Дневник (не)ловкой попаданки

Глава 18 Дорогой дневник, наша авантюра выгорела!

Сэтоши «поплыл» прямо на глазах. На щеках появился румянец. Глаза подозрительно заблестели и затуманились. Ноздри выдавали изменившееся дыхание. Пьян? Но после такого адреналинового душа весь алкоголь из его крови должен был улетучиться.

— Многоуважаемый господин Сэтоши, а вы никакие такие… — Я выразительно покрутила рукой шарики-фонарики. — …заклинания сейчас ко мне не применяли?

Слишком уж стремительно его «расколбасило».

В глазах родонца резко прояснилось.

Он расправил плечи и что-то выкрикнул на своём языке.

Минуту спустя дверь распахнулась, и проёме показался мой недавний пациент. Маг дал распоряжение по-родонски.

— Я позёву вас, Полья. Позьже.

И указал мне на выход.

Я с грустью посмотрела на зёрнышки, оставшиеся в тарелке. Взять еду для Лео мне, разумеется, никто не позволит. Не после того, как я отвергла предложение, от которого невозможно отказаться.

Пришлось последовать за громилой. Когда я была уже в дверях, Сэтоши зашипел и захлопал.

Я обернулась.

БигБосс тушил на себе пламя. Нектар в его пиале весело мерцал язычками пламени.

М-да.

Кажется, кто-то решил проверить гипотезу.

И она подтвердилась. С ущербом для репутации и уроном для гардероба.

Громила благоразумно оборачиваться не стал. Вот что значит навыки выживания в экстремальном окружении!

Дверь за нами захлопнулась. Мой спутник подождал, пока я его догоню, и пошёл рядом. Главное, что мне руки не стали связывать!

Это было даже важнее, чем захватить еду для Лео.

Я шла, уткнувшись взглядом в пол, и решала сложную задачу. По дороге в темницу (а я не сомневалась, что меня ведут туда: комнату с зеркалом и без люстры мы уже миновали) нужно было, во-первых, незаметно вытащить кинжал. Во-вторых, не засветить его в пути. В-третьих, каким-то образом передать Леонарду.

Размышления мои были грубо прерваны.

Сопровождающий дёрнул меня к стене, чтобы уступить проход паре: босому оборванцу и вооружённому конвоиру. Рабочий нёс на плечах две корзины, связанные веревкой. Бедняга едва двигался от усталости и, вероятно, недоедания. А мы с громилой занимали слишком много места. Корзина столкнулась с воином, и из неё что-то вывалилось на пол.

Мой головорез замахнулся на работягу одновременно с конвоиром.

Я наклонилась и быстро подняла несколько упавших светло-жёлтых осколочков, на которые раскрошился упавший кусок.

— Видите, ничего страшного не случилось! — Я сложила рассыпанное обратно в корзину и улыбнулась.

Родонцы застыли, явно не имея инструкций на такой случай.

Конвоир влепил подопечному подзатыльник и распахнул ближайшую дверь. Я успела заметить на столах ступки и пестики, прежде чем мой сопровождающий толкнул меня вперёд.

…Это, кстати, идея!

Мы дошли до двери в подвал. Как я и ожидала, прислужник Сэтоши снял со стены факел и жестом велел мне идти вперёд. Я спустилась на пару ступенек, встала как вкопанная и заныла.

И получила ожидаемый тычок в спину.

Это был самый рискованный пункт плана. Потому что осторожно упасть на тёмной винтовой лестнице — это тот ещё трюк для сильных духом каскадёров. Но выбора не было. Я пролетела вперёд, ударилась плечом о стену и тут, типа, подвернула ногу.

— И-й-й-й-й! — зашипела я правдоподобия ради, свернулась в позу эмбриона, быстро вынула кинжал из сапога. Спрятала его под рукав острием вверх и тут же прижала второй рукой, будто держалась за локоть. Это был второй шаткий момент плана. Но если бы я несла кинжал в руке, даже в темноте шансов это заметить было больше. А если бы убрала за пазуху, сунув под пояс, как потом его быстро и незаметно достать? В общем, я надеялась облапошить тюремщика таким нехитрым фокусом.

— С вами всё хорошо? — встревоженно кинулся он ко мне.

Ну ещё бы!

Вряд ли Сэтоши погладит по головке, если он укокошит ценную пленницу.

— О-о-о-о… — простонала я умирающим лебедем. — Да. Да. Не троньте! Я сама!

Он трогать и не спешил. Я всё же кандидатка в таинственные нэдзё!

Криво-косо, слегка прихрамывая, я поплелась по стеночке вниз.

И тут начиналась третья сложность.

— Поля, что с тобой! — Лео не оплошал. Он стоял у решётки.

Я бросилась к нему.

И быстро сунула в руки оружие.

Головорез что-то гневно гаркнул по-родонски, схватил меня за шкирку и швырнул в пустую камеру.

Но мне уже было всё равно. Миссия выполнена.

Дальше у меня роль второго плана.

Бормоча под нос что-то непечатное, громила закрыл дверь, и, гремя ключами, утопал по лестнице, унося с собою свет. Но теперь почему-то темнота меня не пугала.

В сравнении с родонским психопатом она казалась менее страшной.

— Что случилось на лестнице? — заговорил Лео.

— Ничего не случилось. Я сама.

— Куда тебя водили?

— Распивать горячительные напитки с Сэтоши.

— Как-то не очень ты… разгорячённая, — буркнул Леонарду. — Сильно орал? Он тебя не тронул?

— А… Нет. Но пытался меня соблазнить. Магически.

Скрежет металла о металл прекратился.

— Поля. Он тебе что-то сделал? — в голосе Лео слышалась искренняя тревога и забота обо мне.

— Он передумал. Лео, ты только не обижайся. Но мне нужно знать ответ на один вопрос…

— Полина, ты попала сюда по моей вине. Если у тебя появится возможность выжить, ты обязана ею воспользоваться! Всё остальное не имеет значение. Не стоит мучиться моральными дилеммами, если ты сейчас о них. — Лео чеканил слова, как монетный завод.

— Я не об этом! Подожди. Не перебивай! На самом деле мы нормально поговорили. Он, конечно, психопат нездоровый, но держал себя в руках. Это я. Его тронула. Ну руки куснулась. Просто успокоить хотела. Он так испугался, когда о новом оружии проговорился…

— О каком оружии?

— Не знаю. Просто случайно проговорился, что они отливают из железа новое оружие. А когда понял, что сказал, то весь аж побелел. Думаю, сейчас как кони дви… В смысле, откинется…

— Так ему и надо, ублюдку!

— Лео, ну о чём ты говоришь? И я такая рядом с ним, тёпленьким, сижу довольная! Родонцы и так считают меня какой-то «нэдзё». Местной ведьмой, которую слушаются шуникеры. Так называется змея, которую мы выпустили на свободу.

— Ты, — уточнил Леонарду нежно.

— Ладно. Я выпустила. И что, я после этого сразу ведьма⁈ Я же нечаянно!

— Ладно. Что там с этим гнусным Сэтошей стало?

— Ничего. Я просто коснулась пальцами его руки. А он от меня как дёрнется, будто на него самосвал навоза вывалили! А потом спрашивает у меня: ты, говорит, жива ещё?

— Так. — В голосе Лео послышались предупреждающие нотки. — Ты его коснулась или нет?

Всё же заревновал? А ведь только что: не смотри на меня, делай всё для своего выживания…

— Я же сказала: просто успокоить его хотела.

— Да это неважно! Полина, у родонцев есть такие особые люди: Неприкасаемые. Физически. То есть никто не может их коснуться и остаться в живых.

— Проклятие такое?

— Наверное. Как это реализовано, понятия не имею. Говорил же, у нас о Родонии известно очень мало. Обмениваемся крохами, кто что узнал, с союзниками по дипломатическим каналам. Император делает Неприкасаемыми тех, выполняющие особые поручения. Чтобы ничто и никто не отвлекал их от миссии.

— Ты сейчас тонко намекаешь, что красавчик Сэтоши чёрт знает сколько не ведал женской ласки?

Понятно, с чего его вдруг так повело…

— Нет. Я хочу сказать, что твоя ценность для него гораздо выше, чем ты можешь представить.

— Слушай, ты прав! — вдруг дошло до меня. — В смысле Неприкасаемых. Сэтоши говорил, что Император отправил его сюда с супер важной миссией!

— Связанной с тем самым новейшим оружием?

Вдалеке скрипнула дверь, и наше увлекательное обсуждение прервалось.

В темноте слышались тяжелые неровные шаги. Сильный стук, слабый стук, сильный — слабый. Когда в коридоре появился свет от факела, моя догадка подтвердилась.

Это шёл пациент-головорез. Он что-то гаркнул на своём.

— Он говорит, что господин наместник желает тебя видеть, Поля, — перевёл Леонарду.

— Вообще-то он прекрасно понимает и говорит по-нашему, — сдала я громилу.

Я в ужасе вцепилась руками в замок, будто это могло отсрочить мой повторный визит к начальству. Очевидно, Сэтоши сделал выводы. Не знаю, какие, но вряд ли они меня порадуют.

Родонец никак не отреагировал на рассекречивание. Ключ со скрипом вошёл в скважину, со скрипом провернулся…

…потом ещё раз…

…и ещё…

Щелчка не последовало.

— Замок сломался? — догадалась я.

Лео хохотнул.

Бугай прорычал что-то в потолок.

— Мальчик на побегушках господина наместника не очень вежливо отзывается о твоих родителях и намекает на интимные связи с ними и прочими нэдзё, — перевёл Лео.

Родонец что-то рыкнул в его сторону через плечо.

— А сейчас он говорит, что оторвёт мне голову. Но он обманывает. На самом деле, ничего такого ему сделать не позволят. Я слишком ценный пленник. И значу намного больше, чем он, преданный, но бесправный слуга.

Тактика Верховного мага Ледении дала свои плоды. Родонец рванул к камере Лео, швырнув на пол факел. И я поняла, что последует дальше:

— Не убивай его! — успела я крикнуть.

Громила на секунду обернулся ко мне, видимо, посчитав, что обращаюсь к нему.

Многие знания — много печали. Не знал бы — не получил от Лео кулаком в висок.

— Почему ты хотела, чтобы я оставил его в живых? — Леонарду нащупывал через решётку связку с ключами.

— Я что, зря его лечила? Он жив?

— Жив, жив. — Судя по звону, усилия мага увенчались успехом. Теперь он пытался попасть в замочную скважину своего замка. — Хотя я не одобряю твою привычку спасать всех подряд на своём пути.

Замок издал долгожданный «щёлк». Лео с трудом протиснулся в узкую щель: тело родонца мешало открыть дверь нормально.

— Отойди от двери! — велел маг.

Я отбежала.

Факел, вяло горящий на полу, не позволял видеть лицо моего спутника, но по сгустившей тишине было понятно: он сосредоточен. Металл замка начал краснеть и засветился.

Лео дёрнул дверь на себя:

— Бежим!

Вблизи он выглядел уставшим и измотанным: почти сутки без воды и еды. Пара глотков с моих рук не в счёт.

— А ты сможешь? — Я провела рукой по его плечу. — Впрочем, глупый вопрос! Нам не нужно запереть… этого?

— Надёжнее было бы добить. — Лео сунул мне в руку факел, а за вторую потянул к выходу. — Это не имеет смысла. Сэтоши сообразит, что что-то не так, раньше, чем придёт в себя этот идиот.

Мы дошли до лестницы.

— Наверху я потушу факел. К сожалению, мне потребовалось слишком много сил, чтобы восстановиться в оковах. Твоя затея помогла, без прямого контакта с кожей их действие ослабло. Но потратился я почти в ноль. Тс-с-с!

Будто это я болтала!

Огонь потух.

Потянуло едким дымом.

— Делаешь, как я. Молча. Тихо. По возможности, — опомнившись, добавил он.

— Подожди! — остановила я его и стала разуваться.

— Думаешь, это может тебе передвигаться тише? Хорошо, давай я уберу.

— Нас вычислили по вещам родонцев. — Я бросила сапог вниз по лестнице. А ступеньки-то холодные! — У тебя больше ничего из них не осталось? — И принялась стягивать второй.

Тот самый, в котором находилась матрица самосборки кинжала. Так он был хорош, что хоть плачь. Но может у Лео в виртуальном кармане не развоплотится.

— Что-то много тебе Сэтоши разболтал…

— У меня есть версия, что он применил ко мне только заклинание совращения, но и заклинание правды, если такие существуют.

Второй сапог полетел в темноту.

Наверное, то, что находится в твоём тайнике, учуять не могут. А вот то, что на виду…

— Понял. Думаю, ты права. Тс-с-с!

Мы вышли из подземелья. Из жилого коридора пробивался тусклый, переменчивый свет. Лео осторожно надавил на входную дверь. Она открылась бесшумно: я вспомнила, что не слышала, чтобы двери в здании скрипели. Решётки темницы не в счёт.

Снаружи стояла тёмная, почти беззвездная ночь. Небо было затянуто облаками. Факелы на каменной ограде освещали преимущественно периметр. Внутри отгороженной территории царил сумрак. Я думала, здесь, как в фэнтези, повсюду волшебные светильники, вроде того, что создавал Лео. Но если магию нельзя использовать в других целях, нежели во благо Императора, то на освещении, понятно, экономили.

Лео бесшумно двинулся вдоль стены в сторону, противоположную сторожевым вышкам у ворот. Я, пригнувшись, последовала за ним. Кроме основного здания, в котором держали нас, и где располагался Сэтоши, тесной кучкой располагались другие домики, поменьше. Из них слышалась родонская речь. Только один стоял чуть в отдалении от всех, со стороны ворот. Возможно, там складировались нечистоты или что-то другое, не менее неприятное.

Мы практически обошли здание кругом, когда Лео поднял руку, призывая меня к вниманию. Я вжала голову в плечи, готовясь к худшему, и молилась, чтобы его авантюра выгорела.

Выгорела. В прямом смысле этого слова.

Внезапно стало темно.

В одно мгновение все факелы потухли, и, схватив меня за руку, Леонарду бросился к тому самому одинокому домику возле сторожевых вышек. Он приложил руку к замку, а потом рванул на себя дверь и впихнул меня внутрь. Затем что-то швырнул за ограду и влетел следом за мной, беззвучно захлопывая дверь.