Год багульника. Осенняя луна

Глава 13. Запертые в лабиринте

Моав ждала наверху, прижав к груди драгоценный сверток. Увидев краантль, она быстро подала ему руку, помогая выбраться на плоскую площадку; Кравой сделал последний рывок и оказался рядом с эльфой. Он выглядел непривычно бледным и замученным, его грудь ходила ходуном от частого дыхания.

— Ну, чего стоишь, бежим дальше! — проговорил он, едва только переведя дух. — Прилив — не чудище о восьми ногах, его не перехитришь! И давай быстрее — я уже минуты считаю до того, как снова увижу солнце.

Они побежали вниз по тоннелю. Вот и развилка с двумя коридорами, а вот и зал, где они встретились с крабом — ложный Нар-Исталь все так же заманчиво поблескивал в скале… Не останавливаясь, они продолжили бежать к выходу. Хотя бегом это назвать было нельзя: вода все поднималась — несмотря на то что коридоры, по которым они двигались, залегали гораздо выше, чем зал с озером, вода в них теперь доходила до колена. Под громкое хлюпанье эльфы выскочили на очередную развилку и разом остановились. Запыхавшийся и побледневший Кравой осторожно взглянул на Моав — похоже, ее посещали те же мысли, что и его.

— Ты помнишь, как мы сюда пришли?..

— Нет, — растеряно призналась она.

Так и есть — в спешке они не заметили, как сбились с пути! Перед ними темнели три тоннеля, какой из них вел к выходу, можно было лишь догадываться. На лице Моав отразилось отчаянье.

— Ну и куда нам теперь?!

Кравой еще раз окинул взглядом все три хода.

— Единственное, что мы можем сделать — это по возможности двигаться на юг: так мы, по крайней мере, будем приближаться к берегу. В общем, нам туда! — уверенно произнес он, указывая рукой в один из коридоров.

Моав пораженно взглянула на него. Конечно, чудесная способность краантль угадывать положение сторон света была известна всем — даже разбуженный среди ночи, солнечный эльф точно скажет, где север, а где юг — но чтобы с такой уверенностью ориентироваться в подводном лабиринте…

— Ты уверен?

— В том, что юг там — да, в том, что этот ход ведет к колодцу — нет.

Моав прищурилась, всматриваясь в лицо друга, и в следующий миг подозрительно спросила:

— Слушай, с тобой все в порядке?..

— Более чем, — бросил тот. — Так что, идем на юг, или у тебя есть другие идеи?

Так как идей у Моав не было, они двинулись туда, куда указал Кравой. Некоторое время они бежали наугад, затем выскочили на знакомую развилку — ощущения не обманули солнечного эльфа. Отсюда до колодца было близко… Неожиданные звуки заставили их остановиться — из бокового тоннеля раздался знакомый свист, и в следующий момент из темноты коридора показались навы. Их было четверо, каждый держал в руках по длинному копью, раздвоенному на конце, точно рогатина. «Стража!» — понял Кравой. Значит, их визит все-таки не остался незамеченным. Недолго думая, навы двинулись на похитителей. Они на удивление ловко передвигались по мелководью — сильные хвосты извивались, то сжимаясь в пружины, то разжимаясь, двузубые копья грозно блестели.

— По-моему, нам здесь не рады, — проговорил Кравой, закрывая собой веллару. — Что ж, придется им объяснить, что мы очень торопимся.

Он встал лицом к противникам и приготовился к схватке. Его брови решительно сдвинулись на переносице, губы упрямо сжались. Стоящая рядом Моав вскинула лук, но Кравой крепко схватил ее за запястье.

— Стой! Не надо убивать их! Они ведь ни в чем не виноваты, они просто приставлены охранять меч!

— Но если мы их не убьем, они убьют нас!

— Есть много способов обездвижить врага, они должны быть тебе известны; для этого необязательно убивать! Нельзя использовать свою силу, чтобы отнимать жизни невинных существ!

Его голос звучал непреклонно, и Моав вынуждена была опустить оружие. Тем временем навы продолжали наступать — благородство молодого краантль их не сильно впечатлило. Не дожидаясь, пока первый из них нападет, Кравой молниеносно подскочил к нему и правой рукой перехватил древко копья — он решил пока не пускать в ход магию, дабы сэкономить силы для решающего момента. Нав задергался, пытаясь отобрать оружие, но жрец солнца ловким приемом повалил его на пол и сам рухнул вместе с ним. Мокрый хвост нава замолотил по воде. Несколько мгновений невозможно было разобрать где кто, затем Кравой приподнялся, уперся коленом грудь соперника и нанес несколько метких ударов по груди и шее. Нав всплеснул хвостом и затих. Кравой быстро отскочил от него — это ведь был лишь один из четверых! Остальные трое тем временем окружали Моав — зажатый в ее руках сверток привлекал их больше, чем драчливый краантль.

— Держись, Йонсаволь! — крикнул Кравой.

Сцепив кисти в замок, он подбежал сзади к одному из наступавших и обрушил ему на голову такой удар, которого вполне хватило бы, чтобы надолго вывести из строя куда более мощного врага. Нав покачнулся и упал как подкошенный; остальные двое растеряно пересвистнулись — ситуация оборачивалась не совсем так, как они рассчитывали. Мгновенного замешательства оказалось более чем достаточно — поймав мгновение, Моав выбросила вперед руки, серебристая сеть обвила одного из стражей. Как он ни силился, ему не удалось высвободиться из этого плена; окончательно запутавшись, нав повалился в воду и продолжил извиваться там, точно рыба в неводе. Из четверых нападавших остался лишь один. Увидев судьбу товарищей, он поначалу немного отступил, но было видно — без боя он не сдастся. Кравой быстро обернулся к Моав.

— Иди к выходу, этого я беру на себя! Я догоню!

Не говоря ни слова, она скрылась в одном из тоннелей. Жрец солнца остался один на один с соперником. Оценив ситуацию, тот решил наступать в открытую. Прицелившись, он ринулся к эльфу, попытался нанести несколько ударов копьем, но тот каждый раз уворачивался. Поняв, что таким способом противника не одолеть, стражник отбросил оружие и бросился на противника с голыми руками. Эту идею едва ли можно было назвать удачной, ибо схватываться с краантль врукопашную было чистым безумием — солнечные эльфы с детства упражнялись в искусстве борьбы, доводя его почти до совершенства. Очень скоро наву пришлось убедиться в своей ошибке — несколько глухих ударов, плеск воды — и он уже лежал на полу, не шевелясь.

Пробежав немного, Моав остановилась. Она тяжело дышала, тонкие руки прижимали к груди завернутый Нар-Исталь. Вдалеке послышались быстрые хлюпающие шаги, и через миг в конце коридора показался Кравой. Он бежал тяжело и устало, прерывистое дыхание с хрипом вырывалось из его легких. Моав удивленно смотрела, как он приближается — короткая стычка со стражами вряд ли могла так сильно утомить его…

— Ну, чего ты опять встала? — крикнул он, подбегая. — Здесь скоро будет до потолка воды! Она вон и так уже выше колена!

Они снова побежали — на этот раз до выхода оставалось совсем немного. Время от времени Моав тревожно оборачивалась назад — начиная со встречи с осьминогом, с Кравоем творилось что-то странное: он то и дело отставал — можно было подумать, что он прикрывает ее, следя за возможной погоней. Она уже несколько раз бросала на него внимательные взгляды, но он каждый раз отвечал ободряющей улыбкой, и она успокаивалась. Однако вскоре эта иллюзия спокойствия рухнула — оглянувшись назад в очередной раз, веллара застыла в ужасе: солнечный эльф стоял шагах в двадцати от нее, опершись рукой о стену, точно раненый. Поспешно развернувшись, она с плеском подбежала к нему.

— Кравой, что случилось?!

Кравой с трудом поднял голову. Он тяжело дышал, словно загнанное животное, в карих глазах была смертельная усталость.

— Беги одна, у меня больше нет сил — это проклятое подземелье выпило их! Боюсь, мне уже не выбраться отсюда…

Но Моав твердо заявила:

— Я никуда без тебя не пойду! До колодца осталось совсем немного, ты должен собраться!

Он хотел ответить, но в этот миг вдалеке снова послышался свист — охота на похитителей продолжалась; на этот раз, похоже, стражников было побольше. Моав не раздумывала — быстро нырнув под руку краантль, она обвила ее вокруг своей шеи и схватила за кисть. Во второй ее руке был зажат меч, конец укутывающего его плаща волочился по воде. Кравой удивленно воззрился на эллари — рядом с ним она выглядела, словно тонкая поросль рядом с могучим деревом.

— Да ты посмотри на себя! — попытался возразить он. — Ты ведь не протащишь меня и сотню шагов!

— Меньше слов — больше дела, — отрезала она тоном, не допускающим возражений. — В конце концов, это я тебя завела в этот лабиринт, а значит…

Она не договорила: свист раздался совсем близко, можно было расслышать плеск воды, рассекаемой мощными телами навов. Взглянув друг на друга, эльфы, не сговариваясь, сорвались с места и поспешили к выходу. Правда, двигались они далеко не так быстро, как им бы хотелось — силы покидали Кравоя с каждым мгновением, он стискивал зубы, напрягая остатки воли, но каждый новый шаг давался ему все труднее и труднее; его глаза начинали туманиться, словно перед обмороком. Моав ничего не говорила, лишь перехватывала поудобнее его руку и продолжала тащить его вперед с упорством и силой, удивительной для такого хрупкого тела. Вот уже показалась развилка с пересохшим тоннелем — значит, колодец уже недалеко! Осталось только добраться до него, затем немного проплыть и свобода! Почувствовав близость спасения, они побежали быстрее. Шаг, еще шаг…

В следующий миг они вбежали в пещеру и остолбенели. Крик отчаянья сорвался с губ Моав — они опоздали! Там, где еще недавно была твердая земля, теперь плескались волны. Вода прибывала. Неожиданно сильный рывок пригнул эльфу к полу — ноги Кравоя подкосились, он тяжело упал на колени в воду, увлекая ее за собой. Моав испуганно заглянула в его лицо — оно было бледным, почти мертвым!

— Йонсаволь, не делай глупостей, — тихо проговорил он, с трудом поднимая взгляд на нее. — Уходи, прошу тебя! Ты должна спасти Нар-Исталь — неужели мы зря сюда пришли? Ты видишь, сколько воды; тоннель затоплен — ты еще можешь проплыть через него, а я — нет!

Но веллара не собиралась отступать.

— Мы пришли сюда вдвоем, вдвоем и выберемся!

Из последних сил Кравой схватил ее за плечи, в карих глазах мелькнуло отчаянье.

— Нет! Ты что, не слышала, что я сказал! Послушайся меня хоть раз в жизни!

— Прости, у меня нет привычки слушаться мужчин, и побереги силы, они тебе еще пригодятся…

В этот же момент на пороге грота показался стражник; его толстый зеленый хвост блестел, точно покрытый металлом. Увидев чужаков, он издал визгливый победный клич и кинулся на них. За ним неожиданно показались черные щупальца — в следующий миг к ужасу эльфов в пещеру вползли три осьминога: они выглядели уменьшенными копиями того чудовища, от которого им удалось ускользнуть. Лунная эльфа вскинула лук, но Кравой опередил ее. Молнией вспыхнуло заклятие, нав и один из осьминогов тут же упали, парализованные. Не медля, Моав подскочила к одному из оставшихся монстров и взмахнула ножом. Она промахнулась, удар пришелся в мокрое щупальце: разозленный болью, осьминог всплеснул остальными конечностями, пытаясь поймать эльфу. Скользкие кольца вились вокруг хрупкой фигурки, но она каждый раз уворачивалась… Наконец, ей удалось прыгнуть на него со спины. Один удар рукоятью ножа между прозрачных глаз — и чудище упало без чувств; его щупальца мелко забились в конвульсиях.

Другой спрут тем временем подбирался к Кравою. Завидев его, солнечный эльф сделал попытку подняться с колен, но снова осел в воду: брошенное заклятие лишило его последних сил. Перед глазами у него все начало расплываться, ему пришлось опереться на руки, чтобы не упасть совсем. Его подбородок коснулся воды. Видимо, поняв, что противник ослаб, монстр стал приближаться смелее; на расстоянии пяти шагов он на мгновение замер, затем резко кинулся вперед, мокрые щупальца вмиг обвили все тело краантль. Тот застонал, отчаянно силясь освободиться, его стон перешел в хрип — могучие кольца сдавливали его все сильнее и сильнее. Внезапно до его слуха донесся гневный крик, что-то сверкнуло в воздухе, и в следующий миг он почувствовал, что хватка ослабла. Какое счастье, что лунная магия действует и под водой!.. Кравой с трудом сбросил с себя обмякшие щупальца.

— Ну, кажется, все. Мы можем идти дальше! — воскликнула Моав, пробираясь по колено в воде к нему.

— Куда?! Здесь ведь уже нет выхода!

— Значит, мы найдем другой!

У Кравоя не было сил спорить: он покорно поднялся, оперся о плечи эльфы, и они двинулись туда, откуда только что пришли. Теперь вела Моав; Кравой мог лишь слепо следовать за ней — ему приходилось прикладывать невероятные усилия, чтобы просто держаться на ногах. Моав то и дело с тревогой поглядывала на него — было совершенно ясно, что долго он не протянет… Он все чаще спотыкался и уже ничего не говорил; почти всем весом он теперь висел на плечах эллари, но она не останавливалась: что-то будто толкало ее вперед, придавая силы бежать самой по пояс в воде и тянуть за собой друга. Очень скоро Кравой потерял счет коридорам, в которые они сворачивали. Как в тумане пробегали мимо него бесконечные тоннели; некоторые из них он узнавал, некоторые нет… Вот развилка, где они впервые встретились со стражниками — они до сих пор лежали в воде, оглушенные; один из них извивался, пытаясь высвободиться из серебристой сети. Где-то в стороне слышался скрежет — наверное, это все еще пытался освободиться краб. Откуда-то доносился свист навов, громко плескала вода… Все эти звуки сливались для Кравоя в единый гул, среди которого ничего нельзя было разобрать. Он поднял голову, затуманенным взором пытаясь осмотреть коридор, по которому они бежали, но в этот же момент в ушах у него зазвенело, и он потерял сознание.

Очнулся он в удивительно знакомом месте. Оно было намного более просторным, чем шахты коридора. Белые мокрые стены, яркий блеск металла… Тот самый грот, где они впервые встретили гигантского краба! Кравой лежал на дне пещеры, оно было покрыто водой примерно по щиколотку — пол здесь слегка возвышался над общим уровнем лабиринта, и вода затапливала его медленнее. Рядом, положив его голову к себе на колени, сидела Моав. Она изо всех сил трясла его за плечи, пытаясь привести в чувство. Увидев, что он пришел в себя, она быстро склонилась над ним.

— Кравой, ты слышишь меня?!

Жрец солнца с трудом остановил на ней взгляд и чуть заметно кивнул. Отчаянье охватило его — они были в самом сердце лабиринта, отсюда до выхода было дальше, чем откуда-то ни было! Бедная Моав, и зачем она только не послушалась его! Теперь им обоим не оставалось ничего другого, как ждать неизбежной смерти, сидя в этом тупике!.. А смерть и впрямь была неизбежной — вода поднималась буквально на глазах! Вскоре она уже полностью покрыла тело краантль. Сделав усилие, Моав приподняла его так, чтобы его голова находилась над водой. Он попытался встать на ноги, но даже малейшее движение давалось с трудом — все его силы исчезли, точно их кто-то вытянул из него… Кравой почувствовал, как соленая вода подкрадывается к его лицу. Вот она уже полощется у шеи, заливается в уши… Лунная эльфа рывком подняла его с земли и поставила на ноги — тонкие руки держали его удивительно крепко. Глаза Кравоя отчаянно взглянули ей в лицо. Они уже ничего не говорили друг другу — все и так было ясно.

Прошло еще некоторое время, прилив заполнил зал сначала по пояс, затем по грудь. Из последних сил Кравой пытался держаться на ногах, но тщетно — он чувствовал, как все больше и больше наваливается на маленькую эльфу, впадая в черное беспамятство. Вряд ли она продержится так долго… Вода тем временем прибывала, вливаясь в зал, точно вино в кувшин. Вот она уже охватила шею Моав, белые волосы поплыли по ней, как водоросли. Из-за плеска воды донесся ее голос:

— Кравой, Кравой! — громко позвала она, на мгновение выхватив солнечного эльфа из небытия. — Нам надо держаться! Слышишь меня?!

Он кивнул. В следующий момент вода поднялась так высоко, что стоять на дне было уже невозможно. Кравой инстинктивно оттолкнулся ногами и завис в воде, стараясь держать голову как можно выше. Моав поддерживала его, схватив поперек шеи. Белый искристый потолок, казавшийся таким высоким, вдруг оказался совсем близко: еще чуть-чуть и вода заполнит зал полностью, яркие рыбы поплывут там, где только что ходили двуногие существа, но они этого уже не увидят… Почти упираясь головой в потолок, Моав из последних сил выдернула Кравоя из воды.

— Постарайся держаться на плаву! — крикнула она и, отпустив его, нырнула вниз.

Сонечный эльф в отчаянии вытянул шею, хватая ртом воздух, но тело не слушалось его; сознание его помутилось, перед глазами поплыли алые круги. В следующее мгновение вода в гроте всколыхнулась, пошла пеной, точно от взрыва. Моав вынырнула как раз вовремя, чтобы подхватить тонущего краантль. Их головы в последний раз мелькнули над водой и исчезли.