Гордость, ярость и демон

Глава 14

Зима, 69 день, 11429 год. Город Датарок, закрытый нижний уровень, зал старейшин.

— Вы что, совсем идиоты⁉ На улицах Датарока зреет волнение! Нас скоро с потрохами сожрут! — импульсивно рыкнул старейшина Фарг, оглядывая половину меланхоличных лиц членов совета.

— Ещё раз повторяю. Неполной девяткой мы не имеем права выносить значимые решения, — с безразличным лицом ответил один из старейшин. — Хаас мёртв. По закону, мы обязаны найти ему замену. Без это…

— Пошёл ты к злонгу! Саякх! Двадцать лет ты молчал, и я бы с удовольствием послушал твоё молчание и дальше! — закончил Фарг, совершенно нетипично для этого человека.

Лахант же, наоборот, молчал и думал о своём безупречном плане, так как вчера обнаружили базу предателей. Сегодня, предвкушая расправу, он даже спорить не стал со своими коллегами. Потому как считал их глупыми стариками, выжившими из ума.

— Я думаю, кое-кому есть, что нам поведать… — усмехнулся наблюдательный Юхан и красноречиво поглядел на Лаханта.

Всегда импульсивный старейшина, чуть скривившись, недовольно посмотрел на своего коллегу.

— Братья, я понимаю, что без девятого члена совета мы ничего не можем сделать значимого… В законном плане. Но не нужно уподобляться старым стереотипам. Ведь мы хотим сохранить наши мудрые жизни для процветания величественного Датарока? — многозначительно оглядел он всё вокруг.

— Кончай с этими пафосными фразами, Лахант. Хааса мы ещё могли послушать с такими высказываниями, но не тебя, — недовольно сказал старейшина Пьярох.

Он хоть и был короткострижен, но его густые и седые волосы на бровях выдавали всегда очень серьёзное лицо. Этот старейшина был самым старым среди всех, и его возраст не могли оценить даже его коллеги. Так как при них его не избирали, а если и избирали, то этого уже никто не помнит.

— Как тебе будет угодно, Пьярох, — насмешливо отвесил лёгкий поклон Лахант. — Мои ищущие обнаружили базу бунтарей, и в скором времени они её настигнут. Готовится спецоперация. Официальный приказ уже отправлен моему верховному клирику.

— У нас у всех свои ищущие, брат. Мы знаем, что твоё подразделение вышло на них. И совсем не факт, что они окажутся там. Мы на эту уловку попадались три раза, — проворчал Пьярох.

— Поверьте мне. Теперь информация более чем достоверна, — нейтрально ответил Лахант.

— Твои слова радуют. Будем ждать сегодняшних результатов, — кивнул Васхан. — Но что мы будем делать с волнениями на улицах нашей родины? Всё так же? Казнить всех невиновных? — добавил он, оглядев всех, остановился взглядом на Лаханте и усмехнулся.

Последний вопрос сильно не понравился вспыльчивому старейшине, и он недовольно проговорил:

— Виновны они или нет, это решать нам. Мы правители и оставляем за собой право исключительного суда, — фыркая, переиначил на свой лад свод законов Датарока. — По поводу девятого члена совета… — вздохнул Лахант, переводя дыхание. — У меня есть достойная кандидатура! Завтра же запустим государственное голосование! Другие кандидаты будут присутствовать для статистики!

И надавил кнопку своей сенсорной панели, выводя на экраны фаворита — талантливую коллегу Саахата, Суаду. Молодую жгучую брюнетку с очень хитрым взглядом.

— Она молода! — возмутился Фарг. — Да ещё бывшая ученица предателя! Мне кажется, ты соверше…

— Она эксперт мира духов, брат, и докажет свою преданность в сегодняшней операции по уничтожению мятежников. К тому же, она ненавидела своего учителя — Саахата. Тебя, как и меня, избрали, когда мы были ненамного старшего неё, — холодно посмотрел Лахант на старейшину.

— Я поддерживаю. Пусть докажет своё право находиться с нами за одним столом, — согласился Юхан. — Есть в этом два плюса. Ей можно легко управлять, и последний раз женщина избиралась задолго до нас. Людям будет это в новинку

Остальные старейшины, кроме Фарга и Васхана, поддержали его сдержанными одобряющими возгласами.

— Нам нужно сегодня же дать задание подготовить электронное голосование с презентацией нового кандидата. И подготовить несколько фиктивных кандидатов с посредственной презентацией. Когда мы уничтожим базу мятежников, мы должны выступить перед народом с новым членом совета… Но это всё второстепенно… — отмахнулся Лахант. — Главное, это уничтожение опасного противника. Пока они ещё чего не выкинули…

Зима, 68 день, 11429 год. Город Перианит, Военная база Международного Содружества № 23, второй этаж, межастралье.

— И чего вам не спится? — зевнул я, как только появился на песках палящей пустыни, и удивлённо стал разглядывать улыбающихся ребят. Я уже засыпал, лёжа в кровати с Ваяли, как услышал из межастралья зов своей хозяйки.

Она была здесь не одна, а с Жекой и Хикару. Втроём они сидели под открытым шатром, за шикарным столом с земными блюдами и питьём. Возле Жеки стоял слегка дымящийся мангал, на котором тот жарил шашлык. Я даже за десять метров от них учуял божественный запах.

— Мы решили собраться компанией земляков и отпраздновать завершение главного этапа нашей миссии! — торжественно поднял тост Хикару. Я подошёл к ним ближе.

Сегодня днём, не спав двое суток, мы закончили создание и тестирование вируса. В этом принимали непосредственное участие Ваяли и её отец, а также Кохран, Еркас и я, собственной персоной. Хотя роль у меня была наименее ценной, так как я всего лишь контролировал непрерывный процесс распознавания логических ошибок кода и принимал на повторную проверку исправленные данные от Райхонта. А троица высококлассных хакеров непрерывно строчила сам вирус. Собственно, именно из-за такой слаженной работы мы сделали это всё за две недели.

— Рановато праздновать… — вздохнул я и сел с торца стола, напротив Хикару. Жека был ближе ко мне и слегка усмехался, когда видел, что я, глотая слюну, поглядываю на шашлык.

— Крондо, мы же не победу празднуем! Тем более, когда мы ещё так соберёмся! — улыбнулась Руся, отпивая сок из стакана, а рядом с ней на столе стояла пачка яблочного сока «Добрый». У Жеки стояла банка пива «Хейнекен».

— Ладно… — сразу сдался я. — Но какой здесь праздник? Еда картонная и…

— Мы тут полвечера готовились, пока вы последние тесты заканчивали. Попробуй то, что у тебя в стакане, — поднял японец бокал и улыбнулся.

Я со скепсисом на лице молча взял стакан и, принюхавшись, отпил. И моему удивлению не было предела! Это же было вино! Непонятно, правда, какого сорта… Всё подряд намешано. Но яркий, сладковатый привкус играл красками гораздо отчётливее, чем дома.

— Вы превзошли сами себя, — удивился я, выпив сразу полстакана. — Как вы это сделали?

— Это все Хикару нас подначил, — хихикнула Руся.

— В этом главное — не спешить, — добавил японец, важно подняв палец вверх. — Это кропотливый процесс воссоздания свойств вещей воображением. Ну и куча вбуханной духовной силы.

— Ты ещё шашлык не пробовал — как настоящий, — добавил в тон Жека, когда очередной раз покрутил шампуры.

— Вот вы маньяки! — гоготнул я и наклонился в сторону шашлыка, вдыхая башкасшибательный аромат. — Вам, видимо, скучно было в последнее время.

— После сьёмки второго фильма нам и правда нечего было делать. Начальников на базе и без нас хватает. А народу столько, что каждый друг у друга отбирает работу, — сказала Руся и обратилась к Евгению: — Ну долго ещё там?

— Три астральные минуты, — ответил он, не отрывая взгляда от мангала.

За эти две недели не только мы рвали пятые точки. Наша изначальная команда четырёх клириков и мои ребята пыхтели над идеальнейшим документальным фильмом. И получился он по высшему классу. Для такого дела Лайсу и Захт оборудовали целую студию на том же уровне, что и мы, через два кабинета от серверной. Там было и профессиональное освещение, и камеры, с нескольких ракурсов направленные на кресло и диван в ретро стиле.

Сам фильм получился двухчасовой и начинался с того же момента приветствия ведущего. Затем он предоставил слово мне и Хикару. Ну, то есть, вставили наш смонтированный репортаж с места событий.

Далее, с разбором всей ситуации, что происходит в мире и вставляя очередные видео-доказательства, Бирох брал «интервью». Но самые весомые свидетели событий, это Мойсе, Менегусх и несколько ищущих.

Они, кстати, еле как смогли скрыться от погони в тот злополучный день смерти Саахата и Хааса. Когда они узнали о смерти своего друга и их достойного старейшины, то откровенно воспылали ненавистью ко всей верхушке Датарока. И нам это было только на руку, потому как их даже не надо было приглашать к камере — они сами рвались.

Каждое интервью или сцена сопровождались доказательствами в виде вмонтированных в видео электронных документов, которые при желании можно скачать из самого видео. И благодаря Мойсе и Менегусху их хватало с лихвой. С этими двумя был поистине тяжёлый разговор. Так как приказ на ликвидацию Лайсу пришёл именно Менегусху, и до всего этого Мойсе собирался исполнить этот приказ.

До съёмки они с Бирох не разговаривали на эту тему. Он не знал, что исполнителем ликвидации был Мойсе, а они не сразу поняли, что Лайсу его племянница. Поэтому на камеру старший клирик разговаривал с ними с откровенной неприязнью. Они же искренне извинялись за всё то, что сделали. Ведь они считали, что поступают по воле Ренниона, с которым разговаривают избранные старейшины. В любом случае, они сказали на камеру, что без промедления отдадут свои жизни, чтобы искупить свои грехи.

Затем настала пора следующих. Ваяли тоже участвовала. Вместе со мной, Русей и Жекой она описывала то, как нагло врёт Содружество. А когда девушка вспомнила о смерти своего деда, то расплакалась прямо в кадре, что дало большую ноту драматизма. Руся в этот момент тоже пустила слезу и вместе со мной успокаивала девушку. Моей хозяйке было искренне жаль её.

Мать Ваяли также решила поучаствовать. Причём она затащила на этот «диванчик» и мужа, и сыновей. Ей было, что рассказать, и даже привести некоторые доказательства, так как некоторые из её знакомых клириков бесследно исчезли. И по логическому стечению обстоятельств, они работали ассистентами в центре по изучению духовности.

В общем, фильм получился загляденье. Даже самый злостный скептик задумается над всем этим. Теперь я более чем уверен, что если у нас получится внести изменения в медиасервера Содружества, наша миссия будет исполнена и мы наконец почувствуем вожделенный зов к алтарю Урокона.

— Ну вот! Теперь точно готово! — объявил Жека и схватил по четыре шампура в обе руки.

— Ну наконец-то, — улыбнулась Руся. Я не растерялся и сразу выхватил у Жеки три шампура.

— Э-э! Харя не треснет? — возмутился он.

— Если начнёт трескаться, я предупрежу, чтобы вы спрятались… — беззаботно сказал я и прямо с шампура выхватил сразу два куска.

Хикару с Русей начали смеяться, а я наслаждался непередаваемым вкусом! Здесь явно постаралась Руся. Потому как вкусовые рецепторы пылали красками, как будто я в её теле вкушаю эту еду богов! Так детально представить этот вкус я просто физически не смогу. Именно поэтому в астрале у меня получается полукартон.

— Хикару, Крондо. Вы знаете, куда мы попадём, когда нас отправят назад? — спросила Маруся, когда образовалось минутное затишье.

Японец вкушал свои суши с рыбкой на шарике риса. Ему не было дела до шашлыка. Руся ела и то, и другое, понемногу. А вот Жека был со мной солидарен и отхватил три шампура, глядя на меня и попивая пиво.

Я в это время умял все три выделенных шампура, поэтому на моей тарелке лежали три сиротливые железные палочки. Поглядывая к Жеке в тарелку, — так как он сидел ко мне ближе всех, я сказал:

— Совершенно не имею понятия.

— А если вот так? — улыбнулась девушка и протянула мне свой шампур, а я, облизываясь, с благодарностью принял этот дар богини.

— Я предполагаю, что мы с Крондо отправимся в астрал. А вот вы вдвоём прямиком на Землю. В ту точку, откуда вас изгнали, — вставил слово повеселевший Хикару. От детального вкуса тут даже алкоголь давал в голову, что просто удивительно.

— Как вариант, — буркнул я с набитым ртом, прожевал и продолжил: — Но можно ещё предположить, что мы окажемся каждый в своём государстве нижнего мира. Хикару у себя дома, а мы с вами — сразу в кругу прибытия межмирового портала, в Объединённом Аду.

— Да-да! Тоже вероятно! — подхватил Хикару.

— И что с нами будет в аду? — осторожно спросила девушка.

— То, что я и говорил, — пожал я плечами. — Допросят нас троих. Я потопал на работу, а вы домой.

Но про себя я скривился, потому как мне предстоит идти на поклон к отцу и мачехе, у них по-любому есть какие-то связи в центральном легионе.

— Ты говорил, нам сотрут память перед отправкой? — вопросительно поглядел на меня Жека.

— Разве что время нахождения у меня на родине. Где вы были до этого, камню возвращения пле-фать, — сказал я, заталкивая в свою мясорезку ещё два кусочка.

— Ну хоть так… Неохота забыть все уроки сенсея, — с усмешкой произнёс Евгений и поднял бокал в честь своего учителя.

— Даже мне будет досадно, если такое случится с моим талантливейшим учеником, Евген-кун! — гоготнул Хикару.

— Я хоть и пережила здесь ужас, какой врагу не пожелаешь… Но всё равно не желаю этого забывать! — подхватила Руся, положила свою ладошку на руку Евгения и с любовью поглядела на него.

Кстати, тот казус с воспоминаниями о поцелуе решился довольно просто. Жека наклюкался в полнейшую синьку соком риака на следующий же вечер после скандала и чуть половину базы не разнёс, сцепившись с несколькими военными из новоприбывших ищущих.

Один мужик недовольно сказал ему, в коридоре на нашем этаже, что все проблемы произошли из-за нас, чужемирцев. Наш окосевший парень даже церемониться не стал — один мощный удар, и вояка, лишившись сознания, отлетает в стену. И вот тогда на него полетел весь арсенал военизированных жрецов. Удары духовной силой, призванные духи, даже оружие применили пару раз.

К тому времени, как на грохот из соседнего зала выбежали Бирох, Хикару и Мойсе, Жека голыми руками порвал семерых духов и отправил в нокаут ещё троих ищущих, пока его не скрутили старшие клирики. Японец же нанёс ему нокаутирующий удар в голову. Хотя с виду Жека не подавал вида, что пьян, но он напал даже на своего учителя, и выбора у них не было.

А после того, как на утро ему рассказали, что произошло, он совершенно в это не поверил. До тех пор, пока сам не увидел тот самый коридор, с местными разрушениями и вмятинами на стенах. В этот день теперь уже он просил прощения у Руси, за устроенный погром и за то, что накинулся на вояк из-за одной единственной фразы. Ну и, собственно, он убедился, что никто из нас не лгал насчёт непредсказуемого эффекта от перебора местным алкоголем.

С тех самых пор ищущие смотрели на Жеку с опаской и больше никто не смел обвинить иномирцев. Хоть за агитацию оставшихся беженцев взялась Ахтая — так сказать, в доску своя среди обыкновенного народа — недовольные оставались и по сей день.

Кстати, по поводу названной тёщи… Когда мы вернулись на базу, нас уже ждала тучная делегация с Хикару, Ваяли, Райхонтом и Марусей во главе.

— Ахтая! — крикнул подбегающий к нам отец Ваяли, хмуро поглядывая на меня. В этот момент я поставил женщину на пол, после того, как влетел в отсек первого этажа.

— Ты что творишь⁈ Демон ты недоделанный! — прошипела на русском мне в лицо подошедшая Руся и двумя руками толкнула меня в грудь.

— Э-й! Хозяйка, узбагойся! — улыбаясь, поднял я руки вверх.

— Всё в порядке, капитан Мару. Ваш вежливый дух-хранитель просто устроил мне экскурсию, — тут же вступилась за меня брюнетка, не обращая внимания на обеспокоенного мужа.

— Э-эм… С вами точно всё в порядке? — удивилась Руся. — Я думала, вы не в ладах…

— Поверьте. После того, что я сегодня пережила и увидела, я теперь полностью с вами в ладах, — загадочно улыбнулась Ахтая, а лицо Маруси ещё больше вытянулось, и она посмотрела на меня с выражением лица: «Ну ты и кобе-е-ель!».

— Ваяли, — обратилась мать к своей дочери. — Могу я с тобой поговорить? Обещаю, больше без ссор и моих воспитательных мер, — с добродушным лицом добавила женщина.

На мою программистку было просто умилительно смотреть. С ничего не понимающим лицом и глазами кота в сапогах она жалостливо оглядывалась и не понимала, что ей делать. Ведь последний раз мать обращалась так с ней только в школе.

Когда семейка оставила нас с моей хозяйкой одних, та потребовала объяснений, которые мне было совершенно не жалко дать. Дойдя до возмутительного момента, где эта мамаша начала мной командовать, посчитав меня своим зятем. Руся не сдержалась и откровенно захохотала.

— Крондо! Ты опять витаешь в облаках? — обратилась ко мне Маруся, прерывая мои последние воспоминания, когда увидела, что я уже десять минут молчу. Но я, облизываясь, перевёл взгляд со своей пустой тарелки на тарелку своей хозяйки.

— В астрале нет облаков. А вот шашлык, на удивление, ещё есть, — гоготнул я, гипнотизируя второй её шампур.

— Женя, похоже, тебе ещё одну партию готовить, — улыбнулась она своему суженному, отдавая мне шампур.

— Есть… ещё готовить… — вздохнул он, поворачиваясь к мангалу и открывая возле него кастрюлю с маринованным мясом.

Так мы и просидели нашей странной, но своей компанией, ещё несколько астральных часов. Я даже первый раз почувствовал в астрале сильное опьянение. Нам в школе про такое не рассказывали, поэтому для меня это было в новинку и очень весело.

На нашу посиделку ребята специально никого не звали. Ваяли — потому что она давно спит без задних ног. А остальных — потому что с ними не будет той самой душевной атмосферы нашего мира. Да и просто наедине мы давно так не сидели, как когда-то на проклятом острове.

Но всё когда-то заканчивается. Тем более, у нас завтра очень важный день — кибератака на мировой сервер Ксатрояк.