Гарри Поттер и Правильный Учитель

Глава 40. Борьба с мозгошмыгами

Мозгошмыг. Они невидимые, летают в воздухе,

забираются через ухо в голову

и вызывают размягчение мозга.

(Полумна Лавгуд в Хогвартс-экспрессе)

Школа Чародейства и Волшебства Хогвартс. Кабинет преподавателя ЗоТИ.

Весь следующий день маг чувствовал двойственное и крайне… интересное чувство. Как и обещал, Поттер передал ему свою мантию-невидимку, только сделал это сразу же после завтрака, поймав данмера по пути из Большого зала. Именно поэтому весь день мужчина буквально изнывал из-за любопытства и желания, наконец, покопаться в этом произведении артефакторного искусства. И не мог себе этого позволить из-за текущих обязанностей преподавателя… На секунду он даже подумал, что это была маленькая месть юноши за испытанный стресс во время ночной встречи, но потом всё же отбросил эту мысль — вряд ли Гарри был столь… злопамятным и язвительным волшебником. Уж точно не в его возрасте и не с его характером, по крайней мере, тем, которым он, по всеобщему мнению, обладал.

Но ситуацию это меняло незначительно — на удивление крошечный свёрток с невесомой тканью чуть ли не жёг ему карман. Это было удивительным фактом, но маг никогда раньше не подумал бы, что его может столь сильно увлечь возможность исследования чего бы то ни было. Такой порыв был неожиданным и в чём-то, возможно, даже подозрительным, но, по зрелому размышлению, Авалор решил просто принять новообразовавшийся «бзик» своего Я, лишь сделав себе заметку на будущее, чтобы избежать его влияния в более опасные и важные моменты.

— Коллега, не заняты? — в кабинет заглянул благодушно улыбающийся Флитвик. — Мистер Айзекс передал, что вы хотели о чём-то поговорить, но на ужине вас не оказалось…

— Да, конечно же, — маг жестом пригласил полугоблина проходить и присаживаться в кресло, — проходите, коллега. Решил сегодня поужинать тут, — Авалор мотнул головой в сторону подноса с остатками собственной трапезы, принесённой ему услужливым Рили. — Чаю?

— Разве что одну чашечку, — пожал плечами Филиус, запрыгивая в кресло, с комфортом там развалившись. — Что-то случилось? Мои студенты что-то учудили?

— О, нет-нет, — махнув рукой, данмер поднялся из-за стола, коротким жестом палочки заставляя вновь вскипеть воду в чайнике, — по правде говоря, я хотел пообщаться с вами по вашей… хм… специальности.

— О! Вас заинтересовали какие-то чары? — воодушевился профессор одноимённой дисциплины.

— И это в том числе. Скажите, я ведь не ошибусь, предположив, что ритуальная часть волшебства тоже относится к чарам?

— Кхе… — озадаченно моргнул полугоблин. — Какой внезапный вопрос… И да и нет — часть ритуалов, несомненно, основаны на чарах в том понимании, которое вкладывается в мой предмет, другие же относятся скорее к вашей зоне ответственности, но их мы, по понятным причинам, в Хогвартсе не проходим… А третьи я бы и вовсе отнёс к области верований и жреческих традиций… Не уверен, правда, правильно ли называть их волшебством и чарами, — Флитвик развёл руками, с благодарным кивком принимая чашку с чаем. — Но вы меня, определённо, заинтриговали. Не поясните, с чем именно связан ваш интерес?

— Некоторое время назад, — маг опёрся на столешницу, с задумчивым видом сложив руки на груди, — я заинтересовался вопросами трансфигурации. В частности, одним из исключений Гампа, запрещающим создавать драгоценные металлы и камни…

— Только не говорите мне, профессор Хан, — покачал головой Флитвик, — что вас не миновала «золотая лихорадка», косившая волшебников прошлых веков с завидным упорством…

— О, что вы, что вы… Вопрос интересовал меня сугубо с теоретической, а потом и прикладной стороны дела… Презренный металл, — данмер хмыкнул, — куда проще добыть другими способами…

— Прошу прощения за сомнения, коллега, — с некоторой долей вины отсалютовал магу чашкой профессор чар, — я поторопился в суждениях… И готов слушать дальше…

— Изучая вопрос, — мужчина с улыбкой кивнул, принимая извинения, — я упёрся в одну досадную проблему… Моих знаний достаточно, чтобы рассчитать преобразование, причём, как временной, так и постоянной формы, позволяющее создать из угольной пыли алмаз… — Флитвик чуть не подавился чаем, глоток которого как раз сейчас решил сделать, шокированно уставившись на данмера, — а моих сил, — как ни в чём не бывало продолжил Авалор, — достаточно, чтобы это преобразование провести, но… Скажем так, количество энергии, которое для этого потребуется, будет столь велико, что мне буквально проще ограбить какой-нибудь ювелирный магазин…

— Я сделаю вид, что не слышал ваших слов про противоправные действия, пусть и в магловском мире, — вздохнул Филиус. — И, пожалуй, даже не буду спрашивать, для чего вам вообще понадобилось создавать алмазы и как вы сумели обойти одно из исключений Гампа, но… Нет, всё же спрошу! — полугоблин с внимательным прищуром посмотрел на Авалора. — Зачем?

— Драгоценные камни, — развёл руками маг, — при некоторой фантазии и определённых навыках, могут использоваться в качестве накопителей магической энергии, которые, в свою очередь, можно применять при создании артефактов…

— Но… Зачем? — повторил профессор, явно «зависнув» от такой постановки вопроса.

— Для случаев, когда артефакт может оказаться чрезмерно «прожорливым», и для него будет недостаточно магического фона из окружающей среды, — Авалор пожал плечами, демонстрируя, что не видит никакой проблемы в такой постановке вопроса.

В отличие от самого Флитвика. Хоть маг и не добрался до местной артефакторики «в полный рост», так сказать, общие принципы он успел просмотреть, и из них совершенно однозначным образом выходило, что за всю историю волшебников, по крайней мере, волшебников Англии, не было ни одного случая, когда создаваемый волшебный предмет требовал магической энергии больше, чем мог поглотить из окружающей среды. Единственным, что выбивалось из этой статистики, были огромные комплексные артефакты наподобие Хогвартса, но, похоже, создатели волшебного замка нашли какой-то способ для решения этой проблемы, к примеру, выбирая для постройки места с повышенным магическим фоном… А потому шок на лице Филиуса был вполне объяснимым явлением.

— Кхм… Допустим… — наконец выдохнул полугоблин. — Хотя я и не могу даже представить, что вам может понадобиться создать такого, что потребовало бы столь огромного количества вкладываемой энергии… И я всё ещё не улавливаю, чем вас могли заинтересовать ритуалы, и почему вы обратились с этим именно ко мне? Полагаю, директор Дамблдор или профессор Макгонагалл будут несколько более… хм… сведущими в трансфигурации, чем я.

— С директором я уже консультировался по данному вопросу, — кивнул маг. — К сожалению, я лишь получил подтверждения и так сделанных выводов… От вас же, коллега, — данмер развёл руками, — я хотел бы услышать… Возможно ли, хотя бы теоретически, создать ритуал, который выполнял бы ту же функцию, но не требовал от меня единовременного приложения сил, достаточных для того, чтобы взорвать Хогвартс?

В кабинете повисла звенящая тишина — Флитвик снова замер, явно задумавшись над вопросом Авалора, так и не донеся до рта чашку с остатками чая, а сам маг просто терпеливо ждал ответа полугоблина. По правде говоря, вопрос создания ритуала, который должен будет заменить прямое трансфигурационное преобразование, он уже изучал самостоятельно. И пришёл к выводу, что, чисто теоретически, этому ничего не препятствует. Фактически, ритуалы, основанные на чарах, были теми же самыми… чарами, только в несколько видоизменённой форме, что расширяло и изменяло принципы их работы и применения, в том числе, позволяя создавать комплексные и весьма затратные эффекты, сочетающие в себе действие нескольких заклинаний разом. Банальный пример — «заклятие незримого расширения» (*40.1), фактически являющееся как раз ритуалом.

А главным, и самым важным для Авалора, аспектом была как раз возможность «оптимизации» итогового построения, позволявшая снизить затраты энергии или, как минимум, растянуть их во времени. По крайней мере, как показывала книжная история Гермионы Грейнджер, сумевшей на «голом энтузиазме» и неуёмной жадности до книжных знаний зачаровать собственную дамскую сумочку, в последствии используя её в качестве склада полезных бытовых мелочей, включая волшебную палатку с точно таким же расширенным пространством, посуду, лекарственные и прикладные зелья, несколько комплектов одежды для себя и друзей, портрет одного из директоров Хогвартса и, на закуску, «скромную» библиотеку для развлекательного чтива… Кхм… Хотя, возможно, это была та самая «обычная дамская сумочка» из легенд, но о таком Авалор предпочитал не думать… Да, просто не думать.

— Признаюсь честно, — медленно начал Флитвик после затянувшегося молчания, — сама постановка вашего вопроса вызывает у меня желание, например, сдать вас в Мунго… Без обид…

— Я понимаю, — маг махнул рукой, — но вполне могу продемонстрировать, что не сошёл с ума, а такое превращение на самом деле реально… Хоть и крайне затратно…

— И я, пожалуй, не хочу даже задумываться, насколько реальны ваши слова про приложение сил, «достаточных для того, чтобы взорвать Хогвартс»… Надеюсь только, что школа уцелеет. Впрочем, раз директор Дамблдор в курсе… — дождавшись кивка Авалора, полугоблин продолжил. — Кхм… Что касается, собственно, вопроса… С высоты своих знаний я не вижу препятствий тому, чтобы рассчитать ритуал на базе трансфигурации, призванный превратить один объект в другой… Даже, да простит меня всё мировое волшебное сообщество за мои слова, если результатом станет трансфигурация драгоценных камней… Тем более что само преобразование вы уже рассчитали. Учитывая, что ваша цель состоит, в первую очередь, в уменьшении количества вкладываемых непосредственно вами сил, оптимальным будет растянуть действие ритуала во времени — такой подход иногда применяется при создании стационарных защитных чар на поместьях или… иных крупных строениях.

— И на сколько сильно это растянет процесс? — с любопытством уточнил маг.

— Зависит от того, сколько сил вы готовы потратить в момент активации ритуала, — Флитвик пожал плечами. — Можно потратить столько же, сколько требует простой Люмос, но и результат вы получите через пару лет… Я передам вам список литературы и собственные конспекты по принципам составления ритуалов. Что-то, конечно, есть и в библиотеке школы, но, право слово, не так много, как хотелось бы.

— Буду вам невероятно признателен, — широко улыбнулся Авалор. — Это значительно упростит мои изыскания!

— Что же… — допив чай, полугоблин со вздохом поднялся из кресла. — Если это было всё, что вас интересовало…

— По правде говоря, — маг хмыкнул — был ещё один вопрос… Скорее даже просьба…

— Слушаю, — волшебник кивнул.

— Быть может, вы подскажете, где можно раздобыть пару очков вроде тех, которыми пользуется наш директор? Я ведь не ошибусь, предположив, что он использует очки Дюваля?

Маг, конечно, умел видеть магические потоки, но специализированный инструмент — это всегда специализированный инструмент. Как минимум, вреда от его наличия не будет уж точно, а как максимум, очки Дюваля могли весьма расширить его возможности. Да и просто в качестве объекта исследования они были бы небесполезны…

— Кхм… Да, всё верно, — Филиус вздохнул, — я постараюсь узнать, возьмётся ли мой знакомый мастер-артефактор за частный заказ. Он думал отойти от дел, но…

— Я понимаю, — маг кивнул. — Буду ждать от вас вестей…

— В таком случае, хорошего вам вечера, профессор Хан. Спасибо за чай и весьма интересную беседу… Вы дали мне множество тем для размышления…

— Хорошего вечера, профессор Флитвик… Благодарю за беседу.

Проводив уходящего полугоблина взглядом, данмер в задумчивости прошёлся по кабинету, усевшись затем за свой стол — теперь, после столь обнадёживающе прошедшей беседы, можно было взяться и за знаменитую мантию невидимости Гарри Поттера… Коротким жестом Ваббаджека Авалор закрыл и запер дверь в кабинет, чтобы избежать неожиданных посетителей, а потом, сдвинув в сторону лежавшие на столешнице бумаги, аккуратно развернул и расправил на столе серебристую струящуюся ткань артефакта.

Внешне легендарный Дар Смерти, если это был именно он, представлял собой достаточно большой кусок неизвестной магу ткани, незначительно искажавший свои контуры при беглом взгляде — даже не будучи надетой на кого-то, мантия-невидимка словно пыталась ускользнуть от чужого внимания, хотя и не становясь при этом полностью невидимой. Данмер осторожно провёл по мантии ладонью, чувствуя лёгкой покалывание в кончиках пальцев, свидетельствовавшее о том, что материал был буквально пропитан магией.

— Любопытно…

Перейдя на магическое зрение, мужчина невольно негромко присвистнул от уважительного удивления — мантия была чем угодно, но совершенно точно не творением волшебника-артефактора, даже, если предположить, что этот волшебник был гениальнейшим гением своего поколения и вообще, круче него только Мерлин во плоти… Если раньше маг думал, что плетения, вложенные в стены Хогвартса Основателями, были сложными и запутанными, то теперь он приходил к выводу, что на фоне лежавшей перед ним ткани замок выглядел, как поделка деревенского знахаря…

Чёрт побери! Да теперь он вообще начинал сомневаться, что в мантии Поттера есть хотя бы одна нить реальной ткани, настолько магически насыщенной она была. Больше походило на то, что артефакт был буквально «соткан» из магической энергии, по прихоти своего создателя принявшей вид шелковистого материала. Нет, скорее всего, какая-то материальная основа в артефакте всё же присутствовала, но после такой… обработки она была чистой условностью.

Тяжело вздохнув, маг был вынужден прийти к неутешительному выводу, что детально разобраться в структуре артефакта своими силами он не сможет от слова «совсем», и даже очки Дюваля, если знакомый Флитвика всё же сподобится принять персональный заказ на их изготовление, вряд ли сильно изменят ситуацию. Для чистоты эксперимента, конечно, стоило достать «обычную» мантию-невидимку и сравнить их плетения, но интуиция тонко намекала данмеру, что разница будет разительной.

Когда-нибудь он, несомненно, добудет одну из таких, сугубо для собственного успокоения и завершённости исследования, возможно, даже досконально разберёт вложенные заклинания в попытке усовершенствовать структуру и устранить ключевой недостаток в виде малого срока службы, но… С мантией Гарри Поттера это не будет иметь уже ничего общего. Хотя, ему было интересно, а знает ли хотя бы Дамблдор о том, что именно находится в руках его студента? То, что сам Поттер, похоже, был вообще не в курсе, было очевидно и так…

Несколько томительных секунд Авалор с сомнением на лице смотрел на артефакт на столе, взвешивая все «за» и «против» и решая, разумно ли будет испытать её действие на самом себе… Врождённую паранойю он демонстрировал нечасто, но к её голосу всё же старался прислушиваться, это было полезно для здоровья. Впрочем, именно здесь и сейчас этот голос звучал как-то неубедительно и неуверенно — мантию-невидимку использовали уже несколько человек, её передавали из рук в руки, отбирали и одалживали, словом обращались так, как обращаются с любым другим предметом гардероба, и никто ещё не умер. По крайней мере, от самого факта её надевания.

— Ну, если что, это будет самая глупая смерть в истории… двух миров, — хмыкнул Авалор.

Наконец, вздохнув, данмер поднялся из-за стола, прихватив мантию, и прошёл в спальню, выпрямившись напротив ростового зеркала, стоявшего в углу. В последний раз взвесив мантию в руке, мужчина накинул её на плечи, внимательно вглядываясь в своё отражение. Как и ожидалось, всё тело Авалора ниже плеч буквально исчезло — с заинтересованным прищуром маг обводил собственную невидимую фигуру багрово мерцавшими под иллюзией глазами и… не видел ничего! Буквально. Несмотря на то, что, лёжа на столе, мантия-невидимка ярко светилась от заложенной в неё магической энергии, сейчас, будучи надетой и используемой по назначению, она словно перестала излучать вовсе.

Впрочем, это было совершенно логично и разумно — было бы глупо создавать артефакт, главное предназначение которого состоит в незаметности и сокрытии носителя, но оставлять столь явный просчёт в этой самой маскировке… Да и на примере Поттера он уже видел точно такой же эффект. Кивнув своим мыслям, данмер плавным движением натянул мантию на голову, скрываясь под ней полностью. И вот теперь… Всё разительно изменилось.

По коже Авалора прокатилась лёгкая волна прохлады, словно откуда-то подул освежающий морской бриз, а комната перед его глазами на мгновение подёрнулась полупрозрачной пеленой, исчезнувшей в следующее же мгновение. «Ткань» мантии, непрозрачная в обычном состоянии, абсолютно не препятствовала его взгляду, будучи накинутой на голову — он буквально мог видеть так, словно ничего и не мешало, хотя, к некоторому удивлению, всё же чётко понимал, что мантия всё ещё находится на нём, чувствовал прикосновение материала и мог с уверенностью сказать, где заканчиваются её гра…

Внезапное чувство пристального взгляда, направленного словно со всех сторон разом, буквально придавило Авалора, заставив данмера на секунду замереть, а затем начать резко осматриваться. Кто-то… Что-то… обратило на него взор, стоило магу нацепить мантию-невидимку. Он всем своим Я чувствовал поток чужого внимания, изучающий каждую клетку его тела, каждую крупицу магической энергии, протекавшей через него, каждый… На миг его словно разъяли на части, рассмотрели каждую под микроскопом и собрали обратно.

Всё продлилось, по субъективным ощущениям, всего секунду, но даже за столь короткое время маг сполна ощутил… всё то, что ощутил — даже не зная, что или кто обратил на него внимание, он трезво понимал, что с сущностью такого масштаба сделать не сможет ровным счётом ничего. Пожелай это нечто, и от Авалора Хана, профессора Защиты от Тёмных Искусств в Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс, не останется даже воспоминания. И, что его истинная природа, что мнение местных жителей на этот счёт, не поменяют ровным счётом ничего.

Чувство взгляда исчезло столь же внезапно, как и появилось, заставив данмера испытать невероятное облегчение, словно с его плеч сняли огромный камень, прижимавший его к полу. Сглотнув, мужчина осторожно повернулся, оглядывая помещение, а затем, не увидев ничего необычного, плавным движением стянул серебристую ткань, с некоторой опаской взвесив её в руке. Одно можно было сказать с практиче… да уж теперь-то точно с абсолютной уверенностью — кто бы ни создал мантию-невидимку Поттера, простым волшебником неизвестный не был. А уж, учитывая все легенды, ходящие по миру… Кхм…

Нет, всегда оставалось место совпадению, но в совпадения таких калибров маг никогда не верил! Как не поверит и в то, что кто-то уровня Смерти «внезапно» решит обратить столь пристальное внимание на его скромную персону именно в тот момент, когда он надел на себя мантию, по всем признакам являвшуюся одним из знаменитых Даров Смерти. Короче, даже если это всё же окажется совпадением, то… Ну его нахрен, как говорили классики!

Подчёркнуто аккуратными движениями Авалор свернул серебристую ткань, в очередной раз уважительно покивав тому, насколько невесомой и компактной она стала, а затем вернулся в кабинет. Взять на исследование мантии целую неделю, кажется, было слегка… чересчур, но пока он всё равно оставит артефакт у себя — возможно, за оставшиеся дни ему придёт в голову что-то полезное. Как минимум, у него будет возможность если и не разобрать, то хотя бы запомнить вложенное в материал плетение. Такие, он не побоится этого слова, шедевры артефакторики сами по себе стоили того, чтобы их изучать.

Невольно данмер поймал себя на мысли, что было бы весьма неплохо дотянуться и до оставшихся двух артефактов, приписываемых к той же самой легенде. Привлекать излишнее внимание их настоящего создателя было не самой умной идеей, но и столь легко отказаться от утоления собственного любопытства было выше его сил. Впрочем, пока что у него всё равно не было возможности эти самые Дары Смерти получить — Бузинная палочка, предположительно, была в руках директора, и он вряд ли расстанется с ней даже на время со столь же большой готовностью, что и Гарри Поттер со своей мантией, а Воскрешающий камень… В книжной истории он был вставлен в кольцо Гонтов, которое потом было использовано Волан-де-Мортом в качестве одного из якорей…

К счастью, именно этот момент проверить было проще всего, если, конечно, местный «тёмный лорд» не передумал на счёт достигнутого на памятной встрече соглашения. И узнать, так ли это, будет можно совсем скоро.

Школа Чародейства и Волшебства Хогвартс. Библиотека.

Мысли о том, как продержаться под водой целый час, не отпускали Гарри весь следующий день, и даже странная встреча с профессором Ханом, зачем-то выпросившим у него мантию отца на изучение, не перебивала накапливающееся напряжение. Невилл, как и обещал, посмотрел по своим книгам про жабросли, но, к сожалению, ничего кардинально нового сообщить не смог — в Англии они и в самом деле не росли, найти их было возможно только в лавке с ингредиентами для зельеверения или, на этом месте Гарри не удержался от нервного смешка, в кабинете у Снейпа. Им, конечно, было не в первой обносить кладовку декана Слизерина, но памятного случая с оборотным зельем ему было вполне достаточно, чтобы рассматривать этот способ в последнюю очередь.

Что там! Он, кажется, был готов вообще подойти к Снейпу лично и спросить про эти Мерлиновы жабросли, а ещё лучше — про рецепт зелья подводного дыхания, или как там его называл Невилл… Хотя, с этим он явно перегнул палку. Да и взгляд, которым профессор смотрел на всех студентов на последнем занятии, куда как красноречиво мотивировал не беспокоить его глупыми вопросами. Так что, этот вариант он, пожалуй, оставит на ещё более последнюю очередь. К тому же, у него ещё оставались шансы найти что-то полезное в библиотеке, чем он сейчас и занимался, обложившись пыльными книгами и старательно пытаясь найти любой альтернативный способ выжить без воздуха и не отморозить себе всё, что только можно. К счастью, друзья, а особенно Гермиона, принимали в поисках посильное участие, что внушало дополнительный оптимизм на благоприятный исход.

— Слушай, — с выражением отвращения на лице оторвался от одной из книг Рон, — а, может, повторить проверенный метод? У маглов же есть эти… как их… аквашланги? Ну, ты рассказывал, помнишь? Используем Манящие чары, как на первом Испытании, и…

— Акваланги, Рон, — раздражённо выдохнула Гермиона, — они называются акваланги…

— А я как сказал?

— Не важно… В любом случае это не поможет.

— Да почему?! — воскликнул Рон.

— Мистер Уизли! — недовольно повернула в его голову мадам Пинс. — Соблюдайте тишину в библиотеке!

— Д-да, простите… — почти шёпотом произнёс волшебник, втянув голову в плечи и поворачиваясь обратно к Гермионе. — Почему это не поможет?

— Я не умею плавать с аквалангом, — вздохнул Гарри вместо девушки.

— И, даже если Гарри научится это делать до второго Испытания, — волшебница кивнула, — что сомнительно, откуда ты собираешься его призывать?

— Да из ближайшего магловского городка же, ну! Там наверняка есть нужный магазин, чтобы купить аквашла… акваланг, ласты и маску!

— О, отлично! — саркастично всплеснула руками Гермиона. — Мало того, что до ближайшего магловского города от Хогвартса очень далеко, и у Гарри банально не хватит сил притянуть с такого расстояния акваланг, мало того, что лететь он оттуда будет не один десяток минут, так ты ещё и предлагаешь ему нарушить Статут о секретности? Маглы не слепые, Рон! Они наверняка заметят летящий в небе акваланг!

— Я хоть что-то предлагаю! — Рон насупился.

— Лучше всего превратиться во что-то, плавающее под водой… Например, подводную лодку. Жаль, что трансфигурация человека будет только на шестом курсе… Сейчас лучше и не пробовать — времени осталось слишком мало, а цена ошибки…

— Да уж, — Гарри вздохнул, улыбнувшись девушке, явно старавшейся поддержать его и поднять ему настроение, — только перископа на голове мне и не хватает для полного счастья… Вот классное фото в «Пророк» будет! Лучше уж анимагом стать и превращаться в какую-нибудь рыбину…

— Ага, вот только превращениям в животных учатся годами, — покачала головой волшебница, — а потом ещё и регистрироваться в Министерстве надо. Помните, Макгонагалл как-то спрашивали, и она рассказывала про это? Ну, что надо зарегистрировать приметы своей анимагической формы в Отделе несанкционированного волшебства, чтобы, если вдруг что…

— Да я пошутил, — махнул рукой Гарри. — Всё равно я не успел бы этому научиться до второго Испытания, даже окажись я гением в трансфигруации (*40.2). Там же, вроде, целый ритуал нужен?

Волшебница кивнула, а юноша отложил очередной просмотренный фолиант, задумчиво обведя взглядом стопку ещё не прочитанных — благодаря выпрошенному в обед разрешению от профессора Макгонагалл, тут были даже экземпляры из Запретной секции, а значит, у него оставались шансы найти что-то… Полезное. В конце концов, вариант с жаброслями или аналогичным зельем уже был продуман, оставалось только где-то раздобыть нужные ингредиенты. И сделать это вовремя… Н-да…

— Кстати! Я просмотрела правила Турнира, — вспомнила Гермиона. — Чемпионам запрещено получать помощь от кого бы то ни было, — девушка со скептицизмом оглядела их компанию, переведя затем взгляд на сидевших в дальнем конце библиотеки дурмстранговцев во главе с Крамом, — но на такое обычно закрывают глаза. Насчёт зелий… Тут сложнее — покупать готовые правила не разрешают, хотя приготовить какое-то из них самостоятельно, купив лишь ингредиенты, всё ещё можно.

— Осталось теперь найти рецепт этого зелья… — вздохнул Гарри. — И надеяться, что его реально сварить с нашими знаниями за оставшееся время.

— Я поищу! — закивала Гермиона.

— Чары! — вскинулся Рон. — Может, Гарри воспользоваться чарами? Есть же заклинание головного пузыря (*40.3)! Я слышал, как старшекурсники его обсуждали!

— Это программа шестого курса, — с сомнением посмотрела на него девушка.

— И что? Гарри справится! Он ведь сумел освоить вызов Патронуса!

— Идея, конечно, интересная, — кивнул юноша, соглашаясь с другом. — Давайте так… Гермиона, поищи рецепт зелья, как и хотела, а я найду это заклинание в учебнике по Чарам. Думаю, не будет хуже, если я попробую оба варианта сразу — варить зелье всё равно придётся на протяжении какого-то времени, а даже если у нас не выйдет, я смогу использовать чары головного пузыря. Если же они окажутся слишком сложными… — Гарри со вздохом развёл руками. — Что же, тогда я просто съем жабросли в чистом виде и поплыву так — думаю, достать две порции ингредиента будет не сильно сложнее, чем одну.

На лице кивнувшей волшебницы он прочитал серьёзное беспокойство за него, что порождало какое-то странное, но невероятно приятное и тёплое чувство в груди. И, кажется, теперь он ощущал себя чуть более уверенным в приближающемся Испытании. Его всё ещё беспокоила проблема холодной февральской воды, но это виделось уже не столь страшной задачей — согревающие чары представлялись ему куда более лёгкими. Особенно на фоне всех прочих проблем. К тому же, он в который раз напомнил себе, что всегда может просто… отказаться от участия в Турнире.

Да, такая мысль вызывала у Гарри небольшую неприязнь и чувство стыда перед профессором Ханом и директором Дамблдором, которые, кажется, искренне верили в его силы и, кроме всего прочего, сумели бы таким образом поймать злоумышленника, закинувшего в Кубок его имя, но… Такой вариант всё равно оставался доступным. И это успокаивало. Немного, но успокаивало.

— Ты прав, Гарри, — девушка с тяжёлым вздохом кивнула. — Ты написал Си… Бродяге? — понизила голос ещё больше Гермиона, наклонившись к уху юноши. — Он просил делиться новостями…

— Угу, — Гарри кивнул, — мы я уже дважды ему писал. Вот и сейчас — сообщил всё, что мы выяснили, но не думаю, что он подскажет что-то сверх того, что мы и так уже знаем. К тому же, он зачем-то спрашивал, когда ближайший поход в Хогсмид, видимо, хочет встретиться там.

— Это может быть опасно! — волшебница с тревогой нахмурилась.

— Я это знаю… Я так и написал. Но думаю, если он себе что-то втемяшит в голову, даже рота авроров на каждом углу Хогсмида его не остановит. Сказал ему, что поход только после второго Испытания… Если доживу, — Гарри развёл руками, вымученно улыбнувшись.

Гермиона возмущённо толкнула его кулаком в плечо, а в её взгляде юноша легко читал нешуточное беспокойство за его судьбу. Пожав плечами, он снова принялся листать книги перед собой в надежде найти что-нибудь полезное для выживания в водах Чёрного озера…

Школа Чародейства и Волшебства Хогвартс. Где-то в коридорах.

— Грюм, вам не надоело?! — раздражённо дёрнул щекой Северус Снейп, наблюдая, как аврор буквально обнюхивает каждый метр его кабинета.

— Вы сами жаловались мне, что к вам пробираются студенты, воруют из ингредиентов что-то запрещённое, — Аластор-Крауч криво ухмыльнулся. — И мне крайне интересно, что же такого запрещённого можно сварить из школьного набора для зельеварения, мистер… Снейп!

— Не придирайтесь к словам! Вы ещё скажите, что я тут прячу что-то противозаконное! Смею вам напомнить, что я мастер-зельевар, и работа профессором в школе не имеет никакого отношения к моим личным навыкам и исследованиям! Да, здесь можно найти ингредиенты для зелий, выходящих за пределы школьного курса, но, во-первых, директор Дамблдор об этом знает, а во-вторых, помимо всего прочего я варю зелья для медицинского крыла! И об обоих фактах вам прекрасно известно!

— Дамблдор вообще страдает излишней доверчивостью к людям, Снейп, — осклабился мужчина. — Даёт им вторые шансы, помогает начать новую жизнь. Но я считаю, что некоторые пятна не отмыть так просто.

С выражением искреннего удовольствия на лице аврор проследил, как зельевар чуть ли не зашипел, невольно обхватив правой рукой левую, словно предплечье пронзила сильная боль. Ему явно доставляло искреннее удовольствие происходящее — издеваться над «соратником», считающим себя умнее всех, было по-настоящему приятно. И, хотя указаний на этот счёт ему не давали, аврор посчитал допустимым немного расслабиться, тем более что ему в любом случае было необходимо проверить содержимое кладовки Северуса. Запасы оборотного зелья у него были, но всегда проще перестраховаться, чем потом лихорадочно бегать по школе или нестись в лавку, до которой ещё добраться надо…

— Мерлин с вами, — раздражённо махнул рукой Снейп, усаживаясь за стол, — делайте, что хотите, только избавьте меня от своего присутствия! Желательно, побыстрее. Или хотя бы не отвлекайте! У меня ещё есть работа!

Ухмыльнувшись, Крауч-младший снова вернулся к изучению содержимого кладовой зельевара. Набор там был… внушительный — Снейп явно был подготовлен к любой возможной неожиданности, какая только может произойти в Хогвартсе и будет разрешима при помощи зельеварения. Любопытно… Волшебный глаз дёргаными движениями пробежался по всем полкам, а сам мужчина прищурился, прикидывая что-то в уме.

Быть может, ему стоит подсказать мелкому Поттеру идею с зельем водного дыхания? Остальные чемпионы явно додумаются до чего-то своего, но ждать гениальных идей от четверокурсника… Конечно, за ним явно присматривает Хан, по крайней мере, именно так казалось со стороны, но пускать на самотёк вопрос было нельзя — Повелителю нужен мальчишка, нужен живым и дошедшим до финала Турнира, как минимум. Барти пытался спросить у него, зачем стоило городить такую сложную схему, если, при его наличии в Хогварncе, Поттера всегда можно просто выкрасть, но… Впрочем, приказы есть приказы. Но про зелье он всё же подумает.

— Вы довольны? — буквально источающим яд тоном произнёс от своего стола Снейп. — Или, быть может, обыщете ещё мою спальню и уборную?

— Надо будет — обыщу, — хмыкнул Крауч. — И на вашем месте я бы не был столь язвительным… профессор. Что бы там ни думал на ваш счёт Дамблдор, моего мнения это не изменит.

С намёком изобразив жест «я слежу за тобой в оба», «Грюм» бросил последний взгляд на содержимое кладовки и, демонстративно постукивая посохом об пол при каждом шаге, направился на выход. Чтобы почувствовать кипящую ненависть, густо замешанную на лёгких опасениях, которыми его буквально обливал оставшийся сидеть за столом зельевар, мужчине не был нужен даже артефактный глаз, который, впрочем, внимательно следил за движениями хозяина кабинета, повернувшись зрачком куда-то внутрь головы Крауча.

Отношение Волан-де-Морта к Снейпу нельзя было назвать одобрительным, хотя, правды ради, сейчас он мало в чей адрес вообще демонстрировал эту эмоцию, но полезным зельевар всё же оставался. А потому, как минимум до прямого указания от Повелителя, он его не тронет. Хотя поиздеваться, наслаждаясь видом бессильной ненависти, ему ведь никто не мешает, да? Ведь да?

Выйдя из кабинета, Крауч-младший посерьёзнел, оглядевшись по сторонам при помощи артефактного глаза. Шутки шутками, но ему было необходимо выбраться из Хогвартса на пару часов, при этом так, чтобы не вызвать ни у кого никаких подозрений или вопросов. Нужно передать сообщение от этого Хана… Он понятия не имел, о чём они договорились с Повелителем, да и не его это дело, но это наверняка что-то крайне важное и срочное, а потому, как он и сказал профессору ЗоТИ, сделать это постарается в кратчайшие сроки. К сожалению, просто взять и отправить сову у него не выйдет — школьным птицам он просто не доверял.

— Сэр? — коротко кивнул при виде него один из авроров, дежуривших сегодня на входе в замок.

— Происшествия? — хрипло спросил Барти.

— Никак нет, сэр. Несколько учеников выходили из замка после ужина, но все уже вернулись в располо… кхм… в школу. Сэр.

— Отлично. Если меня будут искать, я пойду подышу воздухом — бесят эти неучи… — он демонстративно поморщился. — А мне ведь ещё завтра седьмой курс гонять… Директор, чтоб у него леденцы кончились, уболтал…

— Да, сэр, — аврор кивнул. — Я через час сменяюсь, на ночь тут будет Дарп. Но я передам.

Махнув рукой, Крауч-младший поковылял наружу. Технически говоря, он даже не особенно и соврал — студенты шестого и седьмого курса, которых он был вынужден «тренировать», делясь опытом, порой вызывали у него зубовный скрежет и желание разбрасываться непростительными… Особенно — в сторону настоящего Аластора Грюма, который согласился на это извращение, и за которого он теперь был вынужден отдуваться. Коротким жестом палочки набросив на себя согревающее заклинание, Барти поковылял в сторону деревни Хогсмид. Насколько он помнил, барьер над замком, не позволяющий использовать аппарацию, заканчивался аккурат на дальнем конце моста, ведущего в сторону деревни. Достаточно далеко от неё, чтобы остаться незамеченным.

Добравшись до нужного места и убедившись в отсутствии нежелательных свидетелей, «Грюм» шагнул в сторону с тропы, дополнительно скрываясь за кустами, и, вынув палочку, резким движением повернулся вокруг своей оси, исчезая с тихим хлопком. Снова осознал себя он уже в одном из переулков на окраине Лондона, в проверенном месте у заброшенного складского комплекса маглов, откуда было возможно совершить ещё пару переносов, запутывая следы и добираясь уже до последнего известного ему убежища Повелителя. Даже при условии, что там его не окажется, оставить весточку всё равно получится — Хвост узнает о визите и, убедившись, что это был не чужак, заберёт послание. По крайней мере, в этом на него можно было положиться.

Примечания:

*40.1 Оно же — ритуал незримого расширения. Оно же — Capacious estremis. Сложный ритуальный комплекс чар, позволяющий расширить ограниченную область пространства изнутри с сохранением внешних габаритов. Фактически, знаменитое Докторское «больше внутри, чем снаружи». Благодаря входящим в состав ритуала облегчающим чарам (*40.1.1), содержимое расширенного пространства также не оказывает влияния на итоговый вес объекта, позволяя, например, уместить внутри простого чемодана для путешествий полноценный особняк с прилегающей территорией и личным фруктовым садиком на заднем дворе.

Как правило, используется при создании волшебных палаток, «безразмерных» дамских сумочек или, когда требуется вместить большое количество народа в небольшое помещение. Степень расширения внутреннего объёма зависит от вложенной в ритуал магической энергии и личных умений волшебника.

*40.1.1 Они же — чары облегчения веса. Они же — Pondus Reducio. Чары, позволяющие значительно уменьшить вес предмета, вплоть до практической невесомости последнего. Относятся к бытовым чарам, используются для переноски тяжестей. В том числе являются частью ритуала незримого расширения. Авторская самодеятельность в части словесной формулы.

*40.2 Анимагия, по крайней мере, в части приобретения базовых навыков, относится к специфическому разделу трансфигурации — для обретения анимагической формы требуются знания в трансфигурации и зельеварении, а сам процесс занимает довольно длительное время из-за необходимости выполнения весьма специфических условий и является ритуалом.

*40.3 Оно же — Sphaera bubil. Чары, создающие вокруг головы волшебника подобие мыльного пузыря, наполненного пригодной для дыхания атмосферой. Чаще всего используются для дыхания под водой, хотя принцип действия заклинания позволяет применять его и для защиты от ядовитых газов или токсичной атмосферы вокруг волшебника. Авторская самодеятельность в части словесной формулы.