которых в повседневной жизни себе на позволишь, то остановиться нужно на втором варианте. Согласен?

Мудро. Блин, я-то московский о таком совсем не задумывался, а мухинский посчитал бы предпочтительными самого с огурцами. Больше ведь!

- Согласен. - говорю с набитым ртом. - И что берём? И, главное, по сколько? Хотя, сколько не бери, всё равно два раза бегать, - изрекаю мудрость себя-бандита.

Ветренко с Арефьевым переглянулись и задумчиво, с интересом на меня посмотрели. Да уж, вот чему я отлично научился, так это людей удивлять. Лена с её придурочным братцем Павлушей и Виталиком Рябковым, Юрка Кравчук, коллеги, начальство, сестра Настя, всех заставил задумываться. Ну и ладно.

А всё ж мой посыл оба поняли правильно. Пусть лучше останется что-то недопитым, чем в конце банкета обнаружить, что не хватило. Придётся вспомнить Юрку Кравчука, насчёт того, что эта власть лишила наших людей свободы, и после десяти вечера спиртное никто не продаст, даже маркетплейсы. В Мухинске нам бы таксисты помогли или знакомые тётки-самогонщицы, а как с этим в Москве, пёс его знает. Наверное также, только я троп не ведаю, да и насчёт качества пойла вопрос будет сложный.

- Денег с избытком вроде, - задумчиво размышляет Ильич. - на Калашникова лучше не брать. Вызывает ассоциацию, по нынешним временам совсем ненужную за нашим столом. У нового начальника младший брат сейчас там, ну, вы понимаете, ротой связи командует. - откуда, интересно, Арефьев уже узнал такие подробности? Знакомства, вот откуда. - Предлагаю остановиться на Белуге Аллюр. Четверо плюс Наталья, итого пять по ноль-семь?

- Хватит, - уверенно заявила Олечка. - Голубева совсем немного пьёт, грамм триста если выпьет, и то вряд ли. А с остальным?

Выбрали ещё четыре бутылки, тоже по ноль-семь, ординарного коньяка Хеннеси ВС по пять четыреста, его же, но под маркой ХО по двадцать две тысячи пусть себе директора холдинга покупают, и два такого же объёма вискаря Блэк Булл Кайлоу за четыре тысячи триста тридцать рублей штука.

- Оль, а ты не забыла про меня-то? - спохватываюсь.

- Да, помню я, помню, - отмахнулась. - На тебя при заказе тоже рассчитала. Так, ну, спасибо. Отдавайте мой телефон, я прямо сейчас сделаю заказ, пока не забыла.