Эклер с ядерной пылью

Глава 17

Стон… покачивает… вздохнуть бы…

Душно так. Не шевельнуться.

Шеей вертит, щёки обо что-то трутся. Упираются.

Ногами надо, но и они не слушаются. Связаны?

Паника червём въелась в сознание Паркера. Забился он. Заистерил всем телом. Заорал так, что пар от дыхания почувствовал. Голос хриплый. Голос сломлен.

– КТО-НИБУДЬ?!

Тонут его слова, ударяясь о холщовую ткань перед лицом.

– ПОЖАЛУЙСТА!

Стук… да, точно был стук. Паркер слух напряг. Сердце так и билось, разгоняя по крови терпкий яд адреналина. Тук… тук… точно молоточком по чему-то твёрдому бьют. Тук… тук…

– ВЫ СЛЫШИТЕ?.. ЭЙ! Я СТРАЖ ЗАКОНА!

Тук… тук…

Щелчок раздался… Включили что-то?

Сквозь ткань оранжевый свет пробился – мерцает, и жарко так стало. Ногам особенно. Под себя пытается поджать – не выходит!

– ВЫ СЛЫШИТЕ?!

Потом вымазанный Паркер ёрзал, пытаясь выбраться. Но крепко, основательно привязан он был по рукам и ногам.

Что-то загрохотало, и покатился страж ближе к оранжевому свечению. Запылало, обжигая ступни.

Картину с кремацией отца подкинула память. Теперь сердце не билось – нет, оно шарахалось из стороны в сторону, распирая органы.

Лента толкала всё ближе к оранжевому зареву. Воздух куда-то весь пропал, будто выкачали. И зацепиться не за что. Зубами пытался Паркер схватить ткань. Дёрнуть. Разорвать. Не дотягивается… шея до последнего позвонка от напряжения изнемогла.

Нет, не было мыслей у Паркера, что так глупо всё и закончится. Если и была мысль, то только одна: вот что значит сгореть в адском пламени. Ни сожалений, ни раскаяния. Только выжить любой ценой. Предложи ему кто сделку – убить голыми руками в обмен на свою жизнь – он бы, не думая, исполнил. Только бы закончить этот жар, пожирающий его тело.

И тут лента заглохла. Вибрация, колышущая его спину, встала.

Паркер не совсем соображал, что происходит: обливаясь потом, затекающим ему в глаза и рот, он жадно хватал остатки воздуха. Краем уха… только краем он услышал странный звук – будто что-то бросили, а затем тот же мерный стук шагов удаляющихся…

Что это?.. Ум не находил ответов. Держаться за жизнь, выцарапать ещё драгоценные минуты – вот и всё. Вот что важно.

Ткань его чехла волнами прошла. Ощупывает кто… ищет что-то.

Чувствует Паркер, как руки быстро-быстро бегают… торопливо так.

Он голос пытается подать. Не может. Стонет только.

Наконец нашли пальцы то, что хотели. Дёрнули за собачку молнии, разводя ткань… хлынул воздух – сладкий такой. Бесценный.

Помутнело всё перед глазами. Показалось Паркеру, что он…

Глава 18

Макушка рыжих волос показалась, а за ней и испуганные глаза мальчугана.

Паркер проморгался. Зрение напряг.

– Ты?

Парнишка не ответил, только озирался и пытался помочь стражу. Расстёгивал ремни на руках и ногах.

Сглотнуть бы слюну, да в горле пересохло. Саднило так. Ногу перекинул, вторую… мир кружился, всё никак в единую картинку не собирался.

Свет мерцает, как стробоскоп.

Паркер тянется к поясу. Обшаривает. Рации нет. Электрошокера тоже. Везде пусто.

– За мной. Не отставай.

Парнишка дёру дал. Добежал до стены и в темноту нырнул. Паркер – за ним… всего трясёт, но двигается.

Сзади стук послышался. Интенсивнее. Громче! Эхом отскакивает от стен.

Бежать, бежать! Не оглядываться. Потом думать. Сейчас – спасаться. Где этот мальчик, куда исчез? Опять темнота, снова на ощупь. По ноге его кто-то хлопнул. Шикнул. Пришлось пригнуться.

– Пригибайся и за мной.

На корточки сел… всё равно в эту дырку не пролезть, пришлось ползти, опираясь коленями о холодный ребристый металл. Сквозняк гулял, дышал в лицо. Затылок пришлось опустить, чтобы не задевать.

– Здесь направо.

К развилке подошли. Что это? Вентиляция или шахта какая? Идут в темноте – только мальчишеские пятки просматриваются.

– Стой!

Паркер в паутину влез. Шум послышался… нарастал с каждой секундой, и совсем скоро загрохотало. Что-то совсем рядом пронеслось и пропало в дырке внизу.

– Это мусор. Сейчас за мной. Вниз не смотри.

Мальчишка, раскачиваясь, перекинул руки. Подполз… ногами оттолкнулся.

Теперь очередь стража. Пошаркал нехотя… Из ямы тянуло мерзкой вонью. В нос ударяло.

Не смотреть, не смотреть…

Паркер подошёл к самому краю. Впереди чёрным пятном мальчик просматривался. Где же тут край? Как руки перебросить – места для манёвра совсем нет… не разогнуться. Ладно, соберись… не так далеко. Мальчик смог – и ты сможешь.

Подполз ещё ближе… так, чтобы пальцы край почувствовали. Глаза от вони заслезились.

– Враскачку, вот так. – показал мальчик, подвигав телом.

Паркер повторил и, оттолкнувшись, зажмурился… пока не почувствовал под руками опору.

– Теперь ногами.

Сверху опять что-то загрохотало.

– Скорей!

Звук будто букву «У» уронили, и та неслась, рассекая воздух и наращивая децибелы: «уууууУУУУУУ».

– СКОРЕЙ!

Носками ботинок поскользил… Только оттолкнуться, давай же… Вот он край. Сжался пружиной весь. Мышцы огнём горели. ТОЛКАЙ!

Перемахнул в последний момент, и что-то в щель скользнуло, подняв пыль.

Закашлялись. Паркер не чувствовал сердце – оно как зашлось в галопе на высоких оборотах, так и не останавливалось – «тук-тут-тук-тутут-тутут-тук».

Ползли дальше, ладошки сдирая. Коленные чашечки ныли. Поясницу ломило.

Сколько так ползти? Вот Паркер и спросил. Не вечно же так ползком по темноте ёрзать?

– Почти пришли.

Куда? Неужели так далеко коридоры Оазиса уходят? Не припоминал он, чтобы так далеко друг от друга отсеки находились. Может, есть потайные ходы? Лазы? Всё же бункер старый – кто знает, сколько в нём дверей и коридоров.

Что-то постороннее чувствовалось в воздухе… пыльное… а затем и ладошки заскользили по шершавой поверхности. Чихнул.

Мальчик остановился – это Паркер понял, когда упёрся в полной темноте в его ногу.

Привстал он и крышку верхнюю стал толкать.

– Помоги.

Паркер толкнул как следует, и металлический люк с лязгом отъехал, засыпав их землёй.

Волосы, брови, ресницы в пыли. Отплёвываются…

– Что это за место?

– Выход из Оазиса…